Мальчик, рожденный для магии



бет1/24
Дата25.07.2016
өлшемі2.57 Mb.
#221501
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   24
1

МАЛЬЧИК, РОЖДЕННЫЙ ДЛЯ МАГИИ

«Настоящий маг — это тот, кто родился магом. Всех


остальных, кто берется за это дело, ждет разочарование».
(Гримуар Верум, XIV в.)

Юный Артур не мог оторвать глаз от моря, шумевшего у подножия обрыва. Отсюда, с высоких травянистых склонов Тинтагиля, ему хорошо были видны огромные волны, с шумом разбивавшиеся о прибрежные скалы. Окружающий его мир всегда был полон удивительных вещей. Сидя над высоким обрывом, он мог часами наблюдать за тем, как где-то глубоко под ним воды прилива постоянно меняют свой цвет вместе с солнечными лучами или как высоко над головой, под подгоняемыми ветром облаками, носятся морские чайки. Артур жадно впитывал все, что видел вокруг, всегда испытывая жажду по чему-то новому или необычному.


Утренняя обедня уже закончилась, и братья ордена Святого Бриканл молча приступили к своим ежедневным утренним занятиям. Будучи всего лишь восьми лет от роду, Артур пока имел не слишком много собственных обязанностей. Пять раз в день, со звоном церковного колокола, он вынужден был натягивать на себя монашескую рясу и занимать место у алтаря рядом с настоятелем, исполняя роль служки. Это занятие не вызывало у Артура никаких чувств, кроме скуки, и лишь изредка смешные рожицы или забавные гримасы, которыми они за спинами братии обменивались со своим другом Иллтудом, вливали веселую струю в угрюмый ритуал. Иногда их ловили за этой «ересью», но это только усиливало их веселье! После того как монашеское одеяние аккуратно возвращалось на вешалку, Артур опять получал свободу бродить по полям в поисках приключений — и на этот раз его не постигло разочарование.
Артур отправился по давно изученной тропе, ведущей к фруктовым садам. Он надеялся, что Иллтуд, как обычно, сможет пойти вместе с ним, но тот был на два года старше Артура и братья нагрузили его изучением букв и цифр-- казалось, Иллтуд уже никогда не будет свободен.
Стояли погожие дни раннего лета. Полчища пчел кружились вокруг цветущих яблонь, а маленький мальчик уверенно шагал по пыльной дороге к лесу. Артур любил цветы, которые дарило лето, и он придумал для себя игру, стараясь собрать столько разноцветных цветов, сколько ему удавалось найти. Красный, голубой и желтый попадался почти повсюду, но розовый цвет, которым были залиты яблони, доставил ему неожиданную радость. (Позже, вернувшись в монастырь, он покажет свою коллекцию брату Виктору. И вновь услышит вечное «прекрасно, Медвежонок», а сокровища, собранные с таким трудом, будут у него отобраны, чтобы засохнуть и умереть. Это всегда огорчало Артура, но в этот день ничто не наводило на грустные мысли.)
Прислушиваясь к далекому шуму моря и крикам чаек, Артур опять вспомнил о своей самой заветной мечте. Больше всего на свете мальчик мечтал открыть путь к «неизведанному» морскому побережью, раскинувшемуся под крутыми скалистыми склонами.
Артуру всегда хотелось точно знать, что же находится внизу за этими песками, там, где земля ведет отважную и нескончаемую борьбу с морем. Ему казалось, что там обязательно должны лежать какие-то сокровища, за которые вода неистово сражается изо дня в день, не давая себе передышки. Время от времени монахи спускались вниз, чтобы прогуляться вдоль береговой линии Тинтагиля (этого события Артур никогда не пропускал), но когда он просился пойти с ними, то слышал в ответ неизменное «может быть, позже, когда ты станешь старше... и сильнее». Артур был нетерпелив и уже устал ждать, когда станет наконец «старше и сильнее», но пока, несмотря на все старания, он не мог найти пути, ведущего со склона вниз (за исключением всем известного и охраняемого моста).
Еще Артур любил небольшие рощи, которые окружали селение. Там, среди их зелени и прохлады, он обычно проводил жаркое послеполуденное время длинных летних дней. А поскольку сегодня жара быстро усиливалась, Артур пробрался к небольшому источнику, где устроился на покрытом мхом камне и начал закатывать штаны, собираясь перейти ручей вброд. И тут он заметил нечто столь необычное, что заставило его застыть от удивления. На соседнем камне, в десяти ярдах вниз по течению, спокойно сидела огромная Черная птица и пристально смотрела на него.
Никогда еще Артур не видел в Тинтагиле подобного создания! Птица жадно напилась из источника, издала несколько необычных щелкающих звуков и перелетела на соседнее дерево, раскинувшее свои ветви в сотне футов от ручейка. И только одно черное, как смоль, перо, описав дугу под легкими прикосновениями бриза, медленно опустилось на землю. Придя в себя от изумления, Артур отыскал упавшее перо и спрятал его в карман. Он стал осматриваться вокруг в поисках загадочной гостьи и вдруг услышал взрыв звонкого смеха, который доносился со стоявшей прямо перед ним большой сосны. Артур быстро повернулся — как раз вовремя для того, чтобы заметить, как черная птица перелетела на огромный дуб, росший у тропы чуть поодаль.
«Птица — а смеется!» — с восхищением подумал мальчик. Выбравшись снова на тропинку, он изо всех сил бросился к дубу, повторяя про себя: «Только бы она была там... пожалуйста, оставайся там!» Большая птица сидела на дубе, но, заметив приближавшегося Артура, опять перелетела на следующее дерево. Эта игра в кошки-мышки продолжалась довольно долго. Под конец Артур совсем выбился из сил и, тяжело дыша, опустился на небольшой, поросший травой холмик. Он лежал, глядя в небо, пока его глаза случайно не остановились на кусте боярышника, который рос на поляне, — на нем сидела та самая птица и тихонько покаркивала, как будто беседуя сама с собой.
Встав на четвереньки, Артур тихонько начал подкрадываться к кусту, подражая движениям охотящейся кошки. На этот раз птица, к его удивлению, даже не пыталась улететь... она взмахивала крыльями и что-то щебетала, как будто эта игра ее очень забавляла! В конце концов Артур подобрался настолько близко, что смог протянуть руку и слегка коснулся пальцами шелковистых перьев. Птица низко наклонила голову, как будто приглашая мальчика почесать ее шею, потом, плавно взмахнув крыльями, скрылась в узкой просеке старой дубовой рощи, темневшей за поросшим маргаритками полем. Почувствовав новый интерес к этой игре, Артур изо всех сил бросился к просеке, но вдруг — во второй раз за этот день — замер на месте: гигантская птица была здесь, но она... сидела на плече высокого человека в голубом, который, прислонившись спиной к дереву, курил длинную трубку.
Не часто приходилось Артуру видеть в Тинтагиле посторонних и никогда ни один из них не ходил по лесам без сопровождения кого-нибудь из братьев. Человек не двигался и пристально смотрел на мальчика, в то время как птица прохаживалась взад-вперед по его плечам.
—Подойди ко мне, мой юный друг, — обратился он наконец к мальчику, выпуская клубы дыма, — и ничего не бойся. Я пришел издалека, чтобы встретиться с тобой, и принес с собой тысячи тайн!
Голос человека был полон доброжелательности, что сразу же рассеяло всякие страхи, которые уже начали зарождаться в душе Артура. Незнакомец не спеша опустился на землю и, пока мальчик приближался к нему, стал набивать свою трубку.
— Меня зовут Артур.
— Да, я знаю, — ответил человек с улыбкой, — а меня люди часто азывают Мерлином из Айоны, потому что я пришел с этого таинственного осгрова> который лежит далеко на севере.
Глаза Артура слегка расширились.
_ А что это за черная птица у тебя на плече? — спросил он, усаживаясь на шелковистую траву рядом с чужестранцем. — Она твоя?
_ Моя? Нет! — смеясь возразил человек. — Скорее, наоборот, мой хитрый друг считает, что это я принадлежу ему! — При этих словах птица перелетела на ближайший пень и начала чистить свои перышки, наслаждаясь теплыми солнечными лучами. — Ну как, нравится она тебе?
— Очень, — воскликнул Артур, — я раньше никогда не видел такой замечательной птицы! У нее есть имя?
— Конечно, есть, — ответил Мерлин, — и имя это древнее и могущественное. Ее зовут Соломон Мудрый, и она иногда путешествует со мной... когда считает мою миссию достаточно важной, как, например, сегодня! — добавил он, делая особое ударение на последних словах и глядя на Артура.
Какое-то мгновение мальчик внимательно изучал сидящего перед ним человека.
— Что же заставило тебя прийти в такую даль, чтобы повидать меня* — спросил он наконец, разглядывая длинный деревянный ящичек, который висел на ремне за спиной у Мерлина. — Ты принес мне какой-то подарок? — добавил Артур, нисколько не заботясь о том, чтобы скрыть свой довольно эгоистичный интерес.
— Молодой человек, я принес тебелшого подарков, — решительно произнес Мерлин, — но все они не похожи на те, которые ты получал до сих пор. Во-первых, я здесь для того, чтобы протянуть тебе руку дружбы, и во-вторых... — Его слова постепенно замерли, когда рука, наконец нашарив что-то в кармане, извлекла этот предмет наружу. Мерлин поднял вверх руку с зажатым кулаком и довольно хмыкнул, увидев округлившиеся глаза мальчика. — Здесь у меня то, что тебе может очень понравиться, но, чтобы получить этот предмет, его нужно заработать. Как только ты догадаешься, что у меня в кулаке, оно твое.
Артур с минуту молчал, озадаченный и заинтригованный этой необычной игрой.
— Как же я смогу угадать, господин Мерлин, если вы даже не дали мне ни... — OH остановился, заметив, что человек пристально смотрит на него. — Я думаю, это... голубой камень, — робко промолвил Артур, в свою очередь внимательно всматриваясь в человека, — но я могу и ошибаться.
Широкая улыбка озарила лицо Мерлина — улыбка удовлетворения и облегчения.
— Слава богам! — громко нараспев произнес он, а Соломон взлетел в воздух и опять опустился на плечо Мерлина, в разжатой ладони которого лежала небольшая голубоватая галька. — В будущем тебе придется научиться быть более уверенным! — добавил Мерлин, заметив на лице Артура выражение удивления и разочарования явной незначительностью такого подарка.
— Спасибо, лорд Мерлин, — сдержанно ответил Артур, протягивая руку за камнем. (Но он все же не смог скрыть ноток неискренности, сквозивших в его словах).
— Я думаю, ты недооцениваешь значение этого подарка, — спокойно сказал Мерлин. — Это волшебная вещь, способная совершать чудеса. Ты должен судить о нем не по его размерам или форме, а по тому, что он собой представляет. (Артур почувствовал смущение?)
—Я не смогу тебе в этом помочь, —продолжал Мерлин. — Но посмотри на крест, который ты носишь на шее. Можешь ты мне сказать, зачем ты это делаешь?
Мальчик на минуту задумался.
— Мне сказали, что этот знак будет говорить другим людям о том, что я следую дорогой Христа.
— А сам он несет в себе какую-нибудь силу? — настаивал Мерлин. Артур отрицательно покачал головой.
—Тогда, —продолжал Мерлин, —разве не может этотголубой камешек также быть символом, который что-то значит для каких-нибудь других существ? Помни, малыш, что наш мир — это дом, населенный множеством существ, которых ты должен увидеть на этих крошечных полянах и в этом скромном обрывке неба!
Артур сразу оживился.
— Но мне известны логовища и гнезда всех зверей, которые водятся в здешних лесах! —гордо воскликнул он.
— Я не сомневаюсь в этом, — с улыбкой ответил Мерлин, — но даже твои острые глаза не могут увидеть всех живых существ... обычный человек не может к ним подкрасться или начать на них охоту. Чтобы найти их, нужно сначала научиться заглядывать за пределы обычного физического мира, в королевства Потустороннего Мира, где обитают эти существа. Ты должен научиться видеть их не только глазами, но и своей душой, как вижу их я... как видят их друиды!
Тут, в первый раз с момента их встречи, сознание Артура омрачило облачко страха. Он помнил много ужасных историй о друидах и дьяволах, которые шепотом пересказывали братья поздними ночами. Но эти истории настолько не соответствовали удивительным словам Мерлина, что очень скоро страх развеялся.
—Этот голубой камень помо жет тебе узнать те вещи, о которых я только что говорил, —продолжал человек. — Это ключ, инструмент, который ты
М0жешь использовать, если захочешь получить знания о том, что не принадлежит к этому миру.
_ Но как? — спросил Артур. — Ведь это обыкновенная галька. Разве камень — это не только камень?
Мерлин снова достал свою трубку и принялся набивать ее березовыми листьями, срывая их со стоящего рядом дерева.
—Ах, мой юный друг, тебе надо еще многому научиться, — сказал друид с нежностью. Он чиркнул кремнем, и высеченная из него искра вдохнула жизнь в его трубку. —... Как ты напоминаешь мне твоего отца.
Артур вскочил, как громом пораженный.
— Ты... знал моего отца?! — изумленно воскликнул он. — Ты должен рассказать мне о нем... пожалуйста*. Братья говорили, что о моих родителях ничего не известно...
Сообразив, что сказал лишнее, Мерлин сделал попытку уклониться от прямого ответа.
— У нас с тобой еще будет время поговорить о множестве вещей, — отрывисто сказал он, — но сейчас мое время истекло. Я пришел сюда, чтобы научить тебя мыслить по-другому, чтобы подготовить к тому дню, когда твои мысли для многих людей будут значить очень много. Подумай над тем, о чем мы с тобой сегодня говорили, а когда почувствуешь, что готов, возвращайся к этому старому дубу и брось свой голубой камешек с обрыва. Только после этого я приду. Так что видишь — если эта «обыкновенная галька» может вызывать меня, разве она не обладает волшебной силой?
— Но куда же ты пойдешь? — спросил Артур, обеспокоенный тем, что потеряет друга, знакомого с магией. — Если ты вернешься со мной, братья обязательно примут тебя хорошо и устроят на ночлег в моей комнате. Пожалуйста, пойдем!
— Спасибо, мой мальчик, — тепло ответил Мерлин, — но это невозможно. Боюсь, твои наставники не будут чувствовать себя хорошо рядом со мной. Ведь я представитель Старой Религии. Многие из них до сих пор не поняли того, что мы, друиды, знаем уже давно: Бог един, но у него есть много ликов.
Артур, конечно, не понял того, что сказал Мерлин, но тем не менее почувствовал в его словах что-то важное.
— Но... я увижу тебя еще раз? — настаивал мальчик. Мерлин немного помедлил, потом наклонился к мальчику и ласково произнес:
— Никогда не сомневайся в том, что это случится, малыш, потому что наша дружба была предопределена звездами еще с тех пор, как мир вышел из Аннона. Никогда не сомневайся в этом!
— Я не буду сомневаться, — ответил Артур, — но... — Слова замерли у на губах, потому что в этот момент друид, приблизившись к краю °брыва, быстро скрылся за дубом. Артур подбежал к дереву и несколько раз обошел вокруг, не в силах прийти в себя от удивления. Он подозревал, что здесь обязательно должен быть какой-то тайный выход на берег, но ничего подобного так и не нашел. Только ворон Соломон, слетев со своего насеста, с громким смехом последовал за своим хозяином.
И тут Артур услышал чистые звуки церковного колокола, разносящиеся над широкими лугами... Он уже опоздал к послеполуденной мессе! Как будто оказавшись между двумя мирами, мальчик быстро побежал по той же пыльной дороге, которая вела к молельне. Но не один раз за время длинного богослужения его мысли возвращались к старому дубу у обрыва —как будто после посещения Мерлина что-то изменилось в его внутреннем я... что-то было разбужено Древней Магией.
В эту ночь луна, которая заглядывала через окно, освещала лежащего без сна Артура, поглощенного своими мыслями. В руке он крепко сжимал небольшой подарок Мерлина, а над кроватью красовалось черное перо. Эти две реликвии были очень важны для Артура, потому что только они служили доказательством того, что этот его особый день, который должен наступить, это не просто мечта, не просто фантазии маленького мальчика.
Но скоро он будет знать все наверняка! Как только забрезжит рассвет, он пойдет к тому дубу и бросит свой голубой камешек. И тогда он узнает — узнает наверняка, говорил ли Мерлин правду.

— Господи, прошу тебя, — прошептал Артур в темноту, — пусть это случится. — После этого он наконец забылся глубоким сном, и ему снились камни, друиды и в небе — большие черные птицы. Но чаще всего в его снах звучали слова Мерлина:


«...ты так напоминаешь мне твоего отца».

I
ТРИ РИТУАЛА ВХОЖДЕНИЯ

«Перед этой стеной находился склон, из которого выступал камень — мой камень. Часта, когда я был один, я садился на


этот камень и начинал воображаемую игру, которая
выглядела примерно так: «Я сижу на этом камне, который
лежит подо мной». Но камень тоже мог говорить о себе в
первом лице и думать при, этом: «Я лежу здесь, на этом
склоне, а он сидит сверху». И тогда возникал вопрос: «Я —
это тот, кто сидит на камне, или я — это камень, на
котором он сидит?» Этот вопрос постоянно сбивал меня с
толку, и я вынужден был вставать, чтобы определить, кто
же я на самом деле...»
(К. Г. Юнг, «Воспоминания, сновидения, размышления»)

В главе «Мальчик, рожденный для магии» мы знакомимся с молодым Артуром в Тинтагильском монастыре —в том единственном месте, которому вот уже в течение пятнадцати столетий все дошедшие до нас истории и мифы приписывают честь быть местом его рождения. Это история истоков: новая и яркая... красочная, как цветы, голубая, как небо с кружащимися в нем чайками, и это единственный урок, который рассказан от третьего лица. Его задача скорее задать тон — настроение хроники, а не преподнести какие-нибудь конкретные друидические практики.


В КНИГЕ ФЕРИЛЛТ приводится список девяти так называемых «РИТУАЛОВ ВХОЖДЕНИЯ», представляющих собой друидические упражнения по визуализации, целью которых является проникновение в царство нетронутых, естественных, первичных сфер. И поскольку в этой главе речь идет именно о красочных, подобных весеннему половодью истоках, автор счел Уместным выбрать для тех читателей, которые хотели бы поближе познакомиться со стихийным магическим миром кельтов, три из этих Ритуалов.
Поэзия друидов всегда основывалась на впечатляющей и красочной описательной образности — «картина», нарисованная с помощью слов. В своей системе обучения друиды придавали огромное значение прозе/поэзии/стихам> установив даже особую категорию в своем ордене (а именно, категорию БАРДОВ), которые полностью посвящали себя именно этому способу выражения. Та особая техника, которая позволяла насытить их поэзию магией была названа ИЛЛЮМИНИРОВАНИЕМ РИФМ. Эта техника включает в себя требование стать единым целым с силами природы, что достигается с помощью напряженного создания образов и зрительного воображения. Для ЧТЕНИЯ чьих-либо мыслей, образы, о которых идет речь, должны быть для вас настолько ясными, чтобы вы действительно стали ЕДИНЫМ ЦЕЛЫМ с этими картинами/стихийными силами. Именно таким образом «иллюминировались рифмы». Как же можно достичь такого слияния? С помощью старательной медитативной тренировки в течение длительного времени и при соответствующих условиях.
Первым из этих условий является ОКРУЖАЮЩАЯ СРЕДА. Согласно Духовному Закону, утверждающему, что ПОДОБНЫЕ СИЛЫ ПРИТЯГИВАЮТСЯ, чем ближе ваше физическое окружение (то есть место, где совершается ритуал) соответствует стихии поэзии, тем легче будет вхождение. Следовательно, необходимо выбирать место для медитации как можно более соответствующее той картине, которую вы собираетесь описать словами. ВРЕМЯ также имеет значение: день или ночь, рассвет или сумерки, полнолуние или новолуние. Вторым необходимым условием является ВНЕШНЯЯ АТМОСФЕРА — то, что маг создает сам: усиление и поддержание оптимального рабочего пространства. Это может быть достигнуто различными способами, в результате которых подобные силы привлекаются в ваше рабочее пространство. Вот некоторые из них:
1. КУРЕНИЕ БЛАГОВОНИИ — то есть сжигание веществ с тем же энергетическим содержанием, что и сочиняемое вами произведение.
2. АЭРОМАТИКА — выбор особых духов/природных ароматов, которые помогают концентрации. Например, если в выбранной РИФМЕ упоминается «образ розы», возле вас должны находиться розы или присутствовать аромат роз. Если же в поэме говорится о дубе, окружите себя энергией этого Дерева, поместив рядом его листья, и т. п.
Помните, чем ближе окружающая вас рабочая среда будет соответствовать этой ПРОЗЕ ВХОЖДЕНИЯ, тем легче будет вам войти в этот конкретный архетип.
Третьим условием является ВНУТРЕННЯЯ СРЕДА. Вы должны быть уверены в том, что ваше собственное настроение и эмоциональное состояние способны воспринимать то конкретное стихотворение, над которым вы работаете. Не пытайтесь, например, работать над стихом, описывающим «спокойное море», если кто-то привел вас в ярость (эмоция огня). Эти две вещи несовместимы, и, если их смешать, это приведет как к ослаблению гнева, так
ослаблению образов. Изучите свои собственные биоритмы —найдите свое лучшее время для работы.
И это приводит нас непосредственно к трем РИТУАЛАМ ВХОЖДЕНИЯ. Согласно принятой друидами схеме, девять ритуалов, описанных в КНИГЕ фЕРИЛЛТ, делятся на три группы по три, причем каждая группа указывает на связь прошлого-настоящего-будущего. По мнению автора, для данной главы лучше всего подходит вторая из этих групп, которая включает в себя:
1) ПЕСНЮ ТААИЕСИНА («Я был...») — прошлое;
2) ПЕСНЮ АМЕРГИНА («Я есть...») — настоящее;
3) ПЕСНЮ ГОЛУБОЙ ЗВЕЗДЫ («Я буду...») — будущее.
Каждая песня приводится отдельно. Их предлагается сначала хорошо запомнить, а потом по порядку работать с ними в течение длительного времени: отпрошлого к будущему. Целью такой работы является действительное ВХОЖДЕНИЕ в описываемый образ — стать Лососем в пруду, Утренним великолепием зеленого луга или Неистовством солнца. Почувствовать солнечную жару или прохладную влажность тела лосося — стать единым целым с вызванными силами стихий. Стихи нужно запоминать с помощью «образо-связующеп техники», позволяющей создать в своем воображении небольшой кинофильм, кадры которого будут последовательно изображать одну строфу за другой. Как только эти «кинопоэмы» станут для вас привычным и сильнодействующим средством, используйте их как личные утверждения для того, чтобы поддерживать естественный магический уровень своих мыслей в повседневной жизни. А теперь вернитесь назад и перечитайте главу «МАЛЬЧИК, РОЖДЕННЫЙ ДЛЯ МАГИИ» —у вас появится совсем новое «ощущение» ее сущности.

«ПЕСНЯ ТАЛИЕСИНА»

Как только вы станете постоянно повторять этот текст в качестве Духовного утверждения, он начнет пробуждать вашу личную силу, обозначая те уровни, через которые проходит Маг, чтобы поддерживать свое положение в настоящем. Наилучший результат может быть достигнут в том случае, если вы будете стоять в центре кольца из камней (чтобы ограничить и сконцентрировать энергию, направив ее на себя). Декламировать следует громко, как будто Делая торжественное заявление. Выберите благовоние, основываясь на символах стиха, или зажгите ОМЕЛУ (если у вас есть такая возможность, то сделайте это на кострище, оставшемся от костра из дубовых веток), или ЦВЕТЫ РАКИТНИКА (цветы, священные Аля Талиесина).


ПЕРВЫЙ БАРД У ЭЛЬФОВ Я. СТРАНА МОЯ ЛЕЖИТ ПОД СВЕТОМ
ЛЕТНИХ ЗВЕЗД.
МНОГИЕ ЗОВУТ МЕНЯ МЕРДДИН, НО В КОНЦЕ КОНЦОВ КАЖДЫЙ
БУДЕТ НАЗЫВАТЬ МЕНЯ ТАЛИЕСИН! Я БЫЛ ПАСТУХОМ И ОБОШЕЛ ВСЮ ЗЕМЛЮ. Я НОЧЕВАЛ НА СОТНЯХ ОСТРОВОВ И БЫЛ
ГОСТЕМ У СОТЕН КОРОЛЕЙ. Я ОБИТАЛ В СОТНЯХ ГОРОДОВ. ОДИН ГОД И ОДИН ДЕНЬ Я БЫЛ
СКОВАН ЦЕПЯМИ...
Я БЫЛ СВИРЕПЫМ БУЙВОЛОМ И ЖЕЛТОЙ
АНТИЛОПОЙ.
Я БЫЛ НА МОРЕ КОРАБЛЕМ. Я БЫЛ ПЕНОЙ МОРСКОЙ. Я БЫЛ КАПЛЕЙ В ВОЗДУХЕ. Я ПУТЕШЕСТВОВАЛ НА ВЫСОТЕ
ОРЛИНОГО ПОЛЕТА.
Я БЫЛ ДЕРЕВЯННЫМ СОШНИКОМ.
Я БЫЛ ТОПОРОМ В РУКЕ.
Я БЫЛ ПЯТНИСТОЙ ЗМЕЕЙ, ЛЕЖАЩЕЙ
НА ХОЛМЕ.
Я БЫЛ ВОЛНОЙ, РАЗБИВАЮЩЕЙСЯ О БЕРЕГ. В ПЛАВАЛ ПО БЕЗБРЕЖНОМУ МОРЮ...
ПОТОМ Я НА ДЕВЯТЬ МЕСЯЦЕВ БЫЛ
МАЛЕНЬКИМ ГВИОНОМ В УТРОБЕ КАРИДВЕНА. И НАКОНЕЦ Я СТАЛ ТАЛИЕСИНОМ.
Я БЫЛ У ТРОНА ТОГО, КТО РАСПРЕДЕЛЯЕТ.
Я СТОЯЛ ВЫСОКО НА БЕЛОМ ХОЛМЕ.
Я БЫЛ МНОГОСЛОВЕН, ПОКА НЕ ПОЛУЧИЛ
ДАР РЕЧИ.
я СТАЛ УЧИТЕЛЕМ ВСЕГО РАЗУМНОГО.
Я САМ ПОСТРОИЛ БАШНЮ НИМРОДА-
Я ТЕТРАГРАММАТОН.
Я ЧУДО, ЧЬЕ ПРОИСХОЖДЕНИЕ НЕВЕДОМО.
Я БУДУ НА ЗЕМЛЕ ДО РОКОВОГО ДНЯ,
И НИКОМУ НЕ ИЗВЕСТНО, ПЛОТЬ
МОЯ ИЗ МЯСА, ИЛИ ЖЕ Я РЫБА.
УЧЕНЫЙ ДРУИД,
ПРОРОЧЕСТВО АРТУРА
НЕ МЕНЯ ЛИ ОНИ ВОСПЕВАЮТ?
(Этот текст взят из КНИГИ ФЕРШШТ, но имеется еще две версии, с которыми можно познакомиться в книге Роберта Грейвса «Белая богиня», стр. 89 и 119.)



«ПЕСНЯ АМЕРГИНА»

Когда-то так же хорошо известная, как в наши дни христианские псалмы, эта прекрасная поэма восходит к Ирландии 600 годов до н. э. Полный анализ ее контекста приводится в главе 13 этой книги: «ОТГОЛОСКИ ДРЕВНИХ КАМНЕЙ». Это произведение, предназначенное для «вхождения», декларирует личную силу друида в настоящем, утверждая, что сейчас он «больше суммы всех своих частей...» —могущественное сложное существо, способное черпать познание и мастерство из бесчисленных предшествующих перерождений. В качестве благовония используется «ДРАКОНЬЯ КРОВЬ», и, если это возможно, сам ритуал следует выполнять на вершине открытого всем ветрам утеса или холма.


Я — ветер на море
Я — морская волна
Я — звук моря
Я — семирогий олень
Я — ястреб на вершине утеса
Я — солнечный луч...
Я — самый прекрасный среди цветов — доблестный свирепый вепрь
Я — лосось в пруду..
Я— озеро на равнине
— холм поэзии
— копье в битве...
Я — бог, воспламеняющий умы!
Кто, кроме меня, может открыть секреты неотесанных
дольменов г
IVTO, кроме меня, знает возраст луны?
Кто, кроме меня, может указать то тайное место, где отдыа
солнце?

«ПЕСНЯ ГОЛУБОЙ ЗВЕЗДЫ»

Это стихотворение кажется столь же уникальным, как и растение,] котором в нем идет речь. Известное также под названием СПИРАЛЬНО! РИТУАЛА, оно представляет собой самое короткое из всех девяти ВХОЖ/: НИИ, приводимых в КНИГЕ ФЕРИЛЛТ. Кроме того, оно единственное сна| жено особым символом (см. следующую страницу). ПЕСНЯ ГОЛУБОЙ ЗВЕ ДЫ — это единственное из трех приведенных здесь, которое работает' духовным потенциалом — «Могу и стану...»: будущее.


«Голубая звезда» —это вьющееся травянистое растение, которое в наши дни известно под названием «вьюнок». У этого растения замечательная история религиозного использования, начиная с Древнего Шумера, Египта и Греции, потом у ацтеков, а совсем недавно, в 60-х годах наш его столетия, оно было использовано в качестве галлюциногенного препарата в «движении хиппи», где из его семян извлекался препарат ЛСД (см. книгу Р. А. Миллера «МАГИЧЕСКОЕ И РИТУАЛЬНОЕ ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ТРАВ», Дестини Букс, 1983). Ботаническое название этого расения Ipomoea violacea, оно принадлежат к СЕМЕЙСТВУ ВЬЮНКОВЫХ. В древности, в зависимости от климата и почвы, цветы этого растения приобретали самые различные оттенки,1/ от ослепительно белого до небесно-голубого, который наиболее распростра| нен в наши дни. Эти цветы всегда являлись символическим архетипом, кот рый связывался с небом или с морем (благодаря их окраске), но особенна благодаря тому, что внутри цветка видна пятиконечная звезда (то есть пентаграмма, или Стопа Друида).

(Кроме того, в старину считалось, что небо и ре — дарители снов и видений.) Именно поэтому предлагается во время ВХОЖДЕНИЯ сжигать семена и/или листья ГОЛУБОЙ ЗВЕЗДЫ, чтобы по-очь создать оптимальные энергетические условия. Ниже мы приводим это короткоепроизведение точно в том виде, в каком оно было записано в КНИГЕ ФЕРИЛЛТ и впоследствии переведено Д. У. Нэшемом:


«Я БУДУ, КАК ГОЛУБАЯ ЗВЕЗДА НА ЗЕЛЕНОМ ПОЛЕ, КРУЖАСЬ ПОДНИМАТЬСЯ К ЗОЛОТОМУ СОЛНЦУ». Само растение «солнцелюбиво» и может расти нормально только при наличии прямых солнечных лучей. Постарайтесь использовать все эти физические особенности в своей визуализации образа.
* * *
Символ, изображение которого приведено ниже, так же как и использование в предыдущем стихе слова «кружась», придает смысла идее о том, что ИПОМЕЯ может также символизировать СПИРАЛЬНЫЙ ПУТЬ жизни (рождений и возрождений), благодаря естественной тенденции стеблей этого растения закручиваться, взбираясь вверх, вокруг всего, что попадается на его пути. Поэтому предлагается декламацию стиха сочетать со спиральным вращением головы и верхней части тела (в положении сидя), начиная смедленных незначительных движений по часовой стрелке, которые постепенно доводятся до больших кругов при одновременном раскачивании и, наконец, постепенно убывают, уже против часовой стрелки.

Мы не включили сюда других стихов бардов или друидов, но подобным образом можно использовать следующие:


*Преиддеи Аннон (Preiddeu Annwn)
*Ангар Цивиндаод (Angar Cyvyndawd)
*Кад Годдо (Cad Goddeu)
*Ир Аодил Враит (Yr Awdil Vraith)
*Элегия 'Эрколва' (Elegy of'Ercwlf)


Достарыңызбен бөлісу:
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   24




©dereksiz.org 2024
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет