Лев проталин ку-ку! Пьеса в 2-х действиях



жүктеу 0.57 Mb.
бет1/2
Дата15.07.2016
өлшемі0.57 Mb.
  1   2



Лев ПРОТАЛИН

КУ-КУ!
Пьеса в 2-х действиях

- 2007 г. –

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
Михаил.

Ольга.

Качок.

Ахмад.

Старик.

Старуха.

«Капитан».

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ
Старый деревенский дом. Полутьма. Сквозь щели в рассохшихся досках наглухо закрытых ставен в комнату пробиваются узкие полоски света.

В комнате пусто. Правда, когда глаза чуть пообвыкнут в полутьме, можно будет различить свернутый матрац в углу, старомодный комод у стены и цветочные горшки на подоконниках с давно засохшими в них геранями

Слышен шум подъезжающей легковой машины. Затем грохнула дверь в сенях. Открылась дверь в комнату.

Вошел Качок. На плече у него – Ольга. Руки у неё связаны, на голове мешок.

КАЧОК / опуская Ольгу на пол у стены /. Прибыли, леди!



Ахмад ввел Михаила, толкнул, он упал на пол рядом с Ольгой. У Михаила тоже связаны руки и какое-то подобие мешка на голове.

Качок достал из комода спецназовские маски. Одну натянул сам, другую – Ахмад.

Ахмад включил свет. На нём и Качке - одинаковые майки. На майках - смеющиеся рожицы в шутовских колпаках и крупная надпись «Карнавальные забавы».

Ахмад снял мешок с Ольги, Качок - с Михаила. Рот Ольги залеплен скотчем. У Михаила тоже.

Теперь, при свете, стало понятно, что на Михаиле вместо мешка была маска обезьяны - резиновая морда, длинная рыжая шерсть на затылке. Надетая на Михаила задом наперед, эта маска ослепляла его, похоже, ничуть не хуже мешка.

Ахмад отлепляет скотч с губ Ольги, Качок содрал его со рта Михаила.

МИХАИЛ. Что вам от нас надо?!

КАЧОК. От «вас»?!.. / Ахмаду. / Ты понял?! Тебе что-нибудь от него «надо»? / Михаилу. / Это тебе, придурок, «надо»… лезть, куда не просят… Ты что, двинутый? Чан у тебя потёк?.. / Пнул Михаила. / Потёк, спрашиваю?!

ОЛЬГА. Не трогай его!

КАЧОК. Да-а? Он тебе здоровенький, целехонький нужен?!.. Он кто тебе?.. Я спрашиваю: на фига волку жилетка?.. Ты знаешь его?!

ОЛЬГА. Да.

КАЧОК. Кто?.. Кто-о?!

ОЛЬГА. Сосед.

КАЧОК. Вау! Ну-у, «сосед»… тогда, ясень пень! Как же его тогда можно «трогать»?! Только тебе тогда можно. Трогаешь? За какое место?

ОЛЬГА. Обезьянья морда тебе больше шла…


КАЧОК. Ты так считаешь? В ней больше нравлюсь?! / Взял снятую с Михаила маску,

надел ее поверх спецназовской. Эффект потрясающий. Орангутанг! / Ну?! Больше?.. Как прикажешь? В ней?! / Снял маску. / Или так всё-таки лучшее?

ОЛЬГА. «Лучшее…» Такой красавец - «личико» только в маске можно носить?!.. Есть и ещё одно место… даже и более ещё для твоей рожи подходящее…

КАЧОК. Залепи дуло…

ОЛЬГА. Сумка где?!.. Не принесли?.. В машине сумка должна быть…



Ахмад вышел.

КАЧОК. «Должна?» У тебя что, тупняк? Не въедешь никак?! Тут тебе никто ничего не должен. Только ты… должна… Ты и Платонов твой.

ОЛЬГА. Вы на что рассчитываете?! Башни снесло?! Вы же сами себе путевки себе на тот свет выписали...

КАЧОК. Въезжай, говорю! Чем быстрее въедешь, тем больше шансов… доехать… Или ты темная? Русских сказок не знаешь?!



Вернулся Ахмад. В руках у него точно такая же обезьянья маска, женская сумочка и карнавальные «рожки» - укрепленные на ободке пружинки с кисточками разноцветной мишуры на их окончаниях.

А ты нашу честность подвергала сомнениям! «Сумка должна быть…» / Взял у Ахмада рожки. / Только сумка? А это?! Чей прикид?.. Нам твоего ничего не надо. У нас всё четко…



Ахмад бросил на пол к ногам Ольги сумочку, положил в комод обезьяньи маски.

Так знаешь или нет? Сказку! Как лиса ежика голой задницей пугала…

ОЛЬГА. Это посмотрите ещё…

КАЧОК. Рулёво! Посмотрим, если покажешь…

ОЛЬГА. А ты не сомневайся! Вы такую уже фигню наворотили – теперь вам только… Теперь такую сказку увидите – незабываемые останутся впечатления!

КАЧОК. Вау! Обещаешь?!

ОЛЬГА. Стопудово!

КАЧОК / Ахмаду, развязывающему Ольге руки. /. Посмотрим?! / Михаилу. / А ты, «сосед»? Хочешь? Поглазеть на лисичкин банкомат… / Надел Ольге на голову рожки. / Ну?! Совсем другое дело! / Ёрнически напевая. / «Ах, карнавал, удивительный бал…» / Михаилу. / Как?! Карнавальная она тебе больше нравится?! А если ещё и с голой задницей?!! / Ольге. / Ну! Лисонька! Что ежели, сестрица, при этаких ногах и голой базою вертеть ты мастерица?!

ОЛЬГА. Закрой пасть! Скотина! / Сдернула с головы рожки. /

КАЧОК. Борзеешь. Не советую!.. Ну, так как? Мы ждем! Умеешь? Стриптиз танцевать. «Не умеешь – научим, не хочешь – заставим!» / Михаилу. / Так или нет?.. Служил в армии?.. Я, кажется, спросил…

МИХАИЛ. Служил…

КАЧОК. Ну, вот… объясни ей…



Звучит музыкальный сигнал мобильного телефона.

/ Ольге. / Ну?! Вот и музончик! Подойдет для стриптиза?!

Ольга потянулась к сумке, Ахмад опередил ее, вынул из сумки звонящий телефон.

АХМАД / глядя на дисплей телефона /. «Вадик…»

КАЧОК / взяв у него телефон, Ольге /. Платонов?!.. Вот видишь, уже и соскучился Вадим Михайлович…

ОЛЬГА. Дай! Я только пару слов ему – и вам… ну, по-о-лный звездец! Такой «сказочный» стриптиз танцевать будете – вместе с кожей придется трусы снимать. Дай! Слабо?! Дай, я два слова только…



Телефон умолк. Качок положил его в карман.

КАЧОК. Ты, я вижу, борзая очень?! С кожей, так с кожей. Как у макаки, будет у тебя задница… / Вывалил на пол содержимое сумки, присел на корточки, разглядывает. Взял ключ. Похоже, это ключ от автомобиля. Ахмаду. Поигрывая ключом. / Покатаемся?!



Ахмад забрал у него ключ, молча бросил на пол, в общую кучку вещей Ольги. Достал из комода футляр, вынул из него разобранную охотничью двустволку.
Качок, не обнаружив среди содержимого сумки ничего «опасного», поднялся. Далее, пока он будет вести «просветительную беседу», Ахмад соберет ружьё, зарядит его.

КАЧОК. Борзая, спрашиваю?!.. Давай так договоримся. На первый раз прощаю. Но будешь борзеть – бивни по всему полу собирать придется. Рулёво отфэйсую. Не сомневайся. Ценник будет - маманя родная не узнает! Тем более, полкан твой. Если по базе только… Или она у тебя и есть «ценник» твой? Она да ноги?!.. Всё равно… В комплекте с таким табло, какое я тебе нарисую, и ноги твои пёрные ему уже будут не в кайф. Не захочет, чтоб ты их перед ним раздвигала…

МИХАИЛ. Заткнись!

КАЧОК. Не струя себе фонтан! Ты ещё и вокал поднимаешь?!.. Ты… с тобой, баклан, так… Ты залепи дуло. Чтоб не слышал я тебя больше. Воткнулся?! Жив ты до тех пор, пока не вякаешь. Вообще признаков жизни не подаешь. Никаких! Догоняешь?! Погреб здесь глубокий. Прикопаем – долго будешь свеженьким лежать. Как в вечной мерзлоте! Как мамонт. Тебя это утешает? / Развязывает Михаилу руки. / Или у тебя ослики есть?! Такие же, может, как Платонов, ты бабки поднял? А?!.. Себя благодари - сам приискал на задницу на свою приключеньице. / Охлопывая Михаила по карманам. / Мобила… Где дебильник?!

МИХАИЛ. Дома. Сломался…

КАЧОК / Ольге /. Ты поняла?! Откуда «героизм» такой, блин! У него мобилы не было, в легавку позвонить. Самому пришлось нарываться… / Михаилу. / Сломался – запасной надо иметь! Иначе, видишь как… А позвонил бы – и все дела! Сидел бы уже дома, пиво пил. Хочешь пивка? Хочешь, да стесняешься? А ты не стесняйся! Пока не в погребе – ты с ней на полном пансионе тут. Хочешь пивка – пожалуйста. Креветок?! Да ради бога! Все удовольствия. Разом! Хавка – на шару. Телка нужна? Вот! Сойдет такая? / Ольге /. Ну, так что? Пора расставить точки над «i»? Или тебе и так уже всё понятно? Варенникова Ольга Геннадьевна!.. Понятно, спрашиваю?!.. Не задушит Платонова жаба - твоя масть. А западло ему будет за тебя реальные бабки отстегнуть - тогда я тебе не завидую!.. Пока придется тут покантоваться. Номер с удобствами тебе приготовили. Цени! Правда, одноместный. / Ногой разворачивая матрац. / На «соседа» твоего не рассчитывали. Уж извини! / Достал из комода постельное бельё, бросил его на матрац. / Не боишься, что от вареника твоего откусит?.. Не боишься – вместе спите, а нет, так ему и на полу мазово. / Михаилу. / А?! Сосед! Мазово? Я прав?!.. «Кто в армии служил – тот в цирке не смеётся?!» / Ольге. / Как? Потерпишь? Нет – так можно и сразу его в вечную мерзлоту упаковать…



Звучит уже знакомый музыкальный сигнал. Качок вынул мобильник.

«Мама!» Беспокоится маменька… Здоровьё её драгоценное тебе по барабану?!.. Хочешь, чтоб зажмурилась?! С карнавала на бал, а маменьку не предупредила!.. Три слова! «Мамочка, не волнуйся - я у подруги на даче…»



Ахмад покрутил пальцем у виска.

Да пусть покашляет. А то склеит матыга ласты… / Ольге. / Как? Не склеит?! Сердце не болит у неё?



Ахмад забрал у Качка телефон.

АХМАД. Болит, не болит - тебе жалко, а?! Серсе есть болит, серсе нет - не болит…



Сигнал телефона оборвался.

Русский мамка серсе болит – жалко? Мой мамка серсе – совсем не жалко?!.. Один сын хоронил, другой – тоже нету… У брат Ваха руках автомат был – русский сказал: «Нельзя!»

Стрелял Ваха. Почему русский мамка мой брат Ваха не жалко был?!

КАЧОК. Ну, ты чего… завелся…

АХМАД. У брат Гази руках кинжал был. Тоже нельзя! На свой земля, свой кинжал –

нельзя! Увёл Гази. Куда увёл?!.. Живой – почему не придет?! Мертвый – где могил?!.. Зачем

русский мамка Гази не жалко?!..

Вновь звонит телефон.

ОЛЬГА / Ахмаду /. Мама?!.. Дай!

КАЧОК / Ахмаду /. Три слова…

ОЛЬГА. Да… Ну, правда!


Ахмад нажал на телефоне кнопку отбоя.

Сволочь…

АХМАД. Больше не говори так, а!



КАЧОК. Контуженный, блин…

Пауза. Ахмад снял с плеча ружьё, наставил его на Качка.

Ну, ты… Совсем больной что ли?!

АХМАД. Я дурной – ты умный, да?.. Умный – кочумай тогда, а! Ещё раз «контуженный» говоришь – вместе с сосед в вечный мерзлота пойдешь. / Вышел. /

КАЧОК. Нервный… Осторожнее с ним. / Пошел. /

ОЛЬГА. Я в туалет хочу…

КАЧОК / приостановившись /. Типа сортир? Не получится. Такие удобства в этом номере не предусмотрены. Только унитаз…

ОЛЬГА. Где?!

КАЧОК Золотой устроит?! / Вышел. Тотчас вернулся с ведром, поставил его посреди комнаты. /

ОЛЬГА. Ни фига себе… Прямо тут что ли?

КАЧОК. А кого тебе стесняться?! Соседа?.. И не вломно тебе его шугаться? Пельменя этого! Да он и отвернется. Отвернешься? Смотри! Не смущай девушку!

ОЛЬГА. Ну… я всё тебе, подонок, припомню…

КАЧОК. Борзеешь… / Двинулся к Ольге. /

МИХАИЛ / поднимаясь /. Только попробуй…

КАЧОК. Вау! Ну, ты и дурной, блин. Это лечится… / Ударил Михаила кулаком в живот, тот сполз по стене на пол. Ольге. / Видишь, как… Ему больно… Лекарство горькое. / Михаилу. / Или понравилось? Ещё выписать?!

ОЛЬГА. Не бей… Ну, пожалуйста!!!

КАЧОК. Как скажешь!.. «Пожалуйста?!» Умеешь же, когда захочешь, и по-человечески! Мы что… мы – тоже… не звери.



Открыл небольшую, малозаметную до того дверь рядом с комодом.

Предусмотрено! Можешь сюда «унитаз». Всё к вашим услугам, леди! Даже чулан! Света тут нет… но… надеюсь, не промахнешься?! / Вышел. /

ОЛЬГА / Михаилу /. Как ты?.. Очень больно?

МИХАИЛ. Нормально…

ОЛЬГА. Правда?.. Да-а… ну, ты и влип...

МИХАИЛ. А ты?!

ОЛЬГА. Я-то уж… ладно. А тебе это всё на кой?!.. Они в багажнике тебя?.. Сволочи!

МИХАИЛ. Тише…

ОЛЬГА. Ты тоже хорош. Уж везут – так чего возбухать? Сразу не ясно было, что отморозки?!

МИХАИЛ. Да тише! Там же всё слышно, наверно…

ОЛЬГА. Ну, и.... пусть… Что ж теперь! / Тихо. / Я уж думала, грохнут они тебя. Ещё когда первый раз остановились – думаю, ну всё, добрыкался. А уж когда второй… да ещё и вывели…

МИХАИЛ. … тут уж и сомнений никаких.

ОЛЬГА. Вроде того! Но потом слышу: багажник хлопнул… Как ты там?

МИХАИЛ. Ништяк… с комфортом…

ОЛЬГА. Ты прости меня…

МИХАИЛ. Тебя-то за что?!

ОЛЬГА. Ну, вообще… ты-то им и вправду не нужен же…

МИХАИЛ. Был бы не нужен – зачем бы им меня сюда везти?.. Нужен!.. Вернее, не

нужен, но свидетель. Я же… когда подхватили они тебя, я не сразу и врубился - думал,

знакомые твои, прикалываетесь. А потом смотрю – в машину затолкали! Подбегаю – а этот, «контуженный» который, с ходу в торец мне. Ну, и я тоже… И маска обезьянья слетела с него. Я морду его видел. Ты же не видела?! Или видела?


ОЛЬГА. Откуда?! Они же мешок мне сразу…

МИХАИЛ. А я - видел!.. У них теперь два выхода: замочить меня или… держать тут с тобой, пока Платонов тебя не выкупит. Так что… это ты меня прости. Без меня тебе тут… одной тебе, наверно, лучше было бы…

ОЛЬГА. Ну, ладно! Без тебя бы я вообще… Качок этот так на меня облизывается, гад.

МИХАИЛ. Заметил…

ОЛЬГА / собирая с пола в сумочку ключи, сигареты и другие «дамские мелочи» /. «Лучше…» Без тебя бы они меня тут… Но всё равно… ты всё-таки, Миш, особо не возникай.

МИХАИЛ. Не «особо» – это как? Отвернуться, если насиловать будут?!.. Ты в туалет хотела…

ОЛЬГА. Перехотела.

МИХАИЛ. Да нет, тут теперь не до церемоний…

ОЛЬГА. Сказала, не хочу! / Достала сигарету. Протянула пачку ему. / Будешь?

МИХАИЛ. Ну, ты же знаешь… / Взял у неё зажигалку, чиркнул ею. Ольга прикурила. /

ОЛЬГА. Закури… успокаивает…

Пауза. Михаил взял сигарету. Закуривает.

Да-а… «Кино и немцы!..» Только вот… с чего эти придурки вбили себе в башку, что Платонов им забашляет?.. Не-а… Без мозгов он что ли?!.. Ну, заявит в ментовку…

МИХАИЛ / тихо /. Н-не надо… У них тут и микрофон вполне может быть…

ОЛЬГА. Микрофон?.. Микрофон, так, тем более, чего тишить?

МИХАИЛ / сквозь кашель от дыма сигареты /. Всё равно… Не надо… лишнего…

ОЛЬГА. Йё-моё! Так и не научишься никак?!

МИХАИЛ. Пробовал… - не получается…

ОЛЬГА. Да ладно! «Пробовал…»

МИХАИЛ / после паузы /. Бросать всё равно ж потом надо будет, рано или поздно. А я не уверен, что силы воли у меня хватит… / Загасил сигарету. /

ОЛЬГА. Это у тебя-то?! Всем бы такую «силу воли»…

Михаил поднялся. Взял ведро, прошел с ним в чулан.

МИХАИЛ / из чулана /. Крысами пахнет…

ОЛЬГА / испуганно, отчаянно /. Крысами?!

МИХАИЛ. Ну, не знаю… или мышами… / Вышел из чулана. В руке зажигалка. / Иди… C зажигалкой – нормально. Иди - не съедят! Как бы нам ещё жрать их не пришлось…

ОЛЬГА. Ну, ладно…

МИХАИЛ. А что! Не будут кормить – так деликатес!.. Иди. Их нет уже. Только запах. Тут давно уже, похоже, не жил никто... / Подошел к окну. Потрогал сухой, ломкий стебель герани в горшке на подоконнике. / Может, несколько лет уже. Что тут крысам без людей делать?!.. Иди!

ОЛЬГА. Да отстань ты…

МИХАИЛ / после паузы, тихо /. Почему думаешь, не забашляет? В ментовку заявит – так это нам с тобой уж точно… «вечная мерзлота»… Почему они не дали тебе поговорить?! По звонку месторасположение засечь можно.

ОЛЬГА. Здрасте! Это если бы он и вправду уже в ментовку заявил…

МИХАИЛ. Тебе точно известно, что ещё нет?! Им – тем более. Какой же им смысл рисковать?

ОЛЬГА. Они ещё не звонили ему. Я бы слышала.

МИХАИЛ. Они? Больше некому?!

ОЛЬГА. Да… могли и не сами… Они не одни, конечно. Они - только бобики. За

ними – кто-то весовой…

МИХАИЛ. Кто бы сомневался! Нет, если в ментовку заявит – это всё…

ОЛЬГА / резко /. Завянь, слушай, а!.. Без паники! Не помирай раньше времени. Платонов придумает что-нибудь, вот увидишь!.. Мокрого места от них не останется!

МИХАИЛ. Да тише… говорю же…

ОЛЬГА. Правда, подслушивают, думаешь? Им это надо?! Всё, что обо мне нужно


знать, они, похоже, и так уже… не хуже меня самой знают. Иначе бы и не затевались.

Пусть… Не дрожи! Пусть слушают, если не лень. / Громко. / Эй! Как слышно?.. Нормально?

Или погромче?!.. Для глухих! Мокрого места от вас не останется! Ясно?!

МИХАИЛ. Глупо…

ОЛЬГА. Да ладно. Умный больно! Пусть… знают… Поймут, что боимся их – так это лучше что ли?!

МИХАИЛ. Они… Не такие уж они и безголовые, как тебе кажется…

ОЛЬГА. Ну, и что? Дрожать теперь перед ними?

МИХАИЛ. Не «дрожишь»?!

ОЛЬГА. Да уж не так, как ты! Расслабься… Говорю тебе! Вадик… придумает… / После паузы. Тихо. / А этот… чеченец, выходит?.. Клёвое кино…

МИХАИЛ. Очень!

ОЛЬГА. Слушай… а может у них тут… скрытая камера?!.. Не видно, вроде…

МИХАИЛ. «Не видно» - это ещё не факт, что ее нет.

ОЛЬГА. Думаешь?! / Развернулась к двери. / Привет, козявки! Как картинка?.. Контраст хороший? Света не маловато?.. Извиняйте! Самим надо было позаботиться…

МИХАИЛ. Если уж снимают, так… есть такие камеры, что и в темноте всё видно…

ОЛЬГА. Тем более!.. Эй! Вам какое «кино» показать? Принимаю заказы! Какое? Порнушку?! Попозже, ладно? Ночной сеанс! / Повернулась к Михаилу. Ёрнически напевает /. «Ах, кар-на-вал…»

МИХАИЛ. Да… здоровски повеселилась…

ОЛЬГА. А ты?! Нет?.. Чем ты недоволен? Ты ж мечтал! Звал же меня в деревню?! Ну! А чего ж не радуешься?! Так-то я всё равно бы не поехала, а «с карнавала на бал», как видишь, «согласная я»!.. Деревня… точно… / Подошла к окну, пытается разглядеть что-либо в щель ставни. / Сколько они нас везли? Часа два?.. Свет выключи…

МИХАИЛ / погасив свет /. Два?!.. Ты что! Больше… часов пять…

ОЛЬГА. Ну, не пять, конечно… Это ты «с комфортом» ехал - показалось. Два… ну, два с половиной, не больше. / Тщетно всматриваясь то в одну, то в другую щель /. Дорога же была поначалу нормальная, а потом одни колдобины. Точно деревня… затрапезная какая-нибудь…

МИХАИЛ. Не всё ж тебе с Платоновым на Кипр да Канары…

ОЛЬГА / ему в тон /. Не всё ж с тобой в этом клоповнике… / Отпрянув от окна. Отчаянно. / Хрен вам!.. Может, дырку в стене просверлить?! Нытьём твоим!.. Думай давай, как нам отсюда?!

Пауза.

МИХАИЛ. Да… клопы тут могут быть…

ОЛЬГА. Что-о?.. Какие ещё клопы?!

МИХАИЛ. Обыкновенные…

ОЛЬГА. Ну, ладно… «клопы»… Ты что, видел что ли их когда-нибудь?

МИХАИЛ. Слышал… И читал, конечно…

ОЛЬГА. «Чита-а-л!» Вредно… много читать… Воспаления мозгов не было ещё? Будет! / Пауза. / А… если… в Чечню увезут?!..

МИХАИЛ. Думаешь, правда не заплатит?

ОЛЬГА. Можно и потише. Сам же говоришь…

МИХАИЛ. Ну, наконец-то… вразумилась…

ОЛЬГА. Не всё же им надо знать!.. Интересно, сколько же они вымутить у него хотят?

Как думаешь?

МИХАИЛ. Не знаю… Рубля два, наверно.

ОЛЬГА. Ну, вот! Один бы рубль – это бы ещё ничего. Но два-а! За меня?!.. Два - это

он вряд ли отстегнет…

МИХАИЛ. Жена не позволит?

ОЛЬГА. Так он и будет её спрашивать!

МИХАИЛ. Что ж тогда?!


ОЛЬГА. Ничего. Просто… два рубля - это уж дудки! Я столько не стою. Так ведь?.. Я же… дешевка… Что?! Или ты, может, никогда не говорил так? Никому?!

Открылась дверь. Вошел Качок. В руках у него две бутылки.

КАЧОК / о темноте в комнате /. Вау! Уже интим? Поздравляю!.. Жажда не мучит? Пивка не желаете? / Поставил бутылки на пол. / Холодненькое… из погреба… / Вышел. /



Пауза. Ольга зажгла свет. Недоуменно, недоверчиво смотрит на бутылки.

ОЛЬГА / громко /. А креветки?!

МИХАИЛ / испуганным шепотом /. С ума сошла?!

КАЧОК / из-за двери /. Ну, ты и нахалка! / Вошел. Катит перед собой сервировочный столик. На столике – блюдо с креветками. /



Следом за Качком торжественно шествует Ахмад с бокалами в руках.

КАЧОК. Прошу, леди! Всё включено. В общий счет! Не стесняйся – заказывай. Платонов заплатит…

АХМАД / увидев бутылки на полу; Качку /. Некультурный, да?!

Качок поставил бутылки на столик.

/ Поставив на столик бокалы. Ольге /. Приятный аппетит! / Качку. / Открывай, а! Гости не уважаешь?!

КАЧОК / открывая бутылки /. Это… для разминки… Скоро ужин будет…

ОЛЬГА. А обед?.. Обеда не было – сразу ужин?!

АХМАД. Наглый, слушай… Обед, ужин – толстый будешь! Зачем тебе толстый?! Тебе худой хорошо. / Качку. / Правильна сказал?

КАЧОК / Ольге /. Обед мы тебе сухим пайком выдадим…

ОЛЬГА. Сухим… - значит, на ужин, надо полагать, горячее будет?

АХМАД. Хочешь горячее – будет горячее. Свинин кушаешь? Шашлык из свинин пойдет?.. Другой мяс нет…

ОЛЬГА. Хреново подготовились!

АХМАД. А-а! Не наглей, слушай!

ОЛЬГА. Как же ты свинину лопать будешь?! Тебя ж за это аллах твой линчует, блин.

АХМАД. Дурной, да?! Я - не буду! Ты чушку хочешь кушать – кушай, не хочешь – как медведь, лапа соси. / Вышел. /

ОЛЬГА / Качку /. «Другой мяс нет…» Платонову позвоните – любого привезет!

КАЧОК. Обязательно. Тебе какого?

ОЛЬГА. Ну… можно кенгуру…

КАЧОК. Может, лучше собачатинки?

ОЛЬГА. Тебе?!.. Собачатинки ты себе и тут раздобудешь. Или что, в этой деревне собаки перевелись?!

КАЧОК / ухмыльнувшись /. Не обольщайся… в «этой деревне» - ни людей, ни собак…

ОЛЬГА. А… клопы?

КАЧОК. Клопы?.. Это заказ? Мексиканскую кухню уважаешь?!.. Их живыми едят? Напомни. Живыми, по-моему. Или зажарить?

ОЛЬГА. Потушить. Со сметаной.

КАЧОК. Как скажешь! / Вышел. /

ОЛЬГА / не сразу /. Ты… что-нибудь понимаешь?..

МИХАИЛ. Вполне. Рассчитывают «расстаться по-хорошему». Чтобы Платонов потом

«стриптиз танцевать» не заставил.

ОЛЬГА. Ну, танцев-то им по любому не избежать. И на горячих углях, блин! Но… это что же… благодарить что ли их нужно будет? За… «благородное обхождение»…

МИХАИЛ. «Культурное!»

ОЛЬГА. Может, ещё и салфетки дадут?..

МИХАИЛ. Ну, так! «Карнавал» продолжается…

ОЛЬГА. Да уж…

МИХАИЛ. А ты идти не хотела!

ОЛЬГА. Юмор прорезался? Это хорошо, конечно, но… ты уж помолчи лучше,
ладно?! Если бы не ты… «День города! Карнава-а-ал!» Доволен?! Удивительный бал?!.. / Пауза. / Ладно… прости… Чему быть – того не миновать. Раз уж они задумали - так всё равно… не сегодня, так завтра… Но на карнавале – это лихо, согласись! Хорошо придумали, сволочи. Главное, я ору - а все, видимо, думают, прикалываюсь…

МИХАИЛ. Всё предусмотрели! Даже машину… «выдедюлили»…

ОЛЬГА. В смысле?!

МИХАИЛ. Ну… задрапировали… Ты что… не заметила что ли?!

ОЛЬГА. До этого мне было!.. Н-нет… ну, почему?! Да… висели тряпки какие-то…

МИХАИЛ. «Тряпки!» Это у них «дракон» был! Там же потом для машин конкурс предполагался… / Пошарил по карманам, вынул программку карнавала. / «Авто-мото-выдедюль»! Конкурс декорированных автомобилей. «Придумайте карнавальный костюм для своей машины! Не упустите шанс выиграть кучу призов от генеральных спонсоров!»

ОЛЬГА. Не упустили…

МИХАИЛ. А ты, говоришь, придурки!.. Сам-то конкурс им, на фиг… - им другой шанс нужен был. Им, главное, номера надо было прикрыть! Чтоб запомнить никто не смог.

ОЛЬГА. А-а... так это… когда первый раз останавливались - им тряпки эти надо было снять! Чтоб «дракона» менты не тормознули. Тем более, если номера закрыты были…

МИХАИЛ. Ты сомневаешься?!.. Да, слушай… в багажнике полно было тряпок…

ОЛЬГА. А тебе плохо? Неблагодарный! Без тряпок мягче было бы там корчиться? А так… лежал себе с дракончиком в обнимку – кайф ловил!.. Почему не пьём? «Холодненькое! Из погреба!» Поухаживай за девушкой, наливай. «Некультурный, да?!»

Михаил разливает по стаканам пиво. Пауза.

Слушай… у тебя нет ощущения… будто и вправду это всё, как прикол какой-то?.. А?!.. Нет, правда… И чеченец этот… Платонов вообще-то любит прикалываться… но… чтобы так… Нет, а что?! Может, и прикололся…

МИХАИЛ. Ты серьёзно?.. Для «прикола» - слишком уж что-то «удивительный бал»…

ОЛЬГА. Даже очень!.. Без паники! Сказала же!.. Ты понял? Он сразу просек, когда я про собак сказала... «Ни собак, ни людей…» Это клёво, если и на самом деле так. А?!.. Зашибись, как клёво!.. «Удивительный…» Всем балам – бал! / Надела рожки. /

МИХАИЛ. Тебе… очень идет…

ОЛЬГА. Да что ты говоришь!

МИХАИЛ. Да… правда…

ОЛЬГА. То ли ещё будет! С голой-то жопой… Вот, бли-и-н… Думай! Пораскинь мозгами… как отсюда… Мужик ты или нет?!!


Ночь. Ольга лежит на матраце под одеялом. Михаил сидит рядом на полу.

ОЛЬГА. Так и будешь сидеть? До утра?!

МИХАИЛ. Спи…

ОЛЬГА. Да уж как же… уснешь тут… Слушай… а что он… про «мексиканскую кухню» молол? Там что, правда что ли клопов едят?

МИХАИЛ. Откуда я знаю!

ОЛЬГА. Ты?! Не знаешь?!.. Как же это ты так?!.. В мексиканской кухне не шаришь? Совсем?! Ну, ты даешь! Про Мексику не прочитал ещё ничего что ли?!.. В Африке же вон едят… и тараканов разных, и… Ой, по телевизору было. Пустыня, песок… Сидит старик чернокожий. Кожа да кости. Не человек – страх божий! Глаза прикрыты. Как не живой вообще. Мумия! И вдруг – хвать. Молниеносно! И руку его показывают – в ней ящерица. Поймал! И в рот сразу. Представляешь? Живую!.. А уж клопов… почему бы и нет?

МИХАИЛ. Что это тебя после шашлыков – и на клопов потянуло вдруг?

ОЛЬГА. Дурак… Нет, шашлыки и вправду вкусные были, а? Сочные…

МИХАИЛ. Благодарность в письменном виде будешь выражать?

ОЛЬГА. В каком же ещё?! Их же кровью напишу, блин…

МИХАИЛ. Кровожадная такая?

ОЛЬГА. А ты думал! Прощу что ли? Эту «сказку»…


МИХАИЛ. Ну, про «сказку» - это он просто стебался. Не бери в голову. Кто на такое способен, тот без лишних слов…

ОЛЬГА. Я вообще про весь этот «карнавал». Сказочный, блин!.. Ты дурака не валяй - ложись… по-братски…

МИХАИЛ. «По-соседски»…

ОЛЬГА. Йё-моё… Ты что? Обиделся что ли?!.. Ну, ты даешь. А как ещё-то могла я им сказать?!

МИХАИЛ. С какой стати «обиделся»? С чего ты взяла?!

ОЛЬГА. Да ладно… Правда, нет? Ну, тем более, хорэ тогда фигней страдать. Ложись. И по-братски, и по-соседски. Как больше нравится. / Не сразу. С усмешкой. / Или… думаешь, правда, снимают? Боишься, скомпрометирую?!

МИХАИЛ / не сразу /. Ты помнишь, в школу к нам немец приезжал?

ОЛЬГА. Что?.. Какой немец?!

МИХАИЛ. Военнопленный бывший…

ОЛЬГА. Не помню…

МИХАИЛ. Собирали тогда ещё всех, в актовом зале. На встречу с ним. Он компьютеры привозил… «гуманитарную помощь»…

ОЛЬГА. Когда это было?

МИХАИЛ. Ну, я в девятом, по-моему, классе был, а ты, значит, в шестом… Фамилию забыл, а имя… невозможно не запомнить – Фриц! На самом деле. Правда, не помнишь?

ОЛЬГА. Меня, наверно, на этой встрече не было… И что? Фриц этот…

МИХАИЛ. Ничего. Просто рассказывал. В школе же во время войны госпиталь был…

ОЛЬГА. Знаю…

МИХАИЛ. Для наших госпиталь. Но одна палата для пленных немцев была. В актовом зале как раз. Он прям светился весь - «O, mein Gott! У меня много лет был один большой мысль: иметь счастье ещё раз видеть эти стены!»

ОЛЬГА. Ни фига себе. Так в плену у нас понравилось?

МИХАИЛ. Ну, что ты! Такой благодарный! «Я выжил в плен, только благодаря простые русские люди! Я буду помнить это всегда!» У него даже любовь тут была… «Такой любовь у меня больше не был! Никогда в жизнь…» Представляешь?!.. Его подлечили – и в лагерь. А кормёжка там – один хлеб. Ни мяса, ни овощей никаких. У них цинга началась. Тогда из них команду собрали, на машину - и в деревню. Чтоб и сами в лесу на витаминах ожили, и для всего лагеря грибов, ягод заготовили. Солдата-охранника приставили – и полный вперед. Бежать все равно некуда. Одни леса кругом. Да если и бежать… В эту команду таких доходяг определили - они и ходить-то уже не могли. В деревне председатель колхоза глянул на них - спрашивает охранника: «Какие дали из лагеря продукты?» А что там могли дать? Тот же хлеб. И тогда председатель, «простой русский людь», говорит: «Дам мешок лука!» Открыл дом пустующий, перетащили их туда, на пол усадили. Охранник дверь на замок – и за луком. Возвращается, открывает… – где немцы?!.. Куда могли деться? К тому же, из-под замка! Смотрит, лестница. На чердак. Поднялся – они там. Но как?! Сами-то уж точно никак не могли забраться… Как думаешь? Кто их туда?!

ОЛЬГА. Инопланетяне…

МИХАИЛ. Точно. Они!.. Фриц этот говорит: председатель с охранником ушли, они сидят ждут - и вдруг… ползут… «Какой-то маленький, мерзкий насекомый! Мы таких никогда раньше не видел. Очень страшный…» Из всех щелей повылазили и ползут. «Так множество - даже доски пол не видно стал. И все - на нас в атак!». Оказывается, у клопов такая особенность. Они же кровососущие, и когда людей в доме нет, питаться им нечем, они

не дохнут совсем, а как бы замирают. Причем, много лет могут в таком состоянии. Но как только люди в доме появятся, сразу оживают - и в атаку штыковую! А немцы, во-первых, и вправду, может, клопов никогда не видывали, во-вторых… кусаются же… Да ещё и столько

их! И все «атакуют»!.. Спуститься с чердака целую неделю они ещё потом не могли. Пока на луковых витаминах не оклемались чуть-чуть. А забрались – враз!

ОЛЬГА. И что?.. Зачем всю байду эту разводил?.. Это ты так прикололся, да?! Правда,


что двинутый, блин…

МИХАИЛ. Сама же… первая вспомнила…

ОЛЬГА. Что вспомнила?!

МИХАИЛ. Про клопов…

ОЛЬГА. Да пошел ты… в баню… тазики пинать… Идиот! Как теперь спать?!

МИХАИЛ. Нормально… Откуда им тут…

ОЛЬГА. Оттуда же, откуда и там!

МИХАИЛ. Там-то они сразу полезли…

ОЛЬГА. А тут ещё предстоит это удовольствие?!

МИХАИЛ. Прости. Не бери в голову. Нет их тут.

ОЛЬГА. В командировку отбыли?! Когда вернутся, не спрашивал?

МИХАИЛ. Спрашивал. Сказали, не скоро. Через год, не раньше!

ОЛЬГА. Угу… сказала же, пошел ты… ёжиков пасти…

МИХАИЛ. Не говорила. Речь шла о бане…

ОЛЬГА. Раскатал губу! В баню я сейчас и сама бы… за милую душу… Через год - тогда другое дело! Ложись, говорят тебе. Не бойся, не скомпрометирую. Так уж и быть, приставать не буду. Тем более, насиловать! Не верится? В такое счастье!

Пауза. Михаил лег рядом на матрац.

Рискуешь. Вдруг не сдержу слово?!.. Эй! Вы снимаете? Хорошо видно?!..

МИХАИЛ. У него… любовь в деревне этой была… с дочкой председателя… Тот против был, конечно, - гонял их, как мог. Это ж тогда, вообще, подсудное было дело...

ОЛЬГА. Спи! Хватит уши причёсывать…

МИХАИЛ / после паузы /. Звали ее… знаешь, как?.. Так бы я не запомнил, конечно, но… как тебя…

ОЛЬГА. Слава богу, что ты – не Фриц!

МИХАИЛ. Нет, правда. Только он потешно как-то так выговаривал… не чисто Ольга, а… мягче как-то… Ольега… «Ольега был очень смелый. Она имел большой риск – ей мог быть тюрьма. Мы должен был встречаться в большой тайна… темный ночь, темный лес…» Представляешь? Отчаянная деваха!..

ОЛЬГА. Хорэ шуршать… Давай… попробуем уснуть.



Пауза.

МИХАИЛ. Ты любишь его?

ОЛЬГА / не сразу /. Фрица? А как же!

МИХАИЛ. Ну, правда… Любишь?... По-настоящему…

ОЛЬГА. Я отчитываться перед тобой должна?.. Откуда тебе знать… как это… «по-настоящему»?

МИХАИЛ / не сразу /. А тебе?!

ОЛЬГА. Миш… ну, не хватит уже, а?.. Сколько можно?!.. Было – и прошло…

МИХАИЛ. Для кого-то и прошло…

ОЛЬГА. Да ну хорэ, говорю… понты кидать… Прошло, Миша, прошло. Ну, что поделаешь!.. Да и что было-то? Что-о?!.. Ну, мы же не то, чтобы… но даже и не поцеловались ни разу. Ты же мне… как друг… как «подружка» был… И что? Ждать я тебя должна была?.. С какой стати?.. Я что ли обещала?!

МИХАИЛ / после паузы /. Целовались…

ОЛЬГА. Глюк поймал?

МИХАИЛ. Я… я тебя… поцеловал…

ОЛЬГА. Во сне?!.. Только поцеловал? Может, ещё и…

МИХАИЛ. На проводах…

ОЛЬГА. На проводах?! Ты ничего не путаешь?.. Йё-моё, это на вокзале, у вагона-то

уже что ли?.. В ухо чмокнул?.. Это… «поцеловал»?!

МИХАИЛ. Надо было взасос?!

ОЛЬГА. Не знаю, как надо. Только… если бы ты был нормальный пацан… Да! Хочешь знать, всё бы и вправду, может, иначе могло сложится… если бы ты… не был бы


такой… ватный… У нас все девчонки в классе, - ну, все, кто пацанов в армию проводили, - всех… уломали. И я пацанов понимаю! Хочешь, чтоб дождалась девчонка, так… Сдалась – так хоть какая-то гарантия. Алка Кононова, – уж какая вся из себя правильная, блин, была! – и то со своим рыжим… как только повестку ему принесли, так и… На дачу её увез – и целую неделю из постели не вылезали. Вот она да, она ждала!.. А я?! Что я, не такая же что ли дура тогда была? Не сдалась бы что ли, если бы ты… Вот тогда да… ждала бы… наверно…

Ой, Миш, знал бы ты, как мне остофигело это всё! Весь этот цирк твой… Да ещё и мамаша твоя… Она же мою маманю… ну, задолба-а-ла уже! «Мишенька так вашу дочку любит, так любит!» Миша! Ну, любишь... И что теперь?!.. Мне-то… меня-то зачем проблемами своими грузить?! Да и вообще… если разобраться… Ну, придумал ведь ты эту «любовь» свою. Приглючилась она тебе! Неужели не ясно?!.. Ну, не бывает так. Пойми. Не бывает! Любовь – это… когда обоих прёт. И так прёт, что… Такая чума - ну, просто плющит! Крышу, на фиг, сносит. У обоих! Иначе-то как?!.. Тебе просто нужно в самом себе разобраться. Да, Миша! Ты просто не встретил ещё… свою женщину. Вот и придумал… и играешь… сам с собой. В «любовь»!.. В жмурки!.. Завязал себе глаза – и… «ничего не вижу». Что, не так?!.. «Не вижу» и «не хочу видеть» - разные вещи, Миша. Пора понять!.. Достал уже, знаешь как?!.. Я рада, что, наконец, сказала это тебе…

МИХАИЛ. Случай представился…

ОЛЬГА. Ну, что делать! Хоть и такой… Да, Миша. Ты меня достал. Ну, очень! Правда. Не надо меня «любить». Не надо! Я… – дура голимая… и «дешевка»… «бублик»… Недостойна я тебя, праведника!.. Встретишь! Обязательно. Чистую, верную. Свою! Единственную и неповторимую…

МИХАИЛ. А ты… встретила уже? «Своего мужчину?»

ОЛЬГА / не сразу /. Встретила, Миша… Я – встретила!

МИХАИЛ. «Единственного и неповторимого?!»

ОЛЬГА. Да пошел ты… Заколебал!.. Да, Миша, да! Единственного.

МИХАИЛ. Я - «придумал и поверил». А ты?! Мне ладно, мне ты можешь, конечно, и лапшу на уши вешать. Но себе?!.. Сама! Веришь?!.. Ты на карнавале не видела его, разумеется! И с кем он был – тоже… не догоняешь…

ОЛЬГА. Дурень! Это жена…

МИХАИЛ. А она кто? Не «его женщина»?!.. А дочки?!.. Или они не в счет? Пусть! Но и таких, как ты, сколько ещё у него? Кроме тебя. Таких же «единственных и неповторимых»... Три? Пять?!

ОЛЬГА. Не тренди, чего не знаешь…

МИХАИЛ. Больше? Извини, не угадал.

ОЛЬГА. Не воняй, а! Теоретик хренов… Как-ко-о-й с тобой душня-я-к – если б ты только знал!.. Были! Да! И что?!.. Были… но с тех пор, как со мной…

МИХАИЛ. «Ни-ко-го!» Ну-ну… И надолго?.. Он что, иссяк? Не в состоянии ещё семерым таким же, как ты «единственным», по такому же «Ланцеру» подарить?!.. Я… «прёт» меня от тебя, не «прёт»… сносит, не сносит крышу – тебе не параллельно?! Я что, преследую тебя? «Домогаюсь?!» Было такое? Хоть раз?!.. Но… только… Ты уж извини, конечно, но… что с тобой происходит, как ты живешь – ну, как это мне может быть безразлично?!.. И если я хоть чем-то могу тебе помочь…

ОЛЬГА. «Добрым советом?» Небезразличный ты мой! Верный ты мой товарищ…

МИХАИЛ. Ясно… Сама-то себе ты ещё не совсем безразлична? Или всё уже -приехала?!.. Куда?.. Или тебе не важно куда – лишь бы на «Ланцере»?.. Ты на что губу раскатала? «Единственная!» Думаешь, он разведется?!.. Ну, надейся…

ОЛЬГА. Разрешаешь? Спасибо!.. В душе моей побывал? Точно знаешь: сплю - и вижу себя в платье подвенечном?!.. Ё-ё… ёлки зеленые! Ну, что же ты невъезжучий-то

такой, а!.. Я не надеюсь, Миша, - я… люблю…

МИХАИЛ. Кого?!.. Можно? Ма-а-ленький вопросик. Вре-е-дненький такой. «Кого?!»

ОЛЬГА / не сразу /. Да, Миша. Себя тоже люблю.

МИХАИЛ. И «Ланцер»…


ОЛЬГА. Сдуйся, а!.. Клинит?! Чем тебе мой «Ланц» не угодил? Твой велосипед лучше?!.. Не разведется. Знаю. И что?!.. Я и не хочу… Мне это и не нужно…

МИХАИЛ. А нужно что?

ОЛЬГА. Тебе не понять…

МИХАИЛ. Да, конечно… Машина не нужна. Уже есть. Что на очереди?.. Квартира? На какую рассчитываешь? Не продешеви! Квартира – это неплохо…

ОЛЬГА / едва сдерживаясь, зло ёрничая /. И даже очень неплохо. Заметь!

МИХАИЛ. Кто спорит!.. Оригинальная девушка… Семья нормальная – зачем?! Платье «подвенечное» - да на кой оно! Даже и не снилось…

ОЛЬГА. Это кто тебе такую дурь сказал?

МИХАИЛ. Не ты?!

ОЛЬГА. Нашел кого слушать! Снилось. Но не под пятницу - представляешь, какая непруха?! Если бы под пятницу, тогда точно бы сбылось. А так – бабушка надвое сказала…

Миша! Дорогой! У каждого - своя судьба. У меня – вот такая...

МИХАИЛ. А дети?..

ОЛЬГА. Что дети?.. И дети… Институт только добью – и рожу. У него от первой жены - тоже дочь. И с этой - только девки. А я… я чувствую, обязательно пацанчика рожу. Правда. Знаешь, он как рад будет!

МИХАИЛ. Рад - тогда уж лучше сразу тройню. Прокормит…

ОЛЬГА. Да, Миша. И не только «прокормит». И не только троих. А ты? Хочешь, я тебе тройню рожу? Запросто! Сейчас давай и… Раз уж «случай представился»! Заодно и девственности своей, наконец, лишишься. А? Пора, Миша!.. Нет?! А что так?.. Были у тебя женщины?.. Ну, хоть в армии? Там, говорят, солдатики с голодухи не особо разборчивы – на морду лица не смотрят. Кривая, хромая - лишь бы открыла клапана?! А? И лучше не одному, а на кругляк, всей роте сразу. Так?.. Было? За компанию хотя бы?.. И за компанию не было?! Ну, ты даешь. Не мог «поступиться принципами»?



Михаил сел на матраце. Пауза.

/ «Вкрадчиво». / Проблемы?.. Может, при свете?.. Если надо, включи. Или… хочешь, чтоб станцевала? Для прелюдии… Ну, ладно, станцую… Только... как же, Миш, без музыки?



Михаил резко поднялся.

Да ну ладно, ладно - могу и без музыки. Только ты ритм отбивай хотя бы. Вот так…

МИХАИЛ. Припозднился! Надо было, оказывается, ещё на вокзале тогда… Не в ухо поцеловать, а… «для гарантии», - чтоб дождалась! - на перроне прямо, у вагона, разложить – и… Пусть и не в неделю «гарантирующий процесс» - зато… под духовой оркестр! И «ритм отбивать» не надо, и… прилюдно… под бурные аплодисменты глазеющих… Тебе ведь понравилось бы! Очень!

ОЛЬГА. Грубо, Миша. Тебе не идет. И неубедительно. Мужчина должен быть убедительным! Во всём. «Во гневе праведном», тем более. Хоть бы уж матюгнулся… Секс - «под аплодисменты»? А если «браво» стали бы кричать?!.. Нет, в этом даже что-то есть. Пикантный такой изюмчик. Кто знает - может, и прав. Вдруг и вправду понравилось бы?! «Прилюдно» - это, говорят, оч-чень возбуждает. Но… «на перроне»… «у вагона»… Ф-фу-у! Миша! Я ни за что не стала бы фачиться в таких антисанитарных условиях! / Вздрогнула вдруг. Привстала. Повела плечами. Пытается нащупать что-то на спине. / Включи свет!!!



Михаил включил. Ольга тщательно, пристально осматривает постель.

МИХАИЛ. Ну, ладно… выпендриваться…

ОЛЬГА. Сейчас как врежу… В «торец»!.. Давно не получал?! / Опять пытаясь достать рукой до лопатки. / Укусил… Правда. Глянь!

МИХАИЛ / осматривая спину, не сразу /. Выдумываешь…

ОЛЬГА. Между лопатками…

МИХАИЛ. Укусил – так пятнышко было бы…



Явственно слышен шум отъезжающей машины. Пауза.

Ольга поднялась, подошла к двери, припала к ней ухом.

ОЛЬГА / шепотом /. Уехали?

МИХАИЛ / тихо /. Не факт… / Тоже припал ухом к двери. /

ОЛЬГА. Уехали!

МИХАИЛ. Тише ты…

Негромко постучал в дверь пальцем. Пауза.

Пробует открыть дверь, давит на неё плечом, спиной…

ОЛЬГА / нетерпеливо /. Ну?!..

МИХАИЛ. Бесполезно…

ОЛЬГА. Н-ну, йё-моё… / В отчаянье колотит в дверь ногой. /

МИХАИЛ. Подожди… / Отошел к стене, чтобы попытаться выбить дверь плечом

с разбега. / Отойди!

Побежал – и… едва успел «затормозить» перед резко распахнувшейся настежь дверью. В дверном проёме – Ахмад с ружьём. Михаил невольно попятился. Ольга наоборот вышла вперед.

АХМАД. Что хочешь?!

ОЛЬГА. Шампанского!

АХМАД. Шампанский пьешь – писать много будешь. / Вошел. / Зачем не спишь? Не хочешь? / Сел на порог. / Не можешь, а?! Дома спать лучше?.. Платонов деньги скоро даёт – дома спать будешь. Скоро не даёт – тут будешь… в погреб…

ОЛЬГА. Тебя как зовут?

АХМАД. Как зовут – зачем надо?!

МИХАИЛ. Саид?.. Руслан…

АХМАД / с ухмылкой /. Ещё давай…

МИХАИЛ. Аслан… Джохар?.. Ваха…

АХМАД. Дурной?.. Зачем так сказал?! Ваха – брат… был…

ОЛЬГА. Ахмед!

АХМАД / после паузы /. Ахмед - у нас нет такой имень. Ахмад есть.

ОЛЬГА. Ахмад?!.. Правда?

АХМАД. Хочешь – правда, хочешь – неправда…

МИХАИЛ. Ахмед, Ахмад – одни корни. Арабские. Ахмад - это… славный… наипрославленный…

АХМАД. Почему знаешь?! / С ухмылкой. / «Профессор», да?.. Тебе как имень?

МИХАИЛ. Михаил…

АХМАД. Тоже арабский, слушай! Микаил!

МИХАИЛ. Одни корни… Арабский, еврейский – оба из арамейского. Практически, евреи и арабы – один народ…

АХМАД. Дурной, а?!.. Совсем разный!

МИХАИЛ. Это сейчас – «разный». А раньше…

АХМАД. Раньше тоже разный!.. Еврей, да?!

МИХАИЛ. Имя - еврейское. Михаил – от Микаэль. В переводе с древнееврейского «такой, как бог»…

АХМАД. Так не может…

МИХАИЛ. Это буквальный перевод…

АХМАД. Не может! Плохо знаешь. Не профессор. Человек – «как бог» разве может, а?! Аллах всё может - люди всё не может!

ОЛЬГА. Люди – нет! Только чеченцы… / Осеклась. /

АХМАД. Как сказал?

МИХАИЛ / отчаянно /. Она… Н-нет! Совсем не то имела в виду…

АХМАД. Молчи, а!

ОЛЬГА. «Наипрославленный!» Чем прославился? Тем, что людьми торгуешь?! Это по-человечески? По воле аллаха вашего?! Это он вам так сказал? «Воруйте и торгуйте?!»

АХМАД. Чечен не торгует. Чечен выкуп берет. Русский торгует! Свой дочка продает, свой баба продает. Водка пить хочет – свой мать продает! За бутылка… Себя тоже продает!.. Русский продает – почему чечен купить не может?!.. Ты чеченский девка на дорог видал?!


Русский девка на дорог стоит, хохол девка стоит. Свой вареник не жалко – продает. Деньги есть – покупай! Кушай! Приятный аппетит!.. Ваш бог так сказал: «На дорог стой - свой вареник продавай?!»

ОЛЬГА. Уж лучше свой, чем чужой…

АХМАД. Молчи, а… Продавай. Сейчас! Покупать буду. Сколько стоит?

ОЛЬГА. У тебя столько нет.

АХМАД. У Платонова есть!.. / Поднялся. / Твой вареник – тьфу! Платонов мне деньги даёт – тебя покупать не буду. Другой буду. Сто штук!

ОЛЬГА. Не объешься?

АХМАД. Откуда мой аппетит знаешь, а?! / Пауза. / Ещё шампанский хочешь – не стучи, пожалста. Открыть не буду – стрелять буду. Пуль доска пробьёт – больно будет… Понял, да?

Ахмад вышел. Закрыл дверь. Пауза.

ОЛЬГА. «Понял, да?..» Выходит, Качок уехал? Один…

МИХАИЛ. Ты, правда, осторожнее с ним…

ОЛЬГА. Да, ладно… А Ольга… чьё имя?

МИХАИЛ. Ты не знаешь?!

ОЛЬГА. Ну… княгиня какая-то русская была…

МИХАИЛ. Русская – Ольга, в Скандинавии – Хельга. Скандинавские корни. Ольга, Хельга – это… святая…

ОЛЬГА. В каком смысле?

МИХАИЛ. В прямом. Буквальный перевод. Ольга – святая.

ОЛЬГА. Серьёзно что ли?

МИХАИЛ. Прикалываешься?.. Правда, не знала?!

ОЛЬГА. Я что… как ты? Ходячая энциклопедия?!.. «Святая…» Угу… святая… мученица…

МИХАИЛ. Кто спорит! Только… мучаешь себя сама…

ОЛЬГА. Да заткнись ты… Праведник, блин! / Пауза. Погасила свет. Легла. / Ещё раз «инопланетянин» укусит – я тебя… линчую, блин… Навякал, придурок!


Утро. В окна сквозь щели ставен пробиваются узкие полоски света.

Ольга и Михаил спят. Слышен звук подъезжающей машины.

Михаил чуть приподнялся, вслушивается. Машина остановилась.

МИХАИЛ / тихо /. Оля… Оля!.. Приехал…

ОЛЬГА / вскинувшись /. Платонов?!

МИХАИЛ. Точно… «Дозвонилась?» Поздравляю!.. И адрес точный дала. Как узнала?!

ОЛЬГА. Слушай… правда… снилось… Знаешь, будто бы мы где? В Бразилии!

МИХАИЛ. С Платоновым?

ОЛЬГА. С тобой, дурак. В хижине какой-то… в джунглях…

МИХАИЛ. В Бразилии – сельва…

ОЛЬГА. Что? Ну, значит… сельва…

Открылась дверь. Вошел Качок. Включил свет. В руке у него бумажный рулон.

КАЧОК. Приветствую, леди!

ОЛЬГА. Сдурел? Какая, на фиг, леди?!

КАЧОК. Как скажешь…

ОЛЬГА. Скажу! Раз уж в Бразилию завезли… в сельву эту долбанную… тогда уж … / Михаилу. / Как там?.. Называют…

МИХАИЛ. Сеньора…

ОЛЬГА. Вот!

КАЧОК. Понял…



Развернул рулон. Это настенный календарь. С большой фотографией забавного орангутанга. В морской капитанской фуражке, в тельняшке, с дымящейся трубкой в зубах.

/ Демонстрируя Ольге календарь. / Сеньора и… сеньор!

ОЛЬГА. Как зовут?

КАЧОК. Догадайся с трёх раз!



Вынул из кармана коробочку с кнопками, прикалывает календарь к стене.

ОЛЬГА. Одного достаточно. Тезка твой!

КАЧОК. Мимо…

ОЛЬГА. Тогда Ахмад.

КАЧОК. Мимо. Последняя попытка…

Вошел Ахмад. В руках ружьё.

/ Михаилу. / А ты?! Ты вообще на раз должен угадать!.. Память отшибло? / Ольге. / Зовут очень просто. Сеньор Календарь! Дембельский!.. / Михаилу. / Объясни девушке… Справишься с задачей?! / Ольге. / Три дня у тебя на то, чтобы Платонов… дембель тебе

оформил.

АХМАД. Время пошел! / Кивнул на календарь. / Отметка делай, а! Три день Платонов

деньги не даёт – на четырь день подарок ему делать буду. Ещё день не дает – ещё один подарка. Н-нет! Платонов два день жадный - я тоже два подарок даю. Три день жадный – три подарок берет! У тебе подарок много. Один рука – пять, другой рука – пять… На сколько день подарок хватит? Считай, а! / Пошел. Обернулся. / Кушать что хочешь? Дуруг помидор привез, сыр привез… макарон привез…

ОЛЬГА. «Макарон» сам жри! С итальянцами… когда их кого-нибудь украдешь… / Качку. / А мне… нам… что-нибудь из бразильской кухни!

АХМАД. Какой бразильский?! / Качку. / Что хочет, а?

КАЧОК / Ольге /. Как скажешь…



Качок и Ахмад вышли. Закрыли дверь. Пауза.

ОЛЬГА. Только сегодня, выходит, позвонили?.. Для того и ездил?.. Чтоб не засекли?..

МИХАИЛ. Если сам ездил звонить – так, может… без сообщников?

ОЛЬГА. А тебе от этого легче?!.. Что за «календарь дембельский»?.. А?..

МИХАИЛ. Не бери в голову. Это он… просто…

ОЛЬГА. «… стебался…» Угу… любит… постебаться… Ну?!

МИХАИЛ. Да ничего особенного. В армии пацаны перед дембелем… Ну, всё как положено. К каждого - дембельский альбом, дембельская форма, дембельский календарь… Не такой, конечно - маленький, карманный. День прошел - вечером, перед отбоем, крестик… Один день - крестик, другой - крестик. Пока весь месяц в крестиках не окажется. А потом…

ОЛЬГА. … ещё один крест… Большой и красивый… Какой предпочитаешь? Мраморный?!.. / Глядя на орангутанга на календаре. / Хэллоу, бэби!.. Куковать умеешь?.. Очень надо, «дуруг»! «Ку-ку, ку-ку…» Ну! Кукушечка! Сколько дней жить осталось?.. Давай, капитан! Кукуй. Или ты кто? Штурман, блин?!.. Лево руля!

МИХАИЛ. Болты срезало?!

ОЛЬГА. Тонкий намек на толстые обстоятельства?.. Что бабка у меня в крезухе?!.. МИХАИЛ. Фигней не страдай…

ОЛЬГА. Ну, а что! И не фигня вовсе. Я знаю. Может, в старости и я… вальтанусь… Только ты всё равно не доживешь. До счастья такого! Мужчины у нас насколько меньше живут? Лет на двадцать?! / Орангутангу. / Ну! Давай! «Ку-ку!» Не можешь – научим, не хочешь – заставим, блин…

Открылась дверь. Качок вкатил сервировочный столик. На столике – большой арбуз.

КАЧОК. Прошу, сеньора! Бразильская ягода…

  1   2


©dereksiz.org 2016
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет