Виктимологические аспекты профилактики преступлений в отношении несовершеннолетних



жүктеу 249.51 Kb.
Дата21.07.2016
өлшемі249.51 Kb.
Ю. НИКОЛАЕВА,

кандидат юридических наук,

заведующая кафедрой уголовно-правовых дисциплин МИЭМП
ВИКТИМОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ

ПРОФИЛАКТИКИ ПРЕСТУПЛЕНИЙ В ОТНОШЕНИИ НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИХ
Слово "виктимология" происходит из соединения двух латин­ских слов – "victima" (жертва) и "logos" (учение, знание) и означает учение о жертве. Виктимология изучает потерпевших от преступлений, не­счастных случаев, стихийных бедствий. Одним из разделов виктимологии принято считать криминальную виктимологию, концентрирующую свое внимание на потерпевших от преступлений.

Место виктимологии в системе юридических наук остается спорным: одни авторы считают ее подотраслью криминологии1, другие склонны относить ее к сфере криминалистики2. Представляется, что комплексная сущность виктимологии очевидна, что не мешает признанию ее самостоятельного научного статуса и научной ценности ее положений. Некоторые авторы небезосновательно говорят о ювенальной виктимологии, изучающей несовершеннолетних потерпевших от преступлений3.

Ключевыми понятиями криминальной виктимологии являются: криминальная виктимность, виктимизация, жертва преступления. Криминальная виктимность, чаще всего понимается как повышенная способность человека в силу ряда духовных, физических, социальных качеств при определенных объективных обстоятельствах стать жертвой преступного посягательства.

В более широком плане криминальная виктимность – это обусловленное наличием в обществе преступности и лиц, обладающих повышенной индивидуальной виктимностью, социальное явление, характеризующиеся чертами массовости, исторической изменчивости, социальной обусловленности, системности, негативными последствиями, которое проявляется в совокупности виктимных поступков и лиц, их совершивших, на определенной территории за определенный период времени4.

Как видно, существует несколько определений виктимности, но большинство ученых, занимающихся этой проблемой, неизменно подчеркива­ют повышенную виктимность детей и подростков.

Общеизвестно, что несовершеннолетним присущи психологические особенности, свойственные детскому и подростковому возрасту. Для многих подростков эти особенности, имеющие виктимологическое значение, включают в себя внушаемость, доверчивость, жажду приключений, любопытство, дезориентированность в конфликтных ситуациях. Малолетние в любых случаях явля­ются беспомощными перед авторитетом взрослого человека, их субъективная возможность противодействовать преступнику и самостоятельно ориентиро­ваться в опасных ситуациях бывает очень невысокой. Все указанное делает эту возрастную группу повышенно виктимной, - т.е., ее представители предрасположены при определенных условиях, стать жертвой преступлений, особенно со стороны взрослых лиц5.

Виктимизация представляет собой негативно-социальную форму реагирования личности на ситуацию вокруг преступления. Это специфическое состояние, которое связано с конкретной личностью, способной в силу обстоятельств стать жертвой преступления6. С одной стороны, виктимизация – это процесс превращения лица в жертву, а с другой стороны – определенный результат совершенных преступлений, характеризующийся качественными и количественными показателями совокупности членов общества, пострадавших от преступлений7.

"Виктимизация" и "преступность", категории сопутствующие и неразрывно связанные. Виктимизация является составной частью процесса криминализации общества. На уровне массового явления виктимизация завершает процесс формирования преступности, и, следовательно, без виктимизации нет преступности и наоборот8.

По мнению экспертов Мирового общества виктимологии, к основным перспективным направлениям развития виктимологии, в частности, относятся:


  • … теория и онтология определения жертвы преступлений в политическом, личностном и социальном контексте;

  • соотношение положений Декларации основных принципов правосудия для жертв преступлений и жертв злоупотребления властью и национального законодательства;

  • помощь жертвам по правительственной и общественной линии;

  • ресторативная юстиция и виктимологические исследования …9

В международно-правовых актах отмечается необходимость проведения разъяснительной работы по предупреждению виктимизации, а также по защите, оказанию помощи и выплате компенсаций жертвам преступлений10.

В Декларации основных принципов правосудия для жертв преступлений и злоупотреблений властью, принятой Генеральной Ассамблеей ООН в 1985 г. в качестве основания для признания лица жертвой преступления называется причинение вреда в результате деяния, которое нарушает действующие национальные уголовные законы.

Ст. 52 Конституции РФ гласит: "Права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом. Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного вреда"11.

При сравнении положений ст. 52 Конституции РФ с международно-правовыми нормами, закрепляющими права жертв преступлений, следует отметить, что ее положения в целом не противоречат положениям последних. Поскольку в Конституции РФ имплементирована норма о правах жертв из Декларации ООН, то предпочтительным является подход, позволяющий отождествлять конституционное понятие "потерпевшие от преступлений" не с уголовно-процессуальным понятием потерпевшего, которое, как представляется, слишком узкое и затрагивает только одну сторону статуса пострадавших от преступлений, а с понятием "жертва преступления" (далее – жертва), сформулированным в указанной Декларации.

Обратимся непосредственно к анализу некоторых положений актов международного права, касающихся защиты прав потерпевшего. Под термином "жертвы" понимаются лица, которым был причинен вред, включая телесные повреждения или моральный ущерб, эмоциональные страдания, материальный ущерб или существенное ущемление их основных прав в результате действия или бездействия, нарушающего действующие национальные уголовные законы.

Кроме этого, международные акты под термином "жертвы" понимают также и лиц, которым был причинен вред, включая телесные повреждения или моральный ущерб, эмоциональные страдания, материальный ущерб или существенное ущемление их основных прав в результате действия или бездействия, еще не представляющего собой нарушения национальных уголовных законов, но являющегося нарушением международно признанных норм, касающихся прав человека. То или иное лицо может считаться "жертвой" независимо от того, был ли установлен, арестован, предан суду или осужден правонарушитель, а также независимо от родственных отношений между правонарушителем и жертвой. Термин "жертва" также включает близких родственников или иждивенцев непосредственной жертвы, а также лиц, которым был причинен ущерб при попытке оказать помощь жертвам, находящимся в бедственном положении, или предотвратить виктимизацию12.

Отсюда вывод: международно-правовые акты предполагают, что нормы о защите прав потерпевших не должны зависеть от факта криминализованности того или иного деяния в контексте национального законодательства, поскольку существует и иной критерий противоправности – нарушение прав человека, сформулированных в актах международного права. Это и правильно – ведь может быть и так, что в национальном законодательстве есть эффективные нормы о защите прав потерпевших, но они "касаются" только потерпевших от преступлений.13 И тогда, например, ущерб, причиненный международно-признанным правам человека деянием, формально в данном государстве не являющимся преступлением, не будет возмещен.

Основными положениями, которые должны быть восприняты российской правовой системой из указанных международно-правовых актов, следует назвать:

- расширение понятия "потерпевший от преступления" через рассмотрение его в рамках понятия "жертва преступления", содержащегося в Декларации основных принципов правосудия для жертв преступлений и злоупотреблений властью;

- обеспечение возмещения вреда потерпевшим в случаях некриминализованности в национальном законодательстве причинившего ущерб деяния, являющегося нарушением международных норм о правах человека.

Несмотря на широкое употребление в нормативном материале различных отраслей российского права термина "потерпевший", определяется это понятие лишь в Кодексе об административных правонарушениях Российской Федерации14 и в уголовно-процессуальном законе (в каждом из них – по-разному) и исследуется преимущественно в уголовно-процессуальной научной литературе. Статья 42 Уголовно-процессуального кодекса РФ гласит: "Потерпевшим является физическое лицо, которому преступлением причинен физический, имущественный, моральный вред, а также юридическое лицо в случае причинения преступлением вреда его имуществу и деловой репутации. Решение о признании потерпевшим оформляется постановлением дознавателя, следователя, прокурора или суда"15.

В Уголовном кодексе РФ16 отсутствует определение понятия "потерпевший от преступления", хотя сам термин используется в 10 % от общего числа статей Особенной части Уголовного кодекса РФ.

В науке уголовного права и уголовного процесса еще много спорных вопросов, связанных с понятием потерпевшего, например: с какого момента лицо становится потерпевшим? Обсуждается 3 варианта ответа:


  1. с момента признания лица таковым постановлением следователя или актом иного компетентного должностного лица или органа;

  2. с момента подачи заявления 17;

  3. с момента причинения вреда18.

В большинстве зарубежных стран вообще не существует института признания лица потерпевшим - там юридическим фактом, непосредственно влекущим возникновение и реализацию правового статуса потерпевшего, является сам факт обнаружения лица, которому предположительно причинен вред19. Эта позиция вполне логична, такой подход основан на объективном критерии, отражающем реальное событие, - наличие причиненного вреда. Если лицо, непосредственно пострадавшее от преступления, не признано (специальной процедурой) потерпевшим, оно, независимо от этого, является потерпевшим. Будучи формальным актом, процессуальное решение либо отсутствие такового не могут "отменить" факта причинения вреда. С этих позиций реализованный в уголовно-процессуальном законодательстве вариант решения данного вопроса не выдерживает критики, т.к. дает почву для субъективизма по отношению к потерпевшему. Второй вариант ответа, по-видимому, более оптимален, чем первый, однако и он не учитывает того факта, что при наличии причиненного вреда, даже если заявление потерпевшего отсутствует, это не должно препятствовать расследованию уголовного дела и восстановлению нарушенных прав и интересов.

В науке обсуждается и вопрос о различных понятиях потерпевшего и о специфике их взаимосвязи и/или взаимозависимости между собой.

В большинстве случаев упоминаются бытовое, виктимологическое, международно-правовое, уголовно-процессуальное, уголовно-материальное понятие потерпевшего20.

Традиционно понятие потерпевшего закрепляется в российском уголовно-процессуальном законодательстве. Анализируя уголовно-процессуальную норму, П.С. Дагель признавал понятие "потерпевший" общим для уголовного и уголовно-процессуального права, исходя из того, что в закрепленном в законодательстве понятии потерпевшего "первое предложение дает именно материально-правовое понятие, а второе предложение определяет, при каких условиях потерпевший становится участником уголовного процесса, приобретает процессуальные права и обязанности"21.

С этим мнением приходится согласиться, т.к. по факту так оно и есть, но это лишь подтверждает правомерность тезиса о том, что даже при наличии единой законодательной дефиниции потерпевшего нужно иметь ввиду два аспекта потерпевшего – материальный уголовно-правовой (основанный на криминологическом понятии потерпевшего) и уголовно-процессуальный,22 диалектика взаимосвязи которых предполагает взаимодополняемость, но ни в коем случае не конкуренцию.

Закрепленное в уголовно-процессуальном законодательстве понятие потерпевшего по своему содержанию смешанное (двоякое). Однако нет необходимости сочетать в единой легальной дефиниции потерпевшего и материальные, и процессуальные признаки. Признание лица потерпевшим, осуществленное должностным лицом, – лишь формальность, документальное отражение объективной реальности, играющее вспомогательную роль.

Отдельного рассмотрения заслуживает вопрос о том, какие виды вреда характеризуют потерпевшего. От пределов криминализации вреда зависит содержание категории "потерпевший" и возможности ее применения на практике. Вред – это последствия преступления, т.е. те изменения, которые произведены в объекте посягательства23. В юридической литературе все виды преступного вреда, в зависимости от характера и механизма нарушения общественного отношения, подразделяются на несколько типов.

Так, вызываемые преступным действием изменения С.В. Землюковым подразделяются на четыре типа. Первый тип вредного изменения объекта посягательства характеризуется утратой материального или нематериального блага. Это вредное изменение возникает при совершении разрушающего действия. Второй тип вредного изменения состоит в определении вредного состояния, положения. Третий тип вредных изменений объекта посягательства состоит в осуществлении запрещенной законом деятельности, результатом которой является создание (производство) вредных для общества запрещенных продуктов. Четвертый тип вредного изменения состоит в недостижении (ненаступлении) общественно-полезного блага.24 Указанные изменения могут быть связаны с причинением ущерба физическому здоровью жертвы, материальными потерями, с психическими травмами, с дезадаптацией и десоциализацией жертвы преступления. С точки зрения действующего законодательства, все перечисленные виды негативных воздействий преступления на жертву могут быть сведены к физическому, имущественному и моральному вреду, причиняемым жертве преступления. Вместе с тем вред, причиняемый жертве преступлением, не ограничивается только прямым и непосредственным ущербом, наступившим в результате первичной виктимизации. Не меньшее значение имеют и последствия вторичной виктимизации, связанные с отношением к жертве преступления лиц из ближайшего социального окружения, органов социального контроля, врачей, адвокатов правонарушителей и т.п.25

Вред, причиняемый потерпевшему, является одной из наиболее дискуссионных категорий криминологии и уголовного права, исследование этой категории показывает наличие заметных различий между виктимологическим и правовым понятием потерпевшего. Так, в понятии потерпевшего в ст. 42 УПК РФ дан исчерпывающий перечень видов вреда, причинение которого является одним из условий признания потерпевшим. Такое ограничительное толкование не имеет какого-либо криминологического обоснования, поскольку легко представить себе практическую ситуацию, когда подобный формализм может негативно сказаться на эффективности защиты прав потерпевших.

Например, отнюдь неочевидно, входит ли в используемое в ст. 42 УПК РФ понятие имущественного вреда упущенная выгода. Кроме того, особое значение данный аспект вопроса приобретает в контексте проблемы "рикошетных жертв" в связи со спецификой вреда, причиняемого последним. В этом же ряду можно поставить ситуации, когда вследствие совершения преступления нарушаются права и законные интересы лица без причинения ему физического, имущественного, морального вреда. Таким образом, в дефиниции потерпевшего важнее указать на масштабы вреда (существенный вред), тогда как вид вреда сам по себе абсолютно не принципиален.

Далеко не однозначен вопрос о том, насколько широким должно быть понятие потерпевшего – какие категории лиц и на каких основаниях должны подпадать под это понятие. Традиционно в наиболее общем виде этот вопрос формулируется следующим образом: какое значение для решения вопроса о наличии фигуры потерпевшего имеет то, является ли причинившее вред общественно опасное деяние преступлением или же в силу некоторых обстоятельств деяние, объективно причиняющее вред, не является преступным.

Пересмотр традиционной точки зрения о том, что потерпевший – это лицо которому причинен вред непосредственно преступлением, влечет за собой необходимость переосмысления многих важных теоретических вопросов, среди которых: пределы уголовно-правового регулирования, основания и пределы криминализации, пределы юридически значимой причинной связи, оптимальный баланс публично-правового и частноправового регулирования в сфере защиты личности от преступных посягательств и их последствий.

В научной литературе вызывает разногласия вопрос о том, следует ли при решении вопроса о круге лиц, являющихся потерпевшими, считать таковыми помимо лица, ставшего непосредственным объектом воздействия, также и иных лиц, чьим правам и интересам причинен какой-либо существенный ущерб26 (далее по тексту – "иные лица"). Отдельные исследователи полагают, что потерпевший – это только тот, кому вред причинен непосредственно преступлением27. Другие авторы, напротив, считают, что в отдельных случаях необходимо признавать потерпевшими также и иных лиц, в частности лиц, которым причинен вред в результате действий лица в состоянии невменяемости28 или лица, не достигшего возраста уголовной ответственности. Отметим, что международные акты также указывают на необходимость защиты иных лиц.

Соглашаясь с расширительной трактовкой понятия потерпевшего, как представляется, необходимо включить в него следующие категории лиц:

- родственники и близкие убитого;

- родственники и близкие потерпевшего от особо тяжкого преступления;

- лица (за исключением преступников), которым причинен вред в результате действий лица в состоянии необходимой обороны или крайней необходимости либо при наличии иных обстоятельств, исключающих преступность деяния;

- лица, которым причинен вред в результате действий лица в состоянии невменяемости.

Первый подход – речь идет о широком понимании потерпевшего - заключается в том, чтобы считать всех этих лиц потерпевшими29. Такой подход принято называть виктимологическим (и именно он является единственно верным), т.е. де-факто это потерпевшие, но де-юре они до сих пор не могут быть признаны таковыми со всеми вытекающими отсюда правовыми последствиями.

Второй подход суживает понятие потерпевшего. Он заключается в том, чтобы признавать потерпевшими только лиц, ставших непосредственным объектом преступного воздействия, а "иных лиц" обозначать терминами: "правопреемники потерпевшего"30, "жертвы"31, "пострадавшие"32, "жертвы правового случая"33.

Как представляется, целесообразность широкого подхода очевидна, поскольку именно он согласуется с международными стандартами.

Отметим, что в современном уголовном и уголовно-процессуальном праве чаще реализуется второй подход, поскольку в законодательстве используется узкое понятие потерпевшего, а правовое регулирование защиты прав и интересов "иных лиц" находится за пределами уголовного права и процесса. Иначе говоря, сейчас "иные лица" не пользуются какой-либо правовой защитой. Естественно, что обе категории – потерпевшие и "иные лица" - в равной мере вправе претендовать на использование публично-правовых средств защиты их интересов, нарушенных преступлением.

Другой нерешенный вопрос, заключается в том, что нередко "иным лицам" не к кому предъявить свои претензии. Если у непосредственного потерпевшего такие трудности, как правило, возникают лишь тогда, когда имеют место нерозыск преступника или его неплатежеспособность, то у "иных лиц", кроме того, еще и трудности юридического характера – правовая незащищенность, неполноценность правового статуса.

Для "иных лиц" подобная ситуация – общее правило. Современное уголовно-процессуальное законодательство предусматривает некоторые исключения из этого правила, например, родственники погибшего потерпевшего в качестве его правопреемников и законные представители несовершеннолетнего потерпевшего. С одной стороны, это говорит о постепенном признании прав "иных лиц" законодателем, с другой стороны, это не очень большой шаг вперед, поскольку в этом случае речь идет лишь о правопреемстве в отношении того объема прав, который причитается потерпевшему, но не может быть реализован последним по причине его смерти или несовершеннолетнего возраста. Что же касается того факта, что и самим этим лицам – родственникам погибшего потерпевшего и законным представителям несовершеннолетнего потерпевшего - причиняется моральный, а порой и имущественный вред, то это находится за пределами правового регулирования.

Представляется, что не следует исключать иных лиц из числа тех, кто может охватываться понятием "потерпевший от преступления" по тем основаниям, что они только опосредовано связаны с преступлением. Иные лица испытывают такие же страдания и проявляют такие же симптомы психологических затруднений, как и остальные категории потерпевших. Члены семей жертв убийств, партнеры и супруги изнасилованных женщин, родители ограбленных подростков, родственники потерпевших от краж и иных преступлений описывают сходные психологические симптомы от непрямой виктимизации так же, как и прямые жертвы34.

Это связано как с эмоциональными и поведенческими реакциями на причинение вреда субъекту, к которому привязаны иные лица, так и с обычными человеческими представлениями о безопасности и справедливости окружающего мира, нарушаемыми преступлением, возможно - с ощущением страха и незащищенности, не покидающим нас с момента столкновения с неизвестным35.

По данным немецких виктимологов, у лиц, ставших жертвами ограблений или краж со взломом, наблюдаются такие симптомы: нервозность - 86 % и 81 %; истерический плач - 78 % и 60 %; страх - 75 % и 70 %; шок - 50 % и 38 %; нарушения памяти - 20 % и 5 %; гнев - 38 % и 42 %. Сходные психологические реакции наблюдаются не только у потерпевших, но и у иных лиц. Так, телефонный опрос 12500 респондентов жителей США показал, что 2,8 % выборки были членами семьи жертв убийства, 3,7 % были отдаленными родственниками убитых, а 2,7 % - близкими друзьями убитых. Таким образом, 9,3 % выборки составили лица, которые не являясь "де-юре" потерпевшими, были иными лицами - потерпевшими "де-факто". Анализ психологических реакций этих лиц показал, что 23,4 % из них испытывали ярко выраженный синдром посттравматического стресса, около 40 % соответствовали показателям синдрома посттравматического стресса хотя бы по одному диагностическому критерию36.

Представляется, что расширение круга лиц, признаваемых потерпевшими – один из возможных путей совершенствования правовой защиты интересов личности.

Криминологи обосновано указывают, что жертвой преступления является любое физическое лицо (социальная общность, организация), которому преступлением причинен физический, материальный или моральный ущерб37, однако действующее законодательство пока не восприняло такой подход. Вышеизложенное свидетельствует о недостаточном уровне законодательной техники, о нетождественности криминологического, материально-правового и уголовно-процессуального понятий потерпевшего. Криминологическое понятие потерпевшего первично, а потому имеет приоритет над всеми иными, например, уголовно-процессуальным, природа соотношения которых между собой аналогична соотношению цели и средства. Средства не должны затмевать или подменять собой цели, а напротив, должны соответствовать им.

Разумеется, потерпевшим следует считать лишь лицо, которому причинен существенный ущерб. В "традиционном" понятии потерпевшего этот аспект учитывается через категории "преступление" и "малозначительность преступления", т.е. при малозначительности причиненного ущерба правоприменитель через ст. 14 Уголовного кодекса РФ констатирует отсутствие преступления. Для предлагаемой в настоящей работе концепции потерпевшего критерий малозначительности в отношении вышеуказанных "иных лиц" "не работает", поскольку причиняемый "иному лицу" вред не столь прямо связан с преступлением, а в отдельных случаях такая связь заведомо отсутствует, например, в случае причинения вреда в результате действий лица в состоянии необходимой обороны или крайней необходимости либо при наличии иных обстоятельств, исключающих преступность деяния, а также в случае причинения вреда в результате действий лица в состоянии невменяемости.

С учетом вышеизложенного предлагается следующая формулировка криминологически обоснованного понятия потерпевшего:

"Потерпевшим является человек или социальная группа, которым преступлением либо общественно опасным деянием причинен физический, имущественный, моральный или иной существенный вред".

Рассматривая вопрос о преступлениях, в которых потерпевшими выступают несовершеннолетние, необходимо проводить четкое разграничение между криминологической и уголовно-правовой категориями. С точки зрения криминологической характеристики, к преступлениям, в которых потерпевшим выступает несовершеннолетний, может быть отнесено любое уголовно наказуемое общественно опасное деяние, в результате которого несовершеннолетнему причинен вред (физический, имущественный или моральный).

Соотношение преступлений против несовершеннолетнего и преступлений, в которых он выступает потерпевшим, следует рассматривать как соотношение части и целого: во всяком преступлении против несовершеннолетнего он выступает в качестве потерпевшего, но не всякое преступление, где потерпевшим выступает несовершеннолетний, является собственно преступлением против несовершеннолетних.

Таким образом, в уголовно-правовом смысле преступлениями против несовершеннолетних следует считать: вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления (ст. 150 Уголовного кодекса РФ), вовлечение несовершеннолетнего в совершение антиобщественных действий (ст. 151 Уголовного кодекса РФ), подмену ребенка (ст. 153 Уголовного кодекса РФ), незаконное усыновление (удочерение) (ст. 154 Уголовного кодекса РФ), неисполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего (ст. 156 Уголовного кодекса РФ), злостное уклонение от уплаты средств на содержание детей (ч. 1 ст. 157 Уголовного кодекса РФ).

К иным преступлениям, потерпевшим в которых может выступать несовершеннолетний, следует отнести:

а) преступления против жизни и здоровья: истязание (п. "г" ч. 2 ст. 117 Уголовного кодекса РФ), заражение венерической болезнью (ч. 2 ст. 121 Уголовного кодекса РФ), заражение ВИЧ-инфекцией (ч. 3 ст. 122 Уголовного кодекса РФ);

б) преступления против свободы: похищение человека (п. "д" ч. 2 ст. 126 Уголовного кодекса РФ), незаконное лишение свободы (п. "д" ч. 2 ст. 127 Уголовного кодекса РФ), торговля людьми (п. "б" ч. 2 ст. 127.1 Уголовного кодекса РФ), использование рабского труда (п. "б" ч. 2 ст. 127.2 Уголовного кодекса РФ);

в) преступления против половой неприкосновенности: изнасилование (п. "д" ч. 2 и п. "в" ч. 3 ст. 131 Уголовного кодекса РФ), насильственные действия сексуального характера (п. "д" ч. 2 и п. "в" ч. 3 ст. 132 Уголовного кодекса РФ), половое сношение или иные действия сексуального характера с лицом, не достигшим шестнадцатилетнего возраста (ст. 134 Уголовного кодекса РФ), развратные действия (ст. 135 Уголовного кодекса РФ);

г) преступления против общественной безопасности: захват заложника (п. "д" ч. 2 ст. 206 Уголовного кодекса РФ);

д) преступления против здоровья населения и общественной нравственности: незаконные производство, сбыт или пересылка наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов (п. "в" ч. 2 ст. 228.1 Уголовного кодекса РФ), склонение к потреблению наркотических средств и психотропных веществ (п. "в" ч. 2 ст. 230 Уголовного кодекса РФ), вовлечение в занятие проституцией (ч. 3 ст. 240 Уголовного кодекса РФ), изготовление и оборот материалов или предметов с порнографическими изображениями несовершеннолетних (ст. 242.1 Уголовного кодекса РФ);

е) преступления против мира и безопасности человечества: наемничество (ч. 2 ст. 359 Уголовного кодекса РФ).

По данным научных исследований, в структуре виктимизации несовершеннолетних наибольший удельный вес составляют потерпевшие от преступлений против половой неприкосновенности (50%), 26% - потер­певшие от преступлений против жизни и здоровья, 16% - против семьи и несовершеннолетних, 4,5% - против собственности и 3,5% - против общественной безопасности38. Таким образом, по­давляющее большинство преступлений против несовершенно­летних составляют не собственно посягательства на семью и несовершеннолетних, а насильственные преступления против жизни, здоровья и половой неприкосновенности.

Подтверждением самостоятельности и значимости данного направления профилактического воздействия на преступность являются положения Федерального закона от 24 июня 1999 г. № 120-ФЗ "Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних"39, в соответствии с которым основными задачами деятельности по профилактике безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних являются: выявление и пресечение случаев вовлечения несовершеннолетних в совершение преступлений и антиобщественных действий; обеспечение защиты прав и законных интересов несовершеннолетних; социально-педагогическая реабилитация несовершеннолетних, находящихся в социально опасном положении.

Являясь одним из направлений профилактики преступлений, виктимологическая профилактика представляет собой методическую основу "поддержания особого подвида безопасности – виктимологической, которая обеспечивает защищенность граждан от реализации присущих им виктимных свойств и качеств, создает благоприятные условия, дающие возможность выявлять, устранять или нейтрализовывать факторы и ситуации, способствующие совершению преступлений в отношении конкретных лиц, выявлять группы риска или конкретных лиц с повышенной степенью виктимности, воздействовать на них с целью восстановления или активизации их защитных свойств, а также разрабатывать либо совершенствовать уже имеющиеся специальные средства защиты граж­дан от преступлений и их последующей виктимизации"40.

Виктимологическая профилактика преступлений в отношении несовершеннолетних обладает определенной спецификой, связанной с особенностями несовершеннолетнего как жертвы преступления. В научной литературе неоднократно отмечалось, что "виктимология правонарушения несовершеннолетних столь же важна, как и его криминология. Ряд психологических особенностей возраста несовершеннолетних ... в одинаковой мере может способствовать становлению и преступника, и жертвы некоторых видов преступлений". По данным исследований, проведенных рядом авторов, удельный вес несовершеннолетних потерпевших превышает удельный вес несовершеннолетних, совершивших преступления, - 31,3 % и 23,7% соответственно. По мнению исследователей, это объясняется тем, что ряд психологических особенностей возраста несовершеннолетних: доверчивость, легкая внушаемость, наивность, любопытство, неумение адекватно реагировать на быстро изменяющиеся ситуации в силу незавершенности их нравственного формирования, отставание психического развития от развития физического, преобладание в психической деятельности процессов возбуждения над процессами торможения, а иногда и просто физическая слабость ребенка, - все это способствует становлению жертв преступления более, чем становлению преступника41.




1 См.: Галушко Д.М. Ювенальная виктимология: криминологические и социально-психологические проблемы: Дисс…канд.юрид.наук. – М., 2002 г., С. 13.; Задорожный В.И. Концептуальные основы виктимологической профилактики преступлений: Автореферат дисс…докт.юрид.наук. – М., 2006 г., С. 11.

2 См.: Шинкевич Н.Е. Актуальные проблемы криминалистической виктимологии: Автореферат дисс… канд.юрид.наук. - Челябинск, 2004 г., С. 5.

3 См.: Галушко Д. М. Ювенальная виктимология: Криминологические и социально- психологические проблемы: Автореферат дисс… канд.юрид.наук. - М., 2003 г., С. 4-8; Пудовочкин Ю.Е. Преступления против несовершеннолетних: криминологический анализ. - Ростов-на-Дону: РЮИ РПА Министерства юстиции РФ; Ставрополь: Сервисшкола, 2004 г., С. 6.

4 См.: Задорожный В.И. Концептуальные основы виктимологической профилактики преступлений: Автореферат дисс…докт.юрид.наук. – М., 2006 г., С. 18.

5 См.: Балаян Э., Фефелов П.А. Виктимологический анализ несовершеннолетних. - Душанбе, 1989, С.27; Туктарова И.Н. Уголовно-правовая охрана несовершеннолетних: Дисс… канд.юрид.наук. - Саратов, 2000 г., С. 169.

6 См.: Сафиуллин Н.Х. Криминологический анализ виктимного поведения несовершеннолетних. - Казань, 2001 г., С.16.

7 См.: Криминология: Учебник для вузов / Под ред. проф. В.Д. Малкова. – М.: ЗАО "Юстицинформ", 2006 г., С. 186.

8 См.: Квашис В.Е. Основы криминологии. - М.: Издательский дом "Note Bene", 1999 г., С. 119.

9 См.: Туляков В.А. Виктимология (социальные и криминологические проблемы). - Одесса, "Юридична Лiтература", 2000 г., С. 142.

10Резолюция Генеральной Ассамблеи ООН 45/107 от 14 декабря 1990 г. "Международное сотрудничество в области предупреждения преступности и уголовного правосудия в контексте развития" // Издание Организации Объединенных наций. Нью-Йорк, 1992.

11 Конституция Российской Федерации (принята на всенародном голосовании 12 декабря 1993 г.) // Российская газета. 1993. 25 декабря.

12 Декларация основных принципов правосудия для жертв преступления и злоупотребления властью. Утверждена резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН 40/34 от 29 ноября 1985 г. // Советская юстиция. 1992. № 9/10, с. 39.

13 Но, например, не касается пострадавших от общественно опасных деяний, совершенных невменяемыми.

14 Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях от 30 декабря 2001 г. № 195-ФЗ (с изм. и доп. от 9 февраля 2007 г.) // СЗ РФ. 2002. № 1 (часть I). Ст. 1.

15 Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18 декабря 2001 г. № 174-ФЗ, ст. 42 (с изменениями от 30 декабря 2006 г.) // СЗ РФ. 2001. № 52 (часть I).Ст. 4921.

16 Уголовный кодекс РФ от 13 июня 1996 г. № 63-ФЗ (с изм. и доп. от 30 декабря 2006 г.) // СЗ РФ. 1996 г. № 25. Ст. 2954.

17 См.: Абабков А.В. Процессуальное положение потерпевшего в уголовном процессе: Автореферат дисс…канд.юрид.наук. – М., 1998 г., С. 11, 17.

18 См.: Булгаков Д.Б. Потерпевший в уголовном праве и его криминологическая характеристика: Автореферат дисс… канд.юрид.наук. – Ставрополь, 2000 г., С. 11-12.

19 См.: Парий А.В. Потерпевший от преступления на досудебных стадиях уголовного судопроизводства США (сравнительно-правовое исследование): Автореферат дисс… канд.юрид.наук. – Волгоград, 1997 г., С. 7, 17; Уголовный кодекс Франции. / Науч. ред. Л.В, Головко, Н.Е. Крыловой, пер. с французского и предисловие Н.Е. Крыловой. – СПб.: Издательство "Юридический центр Пресс", 2002 г., с. 50-51; Уголовный кодекс ФРГ / Перевод и предисловие А.В. Серебренниковой. – М., ИКД "Зерцало-М", 2001 г., с. 25.

20 См.: Ривман Д.В. Криминальная виктимология. – СПб., Питер, 2002 г., с. 34-35.; Батюкова В.Е. Потерпевший в уголовном праве: Автореферат дисс…канд.юрид.наук. – М., 1995 г., С. 20-21; Франк Л.В. Потерпевшие от преступления и проблемы советской виктимологии / Под ред. Мелкумова В.Г. – Душанбе, Ирфон, 1977 г., С. 40-41.

21 См.: Дагель П.С. Потерпевший в советском уголовном праве // Потерпевший от преступления / Под ред. П.С. Дагеля. – Владивосток: Изд-во Дальневосточного ун-та, 1974 г., С. 23.

22 См.: Божьев В.П. К вопросу о понятии потерпевшего в советском уголовном процессе // Ученые записки ВИЮН. Вып. 15. - М., 1962 г., С. 152.

23 См.: Кузнецова Н.Ф. Значение преступных последствий для уголовной ответственности. – М.,: Госюриздат, 1958 г., С. 10; Малеин Н.С. Возмещение вреда, причиненного личности. – М.: "Юридическая литература", 1965 г., С. 5.

24 См.: Землюков С.В. Преступный вред: теория, законодательство, практика: Автореферат дисс…докт.юрид.наук. - М., 1993 г., С. 16.

25 См.: Туляков В.А. Виктимология (социальные и криминологические проблемы). - Одесса, "Юридична Лiтература", 2000 г., С. 35.

26 См.: Савицкий В.М. Потерпевший от преступления: расширение прав, усиление процессуальных гарантий // Советское государство и право. 1986. № 5, С. 80.

27 См.: Красиков А.Н. Сущность и значение согласия потерпевшего в советском уголовном праве. – Саратов: Изд-во Сарат. ун-та, 1976 г., С. 6;.Сидоров Б.В. Поведение потерпевших от преступления и уголовная ответственность. – Казань: АЛБАК-ЮЛДАШ, 1998 г., С. 37.

28 См.: Варпаховская Е.М. Компенсация морального вреда потерпевшему в российском уголовном процессе: Автореферат дисс…канд.юрид.наук. – Иркутск, 2002 г., С.12.

29 См.: Ривман Д.В. Криминальная виктимология. – СПб., Питер, 2002 г., С. 34-35; Прянишников Е. Потерпевший от преступления // Законность. 1994. № 12. С. 36-37.

30См.: Сидоров Б.В. Поведение потерпевших от преступления и уголовная ответственность: Автореферат дис…докт.юрид.наук. – М., 1998 г., С.10-11.

31 См.: Там же, С. 10-11.

32 См.: Сумачев А.В. Пострадавший как субъект уголовного правоотношения: Автореферат дисс…канд.юрид.наук. - Рязань, 1997 г., С. 10-12, 16; Красиков А.Н., Ной И.С. Сущность и значение согласия потерпевшего в советском уголовном праве. – Саратов, Изд-во Сарат. ун-та, 1976 г., С. 37-38.

33 См.: Сидоров Б.В. Поведение потерпевших от преступления и уголовная ответственность: Автореферат дис…докт.юрид.наук. – М., 1998 г., С. 10-11.

34 См.: Туляков В.А. Виктимология (социальные и криминологические проблемы). - Одесса, "Юридична Лiтература", 2000 г., С. 37.

35 См.: Riggs David S., Kilpatrick Dean G. Families and friends. Inderect victimization by crime // Victims of crime: problems, policies and programs. - London, 1990. Р. 126-135.

36 См.: Там же. Р. 124.

37 См.: Туляков В.А. Виктимология (социальные и криминологические проблемы). - Одесса, "Юридична Лiтература", 2000 г., С. 38.

38 См.: Галушко Д.М. Ювенальная виктимология: Криминологические и социально-психологические проблемы: Автореферат дисс…канд.юрид.наук. – М., 2003 г., С. 7.

39 См.: Федеральный закон от 24 июня 1999 г. № 120-ФЗ "Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних" (с изменениями 5 января 2006 г.), ст. 2 // СЗ РФ. 1999. № 26. Ст. 3177.

40 Цит. по: Задорожный В.И. Концептуальные основы виктимологической профилактики преступлений: Автореферат дисс…докт.юрид.наук. – М., 2006 г., С. 18-19.

41 См.: Минская В.С., Чечель Г.И. Виктимологические факторы и механизм преступного поведения. – Иркутск: изд-во Иркутского университета,1988 г., С. 75.


©dereksiz.org 2016
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет