Сценарий литературно-исторического «Тютчевского»



Дата24.07.2016
өлшемі242.87 Kb.
түріСценарий
Приложение 2
Сценарий литературно-исторического «Тютчевского» бала
Действие происходит в 1856 году.

Оборудование

Музыкальный центр; видеопроектор для демонстрации фрагментов из х/ф «Декабристы», фортепьяно.



Музыкальное оформление:

  1. И. Брамс «Вальс ля-бемоль мажор».

  2. Ф. Мендельсон «На крыльях песни».

  3. Д. Россини «Севильский цирюльник».

  4. Г. Свиридов вальс из х/ф «Метель».

  5. И. Шварц увертюра из х/ф «Звезда пленительного счастья».

  6. Ф. Шопен «Ноктюрн».

  7. И. Штраус «Песни любви, вальс».

  8. И. Штраус «Полька-пиццикато».

  9. Э. Эльгар «Земля надежд и славы (Торжественный марш Nr.1)».

  10. Романсы: «Я помню вальса звук прелестный…» слова и музыка Н. Листов

«Дремлют плакучие Ивы» слова А. Тимофеев, Музыка Б. Б. Барон

«Ночь светла» слова "Л.Г.", музыка Я. Ф. Пригожий

«Я встретил Вас…» слова Ф.М. Тютчев, музыка Л.Д. Малашкин

Оформление:

Кресла, и муляжи колонн расставлены по периметру актового зала, в центре зала декоративные люстры. На сцене верстовые столбы и экран для проектора. На стенах размещены репродукции старинных портретов в рамах.



Действующие лица:

1. Волконский Сергей Григорьевич

2. Волконская Мария Николаевна

3. Вяземский Петр Андреевич

4. Вяземская Вера Федоровна

5. Горчаков Александр Михайлович - дипломат

6. Дочь Тютчева – Анна Фёдоровна

7. Ланская (Гончарова) Наталья Николаевна

8. Ланской Петр Петрович

9. Львов Александр Федорович

10. Мария Николаевна – дочь Николая I

11. Муравьев-Апостол Матвей Иванович

12. Пирогов Николай Иванович – хирург

13. Пущин Иван Иванович

14. Строганов Сергей Григорьевич

15. Тургенев Иван Сергеевич

16. Фонвизина Наталья Дмитриевна

17. Хозяйка бала

18. Ведущие (2 человека)

19. Беседующие дамы, барышни и молодые люди (10-12 человек)



Действия происходят в актовом зале. На сцене зала разыгрываются лишь «эпизоды-воспоминания». Во время бала звучат стихи Ф.И. Тютчева, в тех случаях, когда используются стихов других поэтов, ссылки на них даны в тексте сценария.

Место действия - Москва, по сценарию участники бала, жители Москвы.

Под музыку П.И. Чайковского из балета «Лебединое озеро» участники бала 2-мя рядами входят в зал. Общий вальс.

Ведущий 1: Прошло 30 лет после восстания декабристов на Сенатской площади…

Высочайшим Указом Его Императорского Величества Александра II дарована свобода осужденным по делу о восстании в декабре 1825 г. Оставшиеся в живых возвращаются домой.

За это время изменилась страна. Другое общество. Другие люди. Убиты на дуэли Пушкин, Лермонтов. Жестокое поражение России в Крымской войне 1853-1856 гг. Все острей проблема крепостной зависимости крестьян, самой многочисленной и бесправной категории населения России.

На посту министра иностранных дел ушедшего Карла Васильевича Нессельроде, человека, олицетворявшего реакционный политический курс при трех императорах, инициатора подавления польского и венгерского восстаний, защитника и охранителя монархических режимов в Европе, сменил Александр Михайлович Горчаков, человек иных взглядов, независимый, блестяще образованный, высокопрофессиональный. Ушла в прошлое ставка на борьбу с революционными правительствами в Европе, Россия заявила о стремлении «жить в добром согласии со всеми правительствами». Многолетняя борьба Горчакова за пересмотр Парижского мира увенчалась успехом. Россия укрепила свой международный престиж. Этим она во многом обязана дипломатическому гению 70-летнего министра.

«Тебе рукой фортуны своенравной

Указан путь и счастливый и славный».

Так сказал о нем А.С. Пушкин, поэт и товарищ А.М. Горчакова в Царскосельском лицее.

А вот слова поэта и дипломата Ф.И. Тютчева по поводу отмены статей Парижского трактата:

«Да. Вы сдержали Ваше слово

Не сдвинув пушки, ни рубля.

В свои права вступает снова

Родная русская земля».



Ведущий 1: Сто восемьдесят лет - это много или мало?

На экране показываются кадры восстания декабристов и из художественного фильма «Декабристы».

Ведущий 2: Молодые, горячие, отважные офицеры, добившиеся доблести и славы, сражаясь под Бородино в 1812 , в 1825 вышли на Сенатскую площадь.

Ведущий 1: Зачем? Что привело их: Волконского, Трубецкого, Рылеева, Пестеля, Муравьева на Сенатскую площадь хмурым декабрьским утром 1825 года?

Волконский: Мы были дети 1812 года. Принести в жертву все, даже жизнь, ради любви к Отечеству, было нашим сердечным побуждением.

Мурврьев-Апостол: Нашим чувствам был чужд эгоизм.. Мы хотели лишь процветания Отечества, а взамен лишь добрую память потомков.

Ведущий 1: Их мечтам не суждено было сбыться.

Ведущий 2: Через 30 лет высочайшим указом император Александр II дарует им вновь свободу.

Ведущий 1: Теперь те, кто пережил каторгу, ссылку, постаревшие, изменившиеся внешне, но не духовно, возвращались они из Сибири в Петербург и Москву.

Занавес закрывается, показ фильма прекращается. Свет в зале гаснет.

Ведущий 2: Мы откроем старинный сундук,

Пыль времен отряхнем мы с событий,

И забытый, таинственный звук

Из реки дней ушедших к нам вытек.



Открывается занавес. Сцена оформлена как бальный зал дома.

Ведущий 1: Москва. Зима. 1859, а может быть 1860 год. (Ведущие уходят со сцены).

В углу сцены беседуют две дамы.

Дама 1: Вы слышали, сударыня, какую речь произнес император, видите ли, лучше «отменить крепостное право сверху, чем ждать, пока его отменят снизу».

Дама 2: Да-да, но у него хватило сил, между прочим, от слов перейти к делу - он ведь объявил политическую амнистию.

Дама 1: Ну, это он задумал еще будучи юным, путешествуя по Сибири.

Дама 2: Возможно, возможно… Однако моя кузина ... несколькими днями назад принимала их у себя дома...

Дама 1: Говорят, они и сейчас здесь.

С другой стороны зала, беседуют дама, Ланские и хозяйка бала.

Дама 3: Взгляните, не узнаете ли вы даму с высоким военным, с выправкой кавалергарда?

Хозяйка: Где, где? Ах, неужели? Наталья Николаевна Ланская, вдова Пушкина, с Петром Петровичем. Они вот уже почти 20 лет вместе. Говорят, она согласилась на новый брак только тогда, когда поняла, что Петр Петрович очень добро и нежно относится к ее детям.

Ланская Н.Н.: Здравствуйте, здравствуйте...

Дама 3: Вы все также хороши, Наталья Николаевна, не смотря на все ваши заботы и проблемы многочисленного семейства.

Ланская Н.Н.: Проблемы... Я о них забываю как только слышу шум и гам своих детей и внуков. Никогда не могла понять тех людей, которых утомляют детские шалости. Как бы печальна я ни была, невольно забываю обо всём, видя их счастливыми и довольными.

Хозяйка (обращаясь к П.П. Ланскому): У вас дружная семья - 7 человек детей, которые все очень любят и уважают Наталью Николаевну. Она самая ласковая, самая терпеливая, самая заботливая из всех матерей, которых я знаю. Но, вашу жену, Петр Петрович, можно уважать и за другие качества.

(Хозяйка обращаясь к Наталье Николаевне) Говорят, вы хлопотали за кого-то из петрашевцев, а года 4 назад, будучи в Вятке, где тогда лечились, приняли участие в судьбе писателя Салтыкова-Щедрина?

Ланская Н.Н.: Ах да, мы приняли участие в судьбе ссыльного писателя. Нам удалось у Николая I добиться его освобождения из-под стражи.

Продолжение диалога 1 и 2 дамы.

Дама 1: Вы знаете, я слышала, незадолго до смерти Пушкину было видение. Он в зеркале увидел: стоит Наталья Николаевна, а рядом с ней - высокий темноволосый генерал, и с любовью смотрит на нее. Пушкин позвал Наталью Николаевну, и показал на зеркало, но она ничего не увидела, лишь заметила сильное волнение мужа.

Дама 2: Вы думаете, Пушкин предугадал Ланского?

Дама 1: Весьма возможно, что Ланской очень достойный. Девиз его семьи «Честь превыше всего».

Хозяйка встречает Вяземских. Тихо звучит вальс И. Штрауса.

Хозяйка: Ах, Вяземские… Петр Андреевич..., Вера Федоровна, рады, рады вас видеть у нас. Вера Федоровна, недавно я услышала забавную историю вашего знакомства с Петром Андреевичем.

Вяземская: (смеется) Было это давно, летом 1811 года. Мы собрались в гостях у Кологривовых. Кто-то из княжон бросил башмачок в пруд, ну и молодежь принялась доставать его, а Петр Андреевич упал в пруд, простудился. Я ухаживала за ним, и мы полюбили друг друга. Вот так и всю жизнь….Уже без малого 48 лет ухаживаю за ним.

Хозяйка: А ведь ваша жизнь не безоблачна.

Вяземская: Конечно, не прожили мы и года, как началась война, и Петр Андреевич вступил в Московскую милицию и в ее рядах участвовал в битве при Бородино. А после отставка, ведь он посмел подать государю прошение об освобождении крестьян! И вот с тех пор мы живем в Москве, зато в кругу истинных друзей Карамзиных, Жуковских...

Вяземский: Милые дамы, хоть вы и даете прекрасные строки для нашей истории, но вы завели грустную беседу… К чему эти воспоминания? Послушайте, господин Штраус гастролировал в Петербурге и написал новый вальс.

Вяземская: Ах, шалун Петр Андреевич, он всегда делил буйные забавы с молодежью.

Все танцуют вальс под музыку И. Штрауса. К Хозяйке подходит Дама 3 .

Хозяйка: Вот что делает любовь! Чудесная музыка!

Дама 3: Любовь? Чья?

Хозяйка: Весь Петербург говорит об этом. Штраус дает концерты, и познакомился с милой Ольгой Смирницкой и посвящает ей все свои сочинения.

Дама 3: Да что вы говорите? А она?

Хозяйка: Отец сосватал ее уже какому-то генералу.

Дама 3:Ах, как это печально, господин Штраус, верно, страдает?

Хозяйка: Конечно, помните, как у Тютчева:

Еще томлюсь тоской желаний,

Еще стремлюсь к тебе душой

И в сумраке воспоминаний

Еще ловлю я образ твой…

Подходит П.П. Ланской.

Ланской: Сударыни, позвольте вмешаться в ваш разговор и исполнить для вас романс на слова Тютчева «Я встретил вас».

Все, хором: Просим, просим.

Под аккомпанемент фортепьяно исполняется романс «Я встретил Вас…», затем тихо звучит музыка Ф. Мендельсона «На крыльях песни». Диалог Хозяйки и дочери Тютчева

Хозяйка: Ах, чудесные слова Федора Ивановича трогают даже самые черствые души. Мне кажется, это одно из лучших признаний в любви в нашей поэзии.

А.Ф. Тютчева: Вы знаете, батюшке моему Федору Ивановичу наши издатели приписывают лишь стихи о русской природе.

Хозяйка: «Люблю грозу в начале мая,

Когда весенний первый гром.»



А.Ф. Тютчева: А знаете ли вы, что это стихотворение он написал, когда жил в Германии, и о немецкой грозе, а вовсе не о Русской природе. Это естественно, ведь он 22 года жил в Европе, но, несмотря на это, человека, более привязанного к своей стране невозможно назвать.

В стороне за столом беседуют две дамы.

Дама 4: Скажите, кузина, кто эта милая особа, беседует с хозяйкой и господином?

Дама 5: О, это милое создание - дочь Тютчева, человек редкостного ума и высокой образованности. А господин, если я не ошибаюсь, Тургенев... Да, верно, Иван Сергеевич собственной персоной.

К диалогу Тютчевой с Хозяйкой присоединяется Тургенев и Вяземский.

А.Ф. Тютчева: А к своему творчеству батюшка относился всегда беспечно. Говорил о нем, как о бумагомарании. Помнится, даже сжег часть своих стихов по ошибке с рабочими бумагами. Вся семья переживала, а он нам сказал, что его сгоревшие стихи ничто по сравнению с пожаром Александрийской библиотеки.

Тургенев: Жаль, жаль, а его стихи полны красок. Да, Федор Иванович не гонится за славой...

Молчи, скрывайся и таи

И чувства, и мечты свои.

Как сердцу высказать себя?

Другому, как понять тебя?

Вяземский: Федор Иванович загадочная душа, всегда что-то скрывал и таил. Вот и теперь весь Петербург и Москва говорит о его нежной привязанности к госпоже Денисьевой, осуждает. Бедняжку перестали даже принимать в домах.

Хозяйка: В нашем обществе узаконено лицемерие. Жертвой этого лицемерия и стал Тютчев.

А.Ф. Тютчева: Но свет.... Жестоких осуждений,
Не изменяет он своих:

Он не карает заблуждений,

Но тайны требует от них.

Продолжение диалога двух дам за столом.

Дама 4: Не совсем понимаю, о чем они говорят?

Дама 5: Ах, Тютчев в 50 лет влюбился, и всерьез, в Елену Денисьеву, 20-летнюю воспитанницу Смольного. Но, видит Бог, добром это не кончится...

О, как убийственно мы любим,

Как в буйной слепоте страстей

Мы то всего вернее губим,

Что сердцу нашему милей!

Хозяйка: Федор Иванович старался соблюдать светские приличия, но не покорялся условной светской морали, хранит полную свободу чувств.

Вяземский: Да, уж душою он не кривил. Помнится, будучи старшим цензором министерства иностранных дел, мог себе позволить весьма колкие шутки. Например, вся русская история до Петра I - сплошная панихида, а после - одно уголовное дело.

Тургенев: И все же на этом посту он сделал многое, но душа его не принимала цензуру.

А.Ф. Тютчева: А знаете, чего это ему стоило, если бы не жалование, в котором так нуждалась семья. Батюшка ведь был и проницательный политик, подумать только, за 15 лет предсказал Крымскую войну. А, узнав о поражении - рыдал.

Вяземский: Зато на появление своего первого сборника стихов даже не отреагировал, так был занят восточным вопросом.

Сопровождавшая диалоги музыка постепенно затихает.

Тургенев: Мог позволить себе написать то, чего говорить-то нельзя было, именно он ввел в наш лексикон слово «оттепель» - после смерти императора Николая.

Громко звучит музыка И. Штрауса «Полька-Пиццикато». Все танцуют. Диалоги продолжаются во время танца…

Хозяйка: Ну, а вы, господин Тургенев, вновь в Москве?

Тургенев: Нет, нет, здесь я редкий гость, все больше времени провожу в имении в Спасское, вы же знаете, за статью на смерть Гоголя власти меня арестовали и отправили в ссылку. За свободомыслие и независимость власть всегда мстит.

Любят тех, кто безмолвствует.



Дама 1 (спускаясь со сцены):

О, в этот век преступный и постыдный

Не жить, не чувствовать - удел завидный...

Отрадно спать, отрадней камнем быть.



Тургенев: Власти всегда с опаской и подозрением относятся к тем, кто верой и правдой служит России.

Дама 1: Но к неудовольствию властей ваша популярность растет.

Тургенев: Я освобожден, но жить должен в Спасском, занимаюсь охотой, но одиночество со всех сторон. Я чувствую, как жизнь моя уходит каплей за каплей. Но будет, не хочу наводить тоску, давайте послушаем чудесный романс.

Все: Просим, просим.

Звучит романс «Я помню вальса звук прелестный…»

Тургенев: Давно уж я ничем не восхищался,

Давно я удивляться перестал,

За призраком каким-то я гонялся...

И, наконец нашел мой идеал.

Ваш голос мне так в душу проникает,

Вы так умны, так хороши во всем!..

Нашел я то, о чем давно мечтал:

Нашел, нашел я вас мой идеал.



Громко звучит музыка Э. Эльгар «Земля надежд и славы» постепенно затихает на уровень фона.

Хозяйка (обращаясь с подошедшему к ней А.Ф. Львову) :

- Александр Федорович, голубчик, как мило, что вы смогли нас посетить.



За столом беседует дама и молодой человек.

Дама 4: Позвольте, кто там с хозяйкой беседует?

Молодой человек 1: Вы не узнали? Это же Александр Федорович Львов, творец нашего русского гимна. В 33 году Николай I поручил Львову сочинить мелодию гимна, подобно тому, какие имеют западные государства. Львова это очень увлекло, он говорил, что мелодию написал как-то внезапно, в несколько минут, на слова Жуковского.

Дама 4: Да, да, я слышала, говорили, государь слушал его со слезами на глазах. А потом приказал исполнить его публично в Большом театре. Публика ликовала.

Молодой человек 2 подходит к хозяйке и А.Ф. Львову.

Молодой человек 2: Александр Федорович, верно, говорят, что вы получили за гимн золотую, с бриллиантами табакерку. А позднее слова «Боже царя храни» внесли в герб?

Львов: Хороша ведь не только музыка, но и слова. Уж, Жуковский Василий Андреевич постарался... Вот уж кто истинный патриот, так это он.

Молодой человек 2: Можно с полной уверенностью говорить, что он вложил в головы детей Николая I, а особенно нынешнего императора Александра, мысли о том, что жить надо для блага всех, своё забыв. И Отечество свое сделать свободным.

В стороне беседуют три барышни. Тихо звучит вальс из балета П.И. Чайковского. «Лебединое озеро».

Барышня 1: А вы знаете, ныне поэт Жуковский написал про Александра:

Да встретит он обильной честью век,

Да, славного, участник славный будет

И на чреде высокой не забудет



Святейшего из званий - «человек».

Барышня 2: Мне думается, Жуковский заблуждался по поводу либерализма императора.

Барышня 3: Ах, как можно говорить о благоразумных решениях императора?

Барышня 2: Что вы имеете в виду?

Барышня 1: Как, что? Вы разве не знаете? Брат императора, великий князь Константин, предложил ему продать Аляску Америке! Чудовищно!

Барышня 3: Но, говорят, эти колонии приносят мало дохода и их потеря малочувствительна.

Барышня 2: Ах, Император слишком добр, ему недостает темперамента преобразователя.

Барышня 1: Может быть, может быть….А вот его родная сестра, великая княгиня Мария Николаевна – натура деятельная, необыкновенная. Не знает полутонов, полулюбви. Став Президентом Академии художеств, сумела сделать её своим домом и домом для многих художников.

Барышня 3: Да, русское искусство приобрело в ней руководителя, защитника, остроумную и просвещённую покровительницу.

Барышня 2: Не хватает денег, вкладывает свои средства.

Барышня 3: Эта женщина явно выделяется из той среды, в которой выросла. В профиль она так напоминает свою прабабку - Екатерину Великую.

Барышня 1: Своевольная, своенравная, как прабабка. Она, кстати, первой из княжон выучилась кататься на коньках, выделывать такие пируэты! А фрейлины неодобрительно наблюдают за ней. Слишком смелая, слишком откровенная! А вот и она с графом Строгановым!

Все делают реверанс. Входят через заднюю дверь Великая княжна Мария Николаевна и Строганов. Звучит «Вальс ля-бемоль мажор» И. Брамса.

Хозяйка: Дорогая Мария Николаевна, безмерно счастливы видеть вас у нас.

Мария Николаевна: Я несколько дней назад прибыла к графу. Он желает похвастаться своим детищем – художественным училищем. Мы большие друзья. Увлекаемся живописью, обществу сановников предпочитаем общество людей талантливых.

Дама 1: Говорят, любовью ко всему русскому вы обязаны своему учителю – Жуковскому.

Мария Николаевна: Да, Василий Андреевич, нас детей знакомил с лучшими русскими поэтами. Мы наизусть учили Пушкина «Полтаву», «Бориса Годунова». Он приучал нас ко всему национальному. Даже, отец, в год моего совершеннолетия сделал мне самый дорогой подарок. Дал обещание не отдавать меня замуж в чужую страну. И идеал моего воображения сделался явным! Мне дозволили выйти замуж в России.

Постепенно затихает музыка.

Дама 3: Ну что ж, Жуковский может торжествовать, его уроки не прошли даром.

Мария Николаевна: Конечно, здесь я могу помочь людям искусства. Мне сейчас часто приходиться бывать в Риме. Рим хорош, но снега наши лучше...

Исполняется романс «Дремлют плакучие Ивы». Затем звучит музыка П.И. Чайковского из балета «Лебединое озеро».

Дама 5: Скажите, милочка, а кто тот господин, что беседует с хозяйкой?

Дама 4: О, это замечательный человек, Николай Иванович Пирогов.

Дама 5: Не тот ли это Пирогов – хирург, который в Крымскую компанию, говорят, сам добровольно выехал в осаждённый Севастополь?

Дама 4: Да, он первым предложил наркоз и успешно его применял в лазаретах Севастополя, а сейчас преподаёт.

Дама 5: Скажите, вы знакомы с «Севастопольскими рассказами» Толстого? Потрясающая, правда, о войне.

Дама 4: Конечно, конечно, я даже скажу вам больше, Лев Николаевич служил со своим братом на Кавказе, а с началом Крымской войны перевёлся в Дунайскую армию, действующую против турок, а потом только в Севастополь, осаждённый Англичанами и Французами. Получил орден Анны «За храбрость». Говорят, события войны произвели на него сильнейшее впечатление, но главное, он был потрясён высоким духом солдат.

Дама 5: Я помню, его слова из рассказов: « Севастопольская эпопея надолго оставит в России великий след, герой этой эпопеи – русский народ». А где теперь Лев Николаевич?

Дама 4: Слышала, вышел в отставку и будто-то бы путешествует по Европе, изучает школьное дело. Он ведь открыл у себя в имение школу для крестьянских детей, так вот, чтобы устроить всё по уму и изучает опыт других школ.

Входит А.М. Горчаков, молодой человек 1 и дама 5 беседуют в стороне. Тихо звучит увертюра из «Севильского цирюльника» Д. Россини.

Хозяйка: Голубчик Александр Михайлович, какими судьбами?…

Горчаков: У меня очень мало времени, но я остаюсь верен нашей лицейской дружбе, приехал повидаться с Пущиным. Мало нас осталось… Пушкин погиб, Кюхельбекер умер…

Молодой человек1: Какая честь, однако, сам канцлер – Горчаков Александр Михайлович пожаловали.

Дама 5: Говорят, он проявляет удивительный профессионализм и дальновидность на дипломатической службе.

Молодой человек 1: О, Горчаков получил блестящее образование в Царскосельском лицее, учился в одном выпуске с Пушкиным. Независим, уверен...

Дама 5: Он очень влиятелен в деловых кругах Европы, это ведь его стараниями Россия вышла из изоляции после Крымской войны. Говорят, он очень переживает по поводу позорного Парижского договора 56 года.

Молодой человек 1: Я слышал, французский дипломат сказал про него, что более эрудированного и хитроумного дипломата он еще не видел, и добавил: «Горчаков любит бой, он обладает пылким патриотизмом, но ему не хватает хладнокровия».

Дама 5: А Тютчев про него написал:

«Бой отважный, бой неравный



Один с Европой продолжал...»

Хозяйка: Господа, господа, взгляните, кто к нам пожаловал!

А.Ф. Тютчева: Кто, кто это?

Молодой человек 2: Ах, мадмуазель, вы еще очень юная, поэтому вам не довелось знать этих людей. Это те, о ком Пушкин написал: «Во глубине сибирских руд храните гордое терпенье…».

Дама 1: Так это сосланные?

Львов: Конечно, это чета Волконских и Пущиных. Посмотрите, прошло более 30 лет. Каторга, неволя, а они все такие же сильные.

Дама 1: Простите, сударь, вы сказали - Волконские, Пущины... Но Пущин, Иван Пущин - мне матушка о нем говорила, друг Пушкина, разве он был женат?

Львов: Там, в Сибири, его судьба свела с Натальей Дмитриевной Фонвизиной. А вы расспросите ее сами об этом, она милейшая дама. А судьба ее описана Пушкиным в «Евгении Онегине», он как будто подсмотрел ее жизнь.

Тихо звучит «Ноктюрн» Ф. Шопена

А.Ф. Тютчева: Наталья Дмитриевна, позвольте вам представить мою юную кузину, она очень хочет узнать историю вашей жизни.

Фонвизина: Ах, что вам рассказать, милое дитя? Судьба моя печальна, разлука с сыновьями вечная... иметь сыновей и не знать их, а потом лишиться - тяжелейшее испытание.

Дама 1: А почему вас называют Татьяной?

Фонвизина: В молодости, живя в Костроме, я влюбилась, но мой романтический герой не ответил на мои чувства. Матушка увезла меня к теткам в Москву. Я вышла замуж за генерала Михаила Александровича Фонвизина. Мой муж отличился в сражениях под Бородино, но под Парижем был ранен, попал в плен к французам, но бежал. Живя с мужем в Москве, на балу встретила свою первую любовь, и он вдруг воспылал ко мне, к знойной даме, чувствами. К тому времени я уже знала, что мой муж вступил в тайное общество. Я приняла решение, помните, как в «Евгении Онегине»: «Я буду век ему верна...», когда последовал арест и ссылка, незамедлительно отправилась за мужем в Сибирь.

Пущин: Они были нашими ангелами-хранителями не только для нас. Для всех нуждающихся открыты были их кошельки. Больных просили устроить в больницу, даже ссыльному Достоевскому помогали.

А.Ф. Тютчева: А вы были знакомы с Пушкиным?

Фонвизина: Нет, нет, об этом, возможно, Пушкин узнал от друга моей юности, а теперь и мужа Ивана Пущина. Так сложилась судьба. Мой муж Мишель очень тяжело переносил Сибирь, брат Михаила хлопотал за нас, и вот в 1853 году мы получили высочайшее помилование. Герою войны 1812 года, государственному преступнику было разрешено вернуться домой! Но, дни его уже были сочтены. Весной 1854 он умер. А я получала полные страдания и любви письма от друга Ивана Пущина, в которых он обращался ко мне «Милый друг, Татьяна». Я решила вернуться назад, в Сибирь, к тому, кто во мне нуждался. А в 1856 году мы поженились. Да уж, верно говорят, «Любви все возрасты покорны»...

А.Ф. Тютчева: Пройдя такой путь, вы, наверное, считаете себя несчастной?

Фонвизина: Я вам отвечу стихами вашего батюшки:

«Не рассуждай, не хлопочи!..

Безумство ищет, глупость судит;

Дневные раны сном лечи,

А завтра будь чему, что будет».

А.Ф. Тютчева: «Живя, умей все пережить:

Печаль, и радость, и тревогу

Чего желать? О чем тужить?

День пережит - и слава Богу!»



Фонвизина: А вот и наш старый друг, Матвей Иванович Муравьев-Апостол.

Дама 1 (беседует с дочерью Тютчева и Фонвизиной): Это брат казненного декабриста?

А.Ф. Тютчева: Да, да...

Фонвизина: Чем занимаетесь, Матвей Иванович, живя в Москве, вы ведь уже 3 года здесь?

Муравьёв-Апостол: Я имею достаточно средств, но одинок. Поэтому посвящаю время благотворительности, воспитанию бедных, детей. Продолжаю увлекаться музыкой. Так что, голубушка, порадуйте мой слух.

Исполняется романс «Ночь светла».

Муравьёв-Апостол: Какая прелесть, благодарю вас, истинное наслаждение.

И наша жизнь стоит пред нами,

Как призрак на краю земли,

И с нашим веком и друзьями

Бледнеет в сумрачной дали;
И новое, младое племя

Меж тем на солнце расцвело.

А нас, друзья, и наше время

Давно забвеньем занесло!



Дама 1: Ну что вы, право, нет-нет. Нет забвенья. Даже если смотреть на ваши выступления как на безумие. Справедливости ради надо признать, что тот, кто жертвует жизнью за свои убеждения, не может не заслужить уважения соотечественников. Ведь все ваши дела - это проявление истинной любви к Отечеству.

Музыка затихает.

Муравьёв-Апостол: Мы с братом детские годы провели за границей, и в 16 лет вернулись в Россию, переполненные любви к Родине. Едва мы встретились с матушкой, как услышали от нее поразительные для себя речи: «Я рада, - сказала она, что долгое пребывание за границей не охладило ваших чувств к Родине, но готовьтесь, дети, здесь, в России вы найдете рабов». С тех пор мысль об освобождении народа сделалась для нас главной.

Волконский: Мы хотели видеть свой народ свободным и просвещенным. Поэтому и выступили так решительно. Но ... нас и солдат сдерживали присяга и клятва.

Громко звучат увертюра И. Шварца из х/ф «Звезда пленительного счастья».

Молодой человек 2: О, жертвы мысли безрассудной,

Вы уповали, может быть,

Что станет вашей кровью скудной,

Чтоб вечный полюс растопить!

Рассказывали, что однажды покойный император Николай спросил сына: «Саша! Как бы ты наказал их?». Последовал ответ: «Я бы их простил, папа».

Хозяйка: Да, много, много испытаний вы перенесли и одолели... Что спасало вас, помогало?

Волконская: Наша вера и ощущение необходимости нашим любимым заставляли нас жить. Мы ехали к тем, кто был в неволе. Но тоска, тоска о родных, о детях, оставленных... Это было самым тяжелым испытанием. И все же приходилось мужаться. Первое время я думала: вот изгнание закончится через 5 лет, потом через 10, и вот прошло почти 30 лет. Я просила у Бога только одного, чтобы он вывел из Сибири моих детей. Мы жили в простых деревенских избах, рубили дрова, топили печи, в общем делали все как простые крестьяне.

Дама 1 и Вяземская беседуют, отойдя в сторону от группы с хозяйкой.

Дама 1: Кто эта дама с веером, беседует с хозяйкой?

Вяземская: С семейством Волконских. Сергей Григорьевич в молодости увлекался шумной и разгульной жизнью, даже заслужил себе репутацию «шалуна», но при этом был отважен и храбр, во время отечественной войны участвовал в партизанских отрядах, закончил войну генерал-майором в возрасте 26 лет. По окончании войны с Наполеоном долго путешествовал по Европе, насмотрелся на европейские порядки, и вот результат - вступил в тайное общество и стал помышлять о республике!

Дама 1: Ах, о республике...

Вяземская: После был приговорен к смертной казни, но ее заменили каторжными работами на 20 лет.

Дама 1: 20 лет - работы в кандалах и в подземелье?!

Вяземская: Нет, этого не случилось, позднее Нерчинские рудники заменили ссылкой и даже разрешили жить близ Иркутска. Волконский слыл в Иркутске большим оригиналом, водил дружбу с крестьянами. В воскресенье, на базаре князь мог примоститься на облучке мужицкой телеги с наваленными хлебными мешками и вести живой разговор с мужиками, завтракать тут же вместе с ними краюхой серой булки. Но при этом он образован, и очень добр.

Хозяйка: Вы настоящие героини...

Волконская: Ну что вы, какие мы героини. Это поэты из нас сделали героинь. С мужьями можно было видеться 2 раза в неделю. Поэтому мы часами сидели на большом камне напротив тюрьмы и ждали, когда мужей поведут в рудники на работу, чтобы перекинуться с ними хоть взглядом, хоть словечком... И вот Одоевский написал восторженные стихи об этом.

Вдруг ангелы с лазури низ летели,

Явились, как дочери земли,

И узникам, с улыбкой утешенья

Любовь и мир душевный принесли..

Начинает тихо звучать вальс Е. Доги из х/ф «Мой ласковый и нежный зверь».

Волконский: И каждый день садились у ограды,

И сквозь нее небесные уста

По капле им точили мед отрады.

С тех пор лились в темнице дни, лета,

В затворниках печали все уснули,

И лишь они страшились одного, -

Чтоб ангелы на небо не вспорхнули,

Не сбросили б покрова своего.

Амнистия, а вместе с ней разрешение вернуться домой, пришла тогда, когда её уже и не ждали...

Волконская: Столько прошло лет, столько всего передумалось. Смотрю я сегодня на наше общество, и изумляюсь, что только не говорят на всех углах Петербурга и Москвы, а между тем, никого из-за этого не подвергают заключению. Да, несвоевременно все это было, нельзя было бороться за свободу, не имея за собой сочувствия ни войска, ни народа. И грядущие времена отнесутся к этому событию, не иначе как, просто к единоличному возмущению.

Волконский: Ну, что ж делать... Хоть и не стали мы победителями, но совесть, благородство и достоинство сберегли. Наступило время другого поколения. Может они будут удачливее нас, но главное, чтобы они были верноподданными России.

Гончарова: Чему бы жизнь нас ни учила,

Но сердце верит в чудеса:

Есть не скудеющая сила,

Есть и нетленная краса.


И эта вера не обманет

Того, кто ею лишь живет,

Не все, что здесь цвело, увянет,

Не все, что было здесь, пройдет.



Звучит вальс Г. Свиридова из х/ф «Метель».

Хозяйка: Вальс, прощальный вальс.

Танцуют вальс. Все поднимаются на сцену. Молодые люди снимают фраки.

Тургенев: Во все времена светила луна.

Любовью любовь называлась.

На смену балам плыла тишина

И снова балами взрывалась.

И кто-то в ночи шептал имена.

Так много веков продолжалось.

Во все времена светила луна.

И нам она тоже досталась.



Ланской: ... Люблю эти прошлые лица

На отцветшем слепом полотне;

Клавикорды в уютных светлицах,

Знак киота в углу на стене.

Мудрецы утверждают - все проходит.

Волконский: Нет, не верьте, иначе все было бы лишено смысла, все людские дела и поступки. Есть какая-то неразрешимая загадка в притягательности людей, давно ушедших.

Ланской: Память - одно из самых благодатных даров неба... Воспоминания, как луч света, имеют свойство озарять прошедшее как раз настолько, что все худое не замечается, а все хорошее кажется лучше. Люди и их судьбы не дают нам покоя...

Волконский: Со старинных фотографий и картин на нас смотрят знакомые незнакомцы. Старомодные костюмы, необычные прически... Мы никогда не слышали их голоса, не обменивались с ними ни единым словом.

Тургенев: Мы разлучены с ним годами и столетиями... Толстые, Тютчевы, Пушкины, Волконские, Голицыны, Трубецкие - все они со своими промахами и слабостями, со своими неоднозначными характерами, непростыми судьбами сложили узор истории. Их жизни отразили причудливую, сложную и драматичную историю. Историю России. Вглядитесь в их лица, и вы обнаружите родственные черты.

Семейным сходством будь же горд,

Ко всем будь пращуру подобен,

Как он, неутомим и тверд,



И памятью, какой, незлобен.

Музыка звучит громче. Все кланяются.


Достарыңызбен бөлісу:


©dereksiz.org 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет