Исследования наших соотечественников Маркова М. В., 2000; Мартыненко С. А., 2000; Обухов Я. Л



жүктеу 174.9 Kb.
Дата13.06.2016
өлшемі174.9 Kb.




АВТОСТОП

М.В. Маркова1


Из известных сегодня психотерапевтических методик и техник, использующих образы в лечебном процессе, метод символдрамы (известной как Кататимно-имагинативная психотерапия, Кататимное переживание образов (КПО) или метод «сновидений наяву») (Лёйнер Х., 1996; Обухов Я.Л., 1999; Leuner H., 1994), является одним из наиболее глубоко проработанным и технически организованным методом, имеющим фундаментальную теоретическую базу. В основе метода лежат положения классического психоанализа и его современного развития (теория объектных отношений М. Кляйн, эго-психология А. Фрейд, «Self-Psychology» Х. Когута и их последующая разработка в трудах М. Балинта, Э. Эриксона, Р. Шпитца, Д.В. Винникотта).

Концептуальную основу символдрамы составляют глубинно-психологические психоаналитически ориентированные теории, анализ бессознательных и предсознательных конфликтов, аффективно-инстинктивных импульсов, процессов и механизмов защиты как отражения актуальных эмоционально-личностных проблем, анализ онтогенетических форм конфликтов раннего детства.

Исследования наших соотечественников (Маркова М.В., 2000; Мартыненко С.А., 2000; Обухов Я.Л., 1999) показали, что этот психотерапевтический метод во многом соответствует традициям, установкам и славянской ментальности в целом, ориентированной скорее на эмоционально-образное, чем на рациональное переживание и решение психологических конфликтов. Особенно эффективно выявилось применение метода у лиц с выраженным образным мышлением. Символдрама позволяет также вести лечебно-диагностическую работу с пациентами, испытывающими трудности в выражении своих эмоций и переживаний на вербальном уровне, которым сложно выразить свое внутреннее отношение к проблеме, особенно в тех случаях, когда необходимо выявить тонкие нюансы внутреннего восприятия, оценки или отношения к конфликту, понять причину противоречий в поведении пациента.

Суть метода – свободное фантазирование в форме образов на заданную психотерапевтом тему. Патогномоничной особенностью символдрамы является предложение пациенту некоторой темы для кристаллизации его образной фантазии – так называемого мотива представления образа. С психологической точки зрения, символдрама – проективный, но независимый от какой бы то ни было материальной структуры метод, благодаря чему в воображаемых образах непосредственно отражаются глубинные психические процессы, проблемы и конфликты, что позволяет называть кататимные образы «мобильной проекцией».

В символдраме используются различные психотерапевтические приемы и техники, такие, как элементы аутотренинга, классического и юнгианского анализа, поведенческой психотерапии, суггестивное потенцирование состояния релаксации.

Кататимное переживание образов показало себя клинически эффективным методом при лечении неврозов и психосоматических заболеваний (Лёйнер Х., 1996; Матюгин И.Ю., Обухов Я.Л., 1993; Обухов Я.Л., 1999; Русских Н.И., 1996). Имеются определенные наработки по использованию символдрамы для диагностики и лечения сексуальных расстройств (Маркова М.В., 2000; Мартыненко С.А., 2000; Roth J.W., 1983). Однако, наряду с безусловно позитивной оценкой метода (Кисарчук З.Г., Юрченко Т.П., 1998; Roth J.W., 1983), высказывается мнение о том, что методика символдрамы исследована недостаточно (Лаутербах В., 1995).

Методика символдрамы использовалась нами для лечения сексуальных расстройств у женщин.

В качестве основных мотивов символдрамы использовались мотивы, предложенные Х. Лёйнером, которые, с одной стороны, с диагностической точки зрения, наиболее полно отражают внутреннее психодинамическое состояние пациента, и, в то же время, с другой стороны, обладают максимальным психотерапевтическим эффектом (Лёйнер Х., 1996; Leuner H., 1994). Сексуальная и эдипальная тематика прорабатывается мотивами основной ступени символдрамы: спальни в доме, взаимодействия с остроконечной или с округлой горой, при помощи мотивов средней и высшей ступени символдрамы: куста розы, с которой нужно сорвать цветок, поездки на попутной машине (автостоп), плодового дерева, плод которого съедается, отверстия на болоте, похода на пляж. Ведение имагинации при этом должно содержать в себе минимум императивности психотерапевта. Напротив, над пациенткой должен главенствовать «диктат образа».



Из предложенных Х. Лёйнером тем, нами был выбран мотив поездки на попутной машине (автостоп), рекомендуемый для работы с женщинами (Лёйнер Х., 1996, с. 215; Leuner H., 1994, с. 178-181). В нем проецируются как сексуальные, так и межличностные проблемы, существующие между партнерами. Обращение к своему воображению, работа с образом – это непосредственный, прямой «вопрос к бессознательному» (Leuner H., 1994, с. 176), какие напряжения, комплексы и конфликты есть у человека в интимной сфере. Выбор тематики мотива связан с тем, что, по З. Фрейду, машину, автомобиль можно рассматривать как фаллический символ. Радость обладания машиной символически связана с радостью обладания фаллосом. В свете учения З. Фрейда вождение машины для женщины символизирует осуществление эдипальной зависти к пенису. В то же время поездка на автомобиле всегда связана с опасностью и риском. Поэтому, когда женщина садится в машину, за рулем которой сидит мужчина, она тем самым бессознательно как бы доверяет ему свою жизнь и здоровье. Мотив «автостоп» показывает, насколько женщина может довериться миру в целом, и насколько она готова эмоционально отдаться мужчине, в узком сексуальном смысле этого слова. Водитель – это репрезентант отцовско-мужского мира. Несмотря на то, что на Западе, по меньшей мере, половина водителей - женщины, за рулем почти всегда оказывается мужчина. Если же за рулем машины все же оказывается женщина, то это, по мнению Х. Лёйнера, говорит о том, что пациентка либо не преодолела инфантильную зависимость от матери, либо что у нее наблюдаются определенные гомосексуальные тенденции и регрессивная защита от гетеросексуальных отношений, что часто бывает связано (Leuner H., 1994, с. 180-181).

Для представления образа Х. Лёйнер предлагает женщине следующую инструкцию. Ей нужно представить, что она, усталая, возвращается домой по пустой дороге в сельской местности. Психотерапевт говорит, что сейчас появится карета, повозка, кибитка или телега (либо подъедет машина), она сама остановится, кучер (водитель) откроет дверь и предложит ее подвезти. Х. Лёйнер подчеркивает, что не сама женщина останавливает автомобиль, а машина делает это «сама». При этом за женщиной остается свобода выбора: принять предложение или нет. Однако на практике женщины часто, вопреки инструкции, сами останавливают машину, что символически характеризует их собственную активность в установлении сексуальных отношений (Leuner H., 1994, с. 178-179).


Как показывает опыт использования мотива «автостоп» на Украине, в России и Белоруссии (данные супервизий Я.Л. Обухова, Д.Г. Залесского, Н.И. Русских), для наших соотечественниц характерна ситуация, когда женщина сама садится за руль автомобиля или даже силой выбрасывает из машины водителя. Или случай, когда женщина садится в автобус или грузовик, где есть много других людей. Самой сесть за руль автомобиля может символически означать как установку на мастурбацию, так и стремление самой определять, когда, с кем и как удовлетворять свои сексуальные потребности. Невозможность более интимного взаимодействия с водителем в машине вдвоем и предпочтение поездки со множеством пассажиров могут быть связаны с бессознательным избеганием более глубоких отношений, которые могут причинить со временем боль и страдание. В этом нам видится важное отличие славянской ментальности от, например, немецкой. Межличностные отношения у нас глубже, люди ближе друг к другу. Если человек любит, то это чувство захватывает его всего без остатка. И тем больнее переживаются обиды и расставания. Может быть, именно поэтому наши соотечественницы опасаются более глубоких отношений и предпочитают садиться в машину, где много людей. Легче иметь более поверхностные отношения со многими, чем более глубокие с одним человеком. В то же время для немецкой культуры характерны более дистантные межличностные отношения. Например, в современной Германии мужчина и женщина уже не говорят друг другу: «Ich liebe dich» («Я люблю тебя»); гораздо чаще можно услышать фразу: «Ich mag dich» («Ты мне нравишься»). В Швейцарии не произносится даже и этого - мужчина и женщина говорят друг другу: «Ich hätte dich gerne» («Я тебя охотно поимел бы»). Когда немецкие женщины в мотиве «автостоп» садятся в машину наедине с водителем, то их отношения все равно остаются более дистантными, чем это характерно для нашей ментальности, и поэтому не внушают им столь больших опасений, как нашим соотечественницам.

Множество различных форм защиты проявляются в искажении ситуации «автостопа» и отражают проблемы, возникающие между партнерами, а также степень способности и готовности женщины к сексуальному контакту, ее неосознанные сексуальные комплексы, запретные или негативные установки относительно секса (Лёйнер Х., 1996, с. 215). В связи с этим Х. Лёйнер приводит такой пример:

Женщина с высшим образованием, несчастная, как она говорит, в браке, представляет себя на дороге. Сначала проезжает красная игрушечная машина, за рулем которой сидит маленький мальчик. Затем проезжает мотоциклист, который тоже не остановился (сопротивление). Затем вместо телеги или кареты появляется машина. Водитель останавливается и открывает дверь, предлагая женщине подвезти ее. Машина кажется ей странной, старомодной, довоенного образца с блестящими серебристыми украшениями. Вместо задних сидений в ней стеклянные витрины, в которых возвышаются хрустальные кубки. Вначале женщина не решается сесть в машину, потому что все это ей не нравится. Затем она все же садится на переднее сидение рядом с водителем. Х. Лёйнер просит ее описать лицо водителя, на что она отвечает, что не может его разглядеть (сопротивление). Только, когда психотерапевт второй раз задал вопрос о лице водителя, она стала узнавать в нем лицо своего мужа. Сразу после этого происходит драматическое обострение ситуации: машина на всем ходу врезается в дерево, растущее на обочине шоссе. Водитель, пробив крышу, вылетает из машины и застревает в ветвях этого дерева. У пациентки прорвались слезы, что она уже потом расценила как разрешение сложившегося напряжения. В этот момент через дорогу проскакали всадники, возглавляемые статным симпатичным офицером. Он показался пациентке похожим на ее отчима, который заменил ей отца, когда ей было два года.



Комментарий: Представившаяся в воображении сцена произвела сильное впечатление на пациентку. Происшедшее безусловно отражает ситуацию в браке, где сексуальные отношения оставляют желать лучшего. Появление детской игрушечной машины символизирует защиту от собственных сексуальных желаний и соблазнов при помощи прикрытия ролью матери. Неостановившийся мотоциклист также отражает сопротивление на проявление сексуальных желаний, а также возможные страхи и тревоги пациентки. Старомодный украшенный напыщенными блестками автомобиль символизирует отношения с мужем, чопорным человеком, для которого «хрустальные кубки» важнее жены. Пациентке больше бы хотелось сесть на заднее сидение автомобиля, чтобы чувствовать себя Женщиной, а ей в браке уготовано место «боевой подруги», помощницы, соратницы на переднем сидении рядом с водителем. Скрытая (латентная) агрессия против мужа нашла отражение в происшедшей аварии. Появление статного офицера, возглавляющего кавалькаду всадников, говорит о том, что пациентка еще не преодолела свою эдипальную зависимость (Leuner H., 1994, с. 179).

Когда женщина находится в машине, ее просят описать салон, сидения, панель инструментов и, конечно же, водителя – как он выглядит, как он одет, какие у него волосы, какое лицо, какие руки, пальцы, ногти. Пациентку спрашивают, с какой скоростью едет машина. Одна женщина представила себя в автомобиле рядом со своим мужем. Машина плелась со скоростью 20 км/час, что казалось женщине досадным. Спустя некоторое время образ переменился, и за рулем оказался ее любовник. Машина уже ехала со скоростью 80 км/час.

Отдельное внимание уделяется бардачку. Психотерапевт просит женщину открыть его и посмотреть, что там находится. Содержимое бардачка символизирует личность значимого для женщины мужчины, ее к нему отношение. Например, если там пыльно и противно, в бардачке будет находиться грязный носовой платок, это может символизировать брезгливое отношение к мужчине. Известно, что иногда достаточно посмотреть на гнилые зубы мужчины, чтобы отбить у женщины любые сексуальные желания. Или в бардачке может находится связка ключей, что символизирует озабоченность женщины, что у ее мужчины есть много дверей, которые он этими ключами открывает. Календарик с полуобнаженной красоткой может говорить о ревности и т. д.

Психотерапевт просит женщину включить радиоприемник и повращать ручку настройки радиоканалов, чтобы выбрать приятную программу. Найденная мелодия – это резонанс отношений со значимым мужчиной и с данной ситуацией. Ее прослушивание может иметь терапевтическое значение.

Заканчивается мотив «автостоп» обычно тем, что женщина выходит из машины и прощается с водителем.

Мотив «автостоп» имеет безусловную психодиагностическую и психотерапевтическую ценность, однако существуют и критические оценки. Психолог Трауде Эберманн из г. Вены считает, например, что, во-первых, этот мотив фиксирует давно устаревшее распределение ролей: ОН имеет деньги, машину; ОНА стоит на дороге без машины, зависимая от него. В современном западном мире символом принадлежности к «миру взрослых» и для мужчин, и для женщин давно уже стало обладание собственными деньгами, водительскими правами и собственным автомобилем. Во-вторых, «автостоп» в реальной жизни нередко связан с сексуальным насилием. Это то место, где наиболее часто совершаются сексуальные преступления, место зависимости и беззащитности. Сам психотерапевт вряд ли пошлет в реальной жизни свою дочь, жену или сестру в «автостоп», зато с вуайеристическим сладострастием посылает туда своих пациенток. «Автостоп» - это пространство потери автономии и близости опасности (Ebermann T., 1999).

Эффективность метода символдрамы в нашей практике иллюстрирует следующий клинический случай.

Пациентка, по профессии экономист, 33 года, состоит в браке 10 лет. Имеет одного ребенка. Жалуется на плохой сон, раздражительность, плаксивость, отсутствие аппетита, неустойчивость настроения, головные боли, периодические приступы головокружения с чувством приближающейся потери сознания.

При направленном опросе отмечает также снижение сексуального влечения к мужу, ослабление способности возбуждаться в момент интимной близости и испытывать оргазм, в чем целиком винит супруга.

Супруг, 35 лет, директор малого предприятия. Отмечает холодность супруги, жалуется на урежение сексуальных контактов с женой.



Анамнез жизни. Росла единственным ребенком в обеспеченной семье. Воспитывалась по типу потворствующей гиперпротекции, что культивировало неадекватное эгоистичное желание всегда быть в центре внимания. Темп физического и психического развития соответствовал возрасту. Отлично закончила школу и университет, работает экономистом.

Анамнез болезни. Заболела примерно год назад. После острой психотравмирующей ситуации (в дом к пациентке явилась женщина, назвавшаяся любовницей ее мужа, и устроила бурную скандальную сцену), пациентка стала отмечать расстройства сна, боязнь темноты, плаксивость, раздражительность, кроме того, стала избегать сексуальных контактов с мужем, перестала испытывать оргазм и психосексуальную удовлетворенность.

Сексологический анамнез. Темп соматосексуального и психосексуального развития нормальный. Менструации с 13 лет, установились сразу. Мастурбация с 15 лет. Эротические фантазии – с 14 лет. Первый половой контакт – в 17 лет. С начала половой жизни при половом акте часто достигала оргазма. Замужем с 23 лет.

Соматический статус, в том числе неврологический и гинекологический – без патологии.

Психический статус. В речевой контакт вступает с настороженностью, внимательно наблюдает за реакциями собеседника, при создании обстановки доверительности оживляется и охотно, достаточно откровенно рассказывает о своих проблемах, о себе. Самовнушаема, претенциозна, стремится произвести хорошее впечатление. Речь живая, образная, эмоциональная. Отмечается выраженная лабильность эмоциональной сферы.

Сексологический статус. Дифференцировка пола, половое самосознание – правильные. Сомато- и психосексуальное развитие в норме. Вторичные половые признаки развиты достаточно. Тип телосложения – женский, оволосение лобка по женскому типу. Полоролевое поведение со склонностью к трансформации к маскулинному (преобладающие поведенческие тенденции – доминантность, решительность, активность). Психосексуальная ориентация – гетеросексуальная. Психосексуальный тип (по С.С. Либиху) – агрессивный вариант «женщина-женщина». Осведомленность в вопросах психогигиены половой жизни достаточная. Тип сексуальной мотивации – игровой, мотив полового акта – гедонический. Половая конституция средняя. На настоящий момент процент оргастичности – 1-2% (испытывает оргазм в одном - двух половых актов из 100). Эрогенная зона – клитор, преддверие влагалища. Тип сексуальной культуры – невротический (невроз – определяющая черта данной культуры, характерны чувства угрозы, страха перед противоположным полом, состояние психического напряжения при ухаживании и сексуальных контактах; в союзе нет партнерства, сексуальной и социально-психологической адаптации).

Данные системно-структурного анализа сексуального здоровья. Отмечается стержневое поражение психической составляющей анатомо-физиологического компонента и нарушение психологического и социально-психологического компонентов.

Системно-структурный анализ сексуального здоровья, разработанный В.В. Кришталем (Кришталь В.В., Гульман Б.Л., 1997) предусматривает выделение социального, психологического, биологического и социально-психологического компонентов сексуального здоровья и определение степени адаптации супругов. При оценке состояния социального компонента выделяют социокультурную (включающую социализацию сексуальности, уровень общей и сексуальной культуры и степень их соответствия у супругов) и информационно-оценочную (осведемленность супругов в вопросах психогигиены половой жизни и оценка сексуальных проявлений своих и партнера) составляющие. Оценка психологического компонента определяется ролью личности, осознаваемых и неосознаваемых психических процессов в характере сексуальности, сексуальном поведении супругов и степенью его взаимного соответствия у них. Социально-психологический компонент отражает уровень межличностных отношений мужа и жены, избирательный контакт, соответствие семейных ролей, интересов и ценностных ориентаций супругов. Определение биологического компонента включает определение дифференцировки пола, состояния генитальной, психической, эндокринной и нервной (кортикальной, субкортикальной, спинальной, рецепторной, вегетативной) регуляции сексуальной функции, а также взаимного соответствия сексуальной функции мужа и жены, обусловленного типом их половой конституции.

Системно-структурный анализ состоит из пяти этапов. На первом оценивается состояние его компонентов у каждого из супругов. На втором устанавливается степень поражения компонентов, что дает возможность определить долю участия каждого из них в генезе сексуальной дисгармонии. На третьем этапе определяется форма нарушения сексуального поведения и сексуального здоровья. На четвертом формулируется клинический диагноз с учетом состояния биологического, социального, психологического и социально-психологического компонентов сексуального здоровья. На пятом выносится диагностическое заключение для супружеской пары.

Диагноз: диссоциативное конверсионное расстройство (F 44); синдром дезактуализации сексуальной функции; аноргазмия; акцентуация характера по демонстративному типу; невротический тип сексуальной культуры.

После двух сеансов рациональной психотерапии, получения позитивной установки на лечение по методу символдрамы, было проведено пять сеансов (занятий). На первых двух прорабатывались мотивы основной ступени. На третьем пациентке был предложен мотив «поездки на попутной машине».

Сначала с сидящей в удобном кресле пациенткой была проведена предварительная беседа, после чего ей было предложено упражнение на релаксацию по технике исполнения близкое к первым двум ступеням аутогенного тренинга по Й. Шульцу*. На следующем этапе пациентка должна была представить «луг».

По своей глубинно-психологической значимости мотив «луг», как показали экспериментальные исследования Х. Лёйнера (Leuner H., 1994), – это оральный материнский символ. Он выявляет общий эмоциональный фон, настроение, актуальное состояние пациента, его эмоциональные отношения с матерью и динамику переживаний первого года жизни, а также отражает возможное сопротивление терапии.

К диагностическим критериям относятся погода, время суток, время года, величина луга, характеристика земли и растительности на ней, наличие или отсутствие источника воды на лугу. В норме это хорошая солнечная погода, утро или день, весеннее или летнее время года, сочная растительность с обилием трав и цветов.

По прошествии некоторого времени пациентке было предложено представить, что она выходит на проходящую рядом с лугом дорогу и идет по ней. Затем, к моменту наступления у пациентки чувства усталости, психотерапевт сказал, что на дороге появится машина или повозка, она сама остановится, и водитель или кучер предложит подвести пациентку. Несмотря на то, что пациентка чувствовала усталость, она не смогла сесть в появившуюся машину, мотивируя свой отказ тем, что не может доверять мужчинам, и, хотя она ясно понимает неоспоримую выгоду от предложения подвезти ее, и образ мужчины, сидящего за рулем, ей глубоко симпатичен, все равно она знает, что «у них одно только на уме», и доверять мужчинам нельзя. Когда же водитель попытался уговорить ее, пациентку охватила паника, что привело к возникновению вегетативного пароксизма симпато-адреналового типа. Происшедшее произвело на пациентку очень сильное эмоциональное впечатление. На следующем занятии состоялось аналитическое обсуждение того, что пациентка пережила в образе, что позволило ей осознать ее проблему и эмоционально ее отреагировать. На пятом сеансе пациентка, все же после некоторых колебаний, смогла сесть в попутную машину, испытав при этом чувство необычайной легкости, радости и спокойствия. При последней встрече пациентка сообщила о восстановлении сексуальной жизни с мужем, и о том, что половой акт, проведенный по ее инициативе, был успешным.

Таким образом, мы видим, что символдрама позволяет решать проблемы, имеющие эмоциональную природу, эмоциональными же средствами, проработать и принять то, что при использовании вербальных техник осталось бы на поверхностном уровне, что делает ее эффективной при коррекции нарушений сексуального здоровья.
Литература.


  1. Кисарчук З.Г., Юрченко Т.П. Символдрама в украинской практической психологии. В: Практична психологія в контексті культур: Збірник наукових праць / Відп. ред. З.Г. Кісарчук. - Київ: Ніка-Центр, 1998. – С. 185-190

  2. Клепиков Н.Н.; Обухов Я.Л. Психотерапия по методу символдрамы в социальной реабилитации онкологических больных. В: Программа и тезисы Первой Российской конференции “Народная медицина в онкологии” (20-24 июня 1998 г.), Переславль-Залесский, 1998. – С. 23

  3. Кришталь В.В., Гульман Б.Л. Сексология. Том 2. Клиническая сексология. Часть 1. – Х., Академия сексисследований, 1997. – 272 с.

  4. Лаутербах В. Эффективность психотерапии: критерии и результаты // Психотерапия: от теории к практике. Материалы 1 съезда РПА, Спб, 1995. – С. 28 – 41

  5. Лёйнер Х. Кататимное переживание образов / Пер. с нем. Я.Л. Обухова. М., “Эйдос” 1996

  6. Лёйнер Х. Основы глубинно-психологической символики, Журнал практического психолога, 1996, № 3, 4

  7. Маркова М.В. Использование метода символдрамы в лечении сексуальных расстройств у женщин, Експериментальна і клінічна медицина (Экспериментальная и клиническая медицина), Харківський державний медичний університет. – 2000. - № 3. - С. 74-78

  8. Мартыненко С.А. Использование метода «символдрама» для диагностики, коррекции и профилактики сексуальной дисгармонии супружеской пары. В: Символ и Драма. Сборник статей. – Харьков: Регион-информ, 2000, № 1 (1). – С. 49-54

  9. Матюгин И.Ю., Обухов Я.Л. Коррекция психосоматического состояния больных сахарным диабетом при помощи эйдетических образов // Психологические и социальные аспекты обучения самоконтролю пациентов с сахарным диабетом. Материалы научно-практического симпозиума. – М., Российская Диабетическая Ассоциация, 1993, С.3.

  10. Обухов Я.Л. Символдрама и современный психоанализ. Харьков, «Регион-информ», 1999, 251 с.

  11. Русских Н.И. Интенсивная психотерапия острого ипохондрического невроза (использование метода символдрамы по Х. Лейнеру) // Журнал практического психолога. – 1996. – № 5. – С. 48 – 52

  12. Ebermann T. AUTOSTOP – Fahren Sie mit? Fahren Sie mit! Imagination, 21. Jahrgang, Nr. 1/1999. – S. 61 – 72

  13. Leuner H. Lehrbuch des Katathymen Bilderleben, Huber, Bern 3. Aufl. 1994

  14. Roth J.W. Das Katathymen Bilderleben bei psychosomatischen Frauenkrankheiten und bei Sexualstörungen beiderlei Geshechts // In Buch Leuner H. Katathymes Bilderleben. Ergebnisse in Theorie und Praxis. 2 Aufl. Huber. Bern. 1983. – S. 209 – 215

Автостоп


М.В.Маркова

Харьковская медицинская академия последипломного образования

Рассмотрена возможность использования метода Кататимно-имагинативной терапии в лечении сексуальных расстройств у женщин. Приведен клинический случай, иллюстрирующий эффективность метода.
Ключевые слова: кататимное переживание образов; лечение нарушений сексуального здоровья у женщин.
Avtostop

M.V.Markova

Kharkiv Medical Academy of Postgraduate Education

The possibility of using of a method Symboldrama of therapy in treatment of sexual disorders at the women is considered. Clinical case illustrating efficiency of a method is indicated.


Key word: Symboldrama, katathyme experience of images; treatment of violations of sexual health at the women.

1Маркова Марианна Владиславовна - врач-невропатолог, сексолог, психотерапевт, ассистент кафедры психотерапии Харьковской медицинской академии последипломного образования.

*Релаксация и задание образа проводится по следующей схеме: «Сядьте, пожалуйста, поудобнее. Почувствуйте опору под собой, каждую точку соприкосновения с опорой. Почувствуйте спинку кресла, на которую можно облокотиться. Поставьте поудобнее ноги. Почувствуйте ногами пол. Руки расположите поудобнее, почувствуйте подлокотники. Шею, голову расположите так, чтобы вам было удобно и приятно представлять образы. Закройте, пожалуйста, глаза и постарайтесь расслабиться, снять накопившееся напряжение - так, как будто вам хотелось бы немножечко вздремнуть. Начните расслабляться с мышц плеч. Постарайтесь почувствовать, как плечи становятся тяжелыми, теплыми и расслабленными. Плечи тяжелые и теплые, тяжелые и теплые. Представьте, как приятное тепло распространяется из плеч по всему телу. Почувствуйте, как тепло опускается из плеч в руки. Расслабляется верхняя часть рук. Расслабляются локти. Ваши запястья расслабляются. Расслабляются кисти рук – ладони становятся тяжелыми и теплыми. Ладони тяжелые и теплые, тяжелые и теплые. Расслабляется каждый палец на руках. Руки расслаблены, провисли, вплоть до самых кончиков пальцев. А теперь обратите внимание на то, как вы дышите – дыхание становится свободным и ровным, свободным и ровным. Вам хорошо и приятно дышится. Постарайтесь почувствовать приятное тепло в груди, тепло в области солнечного сплетения, тепло в животе. Представьте, как тепло из живота опускается в ноги. Почувствуйте, как расслабляется верхняя часть ног, расслабляются колени, расслабляются голени. Стопы становятся тяжелыми и теплыми. Стопы тяжелые и теплые, тяжелые и теплые. Почувствуйте пятки, пальцы ног. Ноги расслаблены. Теперь обратите внимание на спину. Почувствуйте, как расслабляется поясница, почувствуйте позвоночник. Почувствуйте лопатки. Почувствуйте, как расслабляется середина спины между лопатками. Расслабляется шея, затылок. Голова расслаблена. Расслаблено темя, виски. Расслабляется лоб, лицо. Почувствуйте свои щеки, почувствуйте скулы, подбородок. Нижняя челюсть становится тяжелой. Губы расслаблены, язык теплый, расслабляется нос и глаза. Веки тяжелеют, ресницы слипаются. Глаза расслаблены. Попробуйте представить себе сейчас какой-нибудь луг. - Любой луг, который вы когда-нибудь видели или который рисует вам ваше воображение. - Или любой другой образ. Все, что вы представите - это хорошо. Мы можем работать с любым образом. - Если вы что-нибудь представите, то расскажите, что вам представляется. Что сейчас?» (Обухов Я.Л., 1999, с. 225-226)



©dereksiz.org 2016
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет