Значит, говорят об этом только согласно своим представлениям и своему воображению, которые являются чистейшей фантазией. В



бет3/9
Дата17.07.2016
өлшемі2.07 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9
jam fiunt fieri quae posse negabam,

Et nihil est de quo non sit habenda fides!
(Совершается уже все, что я считал невозможным, и нет ничего, во что нельзя было верить).

В самом деле, нельзя себе представить ничего более смешного, более нелепого, чем то, чему учит и чему заставляет верить эта религия. В доказательство стоит только обратить еще внимание, на чем основывают наши ученые христопоклонники свои чудесные и дивные тайны; это вас поразило бы, если бы я уже не открыл вам этого наполовину, но надо вам сказать это ясно и открыто.



Они основываются исключительно на нескольких двусмысленных словах жалкого фанатика, своего Христа, который сказал им, что он и его отец — одно, что он пошлет им дух истины, исходящий от его отца и от него. Отсюда они выводят свою пресловутую пресвятую и пребожественную тайну троицы, которую они признают единым богом в трех лицах; они называют последних отцом, сыном и святым духом, словно двусмысленные слова их Христа могли иметь лишь один смысл. Держа в руках хлеб, от которого он давал вкушать своим апостолам, Христос сказал им1: Примите, ядите, сие есть тело мое. Точно так же, предлагая им в чаше вино, он сказал: Пейте от него все, ибо это кровь моя, кровь нового завета, которая будет пролита во спасение многих. При этих словах, как настаивают наши ученые христопоклонники, их Христос превратил хлеб и вино в тело свое и кровь свою, дал апостолам действительно свое тело и кровь, свою душу и божественность под видом и видимостью хлеба и вина, которые он дал им пить и есть, как-будто эти слова их Христа не могли иметь иного смысла, чем тот, который они придают ему. Из того, что Христос наказал своим апостолам поступать таким образом в память о нем, выводится заключение, будто он дал в тот момент своим апостолам и в их лице преемникам их, которыми в настоящее время являются священники, власть превращать, как он, хлеб и вино в его тело и кровь, а следовательно также в его душу и божественность; ведь, поскольку он был живым телом, каковым он, по их мнению,
1 Матф., 26:28. /260/
и остается, это тело не могло быть без его души, как и бог не мог быть там без своей божественности. Таким образом на двусмысленных словах фанатика наши ученые христопоклонники строят свои воображаемые тайны, которые они называют сверхъестественными и божественными. На основании двусмысленных слов фанатика они поклоняются богу в трех лицах и трем лицам в едином боге; на основании тех же двусмысленных слов этого фанатика они приписывают себе силу и власть создавать богов из теста и муки, создавать их в таком количестве, сколько им вздумается; согласно их принципу им надо произнести только четыре слова над любым количеством фигурок из теста или стаканов вина, и они могут наделать столько богов, сколько перед ними этих фигурок и стаканов, хотя бы это были тысячи и миллионы. Они предполагают, что при помощи своих четырех слов: сие есть тело мое, или: сие есть кровь моя, слов, признаваемых ими за действительные сами-по-себе, они имеют одинаковую возможность освятить одну фигурку или сотни тысяч и тысячи миллионов этих фигурок и что следовательно им одинаково возможно таким способом сделать одного бога или сотни тысяч и тысячи миллионов богов. Что за безумие! Эти пустые люди, эти церковники, эти обманщики народов, не могут со всем воображаемым могуществом их бога Христа создать хотя бы крошечную муху или ничтожнейшего земляного червя, а считают, что могут творить богов тысячами. Их бог Христос не мог бы дать им силу сотворить хотя бы одно пшеничное, ячменное или овсяное зерно; следовательно он не мог дать им силу творить сколько и когда угодно богов, превращая четырьмя словами хлеб и вино в его тело и кровь. Надо быть пораженным странной слепотой, странным предрассудком, чтобы верить в это и настойчиво поддерживать эти смехотворные нелепицы, к тому же на таком легковесном и пустом основании, как несколько двусмысленных слов, сказанных фанатиком. Он между прочим говорил также своим ученикам1, что он даст им полную власть и силу над духами нечистыми, чтобы изгонять их и исцелять всякого рода болезни и недуги. Что ж, разве наши учители и священники приписывают себе власть исцелять всякого рода болезни и недуги? Этим притязанием они только выставили бы себя на посмешище.
1 Матф., 10:1. /261/
XXXVIII
Разве не видят эти слепые учители, что поклоняться и требовать поклонения фигурам и идолам из теста, предполагать, будто священники имеют власть освящать их и превращать в богов с помощью четырех пустых и легкомысленных слов — значит распахивать настежь двери всякого рода идолопоклонству? Да разве не могли и не могут еще теперь все жрецы языческих идолов тоже хвалиться, что обладают подобной силой? Если для этой власти требуются только такие пустые и ничтожные основания, как приводимые нашими христопоклонниками, то легко найти их всем идолопоклонникам, причем даже более благовидные и правдоподобные. В мнимых святых книгах наших христопоклонников сказано, что бог посрамляет премудрость премудрых и обращает мудрость мира в безумие1. Но, кто бы ни сказал эти слова, можно утверждать, что они вполне осуществились в лице наших ученых христопоклонников. Ибо их мудрость2 в данном случае действительно превратилась в безумие, раз они в своем ничтожестве и низости поклоняются жалким идолам из теста и в своем безумии считают себя получившими от жалкого фанатика власть творить богов.

Когда я вижу или представляю себе наших ученых богословов, даже с каким-нибудь ангельским доктором3 во главе, как они все самым смиренным образом простираются ниц пред фигурками из теста и благоговейно твердят вместе со своим ангельским учителем: я благоговейно поклоняюсь тебе, божество, действительно скрытое под этими фигурками, или они набожно воспевают: да почтим благоговейно таинство столь великое... я нахожу это зрелище достойным заодно и осмеяния и негодования. Достойным осмеяния потому, что все эти замечательные наставники действительно вполне заслужили насмешки и глумления за подобные вещи; но в то же время мы имеем основание негодовать при виде того, как люди, которые должны были бы вытягивать других из тины заблуждения и раскрывать


1 Он приводит советников в необдуманность и судей делает глупыми (Иов, 12:17). Разума у разумных его не станет (Исайя, 29:94).

2 I Кор., 1:20.

3 Намек на Фому Аквинского, прозванного doctor angelicus. – Прим. пер. /262/
им глаза на пустое и безумное суеверие, напротив, изо дня в день все больше втягивают других в эту тину своими речами и примером, причем главным образом с целью извлечь для себя из этого побольше выгоды. Нет никакого сомнения, что, если бы они не находили в этом своей выгоды и прибыли, они не трудились бы над поддержанием такого пустого суеверия. А если среди них некоторые настолько невежественны и глупы, что наивно верят тому, о чем толкуют другим, то, думаю, для них более уместно находиться в обществе погонщиков ослов и разделять с ними их трапезу, нежели восседать в сонме мудрецов; впрочем не видно, чтобы ослы или быки были так глупы и падали ниц пред идолами, поэтому я решаюсь утверждать, что поклоняющиеся идолам ставят себя ниже ослов и быков. О, безумные галаты, кто ослепил вас?1

Разве эти искусные и тонкие богословы не видят также, что те же самые доводы и доказательства, которые доказывает суетность почитания языческих богов и идолов из дерева, камня, золота или серебра, доказывают в равной и одинаковой степени суетность богов из теста и муки, почитаемых нашими христопоклонниками? На каком основании и по какому праву например богословы наших христопоклонников смеются над суетностью и ложностью богов и идолов языческих? Не на том ли ясном и очевидном основании, что это — только произведения рук человеческих, только немые и неодушевленные фигуры, которые имеют глаза и не видят, имеют уши и не слышат, имеют уста, но не говорят, руки, но ничего ими не делают, ноги, но ходить не могут, наконец они неспособны сделать ни добра почитающим их, ни зла презирающим их? На этом прочном основании истины все умные и просвещенные люди, все мнимые святые пророки и сами апостолы Иисуса Христа при всем их фанатизме осуждали идолопоклонство и с презрением отвергали суеверный культ идолов и кумиров из дерева, камня, золота, серебра или другого материала.

Вот что говорят об этом пророки. Боги язычников, — говорит пророк царь Давид2, — не что иное, как золото и серебро и произведение рук человеческих. Они, — говорит он, — имеют глаза и не видят; имеют уши и не слышат; у них
1 Гал., 3:1.

2 Пс., 113:15; 115:4. /263/
есть ноздри, но они не обоняют; у них есть руки, но они ничего не осязают ими; у них есть ноги, но они не ходят; а своей гортанью они не издают никакого звука, никакого голоса. Пусть все те, — говорит пророк, — которые делают этих истуканов, сделаются сами им подобными, как и все те, которые возлагают на них свое упование. Автор книги Премудрости1 называет всех идолопоклонников безумцами, так как они верят, что идолы язычников — боги, хотя они не могут пользоваться своими глазами, чтобы видеть, ни своими ноздрями, чтобы вдыхать воздух, ни своими ушами, чтобы слышать, ни перстами рук своих, чтобы трогать что-либо, ни ногами своими, чтобы ходить. Как жалки, — говорит он, — все те, которые называли богами творение своих рук: золото и серебро в художественной отделке или дерево и камень, которым они придали некоторое сходство с человеком или с животным; они обожают эти идолы, держат их в особых почетных местах, прикрепляют их к стене железом, чтобы они не упали, так как идолы не могут держаться твердо без опоры, не могут и помочь друг другу; несмотря на все это, идолопоклонники не стыдятся падать ниц перед этими идолами! Они не стыдятся давать и исполнять обеты за себя и за своих детей перед вещами безжизненными и бездушными; они не стыдятся испрашивать здоровья у вещей тленных и неодушевленных, им не стыдно просить счастливого путешествия у того, кто сам не может ходить и не мог бы сделать ни одного шага; они просят силы, ловкости, сноровки у того, у кого их нет и кто ничего не чувствует; они ищут совета насчет того, что им следует делать, у того, кто неспособен дать им никакого ответа: они призывают и кличут себе на помощь то, что совершенно неспособно оказать им какую-либо пользу. Да будет проклято дерево и всякое другое вещество, из которого сделаны идолы: да будут прокляты те, кто их делает, потому что начало всех пороков и всякого развращения пошло от изобретения идолов и культ этих жалких идолов есть корень, источник, начало и причина всех зол и всей злобы на земле2.

Пророк Иеремия говорит о ничтожестве этих идолов в послании к тем соотечественникам, которые были уведены в плен и направлялись в Вавилон, где было много идолов.


1 Прем., 3:10.

2 Там же, 14:12. /264/
Когда вы придете в Вавилон, — говорил он им, — вы увидите там, как носят на плечах великолепных богов из золота и серебра, из камня и дерева, богов, внушающих народу страх и благоговение. Берегитесь, — говорил он им, — как бы не стать такими же, как эти идолопоклонники, остерегайтесь поклоняться этим богам, питать к ним страх или благоговение; ибо это -- лишь ложные боги, их языки отшлифованы мастерами, они золоченые и серебряные, но неспособны говорить; у них на голове золотые венцы, но жрецы возлагают их и снимают, когда захотят; они не способны предохранить себя от ржавчины и червоточины. Эти идолы иногда разодеты в пурпур и шелк, но они не могут стряхнуть пыль с своих лиц; у них иногда в руке скипетр, но они не могут пользоваться им, чтобы творить над кем-либо суд. Равным образом, у них бывает иногда меч в руке, но они не могли бы воспользоваться им для защиты от воров, которые пришли бы их грабить1. Из этого вы видите, что они не боги, и поэтому не бойтесь их, — говорил этот пророк, — перед ними зажигают множество свечей, но они не видят ни одной из них (так же обстоит дело и с идолами наших христиан; то же самое, что говорит этот пророк, наблюдается и в церквах); летучие мыши, ласточки, совы садятся на их головы и оставляют там помет свой; но они ничего не чувствуют. Знайте же, — говорил он им — что это вовсе не боги, и не бойтесь их нисколько. Их носят, — продолжает пророк, — их носят на плечах (кажется, он говорит столько же о христианских, сколько об идолах языческих), потому что они не могут ходить; если они упадут на землю, они не могут подняться, их надо поднимать; они не могут ни стоять на ногах, ни двигаться; они не могут ничего дать и ничего отнять у кого-либо; они не могут наградить за оказываемые им услуги или наказывать за причиняемые им обиды; они не могут помочь вдове и сироте; они — словно мертвые дикие камни, извлекаемые из гор, или бесполезные чурбаны из дерева. Самые ничтожные животные земли, — говорит тот же пророк, — имеют большую ценность, чем все эти боги из дерева, камня, золота или серебра, потому что они могут укрыться под какой-нибудь кровлей, в какой-нибудь норе, они могут быть на что-нибудь полезны, а эти боги из камня, дерева, золота и серебра не могут быть ни на что
1 Варух, 6. /265/
полезны. Так знайте, знайте же, — заключает он, — что они — вовсе не боги, и не бойтесь их нисколько.

Поэтому в законе евреев было самым определенным образом запрещено поклоняться этим богам из золота и серебра, из дерева и камня, а между тем наши христопоклонники основывают свою религию и все свои главные тайны на этом законе. Определенно запрещено было также делать изваяния или другие изображения всего, что находится на небе, на земле или в море1. Не сотвори себе кумира, ни всякого подобия ни на небе вверху, ни на земле снизу, ни в водах под землею, не поклоняйся им и не служи им2. Это воспрещалось для того, как говорит закон, чтобы люди не соблазнились подобием вещей, сущих на небе, на земле или под водами, и не стали воздавать им поклонение, как божествам. И св. апостол Павел3 говорит об этих безумных учителях идолопоклонства, что они погибнут в суете своего разума, что их безрассудный ум преисполнен мрака и, выдавая себя за мудрых, они превратились в безумцев, ибо славу бога нетленного перенесли на образ тленного человека, четвероногих животных и змей. В другом месте он тоже призывает своих собратьев избегать идолопоклонства4. Все апостолы Иисуса Христа в один голос воспрещали идолопоклонство и служение идолам. Они запрещали это даже язычникам, принимавшим их веру. Что касается тех, говорили они, из среды язычников, которые приняли нашу веру5, мы им писали, чтобы они воздерживались от служения идолам и даже от потребления идоложертвенного мяса. Если апостолы запрещали язычникам культ идолов из дерева и камня, золота и серебра, то, разумеется, не для того, чтобы предлагать им поклоняться идолам и фигурам из теста. Действительно, вовсе не видно, чтобы апостолы воздавали поклонение этим фигуркам или внушали другим такое поклонение, а если бы они желали внушать другим это поклонение, то с их стороны было бы верхом безумия и сумасбродства запрещать культ идолов и в то же время внушать поклонение фигуркам из теста. Однако нет никаких признаков, что их безумие доходило до этой степени; и надо только удивляться,



1 Исход, 20:4, 15, 16, 17.

2 Второз., 4:16–19. См. также Второз., 4:15, 16, 17.

3 Римл., 1:21.

4 I Кор., 10:14.

5 Деян., 15:26 и 21:25. /266/
что даже теперь, когда мир повидимому отрезвился и избавился от стольких грубых заблуждений, все еще находятся люди, предпринимающие трудные путешествия через моря и проникающие с опасностью для жизни в чуждые страны с целью обращения или, вернее сказать, развращения народов своей ложной религией. Надо удивляться, что наши миссионеры решаются поучать иноземные народы о ничтожестве идолов и богов из камня и дерева, из золота и серебра и в то же время предлагать им для поклонения идолов и богов из теста и муки; надо удивляться, как этим ревностным миссионерам и служителям заблуждения удавалось и удастся еще убеждать в подобном народы, имеющие разум, принуждать их отказаться от культа идолов из золота и серебра лишь для того, чтобы поклоняться ничтожным фигуркам из теста. Но мы касаемся этого здесь лишь мимоходом.

Равным образом не видно, чтобы Иисус Христос сам когда-либо выражал желание стать предметом поклонения под видом хлеба или фигурок из теста. Хотя он и говорил, что он — сын божий и хлеб живой, сошедший с неба, что ядущий его не умрет вовеки, но будет иметь жизнь вечную, что если не есть его плоть и не пить его кровь, то нельзя будет иметь жизнь в себе, тем не менее не видно, чтобы он когда-либо заявлял, что он сам бог и что его следует почитать, как бога. Он был очень далек от того и называл себя часто «сыном человеческим». Когда кто-то однажды обратился к нему со словами1: учитель благий, что нужно сделать, чтобы иметь жизнь вечную? Он ответил ему: зачем называешь меня благим? Ведь только один бог — благий. Значит, он не считал себя богом и не претендовал, чтобы его считали или величали богом; ведь он относился неодобрительно даже к тому, чтобы его называли просто благим. И после его мнимого воскресения, собираясь скрыться окончательно из среды своих апостолов, он сказал одной встретившейся ему женщине: Ступай, скажи моим братьям2, что я готовлюсь взойти к моему отцу и вашему отцу, к моему богу и богу вашему. Из этих слов кроме того явствует, что он не считал себя богом, раз он признавал, что у него с апостолами один бог, отец его. Впрочем он говорил также, что сошел с неба не для того, чтобы творить


1 Луки, 18:19.

2 Иоа., 20:17. /267/
волю свою, а для того, чтобы творить волю пославшего его отца, более великого, чем он сам1. А раз так, то значит, он не считал себя богом, ибо говорил, что его отец более велик, чем он; он намеревался творить не свою волю, а волю бога. А если он не считал себя богом, то нет оснований предполагать, что он желал сделать себя предметом поклонения, а тем менее предметом поклонения под видом хлеба, фигурок из теста. Еще более подтверждает эту мысль то, что Иисус выражал свое одобрение закону, запрещавшему создавать или почитать какие-либо изображения. Он определенно сказал, что пришел не для того, чтобы нарушить этот закон или упразднить его, а для того, чтобы исполнить его. А если он пришел для того, чтобы исполнить его, то, значит, конечно не для того, чтобы вводить идолопоклонство, фигурки из теста и заставлять поклоняться себе в них, раз закон запрещал это так определенно и строго2: всякому, кто поклонялся идолам или пытался вводить поклонение им, полагалась за это смертная казнь, не меньше. Впрочем Иисус Христос сам наказывал массам исполнять и всячески соблюдать все, чему будут поучать, согласно закону, их учители, книжники и фарисеи. Те учили, согласно с этим законом, что не следует почитать идолов и создавать изображения для поклонения им. Иисус Христос сам наказывал народу верно соблюдать этот закон, говорил, что следует соблюдать его вплоть до самой мелкой черточки и до самой малой точки и что тот, кто нарушит одно из малейших предписаний закона, будет самым малым в царстве небесном. Ни одна йота, ни одна черта в законе не прейдет, пока все это не сбудется3. Раз так, не похоже, чтобы Иисус внушал то, что им запрещал их закон и наставники; стало быть, неправдоподобно, чтобы он внушал поклоняться ему в идолах и фигурках из теста, ибо тогда оказалось бы, что он заставлял их делать то, что сам категорически наказывал не делать. На это, мне кажется, наши римские христопоклонники должны были бы обратить несколько больше внимания.

Если прибавить к этому, что, как сказано у пророков, идолы будут некогда совершенно уничтожены и исполнится это пророчество при пришествии мессии, то, разумеется,


1 Иоа., 14:28.

2 Второз., 13:9.

3 Матф., 5:18. /268/
нет никакого основания думать, что мессия пожелал бы размножить идолов вместо того, чтобы уничтожить их. Наши учители знают все это очень хорошо, они видят хорошо силу и очевидность всех этих доводов и рассуждений; если бы они не видели их, то были бы только невеждами, а если они видят, то явно предают закон. Они неправедно держат истину в плену и превращают ее в ложь, как говорил их св. Павел1, раз они вопреки столь сильным, ясным и убедительным свидетельствам истины тем не менее желают поддерживать и сохранять заблуждение и идолопоклонство, столь противные закону, который они принимают и считают за исходящий подлинно от бога, и столь противные здравому смыслу и свету разума. Пора наконец, чтобы наши учители признали силу или слабость, достоверность или недостоверность этого довода, выдвигаемого всеми пророками и всеми мудрыми людьми против идолопоклонства язычников. Вот их доказательство и их рассуждение.

Все изваяния и идолы язычников — только дерево, камень, золото или серебро, только создания рук человеческих; стало быть, заключают они, это вовсе не боги. Довод этот, рассуждение это либо сильны, либо слабы, умозаключение здесь либо несомненно правильно, либо несомненно неправильно. В таком же роде и следующее умозаключение: изваяния и идолы язычников не имеют ни жизни, ни чувства, ни движений и не могут ни сделать добра кому-либо, ни причинить зло, следовательно это — не боги. Точно таково и следующее суждение: изваяния и идолы язычников имеют глаза и не видят, имеют уши и не слышат, имеют уста и не способны говорить, имеют руки и неспособны что-либо делать, имеют ноги и не могут ходить, следовательно это не боги. Эти доводы и рассуждения, повторяю, как и всякие другие тому подобные, возможные в данном случае, либо сильны, либо слабы, делают либо правильное, либо неправильное заключение; нужно, чтобы наши христопоклонники признали либо одно, либо другое. Если они решатся признать слабыми и недостаточными эти суждения и доводы своих пророков, то, во-первых, они должны считать слабыми и ненадежными все самые сильные и убедительные рассуждения людей; ибо несомненно, что естественный человеческий разум не может


1 Римл., 18:25. /269/
по этому поводу представить более сильные и убедительные доводы. Но признавать слабыми или недостоверными самые сильные и убедительные доводы людей — значит некоторым образом уничтожить самый разум и по меньшей мере всякую достоверность и уверенность в истине; это значит полностью уничтожить всякую достоверность в области веры и религии, так же как и во всякой другой отрасли знания. Наши христопоклонники не желают утверждать это. Они заявляют, что истина их религии более несомненна, чем всякая другая истина; они не могли бы предполагать этого, если бы не признавали достоверности в суждениях человеческих. Во-вторых, если они считают слабыми и сомнительными вышеуказанные доводы и рассуждения пророков и всех здравомыслящих людей, то, значит, этим самым они должны считать всех пророков и всех здравомыслящих людей невеждами или неспособными к правильным суждениям. Ибо считать что-либо прочно основанным на разуме, тогда как на самом деле этого нет, является невежеством и недостатком способности суждения; принимать слабые и сомнительные доводы и доказательства за самые сильные, самые верные, самые убедительные из всех возможных тоже является невежеством и недостатком способности суждения. Конечно пророки и все здравомыслящие люди в своих рассуждениях против идолопоклонства язычников считали, что твердо основываются на разуме, что доказывают ничтожность идолов и ложность языческих богов самыми сильными, самыми верными и самыми убедительными свидетельствами истины из всех возможных. Итак, если их доказательства и рассуждения оказываются слабыми и сомнительными, то это их невежество и недостаток способности суждения повинны в том, что они считали эти рассуждения и доводы верными и убедительными. К тому же наши христопоклонники предполагают, что пророки говорили по наитию свыше от самого бога; значит, сам бог внушил пророкам слабые и сомнительные доводы и доказательства! Быть может, он и не мог внушить им более сильных, более убедительных доводов. Если бы он мог им внушить их, он без сомнения не преминул бы их внушить. Раз бог не внушил им других доводов, приходится думать, что он в действительности не мог внушить им других доказательств кроме слабых и сомнительных, однако наши христопоклонники не решились бы утверждать это. Итак они должны против своей воли /270/ п

Достарыңызбен бөлісу:
1   2   3   4   5   6   7   8   9


©dereksiz.org 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет