Л. Н. Гумилев атындағы ЕҰу хабаршысы №1 (61)



жүктеу 4.42 Mb.
бет6/37
Дата17.06.2016
өлшемі4.42 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   37

Вопросы организации профилактической и координационной работы в отношении несовершеннолетних


Рассчитанная на реализацию своих институтов при отсутствии какой-либо альтернативы воспитательная система общества оказалось в состоянии глубокого кризиса. По данным некоторых исследователей ежегодно выявляется около 100 тысяч детей и подростков, нуждающихся в изоляции от собственных родителей, то есть, помещенных в детские дома. Существенно снизилась эффективность воспитательного воздействия школы, а также других учебных заведений. Резкая критика раздается в адрес средств массовой информации, пропагандирующих жестокость, насилие, секс. Наше общество становится свидетелем фактически полного исчезновения служб социального контроля и социальной помощи несовершеннолетним - сокращены штаты инспекторов органа опеки и попечительства, отделов народного образования.

В советское время, начиная еще с 1967 года в нашей республике, действовали комиссии по делам несовершеннолетних, которые находились при исполнительных органах государственной власти. Вплоть до 11.06.2001 года они продолжали осуществлять свою деятельность в прежнем правовом режиме, то есть на основании "Положения о комиссиях по делам несовершеннолетних" с изменением и дополнением 1987 года.

Если раньше главной задачей комиссии по делам несовершеннолетних минимум сократить детскую преступность, то сейчас, когда несовершеннолетних порой приходится защищать от собственных родителей, ее функции существенно изменились, как, впрочем, и название. И это является основной причиной преобразования Комиссией по защите прав несовершеннолетних, которое сегодня основывает свою деятельность на базе нового законодательства, адаптированного к рыночным отношениям.

Другой причиной реорганизации комиссии по делам несовершеннолетних и утверждение нового Типового положения "О комиссии по защите прав несовершеннолетних" от 11.06.2001 года под №789 явилось принятие нового КОАП. Статья 540 впервые в истории законодательства суверенного Казахстана легализовало правовое положение комиссии по защите прав несовершеннолетних. В ней говорится: "комиссии по защите прав несовершеннолетних, образуются местными исполнительными органами в составе председателя, заместителя председателя, членов комиссии и ответственного секретаря комиссии". Комиссия по защите прав несовершеннолетних осуществляет свою деятельность в целях формирования единого подхода к реализации комплексного решения проблем профилактики преступлений, правонарушений и безнадзорности несовершеннолетних, защиты их прав и законных интересов. Деятельность комиссии основывается на принципах: законности, гуманного обращения с несовершеннолетним, уважительного отношения к несовершеннолетнему, конфиденциальности информации о несовершеннолетнем, родителям или его законных представителях, ответственности должностных лиц и граждан за нарушение прав и законных интересов несовершеннолетнего. Однако комиссии по защите прав несовершеннолетних, созданные, прежде всего для координации профилактической деятельности всех возможных ее участников превратились в органы, преимущественно наказывающие правонарушителей, решая жизнь ребенка за 5 минут.

Так же не урегулирован вопрос о заработной плате ответственных секретарей. Это приводит к тому, что данные должности часто занимают лица, не имеющие необходимого образования и опыта работы с подростками. В этой связи нам представляется необходимым ввести в Комиссию по защите прав ребенка социальную службу по работе с подростками, ввести в штаты всех районных (городских) служб социальной зашиты по правам ребенка крупных сельских районах (с численность несовершеннолетних населения более чем 10 тысяч человек) трех освобожденных работников - инспекторов. Эти работники, как правило, должны иметь высшее педагогическое или юридическое образование.

Говоря об организационной стороне проблемы, надо сказать, что без четкого обозначения компетенции государственных органов и учреждений, занимающихся защите прав ребенка трудно рассчитывать на успех. При этом крайне важно определить конкретно, каковы права и обязанности тех служб, которые взаимодействуют, борясь за права ребенка. И здесь существует ряд проблем.

Определение ребенка в детский дом и интернатные учреждение частично были возложены данные функции на участковых инспекторов по делам несовершеннолетних, в профессиональные задачи которых работа с сиротами не входит.

Работу с детьми-беспризорниками ведут практически лишь органы внутренних дел, использующие свои методы работы, свой стиль решения проблем, связанных с детской безнадзорностью и беспризорностью. При этом главная их задача - обнаружить, задержать, препроводить по принадлежности. Часто туда откуда ребенок, подросток ушел или убежал, что само по себе антигуманно, антипедагогично и, в конечном счете, нерезультативно - несмотря на колоссальную затрату сил и средств.

На сегодняшний день нет органов, способных обеспечить защищенность прав и интересов несовершеннолетних, В стремлении проявить свою социальную активность ребенок все чаще оказываются под влиянием неформальных групп и движений различной социальной направленности. И происходит это в тот ответственный период становления их личности, за которым начинается ее социализация либо социальная деградация [1].

Безнадзорные и беспризорные дети, и подростки требуют особого внимания. Для них нужны не только Центры временной изоляции, адаптации и реабилитации, находящиеся в системе МВД, но и специальные социально-воспитательные приюты, которые давали бы им возможность, при необходимости относительно длительного пребывания, консультирования, обучения, отдыха, занятия трудом, получения общего и профессионального образования. Возможна временная передача беглецов или детей и подростков из неблагополучных семей в другие семьи - с нормальной нравственно-психологической атмосферой и желающим оказать социальную помощь детям [2].

В Казахстане существуют только два Центра социальной реабилитации детей подростков в городах Алматы и Шымкента. В городе Петропавловске в 2003 году закрыли за ненадобностью, хотя данные приюты играют огромную роль для детей, которые остались на улице.

Следует заметить, что в Казахстане развивается благотворительная деятельность, оказываемая различным категориям детей, нуждающимся в помощи, благотворительными фондами (их в республике более ста) и частными лицами.

В то же время, общая стратегия государственной деятельности выстроена не эффективно, не обеспечена профилактическая направленность и должная координация работы. Не развита сеть социальных служб помощи детям и подросткам, создающиеся детские приюты немногочисленны и испытывают финансовые затруднения и недостаток квалифицированных кадров.

Сегодня можно констатировать: детьми - несовершеннолетними совершается почти каждое двадцать шестое преступление. На индивидуально-профилактическом учете состоит 917 несовершеннолетних, 1326 родителей или лиц, их замещающих, 154 группы несовершеннолетних с антиобщественной направленностью. В УВД Южно-Казахстанской области зафиксированы сотни имен, для которых преступления стали не просто развлечением, а образом жизни. Дети не хуже, а может даже лучше чувствуют неуверенность родителей в завтрашнем дне. Отсюда самостоятельность детей, не зная других путей они идут на преступления. Взрослым не до детей отсюда противоправные действия. Южно-Казахстанская область в 2004 году по детской преступности по Республике занимала второе место после города Алматы.

Многие авторы юристы считают, что все принудительные меры воспитательного характера являются мерами государственного принуждения, обеспеченными силой государственной власти. Другие указывают на общественный характер этих мер в случае их применения комиссиями по защите прав несовершеннолетних. Третьи рассматривают принудительные меры воспитательного характера, применяемыми комиссиями, в качестве переходной ступени между мерами государственного принуждения и мерами общественного воздействия [3, 4, 5].

Прежде всего, необходимо выяснить, какие признаки дают основание для объединения принудительных мер воспитательного характера в особую группу. При этом очевидно, что если воспитательный характер этих мер видеть лишь в их принудительно сдерживающем, дисциплинирующем воздействии на правонарушителя, то в этом смысле любая мера административного воздействия (кстати, как и любая мера ответственности вообще) несет воспитательную нагрузку. Причем, если строго подойти к определению воспитания как более или менее продолжительного воздействия на личность, исправительные работы скорее могут быть отнесены к принудительным мерам воспитательного характера, чем объявление выговора.

По нашему мнению, нужно внедрить применение к несовершеннолетним, воспитательную и предупредительную работу не только со стороны правоохранительных органов, но и подключить к работе преподавателей ВУЗов, адвокатов, работников государственной службы которые могли вложить свой вклад в воспитании молодого поколения.

Особенно большое значение имеет в связи с этим широкое использование педагогических приемов и методов воздействия на поведения несовершеннолетних. Причем, важно учитывать, что воздействие на правонарушителя достигается благодаря применению к нему тех или иных мер ответственности для оказания ему правовой помощи [6].

Оно имеет место на протяжении всего периода административного расследования дела и рассмотрения его по существу. А поскольку речь идет о несформировавшейся личности, с неустойчивой социальной ориентацией, с различной степенью определенности выбора линии своего поведения и поэтому в большей степени подверженной влиянию окружающей ее действительности, то весь процесс привлечения несовершеннолетнего к административной ответственности должен быть направлен на положительные изменения его личности, переоценку ценностей, разрушение сложившихся негативных стереотипов.

Представляется, что характер мер воздействия, предусмотренные Типовым положением о комиссиях, столь различен, что не оправдано одинаковое регулирование основания и порядка их применения. Более того, полагаем, что некоторые из мер, предусмотренных Типовым Положением, вообще трудно отнести к мерам ответственности.

Прежде всего, помещение несовершеннолетних в ЦВИАРН по решению комиссии по защите прав несовершеннолетних не может, на наш взгляд, рассматриваться иначе как мера процессуального обеспечения ответственности. Что касается мер воздействия, выражающих ответственность правонарушителя за содеянное, то их применение, на наш взгляд, всегда связано с отрицательной оценкой его поведения и обязанностью претерпеть в связи с этим определенные ограничения, лишения, негативные последствия различного характера.

Представляется, что с этих позиция было бы правильнее рассматривать назначение общественного воспитателя, а так же передачу на поруки трудовому коллективу либо общественной организации не в качестве выражения ответственности несовершеннолетнего - правонарушителя, а в качестве мер оказания ему социальной помощи. Отличаясь, от мер ответственности они направлены, прежде всего, на актуализацию положительных свойств и качеств подростка, создание благоприятных условий для формирования нравственно здоровой личности.

Имея специфическое содержание и направленность, меры государственной и общественной помощи детям - подросткам право нарушителя должны иметь и определенные особенности их применения.

Во-первых, вопрос о применении этих, мер, на наш взгляд, не обязательно должен связываться с привлечением несовершеннолетнего к ответственности, а может иметь и самостоятельное значение. С другой стороны, привлечение лица к административной ответственности не всегда требуют применения к нему последующих мер государственной и общественной помощи. Так, если административный проступок подростка связан со случайным стечением неблагоприятных обстоятельств, а сам нарушитель, имеющие благоприятные жизни и воспитания, глубоко и сердечно раскаялся в содеянном, то применение к нему каких - либо мер социальной помощи может быть излишним.

Во-вторых, выбор той или иной меры в данном случае не связан непосредственно с характером совершенного подростком правонарушения, а определяется исключительно индивидуальными особенностями правонарушителя, а такие особенности окружающей его социальной микросреды. Поэтому социальная помощь может заключаться в воздействии не только на личность несовершеннолетнего, но и на микросреду его обитания с целью нейтрализации ее отрицательного влияния.

В-третьих, значительное разнообразие путей и методов социального восстановления личности, несовершеннолетних с отклоняющимся поведением, связанное с различной степенью их педагогической запущенности, наличием индивидуальных психологических особенностей, существенными различиями в условиях жизни и воспитания, предопределяет необходимость большого разнообразия мер государственной и общественной помощи несовершеннолетним правонарушителем.

Существующая система мер воздействия в отношении несовершеннолетних требует, на наш взгляд, существенного пересмотра. Представляется, что ее совершенствование должно идти, во-первых, по пути дифференциации и выделения административно-правовых мер, мер процессуального обеспечения ответственности несовершеннолетних, гражданско-правовых мер и мер социальной помощи с присущими им особенностями применения.

Список литературы

1. Шапинова С.А. Подросток: общество и закон. - Алматы, 1989. - С. 39; Божович Л.И. Личность и ее формирование в детском возрасте. - М.: Просвешение, 1968. - С. 63; Краковский А.П. О подростах. - М.: Педагогика, 1970. - С. 78-80;

2. Бегалиев К.А. Предупреждение безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних. - Алма-Ата, 1980. - С. 20-21.

3. Қайыржанұлы Е., Бұғыбайқызы Д. Кәмелетке толмаған қылмыскерлерге жаза тағайындаудың ерекшеліктері: Монография. - Алматы: Өркениет, 2000. - 136-б.

4. Мырзабек Р.Ш. Профилактика и предупреждение преступности среди несовершеннолетних // Сборник трудов. - Туркестан, 1994. - С. 108-110.

5. Нарикбаев М.Н. Праваовая охрана детства в Республике Казахстан. - Алматы, 1996. - С. 39-40.

6. Жадбаев С.К. Правопорядок и поведение несовершеннолетних. - Алма-Ата, 1982. - С. 55.

Поступила в редакцию 6.02.2008.

Б.А. Джандарбек

Обязательственные семейно-брачные отношения

Супруги и другие члены семьи могут заключать между собой любые договоры, которые не запрещены законом в отношении общего и раздельного имущества. Это могут быть обычные гражданско-правовые договоры (купля-продажа, мена, дарение и т.д.). При их заключении законодательство не учитывает особенности правового положения участников семейно-правовых отношений.

Существует мнение, что в таких случаях, на совершаемые сделки распространяются общие правила, которые в равной степени действуют и в отношении любых других лиц, заключающих сделку [1]. Речь идет о договорах, которые супруги могут заключать как между собой (дарение имущества мужу или жене), так и с третьими лицами (продажа принадлежащего супругам на праве общей совместной собственности имущества другому лицу). Мы считаем, что несмотря на наличие общей правовой регуляции особенности субъектного ряда и сферы применения данных договоров обусловливают также некоторую специфичность самих заключаемых договоров.

Супруги и иные члены могут заключать договоры, для которых наличие статуса участника семейно-правовых отношений является необходимым. Эти договоры предусмотрены семейным законодательством. В то же время, в эту группу могут быть включены и сделки, предусмотренные нормами ГК, например договор пожизненного содержания с иждивением, в котором получателя ренты могут являться оба супруга [1].

Следует учесть, что в регламентации имущественных семейно-правовых отношений семейное законодательство больше придерживается диспозитивного регулирования. Это, естественно, не распространяется на алиментные обязательства (в первую очередь, с участием родителей и детей, где родители выступают в качестве плательщиков алиментов).

В семейном праве существуют договоры, прямо предусмотренные нормами семейного законодательства. Кроме того, возможно заключение при регулировании семейно-правовых отношений таких договоров, которые непосредственно законодательством не предусмотрены, но не нарушают его императивных норм.

И.В. Жилинкова предусматривает следующую классификацию договоров в семейном праве. Это, по ее мнению, имущественные договоры супругов, которые нашли свое непосредственное закрепление в гражданском и семейном законодательстве:

1) договоры супругов относительно их имущества;

2) договоры супругов о предоставлении взаимного содержания;

3) договоры о содержании детей [1].

Правда, здесь нарушается одно из традиционных представлений гражданского права о том, что договор является формой обязательственного правоотношения. В свою очередь отличительной особенностью обязательственного правоотношения является то, что в нем права кредитора реализуются за счет действий обязанной стороны - должника. Это правило, вряд ли может быть нарушено в семейном праве, которое не обладает самостоятельными наработками применительно к базовым положениям обязательства и договора. Семейное право лишь корректирует указанные конструкции с учетом потребностей регулирования имущественных семейно-правовых отношений.

Указанный автор отмечает, что: "Критерием приведенной выше классификации является способ удовлетворения интересов управомоченного лица. Если интерес супруга (супругов) удовлетворяется за счет полезных свойств той или иной вещи, то можно говорить о группе: договоров, которые заключаются относительно имущества супругов. Если интерес удовлетворяется за счет действий обязанной стороны - о договорах, возникающих по поводу содержания супругов" [1].

Не совсем верна, на наш взгляд трактовка договоров, в которых определяются вопросы, связанные с удовлетворением имущественных интересов детей в семье, поскольку они также рассматриваются как договоры между супругами. Норма ст. 143 ЗОБС РК в этой связи решает вопросы связанные со взысканием алиментов верно, согласно ей, соглашение об уплате алиментов (размер, условия и порядок выплаты алиментов) заключается между лицом, обязанным уплачивать алименты, и их получателем. При недееспособности лица, обязанного уплачивать алименты, и (или) получателя алиментов - между законными представителями этих лиц [2]. В связи со сказанным можно признать удачным определение данное М. В. Антокольской. По ее мнению, алиментные обязательства - есть правоотношения, возникающие на основании предусмотренных в законе юридических фактов, в силу которых одни члены семьи обязаны предоставлять содержание другим ее членам, а последние вправе требовать этого содержания [3].

Хочется отметить несовершенство норм статьи 148 ЗОБС РК. Ее формулировки не позволяют учитывать того, что алименты, в первую очередь, - это платежи, направляемые на текущее содержание ребенка. Алименты предназначены для удовлетворения потребностей ребенка в продуктах питания, одежде, принадлежностей необходимых для его обучения в школе. Поэтому, допущение взамен уплаты денег предоставление любого имущества (вещей), либо, уплата алиментов путем оказания услуг, выполнения работ будет недопустимым. Не случайно п.1 статьи 370 ГК РК не допускает зачет иных обязательств с обязательством об уплате алиментов [4].

В семейном праве РК непосредственно предусмотрены лишь два вида договоров между супругами, касающиеся их общей собственности. Во-первых, это соглашение о разделе общего имущества, а также брачный договор, заключение и иные аспекты которого регламентируются ст.ст. 38-42 ЗОБС РК.

В то же время договорам относительно имущества супругов могут быть отнесены также:

- договор об отчуждении одним из супругов в пользу другого супруга своей доли в праве общей собственности супругов без выдела этой доли;

- договор об определении порядка пользования имуществом;

- договор о выделе доли одного из супругов из состава всего имущества супругов [1].

Общность имущества предполагает определенную координацию действий супругов, в этих целях и заключаются договоры об определении правового режима супружеского имущества. Как уже отмечено договоры, заключаемые относительно имущества супругов, направлены на его раздел, передачу от одного супруга к другому либо определения порядка пользования имуществом.

На наш взгляд, не противоречит императивным нормам семейного законодательства и заключение договоров об объединении раздельного имущества супругов в общую собственность совместную либо долевую. В частности, это может диктоваться объективными причинами. Например, супруги создают крестьянское хозяйство и признают режим общей совместной собственности либо общей долевой собственности членов крестьянского хозяйства (п. 1 статьи 4 Закона РК "О крестьянском (фермерском) хозяйстве") [5].

Договор об отчуждении одним: из супругов в пользу другого супруга своей доли в праве общей собственности супругов без выдела этой доли может быть включен в группу супружеских договоров лишь условно.

В данном случае скорее предусмотрен не самостоятельный договор, а механизм совершения сделок с имуществом супругов.

Применяются общие правила раздела имущества. Супруги могут определить свои доли в праве собственности на имущество, то есть, трансформировать общую совместную собственность в общую долевую собственность. Затем, один из них, может передать долю другому, совершив любое непротивоправное действие. Правда, некоторое непонимание вызывает совершение супругами между собой возмездных сделок в ситуации, когда раздельность их имущества не определена по принципу брачным договором. При продаже доли будет применяться общее правило о совместно нажитом имуществе - ст. 32 ЗОБС РК, нормы которой не знают исключения применительно к заключению возмездных сделок между самими супругами.

Понятие "имущество" определяется в законодательстве не так, как в законодательстве периода Союза ССР. В соответствии с п.2 статьи 115 ГК РК к имуществу относятся вещи, деньги, в том числе иностранная валюта, ценные бумаги, работы, услуги, объективированные результаты творческой интеллектуальной деятельности, фирменные наименования, товарные знаки и иные средства индивидуализации изделий, имущественные права и другое имущество [4].

Нормы семейного права должны учитывать это понятие, поскольку понятие имущества в семейном праве не может отходить от общего понятия имущества в гражданском праве. Поэтому имущество супругов представляет собой комплекс принадлежащих им вещей, а также их имущественных прав и обязанностей.

Применительно к указанным выше договорам, понятие имущества используется в узком смысле, когда оно, по сути, сводится только к материальным объектам, т.е. вещам, принадлежащим супругам на праве собственности. Именно по поводу вещей, их правового режима и договариваются супруги в договорах, которые включены в данную группу.

Характерным для этой группы договоров является то, что их предметом выступает имущество, которое имеется в наличии к моменту заключения супругами соглашения. Это имущество уже имеет определенный правовой режим (относится к числу общего или раздельного). В связи с этим целью сделки супругов является изменение такого режима (признание раздельного имущества общим, общего раздельным и т.д.).

Сюда же включаются и договоры об установлении порядка пользования имуществом супругов. Эти сделки, хотя они и не меняют правовой режим имущества, направлены на установление определенных параметров его использования.

Мы считаем, что необходимо весьма осторожно относиться к договорам о разделе иного имущества. В частности, можно вести речь об объектах интеллектуальной собственности. Это нетипичные объекты с точки зрения правообладания ими. Они, чаще всего, закрепляются за правообладателем по признаку того, что правообладатель создал их непосредственным творческим трудом. Формой совместного обладания исключительными правами на объект интеллектуальной собственности является соавторство либо совместное заключение в качестве лицензиата лицензионного договора. Поэтому применительно и к сфере отношений общего имущества супругов необходимо выработать определенные критерии иными, чем вещи имущественными объектами.

К числу договоров относительно предоставления содержания относятся такие виды договоров:

- договор о предоставлении содержания;

- договор о прекращении права на содержание взамен приобретения права собственности на недвижимое имущество или получение разовой денежной выплаты;

- договор пожизненного содержания;

То есть, в эту группу включаются договоры, которые определяют порядок предоставления супругам содержания. В первую очередь, это договоры, предусматривающие условия взаимного содержания супругов. Причем в нашем законодательстве непосредственно предусматривается лишь соглашение об уплате алиментов, а иные договоры супруги могут заключать пользуясь диспозитивными возможностями норм гражданского и семейного права.

В эту же группу можно включить договоры о предоставлении содержания, заключаемые супругами не между собой, а с другими лицами, т.е. договоры, в которых супруги выступают на одной стороне обязательства. Такие договоры предусмотрены ГК РК. Это договоры пожизненной ренты и пожизненного содержания с иждивением с участием супругов.

К договорам о содержании ребенка (детей) могут быть отнесены следующие:

- договор об обеспечении условий проживания ребенка тем из родителей, который будет проживать отдельно от ребенка после расторжения брака с другим из родителей;

- договор супругов о размере алиментов на детей после расторжения брака;

- договор об уплате алиментов на ребенка;

- договор о прекращении права на алименты в интересах ребенка

в связи с приобретением права собственности на недвижимое имущество.

В эту группу входят договоры супругов по поводу предоставления содержания ребенку (детям) в широком смысле.

Имеется в виду то, что родители могут не только заключить договор об уплате алиментов, но и о замене алиментов на недвижимое имущество. При этом необходимо учитывать сказанное нами ранее.

Стороны могут договориться о других вариантах обеспечения имущественных интересов ребенка, когда один из родителей принимает на себя обязанность оплачивать, например, обучение ребенка, его поездки за границу на отдых, приобретение ребенку музыкальных инструментов и т.д. Как и во всех других случаях, стороны вправе расширить рамки своей договорной инициативы и заключить договоры, которые прямо не предусмотрены законодательством.

Например, супруги могут заключить договор о предоставлении содержания на совершеннолетних нетрудоспособных детей, о содержании совершеннолетнего ребенка, который продолжает учебу, о взыскании алиментов за прошлое время и т.д.

В эту группу включаются договоры, заключаемые как супругами в период брака, так и бывшими супругами после его расторжения. Основное значение имеет правовая связь между родителями и ребенком, а не между самими родителями (брак).

В этой связи мы не совсем согласны с точкой зрения И.В. Жилинковой, утверждающей, что сторонами договора являются супруги, однако договор заключается в интересах ребенка. По ее мнению, это дает основания говорить о применении к супружеским договорам о содержании ребенка конструкции договора в пользу третьего лица (ст. 636 ГК РК).

Ошибкой является то, что при заключении договора в пользу третьего лица, по общему правилу, требовать его исполнения может только третье лицо (п.1 и 2 статьи 391 ГК РК). Договором в пользу третьего лица признается договор, в котором стороны установили, что должник обязан произвести исполнение не кредитору, а третьему лицу, указанному или не указанному в договоре и имеющему право требовать от должника исполнения обязательства в свою пользу. В случае, когда третье лицо отказалось от права, предоставленного ему по договору, кредитор может воспользоваться этим правом, если это не противоречит законодательству и договору [4]. Поэтому требовать исполнения договора не может лицо, которое заключило договор в качестве стороны договора. Родитель имеет право требовать исполнения договора как законный представитель. Также с требованием об исполнении договора может обратиться в суд его опекун. Если ребенок достиг 14-летнего возраста, то он сам вправе обратиться в суд об исполнении договора, который был заключен его родителями.

Нами дана краткая характеристика договоров, заключаемых супругами, и предложена их классификация.

Список литературы

1. Жилинкова И.В. Брачный договор. Харьков: Ксилон, 2005. - 174с.

2. Закон Республики Казахстан О браке и семье от 17 января 1998 года// Законодательство: правовой справочник [Электронный ресурс]. Алматы: Юрист, 2007. - 1 электрон, опт. диск (CD-ROM).

3. Антокольская М.В. Семейное право:Учебник.- Изд. 2-е, перераб. и доп.-М.:Юристъ,1999. - 336с.

4. Гражданский кодекс Республики Казахстан (Общая часть) от 27 декабря 1994 года// Законодательство: правовой справочник [Электронный ресурс]. Алматы: Юрист, 2007. - 1 электрон, опт. диск (CD-ROM).

5. Закон Республики Казахстан от 31 марта 1998 года № 214-I О крестьянском (фермерском) хозяйстве// Законодательство: правовой справочник [Электронный ресурс]. Алматы: Юрист, 2007. - 1 электрон, опт. диск (CD-ROM).

Поступила в редакцию 17.01.2008.

Психология



Г.М. Кәрібаева
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   37


©dereksiz.org 2016
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет