, «Аббревиатуры» и



жүктеу 1.33 Mb.
бет1/8
Дата11.06.2016
өлшемі1.33 Mb.
  1   2   3   4   5   6   7   8



Г.П.ХОМИЗУРИ

УРАВНЕНИЕ С 26 ИЗВЕСТНЫМИ




МОСКВА, 2002

[Вниманию читателя представлена часть текста, часть «Именного указателя», полностью «Перечень приложений», «Литература», «Аббревиатуры» и «Оглавление» моего исследования «Уравнение с 26 известными», долгие годы ждущего своего издателя. Общий объем рукописи – 285 страниц]


ПРЕДИСЛОВИЕ
Материалы к данному исследованию собирались в 1980-1982 гг. К ноябрю 1982 г. на пишущей машинке было отпечатано 350 машинописных страниц и осталось несколько сот страниц не разобранного материала. При аресте в ноябре 1982 г. все это было изъято и возвращено мне лишь в 1991 г., после реабилитации. Работа была прервана в самом разгаре и осталась незаконченной.

Круг моих интересов за эти 10 лет настолько изменился, что у меня не было никакого желания вновь возвращаться к данной теме. Но по настоятельной просьбе друзей («А за что же ты все-таки сидел?») я привел в порядок имеющиеся у меня материалы и выношу свой труд на суд читателей. Текст 1982 г. лишь слегка отредактирован. Новых материалов я не собирал − только добавил в список литературы несколько работ последних 10 лет. Необходимые дополнения 1992 г. специально оговорены.

При чтении данного труда следует иметь в виду, что если сегодня, в 1992 г. некоторые факты и мысли не являются откровением, то тогда, в 1980-1982 гг. они были крамолой не только для власти предержащих (которые за это меня и осудили на 6 лет строгого режима и 3 года ссылки), но и для большинства жителей СССР. Весь этот труд и писался с той целью, чтобы наступили такие времена, когда эти факты и мысли не были бы откровением ни для кого.

Есть немало и отступлений от темы (подписание Аванесовым и Свердловым первого в мире положения о концлагерях, фрагменты полемики лидеров КПСС и Компартии Китая и пр.). Располагая обширной информацией о преступлениях коммунистических заправил, я считал своим долгом использовать любую возможность для донесения этой информации до читателя.


декабрь 1992 г.

В январе 1993 г. я отдал свою рукопись в армянский журнал «Норк». Я согласился с тем, что рукопись будет опубликована в журнальном варианте (т.е. без «Приложений», многие из которых недоступны массовому читателю, без списка литературы, без «Именного указателя»), т.к. не имел надежды на публикацию где-либо в другом издательстве. Рукопись начали переводить на армянский язык. Но вскоре деятельность партии «Дашнакцутюн» была запрещена (а главным редактором журнала «Норк» был член Бюро АРФ «Дашнакцутюн» Рубен Овсепян), на редакцию журнала был налет доблестных армянских чекистов, и все их материалы арестованы. В 1995 г. все изъятые материалы журнала были возвращены в Редакцию, и в первых трех номерах журнала за 1996 г. «Уравнение» было опубликовано на армянском языке.

Текст при переводе был сокращен. Значительным сокращениям подверглась глава «Гибель», что вызывает наибольшие сожаления. В советской печати все события до отъезда «комиссаров» из Баку 17 сентября более или менее, разумеется, с грубыми искажениями, но освещены. Дальнейшие события во всех изданиях приведены скороговоркой: «комиссары» прибыли в Красноводск, там их арестовали, в ночь на 20-е вывезли и расстреляли. В главе «Гибель» были как раз подробно проанализированы обстоятельства гибели «комиссаров», кто именно погиб, при каких обстоятельствах, кто организовал убийство, кто его совершил (ибо везде есть разночтения) и, наконец, кому это было выгодно. Жаль, что именно эта глава подверглась наибольшим сокращениям.

И (как я уже сказал, но в журнальном варианте, это само собой разумеется) без ценнейших «Приложений» и без списка литературы.

В 1997 г. была опубликована моя книга «Социальные потрясения в судьбах народов (на примере Армении)» (М., Интеллект). В ряде мест этой книги были использованы материалы рукописи «Уравнение с 26 известными». Если какой-либо издатель опубликует эту рукопись, я заранее прошу извинения перед читателями, что он встретится с некоторыми повторами из книги «Социальные потрясения» (на самом деле, повторы были в первой опубликованной книге). Я не изъял эти повторы, т.к. без них данная книга потеряла бы свою целостность.

Ноябрь 2002 г.

(20 лет со дня написания и 10 лет со дня практически подготовленного к печати, но так и не опубликованного до сих пор полностью «Уравнения»).


Георгий Хомизури

ВВЕДЕНИЕ


...«Зацелована, околдована,

С ветром в поле когда-то обвенчана,

Вся ты словно в оковы закована,

Драгоценная моя женщина...»
− Вам что − не нравится?.. А вот это −
«Кто мне откликнулся в чаще лесной?

Старый ли дуб зашептался с сосной,

Или вдали заскрипела рябина,

Или запела щегла окарина,

Или малиновка, маленький друг,

Мне на закате ответила вдруг?...»


−Вы что − не любите Заболоцкого?..

Мой собеседник явно обескуражен.

− Люблю ли я Заболоцкого?.. Конечно, люблю… стихи, разумеется... Вы уж извините, что я вроде бы не слушал Вас − нет, я слушал, и именно эти стихи − мои самые любимые... Просто... понимаете, я недавно наткнулся на одно его стихотворение и до сих пор не могу придти в себя... Уму непостижимо... В 1937-ом, в дни, когда проходил процесс по делу Пятакова, Радека и других, Заболоцкий, в силу каких-то причин - одному Господу известно, каких, − включился в кампанию махрового человеконенавистничества. Вот послушайте, что он писал в «Известиях» в те дни:

«Как?! Распродать страну?! Чтоб под сапог германский

Все то, что создано работою гигантской,

Всем напряженьем сил, всей волею труда, −

Колхозы, шахты, стройки, города, −

Все бросить, все продать?! Чтоб на народном теле

Опять они, как вороны, сидели!

Чтобы нагайка снова по спине

Пошла гулять! Чтобы по всей стране

Застенки выросли! Чтоб фабрики, заводы,

Колхозы, шахты, стройки, пароходы −

Все снова им, на выбор, с молотка!

Нет, руки коротки! Здесь мы живем пока.

Здесь мы живем. Здесь, в этой части света

Ударил гром, чтоб потряслась планета −

Наш первый гром, предшественник громов.

Сквозь бедствия войны, переполох умов,

Сквозь горе человеческое, муку

Мы пронесли великую науку −

Науку побеждать, чтоб был у власти Труд,

Науку строить так, как в песнях лишь поют,

Науку веровать в людей и, если это надо, −

Уменье заклеймить и уничтожить гада».

− Заболоцкий... Кто бы мог подумать... А, впрочем, мне говорили, что даже Николай Вавилов подписывал письма с требованием расстрелять троцкистов.

−Николай Вавилов... А Юон, а Пастернак1, а еще многие-многие другие, от кого, казалось бы, нельзя было этого ожидать.

− Ну, нам сейчас легко рассуждать, а для них, в то время, отказ от подобной подписи означал подписание смертного приговора самому себе.

− Нет, это, по всей вероятности, легенда, сочиненная трусами. Пастернак, подписавший три таких «документа», категорически отказался подписать четвертый. Паустовский и Чуковский не поставили ни одной подписи под подобными «документами». Академики Прянишников и Сергей Вавилов посмели ходатайствовать перед Берией и Молотовым об освобождении Николая Вавилова, а Капица смог даже вырвать из камеры смертников Ландау, и ничего с этими смельчаками не случилось2.

− Ну, тогда это непонятно... просто какой-то массовый психоз. Недаром 37-й год стал нарицательным в нашей стране.

− Этот психоз начался намного ранее, а если точнее - 7 ноября 1917 года.

− Нет, это Вы зря. Основное несчастье нашей страны в том, что в большевистском движении, помимо честных, искренних революционеров, были люди, просто озлобленные на судьбу, ненавидящие всех и вся (взять хотя бы Дзержинского или Ежова), и именно они расцвели пышным цветом в 30-х годах. И ведущая роль здесь принадлежит Сталину − мастеру на подлости, провокации и убийства...

Мне становится невыносимо скучно... Интересное дело... Восхвалять Сталина − марксизм, проклинать его − тоже марксизм. Только первый − махровый, а второй − изощренный, ибо претендует на объективность, и то, что составляет суть коммунизма, объявляет случайным, нехарактерным, или даже несвойственным коммунизму, так как «если бы не Сталин...»

− Кстати о провокациях, знаете ли Вы...

Ну, думаю, сейчас последует вопрос типа: «А знаете ли Вы, что процесс «Промпартии» − чистая липа, что Орджоникидзе не застрелился, а был убит, или что-то в этом роде...

− ... что 26 бакинских комиссаров были убиты по приказу Сталина?

− Нет. Этого я действительно не знаю.

− Так вот. На судебном процессе Фунтиков был исключительно спокоен, но, когда услышал, что за расстрел 26 бакинских комиссаров его приговаривают к смертной казни, вскочил с места и крикнул: «А приказ из Москвы?..» Но присутствовавший на процессе не то Крыленко, не то Дыбенко − вот не знаю точно, но кто-то из этих двух, − разрядил в Фунтикова всю обойму своего пистолета.

− Но ведь Фунтиков был эсером и никаким приказам из Москвы он не стал бы подчиняться.

− Фунтиков был левым эсером, а левые эсеры входили в коалиционное правительство Ленина, и потому...

Оставим моего собеседника с его версией. При первом чтении она явно неправдоподобна. В 1918 г. Сталин не обладал той полнотой власти, которая была у Ленина, Троцкого и Свердлова, и не думаю, что он, на свой страх и риск, отдал бы приказ об убийстве ведущих коммунистов Кавказа. Далее - после спровоцированного большевиками мятежа левых эсеров и жестокой расправы над ними в июле 1918 г. (а убийство комиссаров было совершено 20 сентября) ни о какой коалиции левых эсеров с большевиками (как с той, так и с другой стороны) не могло быть и речи.

Что же касается Фунтикова, то он был не левым, а правым эсером. Закаспийское правительство, которое он возглавлял, было неприкрыто антибольшевистским, т.к. оно пришло к власти в результате восстания против зверской расправы большевиков над забастовавшими рабочими Кизил-Арвата. Большевистская карательная экспедиция, возглавлявшаяся Чрезвычайным Комиссаром Закаспийской области А.И. Фроловым, совершила «убийство четырех парламентеров Кизил-арватских мастерских, сопровождавшееся истязанием» (Чайкин, 1922, с. 36)3. Это зверство привело к восстанию всей области и сформированию правительства Фунтикова.

Так что ни Фунтиков, ни члены его правительства не стали бы выполнять «приказы из Москвы». И, наконец, тот, кто хотя бы элементарно знаком с техникой проведения судебных процессов над «контрреволюционерами», хорошо знает, что основные детали «отрабатываются» на следствии. Фунтиков не мог не знать главного пункта обвинения.

И все же... когда я слушал о Фунтикове, то вдруг вспомнил, что в некрологе на смерть Микояна газета английских коммунистов «Morning Star» обвинила советские газеты в повторении лжи о том, что 26 бакинских комиссаров расстреляли якобы англичане. Газета сообщала, что английская военная миссия не имеет к этому убийству никакого отношения. А, насколько я помню, в советских «исторических» изданиях утверждается, что 20 сентября 1918 г. английские интервенты при непосредственном участии меньшевиков и эсеров зверски расстреляли 26 бакинских комиссаров. А тут: нате вам – «приказ из Москвы»... Хотя... разве не было известно, что правая эсерка Фанни Каплан стреляла в Ленина? А Борис Орлов (1975-1976) изучил внимательно этот вопрос спустя 50 (!!) лет и выяснил, что в Ленина могла стрелять кто угодно, только не Фанни Каплан, которая, кстати, ни правой, ни левой эсеркой никогда не была.


НО! Не будем спешить!

«Если бы историограф мог погонять свою историю, как погонщик погоняет своего мула, − все вперед и вперед, − − ни разу, например, от Рима до Лоретто не повернув головы ни направо, ни налево, − он мог бы тогда решиться с точностью предсказать вам час, когда будет достигнута цель его путешествия. − − Но это, честно говоря, неосуществимо; ведь если в нем есть хоть искорка души, ему не избежать того,. чтобы раз пятьдесят не свернуть в сторону, следуя за той или другой компанией, подвернувшейся ему в пути, заманчивые виды будут притягивать его взор, и он также не в силах будет удержаться от соблазна полюбоваться ими, как он не в силах полететь, кроме того ему придется

согласовывать различные сведения,

разбирать надписи,

собирать анекдоты,

вплетать истории,

просеивать предания,

делать визиты (к важным особам),

наклеивать панегирики на одних дверях и

пасквили на других, − −

между тем как и погонщик и его мул от всего этого совершенно избавлены. Словом, на каждом перегоне есть архивы, которые необходимо обследовать, свитки, грамоты и документы и бесконечные родословные, изучения которых поминутно требует справедливость» (Л. Стерн. Жизнь и мнения Тристрама Шенди, джентльмена).

Не будем спешить!

Для начала посмотрим, что написано в современных советских справочных изданиях. Наилучшее здесь – «Советская историческая энциклопедия» в 16 томах. Том 2 (1962 г.), статьи «Бакинская Коммуна 1918» (с. 53-55) и «Бакинские комиссары» (с. 56-57). История вкратце такова (все события − 1918 г.):



25 апреля. Сформирован Совет Народных Комиссаров Бакинской Коммуны во главе с членом ЦК РС-ДРП(б) Шаумяном.

Сразу же отметим, что Шаумян, избранный (заочно!) членом ЦК 16 августа 1917 г., на VI съезде РС-ДРП(б) (Шестой съезд.., 1958, с. 439), а 18 августа (тоже заочно!) − в «Узкий состав ЦК» (Протоколы Центрального.., 1958, с. 6), 8 марта 1918 г., на VII съезде РКП(б) не был избран не только членом ЦК, но даже и кандидатом в члены ЦК (Седьмой экстренный.., 1962, с. 170). Точно так же на VII съезде не был избран в руководящие органы партии Джапаридзе − кандидат в члены ЦК на VI съезде. Кстати − почему не были избраны? И почему об этом тщательно умалчивается, а до сих пор распространяется ложь о том, что они погибли, будучи соответственно членом и кандидатом в члены ЦК?



25 июля. В связи с наступлением турецких войск Бакинский Совет незначительным большинством голосов принимает решение пригласить в Баку англичан, и поэтому

31 июля Бакинский Совнарком подает в отставку.

1 августа. В Баку устанавливается власть настроенной антисоветски «Диктатуры Центрокаспия», агентуры англичан.

4 августа. В город входят английские оккупационные войска.

14 августа. Советские отряды во главе с бакинскими комиссарами на 16 пароходах отплывают из Баку в Астрахань.

16 августа. Военные корабли «Диктатуры Центрокаспия» заставляют советские пароходы вернуться в Баку, где 35 работников СНК были арестованы и посажены в тюрьму.

14 сентября. Турецкие войска подошли к городу. Англичане и лидеры «Диктатуры Центрокаспия» бежали из Баку, сознательно оставив в тюрьме бакинских комиссаров на растерзание туркам. Микояну и др., под огнем турок, удается освободить комиссаров из тюрьмы, и комиссары садятся на пароход, отплывающий в Астрахань, но контрреволюционно настроенная часть команды по требованию оказавшихся на пароходе английских и дашнакских офицеров увозит их в Красноводск.

20 сентября. 26 бакинских комиссаров зверски расстреляны на 207-й версте между станциями Перевал и Ахча-Куйма по решению английской военной миссии и эсеровского Закаспийского правительства.

В «Большой советской энциклопедии» (все 3 издания) написано примерно то же самое. Однако стоит взять в руки любую статью или сборник статей, посвященных бакинским «комиссарам», как наталкиваешься на массу неясностей, несоответствий и искажений.

Первая неясность, которая сразу же бросается в глаза, − это за что же все-таки их расстреляли? Человека расстреливают за то, что он − убийца, сын Императора Всея Руси, еврей, фальшивомонетчик, троцкист, развратник и т.д. и т.п. Убийство человека – есть тягчайшее преступление, и любой человек, убивающий другого, убивает его «за что-то» – чтобы оправдать себя в глазах других или перед своей совестью. В подавляющем большинстве работ о бакинских «комиссарах» (а в сборниках – во всех) данный вопрос упорно обходится молчанием. Это, разумеется, не случайно, и требует самого тщательного рассмотрения.

Разночтений в работах о бакинских «комиссарах» – более чем достаточно. Например, Н. Нариманов в 1920 г. (Памяти 26.., 1968, с. 42) утверждал, что в их смерти повинны англичане, а в 1922 г. (Нариманов, 1968, с. 105) – англичане, эсеры, меньшевики, дашнаки и мусаватисты. Л.С. Шаумян в 1954 г. (с. 17) указывал, что старостой тюремной камеры в Баку был Зевин, а в 1968 г. (с. 117) – Корганов. А ведь (если верить советским «источникам», в том числе и самому Л.С. Шаумяну), именно по списку, обнаруженному у этого старосты, были расстреляны те, а не иные арестованные в Красноводске работники Бакинской Коммуны. По всем источникам, «комиссары» были арестованы в Красноводске 17 сентября, а по С.С. Шаумяну (1968, с. 121), который был арестован вместе с ними, − 18-го и т.д. и т.п.

Что же касается искажений, то наиболее показателен пример с публикацией никогда не существовавшего документа, якобы подписанного главой Красноводского Стачкома Владимиром Куном. В 1928 г. советский «историк» Ратгаузер писал: «По сообщению зав. Азербайджанской радиостанцией, Кун телеграфировал Бичерахову следующее: «Мною задержан пароход «Туркмен» с 26 бакинскими комиссарами во главе с Шаумяном и Джапаридзе. Наше мнение предать их военно-полевому суду. Жду распоряжений. Кун» (Ратгаузер, 1928, с. 45).

Это – явный позднейший подлог. Цифра 26 возникла непосредственно перед убийством – арестовывались же 35 работников Бакинской Коммуны.

В дальнейшем будут приведены многочисленные примеры подобных несоответствий, искажений и просто выдумок. Таким образом, нам придется не выяснять некоторые детали, а перепроверять буквально каждый факт.

Перечислить все работы, в которых говорится о 26 бакинских «комиссарах», не только невозможно, но и не имеет никакого смысла, ибо упоминание о них имеется почти во всех книгах по истории КПСС, СССР, Закавказья, Грузии, Армении, Азербайджана и Туркестана. Но, как правило, это лишь упоминание о «легендарных бакинских комиссарах» и «зверской расправе над ними, учиненной английскими империалистами и их подлыми агентами – эсерами и меньшевиками».

В некоторых работах по истории Закавказья этот вопрос освещается подробнее (по сравнению с вышеуказанными «исследованиями»), но все равно исключительно поверхностно. Более детально история Бакинской Коммуны, ее падения и гибели «комиссаров» описана в работах, посвященных лидерам Коммуны: Шаумяну, Джапаридзе и др. Работы, посвященные непосредственно истории Бакинской Коммуны, можно буквально пересчитать по пальцам:

1. В.А. Чайкин. К истории Российской революции. Вып. I. Казнь 26 бакинских комиссаров (1922 г.).

2. Сурен Шаумян. Бакинская Коммуна (1927 г.).

3. Сборник «Последние дни комиссаров Бакинской Коммуны. По материалам судебных процессов» (1928 г.).

4. Я. Ратгаузер. Арест и гибель комиссаров Бакинской Коммуны (1928 г.).

5. Э.Н. Бурджалов. Двадцать шесть бакинских комиссаров (1938 г.).

6. Левон Шаумян. Мужественные борцы за коммунизм (1954 г.).

7. Его же. Двадцать шесть бакинских комиссаров (1968 г. – фактически переиздание работы 1954 г.).

8. Сборник «Памяти 26 бакинских комиссаров» (1968 г.).

9. П.А. Азизбекова. 26 бакинских комиссаров (1978 г.).

Наиболее ценными являются первые 3 книги и особенно труд Чайкина, в котором опубликованы документы и даже фотокопии, уличающие агента Пермского ЧК Дружкина в организации убийства 26. Однако при чтении любой исторической работы, опубликованной в СССР (в том числе и Чайкина), следует иметь в виду, что цель их – отнюдь не выяснение истины (и, как говорит А.А. Зиновьев, было бы странно, если бы было наоборот).

В заключение я хочу выразить глубокую признательность всем тем, кто оказал мне помощь на всех этапах работы (особенно в те годы, когда одно чтение данного исследования могло привести в лагерь), а также тем, кто прочел рукопись или отдельные ее разделы и сделал ценные замечания. Как и в 1982 г., не называю их фамилий, не желая причинить им неприятности – ибо кто знает, как повернутся события?..



ЧАСТЬ I

АГОНИЯ


  1   2   3   4   5   6   7   8


©dereksiz.org 2016
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет