«Золоченые шиповки» Лассе Вирен



жүктеу 1.53 Mb.
бет1/9
Дата23.07.2016
өлшемі1.53 Mb.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9
«Золоченые шиповки»
Лассе Вирен

Оглавление


Предисловие (Ф.Суслов)

Вступительное слово (Антеро Раевуори)

«Кошка» и «мышка»

На этот раз не упал

Последние приготовления

Пресса наносит удар

«Допинг кровью»

Трудные весна, лето и осень

В темпе Фостера

Период кризиса

Свадебный вальс

Первая олимпийская победа

А началось все так

Годы становления

Первенство Европы. Несбывшиеся надежды

Тотальная подготовка

Некоторые уроки и выводы

В трех частях света

Операция «Осло»

Мой первый мировой рекорд

Чудо и как его сотворили

Скачок в классики

Нечего терять

В атаку на мировой рекорд

Рекорда нет, но есть победа

Борьба титанов

В роли преследуемого

А мельница слухов все вертится

Марафон

Когда Лассе бежал...



В Москву

Лассе-человек

Послесловие (Н.Иванов)

Предисловие


Ф. Суслов,

мастер спорта,

заслуженный тренер Казахской ССР,

главный тренер группы резерва Управления

легкой атлетики Спорткомитета СССР
В истории легкой атлетик», и особенно в истории олимпийских игр имя Лассе Вирена занимает особое место. Редко кому из выдающихся бегунов удавалось сделать победный «дубль» на двух стайерских дистанциях. В 1952 году в Хельсинки подобным образом отличился Э. Затопек (Чехословакия), а в 1956 году в Мельбурне такой победой порадовал нас В. Куц (СССР).

Лассе Вирен это сделал дважды, завоевав золотые медали в беге на 5000 и 10 000 метров в 1972 и 1976 годах в Мюнхене и Монреале. Вот почему книга четырехкратного олимпийского чемпиона представляет большой интерес для советского читателя.

Бег на длинные дистанции очень популярен как у нас в стране, так и во всем мире. Острая, захватывающая спортивная борьба на большей части дистанции делает бег стайеров очень зрелищным, вызывает бурные эмоции присутствующих на стадионе.

Моменты спортивной борьбы описаны в книге достаточно ярко и интересно. Но книга не только об этом. В ней приведено много фактов, связанных с различными социальными, психологическими, педагогическими, экономическими, медицинскими, этическими и другими проблемами. Авторы рассказывают и о взаимоотношениях спортсменов, спортсменов и тренеров, спортсменов и руководители. Эти материалы дают возможность понять всю сложность современной системы подготовки олимпийцев.

Однако наибольшее место в книге Л. Вирена уделяется изменению его взглядов на построение тренировки, тактику бега, психологическую подготовку к ответственным соревнованиям. Читая книгу, анализируя представленные факты, начинаешь понимать, почему финские стайеры много соревнуются в течение всего года, почему их система тренировки развивалась самобытным путем, что заимствовали финские тренеры у известных специалистов других стран.

Особое внимание в книге уделено вопросам тактики бега на длинные дистанции, рационального питания спортсменов накануне соревнований.

Очень интересны экскурсы автора в психологию. Оценке противников, их слабых и сильных сторон, поведение накануне старта, тактика бега в предварительных и финальных забегах – все это можно отнести к разряду методических рекомендаций как для молодых, так и для опытных бегунов-стайеров.

Тренером Р. Хайккола, женой Пяйви и журналистами Л. Вирен представлен как человек, как личность, как патриот своей маленькой северной страны, с большим чувством ответственности перед народом. Заслуживает быть отмеченной и доброжелательная форма повествования о спортивных соперниках выдающегося финского спортсмена.

Книга Лассе Вирена «Золоченые шиповки» читается легко и с большим интересом. Она может оказать большую помощь молодым и опытным бегунам-стайерам в повышении спортивного мастерства, ибо климатические условия Финляндии во многом сходны с условиями большей части территории Советского Союза.


Вступительное слово
Антеро Раевуори

Кауниайнен, 30 сентября 1976 года
Вершины своем спортивной карьеры Лассе Вирен достиг не в Мюнхене в 1972 году. Наверно, даже не в Монреале. Скорее всего, он достигнет ее лишь на Олимпийских играх в Москве в 1980 году.

Однако результаты, показанные Лассе Виреном в Монреале, уже дают основание назвать его «королем бегунов», так же как в свое время называли Пааво Нурми.

Поэтому, очевидно, небезынтересно воскресить на страницах книги событие той июльской недели, когда Лассе Вирен завоевал в Монреале две золотые медали и прошел через все муки марафона.

Лассе Вирен уже не тот юноша, о котором рассказано в книге «Золоченые секунды», написанной в «золотой» для Лассе мюнхенский 1972 год. Он возмужал, женился, создал свой домашний очаг. Образ Лассе Вирена, большого мастера и человека, в этой книге дан более выпукло, рельефно. Из «Золоченых секунд» сюда включены наиболее существенные моменты, связанные с Олимпийскими играми в Мюнхене и юношескими годами Лассе Вирена, без прошлого нельзя понять настоящего. И это прошлое в изложении Пентти Вуорио хорошо дополняет биографию четырехкратного золотого медалиста.

Пентти Вуорио из-за недостатка времени не смог сам взяться за написание этой книги. Продолжая начатое им дело, я старался не отклоняться от взятого им курса.

В заключение выражаю благодарность Пяйви и Лассе Виренам, тренеру Лассе Рольфу Хайккола, а также его врачу Пекке Пелтокаллио, которые внесли существенный вклад в создание книги. Благодарю и тех, к кому мне пришлось обращаться за информацией и справками.




В октябре 1973 года траурная мелодия «Умолкнувшая скрипка» прозвучала под сводами старого хельсинского собора. Пааво Нурми заснул вечным сном.

Среди тех, кто нес гроб, был Лассе Вирен, герой Мюнхена. Он должен был встретиться с Пааво Нурми 1 октября. Однако прославленный король стайеров сошел с жизненной дорожки. Они так и не встретились. Кроме Лассе Вирена гроб несли Тайсто Мяки, Харри Ларва, Тойво Лоукола, Вейкко Карвонен, Лассе Виртанен, Вильйо Хейно и Илмари Салминен. За гробом следовал Вилле Ритола. Он был не в состоянии его нести.

У гроба великие бегуны прошлого с надеждой смотрели на Лассе Вирена. Их взгляды как бы говорили: «Ты –. новый Пааво Нурми. Не забывай: тебя ждет Монреаль».

Лассе Вирен вздохнул. Он почувствовал, какое тяжелое бремя принял на свои плечи, став наследником «короля стайеров».


«Кошка» и «Мышка»
Рассказывает Антеро Раевуори
В пятницу 23 июля 1976 года в Монреале было очень тепло, удушливо, влажно. Погода – не лучшая для предварительных олимпийских забегов на 10 000 метров. Ровно 25 кругов, которые для многих участников могут оказаться напрасным мучением: в финал ведь попадут лишь четверо лучших из каждого забега. Но для этого надо сделать все возможное и даже чуть больше.

Португалец Карлос Лопеш легко победил в первом забеге (28.04,53). Третьим с запасом сил финишную линию пересек испанец Аро Сиснерос Мариано, за плечами которого немало больших соревнований. Словом, погода не помешала ребятам из-за Пиренеев победить – они были словно заговорены от ее козней.

А вот пришедший вторым француз Жан-Поль Гомес упал на дорожку, едва миновав финиш. Он совершенно выдохся. Метров за двадцать до финиша свалился от изнеможения и отважный австралиец Дейв Фитцсимонс, но все же поднялся, кое-как закончил дистанцию и вновь рухнул на землю. На мгновение раньше Фитцсимонса пересек финишную прямую рекордсмен мира в часовом беге Джоэ Херменс. До седьмого километра усатый голландец шел по пятам за Карлосом Лопешем, затем стал сдавать метр за метром.

Драматически развивались события и вo втором забеге. Пекка Пяйвяринта, способный финский бегун, одержавший, пожалуй, самую блестящую серию побед мирового класса на различных дистанциях, в том числе и в беге с препятствиями, начиная с 1500 метров и кончая марафоном, сошел с дистанции приблизительно на отметке 3000 метров, не вынеся влажной жары: ведь свои лучшие минуты и секунды он показывал в прохладной Скандинавии.

Победителем забега стал бельгиец Марк Смет (28.22,07), новая восходящая звезда; вторым пришел Брендан Фостер, любимец англичан. Таким образом, Бельгия уже обеспечила себе два места в финале, Великобритания – тоже. Европейцы выступили на этот раз успешно, однако старый материк мог следить за забегами только по радио. «Евровидение» не транслировало предварительные забеги.

В Финляндии проклинали господ из «Евровидения»: ведь в последнем забеге стартует Лассе Вирен, ее национальный герой.

Этот забег тоже прошел в острой спортивной борьбе. Один за другим участники начали сдавать. Надежда Мексики Луис Эрнандес все укорачивал и укорачивал шаг, неотвратимо уступая соперникам свое место в финале. Не оправдал возлагавшихся на него надежд и Ричард Квокс, известный бегун из Новой Зеландии. Бежал медленнее, чем обычно, с мученической гримасой на лице. Лишь немногие знали, что Квокс незадолго до забега отравился и даже похудел на несколько килограммов.

А победитель забега уже приближается к финишу. Это англичанин Энтони Симмонс, маленький человечек, который словно в упоении мчится галопом. Он восторженно машет руками и еще не сознает, что неразумно тратит силы на показной спурт.

За ним, проигрывая более половины финишной прямой, бежит Лассе Вирен, двукратный олимпийский чемпион. Он не убыстряет хода, лишь временами оглядывается, чтобы не проморгать возможный рывок соперников. Ему достаточно попасть в финал, остальное его не волнует. Пока не волнует. Лассе Вирен отличный стратег, хотя не многие зрители на гигантской трибуне стадиона это понимают.

3а два дня до предварительных забегов на 10 000 метров в среду Лассе Вирен впервые покинул лабиринты Олимпийской деревни и предстал перед публикой. В coставе финской команды он приехал на пресс-конференцию, чтобы ответить на вопросы корреспондентов.

Лассе спросили, кого из противников он считает наиболее опасным. Ответ последовал незамедлительно:

– Таких нет! Я убежден, что являюсь номером один, а все остальные придут к финишу позже меня. Это единственная альтернатива. Сюда приезжают только за победой. Другое дело, как сложится борьба за нее.

Перья скрипят – журналисты воспринимают всерьез слова спортсмена. Они звучат весомо, потому что чувствуется – Лассе Вирен не болтун и никогда не говорит необдуманно. Видно, что герой Мюнхена хорошо подготовился духовно и физически к предстоящим соревнованиям.

Лассе Вирен, конечно, не говорит журналистам, что вчерашняя тренировка на беговой дорожке, последняя перед соревнованиями, вселила в него уверенность в полном успехе. Быстрота реакции и способность оторваться от остальных были налицо; ну а физическая подготовленность обретена давно.

В дни между предварительными забегами и финалом Лассе Вирен отдыхал и морально готовился к борьбе, в то время как болельщики и специалисты занимались составлением прогнозов.

С каждым бегуном у него связана какая-то ассоциация. Так, с голландцем Джосем Херменсом ассоциируется рекламный призыв «Run for Pleasure!» («бегай удовольствия ради!» – англ.) на голландских спортивных костюмах. Бернард Форд из Великобритании ничего не видит без очков, но не носит их, ибо «по кругу может бежать и полуслепой»... Бельгиец Эмиль Путтеманс – человек настроения, для которого понедельник в равной степени может оказаться и хорошим, и плохим днем... У американца Гарри Бьёрклунда в предолимпийских отборочных соревнованиях соскочила с ноги шиповка, но он все же нашел в себе силы пройти последний круг за 58 секунд и тем самым завоевал право на поездку в Монреаль... Карлос Лопеш (Португалия) – олицетворение выносливости. Тренировался на болотах, лугах и песчаном грунте.

Финалистов было шестнадцать; больше всего среди них бельгийцев и англичан, однако фаворитов, которым прочили победу, немного. Спортсменов, исчерпавших силы и возможности в предварительных забегах, даже не упоминают. Итак, первый фаворит – Брендан Фостер, второй – Лассе Вирен, Энтони Симмонс – третий. И еще, конечно, Карлос Лопеш. О нем, правда, говорят пока мало, потому что в Португалии нет своей стайерской школы и традиций. В какой-то степени он еще «кот в мешке».

Но именно Лопеш в финальном забеге целеустремленно захватывает лидерство после первых 3000 метров. Погода была прекрасной – 18 градусов тепла, чувствовалось приближение дождя. Так что свое поражение на этот paз никто уже не мог бы объяснить ссылками на плохую погоду.

Стремительный темп бега Карлоса Лопеша известен, однако, выйдя в лидеры, он не прибавил скорости. Бегуны тратят на каждый километр все еще около 2.40. Если первые 3000 метров на Олимпийских играх в Мюнхене были пройдены за 8.06,4 – тогда лидировал Дэвид Бедфорд,– то в Монреале – за 8.33,37.

Но как только первая половина дистанции осталась позади, Карлос Лопеш делает то же, что он сделал 29 мая на международных соревнованиях в Мюнхене. Тогда промежуточное время на 5000 метров было 14.02,0, а на этот раз – 14.08,94. В Мюнхене Лопеш после первой половины дистанции как птица ринулся вперед, то же самое он сделал и теперь.

Лиссабонский банковский служащий наращивает скорость так, как это умеет делать только он. Зрителям трудно заметить увеличение скорости, однако электронное табло свидетельствует об этом на своем неподкупном языке. Если раньше один круг бегуны проходили за 68-69 секунд, то теперь – за 66-67 секунд, и время продолжает улучшаться.

После четырех кругов бегуны распались на группы, разрыв между которыми растет. Впереди по-прежнему Карлос Лопеш; в непосредственной близости за ним следуют Лассе Вирен, Брендан Фостер и Марк Смет. Финн будто приклеился к спине португальца.

Развязка наступает несколько позже, почти сразу после 7000 метров. Марк Смет не в состоянии продолжать бег на такой скорости. На отметке 6490 метров бельгиец упал, но поднялся и быстро достал Лассе Вирена. Однако при падении он повредил запястье, и боль в руке выводит его из игры.

Еще два круга, и Брендан Фостер замедляет скорость. Он пытается увеличить ее, и это удается ему, но ненадолго – так замедляет скорость автомобиль, у которого кончается горючее. После 8000 метров он уже не может идти в прежнем темпе. Его шаг не так легок и воздушен, как на европейском первенстве в Риме, где он был вне конкуренции на дистанции 5000 метров.

Каждый из четырех оставшихся километров головная группа проходит в нарастающем темпе: седьмой – 2.44,05, восьмой – 2.42,69 и последний – 2.37,50.

На заключительном этапе Карлос Лопеш стремглав несется, словно мышь, а Лассе Вирен преследует его, точно кошка. Разрыв между ними – не более метра. Круг за кругом Лопеш ощущает на своем затылке дыхание финна. И сдает – физически и морально. «Мышь» чувствует, что «кошка» вот-вот настигнет ее. Лопеш же не обладает хорошим спуртом, он не в состоянии преодолеть последний круг за 55–56 секунд. А это как раз и необходимо для получения золотой медали.

Развязка наступает за 430 метров до финиша. Лассе Вирен настигает Карлоса Лопеша и оставляет его позади. Преследователей нет, дистанция выиграна. С поднятыми вверх руками Лассе Вирен пересекает финиш. До Вирена только Эмиль Затопек дважды завоевывал золотую олимпийскую медаль на дистанции 10 000 метров. Теперь рядом с его именем будет вписано и имя 27-летнего финского полицейского.

На табло появились результаты:


1. Лассе Вирен, Финляндия 27.40,38

2. Карлос Лопеш, Португалия 27.45,17

3. Брендан Фостер, Великобритания 27.54,92

4. Энтони Симмонс, Великобритания 27.56,26

5. Илие Флороию, Румыния 27.59,93

6. Аро Сиснерос Мариано, Испания 28.00,28

7. Марк Смет, Бельгия 28.02,80

8. Бернард Форд, Великобритания 28.17,78


На трибунах внимательно изучают график бега. Первая половина – 14.08,9, вторая – 13.31,4. Умопомрачительно! Если бы бег строился иначе, мировой рекорд был бы побит. Почему же Лассе Вирен не сделал этого – ведь сил у него оставалось достаточно? Вопрос вполне законный. Лассе Вирен мог пробежать дистанцию гораздо быстрее. Возможно, за 27.28,20 – 27.28,25, как полагал его тренер Рольф Хайккола. Но Лассе Вирен не стремился к этому. Мировые рекорды уходят, олимпийские победы остаются.

В это время Лассе Вирен, подняв руки в знак приветствия, совершает круг почета.




На этот раз не упал
Плоды победы приятно вкушать, но досталась она дорогой ценой.

В мае после первенства Финляндии по кроссу, я простудился, простуда перешла вскоре в воспаление гайморовой полости. У отоларингологов есть весьма эффективное средство против этого заболевания – антибиотики, но они не для меня. Сильные медикаменты ослабляют организм. А на это я пойти не мог. Месяц-полтора перед олимпийскими играми – период самых напряженных тренировок.

Мой врач Пекка Пелтокаллио нашел, что лучше было бы сделать мне пункцию гайморовой полости – все-таки это менее опасно. Я согласился. Олимпийские игры требуют жертв – терпи, когда тебе в нос вонзают иглы.

Хрящ только похрустывал, когда доктор Эйно Холопайнен проталкивал иглы в гайморову полость и с помощью шприца извлекал гной. Процедура не из приятных, но делать было нечего. Мне пришлось много раз побывать в клинике Мейлахти, прежде чем тучи, угрожавшие моей поездке на олимпийские игры, начали рассеиваться.

Пункции продолжались и после того, как накануне иванова дня я вновь поднялся на спортивный Олимп, что привело весь мир в немалое смятение. В легкоатлетических соревнованиях на хельсинкском стадионе я показал на дистанции 10 000 метров лучшее время – 27.42,95, несмотря на то, что в начале июля, во время соревнований Калева (Легкоатлетические соревнования Калева – первенство Финляндии по легкой атлетике. Их патронирует финское страховое общество «Калева»), мне была сделана еще одна пункция в центральной больнице Турку.

То, что я сумел вновь занять положение лидера, было сюрпризом для многих, так как из-за гайморита мои первые результаты в этом сезоне на беговой дорожке говорили о чем угодно, только не о наилучшей спортивной форме. Так, соревнования 3 июля в Хельсинки, несомненно, повергли многих моих поклонников в состояние грустных раздумий: я был лишь одиннадцатым на дистанции 5000 метров.

В то же время со всех концов земного шара приходили известия о высоких результатах других спортсменов. В Кёльне в беге на 5000 метров победу с временем 13.26,8 одержал Карлос Лопеш – «комета сезона». В дождливую погоду бегун из Португалии «вытянул» 14 остальных участников забега из 13.40.

А за четыре дня до моего жалкого выступления на хельсинкском стадионе тот же самый Лопеш на дистанции 10 000 метров показал в Мюнхене просто потрясающее время – 27.45,8. Первую половину дистанции он пробежал за 14.02, а вторую – уже в гордом одиночестве – за 13.43,8. Тут было над чем задуматься!

И все же, по мнению Ролле Хайккола, которое разделял и я, причин для опасений не было, потому что до легкоатлетических соревнований в Хельсинки – иными словами, до конца июля – все в моей программе было нацелено на интенсивные тренировки. Именно на этих соревнованиях необходимо было показать как себе, так и олимпийскому комитету, на что я способен: ведь комитет должен был комплектовать национальную команду на Игры в Монреале. Дистанция 10 000 м была настолько важной, что за несколько дней до забега я провел тренировку в полную силу – так, как делал это перед олимпийскими играми. Все говорило о том, что я смогу показать результат менее 28 минут. Так оно и вышло – мое время было 27.42,95. Поездка в Монреаль стала для меня реальностью.

Поскольку на Олимпийских играх в Мюнхене в беге на 10 000 метров я выступил лучше, чем мог ожидать, у меня были все основания считать, что подготовку к ним я построил правильно. Соответственно и в Монреале я провел предварительный забег, придерживаясь той же тактики, что и четыре года назад,– попасть в финал с минимальной затратой сил. Я решил не вырываться вперед ни на шаг и тем более не финишировать первым. Третье место в забеге меня вполне устраивало. Так оно и произошло.

Аналогичной тактики придерживался и мой мощный соперник Эмиль Путтеманс, ибо и он не стремился выигрывать предварительный забег. Позже мне, однако, рассказывали, что Эмиль перед финишем совсем выдохся. Иначе вел бег англичанин Энтони Симмонс. На финише он предпринял такой бешеный спурт, что на добрые пятьдесят метров обогнал американца Гарри Бьёрклунда и меня.

Конечно, желание закрепить за собой место в финале даже ценой мощного спурта, тем более когда твои соперники – сильные бегуны, вполне естественно, но все же не понятно, зачем Симмонсу понадобилось развивать столь бешеную скорость. Ему никто не угрожал. Настоящая проба сил предстояла лишь через два дня, и поэтому совершенно неразумно растрачивать энергию в предварительных забегах. На это я никогда бы не пошел – у меня нет ни малейшего стремления к дешевой популярности.

После предварительного забега и небольшой «встряски», полученной от моего массажиста Эма Уккола, я приступил к изучению тех, с кем мне предстояло выйти на старт в понедельник, в 17 часов 05 минут.

Мое внимание прежде всего привлекли два имени – Брендан Фостер и, конечно, Карлос Лопеш.

Я знал, что Фостер – сильный бегун, но знал я и то, что 10 километров он бегал не часто. И поэтому его коронный прием – рывок на полтора-два круга – не проходит в десятке так же успешно, как на его основной дистанции – 5 километров. Карлос Лопеш был уже знаком мне по двум забегам в новогоднюю ночь в Сан-Паулу. (Новогодние забеги по улицам Сан-Паулу стали традиционными. Они пользуются большой популярностью и проводятся ежегодно.) Я знал, что он способен вести бег в ровном, убийственном темпе на протяжении всей дистанции, но не опасен финишным рывком. Однако Лопеш обладал способностью принимать и осуществлять решения на любой стадии бега. А это значило, что он все же опасный соперник.

В день финальных забегов я уже в 7 часов утра был на разминке. Хорошо разогрелся и размялся, дважды поел, чтобы организм успел полностью переварить пищу. За шесть-семь часов до забега выпил чашку кофе (что делаю всегда).

Накануне вечером, разрабатывая с Ролле Хайккола тактику бега предстоящего состязания, мы решили, что первую половину дистанции я буду следить за головной группой и, если она начнет распадаться, выйду вперед и постараюсь захватить лидерство примерно за пять кругов до финиша.

Группа распалась, однако я не мог предвидеть, что она распадется так быстро и окончательно. Неожиданным оказалось и время первой половины дистанции – 14.08,9. По моим расчетам, оно должно было равняться примерно 13.50. Однако это не огорчило меня, поскольку я чувствовал в себе достаточно сил для наращивания скорости.

А скорость действительно постоянно возрастала. После первых четырех километров почти каждый следующий километр бегуны преодолевали быстрее предыдущего. Поэтому участники забега распались на группы раньше, чем ожидалось.

С трибуны трудно зафиксировать незаметное коварное наращивание скорости – тактика, которой в совершенстве владеет Карлос Лопеш. Я на такое дьявольское взвинчивание скорости не способен.

За нарастанием скорости я не мог следить по часам, но чувствовал его. Организму требовалось все больше и больше кислорода, чтобы ноги справлялись со все учащавшимся ритмом.

Один только я не сдался, когда Карлос Лопеш совершил свой рывок,– остальные отстали. Даже Брендан Фостер оказался позади раньше, чем можно было ожидать. У него не хватило сил совершить свой знаменитый рывок за два круга до финиша.

Когда мы с Лопешем остались единственными соперниками в борьбе за победу, я решил, что мне вовсе не обязательно сразу выходить вперед и наращивать скорость. Впереди был еще забег на 5000 метров и марафон. Кроме того, я знал, что Лопеш уже не в состоянии так взвинтить темп, как могу это сделать я. Словом, хоть это и может показаться хвастовством, я был уверен в своей победе уже за четыре круга до финиша. Если только не упаду...

В начале последнего круга я сказал португальцу «до свидания». Было видно, что силы его на исходе, и Лопеш не стал преследовать меня, как Эмиль Путтеманс и Мирус Ифтер на десятикилометровой дистанции в Мюнхене. Он к тому времени выложился до конца, о чем позже сам мне рассказал.

Сразу же после финиша я сел на тартановую дорожку и снял беговые туфли, натершие мне на пальцах пузыри. В победном упоении я пробежал круг почета, держа шиповки в поднятых руках.

В тот момент я не предвидел последствий, к которым приведет мой поступок, как и не ожидал, что меня начнут подозревать в «допинге кровью» (имеется в виду аутогемотрансфузия). Но именно так и произошло. Об этом я узнал через два часа во время пресс-конференции.



  1   2   3   4   5   6   7   8   9


©dereksiz.org 2016
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет