Интервью с топ-трейдерами Джек Д. Швагер москва диаграмма 2004 ббк65. 241 Шзз перевод с английского



жүктеу 5.48 Mb.
бет1/33
Дата18.07.2016
өлшемі5.48 Mb.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   33
MARKET WIZARDS

Interviews with Top Traders

Jack D. Schwager





NEW YORK INSTITUTE OF FINANCE NEW YORK • TORONTO • SYDNEY» TOKYO» SINGAPORE

БИРЖЕВЫЕ МАГИ

Интервью с топ-трейдерами

Джек Д. Швагер

МОСКВА ДИАГРАММА

2004


УДК 33 ББК65.241 ШЗЗ

Перевод с английского



Волкова М.,

Волков А.

Редакторы перевода



Горшков К.Г.,

Самотаев И.В.

Швагер Д. Ш 33 Биржевые маги. - М.: Издательский дом Диаграмма, 2004. - 464 с.

Подписано в печать 15.03.2004. Формат 70xlOO'/i6-

Бумага офсетная. Печать офсетная. Усл. печ. л. 37,41.

Тираж 1000 экз. Заказ № 2864.

ООО Издательский Дом «Диаграмма» 119619. г.Москва, ул. Авиаторов, д.6. корп.2, кв.4.

Отпечатано в полном соответствии

с качеством предоставленных диапозитивов

в ОАО «Можайский полиграфкомбинат».

143200. г. Можайск, ул. Мира, 93

© 1989 by NYIF Corp.


ISBN 5-901706-03-Х ©Издательский дом «Диаграмма», 2004

Прежде чем учиться летать, следует научиться падать.



Пол Саймон

То, что одному потолок, — пол для другого.



Пол Саймон

Если бы я захотел стать бродягой, то посоветовался бы с са­мым удачливым бродягой, какого только смог найти. Пожелав превратиться в неудачника, я бы прибег к совету людей, никог­да не знавших успеха. Задумав преуспеть во всем, поищу рядом с собой тех, кто преуспевает, и буду поступать, как они.



Джозеф Маршал Уэйд

(цитируется по книге «Сокровищница мудрости Уолл-Стрит», издание Гарри Д. Шульца и Самсона Кослоу)



Содержание

Предисловие 11

Выражение благодарности 13

Пролог 15

Моя собственная история 17

Часть I

Фьючерсы и валюты 21

Фьючерсы без ореола тайны 23

Общее понятие о межбанковском валютном рынке 27

Майкл Маркус. Не ждите второго пришествия саранчи 29

Брюс Ковнер. Трейдер мирового уровня 71

Ричард Деннис. Легенда уходит со сцены 103



8 Содержание

Пол Тюдор Джонс. Искусство агрессивной торговли 133

Гэри Билфелдт. В Пеории и вправду торгуют

казначейскими облигациями 155

Эд Сейкота. Каждый получает то, что ему нужно 165

Ларри Хаит. С риском не шутят 189



Часть II

В основном — акции 205

Майкл Стейнхардт. Концепция инакомыслия 207

Уильям О'Нил. Искусство выбора акций 233

Дэвид Райан. Инвестирование в акции,

или В поисках сокровищ 251

Марти Шварц. Чемпион среди трейдеров 269



Часть III

Всего понемногу 293

Джеймс Б. Роджерс, мл. Как покупать реальные ценности и

продавать истерию рынка 295

Марк Вайнстайн. Высокорезультативный трейдер 331



Часть IV

Вид с биржевой площадки 353

Брайен Гелбер. Из брокеров в трейдеры 355

Том Болдуин. Бесстрашный трейдер на площадке 377

Тони Салиба. «Однолотовые» триумфы 395



Содержание 9

Часть V

Психология торговли 415

Доктор Ван К. Тарп. Психология торговли 417

Сделка. Из личного опыта 437

Постскриптум. Сновидения и торговля 441



Послесловие 445

Приложение 1. Программная торговля

и страхование портфеля 447

Приложение 2. Опционы — основные понятия 449

Глоссарий 453

Предисловие

Вот некоторые из удивительных историй, рассказанных в этой книге:



  • трейдер, неоднократно терпевший крах в начале своей карьеры, пре­
    вратил 30 тысяч долл. в 80 миллионов;

  • управляющий фондом, добившийся, по мнению многих, невозможно­
    го, пять лет подряд получал прибыль, которая в процентах измерялась
    трехзначными числами;

  • трейдер из провинциальной Америки, начав чуть ли не с нуля, стал круп­
    нейшим в мире торговцем облигациями;

  • бывший аналитик рынка ценных бумаг, торгуя в основном фьючерсами
    на индекс акций, получал в течение последних семи лет среднемесяч­
    ную
    прибыль в 25 процентов (более 1400 процентов годовых);

  • инженер-электрик, выпускник Массачусетского технологического ин­
    ститута, используя почти полностью компьютерные методы торговли,
    за шестнадцать лет получил поразительный доход в 250 000 процентов.

И это — лишь малая толика сведений из интервью, приведенных в книге. Каждый из моих собеседников достиг невероятного успеха и по-своему фе­номенален.

12 Предисловие

Чем же они отличаются от остальных? Чтобы выигрывать на рынке, нуж­но, по мнению многих, найти некую секретную формулу успеха. На деле же оказывается, что если у моих собеседников и есть что-то общее, то это, ско­рее, отношение к делу, а не метод. Одни используют только фундаментальный анализ, другие — только технический, третьи — оба вместе. Кто-то проводит сделки в диапазоне часов или даже минут, а кому-то привычны позиции, рас­считанные на месяцы или даже на годы. Несмотря на такое разнообразие тор­говых методик, приводимые ниже интервью высвечивают важные общие черты на уровне принципов торговли и отношения к ней.

Биржевая игра представляет собой один из последних великих оплотов благоприятствования, оставшихся в нашей экономике. Это — один из тех не­многих способов, с помощью которых человек, начав со скромной суммы, мо­жет действительно стать мультимиллионером. Конечно, достичь такого триумфа дано лишь единицам (в числе которых и мои собеседники), но, по крайней мере, попробовать может каждый.

Пусть не все мои читатели станут как один супертрейдерами (так в жизни просто не бывает), но надеюсь, что благодаря этим интервью, дающим бога­тую пищу для размышлений, самые вдумчивые и восприимчивые из читателей повысят результативность своей работы на рынке. А немногие избранные, воз­можно, всё же станут супертрейдерами.



Джек Д. Швагер

Голденс Бридж, Нью-Йорк

май, 1989 г.

Выражение благодарности

Прежде всего и более всего я хотел бы поблагодарить Стивена Кроновица за тщательное прочтение материала каждой из глав, массу полезных предло­жений и редакционных поправок. Я признателен Стиву как за объем (в часах), так и за качество затраченного им труда. Какими бы ни были достоинства этой книги, благодаря его вкладу они сильно возросли.

Своей жене Джо Энн я благодарен не только за терпение, проявленное ею в течение девяти месяцев пребывания в качестве «книжной вдовы», но и за беспристрастность чуткого камертона, роль которого она исполняла со всей прямотой. Например, так: «Хуже этого ты еще не писал!» (Не стоит и гово­рить, что такие куски тут же удалялись из текста.) Здравого смысла Джо Энн не занимать, и обычно я следовал ее советам беспрекословно.

Конечно, я хотел бы сказать спасибо всем трейдерам, согласившимся на ин­тервью: без них не было бы и книги. В целом эти люди не стремятся к известно­сти и в рекламе не нуждаются. Они торгуют либо только на свои деньги, либо уже сосредоточили под своим управлением столько чужих денег, сколько им было нужно. Во многих случаях они согласились на беседу из альтруистичес­ких побуждений. Вот как, например, сказал об этом один из них: «В самом нача­ле карьеры мне особенно помогли сведения об удачливых трейдерах из их биографий и интервью. Теперь я таким же образом хотел бы помочь новичкам».



14 Выражение благодарности

Выражаю свою искреннюю признательность Элейн Крокер за ее дружес­кие договоренности, которым обязаны своим появлением некоторые из глав книги. Большую помощь советами, подсказками и прочими всевозможными услугами оказали Кортни Смит, Норм Заде, Сьюзен Эббот, Брюс Бэбкок, Мар­тин Преслер, Чак Карлсон, Лей Стивене, Брайен Гелбер, Майкл Маркус и Уиль­ям Рафтер. Наконец, мне очень помогли три трейдера, любезно давшие обширные интервью, которые не вошли в книгу: это Ирв Кесслер, Даг Редмонд и Мартин Преслер (первые два интервью не вошли в книгу, потому что вопро­сы, которые я тогда задавал, по прошествии времени показались мне чересчур специальными и техническими, а третье — из-за жестких сроков публикации, не оставивших времени на необходимые уточнения и редактирование).



Пролог

«Роман... назывался «Большое табло»... Там рассказывалось, как двух зем­лян — мужчину и женщину — похитили неземные существа. Эту пару выста­вили в зоопарке на планете под названием Циркон-212.

На одной стене обиталища этих вымышленных героев висело большое таб­ло, показывающее якобы биржевые цены и котировки акций, а у другой стены стоял телетайп новостей и телефон, который также якобы был подключен к брокерской конторе на Земле. Существа с Циркона-212 сообщили своим плен­никам, что там, на Земле, положили на их счет миллион долларов и теперь дело пленников управлять этим вкладом так, чтобы, вернувшись на Землю, они ста­ли бы сказочно богатыми.

Разумеется, и телефон, и большое табло, и телетайп были имитацией. Они понадобились для того, чтобы расшевелить землян на потеху посетителям зоопарка — заставить их скакать от радости, злорадствовать, досадовать, рвать на себе волосы, дрожать от страха или, наоборот, блаженствовать подобно младенцу в материнских объятиях.

Земляне весьма преуспели в окружении этой бутафории, что тоже было специально подстроено. Привлекли сюда и религию. По телетайпу напомнили о необходимости молиться, поскольку, дескать, Президент США объявил Об­щенациональную неделю молитвы. Предыдущая неделя у землян на рынке ело-

16 Пролог

жилась скверным образом. Они проиграли немалую сумму на фьючерсах на оливковое масло. В ход пустили молитвы.

И помогло. Оливковое масло подорожало».

Курт Воннегут - мл. «Бойня номер пять, или Крестовый поход детей»

Если правы сторонники теории случайных блужданий, то земные трейде­ры страдают от тех же иллюзий, что и обитатели зоопарка из романа Килгора Траута. (Персонаж романов Курта Воннегута — вездесущий писатель-фан­таст Килгор Траут.) Если пленники с Циркона-212 верили, будто их решения основаны на реальных биржевых котировках, — что было не так, — то трейде­ры из реальной жизни считают, что их прозорливость и мастерство могут по­бедить рынок. Если рынки и впрямь эффективны и случайны в любом временном интервале, то, значит, успехи и неудачи этих трейдеров, приписываемые их собственным профессиональным достоинствам или недостатками, являются, в действительности, делом случая.

Теперь, проведя интервью с трейдерами для книги, я вряд ли соглашусь с такой картиной мира. Сомневаться в ней меня заставляет тот факт, что неко­торым трейдерам удается в течение многих лет неизменно выигрывать боль­шинство сделок. Конечно, при достаточном количестве трейдеров кто-то из них, просто по законам вероятности, вырвется вперед, и даже на долгое время. Оставим математикам оценивать вероятность выигрышей такого масштаба и длительности, какие были у моих собеседников. Кстати, у самих трейдеров нет и тени сомнения в том, что в конечном итоге победителем или проигравшим человека делает мастерство, а не удача. И я тоже разделяю это убеждение.

Моя собственная история

Сразу после аспирантуры я получил работу аналитика-исследователя то­варных рынков. И был приятно удивлен, когда увидел, что мой экономико-статистический анализ корректно предсказал ряд крупных движений цен на товары. Вскоре после этого я стал подумывать о торговле. Единственная заг­воздка была в том, что в моем отделе аналитикам обычно не разрешалось тор­говать. Я поделился своими огорчениями по поводу этого с Майклом Маркусом (первое интервью). С ним я подружился, расспрашивая его о должности ана­литика, с которой он тогда уходил. «Знаешь, когда я здесь работал, у меня были те же проблемы, — признался Майкл. — Сделай как я: открой счет в другой фирме». И он познакомил меня с брокером из своей новой фирмы, кото­рый был готов открыть счет.

В то время я зарабатывал меньше секретаря отдела и не имел того, что принято называть «рисковым капиталом». Уговорив брата открыть счет на 2000 долл., я стал его консультантом. Поскольку счет нужно было сохранять в тай­не, я не мог отдавать приказы со своего рабочего места. Всякий раз, когда требовалось открыть или закрыть позицию, приходилось спускаться на лифте в холл и звонить по телефону-автомату. (О том, какой выход из аналогичной ситуации нашел Маркус, рассказано в интервью с ним.) Хуже всего в этом были даже не задержки приказов, нередко стоившие мне неприятных пере-

18 Моя собственная история

живаний, а мои частые отлучки, которые могли вызвать подозрения. Так что приходилось осторожничать, и иной раз даже откладывать приказ до следу­ющего утра.

Я не помню деталей своих первых немногочисленных сделок. Помню толь­ко, что после уплаты комиссионных я остался почти при своих. Потом пришла и первая, надолго запомнившаяся сделка. До нее я как раз тщательно проана­лизировал состояние рынка хлопка за весь период после Второй мировой вой­ны. Оказалось, что из-за всяческих программ государственной поддержки лишь два сезона, считая с 1953 года, можно было назвать действительно сво­бодными рынками (рынками, цены на которых определяются спросом и пред­ложением, а не довлеющей государственной программой). Я справедливо предположил, что прогнозировать цены можно только по этим сезонам. К со­жалению, я не учел другого, более важного обстоятельства, что для серьезно­го рыночного анализа имеющихся данных было недостаточно. На основе сопоставления с этими двумя сезонами я заключил, что рынок хлопка, кото­рый шел тогда по цене 25 центов за фунт, будет расти, но не превысит уровня 32—33 центов.

Первая часть прогноза оказалась верной: цены из месяца в месяц понемно­гу подрастали. Затем рост ускорился, и они всего за неделю подскочили с 28 до 31 цента. Этот скачок был вызван какой-то новостью, которой я почти не при­дал значения. «Довольно близко к расчетной вершине», — подумал я и решил сыграть на понижение. После чего, еще чуть поднявшись, рынок быстро съе­хал назад — к 29-центовой отметке. Я счел это совершенно естественным, полагая, что рынки просто обязаны соответствовать моему прогнозу. Однако моим восторгам и прибылям скоро пришел конец. Цены на хлопок не только вернулись на более высокий уровень, но и неумолимо пошли дальше: 32 цента, 33, 34, 35. В конце концов мой депозит иссяк и позицию пришлось ликвидиро­вать. Именно отсутствие у меня больших денег на счете я считаю счастливей­шим подарком судьбы: ведь в итоге рынок хлопка взметнулся на невероятную высоту — 99 центов! Это было вдвое выше предыдущего рекорда столетия.

Из-за этой сделки я на некоторое время разочаровался в рынке. В последу­ющие несколько лет я пару раз снова испытывал свои силы. Всякий раз я начи­нал, имея немногим больше 2000 долл., и все их терял в единственном, но крупном проигрыше. Одно утешало — потери были сравнительно невелики.

Эту полосу неудач прервали два события. Во-первых, я познакомился со Стивом Кроновицем. Отвечая за анализ товарных рынков в фирме «Hornblower & Weeks», я принял тогда Стива на вакантную должность аналитика рынков цветных металлов. Мы работали в одной комнате и быстро подружились. В отличие от меня, аналитика чисто «фундаментального» склада, Стив исполь-



Моя собственная история 19

зовал строго технический подход. (Специалист по фундаментальному анали­зу прогнозирует цены на основе экономических данных, а технический анали­тик — на основе внутренних характеристик рынка: прошлых цен, объемов сделок и показателей эмоционального настроя.)

До этого я смотрел на технический анализ с большим скепсисом. Мне ка­залось, что нечто столь простое, как анализ графиков, вряд ли может пред­ставлять какую-то ценность. Однако, поработав бок о бок со Стивом, я стал замечать, что его торговые приказы часто оказывались правильными. В конце концов я убедился в том, что моя первичная оценка технического анализа была неверной. Я понял, по крайней мере по отношению к себе, что для успешной торговли одного фундаментального анализа недостаточно; кроме того, я нуж­дался в привлечении технического анализа для определения моментов входа и выхода из рынка.

Вторым ключевым моментом, благодаря которому я, в итоге, влился в ряды познавших успех, стало осознание абсолютной необходимости контроля над риском. Я решил никогда впредь не допускать потерь всего депозита на един­ственной сделке — как бы я ни был уверен в своем видении рынка.

По иронии судьбы, сделка, которую я считаю поворотным моментом и од­ной из наилучших в своей карьере, была, по сути, убыточной. Тогда немецкая марка после продолжительного спада вошла, наконец, в длительный период консолидации. Исходя из своего анализа рынка, я заключил, что марка форми­рует некое важное ценовое основание. На этом уровне я открыл длинную по­зицию, одновременно разместив прямо под последним минимумом цены стоп-приказ типа «good-till-cancelled» («действителен до отмены»), полагая, что если мой расчет верен, то рынок не упадет до новых минимумов. Несколь­кими днями позже рынок начал падать, и я был закрыт с малыми потерями. Самое интересное в том, что после этого рынок рухнул, как подкошенный. Раньше в таких случаях я бы начисто разорился; теперь же понес лишь не­большие убытки.

Вскоре после этого я открылся вверх по японской иене, находившейся в области консолидации с техническими признаками бычьего направления бу­дущего исхода, что позволило достаточно близко разместить защитный стоп-приказ. Если обычно я открывал только одноконтрактную позицию, резонно ограничивая свой риск всего 15 тиками на контракт (сейчас уже с трудом верится, что я смог улизнуть при таком близком размещении стоп-приказа), то теперь я открыл 3-контрактную позицию. Рынок двинулся без оглядки. Хотя в целом я закрылся слишком рано, один из своих контрактов я сохра­нял довольно долго, утроив свой маленький счет. Это стало началом моих успехов в торговле. За несколько следующих лет, сочетая технический и



20 Моя собственная история

фундаментальный анализ с контролем риска, я нарастил свой скромный ка­питал далеко за 100 000 долл.

Но потом счастливая полоса закончилась. Я вдруг стал торговать более азартно, нарушая мной же выработанные правила. Теперь мне понятно, что тогда я чересчур расхрабрился. Взять хотя бы проигрыш на соевых бобах. Рынок двинулся против меня. Я же поверил, будто этот спад есть лишь коррек­ция бычьего рынка, и, вместо того чтобы принять малые потери, сильно увели­чил позицию. Эта ошибка усугубилась тем, что я совершил ее перед выходом важной правительственной сводки об урожае зерновых. Она усилила медве­жьи настроения рынка, и мой счет сильно уменьшился. За считанные дни я потерял более четверти совокупной прибыли.

После того как я снял со счета деньги на покупку дома и на расходы в пери­од академического отпуска для написания книги1, мои сбережения настолько оскудели, что почти на пять лет лишили меня шанса вернуться на рынок. Ког­да же я снова стал торговать, то начал, по своему обычаю, с маленькой сум­мы — 8000 долларов. Большая ее часть была потеряна в течение года. Добавив к счету еще 8000, после серии умеренных потерь мне удалось отыграться на нескольких крупных выигрышных сделках. За пару лет я снова довел свой счет до 100 с лишним тысяч долл. Затем я стабилизировался, и в последний год мой счет колебался около этого пика.

С объективной точки зрения моя торговля была успешной, но в эмоцио­нальном плане я воспринимал ее скорее как неудачу. Вообще говоря, с моим знанием рынка и опытом мне следовало бы добиться большего. «Я дважды де­сятикратно умножил неполные 10 000 долл., но так и не сумел еще сколько-нибудь увеличить общий счет, не говоря уже о том, чтобы превзойти этот уровень в разы. Почему?» — недоумевал я.

Желание разобраться в причинах этого стало одним из стимулов для напи­сания данной книги. Мне хотелось расспросить преуспевших трейдеров о том, каковы основные слагаемые их побед, каков их подход к рынку, каким прави­лам они следуют, с чего начиналась их торговая практика. И что они посовето­вали бы другим трейдерам.

Если мое стремление разрешить эти вопросы и имело, в определенной сте­пени, личную подоплеку, то в более широком смысле я представлял себя в образе некоего Обобщенного Трейдера, интересующегося такими вопросами, которые задали бы и другие, будь у них такая возможность.

1 Jack D.Schwager, A Complete Guide to the Futures Markets (John Wiley & Sons. New York, NY, 1984).

Часть I

Фьючерсы и валюты

Фьючерсы без ореола тайны

Среди всех рынков, которые обсуждаются в этой книге, большинство ин­весторов, вероятно, хуже всего разбираются во фьючерсных рынках. В то же время сегодня это одни из самых быстро растущих рынков. За последние двад­цать лет объем фьючерсной торговли вырос более чем в двадцать раз. В 1988 году стоимость всех фьючерсных контрактов, покупаемых и продаваемых в США, превысила 10 триллионов долл.1 Понятно, что это не только контракты по свиной грудинке.

Сегодняшние фьючерсные рынки охватывают все основные мировые ры­ночные группы: процентные ставки (например, казначейские облигации), ин­дексы акций (например, индекс S&P 500), валюты (например, японская иена), драгоценные металлы (например, золото), энергоносители (например, сырая нефть) и сельхозпродукты (например, зерно). Хотя первые фьючерсные кон­тракты ведут свое начало с рынков сельхозпродуктов, сейчас этот сектор со-

1 Эта грубая, но достаточно умеренная оценка сделана в предположении, что в торгах участвуют 246 миллионов контрактов с примерной средней стоимостью каждого 40 с лишним тысяч долл. (Если исключить фьючерсы на краткосрочные процентные ставки, например по евродоллару, то стоимость одного контракта варьируется от 11 000 долл. па рынке сахара при цене 10 центов за 1 фунт до 150 000 долл. по индексу S&P, когда он равен 300.)

24 Фьючерсы без ореола тайны

ставляет лишь примерно одну пятую всей фьючерсной торговли. Появление и впечатляющее распространение многих новых видов фьючерсных контрактов привело за истекшее десятилетие к образованию рынков финансового типа (это валюты, процентные ставки и индексы акций), на которые сейчас прихо­дится уже около 60 процентов всей фьючерсной торговли. (Почти половину из оставшихся 40 процентов составляют рынки энергоносителей и металлов.) Таким образом, термин «товарные рынки», часто используемый применитель­но к фьючерсным рынкам, все сильнее расходится с действительностью. Мно­гие наиболее активные фьючерсные рынки, например по упомянутым выше финансовым инструментам, по сути не являются товарными, а значительное количество товарных рынков не имеет соответствующих им фьючерсных.

Сущность фьючерсного рынка отражена в его названии: объект торговли на нем — это стандартный контракт по товару (например, по золоту) или фи­нансовому инструменту (например, по казначейским облигациям) с датой по­ставки этого актива в будущем. Например, когда автопромышленнику нужна медь для текущих операций, он покупает ее непосредственно у производите­ля. Но если тот же промышленник опасается, что через шесть месяцев цена на медь сильно вырастет, то он может зафиксировать ее на весь этот срок где-то около текущего уровня, купив сегодня медные фьючерсы. (Такая компенса­ция риска будущего роста цены называется хеджированием.) Если за данный период цена на медь вырастет, то прибыль от фьючерсного хеджа в какой-то мере скомпенсирует подорожание меди к моменту ее фактической покупки. Разумеется, в обратном случае, то есть при падении цены на медь, такой фью­черсный хедж станет убыточным. Но тогда и сам автопромышленник купит медь по более низкой цене, чем та, на которую он соглашался по фьючерсному контракту.

Если хеджеры вроде упомянутого автопромышленника принимают учас­тие во фьючерсной торговле для уменьшения риска нежелательного измене­ния цен, то трейдеры участвуют в ней, стараясь заработать на прогнозируемых изменениях цены. На деле многие трейдеры, имея выбор между фьючерсными и соответствующими наличными рынками, предпочтут торговать на фьючерс­ных рынках по следующим причинам:



  1. Стандартные контракты. — Фьючерсные контракты стандартизова­
    ны (по количеству и качеству базового актива), вследствие чего трейдеру
    не нужно подыскивать конкретного покупателя или продавца для откры­
    тия или закрытия позиции.

  2. Ликвидность. — Все основные фьючерсные рынки обладают превосход­
    ной ликвидностью.

Фьючерсы без ореола тайны 25

  1. Удобство открытия короткой позиции. — Открыть короткую позицию
    на фьючерсных рынках так же просто, как и длинную. Если для открытия
    короткой позиции по акции (когда продавец этой акции фактически берет
    ее взаймы) нужно дождаться роста ее цены хотя бы на один тик, то на фью­
    черсном рынке такого ограничения нет.

  2. Рычаг. — Фьючерсные рынки дают огромный финансовый рычаг. Грубо
    говоря, размер требуемой начальной маржи обычно составляет 5—10 про­
    центов от стоимости контракта. (Употребление термина «маржа» (margin)
    применительно к фьючерсному рынку неудачно, поскольку влечет серьез­
    ную путаницу с маржой для акций. На фьючерсных рынках маржа не озна­
    чает частичной оплаты, ибо до истечения срока действия контракта никаких
    фактических перемещений активов не происходит. Здесь маржа служит
    скорее неким залогом добросовестности.)1 Несмотря на притягательность
    высокого рычага фьючерсных рынков для трейдеров, следует подчеркнуть,
    что это обоюдоострое оружие. Недисциплинированное использование
    рычага является главной причиной, по которой большинство трейдеров
    несут потери на фьючерсных рынках. Обычно фьючерсные цены не более
    волатильны, чем наличные цены соответствующих базовых активов или
    многих акций, если их рассматривать в таком же качестве. Поэтому своей
    репутацией инструмента повышенного риска фьючерсы обязаны в основ­
    ном фактору рычага.

  3. Низкие транзакционные расходы. — Транзакционные расходы по фью­
    черсным сделкам очень низки. Поэтому гораздо дешевле сократить общий
    риск портфеля акций, продав не сами акции, а эквивалентную стоимость
    фьючерсных контрактов на индекс акций.

  4. Удобство офсетирования. — Фьючерсная позиция может быть закрыта
    с помощью офсетной, или обратной, сделки в течение всего времени рабо­
    ты рынка при условии, что он не заблокирован на верхнем или нижнем
    пределе. (На некоторых фьючерсных рынках максимально допустимое днев­
    ное изменение цены ограничено определенными пределами. Если свобод­
    ные рыночные силы в поиске равновесия выходят за них, то рынок просто
    доходит до предельной цены и торговля практически прекращается.)

  5. Биржевая гарантия. — Фьючерсному трейдеру незачем беспокоиться о
    финансовой состоятельности своего контрпартнера по сделке. Все плате­
    жи по фьючерсным контрактам гарантируются расчетной палатой биржи.

1 Учитывая данное замечание автора, далее в переводе термин «маржа» применительно к фью­черсным рынкам дается в устоявшемся русском эквиваленте: «залоговый депозит». — Прим. ред.

26 Фьючерсы без ореола тайны

Поскольку в силу самой своей конструкции фьючерсные рынки тесно при­вязаны к рынкам соответствующих базовых активов, фьючерсные цены дви­жутся почти параллельно наличным ценам (действия арбитражеров надежно предотвращают возникновение сколько-нибудь длительных и значительных рассогласований между фьючерсными и наличными ценами). Если иметь в виду, что фьючерсная торговля сосредоточена главным образом на финансовых ин­струментах, то получается, что многие фьючерсные трейдеры по существу являются трейдерами рынков акций, облигаций и валюты. В этом смысле выс­казывания фьючерсных трейдеров в публикуемых ниже интервью имеют пря­мое отношение и к тем инвесторам, которые никогда не выходили за рамки торговли акциями и облигациями.



Общее понятие

о межбанковском

валютном рынке

Межбанковский валютный рынок работает двадцать четыре часа в сутки, буквально следуя за движением солнца вокруг земли от банковских центров в Америке через Австралию и Дальний Восток в Европу и, наконец, снова воз­вращаясь в Америку. Он существует для того, чтобы удовлетворять нужды компаний по страхованию валютного риска1 в условиях быстрых колебаний стоимости валют. Например, когда некий японский производитель электрони­ки договаривается об экспорте стереоаппаратуры в США на условиях оплаты в американских долларах через шесть месяцев после поставки, он подвергает себя риску того, что в этот период произойдет некоторое обесценивание дол­лара по отношению к иене. Если этот производитель захочет зафиксировать цену поставки в местной валюте (иене), чтобы сполна получить свою прибыль, то он может захеджироваться, продав на межбанковском валютном рынке эк-



1 Неопределенность в доходности иностранного актива, связанная с неизвестным заранее курсом, по которому будет обмениваться иностранная валюта в будущем. — [Трим. ред.

28 Общее понятие о межбанковском валютном рынке

Бивалентную долларовую сумму на предполагаемую дату платежа по экспорт­ной сделке. Банки прокотируют этому производителю обменный курс для тре­буемой суммы и даты в будущем.

Спекулянты торгуют на межбанковском валютном рынке, стараясь зара­ботать на прогнозируемых ими изменениях обменных курсов. Например, спе­кулянт, ожидающий понижения британского фунта относительно доллара, продаст форвардный контракт по британскому фунту. (Все сделки на межбан­ковском рынке деноминированы в долларах США.) Спекулянт, который рас­считывает на понижение британского фунта относительно японской иены, купит определенный долларовый эквивалент японской иены и продаст соот­ветствующий долларовый эквивалент британского фунта.

Майкл Маркус

Не ждите второго пришествия саранчи

Карьера Майкла Маркуса началась в одной из крупных брокерских фирм с должности аналитика-исследователя товарных рынков. Однако из-за почти маниакальной тяги к биржевой игре он оставил работу по найму, чтобы все время отдавать торговле. После краткого и чуть ли не курьезного выступле­ния в роли биржевого трейдера Маркус перешел в «Commodities Corporation», которая нанимала профессионалов для работы со средствами фирмы, и стал одним из ее самых удачливых трейдеров. Через несколько лет полученная им прибыль превысила суммарный доход всех остальных его коллег. А за десять лет он баснословно увеличил счет компании — в 2500 раз!

Я познакомился с Майклом в свой первый рабочий день в фирме «Reynolds Securities», куда я был принят в качестве аналитика-исследователя фьючер­сов вместо Маркуса, только что перешедшего на похожую работу в одну из конкурирующих фирм. В тот период и моего, и его профессионального станов­ления мы общались довольно регулярно. Когда наши прогнозы направления рынка не совпадали, мои доводы обычно казались мне убедительнее, однако потом оказывалось, что прав был Маркус. Наконец, он нашел работу трейде­ра, весьма преуспел и перебрался на западное побережье.

Когда у меня возник замысел этой книги, то одним из первых в списке наме­ченных собеседников я поставил Маркуса. Сначала он ответил на мое пред-



30 Майкл Маркус

ложение согласием, хотя и нетвердым. А несколько недель спустя — отка­зался: желание избежать публичности оказалось сильнее природной склон­ности участвовать в том, что ему нравится. (Маркус знал и уважал многих из других моих собеседников-трейдеров.) Я очень расстроился, потому что Маркус был одним из лучших трейдеров, которых мне довелось знать. К сча­стью, ненавязчивые увещевания нашего общего знакомого помогли переубе­дить Маркуса.

Ко времени нашей встречи прошло уже семь лет с тех пор, как мы виделись в последний раз. Интервью состоялось у Маркуса дома в Южной Калифор­нии — на вилле, представляющей собой комплекс из двух зданий, располо­женных на утесе с видом на его личный пляж. Попасть на виллу можно было только через массивные ворота («потрясающие ворота», как выразился по­мощник Маркуса, объяснивший мне дорогу), имевшие все шансы выдержать атаку танкового дивизиона.

В начале беседы Маркус казался несколько индифферентным и даже замк­нутым. Эта неброская манера лишь усилила впечатление от его рассказа о своей скоротечной попытке стать биржевым трейдером. Но он сразу же ожи­вился, как только разговор зашел о случаях из его трейдерской практики. Наиболее интересным Маркус считает период «взлетов и падений* в начале своей торговой карьеры. На этом и сконцентрировалась наша беседа.


  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   33


©dereksiz.org 2016
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет