Анджей Сапковский Сезон гроз



бет1/28
Дата23.06.2016
өлшемі1.58 Mb.
#155309
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   28


Анджей Сапковский

Сезон гроз




СОДЕРЖАНИЕ





ИНТЕРЛЮДИЯ 9

ГЛАВА ВТОРАЯ 14

ГЛАВА ТРЕТЬЯ 21

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ 24

ГЛАВА ПЯТАЯ 34

ГЛАВА ШЕСТАЯ 41

ГЛАВА СЕДЬМАЯ 48

ГЛАВА ВОСЬМАЯ 60

ИНТЕРЛЮДИЯ 79

ИНТЕРЛЮДИЯ 83

ИНТЕРЛЮДИЯ 85

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ 87

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ 100

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ 112

ИНТЕРЛЮДИЯ 124

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ 128

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ 137

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ 149

ИНТЕРЛЮДИЯ 161

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ 164

ИНТЕРЛЮДИЯ 175

ИНТЕРЛЮДИЯ 180

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ 182

ИНТЕРЛЮДИЯ 191

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ 194

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ 211

ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ 234

ИНТЕРЛЮДИЯ 241

ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ 245

ЭПИЛОГ 264

ПОСЛЕСЛОВИЕ ПЕРЕВОДЧИКОВ 273




От упырей, от призраков,

от тварей долголапых,

И от существ, рыщущих в ночи,

Избави нас, Боже!
Охранная молитва, известная как

«Корнуоллская Литания»,

датированная XIV - XV вв.

Говорят, что прогресс рассеивает мрак. Но всегда,

всегда будет существовать тьма.

И всегда во тьме будет Зло,

всегда во тьме будут клыки и когти, убийство и кровь.

Всегда будут рыщущие в ночи.

И мы, ведьмаки, существуем, чтобы им противостоять.
Весемир из Каэр Морхена


Кто сражается с чудовищами, тому следует остерегаться, чтобы самому при этом не стать чудовищем. И если ты долго смотришь в бездну, то бездна тоже смотрит в тебя.
Фридрих Ницше, По ту сторону добра и зла

Заглядывание в бездну считаю идиотизмом. На свете есть множество вещей гораздо более достойных, чтобы их рассматривать.
Лютик, Полвека поэзии
ГЛАВА ПЕРВАЯ
Он жил только для того, чтобы убивать.
Он лежал на нагретом солнцем песке.
Он ощущал колебания, передаваемые через усики и щетинки, прижатые к земле. Хотя источник колебаний был еще далеко, Идр чувствовал их ясно и точно, по ним он мог определить не только направление и скорость движения жертвы, но и ее вес.

Для большинства хищников, охотящихся подобным образом, вес добычи имел первостепенное значение — подкрадывание, нападение и погоня означали потерю энергии, которая должна быть восполнена энергетической ценностью пищи. Большинство подобных Идру хищников не нападали, если жертва была слишком мелкая. Но не Идр. Идр существовал не для того, чтобы есть и продолжать свой род. Не для этого он был создан.


Он жил для того, чтобы убивать.
Осторожно перемещая ноги, он вылез из ямы от выкорчеванного дерева, прополз по гнилому стволу, в три шага преодолел бурелом, как призрак, перепорхнув поляну, упал в поросший папоротником подлесок и растворился в зарослях. Он двигался быстро и тихо, то бегом, то прыжками, как огромный кузнечик.

Потом, в чаще, припал к земле сегментированным брюшком.


Колебания почвы становились все более отчетливыми. Импульсы от усиков и щетинок Идра сформировались в образ. В план. Идр уже знал, как добраться до жертвы, где пересечь ей дорогу, как заставить обратиться в бегство и потом длинным прыжком напасть на нее сзади, на какой высоте ударить острыми, как бритва, жвалами. Колебания и импульсы сулили ему радость, которую он почувствует, когда жертва закачается под его весом, эйфорию от вкуса горячей крови. Наслаждение, которое ощутит, когда воздух огласится криком боли. Он слегка дрожал, открывая и закрывая клешни и ногощупальца.
Вибрации земли, теперь уже отчетливо выраженные, стали разнообразнее. Идр уже понял, что жертв было больше. Возможно, три, может, четыре. Двe сотрясали землю обычным образом, вибрации от третьей указывали на небольшую массу и вес. Четвертая — если, конечно, была эта самая четвертая — вызывала беспорядочные вибрации, слабые и неопределенные. Идр замер, выпрямился и поднял антенны над травой, изучая движение воздуха.

Колебания почвы, наконец, дали понять то, чего Идр и ожидал. Жертвы разделились. Одна из них, самая мелкая, осталась сзади. А четвертая, неясная, исчезла. Это был ложный сигнал, эхо. Идр проигнорировал его.

Мелкая добыча еще больше отошла от других. Земля задрожала сильнее. И ближе. Идр выпрямил задние ноги, оттолкнулся и прыгнул.
*

Девочка пронзительно закричала. Вместо того чтобы бежать, она застыла на месте. И все время визжала.



*
Ведьмак бросился к ней, в прыжке выхватывая меч. И сразу понял, что что-то не так. Что его провели.
Мужчина, тянущий тележку с хворостом, вскрикнул и на глазах у Геральта подлетел на сажень вверх, а кровь хлынула из него широко, разбрызгиваясь в разные стороны. Он упал, чтобы тут же взлететь снова, на этот раз разорванным на две окровавленных части. Уже без крика. Теперь пронзительно закричала женщина: как и ее дочь, она застыла, парализованная страхом.
Сам не веря, что это ему удастся, ведьмак смог спасти ее. Подбежал и с силой толкнул забрызганную кровью женщину с тропинки в лес, в папоротники. И тут же понял, что это снова был подвох. Фортель. Серая, плоская, многоногая и невероятно быстрая фигура уже отдалялась от тележки и первой жертвы. Она перемещалась к следующей. К непрерывно пищащей девочке. Геральт бросился вслед.
Если бы она осталась на месте, он не успел бы вовремя. Девочка, однако, проявила ясность рассудка и отчаянно бросилась бежать. Серая тварь догнала бы ее легко и быстро, догнала бы, убила, и вернулась, чтобы прикончить вместе с ней и женщину.

Так бы все и было, если бы не ведьмак.


Он догнал тварь, прыгнул, наступая каблуком на одну из задних ног. Если бы тут же не отскочил, то потерял бы свою ногу — серая тварь вывернулась с невероятной ловкостью, и ее серповидные щипцы клацнули, на волос не дотянувшись. Пока ведьмак восстанавливал равновесие, монстр оттолкнулся от земли и напал. Геральт рефлекторно защитился широким и довольно хаотичным взмахом меча, отогнав монстра. Урона не нанес, но вернул себе инициативу.
Подскочил, догнал, размашистым ударом рассекая панцирь на плоской головогруди. Пока существо не пришло в себя, вторым ударом отсек левое жвало. Монстр бросился на него, размахивая лапами, пытаясь боднуть его оставшимся жвалом словно тур. Ведьмак отрубил ему и другое. В быстром повороте укоротил ему одно из ногощупалец. И снова рубанул в головогрудь.
*

До Идра, наконец, дошло, что он в опасности. И необходимо бежать. Ему нужно бежать, бежать прочь, спрятаться где-нибудь, залечь в укрытие. Он жил для того, чтобы убивать. Чтобы убивать, он должен регенерировать. Надо бежать... Бежать...


*

Ведьмак не дал ему сбежать. Догнал, наступил на задний сегмент туловища, рубанул сверху, с размахом. На этот раз панцирь головогруди уступил, из трещины брызнула густая зеленоватая жижа. Монстр дергался, его ноги бешено колотили землю.

Геральт ударил мечом, на этот раз полностью отделив плоскую голову от остальной части.
Он тяжело дышал.
Вдали ударил гром. Налетевший вихрь и быстро темнеющее небо предвещали надвигающуюся грозу.

* * *

Альберт Смулька, недавно назначенный староста местной общины, при первой встрече показался Геральту сделанным из клубней брюквы — что-то округлое, недомытое, толстокожее, в целом довольно скучное. Другими словами, он не очень отличался от других чиновников местного уровня, с которыми ему доводилось встречаться.


— Оказывается, правда, — сказал староста, — что коли есть проблема - найми ведьмака.

— Йонас, мой предшественник, — продолжил он, не дождавшись от Геральта никакой реакции, — так уж тебя хвалил, а я его держал за лжеца. То есть я ему не очень верил. Я знаю, как подобные вещи могут байками обрастать. Особливо у темных людей, у них все или диво или чудо, или же какой-нибудь ведьмак с нечеловеческой силой. А тут на тебе – святая правда. Там, в бору, за речушкой, людей погибло не счесть. И все потому, что той дорогой к городишку путь короче, там и ходили, дураки... На свою погибель. Невзирая на предупреждения. Время нынче такое, что лучше не шляться по пустырям, не лазить по лесам. Везде монстры, везде людоеды. В Темерии, на Тукайском Погорье, страшное дело случилось, пятнадцать человек убил в деревне углежогов какой-то лесной призрак. Роговизна называется эта деревня. Слыхал, наверно. Нет? Правду говорю, чтоб я сдох. Даже мастера чернокнижники вели расследование в этой Роговизне. Ну, да чего уж теперь болтать. Нынче у нас здесь в Ансегисе безопасно. Благодаря тебе.


Он вытащил из ящика шкатулку. Положил на стол лист бумаги, обмакнул перо в чернильницу.
— Обещал убить чудовище, — сказал он, не поднимая головы. — Выходит, не сбрехал. Слово держишь, хоть с виду и проходимец... Да и тем людям жизни спас... Бабе и девчонке. Они тебя поблагодарили хоть? Пали в ноги?
Не пали, стиснув зубы, подумал ведьмак. Потому что еще не пришли в себя. И я уйду отсюда до того, как они очухаются. Раньше, чем поймут, что я использовал их в качестве приманки в самодовольной уверенности, что смогу защитить всех троих. Уеду раньше, чем девочка поймет, что это по моей вине она стала наполовину сиротой.
Он плохо себя чувствовал. Наверняка, это было результатом принятых перед боем эликсиров. Наверняка.
— Тот монстр, — староста посыпал бумагу песком, а затем стряхнул его на пол, — настоящая пакость. Я видел труп, когда его принесли... Что это такое?
У Геральта не было полной уверенности, но он не собирался в этом признаваться.
— Арахноморф.
Альберт Смулька пошевелил губами, тщетно пытаясь повторить.
— Тьфу, как зовется, так и зовется, пес с ним. Этим мечом его зарубил? Этим клинком? Можно посмотреть?

— Нельзя.

— Ну да, заколдованное лезвие, наверное. И, поди, дорогое... Лакомый кусочек... Ну, мы тут ля-ля, а время бежит. Договор составлен, пора платить. Сначала формальности. Распишись на счете. Ну, то есть поставь крест или другой знак.
Ведьмак взял поданный ему счет, повернулся к свету.
— Гляньте-ка на него, — староста покачал головой, скривившись. — Читать, что ли, умеет?
Геральт положил бумагу на стол, подвинул в сторону чиновника.
— Небольшая ошибка, — тихо сказал он, — вкралась в документ. Мы договорились на пятьдесят крон. А счет выписан на восемьдесят.
Альберт Смулька сложил руки и оперся на них подбородком.
— Это не ошибка, — он понизил голос. — Это, скорее, знак признательности. Ты убил страшное чудовище, уверен, это была нелегкая работа... Сумма никого не удивит...

— Не понял.

— Брось. Не строй из себя невинность. Ты хочешь сказать, что Йонас, когда сидел здесь, не выставлял таких счетов? Голову готов дать на отсечение, что...

— Что? — перебил его Геральт. — Что он завышал плату? За счет королевской казны? А разницу мы с ним делили пополам?

— Пополам? — староста скривился. — Не перегибай, ведьмак, не перегибай! — Можно подумать, ты такая важная птица. С разницы получишь треть. Десять крон. Для тебя и так большой навар. Мне полагается больше, хотя бы по должности. Государственные служащие должны быть богатыми. Чем богаче служащие, тем выше престиж государства. Впрочем, что ты можешь в этом понимать. Устал я от этого разговора. Ты подпишешь счет или нет?
Дождь бил по крыше, лило как из ведра. Но больше не гремело, гроза уходила.


* * *



Достарыңызбен бөлісу:
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   28




©dereksiz.org 2024
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет