Монография «Восток России: миграции и диаспоры в переселенческом обществе. Рубежи XIX-XX и XX-XXI веков»



жүктеу 148.36 Kb.
Дата24.04.2016
өлшемі148.36 Kb.
Галеткина Н.Г. Польские соотечественники в сибирской деревне Вершина // Восток России: миграции и диаспоры в переселенческом обществе. Рубежи XIX–XX и XX–XXI веков / науч. ред. В.И. Дятлов. Иркутск: Оттиск, 2011. С. 592-602
О монографии:

Монография «Восток России: миграции и диаспоры в переселенческом обществе. Рубежи XIX–XX и XX–XXI веков»

14.04.2012


Иркутским МИОНом в рамках работы по государственному контракту № 02.740.11.0347 по федеральной целевой программе «Научные и научно-педагогические кадры инновационной России» на 2009-2013 гг. по теме: «Проведение научных исследований коллективами научно-образовательных центров в области исторических наук» и программы институционального развития МИОН при ИГУ опубликована коллективная монография «Восток России: миграции и диаспоры в переселенческом обществе. Рубежи XIX–XX и XX–XXI веков» / науч. ред. В.И. Дятлов. – Иркутск: Оттиск, 2011. – 624 с.


7.7. Польские соотечественники в сибирской деревне Вершина

Деревня Вершина, расположенная в Боханском р-не Иркутской области, часто упоминается в российских и польских СМИ как «самая большая и известная польская деревня в Сибири». Она была основана в 1910 г. переселенцами из Царства Польского, добровольно приехавшими в Сибирь во время аграрной столыпинской реформы. Интерес к Вершине возник в 1990-е годы в связи с происходившими в местном сообществе процессами, которые нередко характеризовались как «национально-культурное возрождение». Поначалу они проходили при участии и под контролем местных властных структур, но к концу 1990-х на первый план выдвинулись государственные и общественные институции Республики Польша. Именно контакты с ними как с представителями «исторической родины» стали главным катализатором актуализации этнической идентичности местных жителей1. В связи с этим во взаимоотношениях вершининских поляков, представителей исторической родины и местных российских властей возникла напряженность, которая выразилась в ряде конфликтных ситуаций, которые мы и предлагаем рассмотреть.

25 мая 2005 г. иркутское представительство российского МИД направило в Генеральное консульство Республики Польша в Иркутске ноту по факту «неправомерных действий вице-консула Вальдемара Ковальского, которые были расценены как вмешательство во внутренние российские дела»2. Столь строгой оценке подверглась попытка польского дипломата урегулировать имущественный конфликт между группой жителей деревни Вершина и руководством действующего здесь ООО “Вершина”. Согласно информации областной газеты, «перед посещением деревни, населенной этническими поляками, Вальдемар Ковальский встретился с первым заместителем главы администрации Усть-Ордынского Бурятского автономного округа Виктором Богдановым. В ходе беседы дипломат заявил, что “генконсульство своих поляков в обиду не даст”, хотя жители Вершины являются гражданами России»3.

Более подробно рассказало о происшествии иркутское телевидение, включив в репортаж небольшое интервью с Виктором Богдановым, из которого следовало, что вице-консул в беседе с местным чиновником позволил себе некорректные высказывания: «Почему вы, якобы, обижаете наших поляков. Вот, якобы, у них нет связи, чуть ли нет света, там дороги и так далее. Я говорю, что они не ваши, они граждане России, здесь родились и живут, и скорее наши, а не ваши, он говорит, что они нашей национальности. Но для нас все одинаковы. У нас там рядом в деревнях живут и татары, и русские, и буряты, и все находятся в одинаковых условиях»4.

Генеральное консульство РП в Иркутске признало факт неправомерных действий своего вице-консула и принесло официальные извинения за случившееся. В скором времени Вальдемар Ковальский покинул Иркутск.

Оставляя в стороне сам внутрихозяйственный конфликт, хотелось бы подчеркнуть фразу, сказанную относительно жителей Вершины, которая представляется очень важной для понимания сути ситуации: «они, скорее наши, а не ваши». Ясно, что в разговоре о вершининцах каждая из сторон имеет в виду разные аспекты их идентичности. Для вице-консула они «свои» в силу их польского происхождения, для местного чиновника они «наши», потому что здесь родились, живут и являются российскими гражданами. Получается, что этничность противопоставляется гражданству, «наши поляки» - «нашим гражданам». То есть, люди говорят о совершенно разных, не противоречащих друг другу вещах. Казалось бы, надо разобраться с терминами, и оснований для конфликтов не будет. Однако при более внимательном взгляде на ситуацию становится понятно, что дело не только в терминологической путанице. На первый план здесь выходят вопросы разделения властных полномочий между представителями двух государств – России и Польши, а также лояльности данной группы, с одной стороны, к стране, гражданами которой они являются, с другой - к своей «исторической родине».

Значение этого случая выходит далеко за рамки небольшой сибирской деревни. Он выводит нас на проблему, возникающую везде, где имеется компактная группа граждан определенного государства, связанная своим происхождением и этнической принадлежностью с другой страной, которая рассматривает их как своих «соотечественников». Эта проблема предполагает, как минимум, три взаимодействующие стороны: данную группу, развивающуюся в отрыве от основного этнического массива, страну происхождения и страну проживания. Взаимоотношения между сторонами этого треугольника образуют множество разнообразных ситуаций, нередко конфликтных, что мы и наблюдаем в данном случае.

Спустя год после описанного выше инцидента Вершина и Генеральное консульство Республики Польша в Иркутске снова оказались в центре внимания СМИ. На этот раз поводом для «международного скандала» стало торжественное мероприятие по установке в деревне мемориальной доски, увековечивавшей память репрессированных жителей Вершины. Надпись на мемориальной доске, выполненная на польском языке, гласила: "Мать поляков - Польша не забудет своих сынов и дочерей, где бы они ни жили, работали, страдали и умирали. Памяти тридцати жителей Вершины, расстрелянных НКВД 19 февраля 1938 года, реабилитированных в 1957 году. Да покоятся в мире! Честь их памяти! Соотечественники. Изготовлено в Островце-св. в 2005 г."

Относительно того, кто же именно предложил установить в Вершине памятную доску, существует несколько версий. Согласно одной из них, это были руководители польского культурного общества «Висла»5, согласно другой - польские бизнесмены, посетившие Вершину и услышавшие трагическую историю от местных жителей6. В интервью высказывалось также мнение, что появлением мемориальной доски деревня всецело обязана польскому консульству в Иркутске. Кто бы ни был инициатором идеи, результат ее реализации ясно говорит о том, что жители Вершины – как погибшие, так и живые, являются в данном случае адресатом сообщения, которое несет мемориальная доска (воспользуемся здесь терминологией теории коммуникации). Как текст посвящения, так и изображение над ним (коронованный орел - официальный государственный символ Республики Польша) маркируют в качестве отправителя сообщения Польшу, которая обращается со словами поддержки к «своим детям». Причастность к ней, как к «матери всех поляков», объединяет жителей Вершины с другими людьми польского происхождения, независимо от места и обстоятельств их проживания, в одну категорию «соотечественников». Таким образом, мемориальная доска является не только знаком памяти о репрессированных жителях Вершины, но символизирует также неразрывную связь между сибирскими поляками и их исторической родиной.

Открытие мемориальной доски состоялось 18 июня 2006 г. Церемония включала общую молитву за погибших, освящение доски и приветственные речи гостей. Кроме жителей Вершины в ней приняли участие польские туристы, сотрудники польского консульства, католические священники из Иркутска и Кракова. Среди выступавших была и Вера Батюрова, глава муниципального образования «Шаралдай», в ведении которого находится деревня Вершина. По прошествии некоторого времени она отправила главе администрации Боханского района Николаю Петрову докладную записку, в которой сообщила, что мероприятие прошло без соответствующих письменных согласований. Тот, в свою очередь, проинформировал о данном факте представительство МИД РФ в Иркутске, а МИД направил официальную ноту в генконсульство Польши.

Недовольство местных властей вызвал не сам акт коммеморации, а то обстоятельство, что подобное массовое мероприятие, в котором участвовало более 100 человек, включая представителей другого государства, не было должным образом согласовано с ними. Для понимания сути конфликта процитируем еще один фрагмент из газетной публикации. «Вера Батюрова (…) рассказала, что в Вершину часто идут полные автобусы с польскими туристами, и все они проезжают мимо администрации, никого не ставя в известность. Однако на открытие мемориальной доски Веру Батюрову пригласили, и она, поверив словам ксендза Анджея Шевчива о том, что все согласования получены, даже выступила на торжестве с приветственной речью. По словам Батюровой, представители католической церкви часто не выполняют своих обещаний. Даже после того, как католическому приходу был передан костел в Вершине, заверения отремонтировать мост, идущий от деревни, так и остались заверениями. (…) Что касается мемориальной доски, Вера Батюрова считает, что людям она, безусловно, нужна, хотя в Дундае есть доска, посвященная репрессированным русским, бурятам, полякам... Всем. В то же время глава администрации чувствует себя обманутой и признает, что она, как представитель местной власти, должна была потребовать письменных согласований»7.

Складывается впечатление, что глава местной администрации выплескивает накопившееся раздражение, ставя в один ряд и невыполненные обещания представителей католической церкви, и слишком независимые действия польского консульства (мысль о неправомочности отождествления церковных и государственных структур у нее даже не возникает), и факт собственного участия в «несанкционированной акции». Но всё это говорит не столько о самом эпизоде с мемориальной доской, сколько о том, что активные контакты Вершины с «исторической родиной» выходят из-под контроля местной власти. Они попросту проходят мимо нее, подобно тому, как проезжают мимо здания администрации автобусы с польскими туристами. В том треугольнике, который образует обозначенная выше проблема «соотечественников», одна из сторон, а именно – страна проживания в лице местных властей, чувствует себя обделенной, вытесненной из общей коммуникации.

Контакты с исторической родиной стали важным фактором этнических процессов, происходивших в локальном сообществе вершининских поляков в 2000-х гг. Как одно из значимых событий в ряду происходивших в это время отметим учреждение в деревне в марте 2002 г. общественной организации «Вершининское польское культурное общество “Висла”». С его созданием появилась официальная структура, с которой теперь могли взаимодействовать польские благотворительные организации и фонды, оказывавшие до сих пор поддержку жителям деревни лишь в рамках «гуманитарной помощи». Одним из следствий такого взаимодействия стало открытие в Вершине в июне 2005 г. Польского дома – учреждения, выполняющего функции культурного представительства Польши, деревенского клуба и места собраний общества «Висла». Приобретение и обустройство Польского дома финансировала варшавская общественная организация «Польское содружество».

К этому моменту большую роль в развитии контактов между Вершиной и Польшей играло генеральное консульство РП, открытое в Иркутске в марте 2004 года. Оно стало своего рода проводником специальных программ польского правительства по поддержке соотечественников за рубежом, и в частности «поляков на Востоке» (устойчивое выражение, применяемое для всех лиц польского происхождения, проживающих на территории бывшего СССР). Эти программы включают в себя содействие в получении польской визы для посещения исторической родины, организацию краткосрочных ознакомительных поездок в Польшу, а также долгосрочных образовательных проектов, которыми могут воспользоваться молодые люди польского происхождения для получения среднего и высшего образования в польских учебных заведениях. С марта 2008 года «поляки на Востоке» имеют право на получение так называемой Карты поляка. Это – особый документ, «подтверждающий принадлежность к Польскому Народу»8 и дающий его обладателю многочисленные льготы при получении польской визы, трудоустройстве и предпринимательстве на территории Польши, доступе к образованию и здравоохранению и пр.

При организационной и финансовой поддержке польского консульства и польских благотворительных организаций многие вершининцы получили возможность побывать в Польше. Зачастую они включались в состав групп, сформированных из поляков, живущих в других сибирских поселениях, где также действуют польские национально-культурные общества, то есть воспринимались как часть «сибирской Полонии». Более десятка молодых жителей Вершины уже воспользовались возможностью бесплатного обучения в польских средних и высших учебных заведениях. Причем никто из них по окончании учебы не попытался закрепиться на исторической родине, что вызвало удивление многих людей в самой Польше.

На этом факте несовпадения в оценках поведения вершининских поляков стоит остановиться чуть подробнее. Рассматривая жителей деревни, прежде всего, как своих соотечественников, многие журналисты и туристы из Польши распространяют на них определенные стереотипы, среди которых - убежденность в том, что соотечественники за рубежом (и в особенности «поляки на Востоке») должны стремиться к воссоединению с утраченной родиной и использовать все возможности для своего возвращения. В этом смысле поляки Вершины не оправдывают ожиданий, поскольку вовсе не хотят переселяться в Польшу. В их идентичности очень сильна региональная, даже локальная составляющая («мы – сибиряки», «наша родина - Вершина») и отсутствуют какие бы то ни было идеи польского государственного патриотизма.

Говоря о восприятии сибирских поляков в Польше, а также о политике, проводимой РП относительно соотечественников за рубежом, необходимо сказать о существовании различных, подчас конфликтующих между собой подходов. Для иллюстрации этого тезиса обратимся к недавнему эпизоду, связанному с визитом в Вершину маршала польского сената Богдана Борусевича, который состоялся в рамках программы пребывания группы польских политиков и бизнесменов в Сибири 2-10 сентября 2010 г.

Процитируем официальное сообщение в той его части, которая касается поездки в Вершину. «4 сентября делегация Сената приняла участие в торжествах по случаю 100-летия основания Вершины, самой большой польской деревни в Сибири. Во время праздника Б. Борусевич заверил, что Польша никогда не забывала о соотечественниках в Сибири и всегда будет их поддерживать, чтобы они и дальше сохраняли свои польские корни. “Дорогие соотечественники, куда же заехали ваши предки? Почти на край света (…), но на самом деле они выбрали хорошее место, прекрасное, - такое, где хочется жить и куда хочется приезжать. Мы приехали к вам, чтобы сказать, что Польша о вас не забыла, Польша о вас помнит и будет помнить”, - сказал Б. Борусевич. Маршал подчеркнул, что мало найдется на свете таких мест, где существуют компактные поселения поляков, которые, несмотря на то, что много лет назад покинули отчизну, не только помнят о своем происхождении, но и сохраняют свои обычаи и язык. Он заверил, что Польша всегда будет поддерживать своих соотечественников, живущих в Сибири, чтобы они, “будучи верными гражданами России и добрыми жителями этой земли, сохраняли свои польские корни и гордились тем, что являются поляками”. Маршал передал польской школе в Вершине два компьютера, лэптоп и мультимедийный проектор»9.

Слова польского парламентария, одобрительно воспринятые жителями Вершины, вызвали бурю негодований в польской прессе и в польском интернет-пространстве. Так в общественно-политическом еженедельнике «Наша Польша» от 14.09.2010 появилась статья Р. Выросткевича «Борусевич о прекрасной для поляков Сибири…». Она начиналась с кричащего, набранного заглавными буквами слова «СКАНДАЛ!», после которого следовала цитата из выступления сенатора, а затем автор статьи гневно вопрошал: «Неужели Борусевич, который по своему положению обязан заниматься Полонией, не знает истории и судьбы поляков из Вершины? Разве он не знает, что на протяжении многих лет Сибирь была для них местом горя, несбывшихся надежд, а также репрессий по причине польского происхождения, во время которых не раз поджидала их смерть от рук большевиков?»10. Весь дальнейший текст статьи представляет собой развернутую вариацию процитированного высказывания. Автор упоминает «бесплодные обещания царской России», которыми заманили в Сибирь бедных поляков, чтобы отвлечь их от эмиграции в Западную Европу и Америку. Говорит он и о «насильственной русификации», которой подверглись здесь его соотечественники в советские времена, и о невозможности вернуться на родину, вследствие чего люди вынуждены были остаться на этой земле, а вовсе не из-за ее красот. Подытоживая, Р. Выросткевич высказывает мнение, что «Польша уже много лет проводит политику забвения поляков на Востоке», и примером такого подхода можно считать «идиллическое заявление Борусевича и его ”щедрые” дары».

Вслед за статьей Р. Выросткевича «Наша Польша» опубликовала интервью, взятое тем же автором у католического священника о. Ярослава Вишневского, работавшего в 1990-х гг. в Сибири. Интервью развивало заданную тему, и было выдержано в том же духе, что и статья11.

Оба материала были размещены на нескольких интернет-сайтах, в том числе на портале «Виртуальная Полония», где вскоре стали появляться гневные комментарии читателей. Приведу лишь некоторые из них: «Как такой человек может представлять Полонию? Он что - Бога не боится?» «Если ему так понравилось там, то надо было и оставаться, одной канальей было бы меньше»12.

Казалось бы, безобидная фраза польского сенатора о красотах местной природы была воспринята посетителями портала как оскорбление. Как нам представляется, основная причина этого кроется в несовпадении двух рамок интерпретации одной и той же ситуации13. Восприятие конкретного события обусловлено здесь более широким контекстом и фоновой информацией, которые составляют основу каждой интерпретационной рамки. Авторы упомянутых статей и критических комментариев так остро воспринимают позитивную оценку места проживания своих соотечественников, потому что привыкли думать и говорить о поляках в Сибири совершенно в ином тоне. Они смотрят на жителей Вершины как на мучеников, и это – наиболее естественный для них взгляд, сформированный сюжетами, в которых соотечественники на Востоке - это всегда жертвы режима (сначала царского, потом советского), не по своей воле попавшие в далекие чужие края и стремящиеся к воссоединению с утраченной родиной. Быть поляком на Востоке – это стигма, которая не предполагает того, что люди могут быть довольны своим положением. Тем более в подобную интерпретационную рамку не вписываются похвалы в адрес Сибири как места проживания соотечественников, звучащие из уст представителя отчизны. Фраза Б. Борусевича в этом смысле сродни глумлению над святыми – как это можно так говорить о мучениках? Как это Сибирь может быть хороша для поляка?!!

Во избежание недоразумений следует оговориться, что мы вовсе не хотим сказать, будто восприятие поляков в Сибири как мучеников не имеет под собой никаких оснований. Однако подобная рамка интерпретации оставляет за кадром всех тех, кто переселился в Сибирь добровольно. Она не позволяет адекватно воспринимать описание соотечественников как людей, в принципе довольных своей жизнью и судьбой.

Подобная интерпретационная рамка преобладает и в репортажах польских журналистов о Вершине. Позитивные моменты, которые здесь присутствуют, связаны, главным образом, с темой причастности к польской отчизне. Редко кто пишет о местном патриотизме жителей Вершины и их сильной локальной идентичности. Если же кто и упоминает об этом, то опять же используя категорию «жертвы». В данном случае вершининцы – жертвы политики русификации и ассимиляции, а, значит, уже не совсем «настоящие» поляки.

Подытоживая историю с визитом польского сенатора в Вершину, можно сказать, что она показывает нам существование различных позиций в восприятии и описании «соотечественников на Востоке». Одну из них продемонстрировали авторы материалов «Нашей Польши» и комментариев на портале «Виртуальная Полония». Другая проявилась в словах Б. Борусевича, причем не только непосредственно адресованных жителям Вершины, но и в тех, что были сказаны им несколькими днями ранее на встрече с представителями екатеринбургской Полонии. «Будучи верными гражданами России, вы одновременно являетесь верными поляками и даете здесь доброе свидетельство о Польше, потому что по всей Сибири поляки ассоциируются с культурой, наукой, ремеслом»14.

Этот подход вполне допускает сосуществование в сибирских поляках «польскости» с «российскостью», этнической составляющей их групповой идентичности («мы – поляки») с региональной / локальной и гражданской («мы – сибиряки, жители Вершины, граждане России»). Думается, что именно такая позиция является наиболее приемлемой основой для нормального развития отношений вершининских поляков с родиной своих предков. Кроме того, для более гармоничного протекания этих процессов необходимо, чтобы в них более активно участвовали и местные российские власти.




1 Галеткина Н.Г. Поляки деревни Вершина: этничность как ресурс // Журнал социологии и социальной антропологии, 2007, № 2. С. 142-154

2 Байкальская служба новостей. Дипломат получил взыскание // Восточно-Сибирская правда, 2005, 26 мая

4 Шамин В. Польское консульство извинилось за то, что вмешалось в дела граждан России // Текст телерепортажа от 26 мая 2005 / Режим доступа: http://www.vesti.irk.ru/novost_dnya/2005/05/26/20399


5 Фигура В. М. Польское культурное общество «Висла» // Тальцы. 2005. №4. С. 34

6 Улыбина Ю. Боханский район стал центром международного скандала // СМ номер один. 2006. №45, 16 нояб.


7 Там же

8 Карта Поляка // Официальный сайт Генерального консульства РП в Иркутске http://www.irkuck.polemb.net/index.php?document=66


9 Kontakty międzynarodowe // Diariusz Senatu, 2010, № 62 / Режим доступа: http://www.senat.gov.pl/k7/dok/diar/62/62.htm


10 Wyrostkiewicz R. W. Borusewicz o pięknej dla Polaków Syberii... // Nasza Polska, 2010, № 37 (776), 14.09. Режим доступа: http://www.naszapolska.pl/index.php/component/content/article/1553-qnpq-nr-37-wyrostkiewicz-qborusewicz-o-piknej-dla-polakow-syberiiq

11 “Borusewicz jak Chruszczow” – wywiad z ks. Wiśniewskim // Nasza Polska, 2010, № 37 (776), 14.09. Режим доступа: http://wirtualnapolonia.com/2010/09/18/borusewicz-o-pieknej-dla-polakow-syberii%E2%80%A6/


12 http://wirtualnapolonia.com/2010/09/18/borusewicz-o-pieknej-dla-polakow-syberii%E2%80%A6/

13 Гирц К. «Насыщенное описание»: в поисках интерпретативной теории культуры // Антология исследований культуры. Интерпретации культуры. 2-е изд. СПб, 2006.


14






©dereksiz.org 2016
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет