Выражаем глубокую признательность Международному фонду «Культурная инициатива» и лично Джорджу Соросу за финансовую поддержку серии Лики культуры


Л.М. Брагина. «Культура Возрождения в Италии» Якоба Буркхардта



бет35/35
Дата20.06.2016
өлшемі3.39 Mb.
#150186
1   ...   27   28   29   30   31   32   33   34   35

Л.М. Брагина. «Культура Возрождения в Италии» Якоба Буркхардта

Традиция восприятия

Созданный почти полтора столетия тому назад труд Якоба Буркхардта «Культура Возрождения в Италии» на долгие годы повлиял на научное осмысление Ренессанса независимо от того, как воспринималась концепция швейцарского историка ее сторонниками и критиками. Ставшее классическим сочинение Буркхардта не превратилось со временем в некую академическую ценность, оно все еще оказывает живое воздействие на новые поколения читателей. Его продолжают переводить и переиздавать на многих языках, цитируют,соизмеряют с его идеями положения новейших исследований культуры Возрождения Закономерен вопрос — в чем же сила удивительной притягательности книги Буркхардта? Ответ заключен прежде всего в ее различных достоинствах, а вернее —в их совокупности: эта книга отличается яркой, неординарной концепцией и богатством использованного автором исторического материала, она обладает композиционным совершенством и необычайно выразительна по литературному стилю. Ей присуща, наконец, общая эмоциональная окраска, которая отражает глубокую увлеченность, можно даже сказать — сродненность автора с предметом исследования. В этом труде в полной мере раскрылся творческий талант Буркхардта как историка культуры, создавшего эстетически безупречное произведение.

Работе Буркхардта тематически предшествовали труды его выдающихся современников — Жюля Мишле и Георга Фойгта.Их усилиями в историографии XIX в. прокладывалась линия решительного противостояния Возрождения средневековью.Французский историк говорил о перевороте в мировоззрении эпохи Возрождения, смысл которого он видел в разрушении духовных оков, наложенных католической церковью. Ренессансный гуманизм выдвинул новое, принципиально отличное от

 

==541

 средневекового понимания проблемы «человек и мир». Историческую роль Возрождения Мишле заключил в емкую, ставшую крылатой формулу — «открытие мира» и «открытие человека», задавшую светскую тональность исследованиям ренессансной культуры во второй половине XIX в.

В труде немецкого историка Г. Фойгта «Возрождение классической древности или первый век гуманизма» (1859 г.) последовательно обосновывалось значение античного наследия в развитии гуманизма как важной составляющей всей ренессансной культуры В гуманизме Фойгт находил прежде всего проявление светскости и индивидуализма2. Подходы Мишле и Фойгта к трактовке Возрождения, высвечивающей новизну этой культурной эпохи, ее отличие от традиций средневековья, оказались близки концепции Буркхардта, которую он четко выразил в своем труде «Культура Италии в эпоху Возрождения»

Типические черты ренессансной культуры, как и породившей ее переходной исторической эпохи, швейцарский историк связывал с развитием индивидуализма в мировоззрении и реальной общественной жизни (сильные личности правителей,кондотьеров и т.д.), с активным утверждением светского начала в мышлении и поведении людей, с воскрешением и глубоким освоением античной культуры. Буркхардт рассматривал ренессансную культуру Италии как целостное явление, имеющее свою специфику, черты отличия и от средних веков, и от последующего Нового времени. Историческая функция культуры Возрождения, по Буркхардту, в том, что она осуществила поворот от «корпоративности» средневековья к «раскованной индивидуальности» Нового времени.

В основе выдвинутой Буркхардтом концепции итальянского Возрождения лежит тезис о его своеобразии, неповторимости,типологической ограниченности от культурного развития предшествующей и последующей эпох. Это проявилось, по его мнению, не только & синтезе «народного духа» с классическим наследием, мощным проявлением которого стал индивидуализм,не только в светской ориентации ренессансной культуры, но ив общей эстетической окраске жизни эпохи, заметной во всем— от государственной системы до праздников.

Показателен первый раздел книги Буркхардта, посвященный анализу государства как произведения искусства Художественное начало автор видит в деяниях правителей небольших итальянских государств, обретавших власть не в силу правовых традиций наследования или избрания, а благодаря политическому и военному таланту, смелости, нравственной раско­

 

==542

ванности Свободная сильная личность добивается успеха в опоре на самое себя и формирует политический строй на подвластной территории, руководствуясь неким собственным идеалом, в какой-то мере уподобляясь в этом художнику.

Яркая индивидуальность итальянского тирана XIVXV вв. ,волевого, решительного, жестокого представлялась Буркхардту одним из символов новой эпохи, отмеченной раскрепощением личности Но этот процесс противоречив* в небольших деспотических государствах не исчезает, а, наоборот, усугубляется насилие над личностью подданных, да и сама придворная среда не способствует раскрытию индивидуальности Virtu —соединение силы, таланта, доблести — в большей мере отличает лишь пробившихся к власти тиранов И хотя они проявляют немало художественного вкуса в оформлении своего правления, в его атрибутике, подлинная жизнь деспотических государств далека от эстетизированной гармонии, подчеркивает. Буркхардт. И если республиканская Флоренция уже в XIV в. всемерно способствовала «развитию индивидуальности», то«тираны не выносили никакой другой индивидуальности, кроме своей собственной и своих прислужников» (с 14).

Становление ренессансного индивидуализма — центральный тезис выдвинутой Буркхардтом концепции Возрождения. Именно в раскрепощении и расцвете личности он видит главное проявление того нового, что привнесла Италия в развитиеевропейской цивилизации Несмотря на все препоны, этот процесс набирал силу, выводя Италию в лидеры передовых стран«В средние века обе стороны сознания — обращенного человеком к миру и к своей внутренней жизни — пребывали как бы под неким покровом, в грезе и полудремоте человек познавал себя только как часть расы, народа, партии, корпорации,семьи или какой-либо другой формы общности В Италии этот покров впервые развеивается человек становится духовным индивидом и познает себя таковым» (с 88) — (uomo unico, uomosingolare) Буркхардт не раз возвращается к этой мысли на страницах своей книги «Итальянский дух, свободный от бесчисленных ограничений, препятствовавших продвижению вперед в других странах, высокоразвитый индивидуально и вышколенный наследием античности, обратился к открытию окружающего мира, отважившись на то, чтобы приступить к его изображению в слове и форме» (с 185)

Буркхардт не только принимает упоминавшийся выше тезис Мишле, но и стремится наполнить его конкретным содержанием в литературе «открытие мира» и «открытие человека»

 

==543

наиболее выпукло выразил жанр биографии И здесь лидерство итальянцев несомненно, ибо у них «разыскание характеристических черт выдающихся людей» становится господствующим стремлением, чем они отличаются от других западных народов (с. 218). Высоко оценивая заслуги Италии в формировании ренессансной культуры, швейцарский историк порой приходит к не вполне оправданной их абсолютизации Таково, к примеру, следующее его утверждение. «Когда стремление к высшему развитию личности встречалось в действительно могучей и разносторонней натуре, способной постигнуть все элементы тогдашнего образования, то явился «всесторонний человек», I*uomo universale, который встречается только в Италии» (с. 91) Итальянское Возрождение явило миру немало ярких, разносторонне одаренных талантов, но неверно усматривать в этом лишь прерогативу Италии (если, конечно, Буркхардт имел здесь в виду всю ренессансную эпоху, а не XV век, для которого его наблюдение сохраняет свою силу) Эта эпоха, резко расширившая горизонты человеческого познания и творчества,породила uomo universale в европейском масштабе. Что же касается Италии, ее особого вклада в процесс становления свободной личности, то он объясним отчасти спецификой ее социально-политического развития в средние века здесь не сложилась юридически оформленная сословная структура общества,границы между разными его слоями не были жесткими, престиж знатности происхождения не был столь высоким, как в других странах Европы. Это относится прежде всего к городской среде, где были прочными позиции торгово-ремесленной верхушки и ценилась не столько феодальная родовитость,сколько личные деловые качества, приводившие к успеху на хозяйственном и политическом поприще. В этой особенности средневекового итальянского общества, унаследованной и развитой в эпоху Возрождения, Буркхардт усматривает и некое эстетическое начало, характерное, по его убеждению, для самых разных сторон культуры и жизни Италии Чем меньше разница по рождению доставляла определенные привилегии, тем более человек старался соблюдать свои интересы, тем более жизнь в обществе должна была стесняться собственной силой и облагораживаться. Появление единичности и высшая форма общежительности «делаются свободно, сознательно творимым произведением искусства» (с 243).

По мысли Буркхардта, эстетизм имманентен итальянскому«народному духу», хотя он особенно четко обозначается и обретает иные, чем прежде, формы воплощения, когда склады­

 

==544

ваются благоприятные обстоятельства—такова эпоха Возрождения Швейцарский историк весьма обстоятельно прослеживает на разнообразном фактическом материале характер художественной выразительности, специфику эстетического вкуса в искусстве и литературе, в различных проявлениях жизни общества и государственных структурах, в культуре повседневности и праздничных действах Последние его особенно привлекают как концентрированное выражение характерного для времени использования взаимосвязи, комплекса искусств—от живописи декораций, преображающих привычный облик улиц и площадей, до пения, пантомимы, массовых танцев. И в самом обращении к содружествам искусств, и в масштабах, в которых это делается, Буркхардт усматривает важный показатель образованности и культуры общества

В празднике Буркхардт видел некий переход от повседневной жизни к жизни искусству, когда нравственно религиозные и поэтические идеалы народа принимают осязательные формы. Расцвет праздничных церемоний в Италии XV в — лидировала Флоренция — он непосредственно связывает с ренессансной культурой, с укреплением ее социального престижа Карнавальные костюмированные шествия и триумфы, состязания,традиционные мистерии церковного содержания и процессии масок в сочетании с мифологическими пантомимами, сопровождавшиеся пением и балетом, наконец,пышные въезды триумфаторов — правителей и полководцев — все это знаменовало,по мысли Буркхардта, утверждение в празднике светского начала, происходившее под влиянием античности и объединившее самые разные искусства В празднике ренессансной эпохи доминировали аллегория и шутка, радостная, жизнеутверждающая атмосфера.

Эстетическое чувство итальянцев Буркхардт возводит к античным корням, прежде всего к римской древности. Именно связь с первоистоками, полагает он, дала столь блестящий результат, каким стало Возрождение в Италии Языческая мифология в литературе и искусстве, идея римского величия и претензии на его наследие в политической мысли, страстное увлечение сочинениями древних авторов, собирательство и переписка античных рукописей, коллекционирование антиков и подражание римским предкам в образе жизни — все эти характерные приметы итальянского Возрождения ярко высвечены в работе Буркхардта.

Новый взгляд итальянцев на свое прошлое, их активное творческое восприятие античной культуры, римской и гречес­

 

==545

кой, способствовали секуляризации представлений о мире и человеке. Результатом стало укрепление светских тенденций в мировоззрении и реальной жизни эпохи. Влиянию ренессансной культуры оказалась подвержена и католическая церковь. Решительный поворот к светскости не означал, однако, как показывает Буркхардт, выхода ренессансной культуры за пределы христианского мировоззрения. Тем не менее светскость,индивидуализм и возрождение античности — эти важнейшие характеристики Ренессанса — позволяют ясно наметить грань между новой культурной эпохой и средневековьем. Для Буркхардта эта грань несомненна: она представлялась ему даже столь четкой, что не позволила увидеть ряд линий преемственности Возрождения с некоторыми традициями средневековой культуры. Впрочем, Буркхардт и не ставил перед собой эту задачу — ее как проблему выдвинули его критики на новом этапе изучения Ренессанса. Главная цель труда Буркхардта иная —раскрыть новаторский характер итальянского Возрождения,оценить его роль в судьбах европейской цивилизации.

В своем труде он рисует широкое, богатое оттенками полотно итальянского Возрождения. Культура и ее исторический контекст воссозданы здесь в их взаимосвязи и целостности. В методологии Буркхардта органически сочетаются цивилизационный ракурс рассмотрения эпохи Возрождения в Италии и типологический анализ ренессансной культуры. Взятая во всем многообразии исторических реалий, эта культура оказывается в труде Буркхардта предметом осмысления в ее самобытности,отличий прежде всего от культуры средних веков. Типологическому подходу оказался принесенным в жертву ракурс динамики итальянского Возрождения, этапов его развития.

Культура Возрождения в Италии предстает у Буркхардта как картина трехвековой эпохи, которая раскрывается не столько в исторической эволюции, сколько морфологически, в типических чертах. Не случайно в книге Буркхардта нет систематического изложения истории итальянского гуманизма. Он и не ставил перед собой такую задачу, хотя впоследствии критики нередко укоряли его за это. Все, что касается гуманизма, Буркхардт набрасывает широкими мазками, выявляя главное — его идейную направленность. Одной из основных задач гуманизма стало, по его мнению,познание внутреннего мира человека и его творческих возможностей. Именно с гуманизмом связывал Буркхардт разностороннее знакомство с индивидуальностью во всех ее проявлениях. Акцент в книге ставится, таким образом, не на специфике гуманизма как части культуры Ренессанса, а на специфике этой культуры в це­

 

==546

лом. Труд Буркхардта стал не только блестяще осуществленным«открытием» Ренессанса: сама насыщенность книги важнейшей для изучения этой эпохи проблематикой на многие десятилетия оказала сильнейшее воздействие на различные направления исследовательской мысли.

В изучении Ренессанса сложилась прочная традиция восприятия работы Буркхардта «Культура Возрождения в Италии»как классической3. Попытки перечеркнуть значение труда швейцарского историка, предпринимавшиеся и в прошлом, и в нынешнем столетии, оказались неубедительными. Хотя освещение различных аспектов и целостной картины ренессансной культуры стало в наши дни одной из широко разветвленных отраслей исторической науки, привлекающей специалистов самых разных профилей — историков, философов, искусствоведов, литературоведов и т.д., труд Буркхардта, оставшийся памятником исключительно важного значения в историографии XIX в., не утратил своей способности стимулировать исследовательскую мысль и сегодня: он сохраняет роль живой в своей основе, побуждающей к размышлениям книги.

Еще в последние десятилетия XIX в. в историографии Возрождения наметились две тенденции — последовательное развитие концепции Буркхардта, углубленная разработка его положений и, напротив, стремление опровергнуть главные тезисы швейцарского историка. К первым принадлежал, в частности, Людвиг Гейгер, который был не только автором собственных исследований по истории культуры Возрождения в Европе, особенно в Германии, но и тем ученым, которому Буркхардт доверил расширить, дополнив новыми материалами, свой труд,не затрагивая его концепции. В числе наиболее решительных оппонентов Буркхардта в конце прошлого — начале нынешнего столетия были Г. Тоде и К. Бурдах.

Немецкий историк Г. Тоде в работе «Франциск Ассизский и начало ренессансного искусства» (1885 г.), отвергая тезис о светском характере культуры Возрождения, сводил на нет значение языческих элементов в ее формировании, а корни индивидуализма искал в мистицизме и субъективизме средневековой религиозной мысли. Другой немецкий историк— К. Бурдах в своем труде «Реформация, Возрождение, Гуманизм» (1918 г.)поставил целью опровергнуть «еще бытующую идею, что Возрождение носило отпечаток рационалистической светскости»4.Новое понимание искусства, литературы, науки, равно как и новая концепция человека, были предопределены, по его мнению, «пышным цветением» христианской религии в XIII в. О­

 

==547

тсюда его поиски в XIIIXIV вв. «Возрождения религиозного» и оценка возрастающего светского начала в XV в. как кризиса новой культуры.

В современной историографии линию «медиевизации» культуры Возрождения отчасти продолжает американский исследователь Ч. Тринкаус, настаивающий на континуитете гуманизма с христианским мировоззрением средневековья. Этим по сути снимается острота проблемы отношения Возрождения к средним векам и к античности, так как у Тринкауса получается единая линия поздней античности (христианской) от «отцов церкви» сквозь все средние века к ренессансной эпохе. Не отрицая индивидуализма как характерной черты Возрождения, Тринкаус иначе, чем Буркхардт, трактует содержание этого понятия —в духе идущей от патристики идеи индивидуального спасения5.При таком подходе светские аспекты ренессансной культуры нивелируются, размывается то новое, что появилось в ней, разрушая традиции.

Не останавливаясь на различных вариантах критики концепции Возрождения, выдвинутой Буркхардтом, отметим лишь, что круг его сторонников и последователей оказался весьма широким. Философы Б. Кроче, Э. Кассирер (можно назвать немало других имен), как и Буркхардт, подчеркивали своеобразие ренессансного мировоззрения и светский характер гуманистического учения о человеке, его опору на рационалистические основания античной мысли. Подходы Буркхардта к оценке Возрождения разделяют и многие видные современные историки культуры — Э. Гарэн, Г. Барон, Ф. Гаэта, Ч. Вазоли, Р. Фубини,П. Бёрк6. В их трудах исходной является позиция признания прежде всего новаторских тенденций ренессансной культуры,ее светской окраски, во многом предопределенной самими масштабами освоения античного наследия.

В то же время в этом историографическом направлении более дифференцированно решается проблема ренессансного индивидуализма. В этой связи в гуманистических учениях о человеке, его отношении к миру и обществу выявляется многообразие этических концепций: в одних случаях они утверждают приоритет гражданственных идей, подчинение частных интересов принципу «общего блага» (что не противоречит представлениям Буркхардта о раскрепощении личности как важной черте эпохи Возрождения), в других случаях подчеркиваются самоценность индивида, широчайшие возможности его воли, познания, творчества. Многокрасочней стала и картина преемственных связей ренессансной культуры с традициями средне­

 

==548

вековья — они представляются ныне не только более разнообразными, но и достаточно тесными, не менее значимыми для культуры Возрождения, чем связи с античностью. В отличие от Тринкауса здесь не признают столь доминирующей роль константных мировоззренческих структур, выявляют их трансформацию, рождение новых идей, новых подходов к проблемам жизни человека и общества.

Не затрагивая всех аспектов большой и многогранной темы восприятия и оценки труда Буркхардта «Культура Возрождения в Италии» современными зарубежными исследователями ренессанса, обратимся к рассмотрению интерпретации этого труда в отечественной историографии.

Еще в 18661868 гг. в Болонье на итальянском языке были опубликованы в четырех томах под названием «Вилла Альберти» результаты исследования архивов Италии молодым русским ученым Александром Николаевичем Веселовским (18381906 гг.)7. Он обнаружил и издал с обширным введением и комментариями неизвестную ранее рукопись начала XV в., в которой отразилась картина «общественного брожения во Флоренции последних годов XIV в.»8. Русский вариант этого труда вышел в 1870 г. с подзаголовком «Новые материалы для характеристики литературного и общественного перелома в итальянской жизни XIVXV столетия». Именно «Вилла Альберти» положила начало европейской известности А.Н.Веселовского. Вскоре он стал профессором Петербургского университета, внес большой вклад в изучение также и русской литературы, широко пользовался методами сравнительного исследования литератур разных народов Европы9. В 18931894 гг. Веселовский опубликовал в двух томах еще один труд по истории ренессансной культуры Италии — «Боккаччо, его среда и сверстники»,— ставший весьма заметным явлением в русской историографии Возрождения.

В этих капитальных исследованиях и ряде статей Веселовский на огромном фактическом материале развивает свою концепцию итальянского Возрождения, которая перекликается с идеями Буркхардта, но в целом достаточно самостоятельна.Характерными чертами Ренессанса в Италии Веселовский, как и Буркхардт, считает его светские тенденции и сплав классических начал и народных преданий, что наложило на всю культуру«отпечаток индивидуальности в личном и народном смысле»10: Русский исследователь не разделяет, однако, подхода Буркхардта к итальянскому Возрождению как целостности («один организм») и предлагает анализировать его исторически, вы­

 

==549

деляя несколько этапов в его трехвековой традиции11. Высшим достижением Ренессанса Веселовский считает итальянскую литературу XIV в. — «золотую пору» Данте, Петрарки, Боккаччо, выразивших дух «народного самосознания». XV век он ставит менее высоко, полагая, что на основе подражания древними культа классической латыни ослабевает творческий характер литературы, хотя в то же время происходит обогащение исторической и философской мысли. XVI век, по мнению Веселовского, в литературе — пора эпигонов, многочисленных подражателей Петрарке и Боккаччо12. В оценках итальянского Возрождения, данных Воселовским, главным критерием стала способность культуры выразить «народный дух». Нельзя не заметить и некоторого сходства позиций Веселовского и Буркхардта— последний также мало ценил неолатинскую поэзию Возрождения, как лишенную подлинной жизни. В глазах обоих исследователей «итальянский народный дух» был главным носителем национальных особенностей ренессансной культуры Италии.

Выдвинутая Буркхардтом концепция итальянского Возрождения нашла еще более последовательное выражение и развитие в трудах крупного русского историка Михаила Сергеевича Корелина. Он родился в 1855 г. и прожил всего 44 года. Выпускник Московского университета, талантливый молодой исследователь в 18851887 гг. изучал архивы и библиотеки Италии, Франции, Англии. Результатом явился четырехтомный труд«Ранний итальянский гуманизм и его историография» (опубликован в 1892 г., вторым изданием вышел в 1914 г.). В этой работе целыми страницами цитировались десятки рукописей неизвестных ранее сочинений итальянских гуманистов, прежде всего их этические и педагогические трактаты, а также публицистика, переписка. В научный оборот был введен огромный документальный материал. За этот капитальный труд, представленный автором на защиту как магистерская диссертация, ученый совет историко-филологического факультета Московского университета присудил М.С.Корелину сразу докторскую степень.Труд Корелина получил высокое одобрение в многочисленных рецензиях, в том числе в немецких и итальянских журналах, а также в статьях о его творчестве13. Став профессором Московского университета, Корелин продолжал работать над историей итальянского гуманизма. В эпохе Возрождения его, человека либеральных взглядов, всегда привлекал процесс становления свободной личности14. Идея ренессансного индивидуализма, столь выпукло представленная в книге Буркхардта, оказалась близкой его устремлениям.

 

К оглавлению



==550

Вернер Кеги в известной работе о Буркхардте сетовал на то,что при жизни швейцарского историка его «Культура Возрождения в Италии» не получила развернутого историографического анализа, если не считать рецензий15. Между тем в первом томе труда Корелина «Ранний итальянский гуманизм», посвященном историографии итальянского Возрождения в XVIIIXIX вв., детально разобрана работа Буркхардта, причем в широком сопоставлении с предшествующей и современной литературой16.

Корелин отмечает, что пользовался вторым авторским(1869 г.) и четвертым гейгеровским (1885 г.) изданием книги.Труд Буркхардта русский историк назвал «одним из самых блестящих произведений западноевропейской историографии»17.Корелин утверждал, что «единственная идея», объединяющая все отдельные части созданной Буркхардтом «общей культурной картины, — индивидуализм и его проявления. Культура ренессанса, по Буркхардту, индивидуалистическая культура. В проведении этого взгляда на Возрождение заключается главная и огромная заслуга автора»18. По мнению Корелина, его собственные исследования гуманистической литературы Италии вполне подтверждают мысль швейцарского историка, что Возрождение — «проявление индивидуализма»19. В то же время русский критик с сожалением отмечает, что Буркхардт не прослеживает историю гуманистического движения и не дает ему общей оценки. Его анализы сочинений гуманистов эскизны, причем остались в стороне важнейшие их произведения этико-политического содержания. Не разделяет Корелин и в целом статичный подход Буркхардта к характеристике ренессанской культуры Италии.

Зато одну из важных заслуг швейцарского историка Корелин усматривает в том, что он «первый выдвинул вопросе влиянии политических переворотов на развитие гуманизма и подчеркнул родство между обоими движениями», хотя и не обосновал подробно свой тезис20. Корелин отмечает и «замечательно глубокие мысли» Буркхардта в том разделе его книги, который посвящен религии2*. Разделяет он и положение Буркхардта о том, что на отношение гуманистов к религии сильный отпечаток накладывали их субъективизм и светскость. Таким образом, подчеркивая большой вклад швейцарского историка в понимание проблем итальянского Возрождения, Корелин принимал его концепцию индивидуализма и светскости как характерных черт ренессанской культуры, но считал серьезным недостатком книги Буркхардта отсутствие всестороннего анализа гуманистической мысли. По мнению Корелина, это привело к

 

==551

не совсем верному представлению о ней на первом плане оказалось подражание древним, а творческое начало гуманизма осталось не раскрытым22

Именно этому творческому аспекту гуманизма, связанному с развитием этики, педагогики, политических идей, уделено главное внимание в труде самого Корелина. Он энергично подчеркивал новую для его времени мысль о приоритете этики и ее огромном влиянии на мировоззрение ренессансной эпохи. Он связывал это с процессом освобождения личности, который стимулировал формирование новой морали, ее секуляризацию и антиаскетическую направленность Важнейшую заслугу гуманистов русский историк видел в «освобождении мысли от церковного авторитета», в создании новой этики, педагогики, новой политической теории и науки23

Рисуя в своем труде развернутую картину истории гуманистического движения XIV — первой половины XV в , Корелин привлекал множество рукописных текстов, стремился выявить индивидуальные особенности творчества гуманистов Его интересовала роль не только выдающихся, но и «рядовых» деятелей ренессансной культуры, специфика локальных центров ее развития В то же время он обосновывал представление о гуманизме как о новом мировоззрении для него зарождение этико-философской гуманистической мысли означало крутой перелом общего миросозерцания, а не продолжение средневековой схоластики в новом обличье и не расчленение на «истинное христианское мировоззрение» и «ложное языческое»Он обращает внимание на своеобразие понимания религиозности у гуманистов, стремившихся «примирить» Христа и Цицерона Корелин старается высветить в гуманизме прежде всего-то новое, светски-рационалистическое, что он вносит не только в развитие отдельных областей знания, но и в общую перестройку системы взглядов на человека и окружающий его мир. Гуманизм, по убеждению Корелина, не сменил средневековые авторитеты на античные, а был занят созданием новой светской культуры, которая опиралась на античность и отвечала запросам современного общества Более решительно, чем Буркхардт, Корелин подчеркивает светскую направленность ренессансной культуры, широко используя в аргументировании этого тезиса гуманистическую мысль, преимущественно первой половины XV в

Русский историк не был склонен относить достижения гуманизма и связанный с ними перелом в мировоззрении лишь к заслугам национального итальянского духа, в этом он расходился с Веселовским «Идеи гуманистов носят не национальный,                  

==552

 а общечеловеческий характер» — утверждал Корелин24 Доказательство этого он видел в распространении гуманистического движения по всей Европе, а сам этот процесс считал «результатом культурного роста личности», что стало знамением культурного развития европейских народов в эпоху Нового времени25

Труды Корелина, его исследовательский метод оказали сильное воздействие на русскую историографию XX в. В конце1920х годов к его работам был проявлен интерес и в Германии В Лейпциге под руководством Вальтера Гетца готовилась серия публикаций «Источники по духовной истории средних веков и Возрождения» Первый том этой серии — «Гуманистические и философские сочинения Леонардо Бруни» — был подготовлен и издан в 1928 г в ту пору молодым исследователем итальянского гуманизма Гансом Бароном26 В предисловии В Гетца сообщалось, что в этой же серии готовится к изданию перевод работы М С Корелина «Ранний итальянский гуманизм». По мнению Гетца, пример Корелина ясно показывает, какую массу «ценнейшего материала могут вывести на свет исследования, проведенные в итальянских и французских библиотеках»27У нас нет сведений о причинах, по которым перевод труда Корелина не вышел в свет Важно, однако, что группа немецких историков, в числе которых был и Г.Барон, знала основные выводы русского историка. Ряд идей Барона, которые он развивал в своих работах последующих лет, перекликался со взглядами Корелина28 В свою очередь освоение в русской историографии 19601970х годов концепций итальянского гуманизма,выдвинутых Г Бароном, Э Гарэном и другими крупнейшими зарубежными исследователями, которые, как и Корелин, подчеркивают значение этико-философской мысли гуманизма, было облегчено на русской почве существованием традиции, восходящей к Корелину

Одним из главных пропагандистов идей Корелина стал профессор Московского университета Николай Иванович Кареев,подготовивший в 1914 г второе издание его труда о раннем итальянском гуманизме. Кареев придерживался близкого Буркхардту и Корелину взгляда на роль индивидуалистических настроений в складывании ренессансной культуры29 «В основе гуманистических стремлений, — по словам Кареева, — лежало глубокое убеждение в высоком достоинстве человеческой природы и в признании за отдельной личностью полного права на всестороннее развитие всех свойств»30 В своих работах Кареев делал акцент на секуляризации философии, науки и литературы, ренессансной культуры в целом, которую начал гуманизм.

                                           

==553

В русле этих общих подходов, продолжающих линию Буркхардта в оценке культуры Возрождения в Италии, развивалась и русская историография советского времени В ней утверждалась идея самобытности ренессансной культуры, подчеркивалось, в частности, что освобождение личности от традиций догматического, схоластического мышления средневековья отличает эпоху Возрождения от предшествующего периода европейской истории. До последнего времени отечественным историкам были чужды концепции «медиевизации» культуры Возрождения, заметные в западной историографии XX в Приверженные марксистскому методу, советские исследователи особое внимание уделяли проблеме исторических предпосылок ренессансной культуры и ее социальным аспектам, связывали формирование нового мировоззрения с зарождением раннекапиталистических отношений Так, известный специалист по истории ренессансной культуры Италии Алексей Карпович Дживелегов в работах 1920-1930х гг. рассматривал гуманистическое мировоззрение как отражение прежде всего интересов «торговой и промышленной буржуазии», что приводило его порой к упрощенному толкованию культурных явлений эпохи Возрождения31 Историческую роль Ренессанса он сформулировал следующим образом «культурный переворот, стоящий в тесной связи с переворотом хозяйственным, выражающийся в росте индивидуализма и мирской точки зрения, в упадке церковной идеи и в усилении интереса к древности»32 Как видим, особенности Возрождения в Италии, намеченные Буркхардтом, прочно вошли в отечественную историографию Дживелегова особенно привлекала идея ренессансного индивидуализма Возрождение, по его мнению, выдвинуло на первый план запросы личности, которые получили осмысление в гуманизме33.

Матвей Александрович Гуковский (18981971 гг.), видный историк культуры, автор труда «Итальянское Возрождение» обращал внимание на переходный характер эпохи Возрождения, в рамках которой осуществился, по его словам, «универсальный переворот» —социально-экономический, политический и культурный34Показывая взаимодействие исторических и культурных реалий этой эпохи, Гуковский акцентировал элементы новаторства в самых разных сферах итальянской действительности XIVXV вв. Гуманизм он рассматривал как влиятельное идейное течение,выразившее прогрессивную идеологию новых социальных сил,прежде всего — нарождающейся буржуазии35

Подобный взгляд на культуру Возрождения был характерен и для Виктора Ивановича Рутенбурга (1911-1988 гг.), крупного

 

 

 



==554

 историка-итальяниста. В работах «Италия и Европа накануне Нового времени», «Титаны Возрождения» и ряде других Рутенбург последовательно развивал идею тесной взаимосвязи ренессансной культуры с особенностями социально-экономического и политического строя итальянских государств36 Формирование «ранне буржуазной», по его словам, культуры Возрождения он соотносил с зарождением в Италии мануфактурного производства и возникновением синьории, сменившей коммунальный строй городовреспублик37 Особенно значимыми Рутенбург считал светские мотивы ренессансной культуры.

Иную оценку социально-политических предпосылок итальянского Возрождения дал в своем фундаментальном труде один из крупнейших историков искусства Виктор Никитич Лазарев(1897-1976 гг. )38 Свободные городские коммуны — вот та историческая база, на которой, по его убеждению, развивался процесс складывания новой культуры, отмеченной крушением старых принципов и появлением нетрадиционных идей и подходов в искусстве, литературе, гуманистической мысли В гуманизме Лазарев видел прогрессивное идейное течение, новое мировоззрение, не сводимое к реставрации античного наследия, хотя и широко опиравшееся на него, и отмеченное решительной секуляризацией разных сторон культуры Он критически относился к «медиевизации» Ренессанса, полагая главным в подходе к изучению культуры Возрождения выявление ее оригинальных черт и отличий от средневековой культуры Лазарев указывал в этой связи, что у Буркхардта правильно выдвигаются на первый план передовые элементы Возрождения39.

В новейшей русской историографии наметился широкий спектр взглядов по ряду спорных вопросов, в том числе о социальной природе ренессансной культуры, о ее связи с античным наследием и традициями средневековья, о соотношении индивидуалистических и гражданственных идей в гуманизме и т д. Имя Якоба Буркхардта постоянно упоминается в трудах отечественных специалистов разных профилей — историков культуры и искусства, литературоведов, философов, однако посвященного ему исследования, которого, безусловно, заслуживает этот выдающийся швейцарский историк, на русском языке все еще нет Можно надеяться, что данное издание послужит импульсом к созданию такого труда

Предлагаемый русскому читателю новый перевод первоначального текста «Культуры Возрождения в Италии» (с некоторыми добавлениями, см с 450)—еще одно свидетельство непреходящей ценности этого труда.

 

==555

 

Примечания

* Michelet J. Histoire de France au seizieme siecle, v. 7. La Renaissance.Pans, 1856.



2 Voigt G. Die Wiederbelebung des classischen Alterthums Oder daserste Jahrhundert des Humanismus. Berlin, 1859. Bd. 12; Фойгт Г.Возрождение классической древности или первый век гуманизма (пер.с нем.), Т. 12, М, 18841885.

3 Ferguson W.K. The Renaissance in historical thought. Five centuriesof interpretation. Boston, 1948.

4 Thode H. Franz von assisi und die Anfange der Kunst der Renaissancein Italien. Berlin, 1885; Burdach K. Reformation, Renaissance, Humanismus.Berlin, 2.Aufl. — 1935, S.V.

5 Tnnkaus Ch. In our image and likeness. Humanity and divinity in Italianhumanist thought. V. 12. Chicago—London, 1970; idem. The scope ofrenaissance humanism. Michigan, 1983.

6 Gann E.L*umanesimo italiano. Filosofia e vita civile nel Rinascimento.Roma, Ban, 1986; idem. La cultura del Rinascimento. Milano, 1988; J.Burckhardt. La civilta del Rinascimento in Italia (trad. ital.); introduzione diE. Gann. Firenze, 1952; 6 ed., Firenze, 1980. Гарэн Э. Проблемы итальянского Возрождения. М., 1986; Baron H. From Petrarch to LeonardoBruni. Studies humanistic and political literature. Chicago, 1968; idem. Insearch of Florentine civic humanism. Essays on the transition from medievalto modern thought. V. 12. Pnnceton, 1988; Gaeta F. Dal comune alia cortennascimentale / La Litteratura italiana. V. I: II litterato e le istituzioni. Torino,1982; Vasoli C. Umanesimo e Rinascimento. Palermo, 1976; idem. Immaginiumanistiche. Napoli, 1983; Fubini R. Umanesimo e secolarizzazione,daPetrarca a Valla. Roma, 1990; Burke P. Culture and society in RenaissanceItaly. 14201540. New York, 1972.

7 Wesselofsky A. II Paradise degli Alberti de Giovanni da Prato. Bologna,18661868.

8 Веселовский А.Н. Вилла Альберти. Новые материалы для характеристики литературного и общественного перелома в итальянской жизни XIV-XV столетия. М„ 1870. С. XIV.

9 Горский И.К. Александр Веселовский и современность. М., 1975.

10 Веселовский А.Н. Собрание сочинений, т. 3, серия 2: Италия и Возрождение. СПб. 1908. С. 563.

11 Веселовский А.Н. Вилла Альберти. С. VI.

12 Веселовский А.Н Боккаччо, его среда и сверстники / Собрание сочинений, т. 5, Пг. 1915.

13 Библиографию о М.С. Корелине и его труде см.: Корелин М.С Ранний итальянский гуманизм и его историография. Т. 1. СПб., 1914.С. XXXII. Там же статья Н.И. Кареева — М.С. Корелин как историк гуманизма, С. VII-XXII.

14 Сафронов Б.Г. Вопросы исторической теории в работах М.С Корелина. М. 1984. С. 32, 35

15 Kaegi W. Jacob Burckhardt. Eine Biographie. Bd. Ill, Basel, Stuttgart,1956. S. 701.

16 Корелин М.С. Ранний итальянский гуманизм, т. 1. С. 213-220.

 

==556



17Там же. С. 213.

18Там же.

19 Там же.

20 Там же. С. 215.

21 Там же. С.219.

22 Там же. С. 216.

23 Там же. С. 266.

24 Там же. С. 270.

25 Там же.

26Leonardo Bruni Aretino. Humanistischphilosophische Schriften/Hrsg.Dr.Hans Baron, Leipzig^ Berlin, 1928.

27 Ibid., S. VII.

2S Baron H. The crisis of the early Italian Renaissance. V. 12, Princeton,1955.

29 Кареев Н.И. Отзыв о сочинении проф. Корелина под заглавием «Ранний итальянский гуманизм и его историография». СПб., 1897; Он же. Общий ход всемирной истории. СПб., 1903. С. 149151.

30 Кареев Н.И. Общий ход всемирной истории. С. 151.

31 Дживелегов А.К. Начало итальянского Возрождения. М., 1925; Он же. Очерки итальянского Возрождения. М., 1929; Он же. Никколо Макиавелли / Макиавелли. Сочинения. Т. 1, М., 1934.

32 Дживелегов А.К. Начало итальянского Возрождения. С. 37.

37 Там же. С. 159.

34 Гуковский М.А. Итальянское Возрождение. Т. 12, М.Л., 1947,1961. Второе издание—Л., 1990.

35 Гуковский М.А. Итальянское Возрождение. Т. 1. С. 103-104, 248-249,273.

36 Рутенбург В.И. Италия и Европа накануне нового времени. Л.,1974; Он же. Титаны Возрождения. Л., 1976.

37 Рутенбург В.И. Италия и Европа накануне нового времени. С. 261-262.

38 Лазарев В.Н. Происхождение итальянского Возрождения. Т. 13,М., 1958-1979.

39 Лазарев В.Н. Происхождение итальянского Возрождения, Т. 1. С. 8.

 

Достарыңызбен бөлісу:
1   ...   27   28   29   30   31   32   33   34   35




©dereksiz.org 2024
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет