Маргарита в Эксе Комедия в пяти действиях



жүктеу 0.94 Mb.
бет1/4
Дата24.07.2016
өлшемі0.94 Mb.
  1   2   3   4
Петер Хакс
Маргарита в Эксе

Комедия в пяти действиях


Действующие лица

Рене I


Маргарита, его дочь

Рене, граф Водемон, его внук

Адеом де Круабук, сенешаль Прованса

Ауриана, его жена

Ук де Кальсон, трубадур

Колен и Бозен, его жонглеры

Жан д’ Эг-Морт, трубадур

Папиоль, жонглер

Арчибальд граф Оксфорд

Мать Агата, английская монахиня

Бальтазар Урс

Зюсс Винкельрид швейцарцы

Берхтольд Штурмталь

Крестьянин

Горожанин из Нима

Людовик XI

Карл Смелый
Советники, придворные дамы

ПРОЛОГ


Позвольте представиться, господа,

Хоть я хорошо вам известен. Да?

Длинный мой нос довольно крив,

Я худосочен и некрасив,

Щеки трясутся, глаза покраснели,

Суконный плащ на немощном теле…

Но я на апостольском троне сижу,

Корону Франции гордо ношу,

Играю в комедии главную роль.

Людовик одиннадцатый. Король.

Тот самый, с клетками, это я.

Конечно, вы сразу узнали меня.

В моих застенках для блага Франции

Держу самых знатных из знати нации.

Они там с бритыми головами

Сходят с ума за семью замками.

Палач и цирюльник – мой высший совет.

У них на мой сан притязаний нет.

Им золото нужно, а не корона,

Вот почему я терплю их у трона.

Скупость моя, по общему мнению,

Достойна всяческого одобрения.

Гордые франки, и стар, и мал,

Считают, что я достоин похвал.

Ну, повидали меня во плоти?

Могу теперь плюнуть на вас и уйти,

Поскольку мое королевство с краю

И в собственном фарсе я не играю.

Пролог был сыгран на Иль де Франс,

А место действия -- Экс-ан-Прованс.


Действие первое

I

Ук де Кальсон
УК

На этой сцене я одержу самую совершенную победу, которая когда-либо была одержана искусством. Ибо здесь, где природа – кулиса, камень – подмостки, а Гелиос – лампа, движение моих звуков приведет в движение действительность. Мелодия покажет, что она может растрогать нечто, более твердокаменное, чем скалы: человеческую душу. Место хорошее, время подходящее. Черт возьми, мне не повезло, сюда идет Жан д’ Эг-Морт, этот олух-трубадур. Надо же ему было появиться как раз на этом месте в тот же час.


Жан д’Эг-Морт.
ЖАН

Лучше бы мне встретить Сатану, или морскую свинку, чем этого горлопана Ука. (Приветствует де Кальсона). Несравненный мастер словосочетаний, вы – украшение этого утра. Без вас оно не обрело бы своего завершения.

УК

У вас, кавалер, следует учиться всему, но особенно вашей благородной и чрезвычайно учтивой скромности.



ЖАН

За одну вашу строфу я готов пожертвовать всеми своими виршами. Ибо вам известен крой, по которому Господь-Бог столь гармонично сочетал миры и созвездия. А тот, кто укрощает слоги, укрощает и сердца. Говорю же вам, не с завистью, но с восхищением, что вы покорили слух Аурианы. Самая прекрасная в мире дама -- ваша нежная почитательница и рабыня.

УК

Скрытность – первая добродетель трубадура.



ЖАН

Скорее мертвенная бледность выступит на его устах, чем с них слетит болтливое слово.

УК

Так что я рассчитываю на вашу скрытность. Воистину, Ауриана де Круабук обещала мне исполнение самых заветных моих желаний, хотя я изнемогаю от страсти всего каких-нибудь пять лет.



ЖАН

Вы заслуживаете этого счастья. Будь Ауриана менее справедлива, она не была бы столь достойна обожания.

УК

Она обещала при первой же возможности, когда ее муж, сенешаль, удалится из Экса по государственным делам, принять меня в своей спальне. Там я превзойду самого себя в подвигах любви. Ведь наш король Рене подарил мне свежее белье. Найдя приют при дворе, я ем вдоволь мяса. И кушаний из яиц.



ЖАН

Мое сердце плавится от ревности. С вашего позволения, я воспользуюсь его жаром, чтобы выковать парочку слабых и

несовершенных канцон.

УК

Желаю вам донести свою славу до самых дальних языческих стран. А теперь, кавалер, отпускаю вас на все четыре стороны. Я нахожусь на королевской службе. (Показывает ему кошелек).



ЖАН (показывает ему кошелек)

Король весьма щедр.

УК

Говорят, даже слишком щедр.



ЖАН

Это потому, что он беден, и, значит, не может позволить себе ни войска, ни государственной администрации. Вот в богатом хозяйстве, там лишних денег не бывает.

УК

Строго между нами…



ЖАН

Честное слово трубадура.

УК

Маргарита, дочь короля и истинная королева Англии, поскольку она вдова Генриха Ланкастера, убитого Эдуардом Йорком, изгнанная со своего острова…



ЖАН

Я это знаю, сударь.

УК

… с момента своего возвращения на родину обретается в глубоком помрачении духа.



ЖАН

Так оно и есть, сударь; я это знаю.

УК

А Рене, наш король и ее отец, обуян сострадательной заботой. Он позвал меня к себе и сказал: Я не могу изменить жизнь моей дочери, но вы, дорогой мой мастер…



ЖАН

… можете своим искусством подарить ей другую жизнь.

УК

Откуда вы знаете, что сказал мне король?



ЖАН

Он сказал это мне.

УК

И вам тоже?



ЖАН

Я не заблуждаюсь на предмет ценности моей помощи. Вряд ли она вам потребуется. Но я смиренно предлагаю ее вам. А вы, будьте добры, оцените если не пользу, то само предложение.

УК

Я бы пропал без вашей помощи, кавалер.



ЖАН

Вон идет мой музыкант.

УК

А вон мои.


Папиоль с арфой, Колен с виолой, Бозен с кастаньетами.
УК

Отчего вы бледны и растеряны? Что вас так смутило?

КОЛЕН

Наша публика.



ЖАН

Королева. Как она вам?

ПАПИОЛЬ

Величественна, высокомерна, мрачна и прямолинейна. Окинула меня взглядом. Впрочем, уродом не сочла.



УК

Она назвала его красавцем?

БОЗЕН

Она сказала: Друг любезный, в твоих ужимках много бабского. И это человек?



КОЛЕН

Она оскорбила в его лице все человечество. А что, если ее злоба начнет вдаваться в подробности? Интересно, каково тогда придется человечеству?

ЖАН

Встаньте у нее на дороге и приветствуйте ее веселой музыкой.



КОЛЕН

Хозяин, мы встанем позади и отрежем ей путь к бегству.

ПАПИОЛЬ

Разве наша музыка так нехороша?



КОЛЕН

Хороша. И это дает нам право слегка применить силу.


Маргарита, Монахиня. Музыканты играют.
МАРГАРИТА

Опять искусство? Что это за клоун

В насмешку к нам явился на гастроль

С созвездия, мерцающего нервно,

И мне назло разыгрывает шутки?

Не город, а бедлам. Концертный зал.

Прочь. Зря вы мне расставили ловушку.

Я не в таком расположенье духа,

Чтоб клюнуть на медовую приманку.

Гармония фальшивым звуком в хаос

Врывается. Когда в бочонок желчи

Стакан вина подмешан, вкус отвратный.

Меня от вас тошнит, с души воротит.

Прочь. Убирайтесь.

УК

Госпожа хозяйка…



МАРГАРИТА

Чего хозяйка?

УК

Англии.


МАРГАРИТА

Ах, так.


Здесь разве Англия?

УК


О нет, Прованс,

Страна улыбок, музыки и солнца.

Любую грусть-тоску они развеют.

МАРГАРИТА

Мне музыка – что сердцу острый нож.

Когда б могла, я из груди небес

И солнце вырвала, чтоб не травило душу.

Люблю тоску.

УК

Ее нельзя любить,



Ведь это значит тосковать, не так ли?

Любить же означает быть счастливым,

Быть осчастливленным. О, госпожа,

Алеет роза в ваших волосах.

Она умней, чем вы, и откровенней.

И говорит, что любо вам любить.

За алый цвет вы розу полюбили.

МАРГАРИТА

Мне мил Ланкастеров кровавый цвет.

УК

Вас угнетает то, что было в прошлом.



А музыка прогонит вашу грусть.

МАРГАРИТА

О, мелкие укусы злой судьбы

Еще ужасней, чем большие раны.

Сан потеряв, лишилась я почтенья.

Покой мне нужен, чтоб оплакать сан,

И этого покоя я лишилась.

О, легче было потерять корону.

Ступайте прочь.

УК

Нет.



МАРГАРИТА

Убирайтесь прочь.

УК

Мы не уйдем, пока вам не сыграем.



МАРГАРИТА

Забыть, забыть, что у меня есть уши.

(Монахине).

Святая мать, пускай они уйдут.

Скажите мне, когда они исчезнут.

ЖАН


Этого никак нельзя; ведь мы хотим сочинить для вас тенсону.

МОНАХИНЯ


Что это, сударь?

ЖАН


Поэтический спор. Несравненный Ук де Кальсон и я, известный в менее широких кругах Жан д’Эг-Морт, будем обсуждать вопрос, который должна поставить королева.

МАРГАРИТА

Тогда поспорьте о том, что делает человека более несчастным: обоснованное отчаяние или необоснованная надежда.

УК

Это не предмет для тенcоны. Материал неподходящий.



МОНАХИНЯ

А из какого материала ваши предметы?

ЖАН

Из материала любви, ваша милость.



МОНАХИНЯ

Почему?


ЖАН

Любовь – материя искусства.

МОНАХИНЯ

Возможно. Но почему?

ЖАН

Говоря о любви, мы имеем в виду все, к чему стоит стремиться, будущее и небеса. Нам кажется, что любовь – то место, где нечто совершенное проникает в нечто мимолетное, эфирное, текучее, ускользающее. Одна любовь являет нам образы счастья, которые мы способны воспринимать органами чувств; ибо у них есть руки и ноги.



МОНАХИНЯ

Понимаю, сударь, четыре руки и четыре ноги.

ЖАН

Да, обычно так.



МАРГАРИТА

Зачем вы болтаете о любви при той, кто не желает ничего о ней слышать?

УК

Ах, мадам, вы подсказали роскошную тему.



ЖАН

Лучше не придумаешь. Мастер Ук, я предлагаю избрать форму пастуреллы. Позвольте уступить вам честь начать спор. Если не возражаете, я буду исполнять роль пастушки, а вы -- странствующего рыцаря.

УК

Хорошо. Вот эта золотая цепь будет моим залогом.



ЖАН

А этот вышитый шарф – моим.

МОНАХИНЯ

Что это значит, джентльмены?

УК

Эти ценные вещи и наша рыцарская клятва – ручательства, что по окончании спора мы примем приговор прелестной Маргариты. Ибо искусство – ничто, если оно не достигает зрения и слуха наблюдателя. Ибо певец не имеет жизни, кроме, как в душах благородных людей. Он существует, если его воспринимают, единственное подтверждение его ценности – приговор прекрасной дамы. Ко мне, Колен. Внимай, о чем ты должен петь. (Шепчет ему на ухо).



МОНАХИНЯ

Как, а сами вы не поете?

УК

Для простой исполнительской стороны дела у нас имеются слуги. Я певец, он поет.



КОЛЕН

Коровок восемь в финиковой роще.

О чем пастушка плачет в тишине?

Я подошел, спросил, чего ты хочешь?

Любить тебя пришла охота мне.

ПАПИОЛЬ


Ах, кавалер, уж больно ты усерден.

Кто был здесь до тебя, сказал: Пока!

Начало и конец – они соседи.

И с радостью соседствует тоска.

КОЛЕН

Ушел один, другой уж на подходе,



Пригладит кудри и слезу утрет.

Такие вещи часто происходят.

Друг новый место старого займет.

ПАПИОЛЬ


Приблизится другой и удалится.

За ним еще один придет-уйдет.

И только клятвы будут вечно длиться

Влечение к любви не пропадет.

КОЛЕН

Лишь тот не ждет любви, кто смерти хочет.



Жизнь переменчива, замена – не обман.

То горько плачет жизнь, а то хохочет.

О, сколько радости любовь приносит нам.

МАРГАРИТА

Оценив ваши остроумные мысли на сей предмет, ваш талант украшать их убогими рифмами и ваше умение заменять сложные и недоступные вам смыслы наглядными картинками, я выношу свой приговор: Ни одна драная кошка никогда не отравляла мне ночь так безжалостно, как вы отравили мне этот день. И никакая зараза, никакая чума не смогла бы внушить мне большее отвращение к этой улице и этому городу, чем ваше бездарное действо.

УК

Над кем глумится глупость? Над собой.



Знать, в точку я попал. И это выигрыш мой.

(Ук, Колен и Базен подходят к рампе).

ЖАН


Залоги не возьму. От Бога самого

Лишь правый суд приму. Иль вовсе ничего.



(Жан и Папиоль подходят к рампе).

ОБА


Кому артист поет и для кого играет?

Потомству служит он. А свет он презирает.



(Уходят со своими музыкантами).

МАРГАРИТА

Скорей, вернемся в тень моей каморки

К родным портретам и картинам страшным:

Задушен Генрих, Варвик обезглавлен,

Зарезан Эдуард, мой юный отпрыск,

Я в лондонской тюрьме, в сыром застенке…

А на английском троне скалит зубы

Жестокий, гнусный, похотливый Йорк.

Изгнанье хуже, чем любая казнь.

Быть мертвой и страдать. Желать напрасно.

К бессилию бессильно привыкать.

Хочу я в эту муку погрузиться

Так глубоко, чтоб дна ее достичь.

Лишь там, на дне, найду я утешенье,

Чье имя – месть. Лишь месть меня излечит.

Ведь то, что враг швырнул тебе под ноги,

Поднять нельзя, оно осталось в прошлом

И остается, требуя возмездья.

Исправить зло под силу только злу.

И только злодеянье истребит

Свершенное злодеем злодеянье.

Убийство уничтожит лишь убийство,

И обратит в спасительную сладость

Полыни горький вкус в моей душе.

МОНАХИНЯ


Королева, сюда идет компания акробатов, а вон там появился человек с зарезанной свиньей.

МАРГАРИТА

Гоните их. Вернемся в тихом месте

К мучительным мечтаниям о мести.


Сцену заполняют жонглеры и фокусники, они проделывают акробатические трюки, сбивают с ног Монахиню, преследуют Маргариту.
2

Королевский совет


Рене, Круабук, Ауриана, Водемон, советники.
РЕНЕ

Сегодня мы собрали наш совет

Не для веселых шуток, не для песен,

Не для того, чтобы славить красоту

Божественной графини Аурианы.

Наш верный сенешаль, мсье Круабук,

Нам сообщил о неких неполадках,

Которых долее терпеть нельзя.

Давайте же займемся не искусством,

А тем, что происходит в королевстве.

Не все же в эмпиреях нам витать.

Но прежде, чем начать, вот вам сюрприз.

К нам прибыл отпрыск дочери моей,

Рене, граф Водемон, наш внук любимый.

Добро пожаловать, сын Иоланты.

Ребенком на коленях у меня

Ты сиживал не раз. Теперь ты вырос,

И для тебя в стране найдется место

Просторней, чем у деда на коленях.

ВОДЕМОН


Всем людям нужен кров над головой.

Тем более – изгнаннику. Спасибо.

РЕНЕ

Ты изгнан, но в прославленный Прованс,



Куда другие всей душой стремятся.

Прованс, известный щедростью своей,

Далекий от иных столиц кровавых, --

Эллада Запада, наш галльский Рим

На Средиземноморском побережье,

Европы лето, где язык звучней,

Где мир под южным небом хорошеет,

Как хорошеет гадкая девчонка,

Когда ее коснется свет любви,

Тебя приветствует. Будь здесь как дома.

ВОДЕМОН

Да, я хочу передохнуть немного



И хоть на время позабыть о том,

Что необузданный Бургундский Карл

Лишил меня наследственных владений.

Он гордо ухмыляется на тронах

И Лотарингии, и Водемона,

И прочих княжеств, ленов и феодов.

Но я, усталый всадник, припаду

К источнику со сладостным питьем,

Меч оботру фиалковой травой

И снова обрету былую силу

Для битв, отдохновенья и трудов.

РЕНЕ


Вот юности язык. Приятно слышать

Такие речи, мальчик мой. Ведь сила

Для каждого из возрастов – своя.

Она зовется в юности отвагой

И только в возрасте преклонном – счастьем.

И на моем счету есть шесть сражений,

И в каждом я по княжеству терял.

Но власть утратив, обретал свободу,

И слабость стала силою моей.

КРУАБУК


Как вы сказали, сир?

РЕНЕ


Мой сенешаль?

КРУАБУК


О, сир, какою силой вы гордитесь?

Есть только двое государей сильных,


Что ныне делят Запад меж собой:

Людовик мрачный, Франции король,

И герцог Карл, Бургундии владетель.

Любой из них лишь пальцем шевельнет –

И все, что мы пока что не успели

Им сдать в аренду или заложить,

К своим владеньям присоединит.

РЕНЕ


Но пальцем вышеназванным никто

Из них не шевелит, отлично зная,

Что тут же и получит по рукам.

И каждый из врагов непримиримых --

Союзник наш в защите от врага.

Меж ними балансирует Прованс,

Как лепесток, подхваченный двумя

Потоками воздушными. Как гвоздь,

Застрявший между двух магнитов мощных,

Иль кость баранья, что орел и лис

Из пасти друг у друга рвут со злобой.

В двойной угрозе – наша безопасность.

КРУАБУК

Надолго ли?



РЕНЕ

Не может безопасность

Быть долгой. А покой нам только снится.

Все движется в извечной вечной пляске

Бессмертных аргументов за и против.

К чему счастливым знать, что будет завтра.

Однако же, пора к делам вернуться.

Мы счастливы, но сенешаль считает,

Что наше счастье не пристало нам.

А он ведь не болтун, не зубоскал.

Я попросил бы выслушать его,

Не торопясь ему противоречить.

Итак, за вами слово, Круабук.

Совет ждет молча мудрого совета.

КРУАБУК

В худое время ждут советов умных.



РЕНЕ

Послушать вас – все времена худые.

КРУАБУК

Что есть, то есть, что там ни говори.



А если нет чего, того и нет.

У нас разор, убытки, в кассах сушь,

Отсутствие надзора. Уж в Провансе

Все сборщики налогов в городах

Общаются на северном наречье

И по-бургундски. Это то, что есть.

А денег нет, как нет.

РЕНЕ


Да, тут вы правы.

Я тоже говорю, что денег нет.

КРУАБУК

И потому я требую зажать



Раскрытую ладонь. Коль нет яиц,

Омлета из яиц не приготовишь.

Таков закон, он неопровержим,

А вы закон бесспорный опровергнуть

Все время норовите, государь.

Не знает ваша щедрость угомону.

То платье с государева плеча,

То кошельки, набитые деньгами,

То пикники, то теннис, то турниры…

Давно пора все это прекратить.

Швырнете десять талеров на ветер,

И государство наземь упадет,

Как инвалид, лишенный костыля.

РЕНЕ


О, нет. Мои любимцы-трубадуры,

Неужто им разгуливать в тряпье?

КРУАБУК

Хоть голыми, у черта на рогах.



Сказать по правде, кто, как не они,

Как не любимцы-трубадуры ваши

Во всем и виноваты? Вот народ….

Бездомные, бессовестные, злые,

Ехидны разумом, низки происхожденьем,

Они фривольным пеньем портят нравы,

А гордое дворянское потомство --

Ублюдками своими. Нет семьи,

Старинной, и почтенной, и достойной,

В чье семя эти ноты не проникли,

И в чьей крови не раздается пенье.

РЕНЕ


Браните вы веселую науку?

Не слишком ли серьезны обвиненья?

КРУАБУК

Браню науку наставлять рога.



РЕНЕ

Ну-ну.


КРУАБУК

Вы неженаты, сир, а я …

И так как ваша милость вознесла

Меня на высший пост при государе,

Весь сброд, охочий до замужних баб,

В надежде на открытый кошелек

И широко раскрытые объятья,

На бешенство страстей неутоленных

На то, что их сыночкам незаконным

Достанутся хорошие отцы,

Весь этот сброд, как я уже сказал,

Охоту начал на мою жену,

На данную мне Богом Ауриану.

Они преследуют ее любовью

Не ради красоты, возможно, спорной,

Но ради должности ее супруга.

А их любовь – тщеславие сплошное,

Гордыня, жажда денег и даров.

И как только ее не величают!

Каких дурацких прозвищ не дают!

Тут вам и «Лебедь белая Прованса»!

«Рукав зеленый»! «Рыцарь красоты»!

Днем бряцают на лютнях во дворе,

А по ночам мяукают в саду,

Шныряют по углам и коридорам.

А я для них -- петух или каплун,

Как в музыкальном, так и в прочих смыслах.

Того гляди, наставят мне рога.

РЕНЕ

Ответчиков по иску многовато.



Мне бедных трубадуров защищать

Иль бедную графиню Ауриану?

АУРИАНА

В защите здесь нуждается он сам.



КРУАБУК

Кто подал иск и в чем моя вина?

АУРИАНА

Ты сам истец и сам себе ответчик.



Рога у рогоносцев – от рожденья.

Наставить их нельзя, они растут.

Олень всегда рогат, лев – никогда.

КРУАБУК


Побойтесь Бога, милая супруга!

В чем можете меня вы упрекнуть?

Мужчина я, как говорится, крепкий,

Нет у меня известного изъяна,

Что вынуждает иногда мужчин

Питаться гребешками петухов.

АУРИАНА

Я ничего такого не сказала.



Сказала лишь, что все от вас зависит.

Пусть сменит рогоносец десять жен,

В любом покое, на любой перине

Не будет он с женой наедине.

КРУАБУК

Я вас убью.



АУРИАНА

Да ну?


КРУАБУК

Вы не дрожите?

АУРИАНА

Не очень, муж мой.



КРУАБУК

Почему не очень?

АУРИАНА

Коль вы не рогоносец, нет причины.



А если рогоносец… Менелай

Двенадцать лет грозил убить Елену.

Но как только ее заполучил,

Улегся с ней в постель, еще сырую

От сыновей Приама. Вы смеетесь?

КРУАБУК


Смеюсь, мадам, чтоб не смешить других.

Меня не слышат, что ж. Я умолкаю.


Ук и Жан
РЕНЕ

Мы вас отлично слышим, сенешаль.

Неоспоримо все, что вы сказали.

А потому сейчас отложим спор.

Меня вы разбранили поделом,

Вдвойне похвальна ваша точка зренья.

КРУАБУК

Я из любви вам докучаю.



РЕНЕ

Значит,


Докуки в этом нет. Как без любви

Благое дело – не благодеянье.

Не стану талеров швырять на ветер.

Ни десяти, ни даже трех, клянусь,

Теперь за дело. К нам сюда вошли,

Мои любимцы, соловьи мои,

Мои орлы, рыдающие в рифму,

Прошу вас, Ук Кальсон и Жан д’Эг-Морт.

Как все прошло, скажите, кавалеры?

УК

Докладывайте, сударь.



ЖАН

После вас.

УК

Позвольте эту честь вам уступить.



ЖАН

Вам на роду написано быть первым.

РЕНЕ

Ну, господа, удался ли наш план?



ЖАН

Да как сказать…

УК

Коль выпала мне честь



Спор прекратить, его я прекращаю.

Испытывать терпенье короля

Нам не пристало. Вот что я скажу.

Исполнив все, что было в наших силах,

Мы не достигли ровно ничего

И потерпели полное фиаско.

РЕНЕ

О, господа советники, я думал,



В курс дела, что так важно для меня,

Мгновенно вас ввести и сообщить,

Что все закончилось благополучно.

Но нет, забота новая у нас.

Вы знаете, недавно выпал нам

Счастливый жребий: наша Маргарита,

Последняя, единственная дочь,

Отпущена кузеном нашим Йорком

Из заключенья, чтобы заключить

Я мог ее в отцовские объятья.

КРУАБУК

Мы знаем, что счастливый жребий выпал



Людовику: две крепости он взял.

Анжер и Бар ему мы уступили

За десять тысяч фунтов золотых,

Чтоб Йорку уплатить бесстыдный выкуп.

Деньжищ таких не стоит даже кайзер.

Теперь мы получили ее светлость,

Зато в казне у нас нет ни гроша.

РЕНЕ


Но мы свою загладили вину.

КРУАБУК


Коль есть вина здесь, то она – не ваша.

РЕНЕ


Давно уж миновала та пора,

Когда стремился я достичь величья.

И я тогда сосватал дочь свою,

Красавицу, каких в те времена

В Европе редко можно было встретить,

За глупенького Генриха Шестого.

Хоть муж был этот Генрих никудышный,

Но два владенья все же он имел:

Трон Франции и Англии корону.

О, сколько тронов я мечтал собрать

Для внуков будущих: Иерусалим, Неаполь,

Да две Сицилии…От них остались

Лишь титулы, на них я и сижу.

А Маргарита потеряла все.

Смешливый Йорков род верх одержал

Над варварством Ланкастерова дома.

Когда был свергнут Генрих, Маргарита

В Париж бежала. И судьбе назло

(Как будто муж большою был потерей)

Там снарядила флот вооруженный

И снова вторглась в Англию. Увы.

Она попала в плен и провела

Пять лет в ужасном карцере на Темзе.

О, не хотел бы я там оказаться.

И все случилось по моей вине.

КРУАБУК


Не вы ее на этот риск толкнули.

РЕНЕ


Я пробовал ее отговорить.

КРУАБУК


Пусть за себя сама и отвечает.

А вы ей не обязаны ничем.

РЕНЕ

Ничем? Но ведь она мне дочь.



Хоть не походит на меня совсем

И мало мать свою напоминает.

Характер у нее не то, что мой:

Погружена в себя, всегда сурова.

И этот бледный белый гладкий лоб,

И сердце в черном трауре… И все же,

Кто ближе нам, чем собственные дети,

Когда они столь далеки от нас?

Мы ради них готовы все отдать

И защитить их от любой напасти.

Ведь в наше время, когда все так шатко,

И рвутся связи, и ветшают скрепы,

Отцовская любовь лишь постоянна

И лишь дочерняя любовь прочна.

Так есть, и быть должно. Иначе в мире

Надежного не станет ничего.

Утрата власти так ее заботит,

От униженья так страдает гордость,

Что дочери душа окаменела

(Хотя потери меньше, чем страданья).

Но боль ее мое сжимает сердце,

Ее бессонница мой гонит сон,

И плач ее мой убивает смех.

Осталось мне одно лишь утешенье --

Ее утешить с помощью искусства.

Я начал подсылать к ней музыкантов,

Жонглеров, плясунов и кукловодов,

И прочих искушенных лицедеев,

Чье мастерство природу превосходит,

И трубадуров, наконец, послал –

Чтоб Ук и Жан ей спели о любви,

На радость бытия ей указали.

Сам я в душе ликую, слыша их.

И вот они стоят здесь, говоря,

Что потерпели полное фиаско.

УК

Все так.



РЕНЕ

Вы пели?


УК

С чувством. О любви.

РЕНЕ

Она вас слушала?



УК

Ну да.


РЕНЕ

И как?


УК

Я не сказал бы, что с большой охотой.

РЕНЕ

Она не стала веселей? Чуть-чуть?



УК

Она намного злей и желчней стала.

РЕНЕ
Все женщины в восторге от любви.

УК


Любовь чужда ей.

РЕНЕ


В Англии забыла.

Зачем ее отправил я туда!

Что за холодная страна! О, боги!

Так что? Она не оценила вас,

Отделавшись любезными словами?

УК

Последними словами обругала.



А ценные залоги – шарф и цепь --

Оставили мы ей.

РЕНЕ

Залоги? Браво!



Обиду вашу возместить мне трудно.

Потери ваши возмещу легко.

КРУАБУК

Сир! Сколько?



РЕНЕ

Каждому всего полсотни.

(Дает им деньги).

Терпенья наберитесь. От нее

Не отступайтесь и не отставайте.

Подстерегайте в каждом переулке,

Чтоб изумлять искусством вновь и вновь,

Под каждой аркой открывать ей небо,

И, как богине, пеньем путь мостить.

ЖАН


Клялась она, что из дому не выйдет.

РЕНЕ


Запрется у себя? Бежать оттуда,

Чтоб запереться здесь? Но ей же нужно

Ходить на рынок, к морю, в церковь…

АУРИАНА


В церковь

Скорей всего.


РЕНЕ

Что ж, и на том спасибо.

Так значит, в церковь. Очень хорошо.

В ближайшее Крещенье я хотел

В Соборе Экса разыграть игру.

Пускай на праздник и она придет.

ПЕРВЫЙ СОВЕТНИК

Ей-богу, это выход. Все мы помним,

Как в воскресенье перед Рождеством

Роль Ирода-царя вы станцевали.

Народу столько собралось на крышах,

Что кровельщики выставили счет

За шестьдесят четыре дня ремонта.

ВТОРОЙ СОВЕТНИК

О ком игра?

РЕНЕ


Игра о Соломоне.

ТРЕТИЙ СОВЕТНИК

Прекрасные костюмы и романсы.

ЧЕТВЕРТЫЙ СОВЕТНИК

И в роли Соломона – вы.

АУРИАНА


А я?

РЕНЕ


Его жены. Роскошный будет праздник.

Достанет нам ума и остроумья,

И пурпура, и бархата, и красок,

Литавр, и труб, и огненных шутих,

Чтоб поразить и слух ее, и зренье,

Суровых стражей мрачного рассудка,

Смягчить упрямый, жесткий, желчный нрав.

КРУАБУК


Позвольте, государь, мне удалиться.

РЕНЕ


Мы вас не гоним, милый сенешаль.

КРУАБУК


Но я здесь лишний.

РЕНЕ


Нет. Вы мне нужны.

Ступайте, пригласите дочь мою

Прийти в Собор на праздник в день Крещенья.

КРУАБУК


Но королева праздников не любит.

Шутить с ней бесполезно.

РЕНЕ

Вы скажите,



Что приглашаете ее на мессу.

Ни слова об игре. Она придет.

КРУАБУК

Она швырнет в меня пивную кружку.



РЕНЕ

Ступайте, Круабук. Ну-с, господа,

Прошу к столу. Обсудим нашу пьесу.

Пусть вдохновят нас трюфели, каплун

И то, чем можно горло промочить.

Нам предстоит хорошая работа.


Все уходят.
КРУАБУК

Пойду творить заведомую глупость.

Отказываться тоже не резон.

Ну, что за государство! Балаган.

Здесь беспорядок стал вещей порядком,

Беспутство и вранье -- обычным делом.

Да, разные бывают чудеса:

Летают острова, взмывают камни,

Живут на свете женщины с хвостами,

И люди обитают на китах.

Природа над собой и нами шутит,

Но даже в самом странном сне нельзя

Вообразить такого государства.

Оно меня, разумного мужчину,

Гоняет как последнего шута.

Пора идти. Да видано ли где-то

Служить так верно королю-поэту?

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ


1
Маргарита, Оксфорд.
МАРГАРИТА

Граф Арчибальд, мой преданный вассал!

Бургундский Карл ко мне шлет вас? Я рада.

Хоть я была бы рада, признаюсь,

Всему, что продвигает наше дело:

Гонцу любому, сведенью сухому

И даже просто быстрым лошадям.

Но здесь не кто-нибудь, сюда лорд Оксфорд

Пожаловал как Англия сама,

Как знак от алой розы алой розе.

ОКСФОРД

Вы герцогу Бургундскому писали,



Что важное секретное известье

Хотите сообщить. Он шлет того,

Кто был равно испытан им и вами,

Чей слух ему и вам равно открыт,

И чей визит как старого знакомца

Взметнет лишь пыль дорожную – не сплетни.

МАРГАРИТА

Умно. Но, граф, задача не из легких.

ОКСФОРД

В изгнанье не по-графски я живу.



Теперь я скороход, курьер, гонец

В бесцветном платье, в обуви плохой,

Но к бедности теперь я равнодушен.

Вся Англия в заплатах щеголяет,

Вся истинная Англия в беде

(А я как раз о ней и говорю).

Я старый человек. Свои надежды

Я связываю нынче не с собой,

Но с Англией моей. Письмо, мадам.

Я передам его по назначенью

И буду горд услугой этой малой,

Как если б наше знамя перенес

Через Канал.

МАРГАРИТА

Милорд, письма не будет.

Передадите устное посланье.

Вот почему не нужен мне гонец,

Что равнодушно форму слов повторит.

Мне нужен тот, чье сердце, словно факел,

От пламени души моей зажжется,

И он его, как факел, понесет.

ОКСФОРД


Да, это я. И я готов служить

Зеркальным отраженьем воли вашей.

МАРГАРИТА

Так поспешите выслушать мой план,

И с тем же гневом, с той же ясной целью

В Дижон доставьте. Суть его и смысл –

Спасенье Англии.

ОКСФОРД


Творенье чуда?

МАРГАРИТА

Итак, я Карла Смелого прошу,

Помочь мне с войском в Англию вернуться.

ОКСФОРД

Ах, королева…



МАРГАРИТА

Известно всем: изнемогает остров

Под сапожищем Эдуарда Йорка,

Он Генриха убил и сел на трон.

И сорок миллионов гневных бритов

(Без одного) глядят на одного.

Растлитель женщин, даже городских,

Он презирает знатный наш парламент,

На дикую Шотландию ярмо

Надел он и на славный наш Уэллс,


От Франции трусливо отказался

За жалкие гроши, попоек ради.

Британцы это не простят ему.

Все, как один, за исключеньем Йорка,

Поднимутся на Йорка-душегуба.

Все, как один, готовы умереть,

Чтоб трон вернуть Ланкастерскому дому.

Ведь никогда народ нас не свергал.

ОКСФОРД

Ну да, конечно.



МАРГАРИТА

Знаю, что сильна

Тирана власть. Она стоит, как крепость.

Опоры вражьей крепости – убийцы,

А кирпичи – рабы, раствор зловонный –

Предатели, доносчики, шпионы.

Но вырви из-под этого строенья

Краеугольный камень, – рухнет дом.

И если с Божьей помощью и Карла

Из Бретани прибудет наше войско,

То высадка его подаст сигнал

К всеобщему восстанию британцев.

ОХСФОРД

Таков ваш план?



МАРГАРИТА

Да, так и доложи.

ОКСФОРД

Ах, королева, Карлу много раз



Об этом говорили все друзья:

И Эксетер, и я, и Сомерсет.

Но он молчит и в сторону глядит.

Доводится он зятем Эдуарду.

МАРГАРИТА

Все доводы ему вы привели?

ОКСФОРД

О, все, мадам. Сначала, что он сам



Со стороны прабабушки Ланкастер,

Что Эдуарда ненавидит он,

Что зятя мясником он называл,

На грубые манеры намекая

И на внебрачное происхожденье,

И, наконец, что в случае успеха,

Зажав Людовика в руке бургундской,

Раздавит он его британским пальцем.

Все доводы.

МАРГАРИТА

Все эти, но не все.

ОКСФОРД


Но что мы упустили?

МАРГАРИТА

Главный довод.

Он до сих пор казался нереальным,

Сомнительным, расплывчатым, неясным.

Но если Карл мою исполнит просьбу

И даст на флот две тысячи монет

И тысячу солдат из Хеннегау,

То я отдам за это…

ОКСФОРД


Что?

МАРГАРИТА

Прованс.

Страна богата. И доход богатый

При более продуманных налогах

Она Бургундцу принесет. Владенья

Расширит Карл от Северного моря

До Средиземного. Ведь на Прованс

Давно уж с жадностью глядит Людовик.

Ему известна жажда наслаждений,

Которым предается наш Рене.

И он его хитро в долги втянул

И, помогая уплатить долги,

Залогами страну в кармане держит.

Людовик мне добычу не отдаст.

Итак, вот суть послания, милорд.

Пускай на вышеназванных условьях

Бургундский Карл мне Англию вернет.

А я взамен уговорю отца

Своей рукой составить документ,

Где Карлу завещает он Прованс,

Своим наследником его назначив.

Вот так и доложите.

ОКСФОРД


Доложу.

МАРГАРИТА

Но все должно свершиться этим летом.

У вас есть три недели на дорогу

В Дижон из Экса, из Дижона в Экс.

Я жду вас здесь с коротким договором.


Монахиня.
МОНАХИНЯ

Мадам.


МАРГАРИТА

Вы помешали.

МОНАХИНЯ

Там пришел

Мсье Круабук.

МАРГАРИТА

Как он сейчас некстати.

Там сенешаль отца. Как быть? Просите.

Нет, не спешите, матушка. Сначала

Мы с вами пивом графа угостим.

Он так устал с дороги. А потом

Пусть сенешаль войдет.


Монахиня уходит. Маргарита Оксфорду.

Вы просто гость.

ОКСФОРД

Мы здесь в опасности?



МАРГАРИТА

Еще в какой.

Король следит за мной везде и всюду

Под видом шутовского обожанья,

Но с отвращеньем.

ОКСФОРД


Он вас ненавидит?

Любимое дитя?

МАРГАРИТА

А я плачу презреньем.


Монахиня приносит пиво, уходит.
МАРГАРИТА

Я -- нищая, низложенная дочь,

Без власти, без богатства показного –

Даю ему понять, в чем состоит

Особы царственной высокий долг,

Глаза мозолю как живой укор.

Меня унизить хочет он любовью.

В моих покоях веет недоверьем,

Надзором, подозреньем, слежкой, сыском.

Того гляди меня врасплох застанут.

Хотелось бы найти для новой встречи

Такое место, где нас не найдут.

ОКСФОРД

Всего надежней городская площадь,



Там в праздники полным-полно народу.

МАРГАРИТА

Я не хожу в места, где сброд кишит.
Монахиня, Круабук
МОНАХИНЯ

Мсье Круабук к английской королеве.

МАРГАРИТА

Привет, милорд.

КРУАБУК

Я к вам пришел, принцесса.



МАРГАРИТА

Я вижу. Кто прислал вас?

КРУАБУК

Ваш отец.



МАРГАРИТА

Чего он хочет?


КРУАБУК

Ничего не хочет.

Приятного желаю аппетита.

МАРГАРИТА

Благодарю.

КРУАБУК


Хотел он вас просить,

Точней сказать, хотел он пригласить….

МАРГАРИТА

Спасибо, нет. Из дома не выходим.

КРУАБУК

Затворничество ваше нам известно,



Но тут есть повод, полагает он,

Чуть подрумянить вашей цвет души.

МАРГАРИТА

А, барабан, рожок и балалайка,

Канатоходцы, голые зады?

Искусство? Слышать не хочу.

КРУАБУК

И все же,



Пусть даже не услышите меня,

Хочу сказать, чтобы сказанным осталось

То, что сказал.

МАРГАРИТА

Сейчас терпенье лопнет.

КРУАБУК


Приятного желаю аппетита.

МАРГАРИТА

И с этим вы пришли?

КРУАБУК


В Соборе Экса…

МАРГАРИТА

В Соборе?

КРУАБУК


Да. Духовный праздник. Месса

Трех Королей. Да. Через три недели.

МАРГАРИТА

Мне только этой мессы не хватало.

КРУАБУК

Его величество желал бы знать,



Что вы как христианка и дворянка

Исполните свой долг, придя на мессу.

Там все пройдет достойно и роскошно.

МАРГАРЕТА

Роскошно? Ах ты, олух!

КРУАБУК


И прилично.

МАРГАРИТА

Роскошество и месса, сударь мой,

Друг другу соответствуют не больше,

Чем пост великий и чревоугодье,

Смиренье и придворное тщеславье,

Умеренность и светский образ жизни,

Благоговенье и ехидный смех.

Заданье ваше состояло в том,

Чтоб сводничеством этим непристойным

Поиздеваться над моей бедой?

Заданье гнусное. Уйдите, сударь.

Не то разгневаюсь. Черт побери,

Уже разгневалась.

(Швыряет ему в лицо пивную кружку).

КРУАБУК


Я все сказал.

(Уходит).

ОКСФОРД

Вы поступили неумно.



МАРГАРИТА

Мерзавец.

ОКСФОРД

Не он один такой. А я бы мог



Вернуться к празднику Трех Королей

И там, в Соборе, на глазах у всех

Ответ Бургундца передать вам тайно.

МАРГАРИТА

Отлично, Оксфорд.

(Окликает Круабука).

Эй, вы, сенешаль!
Круабук.
КРУАБУК

Мадам?


МАРГАРИТА

Я передумала. Я буду.

КРУАБУК

Придете вы?



МАРГАРИТА

Чего же вам еще?

Чего вы ждете? Может, извиненья

За то, что посадила вам синяк?

КРУАБУК

Чего бы вы ни причинили мне,



Согласье ваше исцелило боль.

Благодарю вас. Тот, кто снимет тень,

Что омрачает сердце короля,

Тому навеки будет благодарен

Слуга его последний. Я лечу

Ответ ваш передать по назначенью.

(Уходит).

МАРГАРИТА

Ну, в путь, пока вас снова не застали.

И да хранит вас ваш патрон небесный.

Нет, Оксфорд. Лучше пусть Господь пошлет

Вам в спутники патрона моего.

Средь ангелов-хранителей мой ангел

Имеет высший, королевский сан.

Пусть осенит он вас своим крылом

И невредимо возвратит назад.

Кровавое оружье и война

В Британии порядок установят,

И воцарится мир в моей душе.
2
Дом Круабука. Улица и Спальня Аурианы
Ук, Колен, Бозен на улице.

УК

Златое сердце ночи бьется в небе.



И по серебряным сосудам ночи

Быстрее, чем обычно, кровь бежит,

И тяжело она ветрами дышит.

О, ночь любви неистовой, безумной!

Тебя давно я ждал и воспевал,

Ведь этот месяц, что весьма удачно

Сравнил я с сердцем, уж шестидесятый.

И за такой большой аванс любви,

Надежд, искусства, стойкого страданья

Желаю я награду получить.

И так я стражду, что терпеть не в силах.

Я помереть могу, а ждать нет мочи.

БОЗЕН

Ну, ладно, пойдем.



УК

Бозен.


БОЗЕН

Да, хозяин?

УК

Ты уверен, что сеньор де Круабук ушел из дому?



БОЗЕН

Еще ранним утром.

УК

Тогда – смелей!



Любовь голубку делает отважной,

Газель – бесстрашной, зайца – беззаботным.

В моей же рыцарской груди бушует

Мятеж решимости и вожделенья,

Отчаянной отваги и безумья.

Никто, ничто меня не остановит,

Мне нечего страшиться. Прочь с дороги!

(Бозену).

А вдруг он вернется?

БОЗЕН


Нет, хозяин. Он ускакал в Ним, где намеревается одолжить деньги у некого горожанина, достаточно тщеславного, чтобы разориться дотла за разрешение принять участие в праздничном действе, каковое король устраивает для своей дочери, изъявившей согласие почтить сие торжество своим присутствием, поскольку она предполагает встретиться там с графом Арчибальдом Оксфордом, бургундским, как известно, посланником.

УК

Откуда ты все знаешь?



БОЗЕН

Я немного интересуюсь государственными делами, хозяин. Так, для собственного удовольствия.

УК

Расскажи мне об этом.



БОЗЕН

Хозяин, мы можем упустить момент.

УК

Рассказывай скорей.



А ты, Колен, останься на посту,

Пусть свищут ядра, рушатся опоры.

Ты, как дракон, пещеру охраняй,

Где спрятано сокровище любви.

(Бозену).

Идем, Бозен, нужно еще раз обследовать дом, сад и прилегающие переулки на предмет их безопасности. А потом отправимся к Ауриане.


Ук и Бозен уходят.
КОЛЕН

Перед пещерой должен я торчать

И, как дракон, сокровище беречь.

Но глупо здесь на улице скучать,

Коль на сокровище могу я лечь.

(Влезает в окно).


Действие перемещается в спальню Аурианы. Ауриана в постели. Колен тоже забирается в постель.
АУРИАНА

Кто вы?


КОЛЕН

Я Колен, жонглер благородного господина Ука, которому вы позволили сегодня ночью спеть для вас канцону.

АУРИАНА

Зачем вы забрались ко мне в постель?



КОЛЕН

Чтобы растолковать вам, мадам, что такое мастерство, и указать на некоторые его главные красоты.

АУРИАНА

Как? Разве эти красоты не выясняются сами собой?



КОЛЕН

Я не собираюсь их объяснять, хочу лишь дать их вам почувствовать.

АУРИАНА

А почему этим не занимается автор?



КОЛЕН

То, чем располагает автор, он предлагает в тексте. То, чем не располагает, от него нигде не получишь.

АУРИАНА

В этом может оказаться столько же правды, сколько и лжи.



КОЛЕН

Это если пускаться в рассуждения, чего делать я не намерен.

АУРИАНА

Вы прерываете беседу?



КОЛЕН

Прерываю, мадам, мне ума не хватает.

АУРИАНА

Так вы глупы?



КОЛЕН

Я не глуп, но не умнее вас, в ученом диспуте мне вас не победить, а ведь именно это требуется от мужчины.

АУРИАНА

Понимаю, вы боитесь вступать в борьбу.



КОЛЕН

Я веду ее на свой манер. Весь свет толкует о вашем уме и вашем совершенстве, мадам. А какой вам толк от этих свойств? Если одну половину мужчин вы ослепили своим обаянием, а другую лишили рассудка в ходе диспутов, пройдитесь как триумфатор по полю битвы, усеянному поверженными противниками, и внушите себе, что именно к этому вы и стремились. Один я готов сжалиться над вашей силой. Признаю, что вы хороши собой и хорошо сложены, и говорю, чтобы вы придержали язык и закрыли рот.

АУРИАНА

Вы оскорбляете меня своими комплиментами, сударь.



КОЛИН

Самым бессовестным образом втираюсь в доверие. (Целует ее).

АУРИАНА

Дорогой, сюда идет мой поклонник. Нет, это муж. (Закрывает занавес алькова).


Круабук с Жаном и Папиолем.
КРУАБУК

Вы донесли, что нынче ночью здесь

Тот господин собрался посягнуть

На добродетель, ох, моей жены.

Я отложил свою поездку в Ним

И только сделал вид, что уезжаю.

Надеюсь, я напрасно это сделал.

Но ради вас надеюсь, что не зря.

ЖАН

Клянусь, он сам сказал, в каком часу



Он явится сюда с согласья дамы.

КРУАБУК


Невероятно.

ЖАН


Вероятно, сударь.

Но в то же время -- нет, невероятно

В том смысле, что касается жены.

Кому и знать об этом, как не мне.

Но кавалер указанный имеет

Дурную репутацию. Увы.

Не страстность ему смелость придает,

Но слава сладострастного певца.

А он не так уж и силен на деле,

Возможности его весьма скромны,

Но целый хор богатых, знатных баб

Усиливает их, как эхо – шепот.

КРУАБУК

Стыд и позор -- законных жен позорить!



Ведь это так убого, так легко,

Не тронет тигр подстреленную дичь,

Оставит на съедение шакалам.

Щадит открытый город полководец,

И только мародеры не щадят.

Подумаешь, великая заслуга --

Крестьянских девок подло обольщать

И слезы утирать богатым вдовам!

На это смелости большой не нужно.

Но к дамам нужно знать другой подход

И смело избегать общенья с ними.

Муж платит за постельное белье,

И за еду, и за огонь в камине,

Жену содержит в чистоте и в холе,

И деньги тащит в дом, теряя силы.

А тут является разбойник-вор

И преподносит ей такой подарок,

Который муж оплатит, не скупясь,

Хоть дом его бесчестный вор разрушил

Движением хвоста, как тот дракон.

Ну, если он мне в руки попадется,

Ему не сдобровать. Эй, Ауриана!

АУРИАНА (высовывает голову из-за занавеса).

Ах, это вы, супруг мой. Что угодно?

КРУАБУК

Чтоб вы признались.



АУРИАНА

Чтобы в чем призналась?

КРУАБУК

Что вы томитесь в ожиданье Ука.



АУРИАНА

Кого, простите?

КРУАБУК

Этого певца.



АУРИАНА

Я ничего не ожидаю, сударь.

Вы ошибаетесь. Мне хорошо.

И так довольна я своим уделом,

Что ни на дюйм не нужно мне иного.

Я здесь имею все, чего желаю.

(Исчезает).

КРУАБУК


Вообще-то я ее понимаю. Она холодна по натуре, чтобы охладить свой слабенький жар, ей достаточно подставить зад под мистраль. Ну, посмотрим. Давайте мы с вами, мастер Жан, спрячемся за альковом, чтобы подстеречь соблазнителя.

ЖАН


Нет, сенешаль, прошу меня уволить. Ук -- мой друг; вряд ли стоит ставить его в известность о моем предательстве.

КРУАБУК


Предательство предателя – благородный поступок. Вы останетесь. Если Ук не придет, ночь закончится неприятным утром для вас, а если придет, то для него. А вы, мадам, оставайтесь в том же положении, в котором находитесь сейчас. Наберитесь терпения. Если вы попытаетесь предостеречь вашего Кальсона, или как-то сократить его выступление, я вас убью. (Круабук и Жан прячутся за альковом).

Он приближается. Его дерзость не знает границ.


Бозен. Он озирается, приводит Ука.
УК

Мадам. Своей безграничной дерзостью, побудившей меня последовать вашему приглашению, я обязан любви, презрительно отметающей все приличия. Впрочем, нас никто не видит.

КРУАБУК

Ха-ха!


УК

Я не задержу вас надолго. Я намереваюсь воспламенить вашу плоть, исполнив для вас пламенную канцону, после чего немедленно удалюсь. Но где вы, мадам? Вы в постели?

БОЗЕН

Не беспокойтесь, сударь, что-то там шевелится.



УК

Прелестная Ауриана, подайте знак, что заметили мое присутствие.


Колен высовывает ногу из алькова.
УК

Ах! (Оборачивается). Бозен, ты видел?

БОЗЕН

Ногу.


ЖАН
Ногу?

КРУАБУК


Ее ногу.

БОЗЕН (в сторону)

Как эта золотая цепочка на лодыжке – моя собственность, так и нога, которая там торчит, собственность Колена. Вот что я увидел.

УК

О, несравненная нога! У тебя форма морской улитки и цвет миндаля! Ты создана, чтобы ступать по алой утренней заре! Да будет мне позволено поцеловать тебя!


Колен шевелит пальцами.
Не позволено. Даже прикосновение легкой паутинки оставило бы на ней рубец. Я вознагражден на всю жизнь ее лицезрением. Ха. Я влюблен, я лопаюсь от страсти, я пою.

БОЗЕН


О ты, убийца моего влеченья!

Ты и свое влеченье погубила.

Зачем мое отвергла поклоненье?

Служить тебе зачем не допустила?

Я изучил науку обожанья,

Когда молчишь, ослепнув от желанья,

И только вздохами взываешь к милой.

ЖАН


Нет, в самом деле, это достойно похвалы.

КРУАБУК


Похвалы, сударь?

ЖАН


Перекрестная рифма.

БОЗЕН


Поскольку в шарме вся таится прелесть,

Мое блаженство – твоего залог.

Я чувствую, что чувствовать бы мог,

Когда бы мы с тобой удачно спелись.

И я печалюсь о твоей печали,
О том, что мы с тобой не испытали,

Что не допущен я на твой порог.


ЖАН

Отвратительно.

КРУАБУК

В самом деле, отвратительно.



ЖАН

«Чувствую, что чувствовать…». Сплошное шипенье. Можно подумать, что это по-немецки.


Ауриана вздыхает.
БОЗЕН

Слышите, хозяин, она вздыхает.

КРУАБУК

Вздыхает?



ЖАН

В самом деле, вздыхает.

УК

Бозен, ты слышал, как она вздохнула?



БОЗЕН

Хозяин, я слышал.

УК
Вздохнула. Теперь замри, сердце поэта, не поддавайся этой буре одобрения, этому урагану возбужденной тобою души, этому избытку счастья. Мы уходим, Бозен.

АУРИАНА (выглядывает из-за занавеса)

Господин де Кальсон, мне так понравилось, что мне бы не понравилось, если бы вы меня сейчас покинули. Снизойдите к моей ненасытности, и позвольте вашему слуге продолжить.

УК

Мадам, так мне не уходить?



АУРИАНА

Это был бы конец моему блаженству.

КРУАБУК

Она на себя не похожа.



ЖАН

Это канцона так сильно на нее повлияла.

УК

Бозен, прощальную.



БОЗЕН

Подобны вы той женщине чудной,

Что захлебнулась собственной слюной,

От радости, что плюнула в мужчину.

Ты спишь одна, чтобы не спать со мной.

УК

А теперь, мадам, с меня хватит. (Хочет уйти).



КРУАБУК

Стой, несчастный.

ЖАН

Ни с места.



УК (хочет удрать).

Нет меня, нет меня. (Круабук и Жан становятся на носки его башмаков, не давая ему сдвинуться с места). Бозен, да помоги же мне.

БОЗЕН

Сейчас, хозяин.



ЖАН

Папиоль, убери этого шута горохового.

ПАПИОЛЬ

Сейчас, хозяин. (Бозену). Придется нам драться, мсье Бозен.



БОЗЕН

До последней капли крови, мсье Папиоль.

ПАПИОЛЬ

Пощады не будет. Сколько вы весите?



БОЗЕН

Сто шестьдесят пять фунтов. А вы?

ПАПИОЛЬ

Двести тридцать фунтов и шесть унций.



КРУАБУК

От позорной смерти, господин подхалим,

вас избавляет добродетель моей жены; мы вас выпорем и будем пороть по крестцу и чреслам до тех пор, пока не вышибем из вас вашу козлиную натуру.

ЖАН


Давайте двинем ему по башке, чтобы он больше не сочинял стихов; тогда он все-таки сможет стать крестоносцем.

УК

Мадам, я терплю это ради вас.



АУРИАНА

Мужайтесь, сударь. Держитесь стойко.

УК
Не отчаивайтесь, я держусь. А вы, господин усач, такой муж, которого никто не боится.

КРУАБУК


Какая наглость.

УК

А вы, господин певец… вы такой слабак, которого ни один муж не боится.



ЖАН

Я? Меня? Да господин сенешаль может вообще не охранять спальню, где вы останетесь наедине с Аурианой. Вы ей угрожаете? Значит, она в полной безопасности.

УК

А если вас застанут в постели с обнаженной Аурианой, значит, ее невинность в целости и сохранности.



ЖАН

Сударь, Ауриана – цель моей любви, а я не бью мимо цели.

УК

Прохвост.



КРУАБУК

Вы поплатитесь за такое заявление.

ЖАН

Мадам, я терплю это ради вас. Клянусь, что деяние, за которое меня наказывают теперь, совершу когда-нибудь в ваших лебединых объятиях.



УК

А я даю обет каждый раз опережать вас в вышеуказанном месте.

КРУАБУК

Змеиное отродье. Гнусные насекомые, паразиты. Кто сочиняет, тот рифмует; кто рифмует, тот лжет; кто лжет, тот богохульствует и прелюбодействует. Клянусь, что позабочусь о том, чтобы изгнать из страны всех трубадуров. Пусть, как нищие и бродяги, глотают дорожную пыль и удирают от дворовых псов.



УК

Всех трубадуров? Смешно. Ревнивец всегда смешон: боится, что у него отнимут то, чего нет. Геродот был неправ: рогатые ослы обитают не только в Ливии.

ЖАН

Наш король, сударь, -- наш первый певец; вы оскорбляете короля. Мы передадим ему ваши слова, и вы лишитесь должности.



КРУАБУК

Вот что я терплю ради вас, мадам. Мне кажется, мастер Жан, что мы отклонились от темы и слишком далеко зашли во взаимных упреках. Предлагаю вернуться к исходному пункту (они снова наступают на башмаки Ука) и примерно наказать это чудовище.

ЖАН

Воистину так. Господин де Кальсон, ваше страдание было непревзойденным, кому же об этом судить, как не мне; а теперь мы нанесем вам неисправимые телесные повреждения и погоним вашу гнусность по улицам в разорванном камзоле.



УК

Ваша взяла. (Колен показывается из-за алькова). А, Колен, дорогой Колен, ко мне! (Колен вытаскивает нож и приближается к группе).

КРУАБУК

Ты не дерзнешь.



КОЛЕН

Дерзну. (Отрезает носки башмаков Ука).

УК

Свободен!



Прекрасный Экс, чуть не погиб твой житель,

Но Ук остался жив. Мужья, дрожите!

(Выпрыгивает в окно).

КОЛЕН


Коль честь хозяина жонглеру дорога,

То, в чем хозяин слаб, все выполнит слуга.

(Следует за ним).

ЖАН


Соперника я сдам, хоть мы друзья,

Чтоб сделать то, чего ему нельзя.

(Уходит).

КРУАБУК


Я отбываю. Лошади готовы.

Король-добряк ждет поступлений новых.

(Уходит).

АУРИАНА


Здесь это все игра. На севере, востоке

Была б она трагедией жестокой.


3
Дорога из Нима в Экс
Круабук и горожанин, на мулах.
КРУАБУК

Как это неприятно – возражать человеку, который совершенно прав. Он оплатил пьесу невероятной суммой в восемь сотен гульденов. Теперь он просит предъявить товар. А я не могу его предъявить. А если бы мог, не имел бы права.

ГОРОЖАНИН

Давайте ближе к делу, господин сенешаль. Когда я ознакомлюсь со своей пьесой?

КРУАБУК

Во время представления.



ГОРОЖАНИН

Вы-то ознакомились с моими деньгами! Вон они хлопают вас по коленям – то по правому, то по левому.

КРУАБУК

Не бойтесь ничего, пьеса хорошая. Хоть в этой стране и нет ничего путного, пьесы здесь хороши.



ГОРОЖАНИН

А я не спрашиваю, хороша она или нет. Я хочу знать, понравятся ли мне ее содержание.

КРУАБУК

В ней рассказывается об одном старом язычнике, у которого открываются глаза. Его высокомерие сломлено, и сам он обращается в истинную веру. Что может здесь не понравиться?



ГОРОЖАНИН

Сударь, я желал бы повлиять на содержание своими мыслями.

КРУАБУК

Этого нельзя.



ГОРОЖАНИН

Но я…


КРУАБУК

Вы меценат. Вам в порядке привилегии дозволено появиться в живой картине и сыграть одну роль, больше ничего.

ГОРОЖАНИН

Взглянуть бы хоть одним глазком.

КРУАБУК

Нет, сударь. Искусство, считают художники, подобно варенью: скисает, если заглянуть в него прежде времени. Так что любые помехи со стороны меценатов возбраняются. Искусство, считают они, это единственный товар, который лучше всего продается в мешке.

ГОРОЖАНИН

А что, если пьеса окажется не такой, как я ее себе представлял?

КРУАБУК

Да, так и задумано.



ГОРОЖАНИН

Вы шутите, сударь.

КРУАБУК

Я ужасающе серьезен.



ГОРОЖАНИН

Покупатель получает купленный товар в свое владение; это закон. На нем зиждется порядок в целом мире. Никто этого не оспаривает, даже сам папа. Только какие-то там поэты. Тоже мне. Нашлись умники. Я человек среднего достатка, то есть разумный. Надменность ненавистна мне так же, как попрошайничество. А поэты, кто они такие? Надменные попрошайки.

КРУАБУК

Ни слова больше, сударь. Этот поэт – наш король.



ГОРОЖАНИН

А какая у меня роль?

КРУАБУК

Архангела.



ГОРОЖАНИН

Это положительный герой?

ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ
Слева на переднем плане пустые ряды сидений. Справа на переднем плане Рене в роли царя Соломона, Круабук, Жан. Трон из слоновой кости. Херувим (его играет Горожанин) спускается с неба.
ХЕРУВИМ

Бедные, богатые,

Молчите, как заклятые.

Вниманье обратите

На умного мыслителя.

Звать его царь Соломон

Занял он Давида трон.

Мудрость славного царя

Побеждает все и вся,

Но себя, увы и ах,

Оставляет в дураках.
Папиоль в роли Маркольфа.
МАРКОЛЬФ

Эй ты, птица, не смей гадить мне на голову.

ХЕРУВИМ

Ты за кого меня принимаешь, шут гороховый, я не птица.



МАРКОЛЬФ

Пресвятая бабушка, птица говорит по-французски.

ХЕРУВИМ

Говорю тебе, ты ошибаешься.



МАРКОЛЬФ

Ну, раз вы так говорите… Ей-богу, вы говорите на нимском диалекте.

ХЕРУВИМ

Заметь себе, сын праха, я -- чистый дух.



МАРКОЛЬФ

А, может, нечистый?

ХЕРУВИМ

Да пойми же ты, я состою из более тонкой материи.



МАРКОЛЬФ

Тонкой или толстой, кто тебя разберет.

ХЕРУВИМ

Туго соображаешь, парень. Я херувим.



МАРКОЛЬФ

Херо…кто?

ХЕРУВИМ

Херувим.


МАРКОЛЬФ

Он еще ругается. (Пинает его в зад и выгоняет со сцены. Херувим возвращается).

ХЕРУВИМ

Кого вы видели как Херувима



Дал денег на эту игру в честь честного

Цеха шляпников Нима.

(Кланяется, уходит).

ЖАН


Этот стих хромает, сир.

РЕНЕ


Эта фраза -- его собственность, он на ней настоял.

ЖАН


Плохой актер и неустрашимый поэт.

РЕНЕ


Не такой уж плохой, если вспомнить, сколько денег он выложил за то, чтобы ему дали пинка.

Маркольф.
МАРКОЛЬФ

Ба! Ангелы, духи, драконы, аллегории, отшельники, дельфины. Жилеты этих трансцендентных созданий прямо кишат блохами, а с тех пор, как мой повелитель царь Соломон взошел на трон, они стали назойливыми, как осы. Что я говорил? Сюда идут двое таких типов хвостатой породы.


Черти Горгий (Колен) и Пантуфль (Бозен), Маркольф. Все строят рожи.
РЕНЕ

На эту сцену я возлагаю некоторые надежды, в ней много юмора.

ЖАН

Ваш выход, сир.



РЕНЕ

Где Маргарита?

КРУАБУК

В замке, сир. Она была уже в парадном туалете, но, кажется, кого-то ждала.



РЕНЕ

Я не выйду, ведь эта пьеса играется для нее.


Маргарита и Оксфорд в дорожной пыли.
РЕНЕ

Ну, наконец. Как она бледна. Надеюсь, мне удастся разрумянить ей щеки. (Выходит на сцену).


МАРГАРИТА

О, говорите же, граф Арчибальд.

Не для того же вы так торопились,

Чтобы хранить упорное молчанье?

ОКСФОРД

Сейчас. Я должен с мыслями собраться.


СОЛОМОН

Послушай, слуга мой Маркольф, я пригласил на ужин царицу Савскую. Не проболтайся об этом моей жене. А кто эти двое?

ГОРГИЙ

Мы -- два демона из адского воинства и хотим испытать твою мудрость, так ли уж она велика.



СОЛОМОН

Как вас звать?

ГОРГИЙ

Меня зовут Горгий.



ПАНТУФЛЬ

Меня зовут Пантуфль.

СОЛОМОН

Убирайтесь прочь, проклятые черти, ибо у меня для вас нет времени.



ГОРГИЙ

Пошли, Пантуфль, его великолепие боится дискутировать с нами.

ПАНТУФЛЬ

Вполне вероятно, Горгий, ибо его наука всего лишь от Бога, а наша – от самого Сатаны.

СОЛОМОН

Я не боюсь, задайте мне три вопроса. Но если я их разрешу, вы будете служить мне.



ГОРГИЙ

Мы согласны.

СОЛОМОН

Поскольку речь пойдет о вещах возвышенных и более чем посюсторонних, я буду отвечать на арамейском языке.



ГОРГИЙ

А нам это что в лоб, что по лбу. Ибо на наши вопросы ты ответишь лишь молчанием.

СОЛОМОН

Вопрошайте.



ГОРГИЙ

Негодяи, мошенники, мерзавцы живут и в ус не дуют, а благородные люди страждут. Как это соотносится с божественной справедливостью?

СОЛОМОН

Элаах манаях ше ечол-ашетт химмох бе хейкелах. Вот вам и ответ.


Черти вопят и корчатся.
ПАНТУФЛЬ

Божьи твари вынуждены страдать от дороговизны, чумы, засухи, пожаров, а также нашествия саранчи и улиток. Как это соотносится с божественным милосердием?

СОЛОМОН

Чинчин мелах хаммар у мешах йом бейом бехнейи йекорину.


Черти вопят и корчатся.
ГОРГИЙ И ПАНТУФЛЬ

Кто создал Бога?

СОЛОМОН

Веколь-ди-лах митабель миннейи хен лемотт.



ГОРГИЙ И ПАНТУФЛЬ

О, горе нам, ты самый мудрый, светоч мира. Мы побеждены. О, горький час поражения! (Крутят сальто, бегают на руках).

СОЛОМОН

Прекратите свои инфернальные вопли. Будете служить мне музыкантами, и прислуживать царице Савской.



ГОРГИЙ

Мы – твои слуги. Сделаем, что прикажешь.


Соломон уходит.
ПАНТУФЛЬ

Черт возьми, он ответил на все заковыристые вопросы.

ГОРГИЙ

Ответил, хотя целый ад работал над ними десять лет.



ПАНТУФЛЬ

А что же он сказал?

ГОРГИЙ

Что, брат?



ПАНТУФЛЬ

Что же он сказал?

ГОРГИЙ

Клянусь смолой и серой, я думал, ты понимаешь по-арамейски.



ПАНТУФЛЬ

Слушай, Горгий.

ГОРГИЙ

Говори, Пантуфль.



ПАНТУФЛЬ

Мы подберемся к Сальме, жене Соломона, и донесем ей, что царица Савская на подходе.

И таким образом осуществим нашу месть.

ГОРГИЙ


Так и сделаем. Где пасуют два беса, остается одна надежда -- на бабу. (Уходят, прячутся под церковной скамьей Маргариты).
МАРГАРИТА

Я вижу, ждут меня дурные вести.

Вы подобрать не можете слова,

Не можете никак собраться с духом.

А слово «да» произнести недолго.

ОКСФОРД


Мадам, Карл слова «нет» не произнес.

МАРГАРИТА

Ни да, ни нет?

ОКСФОРД


Скорее, может быть.

Я изложил ему ваш план подробно,

Он выслушал и взвесил за и против,

Всем сердцем ваше горе разделил,

Был рад узнать о праве на Прованс

(Прованс крестового похода стоит),

И, наконец, сказал: Езжайте, Оксфорд,

К английской королеве…

МАРГАРИТА

Королеве?

Он так меня назвал?

ОКСФОРД


Да, так.

МАРГАРИТА

Прекрасно.

ОКСФОРД


И передайте ей, что план хорош

И может быть осуществлен…

МАРГАРИТА

О Боже!


ОКСФОРД

С одной поправкой.

МАРГАРИТА

Я на все согласна.


ОКСФОРД

Послушайте…

МАРГАРИТА

С поправкой или без,

Все хорошо, и я на все согласна.

ОКСФОРД


Но вы, мадам, должны узнать суть дела.

МАРГАРИТА

Должна, конечно. Излагайте, Оксфорд.

ОКСФОРД


В поправке мало слов, но суть – огромна.

Не знаю, как сказать. Мне нужно время.


РЕНЕ

Она очень взволнована.

ЖАН

Обсуждает происходящее на сцене со своим спутником.


МАРГАРИТА

Вы нетерпенье дразните мое?

ОКСФОРД

Поправка неприемлема, мадам.



МАРГАРИТА

Да что такое?

ОКСФОРД

Я передаю



Чужое порученье против воли.

То, что скажу, должно разгневать вас.

Ваш гнев боюсь я на себя навлечь.
РЕНЕ

Она вроде бы усмехнулась.

ЖАН

  1   2   3   4


©dereksiz.org 2016
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет