«Спасение» водевиля в драматургии А. П. Чехова



жүктеу 71.58 Kb.
Дата24.07.2016
өлшемі71.58 Kb.
«Спасение» водевиля в драматургии А.П. Чехова
Е.В. Кожемякова

11 класс, гуманитарный лицей, г. Томск


Творчество А.П. Чехова – достаточно исследованная область литературоведения. Биографии и произведениям писателя посвящено множество монографий. Одни из самых крупных были написаны такими исследователями, как Г. Бердников «А.П.Чехов. Идейные и творческие искания», Н.И. Гитович «Летопись жизни и творчества Чехова», А.Ф. Захаркин «А.П. Чехов. Очерк жизни и творчества».

Так же были исследованы не только прозаические произведения, но и драматургия, в том числе и водевили. Исследования в этой области проводились крупными литературоведами, например, Г.П. Бердниковым («Чехов-драматург. Традиции и новаторство в драматургии А.П. Чехова»), Б. Ермиловым («Драматургия Чехова») и т.д. Несмотря на исследованность драматургии А.П. Чехова, жанр чеховского водевиля остается почти не охваченным вниманием исследователей, так как основное внимание уделяется именно пьесам, написанным по принципам новой драмы, но при этом водевили – очень важная часть творчества писателя, отвечающая органике его творческой индивидуальности.

Для понимания водевиля Чехова принципиально необходимым становится рассмотрение его ранней драматургии в литературно-историческом контексте. Что же такое водевиль? «Водевиль – жанровая разновидность легкой комедии, сложившаяся во Франции в конце XVΙΙΙ – первой половине XΙX века. Водевильное действие развивается стремительно, строится на интриге и разворачивается в сфере частного быта. В сюжетах водевиля большую роль играют совпадения, случайности и недоразумения, которыми герои ловко пользуются, чтобы привести действие к счастливой развязке. Водевильные диалоги строятся на каламбуре, словесной игре. Характерная примета классического водевиля – злободневность, фельетонность, легкая карикатурность всеми узнаваемых привычных типов. В России водевиль стал пользоваться популярностью в 10 – 20-е гг. XIX в., но пик популярности пришелся на последующие два десятилетия. Русские авторы создавали веселые остроумные водевили, рисовавшие русский усадебный и городской быт, нередко беря за основу сюжетную канву французских образцов. К концу 40-х гг. с развитием реалистических тенденций в литературе и театре водевиль сближается с бытовой комедией (Н.А. Некрасов, И.Е. Чернышов), а во второй половине XIX века вытесняется бытовой комедией и новым жанром – опереттой. В этот период водевиль исчезает как жанр» [28. С. 48].

Чехов, безусловно, стал новатором и в жанре водевиля. К 90-м годам XIX века водевиль в России существовал в двух формах. Первая - комедия-шутка, отличалась полной оторванностью от реальности, жизненные реалистические характеры превращались в застывшие маски (чаще всего любовный водевиль – А. Шмитгофр, Л. Иванов, В. Крылов, И. Булавцель). Вторая – комическая сценка, в которой, как правило, отсутствовала динамичность. Комизм этой формы водевиля определялся в основном диалогом, в котором широко использовалось отклонение от культурных и языковых норм.

Жанр водевиля оказывается очень продуктивным для его эстетики, так как именно водевиль соответствует особенностям мироощущения Чехова, несмотря на то, что в это время данный жанр уходит на второй план. Водевиль за счет фельетонности и карикатурности образов позволяет автору донести всю банальность и несуразность обыденной, бытовой жизни на смеховом уровне. Основной задачей водевиля было заставить зрителя беззаботно улыбаться, Чехов же доводит бытовые сцены до полнейшего абсурда, заставляя при этом понимать, что абсурдность эта – реальна. Таким образом, он стремится расширить тематику жанра, порвать с традиционной бездумной комедией-шуткой.

В разное время (в период с 1886 по 1891гг.) Чеховым было написано шесть водевилей – «Медведь», «Предложение», «Трагик поневоле», «Свадьба», «Юбилей» и «О вреде табака». Некоторые исследователи относят к водевилям «Лебединую песню» (Калхас)», и, несмотря на то, что произведение одноактное, определение Чехова – «Драматический этюд», то есть в отличие от всех остальных водевилей-шуток, этот – скорее трагедия человека, который осознает глубину своего падения, даром растраченные таланты. Все водевили Чехова – одноактные, и, как правило, носят авторское определение «комедии», «сцены» или «монолога». Очень важным оказывается то, что некоторые свои водевили Чехов переделал из собственных рассказов («Свадьба» из рассказа «Свадьба с генералом», «Юбилей» - рассказ «Беззащитное существо», «Трагик поневоле» - из рассказа «Один из многих»). Автоинсценировки показывают, что Чехов в своем водевильном творчестве ставил перед собой те же задачи, что и в повествовательном. Он стремился вывести водевиль «на широкую дорогу русского искусства, как это он уже сделал с коротким рассказом» [2. С.56].

Одноактную драматургию Чехова, несмотря на художественно-стилевые различия между водевилями, можно разделить на две основные разновидности. С одной стороны, это миниатюрные лирические комедии и драмы, которые имеют форму лирической сценки или монолога («Трагик поневоле», «О вреде табака»), с другой – комедии-шутки, которые могут быть бытовой сценкой или также монологом («Медведь», «Предложение»).

Такое деление можно объяснить характером и тоном повествования. Иногда Чехов смеется над вздорностью и убежденностью провинциальных помещиков («Предложение»), над их возмутительной дерзостью и грубостью («Медведь»). В водевиле «Свадьба» это уже не такой легкий и веселый смех, как в «Предложении» и «Медведе». Юмор здесь сменяется сатирическое осмеяние невежественного мещанства, появляется интонация грустного раздумья над судьбой человека в мире, где господствуют звериные инстинкты, а также появляются скорбные нотки:

«Ревунов (Выходит из-за стола). Какая гадость! Какая низость! Оскорбить так старого человека, моряка, заслуженного офицера!.. Будь это порядочное общество, я мог бы вызвать на дуэль, а теперь что я могу сделать? (Растерянно.) Где дверь? В какую сторону идти? Человек, выведи меня! Человек! (Идет.) Какая низость! Какая гадость! (Уходит.

Отказываясь от традиционной жанровой условности, Чехов, однако, остро ощущает жанровое различие своих произведений, при этом формулирует принципы особой условности, которые кладет в основу своих произведений, предлагая писать вздор, который никогда бы в жизни не случился. Этот основной принцип сценической условности чеховской комедии-шутки мог быть осуществлен лишь при определенной условности в изображении человеческих характеров. По мнению самого Чехова, автор должен выделять основные черты, а затем идти по линии художественного преувеличения, которое при этом должно подчеркнуть типическое в данном образе. Только в условиях предельно яркого проявления характеров, влекущих за собой подобные поступки, создается свойственная чеховскому водевилю динамичность с неожиданными переходами и концовками – от вызова на дуэль с женщиной до страстной любви к ней:



«Попова: Да, да, уходите!.. (Кричит.) Куда же вы? Постойте.. Ступайте, впрочем. Ах, как я зла! Не подходите, не подходите!

Смирнов (подходя к ней) Как я на себя зол! Влюбился, как гимназист, стоял на коленях… Даже мороз по коже дерет…(Грубо.) Я люблю вас! Очень мне нужно было влюбляться в вас! Завтра проценты платить, сенокос начался, а тут вы… (Берет ее за талию.) Никогда этого не прощу себе…

Попова: Отойдите прочь! Прочь руки! Я вас… Ненавижу! К ба-барьеру!

Продолжительный поцелуй» [21. С.311] («Медведь»).

Требование острой характеристики имело отношение и к сатирической «Свадьбе». Именно характерность персонажей и их речи оказывается внутренней пружиной действия. Для этого Чехов наделяет своих персонажей подчеркнуто-наигранными типическими фразами. Одним из ярких примеров является речь Змеюкиной из водевиля «Свадьба»: «Какие вы все противные скептики! Возле вас я задыхаюсь… Дайте мне атмосферы! Слышите? Дайте мне атмосферы!» [22. С.111].

Источником конфликта в данном случае является сам факт общения персонажей; у Чехова нет потребности создавать интригу, так как каждая реплика его героев несет в себе конфликт, источником которого является сама изображаемая среда мещанства. Обычаи и нравы этой среды были представлены и другими водевилистами, но целью их был лишь смех над некультурностью персонажей. У Чехова открывается иная суть, и она заключается не в отсталости представителей мещанства, а в том, что выявляется в их спорах – примитивность и убогость их мира, ожесточенность и озлобленность по отношению друг к другу. Чехов показывает, что достаточно свести эти нравы и характеры за праздничным свадебным столом, чтобы конфликт стал неизбежен. Драматическая напряженность в подобных пьесах обусловлена внутренней возможностью конфликта, заложенной в характерах действующих лиц. Задача Чехова – раскрывать в своих водевилях человеческие характеры, при этом он отказывается от обязательной в классическом водевиле интриги – его водевили оказываются и без того динамически напряженными.

В своей борьбе с канонами водевиля Чехов придавал первостепенное значение финалам. Необходимым финалом в классическом водевиле была счастливая развязка, Чехов же в своем «Предложении» эту развязку пародирует – водевиль заканчивается поцелуем героев, который при этом происходит в полном изнеможении от бурной ссоры, которая будет вспыхивать вновь и вновь. Финал не снимает, а еще более подчеркивает устойчивость препятствий на пути к счастью. Это еще одно следствие того, что Чехов строит не комедию положений, а комедию характеров – можно изменить ситуацию, но не характеры героев, которые и являются источником комического эффекта.


Литература
1. Александров Б. И. Спецсеминар по творчеству Чехова. - М., 1957

2. Бердников Г. П. Чехов-драматург. Традиции и новаторство в драматургии А. П. Чехова. – М.,1981

3. Бердников Г. П. А. П. Чехов. Идейные и творческие искания. – М., 1984

4. Гитович Н. И. Летопись жизни и творчества Чехова. – М., 1981.

5. Дерман А. В. О мастерстве Чехова. – М., 1959

6. Ермилов Б. Драматургия Чехова. – М., 1954

7. Захаркин А. Ф. Антон Павлович Чехов. Очерк жизни и творчества. – М., 1961

8. Кулешов В.И. Жизнь и творчество А.П. Чехова. Очерк. – М., 1986

9. Литературное наследство. – М., 1960. – Т. 68;

10. Нравственные искания русских писателей. – М., 1972;

11. Паперный З. Вопреки всем правилам: Пьесы и водевили Чехова. – М., 1982

12. Паперный З. Записные книжки Чехова. – М., 1976

13. Переписка Чехова: в двух тт. – М., 1984

14. Роскин А. А.П. Чехов. Статьи и очерки. – М., 1959;

15. Сендерович С. Чехов – с глазу на глаз. История одной одержимости: Опыт феноменологии творчества. - СПб., 1994

16. Семанова Н.Л. Чехов-художник. – М., 1976

17. Скафтымов А.П. О повестях Чехова «Палата № 6» и «Моя жизнь». К вопросу о принципах построения пьес А.П. Чехова. О единстве формы и содержания в «Вишневом саде»

18. Станиславский К.С. Чехов в Художественном театре \\ Собр. соч. – М., 1953. Т. 1;

19. Толстая Е. Поэтика раздражения: Чехов в конце 1880-х – начале 1890-х годов. М., 1996

20. Чехов и театр. – М., 1961

21. Чехов А.П. Собр. Соч. в 18тт. Т.11

22. Чехов А.П. Собр. Соч. в 18тт. Т. 12-13

23. Чеховские чтения в Ялте. - М., 1973-88

24. Чудаков А.П. Поэтика Чехова. – М., 1971;

25. Чудаков А.П. Мир Чехова: становление и утверждение. – М., 1986

26. Чуковский К.И. О Чехове. – М., 1967

27. Шах-Азизова Т.К. Чехов и западноевропейская драма его времени. – М., 1966

28. Энциклопедический словарь юного литературоведа. – М., 1995


Научный руководитель: М.Ф. Климентьева, канд.филол.наук, преподаватель лицея


©dereksiz.org 2016
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет