Социальные функции теневой экономики в институциональном развитии постсоветской россии



жүктеу 0.75 Mb.
бет1/6
Дата25.06.2016
өлшемі0.75 Mb.
  1   2   3   4   5   6


ТЮМЕНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

На правах рукописи



ЛАТОВ ЮРИЙ ВАЛЕРЬЕВИЧ
СОЦИАЛЬНЫЕ ФУНКЦИИ

ТЕНЕВОЙ ЭКОНОМИКИ

В ИНСТИТУЦИОНАЛЬНОМ РАЗВИТИИ

ПОСТСОВЕТСКОЙ РОССИИ


Специальность:

22.00.03 «Экономическая социология и демография»

(специализация 22.00.03-06 «Девиантное поведение в экономике»)


Автореферат диссертации

на соискание ученой степени

доктора социологических наук

Тюмень – 2008

Диссертация выполнена на кафедре экономической социологии

Государственного университета – Высшей школы экономики

Научный консультант: доктор экономических наук, профессор

Рустем Махмутович Нуреев

Официальные оппоненты: доктор экономических наук, профессор

Розалина Владимировна Рывкина;

доктор экономических наук, профессор



Леонид Янович Косалс;

доктор социологических наук, профессор



Светлана Георгиевна Кирдина
Ведущая организация: Институт социологии

Российской академии наук

Защита состоится 21 ноября 2008 г. в 9.00 часов на заседании диссертационного совета Д 212.274.05 при ГОУ ВПО «Тюменский государственный университет» по адресу: 625003, г. Тюмень, ул. Ленина, 16, ауд. 113.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Тюменского государственного университета.


Автореферат разослан _____________ 2008 года.

Ученый секретарь диссертационного совета


Ромашкина Г.Ф.


доктор социологических наук, профессор Ромашкина Г.Ф.

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ
Актуальность темы. Проблемы теневой экономики стали одними из наиболее важных как для России, так и для многих стран мира. Некоторые разновидности теневой деятельности (наркобизнес, коррупция, финансирование терроризма...) признаны угрозами национальной экономической безопасности, их справедливо включают в число глобальных проблем современности.

Для мира в целом актуальность изучения теневой экономики связана с тем, что современная мировая цивилизация находится в нестабильном, переходном состоянии. Эту нестабильность связывают с переходом от индустриального к постиндустриальному обществу, а также с реструктурализацией современной мир-экономики. Переход от одной общественной системы к другой всегда вызывает всплеск маргинальных, опасных для общества форм социально-экономических отношений. Если их удается локализовать, то общество благополучно минует кризисный период своего развития (как это было в Западной Европе нового времени). Если же маргинальные отношения разрастаются, то может произойти цивилизационная катастрофа, отбрасывающая общество назад. Поскольку теневые экономические отношения угрожающе растут в большинстве стран мира, поиск путей их локализации становится одним из аспектов выживания современной мировой цивилизации.

Для России актуальность проблем теневой экономики еще более высока, поскольку наша страна переживает двойной шок. На общемировой кризис перехода от индустриального к постиндустриальному обществу накладывается кризис перехода от командной экономики к рыночному хозяйству. Поскольку Россия занимает в современной мир-экономике (полу)периферийное положение, то трудности саморазвития усугубляются негативными последствиями ее неполноправного статуса в системе мировых геоэкономических отношений. Оба эти фактора привели к тому, что в 1990-х гг. Россия пережила «криминальную революцию», последствия которой являются главной угрозой национальной безопасности. Выживание России как самобытной цивилизации требует эффективного противодействия теневой экономике.

Для формирования системы эффективного контроля над теневой экономикой необходимо комплексно проанализировать ту роль, которую теневые социально-экономические отношения играют в институциональном развитии общества.



Степень научной разработанности проблемы. Системное изучение теневой экономики и на Западе, и в нашей стране началось относительно недавно. Социологическая и экономическая науки ХIХ в. игнорировали теневые стороны экономической жизни, считая их маловажными. Хотя первый опыт экономико-математического моделирования преступности сделал еще в конце XVIII в. Ч. Беккариа1, однако его попытка не оказала никакого влияния на развитие экономической науки. В социологии пристальное изучение экономико-криминологических проблем началось с 1930-х гг., когда американский социолог-криминолог Э. Сатерленд разработал концепцию «беловоротничковой преступности», согласно которой скрытая, противоправная деятельность является органическим компонентом повседневной деловой практики «большого бизнеса»2. Изучение теневой экономики в рамках социологической и экономической теорий стало активно развиваться лишь в последней трети ХХ в. под влиянием институционализма – расположенного на стыке социологии и экономики парадигмы обществоведения, представители которого обращают приоритетное внимание на социальные аспекты («правила игры») хозяйственной жизни.

Первый «прорыв» в изучении преступности как социально-экономического явления связан с именем знаменитого американского экономиста Г. Беккера. В 1968 г. он опубликовал статью «Преступление и наказание: экономический подход», где анализировал преступность как деятельность рационального индивида, максимизирующего свою выгоду3. Второй прорыв произошел в начале 1970-х гг., после сенсационного открытия английским социологом К. Хартом неформального сектора экономики в Африке. После этого социологи и экономисты Запада стали активно изучать неформальную экономику как важный элемент экономической жизни как развивающихся, так и развитых стран. Изучение теневых экономических отношений в странах социалистического лагеря начинает бурно развиваться с 1980-х гг., после работ Г. Гроссмана и А. Каценелинбойгена4. Позже эстафету в изучении российской теневой экономики у советологов приняли транзитологи – специалисты по переходной экономике (С. Джонсон, Д. Кауфманн, Д. Трейзман, А. Шляйфер и др.)5.

Объектом активного внимания советского обществоведения теневая экономика стала только в конце 1980-х гг. (работы А.И. Гурова, Т.И. Корягиной, А.А. Крылова, О.В. Осипенко, М.А. Шабановой и др.)6. Со второй половины 1990-х гг. поток отечественной литературы о проблемах теневой экономики стремительно растет – ею занимаются социологи (С.Ю. Барсукова, В.В. Волков, Л.Я. Косалс, А.Н. Олейник, В.В. Радаев, Р.И. Рывкина, Г.А. Сатаров, Л.М. Тимофеев и др.), экономисты (Ю.В. Андриенко, С.П. Глинкина, М.Й. Левин, В.М. Полтерович, В.Л. Тамбовцев), криминологи (Г.И. Гилинский, Т.Г. Долгопятова, В.М. Есипов, В.О. Исправников, В.В. Колесников, А.А. Крылов, В.Д. Ларичев, В.В. Лунеев, В.С. Овчинский, П.А. Скобликов и др.), статистики (И.Д. Масакова и др.), историки (А.Ю. Давыдов), политологи (Л.В. Гевелинг)7.

Можно сказать, что в конце ХХ в. сформировалась своего рода «тенелогия» - междисциплинарная сфера научных исследований (как правило, на стыке социологической, экономической и криминологической наук), посвященных неформальным (особенно, нелегальным) институтам хозяйственной жизни.

Социально-экономические исследования российской теневой экономики развиваются не одно десятилетие, однако многие ее фундаментальные аспекты до сих пор остаются почти вне поля внимания обществоведов. Серьезным препятствием, в частности, является, подсознательная установка большинства отечественных исследователей на то, будто «бум» теневых экономических отношений – это уникальный феномен постсоветской России (или экс-советских стран). В результате обществоведы ограничиваются изучением лишь сугубо современных событий, забывая про мегатенденции развития социально-экономических систем. Между тем для правильного понимания причин развития теневой экономики и эффективного конструирования политики по ее ограничению надо видеть более широкий горизонт событий.

Для изучения теневой экономики необходимо пользоваться данными и методами не только социологии и экономики, но также компаративистики и исторической науки. Именно такой междисциплинарный подход позволит, по мнению диссертанта, наиболее корректно проанализировать социальные функции теневой экономики в институциональном развитии.

Новая парадигма изучения роли теневой экономики в жизни общества уже начала отражаться в научной литературе. Один из подходов – это концепция enforcement`а в работах американских экономистов М. Олсона и Ф. Лейна, которые трактуют государство как «оседлого бандита», рассматривая тем самым преступную деятельность как органический элемент процессов политогенеза8. Другой – это трактовка перуанским неоинституционалистом Э. де Сото генезиса капитализма в Западной Европе как своеобразной «криминальной революции» против отжившей меркантилистской регламентации9. Среди отечественных социологов к пониманию теневой экономики как органического, во многом позитивного элемента хозяйственной жизни подошли В.В. Волков, исследователь нелегального «силового предпринимательства», которое компенсировало слабость легальной защиты прав собственности10, и С.Ю. Барсукова, рассматривающая теневую экономику как ключевой компонент теневых механизмов политической жизни11. К пониманию теневой экономики как института, играющего системообразующую роль в постсоветской экономике, пришли Л.Я. Косалс и Р.В. Рывкина12. Однако эти исследования касаются только советской/постсоветской России, без аналогий с другими странами и историческими эпохами.

«Белым пятном» в исследовании специфики теневой экономики разных стран остается анализ ее взаимосвязи с особенностями национальных хозяйственных культур. После того как в 1980-е гг. начались исследования по количественному сравнительному анализу национальной ментальности, стало возможным получение основанных на данных массовых опросов, выводов о корреляции склонности к теневым экономическим практикам с ментальными ценностями. Исследования в данном направлении начались в России лишь в 2000-е гг. – их ведут московские экономисты-социологи (с участием диссертанта) и экономсоциологи Тюмени13.

Диссертант ставит задачу объединить теоретические наработки своих предшественников и создать целостную концепцию социальных функций теневой экономики в институциональных преобразованиях – как в масштабах мировой истории, так и конкретно в России современной эпохи.

Основная гипотеза исследования. Теневая экономика является социально-экономическим феноменом не последних четырех десятилетий, когда ее стали активно изучать, а практически всей цивилизованной истории человечества. Длительное существование теневых экономических отношений позволяет выдвинуть гипотезу, что теневая экономика – социально-экономический институт (комплекс институтов), который выполняет в жизни общества определенные функции, как деструктивные (разрушительные), так и конструктивные (созидательные).

Диссертант доказывает, что как масштабы, так и соотношение позитивного и негативного влияния теневой экономики на развитие общества меняются в зависимости от того, на какой фазе развития находится общество.

Значение теневых экономических отношений велико в переходные, бифуркационные периоды, когда общество переходит от одной социально-экономической системы к другой. Формальные институты в такие периоды проявляют высокую инерционность, изменяются слишком медленно. Поэтому именно теневая экономика как система неформальных институтов становится важным, объективно играющим позитивную роль, механизмом институциональных инноваций.

После того как общество переходит на новый аттрактор, конструктивное влияние теневой экономики уменьшается, но не исчезает – теневая экономика во многом дублирует те функции, которые выполняют легальные институты. Однако в периоды движения по аттрактору сильнее проявляется деструктивное влияние теневых экономических отношений, поскольку теневая функция начинает активно выполнять функцию утилизатора отживших экономических институтов.



Предмет, объект, цель и задачи исследования. Диссертант рассматривает теневую экономическую деятельность как институт хозяйственной жизни общества, имманентно ей присущий и органически связанный с другими социально-экономическими институтами. Таким образом, объектом диссертации является теневая экономика как элемент общественной системы. Предметом же анализа выступает взаимовлияние нелегальных (теневых) и легальных социально-экономических институтов, регулирующих хозяйственную жизнь.

Основная цель диссертации состоит в раскрытии функций теневых экономических отношений в институциональном развитии общества – как деструктивных (негативных), так и конструктивных (позитивных), – а также в формулировании принципов эффективного противодействия теневой экономике, которое становится возможным только на основе полного учета этих обеих функций теневой хозяйственной деятельности.

Данная цель предполагает решение следующих исследовательских задач:


  • уточнение структуры теневой экономики с точки зрения возможностей воздействия теневых отношений на официальную экономику;

  • выявление тех функции, которые выполняет теневая экономика в системе социально-экономических институтов;

  • анализ форм и результатов взаимодействия теневой экономики с легальной;

  • выявление той конкретной позитивной роли, которую сыграли теневые экономические отношения в реформировании экономики СССР/России;

  • анализ того, в какой степени современная российская теневая экономика является угрозой национальной экономической безопасности;

  • формулирование практических рекомендаций по противодействию развитию в России теневых экономических отношений.

Методологическая основа исследования. Теоретическую и методологическую основу диссертации составляют труды отечественных и зарубежных обществоведов – прежде всего тех, которые специализируются в экономической социологии, экономической теории, криминологии и социальной психологии.

Фундаментальной методологической основой диссертационного исследования является структурный функционализм, классиками которого являются Э. Дюркгейм, Т. Парсонс и Р. Мертон. Это значит, что теневая экономика рассматривается как функционально значимый структурный элемент системы экономических институтов. Кроме того, в диссертации используется институциональная парадигма, которая рассматривает социально-экономическое развитие как поиск более эффективных «правил игры». Диссертант использовал идеи обеих версий институционализма – как «старого», который обращает основное внимание на неформальные (ментальные) институты, так и «нового» (неоинституционализма), анализирующего в основном роль формальных (правовых) институтов.

Наиболее активно использовались идеи представителей экономической социологии, которые доказывают органичность теневых отношений в российской экономике и чья методология близка к экономическому институционализму, – С.Б. Барсуковой, В.В. Волкова, В.В. Радаева, Р.В. Рывкиной, Л.Я. Косалса, Л.М. Тимофеева14.

Сильное влияние на формирование авторской концепции оказали работы таких специалистов по институциональной экономике как А.А. Аузан, Г. Беккер, Р. Коуз, А.А. Крылов, Р.М. Нуреева, А.Н. Олейник, Э. де Сото, В.Л. Тамбовцев15.

Для анализа закономерностей исторической эволюции теневой экономики большое значение имели идеи институциональной экономической истории – прежде всего, концепций К. Поланьи и Д. Норта16.

Кроме того, в диссертации активно использовались идеи этнометрии – основанного голландским социальным психологом Г. Хофстедом количественного измерения и анализа показателей национальной ментальности и их корреляции с различными социально-экономическими характеристиками17.

Основным использованным в работе прикладным методом исследования является сравнительный анализ – сравнение явлений во времени и в пространстве. В работе применялись также стандартные методы математической статистики (прежде всего, дискриптивной статистики), использованные для обработки собранной диссертантом новой эмпирической базы при помощи SPSS. Производился расчет корреляции по Пирсону между индексами Хофстеда и показателями участия в повседневной теневой экономике.

Эмпирическая база исследования. Для исследования степени участия россиян в теневой экономической деятельности, а также взаимосвязи между участием в теневой экономике и ментальными ценностями диссертантом в 2003-2004 гг. было организовано социологическое анкетирование в трех областных центрах (Туле, Ставрополе и Тюмени) по репрезентативной выборке (1869 респондентов). Выбор городов Тулы, Ставрополя и Тюмени был обусловлен тем, что они представляют три качественно разных типа российских регионов (Центр, Юг и Восток). На основе собранной базы данных впервые в России измерена зависимость участия в теневой экономике от хофстедовых ментальных характеристик респондентов.

В диссертации использованы также данные общероссийского опроса (1750 респондентов) по репрезентативной выборке, посвященного отражению проблем коррупции и борьбы с нею в общественном сознании россиян. Этот опрос был организован летом 2007 г. в 19-ти субъектах Российской Федерации сотрудниками Центра региональных исследований Института социологии РАН при личном участии диссертанта как научного консультанта.

При работе над диссертацией автор также использовал данные исследований теневой экономики, проводимых другими отечественными и зарубежными обществоведами.

Научная новизна диссертации. Представленная к защите диссертация является первым в России комплексным теоретическим исследованием теневой экономики, основанным на трактовке ее как института (комплекса институтов), являющегося органическим компонентом хозяйственной жизни.

Диссертация содержит следующие выводы, характеризующиеся в значительной степени научной новизной.

1. Доказано, что все сегменты теневой экономики независимо от того, насколько сильно или слабо они связаны с легальной экономикой, являются органическими элементами институциональной системы, образуя одну из ее подсистем.

2. Выделены три основные социальные функции, выполняемые теневой экономикой в институциональном развитии, - функции механизма институциональных инноваций, дубликата господствующих институтов и институциональной утилизации.

3. Проанализированы закономерности эволюции теневой экономики, диверсификация ее структуры и рост пространственных связей, отражающие влияние на теневую экономику легальных институтов.

4. Путем критического анализа аргументов за юридическое запрещение «вредных благ» доказано, что эти аргументы не имеют экономического обоснования, а потому развитие прогибиционизма следует объяснять социологическими закономерностями – конструированием и демонтажем протестантской хозяйственной этики как антигедонистической культуры.

5. Исследованы подходы к пониманию национальной экономической безопасности России с точки зрения их взаимосвязи с основными парадигмами экономической науки и доказано, что для постсоветской России наиболее актуальной трактовкой является неоинституциональная, акцентирующая внимание на борьбе с «провалами государства» - формировании институтов «правления права».

6. Доказано, что теневые экономические отношения сыграли важную прогрессивную роль на начальных этапах рыночной модернизации российской экономики, создавая конструктивные институты, способствующие втягиванию в рыночные отношения всех основных социальных групп советского общества.

7. Сделан вывод, что после прохождения точки бифуркации при переходе от командной экономики к рыночному хозяйству теневые экономические отношения стали оказывать на российскую экономику преимущественно деструктивное влияние, тормозя формирование эффективной российской модели рыночного хозяйства и являясь тем самым угрозой национальной экономической безопасности.

8. Приведены новые доказательства того, что важными факторами развития теневых экономических отношений являются ценностные ментальные стереотипы (в частности, доказана корреляция между показателями участия в повседневной теневой экономике и индексами национальной ментальности по Г. Хофстеду).

9. Сделан вывод, что правоохранительные органы современной России являются не только механизмом противодействия теневым экономическим отношениям, но и элементом самих этих отношений.

10. Сделан вывод, что решающую роль в борьбе с теневой экономикой должны играть не столько прямые силовые действия правоохранительных органов, сколько саморазвитие и сознательное конструирование неформальных институтов, отрицающих теневую экономику.



Положения, выносимые на защиту. Основное содержание диссертации заключается в следующем.

  1. С точки зрения анализа теневой экономики как органической части хозяйственной жизнедеятельности общества наиболее целесообразно пользоваться трехчастной схемой структуры теневой экономики:

- «беловоротничковая» теневая экономика не производит новых экономических благ, она неотделима от легальной;

- «серая» теневая экономика производит те же экономические блага, что и легальная экономика, но вне государственного контроля;

- «черная» теневая экономика наиболее автономна от легальной, поскольку производит официально запрещенные блага.


  1. В развитии общества теневая экономика играет троякую роль – она является одновременно механизмом «нащупывания» институциональных инноваций, дубликатом господствующих институтов и механизмом «отбраковки» старых институтов (их утилизации). В каждой из этих ипостасей теневая экономика выполняет в отношении к легальной экономике как конструктивные, так и деструктивные функции.

  2. Легальная экономика оказывает обратное влияние на теневую, в результате чего теневая экономика перенимает многие черты легальной: умножается отраслевая диверсификация, растет системная связанность отдельных сегментов теневой экономики – от локального до международного уровня.

  3. На начальных этапах рыночной модернизации стран бывшего социалистического лагеря теневые экономические отношения играли преимущественно конструктивную роль, став важной частью механизма рыночных реформ. Они втягивали в реформы советскую номенклатуру, помогали выживать малоимущим и средним слоям населения, обеспечивали бизнесменам минимальный уровень защиты прав собственности.

  4. На более поздних этапах рыночных преобразований стала превалировать деструктивная составляющая теневых экономических отношений, ставших постепенно главной угрозой национальной экономической безопасности. «Беловоротничковая» теневая экономика тормозит развитие конкурентных отношений в бизнесе. «Серая» теневая экономика стала школой массового уклонения от любого регулирования хозяйственной жизни. Наконец, «черная» теневая экономика генерирует распространение внеэкономического принуждения, идущего вразрез с принципами рыночного хозяйства.

  5. Поскольку теневая экономика является органической подсистемой современной экономики, ее невозможно ликвидировать, но можно ограничить. Поиск путей противодействия теневым экономическим отношениям должен вестись конструированием как формальных, так и, что более важно, неформальных институтов, маргинализирующих теневую экономику в общественном сознании россиян.

Теоретическая и практическая значимость работы. Полученные результаты имеют большое значение, прежде всего, для развития институциональной теории – как социологической, так и экономической. Одной из ключевых проблем институционализма является вопрос о соотношении значения формальных и неформальных институтов в жизни общества. Идущая от работ Р. Коуза неоинституциональная традиция уделяет приоритетное внимание институтам формального права, считая нелегальную экономику относительно второстепенным элементом социально-экономических систем. Сформулированная в диссертации концепция доказывает высокую значимость неформальных институтов и потому требует изменения приоритетов развития институциональных исследований.

Поскольку теневая экономика является объектом деятельности правоохранительных органов, постольку выводы диссертации имеют и практическое значение. Признав теневую экономику органическим элементом институционального развития общества, следует внести коррективы в фундаментальные принципы работы правоохранительных органов. Это связано, прежде всего, с переосмыслением ее целей, которыми следует считать не уничтожение теневой экономики, а оптимизацию ее масштабов и форм.

На основе анализа ментальных ценностей и стереотипов россиян диссертантом вместе с коллегами из Института социологии РАН по заказу правительственного агентства сформулирован ряд практических рекомендаций для эффективной организации противодействия развитию в России коррупции.

Полученные в диссертации результаты могут использоваться для подготовки и повышения квалификации социологов, экономистов и юристов, разработки конкретных программ борьбы с разными видами теневых экономических отношений.



Апробация и внедрение основных результатов исследования. Диссертация является обобщением многих теоретических и эмпирических работ автора за последнее десятилетие.

Результаты диссертации использованы автором при подготовке и чтении следующих курсов: «Теневая экономика» – на Тульском факультете Московского университета МВД, в Российском государственном гуманитарном университете и в Российской экономической академии им. Г.В. Плеханова; «Институциональная экономика» – в Российской Экономической Академии им. Г.В. Плеханова и в Международном университете (Москва); «Сравнительный анализ экономических систем» - в Российской Экономической Академии им. Г.В. Плеханова и в Государственном Университете – Высшей Школе Экономики; «Модели становления рыночной экономики» – в Российской Экономической Академии им. Г.В. Плеханова.

Результаты и концептуальные идеи диссертационного исследования докладывались на конференциях в МВШСЭН (Москва, январь 2001 г., январь 2002 г., январь 2003 г.), на международной конференции «Экономическая деятельность работников милиции: масштабы, причины и последствия» (Москва, февраль 2003 г.), на электронной конференции на Федеральном образовательном портале «Экономика. Социология. Менеджмент» по книге «Экономические субъекты постсоветской России» (октябрь-декабрь 2003 г.), на научно-практическом семинаре «Неформальная занятость в республике Коми: диагноз ситуации, региональная модель защиты работников неформального сектора экономики» (Сыктывкар, апрель 2005 г.), на 4-й международной научной конференции «Проблемы современной экономики и институциональная теория» (Украина, г. Донецк, март 2006 г.), на 8-й международной научной конференции «Модернизация экономики и общественное развитие» (Москва, апрель 2007 г.), на 5-й международной научной конференции «Проблемы современной экономики и институциональная теория» (Украина, Донецк, апрель 2007 г.), на международной конференции «Проблемы финансовой политики постсоциалистических стран» (Монголия, Улан-Батор, сентябрь 2007 г.), на общероссийской научно-практической конференции «Экономика и право» (Санкт-Петербург, март 2008 г.), на 9-й международной научной конференции «Модернизация экономики и глобализация» (Москва, апрель 2008 г.) и др.

Объем и структура диссертации. Диссертация состоит из введения, шести глав, заключения и списка использованной литературы.


  1   2   3   4   5   6


©dereksiz.org 2016
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет