Тезисы докладов, присланные на конкурс для участия в конференции



бет5/20
Дата19.07.2016
өлшемі1.27 Mb.
#209813
түріТезисы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   20

Немцы в городах Волыни

(вторая половина ХІХ – начало ХХ вв.)
Несмотря на то, что подавляющее большинство волынских немцев проживали в сельской местности, определённая их часть была городскими жителями. Их участие в общественной, экономической и культурной жизни волынских городов имела свою специфику и своеобразие по сравнению с другими регионами массовой немецкой колонизации в России.

Численность немцев в волынских городах во второй половине ХІХ была незначительной, но темпы её возрастания были довольно высокими. По данным губернской статистики в 1884 г. их количество равнялось 991 чел., что составляло всего 0,55% всех городских жителей. В 1897 г. это число возросло уже до 2009 чел., то есть, больше, чем вдвое и составило уже 0,86% всего городского населения. В первом десятилетии ХХ в. тенденция возрастания количества немцев в городах Волыни сохранилась. В 1913 г. их число возросло до 3739 чел. или 1,08% ко всем городским жителям [1]. По темпам возрастания численности немцы в ряде волынских городов значительно опережали представителей других национальностей. За религиозной принадлежностью подавляющее их большинство было лютеранами. Более половины городских немцев были грамотными, причём владение русским языком была значительно выше, чем среди сельских жителей.

Среди основных причин, побуждавших немцев селиться в волынских городах были поиски заработков в сферах, связанных со спецификой городского образа жизни, проблемы с продолжением сроков аренды земельных участков, влияние антиколонистского законодательства 80–90-х гг. ХIХ в. и естественный прирост.

Материальное положение волынских немцев-горожан было разным. Большинство из них имели средний уровень материального обеспечения и лишь единицы относились к наиболее зажиточным представителям городской верхушки, что давало им право принимать участие в выборах в городские органы самоуправления [2].

Спектр занятий городских немцев был довольно широким. Многие из немцев-горожан владели в и за пределами городских границ земельными участками и занимались традиционным для волынских немцев земледелием и животноводством. Встречались среди немцев-горожан и занятия торговлей, преимущественно продукции земледелия, животноводства и продуктами их переработки, некоторые содержали небольшие мастерские по изготовлению мясоколбасных, хлебобулочных и кондитерских изделий. Немногие из них, благодаря стабильным доходами и увеличению капитала, смогли со временем перейти в купеческое сословие [3]. Архивные материалы свидетельствуют также, что среди немцев-горожан было много рабочих и ремесленников разных специализаций, причём, иногда это было дополнительным занятием к земледелию [4].

Заметным было участие городских немцев и в промышленном развитии волынских городов, причём в разных формах и на разных участках, начиная от чернорабочих, квалифицированных работников и мастеров до разного ранга служащих и представителей германских фирм, инженеров, управляющих, арендаторов и владельцев промышленных предприятий [5]. Немцы стают заметной прослойкой среди так называемых фабричных рабочих, окончательно порвавших связи с сельской жизнью.

Можно было встретить среди городских немцев Волыни и занимавшихся извозным промыслом, владельцев трактиров, клубов, гостиниц, сдававших комнаты под жильё, занимавшихся врачебной практикой, аптечным, ветеринарным и провизорским делом [6].

Нередко немецкие жители волынских городов были заняты в сфере культуры и образования. Они работали учителями в учебных заведениях и в частных домах, занимались воспитанием детей, переплётным делом, наладкой музыкальных инструментов, иконописью, хореографией и театральным искусством. Иногда их можно было встретить на административных и служебных должностях разных государственных учреждений, также в сфере юриспунденции. Преимущественно в городах проживали и представители высшего лютеранского духовенства [7].

На рубеже столетий некоторые из немцев стали заметными и в общественной жизни волынских городов. Они принимали участие в выборах гласных и присяжных заседателей, избирались депутатами городских и земских собраний, городских управ, городскими старостами и на другие общественные должности. Особенно заметной в жизни Житомира была немецкая семья Арндтов. К.Ю Арндт работал губернским секретарём. А его брат И.Ю. Арндт был избран в члены Житомирской городской управы, содействовал созданию в губернском центре органом земского самоуправления и принимал в их работе самое активное участие, был действительным членом Общества исследователей Волыни, по личной инициативе и на собственные средства построил двухклассное училище в деревне Березовка вблизи Житомира. Заслуги некоторых из влиятельных немцев-горожан чествовались местными городскими властями предоставлением им определённого статуса с присвоением соответствующих званий [8].

Именно среди городских немцев Волыни в предвоенное десятилетие начали появляться общественные организации различных направлений и целей. В частности, в 1908 г. началась подготовка к созданию в Новограде-Волынском филиала «Юго-Западного немецкого общества», а в 1909 г. в Житомире при местном евангелическо-лютеранском приходе было создано «Общество вспомоществования бедным». Появление этих и других общественных организаций свидетельствовала об осознании немцами-горожанами необходимости новых форм общественной жизни и хозяйственной деятельности [9].

В целом же для волынских немцев-горожан, несмотря на их незначительную численность, были характерными довольно прочное материальное положение, высокий уровень образованности, широкий спектр хозяйственных занятий, а в ряде городов и активная культурно-образовательная и общественная деятельность. Специфика городского уклада жизни делала немецкие городские общины намного более открытыми, чем сельские колонистские. Это и способствовало быстрейшей их интеграции в различные сферы общественно-политической и экономической жизни российского общества.

___________________________

1. Памятная книжка Волынской губернии на 1886 год. Житомир, 1885.Отд.ІІІ. С.52-55. Первая Всеобщая перепись населения Российской империи. 1897 г. СПб., 1904. Т.VIII. Волынская губерния. С.IX, 271. Памятная книжка Волынской губернии на 1914 год. Житомир, 1913. Отд.ІІ. С.66.

2. Государственный архив Волынской области (далее ГАВО). Ф.3. Оп.1. Д.41. Л.131–141.

3. Центральный государственный исторический архив Украины в г. Киеве (далее ЦГИАК Украины). Ф.442. Оп.34. Д.1430. Л.1–125; Оп.641. Д.48. Л.439. Государственный архив Ровенской области (далее ГАРО). Ф.165. Оп.1. Д.11. Л.8–9. Поляков И. Крупное землевладение на Волыни. К., 1898. С.19–20, 55–56. Мокрицкий Г. Кондитерская карла Шеделя в Житомире // Родина Волынь: Статьи и воспоминания о жизни и деятельности немцев на территории современных Житомирской, Ровенской и Волынской областей Украины // Труды Житомирского Научно-краеведческого общества исследователей Волыни. Визентхайд-Житомир, 1998. Т.17. С.61–63.

4. ГАВО. Ф.35. Оп.9. Д.643. 771–783.

5. ЦГИАК Украины. Ф.442. Оп.34. Д.1430. Л.1–125; Ф.575. Оп.1. Д.73. Л.110. ГАВО. Ф.35. Оп.9. Д. 771. Л.338 об. Список фабрик и заводов России. 1910 г. С.1912. С.924, 639. Весь Юго-Западный край. К., 1906. С.224. Весь Юго-Западный край. К., 1913. С.860.

6. ЦГИАК Украины. Ф.442. Оп.36. Д.1698. Л.120–125; Оп.34. Д.1430. Л.1–125; Оп.843. Д.371. ГАВО. Ф.3. Оп.1. Д.532, Л.46 об.

7. ЦГИАК Украины. Ф.442. Оп.798. Д.187; Оп. 800. Д.29.Л.14; Ф.707. Оп.30. Д.449. Л.1–8. ГАВО. Ф.35. Оп.9. Д. 776. Л.309 об.; Д.781. Л.214 об.

8. ГАРО. Ф.165. Оп.1. Д.11. Л.5–6. ГАВО. Ф.3. Оп.1. Д.532, Л.4–4об.; Д.41. Л.119–295. Государственный архив Житомирской области. Ф.405. Оп.1. Д.8. Л.4. ЦГИАК Украины. Ф.442. Оп.641. Д.48. Л.439. Arndt N. Die Shitomirer Arndts. Würzburg, 1970. Его же. Die Deutschen in Wolhynien. Würzburg, 1994.

9. Устав Юго-Западного немецкого общества. К., 1907. ЦГИАК Украины. Ф.442. Оп.639. Д.220. Л.18, 28, 30, 33; Оп.41. Д.48. Л.431, 439, 450.
Костюк Михаил Петрович, кандидат исторических наук, доцент, доцент кафедры украиноведения Луцкого национального технического университета. Украина.

В.В.  Солошенко

(Киев)

Немцы Волыни и их духовно-культурная жизнь

в конце XIXначале XX векав
Немецкая колонизация в России еще с ХIХ в. стала объектом исторических исследований, но регион Юго-Западного края был исследован слабо. Такое незначительное внимание исследователей к данному региону следует объяснить, очевидно, довольно поздним (по сравнению с другими регионами России) началом самого процесса массовой колонизации. Рубеж XIX-XX веков открыл новую страницу в истории немецкого переселения на Волынь.

В 1801 г. владелец Острожского имения Карл Яблоновский заключил контракт с 19- 29 семьями меннонитов из Пруссии, которые основали первую в XIX в. земледельческую колонию на Волыни – Карлсвальд. В 1804 и 1817 в том же уезде прусские меннониты создали еще две колонии – Антоновку и Вальдгайм41. Так было положено начало процесса немецкой сельскохозяйственной колонизации на Волыни. На Волынь потянулись и немцы-лютеране, и католики, которых привлекали собственно экономическая выгода нового региона поселения. Они были преимущественно из Пруссии и германских колоний Гродненской губернии. Именно прусские выходцы основали в 1811г. колонию Софиевка в Ровенском уезде, а в 1817 г. – колонию Хутор Чарковский. В свою очередь, немцы с Гродненской губернии в 1816 и 1824 гг. образовали колонии Александровка и Забугские, Голендры во Владимир-Волынском уезде. В целом с 1830 до 1860 гг. в губернии поселилось 11424 колониста, которые основали 139 колоний42. Следует отметить, что 60-90-е годы XIX в. можно охарактеризовать очень высокими темпами переселения и быстрым ростом общего количества немцев-колонистов, что, в свою очередь, дает уже все основания вести речь о массовой колонизации Волыни. В 1871г. число поселенцев насчитывало 24704 чел., то в 1875 г. – почти 40 тыс., а в 1881 г. – уже 87 731 чел., что составляло 4,2% всего населения Волыни 43.

Важно отметить, что школы помогали волынским колонистам в условиях пребывания в инородной этнической среде сохранять свою национальную самобытность, свой язык, обряды, традиции, ментальность, духовную культуру и поддерживать немецкий дух.Потребность в элементарном образовании у немцев-колонистов была, в первую очередь, связана с их вероисповеданием. Каждый верующий должен был уметь читать священные книги самостоятельно. Обучение велось преимущественно по Библии, Евангелии и другим церковным книгам.

Строительство школы было одной из важнейших первоочередных задач каждого колониста общины. До 60-х годов XIX в. количество школ было незначительным. А вот в следующие десятилетия оно увеличивалось стремительными темпами. Всего же в 1885 г. на Волыни было 306 немецких школ, в которых обучалось 12625 учеников (6862 мальчика и 5763 девочки). Посещали школу дети преимущественно от 7 до 15 лет. Учителями были только мужчины44. Немецкие школы находились на полном содержании колонистских общин и были подчинены лютеранскому духовенству. Наибольший прирост школ и учащихся в германских колониях отмечался в течение 80-90-х годов XIX в.

С начала же ХХ в. и до Первой мировой войны прослеживается тенденция постепенного сокращения количества школ, а численность учащихся заметно снизилась всего за несколько предвоенных лет. Следует отметить, что достаточно высокой была грамотность среди немецкого населения Волыни. В 1897 г. из общего количества немцев (171331), проживавших в губернии, 65459, или 38,2%, были грамотными45. Колонисты оказывали сопротивление политике русификации немецких школ, которая не дала желаемых результатов. В целом же история развития немецкого образования на Волыни является явным доказательством высокой духовной культуры народа, осознания необходимости элементарного образования для своих детей как важного инструмента в его воспитании и формировании жизненных позиций и взглядов.

Практически все колонисты Волыни были людьми верующими. Глубокая религиозность сопровождала жизнь каждой немецкой семьи, каждого поселенца от рождения до смерти. Религия и церковь оказали большое влияние на формирование мировоззрения, морали, быта, повседневного поведения колонистов и даже на их отношение к труду, так как в своем материальном благополучии они видели небесную поддержку. Немцы находили в религии свои жизненные ориентиры и следовали тем общечеловеческим ценностям, которые были изложены в Библии. Они всячески старались воспитывать своих детей в христианских традициях. Общая религия и вера создавали ощущение единства и силы своего народа, давали духовную поддержку в трудные периоды жизни. Для волынских немцев, как и для всех немцев России, была характерна поликонфессиональность. Первым лютеранским приходом на Волыни был Житомирский, организованный еще в 1801 г. с личного разрешения и содействия царя Александра I Массовый приток новых иммигрантов и высокий естественный прирост среди них вызвал необходимость создания новых приходов. В течение второй половины XIX в. в губернии активно возводились культовые сооружения немцев. На 1900 г. их насчитывалось 237 (из них 6 кирх и 231 молитвенный дом).

Анализ показывает, что волынские немцы в подавляющем большинстве были лютеранами, хотя изредка встречались и представители других религиозных конфессий. Лютеранская религия была одним из важных факторов, который не только создавал чувство единства среди немецкого населения Волыни, но и существенно способствовал сохранению ими своей национальной идентичности в условиях пребывания в инонациональной среде. В целом же глубокая религиозность немцев была важнейшим признаком их духовной жизни.

К 1861 г. встречаем преимущественно положительные оценки немцев-колонистов, особенно их бережное отношение к земле, работоспособность, глубокую религиозность и мораль. После 1861 г. акценты в оценках колонистов стали постепенно меняться. В них стало отражаться противостояние между поселенцами и местными жителями в разных сферах жизни и деятельности. На отношения с крестьянами влиял и способ жизни колонистов. Нужно учитывать и тот факт, что не всегда поселенцы были порядочными и трудолюбивыми людьми. Живя обособленно, немцы не стремились контактировать с коренными жителями, а скорее даже избегали их. В конце XIX – начале ХХ в. под действием различных факторов жизнь немецких колоний становилось несколько открытой, а отношения немцев и местного населения значительно активизировались и стали более близкими, но дистанция между волынскими немцами и местными жителями все-таки оставалась очевидной. Кроме того, ощутимая замкнутость внутренней жизни поселенцев объяснялась особенностями их культуры, морали, образования, религии, общинной жизни, а также преимуществами системы хозяйствования, которая обеспечивала почти полную экономическую самостоятельность немецких колоний Волыни.


Солошенко Виктория Витальевна, кандидат исторических наук, доцент, старший научный сотрудник Государственного учреждения «Институт всемирной истории Национальной академии наук Украины». Украина.

Э.Г. Плесская

(Одесса)
Триумф т трагедия семьи Фальц-Фейн

(К 150-летию со дня рождения Фр. Фальц-Фейна)

На территории современной Украины, в Херсонской области, находится уникальный степной природоохранный заповедник Аскания-Нова. Он приобрел мировое культурное значение еще в конце XIX века. Основание заповедника связано с семьей немецких переселенцев Фальц-Фейнов. Она была известна не только в связи с уникальным заповедником и зоопарком. В засушливых ногайских степях несколько поколений семьи создали огромное образцовое хозяйство по разведению тонкорунных овец, различных пород лошадей, крупного рогатого скота, фруктовых садов, виноградников. На берегу Черного моря представители семьи выстроили порты Хорлы и Скадовск. Декабрист князь Волконский ставил в пример хозяйство Фальц-Фейнов русскому праздному дворянству. Вождь мирового пролетариата В. Ленин признал капиталистическое хозяйство Фальц-Фейнов образцовым. Советский писатель Валентин Пикуль в одном из очерков написал о Софье Фальц-Фейн, которая построила цветущий город-порт и воплотила в нем романтическую мечту Александра Грина о счастье. Хранит память об известной семье и Одесса. Знаменитый дом с атлантами на ул. Гоголя принадлежал Александру Фальц-Фейну (Скадовскому).

Родоначальником семьи был крестьянский сын, беглый солдат из Вюртемберга Иоганн Готтлиб Фейн (Fein). Он явился в Россию со своим другом в 1763 г. и поселился сначала на Волге, а затем на реке Молочной в Таврической губернии. Своенравный и независимый, он получил своеобразный статус «вольного колониста». До 1815 г. И. Фейн, назвавший себя механиком и машинным мастером, находился на службе у Таврического гражданского губернатора А.М. Бороздина. В 1816 г. по собственному прошению он был исключен из колонистского звания. Высокий широкоплечий блондин был гордым и упрямым . К 1813 г. благодаря упорству и трудоспособности он уже настолько разбогател, что сумел приобрести казенное имение площадью около 3,5 тыс. десятин. На этих землях он успешно занимался овцеводством и скотоводством. Его движимое и недвижимое имущество в 1816 г. составляло 6 938 руб. После его смерти имение перешло в собственность сына Фридриха (1794-1864), который стал основателем огромного капитала семьи. Он продолжил дело отца, но отказался от выведения овец путем скрещивания местных пород, а стал разводить привезенных из-за границы капризных чистокровных мериносов. На полученные доходы от продажи шерсти он приобретал новые степные имения и брал в аренду десятки десятин казенной земли. В 1846 г. на выставке в Симферополе он получил золотую медаль за лучшую породу мериносов, отличную шерсть, прекрасный племенной скот, полезные сельхозорудия, садовые инструменты – т.е. за ведение сельского хозяйства в крупных размерах.

В 1856 г. Иоганн Фейн купил у герцога Ангальт-Кетенского убыточное имение Асканию-Нова площадью 57 тыс. десятин. Это имение в 1828 г. было передано герцогу для разведения мериносов и распространения сельскохозяйственной культуры в бывших ногайских степях. Герцог оказался плохим хозяином: земледелие не развилось, ухудшались породы привезенных из-за границы овец. После покупки имения Фр. Фейн сделал его прибыльным: увеличил поголовье овец до 400 000, получал от них ежегодно более 100 000 пудов шерсти, от сбыта которой значительно увеличил свои капиталы. Кроме овец, он разводил крупный рогатый скот и лошадей: верховых и степных. Сын бедного беглого солдата стал крупнейшим овцеводом России и самым богатым помещиком Таврической губернии. Уникальность этого землевладельца, скопившего огромные капиталы в крепостной России, заключалась в том, что у него не было крепостных, в его хозяйстве на засушливых степных землях работали только лично свободные люди, которым он хорошо платил.

Накопленный капитал переходил к единственной наследнице – дочери Елизабет. Она вышла замуж за выходца из Саксонии овцевода Иоганна Пфальца (Pfalz). С ее замужеством утрачивалась ставшая известной фамилия. Ф. Фейн хотел сохранить ее. Помог случай. Имение Преображенка посетил император Александр II, который возвращался с Крымской войны. Он был благодарен и Пфальцу, и Фейну за то, что они пожертвовали из собственных заводов для российского войска большое количество первоклассных лошадей. Кроме того, ему, решившемуся отменить в России крепостное право, важно было убедиться, что доходное хозяйство даже в засушливых степях можно организовать и без крепостных, используя труд свободных людей. Хозяйство Фейна впечатлило императора. Он назвал его выдающимся культурным деятелем и лично вручил подарок - золотой перстень с двухглавым орлом. В ответ Фр. Фейн обратился к императору с просьбой разрешить мужу его дочери и их потомкам иметь двойную фамилию Пфальц-Фейн. Просьба была удовлетворена. Со временем отпала первая буква, и появилась единственная в мире фамилия –Фальц-Фейн (Falz- Fein).

За заслуги в Крымской кампании (денежные пожертвования, поставку лошадей и подвод, лечение раненых) Фр. Фейну была пожалована серебряная медаль «За усердие».

У Иоганна и Елизабет Фальц-Фейн было 3 сына и 4 дочери. При разделе огромного наследства земля досталась сыновьям Эдуарду, Густаву и Александру. Они успешно продолжали семейное дело. После женитьбы Густава на вдове брата Эдуарда объединились и состояния братьев. Площадь сельскохозяйственных угодий увеличилась до 300 000 га, а поголовье овец – до 750 000 штук.

Необычайно предприимчивой оказалась жена Эдуарда, Софья Богдановна, урожденная Кнауф (Knauf). После падения цен на шерсть она быстро перевела свое хозяйство на промышленные рельсы. В Одессе построила конфетную и консервную фабрики. На Черноморско-Азовской фабрике консервов ( ул. Балковская) изготовлялись более 100 сортов рыбных и мясных консервов высшего качества в количестве до 8 000 000 банок с годовым доходом до 4-х миллионов рублей. Продукция реализовывалась во всех крупных городах России, экспортировалась и была отмечена золотыми и серебряными медалями на выставках в Москве, Новгороде, Париже, Чикаго, Антверпене, Киле. В ее красивейшем имении Преображенка были выращены прекрасные виноградники, в садах - сливы величиной с куриное яйцо, тирольские яблоки, которые получали на выставках золотые медали. У древнегреческого историка Страбона Софья Богдановна нашла запись о незамерзающей гавани на Черном море, нашла ее, построила порт Хорлы, приобрела пароходную кампанию и круглый год торговала с Европой товарами из своих экономий: шерстью, битой птицей, консервами, конфетами и даже устрицами. Пароход «София» совершал почтово-товаро-пассажирские рейсы по маршруту Одесса-Скадовск- Хорлы. Катера пароходства осуществляли товаро-пассажирские перевозки из Крыма в Одессу. На полученные доходы С.Б. Фальц-Фейн строила дороги, электростанции, почту, телеграф, больницы, школы, гостиницы и даже кинотеатр «Иллюзион».

Старший сын Эдуарда и Софьи Фальц-Фейн, Фридрих Якоб, родился в Аскании-Нова 16 апреля 1863 г. С детства он проявил интерес к диким птицам, в имении для их содержания были построены вольеры. Со временем в вольерах появились медведь, волк, олень, косуля, белые зайцы. В молодости он стал свидетелем быстрого освоения степных земель. Дикая степь вместе с ее животным миром постепенно исчезала. Мы не знаем, знал ли Фридрих о том, что распаханная целина никогда не восстанавливается, однако он, не считаясь с материальными потерями, оградил большую часть имения с целью сохранения дикой степи с ее флорой и фауной. Он хотел спасти вымирающих степных животных: сайгаков, южнорусских диких лошадей тарпанов, табуны которых встречал в степи еще его дед . Одновременно он решил заселить степь животными из других климатических зон, которые могли приспособиться к степному климату.

Со студенческих времен он путешествовал по миру, посещал зоопарки, знакомился со специалистами, приобретал ценных животных и привозил в Асканию-Нова. Так создавался акклиматизированный зоопарк, где дикие животные жили на воле. Заповедная целина превратилась в естественную базу зоопарка, что составило единый органически связанный комплекс. Так было положено основание первому в мире степному природоохранному заповеднику, площадь которого увеличивалась и достигла 500 га. Огромный участок целинной степи с естественной флорой и фауной стал единственным эталоном типчаково-ковыльной степи на европейском континенте. В Асканию-Нова для научных наблюдений стали приезжать ученые из многих стран мира. Создание заповедника не ради развлечения, а ради науки вызывало усмешку у представителей его сословия. Однако этот неординарный землевладелец получил университетское образование – на естественном факультете в Дерпте.

В 1894 г. при разделе наследства Фридрих получил по жребию ( на жеребьевке он настаивал сам) имение Дорнбург. Аскания-Нова досталась младшему брату Владимиру. Владимир отказался от Аскании-Нова в пользу старшего брата. Вместе с наследственной и купленной землей Фридрих становится владельцем 62 000 га. Он оставался крупнейшим овцеводом, коневодом и земледельцем. В его имении работали более тысячи вольнонаемных, сотни казаков охраняли заповедник. В 1897-99 по его инициативе и на его средства были снаряжены три экспедиции для поимки в Монголии почти исчезнувших диких азиатских лошадей Пржевальского. Их привезли в Асканию-Нова, где они начали размножаться, что спасло их от исчезновения. Из Африки, Австралии и Южной Америки в зоопарк привезли страусов, с Кавказа и из Западной Европы –фазанов, из Индии – зебу и антилопу нильгау, из Тибета – яков, из Америки бизонов, из Беловежской пущи – зубров, из Уссурийского края – пятнистых оленей и др.. Здесь животные акклиматизировались в условиях, близких к естественным. Для отдыха и гнездования диких перелетных птиц на территории заповедника были созданы искусственные заросли, болота, озера. При зоопарке находился музей с научной библиотекой, в которой хранились книги на 6 языках. В зоопарке всегда было много посетителей, особенно школьников. Благодаря мировой известности, его посещали ученые из многих стран мира. Натуралист Б. Гржимек писал, что «зоологи всего мира едут в Асканию-Нова, как мусульмане в Мекку». Фр. Фальц-Фейн был избран почетным членом ряда научных обществ России, Франции и других стран.

Кроме заповедника Фридрих основал на 27 гектарах сухой асканийской степи дендропарк в ландшафтном стиле. Проект дендропарка разрабатывался одесским инженером Дюфреном. На специально подготовленную почву высаживали саженцы из южных садоводств Украины, Познани, Риги. Посадками руководил известный украинский садовод Падалка. Позднее в парке появились хвойные породы, главным образом сосна крымская и ель обыкновенная. Для полива вырыли 8 колодцев до 25 метров глубины, оборудованными ручными помпами. Каждый саженец поливали с ранней весны и до глубокой осени. Позднее были пробиты 2 артезианские скважины до 50 метров глубины. Затем в парке построили водонапорную башню, из которой вода поступала для орошения и для нужд населения. За короткое время здесь было высажено 220 видов различных деревьев и кустарников, завезенных из различных стран и континентов. Постепенно площадь дендропарка увеличилась до 70 га. Он был первым на европейском континенте большим орошаемым парком, созданным в засушливой степи. Его значение было велико и с экологической точки зрения – здесь создавался особый микроклимат, который влиял на процесс адаптации фауны, особенно птиц. В 1899 г. на Всемирной выставке в Париже асканийский дендропрарк был награжден золотой медалью.

В апреле 1914 г. по дороге в Ливадию заповедник посетил император Николай II. К этому времени в зоопарке содержалось 58 видов животных и 402 вида птиц. В хозяйстве Фридриха находилось 500 000 голов овец. Ознакомившись с историей семьи, с огромным хозяйством, зоопарком и дендропарком, император высоко оценил заслуги Фальц-Фейнов перед Россией и пожаловал ей дворянское достоинство. С этого времени фамилия стала писаться фон Фальц-Фейн. Баронский герб семьи украсил профиль лошади, символ спасенной от исчезновения лошади Пржевальского.

Основание первого в мире степного заповедника, получившего мировое культурное значение, было самым выдающимся достижением всей семьи, ее триумфом.

Начавшиеся первая мировая, а затем гражданская война в России в течение нескольких лет разорили заповедник. Австро-германские части, многочисленные бандитские формирования, Белая и Красная армии вели бои вокруг Аскании-Нова. Окруженное со всех сторон имение превратилось в остров. Средства, необходимые для поддержания жизни в степи, истощались. Кончался бензин, необходимый для работы водонапорной башни. Без воды погибали животные и растения. Набегали белогвардейцы и забирали лошадей и фураж. После того, как имение захватил Буденный, было уничтожено большое количество животных и необходимых сооружений ( стойла и др.). Лишь небольшая часть сохранилась в степи.

После Февральской революции 1917 г. Фр. Фальц-Фейн уехал в Москву, где перенес инсульт. С приходом к власти большевиков он был арестован по обвинению в шпионаже, но вскоре освобожден благодаря обращениям ряда ученых. В конце лета 1918 г. он выехал для лечения в Бад Киссинген (Германия). Он тосковал о русской родине, о своих животных, о высоком степном небе. Там он получил известие о том, что парки Аскании-Нова, которые он безгранично любил и которые были смыслом его жизни, разорены в ходе гражданской войны. Они оказались на пути германских и австро-венгерских войск, Добровольческой армии Деникина и Врангеля, большевиков, махновцев. Было уничтожено большое количество диких редких животных. Поголовье овец и других сельскохозяйственных животных сократилось с 2 000 до нескольких голов. Полностью были истреблены лошади и верблюды. Исчезли птицы. Ценные деревья безжалостно вырублены. Эти известия из России стали причиной скоропостижной смерти Фридриха Фальц-Фейна 2 августа 1920 г.

Не пощадила судьба и его мать, Софью Богдановну. После начала революции она отказалась эмигрировать, т.к. была уверена, что ей , окруженной уважением, бояться нечего. Однако, по словам ее внука Эдуарда, налетела в имение шайка разбойников в кожаных куртках и расстреляла ее из пулемета. Получив в Берлине известие о ее гибели, скоропостижно скончался ее младший сын Александр. До основания будет разрушен знаменитый белый дворец Преображенка на Черном море, где часто гостил и писал картины И. Айвазовский.

После захвата власти большевиками РНК УСРР 3 апреля 1919 г. издает декрет, согласно которому акклиматизационный парк и участки целинной степи в границах собственности Фальц-Фейна ( имения Аскания-Нова и Еливетфельд) были объявлены «народным заповедным парком» и переданы в распоряжение народного комиссариата просвещения. Через два года, после окончательного установления на Украине советской власти, издается новый декрет РНК, согласно которому Аскания-Нова вместе с пограничным имением Дорнбург объявлялись государственным степным заповедником и передавались в подчинение Наркомзему.

Оценив значение заповедника, новая власть решила сохранить целинную степь и ее природу и продолжать работы по акклиматизации растений и животных. Однако имя основателя вспоминали редко и исключительно в негативном контексте ( «жестокие эксплуататоры» - Г.Карасев, П. Стопкевич. В. Треус. Аскания-Нова, Одесса, 1965). В некоторых изданиях оно не упоминалось вовсе (Аскания-Нова, фотоальбом. Киев, 1986). А самому заповеднику в 1940 г. было присвоено имя советского академика М.Ф. Иванова, который, подобно И. Мичурину в плодоводстве, занимался в Аскании-Нова выведением новых пород овец и свиней. В 1984 г.уникальный заповедный комплекс по решению ЮНЕСКО вошел в международный глобальный список биосферных заповедников мира, что советская власть считала исключительно своей заслугой.

Широко известная в царской России фамилия фон Фальц-Фейнов в СССР была забыта. На Западе о ней напомнил младший брат Фридриха, Владимир (Вальдемар,1877-1946), выпускник Новороссийского университета в Одессе, землевладелец, общественный и государственный деятель, депутат 3-й Государственной думы от Таврической губернии. В 1919 г. он эмигрировал сначала в Германию, затем в Лихтенштейн. В 1930 г. в Германии издал книгу «Аскания-Нова» (324 стр.), посвященную истории своей семьи и заповедника. В 1992 г. ее, уже как библиографическоую редкость, привез в Одессу племянник Фридриха и Александра, Эдуард Александрович фон Фальц-Фейн. В 1997 г. книга была переиздана в Киеве на русском языке..

Долгую жизнь судьба подарила последнему носителю фамилии – Эдуарду Александровичу. В 1917 г. в пятилетнем возрасте он с родителями выехал из России. Большую часть жизни русский барон прожил в княжестве Лихтенштейн на своей вилле, которую назвал Аскания-Нова. Своей Родиной он считал Россию. Его виллу в Лихтенштейне украшают портреты русских императоров Павла I, Александра II, Николая II, полководцев Суворова и Кутузова, полотна Репина, Коровина и др. Он преодолел боль и обиду, и вновь стал полезным России: содействовал возвращению ее культурных ценностей, поставил памятник А.В. Суворову в честь знаменитого перехода через Альпы. На средства семьи Фальц-Фейнов был основан музей Екатерины II в Цербсте, перевезен в Москву прах Федора Шаляпина и установлен памятник на Новодевичьем кладбище. После многолетних безрезультатных поисков легендарной Янтарной комнаты, утраченной во время 2-й мировой войны, на их средства было закуплено 2 тонны янтаря для ее полного восстановления в Екатерининском дворце. Эдуард Александрович – последний носитель уникальной фамилии фон Фальц-Фейн - вместе с ним она уходит в историю, прежде всего в историю России.

В этом году исполнилось 150 лет со дня рождения Фридриха Фальц-Фейна, основателя первого в России природоохранного комплекса ( заповедника, зоопарка и дендропарка), который одновременно олицетворяет зарождение экологической культуры в империи. В 1995 г. заповеднику было присвоено его имя, чему способствовали неоднократные визиты в Украину Эдуарда фон Фальц-Фейна. Получивший мировую известность заповедник стал частью не только российской , но и мировой природоохранной культуры. Успешная хозяйственная деятельность семьи Фальц-Фейн, создание уникального всемирно известного заповедника и зоопарка в сухой степи принесли ей славу , и являются самым выдающимся достижением немцев за границей, которое достойно благодарной памяти в истории России.


Список использованных источников и литературы:

Государственный архив Одесской области. Ф.1, оп.139, д.150.

Там же. Ф. 6, оп.1, дд. 943, 944. 945, 1095, 8497.

Аскания-Нова. Фотоальбом. Киев, 1986.

Денисов В.Г., Никитин Ю.А. История одесских выставок. Одесса, 2011.

Карасев Г., Стопкевич П., Треус В. Аскания-Нова. –Одесса, 1965.

Лаптев Ю.Н. Традиционная бытовая культура немцев в Крыму (XIX – 20-е гг. XX вв.) //Немцы в Крыму,Deutsche auf der Krim: Очерки истории и культуры. – Симферополь, 2000.

Рыхляков В.Н. Фальц-Фейны// Дворянская семья: из истории дворянских фамилий России. СПБ, 2000.

Фальц-Фейн В.Э. Аскания-Нова.- Киев, 1997.

Фальц-Фейн Э.А. «Я не иностранец»/Deutscher німецький Kanal.-Июль-август 1993. №6-7.

Фальц-Фейн Э.А. «Мои предки не смотрели на Луну»/Биография.-2007.-№.9 – С.94-108.

Хронологічне зібрання законів, указів президії Верховной Ради, постанов и распоряджень уряду Украинской РСР. Том перший. 1917-1941 рр. К., 1963.

Штах Я. Очерки из истории и современной жизни южнорусских колонистов. М., 1916.

Heiss L. Das Paradis in der Steppe. Stuttgart,1970.

Stumpp K. Die Auswanderung aus Deutschland nach Russland in den Jahren 1763 bis 1862. Landsmannschaft der Deutschen aus Russland. - 1993.
Плесская (Зеебольд) Эльвира Германовна, историк. Одесса.Украина.

Н. В. Венгер

(Днепропетровск)



Достарыңызбен бөлісу:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   20




©dereksiz.org 2024
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет