А. М. Бутлеров отличался большой физической силой. Он легко подбрасывал тяжелые гири. В юности как-то, придя к товарищу, он не застал его дома. Окинув взором комнату, он заметил кочергу, быстро согнул ее в виде буквы



жүктеу 89.32 Kb.
Дата14.06.2016
өлшемі89.32 Kb.


Эпиграфом к этому выпуску «Занимательные истории из жизни химиков» мы выбрали известную байку XIX века:

Однажды, придя утром по обыкновению в химическую лабораторию, А.М.Бутлеров увидел, что его ассистенты – Г.Ломан из фармацевтов и А.Н.Попов, впоследствии профессор Варшавского университета, что-то нагревают под тягой. Он спросил, что они делают. Попов отвечал: «Получаем синильную кислоту, посмотрите, сколько отогнали». При этом он сделал движение к А.М.Бутлерову и как бы нечаянно уронил на пол колбочку с жидкостью. Александр Михайлович опрометью бросился из комнаты и услышал за собой громкий смех ассистентов и восклицание: «Первое апреля!»


С «Первым апреля» Вас, дорогие коллеги!

Современная история

Знаменитые ученые Жан Луи Гей-Люссак (1778-1850) и Александр фон Гумбольдт (1769-1859) в Париже занимались исследованием газов. Для опытов были нужны тонкостенные пробирки, которые доставлялись из Германии. Посылки приходилось оплачивать высокой пошлиной.

Гумбольдт придумал следующий выход. Пробирки запаивались с открытого конца, а посылка снабжалась биркой с надписью: «Осторожно! Немецкий воздух!» Во французской таможне долго рылись в пошлинных тарифах, но пошлину за «немецкий воздух» не обнаружили. Посылки стали проходить без пошлин.

В Париже ученые срезали запаянные концы и получали сосуды для опытов.



ВИЗИТНАЯ КАРТОЧКА

А.М.Бутлеров отличался большой физической силой. Он легко подбрасывал тяжелые гири. В юности как-то, придя к товарищу, он не застал его дома. Окинув взором комнату, он заметил кочергу, быстро согнул ее в виде буквы «Б» и ушел.

Такая «визитная карточка» не оставляла сомнения в том, кому она принадлежит.


Ученый-индивидуалист

Иоганн Иоахим Бехер (1635-1682), один из основателей флогистической химии, профессор фармакологии университета в Майнце, рекомендовал строить лаборатории со строго изолированными помещениями, чтобы опыты каждого оставались тайной для других. Вот его мотивировка:

- При таком устройстве лабораторий не будут повторяться ни процессы, ни операции, ни реактивы, ни инструменты, люди не будут мешать друг другу, так как не смогут собираться вместе, разговаривать и, что очень распространено среди лаборантов, вместе пьянствовать.
УВЛЕКАЮЩИЙСЯ ЛЕКТОР

Парижанин Гийом Франсуа Руэль, известный под именем Руэля старшего, был замечательным химиком и педагогом. Его школу прошли многие ученые XVIII века: Лавуазье, Пруст, Леблан, Дидро. Дидро составил превосходный рукописный конспект его лекций по химии.

Руэль никогда не навязывал слушателям готовых идей. Он воспитывал в них жажду поиска истины. Читая лекции, он увлекался до такой степени, что нередко нарушал правила приличия, сбрасывал на пол парик, кафтан и кружевное жабо, мешавшие его экспериментальным манипуляциям.
ОГНЕУПОРНЫЕ РУКИ

От продолжительной работы в лаборатории руки немецкого ученого Роберта Бунзена (1811—1899), знаменитого основателя спектрального анализа и открывателя химических элементов цезия и рубидия, настолько огрубели, что в обществе он их старался прятать под стол. Но в лаборатории и аудитории Бунзен гордился этими руками. Перед учениками и слушателями он совал указательный палец в несветящуюся, наиболее горячую часть пламени «горелки Бунзена», держал его там несколько секунд, пока не распространялся запах паленого рога, и спокойно произносил:

— Смотрите, господа, в этом месте температура пламени 2000° (температура, конечно, завышалась Бунзеном, но это нисколько не снижало удивления и восторга его почитателей).

РИТУАЛ КАЗНИ АЛХИМИКОВ

В период, когда алхимики начали преследоваться правительством, в ряде европейских государств, например в Германии, постепенно выработался традиционный церемониал их казни. На алхимика надевали раззолоченное платье, увенчивали таким же колпаком и вешали на позолоченной виселице.


КОТ - СОАВТОР ОТКРЫТИЯ

Элемент йод открыт в 1811 г. Бернардом Куртуа, французским селитроваром, готовившим также цинковые белила. Химические летописи рассказывают следующую любопытную подробность этого важного открытия.

У Куртуа в одной бутылке была приготовлена смесь из смолы морских водорослей varec, настоенная в спирте. В другом сосуде находилась серная кислота с железом. Куртуа что-то ел, на плече его сидел кот. Вдруг кот прыгнул и столкнул находившиеся рядом бутылки. Сосуды разбились, и жидкости на полу смешались. С пола стали подниматься клубы сине-фиолетового пара, образующие при оседании кристаллы с металлическим блеском и едким запахом. Это был йод, который получил название от греческого слова, которое в переводе значит - «фиолетовый», по цвету паров.
С позиции силы

Известный химик-органик Николай Николаевич Зинин (1812-1880), будучи преподавателем Казанского университета, а потом профессором Медико-хирургической академии в Петербурге, иногда позволял себе побить не очень старательных студентов. В принципе, студенты могли ответить ему, им давалось(!) такое право. Однако они на это не решались: профессор отличался большой силой.
«ВЫ - МОЯ ПАНАМА»

Молодой немецкий химик Август Кекуле (1829-1896), обосновавшись в Гейдельберге, мечтал на первое жалование приобрести себе соломенную панаму. Первый желающий записаться на его лекции студент был повергнут в страшное удивление, когда Кекуле вслед за приветствием воскликнул:

- Вы — моя панама!

ХИМИЧЕСКОЕ КЛЕЙМЕНИЕ

Карл Фогт, известный немецкий физиолог и биохимик, описывает интересный эпизод, связанный с открытием Юстусом Либихом безводной муравьиной кислоты:

Входит Либих, у него в руках склянка с притертой пробкой.

- Ну-ка, обнажите руку, - говорит он Фогту и влажной пробкой прикасается к его руке. - Не правда ли, жжет? - невозмутимо спрашивает Либих. - Я только что добыл безводную муравьиную кислоту.

Он с радостью прижигает руки многим студентам, а у него самого на щеке вскочил пузырь от брызг кислоты. Фогт получил самую большую порцию и всю жизнь ходил с белым шрамом на руке.

КОРОВА ИЛИ БОГИНЯ?

Немецкий ученый XIX века Юстус Либих часто повторял, что для некоторых людей наука является дойной коровой, поставляющей масло, для других же — это богиня, которой они поклоняются всю жизнь.




Типичная история о выборах в академию

Один химик очень хотел стать членом Академии наук. Его заслуги к моменту выборов были еще довольно скромными. Но отец нашего героя был весьма влиятельным человеком и имел друзей среди академиков. К тому же сам кандидат проявил себя в качестве крупного денежного воротилы, нужного властям. Посему власти при выборах в Академию выделили дополнительное (так сказать, целевое) место, и, как почти всегда бывает в таких случаях, большинство голосов было обеспечено. Дело было в 1768 г. во Франции, а избирали в Академию Антуана Лорана Лавуазье.

БОЛЬШИЕ АТОМЫ

В Мюнхене за обеденным столом собрались Ю.Либих, X.Шенбейн и другие химики. Шло оживленное обсуждение новых идей в атомистической теории. Шенбейн в следующих словах выразил свое отношение к атомистике:

— К черту ваши атомы! Почему нет атомов таких больших, чтобы люди могли их лучше обнаруживать?!
НОЧНЫЕ ПРИНАДЛЕЖНОСТИ

Бунзена однажды пригласили в гости. К вечеру разразилась сильная гроза, и хозяева с трудом уговорили несемейного ученого переночевать у них. При общем отъезде гостей про Бунзена забыли.

Через некоторое время раздался звонок. Хозяева дома были очень удивлены, когда у открытой двери увидели насквозь промокшего Бунзена, в руках у которого был большой узел. Бунзен пояснил:

- Но я должен был все-таки принести из дома некоторые спальные принадлежности!



После смерти им стоять почти что рядом

В 1907 г. в Петербурге умирает Менделеев. От Москов-ского университета на похороны делегируют Каблукова. Возвратившись, Иван Алексеевич докладывает коллегам, как проходило это печальное событие. Вспоминает о больших заслугах Менделеева и как-то вскользь замечает: «Тут, кстати, умер и Меншуткин...» Дальше, уже совсем запутавшись, Каблуков стал рассказывать о каком-то Мендельшуткине...
БЕЗ ВИЗИТОВ

В.В.Марковников следующим образом описывает эпизод из жизни Бутлерова в Казани:

— Он на рождество приклеил у себя на дверях билетик с надписью: «А.М.Бутлеров визитов не делает и не отдает, но всегда очень рад видеть у себя своих добрых знакомых».

Эта записка произвела переполох в «привилегированных» слоях. Один богатый помещик заявил, что окончательно оскорблен и прекращает всякое знакомство с Бутлеровым.

На пасху то же объявление появилось вновь.
ФОРМА ПРИВЕТСТВИЯ НОВОГО

У Адольфа Байера была очень старая шляпа-котелок неопределенного цвета, между зеленым и черным. Ученый носил ее на своей блестящей, полностью облысевшей голове, не снимая даже ночью, ложась в кровать. Последнему факту он не мог дать мотивированного объяснения.

Шляпа снималась только в особо значительных случаях. Например, когда в лаборатории находили что-то новое, осуществляли какой-либо синтез, наблюдали что-то неожиданное - в этих случаях Байер приветствовал виновника, торжествен-но снимая шляпу.


«ХИМИЧЕСКОЕ УХАЖИВАНИЕ»

Роберт Вуд ухаживание за Гертрудой Эмс, своей будущей женой, начал бутылкой серной кислоты. Вот отрывок из записей в дневнике Вуда:

- У нее замерзли руки (во время поездки на санях), и я сказал: «Хорошо бы достать бутылку с горячей водой!» - «Замечательно! Только где же мы ее возьмем?» - «Я сейчас сделаю ее», - ответил я и вынул из-под сиденья винную бутылку, на три четверти заполненную холодной водой. Потом достал оттуда же флакон с серной кислотой и налил в воду немного жидкости, похожей на сироп. Через десять секунд бутылка так нагрелась, что ее нельзя было держать в руках. Когда она начинала остывать, я добавлял еще кислоты, а когда кислота перестала поднимать температуру - достал банку с палочками едкого натра и понемногу подкладывал их. Таким способом во время всей поездки бутылка была нагрета почти до кипения.

В ЧЕСТЬ ВОЗЛЮБЛЕННОЙ

Десятилетиями успешно применяются в медицине барбитуровые препараты, но ни больные, ни медики обычно не знают происхождения этого наименования. Барбитуровую кислоту (или иначе малонилмочевину) получил известный немецкий ученый Адольф Байер, конденсируя мочевину с малоновой кислотой. На своих лекциях в старости профессор Байер рассказывал:

- В то время я любил фрейлин Барбару. И тогда моему соединению мочевины я дал название барбитуровой кислоты.

Устоял

А.П.Терентьев слыл строгим экзаменатором. Но хорошенькие девушки, рассчитывая на свою неотразимость, все же пытались в летнюю сессию, когда уже совсем тепло, отвлечь внимание профессора открытыми платьями. Однако на Александра Петровича это не действовало, как на других преподавателей.

Стали говорить, что «упрямый АПТ не верит декольте».

ЗАБЫЛ ФАМИЛИЮ ЖЕНЫ

Эмиль Фишер, химик, лауреат Нобелевской премии, рассказывал, как он провожал Адольфа Байера в Страсбург в бюро актов гражданского состояния для регистрации рождения первого сына. Чиновник обратился к Байеру с обычным вопросом о девичьей фамилии его жены. Байер был озадачен и долго не мог вспомнить. Затем он пробормотал:

- Ах, пожалуйста, понянчитесь с ребенком. Она мне, вероятно, придет на ум!
Воры в библиотеке

Однажды в кабинет академика Николая Николаевича Бекетова (1827-1911) вбежал взволнованный слуга:

- Николай Николаевич, в вашей библиотеке воры!

Ученый, не сразу оторвавшись от расчетов, спокойно спросил:

- И что же они читают?
ОСЛЫ ПО РАНГАМ

В 1869 г. перед открытием Суэцкого канала Марселен Бертло совершил увлекательное путешествие по Нилу. На остановках парохода передвижение вглубь Египта осуществлялось обычно на ослах и верблюдах,

- В одну из остановок ослы были нарасхват, - писал Бертло к Ренану, - один из путешественников, знатный академик, был обделен; он забыл про чаевые, и ему достался плохонький ослик. Этот почтенный человек совершенно серьезно заявил, что ослов следует распределять по чинам.
Объвление

В запаснике архива Казанского университета обнаружен документ 1950-х годов. Ветеранам университета, которым что-либо известно о назначении и практической значимости этого билета, просьба сообщить в Музей истории университета.






©dereksiz.org 2016
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет