Переосмысливая войну и мир



бет9/10
Дата12.07.2016
өлшемі0.92 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10

7. Пришла пора действовать


В термин национальная безопасность» встроено противоречие. Национальная безопасность невозможна в атомный век. Либо у нас есть реалистичная система мировой безопасности, либо у нас нет ничего.

Норман Казинс



Война настолько же устарела, как и каннибализм, рабский труд, кровная месть и дуэли – оскорбление Бога и человечества.

Мюриэль Лестер

Никогда раньше за всю историю человечества не возникал всемирный, видимый, публичный, открытый диалог и дебаты по поводу самой легитимности войны.

Д-р Роберт Мюллер, бывший помощник Генерального секретаря ООН, ныне почетный ректор Университета мира в Коста-Рике



Корпоративная революция рухнет, если мы откажемся покупать то, что они продают – их идеи, их версию истории, их войны, их представление о неизбежности. Помните это: Нас много, их мало. Они нуждаются в нас больше, нежели мы в них… Другой мир не просто возможен, он уже на пути. Тихим днем я могу слышать его дыхание.

Арундати Рой, Лицом к лицу с империей



И все вместе давайте отринем вопли страха и прислушаемся к шепоту надежды.

Квакеры Аотеароа/Новой Зеландии



Я думаю, что люди так хотят мира, что не сегодня-завтра правительствам лучше бы уйти с дороги и дать людям мир.

Президент Эйзенхауэр

Мир, в котором мы живем, во многом ставит нас в тупик и вводит в депрессию. Если мы печемся о происходящем, то зачастую чувствуем свою беспомощность, но все же не можем отрицать свою способность и долг действовать так, чтобы предотвратить зло и справиться с ним, даже если до сих пор мы все еще не знаем ответа. Отчаяние – это роскошь, которую мы не можем себе позволить. Жизнь полна сложных вопросов и нам все-таки приходится пробиваться через них. И если мы будем думать больше о наших коллективных ресурсах, нежели о наших коллективных проблемах, мы сможем увидеть, что изменения – даже радикальные изменения – вполне возможны. Но надлежит внести полную ясность касательно того, что поставлено на карту.

ЧТО НУЖНО СДЕЛАТЬ И ПОЧЕМУ

Человечество как биологический вид оказалось в ситуации суровой и глобально небезопасной. Наш нынешний доминаторный подход к сосуществованию дисфункционален. Война, проявление культуры и структур доминирования не может стать решением для их деструктивной динамики. Каждый раз, когда речь идет об отдельно взятой войне, закрепляется и укрепляется вся система войны, вместе со всем, что она собой представляет и включает в себя. Она и поглощает и уничтожает ресурсы в совершенно неприличных размерах, к тому же приносит невообразимые страдания тем, кто к несчастью попадает в ловушку подобных ситуаций. Большинство войн ведутся по причинам, в лучшем случае носящим смешанный характер, и имеют отношение скорее к интересам немногих избранных, чем к нуждам большинства. Их воздействие на жизнь обычных людей катастрофично.

Война может свергать режимы, но не может принести мир, будучи по сути своей полной противоположностью ценностям и этике мира, требующим взаимного уважения и всецелого признания равенства и прав человека, а также и его обязанностей. Любая война есть преступление против человечества. (1) И все же, миф о неизбежности и эффективности войн обеспечил контекст, в котором элиты преследуют личные цели, сталкиваясь при этом с относительно незначительными сложностями. И хотя довод о «самой крайней мере» используется достаточно часто, он редко – если вообще когда-либо – находит оправдание, поскольку попытки руководства найти альтернативы, как правило, попросту смехотворны. Альтернативы войне как средству борьбы с насилием и несправедливостью для достижения справедливых целей существуют. Власть меньшинства невозможно поддерживать без молчаливого согласия большинства. Прошлое столетие видело не только ужасающее число жестоких войн, но также потрясающие примеры эффективности ненасильственных гражданских действий. Они свергали тиранов и меняли облик международных отношений. И все же сила военного мифа и старой веры в милитаризм такова, что мы пока что едва-едва уяснили для себя эту реальность.

Несмотря на то, что люди, безусловно, обладают способностью к проявлению агрессии и жестокости, они отнюдь не обречены продолжать убивать друг друга и безрассудно тратить ресурсы в сложных системах, для этого предназначенных. Межгрупповое насилие – сравнительно новый феномен в истории человечества. Хотя за последние несколько тысяч лет мы разработали иерархические системы и культуры, санкционирующие и прославляющие насилие, это не лучшее наше достижение. Пусть даже контекст может влиять на нас и формировать нас, у нас также есть сила, способная изменять его.

Если нам предстоит сдать войну в архив – а мы можем и должны это сделать – нам понадобится освоить и развить конструктивные средства разрешения конфликтов, причем средства эти имеются во всех наших культурах, но мы слишком редко пробовали прибегать к ним и никогда не исчерпывали их до конца в международных отношениях. Мы должны отнестись к ненасильственным методам столь же серьезно – и, если понадобится, финансировать их столь же щедро – как в настоящее время мы поступаем с нашими военными методами (хотя, поскольку ненасильственные методы ничего не разрушают и не требуют военной техники и оружия, затраты на них никогда не будут такими же колоссальными). Мы должны разработать подходы, умения и возможности, необходимые для предотвращения насилия и для разрешения конфликта, а также методы гражданского сопротивления и вмешательства для ситуаций, где предотвращение конфликта и его улаживание провалились и военные действия уже ведутся. Мы должны поддерживать и поставить на службу энергию обычных людей, направив ее на действия во имя перемен и построения истинного мира. Мы должны думать глобально и действовать на местах. Если мы приведем в порядок собственный дом, тем самым мы окажем огромное влияние на то, чтобы сделать дома других более пригодными для жилья.

Если бы богатые государства вложили в справедливость хотя бы половину тех усилий, которые они в настоящее время вкладывают в защиту своих личных интересов; если бы они прекратили говорить о «моральных долгах» других и начали просить прощения, пытаясь загладить вину за собственную задолженность; если бы они начали бороться за справедливые, а не эксплуататорские торговые соглашения; если бы на всемирных форумах они начали вести себя демократически, а не пытаться подкупом и запугиванием принудить другие страны вставать на их сторону, тогда отношения могли бы трансформироваться, и мир быстро стал бы более безопасным как для имущих, так и для неимущих. Если бы «современные» общества были более самокритичны и признали, что и им есть у кого поучиться, а также предложить другим что-то свое, тогда их идеи могли быть приняты более серьезно. Если бы крупные державы применили подходы и процедуры разрешения конфликта к собственным отношениям с другими, тогда лицо международной политики могло бы выглядеть совсем иначе.

Ничто не может изменить хрупкую уязвимость рода человеческого или же нашу способность нанести ущерб друг другу. Но мы сможем добиться большего, если сфокусируем наши нормы, поведение и системы на том, чтобы заботиться друг о друге, а не нападать и не вредить друг другу. Поскольку мы взаимозависимы, общая безопасность остается наилучшим планом для нас. Мы крошечные пылинки в необъятной вселенной (2), жертвы всевозможных сил, выходящих за рамки нашего контроля. И чтобы совладать с превратностями судьбы и увеличить ее благодеяния, свести к минимуму страдание и максимально увеличить радость, гораздо лучше иметь дело с сотрудничеством, нежели с антагонизмом. Пожрать самих себя во взаимной враждебности - безнадежная глупость, но для нас это не единственная возможность.

Если мы и в самом деле попытаемся сделать это – а именно, признаем, что у нас есть выбор и мы можем искоренить войну – тогда мы столкнемся с моральной дилеммой. Переход от одной парадигмы к другой будет нелегким делом. Сможем ли мы действительно справиться с насилием, укоренившимся в старой системе, пока новая еще не заняла ее место? Что нам делать с теми, кто цепляется за свое оружие, когда все остальные уже сдали его (метафорически и буквально)? Я приложила максимум усилий, чтобы проработать эти вопросы, уже стоящие перед нами. Они составляют часть общей задачи – как справиться с насилием ненасильственными методами, и эта задача до определенной степени останется с нами навсегда и будет сохранять свою актуальность до тех пор, пока существующие отношения и структуры будут оставаться на своих местах. И все же, именно по этой причине мы обязаны осуществить переход.

Трудно даже вообразить себя на пути из одной парадигмы в другую, не говоря уже о решимости претворить этот переход в реальность, ведь он неизбежно будет сопряжен с разнообразнейшими дилеммами. Как нам высвободиться из трясины нынешней ситуации таким образом, чтобы нас не засосало в нее снова? Как нам вырваться из замкнутого круга насилия так, чтобы сбалансировать требования справедливости с нуждами мира?

Конечно, будут моменты, когда сложно противостоять «нужде» в войне, и война действительно выглядит как наименьшее зло. Нам нужно начать готовиться – в реалистичном масштабе, с привлечением надлежащих ресурсов – к конструктивной солидарности и вмешательству, чтобы не остаться в позиции сторонних наблюдателей, когда творятся кровавые преступления. И если мы хотим, чтобы чудовищные преступления когда-либо прекратились, нам нужно остановить Джаггернаут войны.

В прошлом насильственные общества одерживали верх над обществами, построенными на принципе ненасилия, Мы должны убедиться, что достаточно готовы к тому, чтобы не допустить повторения подобного. У нас много ресурсов, способных помочь в конструктивной борьбе с насилием, но риски и трудности будут значительными. Я считаю, что нам необходимо каким-то образом сделать паузу и, поскольку эта задача неизбежна, моральная ответственность за то, чтобы справиться с присущими ей дилеммами, должна быть разделена между всеми, не следует оставлять ее за порогом того, что сейчас рассматривается как пацифистская крайность. Мы все должны признавать программу действий и участвовать в решении задачи, биться над решением проблем, внося свои идеи и добавляя собственную самоотверженность, признавая необходимость перехода. Если изменения, инициаторами которых мы станем, будут иметь скорее глобальный, нежели разрозненный характер, это само по себе послужит обеспечению большей безопасности.

Мы не можем видеть будущее или предвидеть отдаленные последствия наших действий, но мы можем стремиться к тому, чтобы лучше понимать собственную природу и наше место во вселенной. У нас так много общего, что в сравнении с этим наши разногласия ничтожны. И у всех у нас, какова бы ни была наша культура и мировоззрение, есть одна общая черта, а именно, наша неспособность последовательно придерживаться самых гуманных принципов. Мы можем пропагандировать эти ценности в наших обществах и менять наши культуры к лучшему. Мы можем избрать путь культивирования нашей способности заботиться друг о друге, радоваться друг другу и строить отношения и сообщества, доставляющие удовольствие и повышающие качество жизни. Мы можем разрабатывать новые формы демократии участия и новые модели экономического обмена и сотрудничества. Мы можем устанавливать практики и структуры – социальные, политические и экономические – которые послужат нуждам всех нас, нашего «содружества», и будут защищать всех членов общества.

Я не сторонница утопий – разве что это слово означает просто желание сделать все, что в наших силах. Я верю, что всем нам и при любых обстоятельствах придется бороться с собственным чувством незащищенности и деструктивными тенденциями, противостоять искушению поднять собственную самооценку или коллективную самооценку, ставя себя выше других и презирая их. Я также верю в то, что мы можем взращивать в себе сильные стороны и конструктивные способности, как в личном, так и в социальном и политическом планах. Мы можем научиться конструктивно справляться с неизбежными конфликтами и превратить такой подход в норму как международной, так и социальной и внутренней жизни. В конце концов, в подавляющем большинстве случаев мы ведь умудряемся уживаться с себе подобными, не убивая тех, с кем не согласны, и не взрываем дома или офисы тех, кто, казалось бы, каким-то образом нам угрожает. Мы думаем, что это «нормально», и так это и должно быть.

Упрочение и совершенствование культуры мира будет включать в себя и сочетание «маскулинных» концепций силы и героизма с «женственными» ценностями попечения и заботы о потомстве. Мы можем создать самобытные личности, основанные скорее на эмпатии и солидарности, нежели на восприятии различия и соперничества. Нам также понадобится заново открыть важность сосуществования как на местном, так и на глобальном уровнях. Такой новый взгляд на отношения подразумевает радикальный пересмотр подразделений и структур управления. Нужно разрушить и, как минимум, модифицировать относительно недавнее и уже претерпевающее изменения понятие государства как первичного блока политической организации.

В настоящее время многие возражают против передачи власти от государств более крупным конгломератам, и эти страхи можно понять. Но перемены не обязательно должны быть направлены в сторону все большего и большего контроля со стороны все больших и больших образований. Перемены могут быть и в направлении делегирования полномочий местному населению и структурам в рамках глобальной системы: системы, предназначенной защищать свободу и равенство всех людей, основанной на понятии всеобщей безопасности и общественного благосостояния. Национализм строится на подмене реальных сообществ «сообществами воображаемыми». Самым лучшим ответом этому станет распространение глобальной осведомленности и общественное действие. Наше первое сообщество должно быть сообществом ценностей, а не политических блоков.

Работать по такому обширной программе действий, мягко говоря, трудно. Побороть милитаризм будет намного сложнее, чем любую диктатуру. Его власть гораздо более злокозненная, и его щупальца проникают во все сферы человеческой организации, и даже в наш язык и мышление. (Попробуйте заметить, сколько раз за день вы пользуетесь милитаристскими метафорами). Трудно будет одолеть многочисленные влиятельные правящие и привилегированные классы. К тому же динамика нынешних систем обладает собственной колоссальной инерцией. Невозможно обрисовать шаги по многочисленным и переплетающимся тропинкам на широкой дороге отсюда до туда, или же предсказать динамику, образовавшуюся вследствие перемен в одной сфере и их последующего воздействия на другие сферы. Моральные дилеммы будут продолжать вставать перед всеми нами по мере того как мы с трудом будем продвигаться вперед. Нет серьезных оснований для самонадеянности и совершенно нет места для высокомерия, но попытка должна быть сделана. Война похожа на наркотическую зависимость. Она прочно засела у нас в организме, и подходящего момента, чтобы избавиться от нее, у нас никогда не будет.

ПРОДВИГАЯСЬ ВПЕРЕД В РАБОТЕ

Нынешнее время – это время великого бедствия и повсеместных несчастий. Вместе с тем это время огромных возможностей. Никогда ранее не было такого всемирного движения против военных действий. К сожалению, его все еще нельзя назвать движением против войны как таковой, но оно поднимает вопросы, ведущие в этом направлении. До сегодняшнего дня движение в защиту мира оставалось неспособным поддерживать собственное существование, пробуждаясь и усиливаясь только при угрозе конкретной войны. Мы должны изменить это, используя противостояние конкретным войнам как способ инициирования более общей и фундаментальной дискуссии и переоценки войны как таковой.

Создание массовой поддержки искоренению войны будет включать бурную информационно-пропагандистскую деятельность. В нее будет также включен открытый диалог между людьми, смотрящими на мир с очень разных точек зрения. Если мы предполагаем перейти от доминирования к сотрудничеству, мы должны работать вместе ради достижения общей цели. Поскольку путь предстоит сложный и трудный, мы все должны научиться смирению, равно принимать и сомнения и убежденность и решительно прокладывать путь вперед, будучи уверенными в собственных ценностях и направлении. Жесткие идеологические и религиозные рамки должны уступить место глубокой, полной жизненной силы самоотверженной преданности всему человечеству и всему, что в нем есть хорошего, взлелеянного разнообразием культурных и вдохновляющих концептуальных моделей и сообществ. В первую очередь необходимо, чтобы верность ценностям сохраняла приоритет перед верностью группе или государству.

Обучение необходимо как внутри движения, так и за его пределами. Я знакома с многими компетентными коллегами, выступающими против войн «капиталистических», но не возражающими против войн «революционных». Они полагают, что те, кто выступает против всех войн, не принимают всерьез структурно обусловленную несправедливость. Мы должны показать, что это не так, и что война и несправедливость неразрывно связаны. Нам также нужно убедить людей, считающих, что «мир начинается в наших сердцах», в значимости политики, а тех, у кого нет времени на личное преобразование, что перемены в себе являются частью перемен в обществе.

Я надеюсь, мы осознаем, что общего у нас гораздо больше, нежели того, что разделяет нас, и что каждому из нас отведена своя роль; что наши отличия позволяют нам играть разные роли и пытаться поговорить с представителями разных кругов. Представляется, что на местном уровне нас меньше волнует разнообразие наших точек зрения и мы способны выстроить доверительные отношения, невзирая на эту разницу и даже модифицировать собственные взгляды, находя общий язык друг с другом. Нам нужно сказать своим организациям, что мы хотим сотрудничать, а не воевать. Если нам предстоит преобразовывать структуры и интересы, нацеленные на войну, нам придется конструктивно использовать каждую кроху нашей энергии.

Мы должны работать, чтобы сделать порядочность и доброту отличительными признаками нашего движения – имея в виду не только наши чаяния, но и то, как мы думаем и что делаем. При том крайне необходимо – живительно – противостоять всему жестокому и разрушительному (именно поэтому я уделила больше половины этой книги, обосновывая свою позицию касательно искоренения войны). Также существенно важно выдвинуть позитивную идею, олицетворяющую наше видение развития человеческого общества: что в своей работе мы опираемся на надежду и добрую волю, но также и на гнев; что нас трудно поймать в ловушку демонизации людей, но мы работаем для того, чтобы приобрести друзей; что мы помним – то, как мы работаем сегодня, поможет сформировать то будущее, ради которого мы работаем.

Как я предположила, нам, вероятно, придется поменять образ жизни, если мы хотим найти время и энергию для большей эффективности. Нам нужно уделять столько же внимания участию в наших кампаниях, как и своей профессиональной деятельности. Это повлечет за собой определенные культурные изменения. Мы не должны жертвовать дружбой и энтузиазмом во имя эффективности, но рост нашей эффективности сделает наши усилия не только более продуктивными, но и приносящими больше внутреннего удовлетворения.



Далее приведу несколько примеров работы, которую предстоит выполнить. (3) Список длинный и, вне всякого сомнения, мог бы быть еще длиннее:

  • Разоблачайте разрушительное воздействие и жестокость милитаризма и сложившихся подходов к власти, а также влияние правящих и привилегированных групп общества через просвещение и дискуссии на всех уровнях и в многочисленных разнообразных кругах – политических, академических, профессиональных, в общенародных движениях и в артистических кругах.

  • Разоблачайте миф о необходимости войны и ее эффективности, а также ее культурные корни в деструктивных моделях маскулинности и власти.

  • Пропагандируйте дискуссии о целях «внешней политики» и международных отношениях на всех уровнях.

  • Поддерживайте лиц, отказывающихся нести военную службу по своим убеждениям и платить налоги, идущие на финансирование войн.

  • Расширяйте прямое сопротивление военным действиям.

  • Оспаривайте легитимность войны в судах (местных и международных).

  • Агитируйте за то, чтобы положить конец торговле оружием.

  • Призывайте к тому, чтобы запретить частные армии крупных компаний.

  • Предавайте огласке скрытое вмешательство, санкционированное правительствами, в конфликты как в прошлом, так и в настоящее время.

  • Ведите кампанию за то, чтобы положить конец гонке вооружений и за всеобщее разоружение, поддерживая международную политику, основанную на понятии коллективной безопасности.

  • Выявляйте и вовлекайте в движение тех, кто был замечен «на другой стороне» - особенно политиков и вышедших в отставку или недовольных военных (а таких предостаточно).

  • Начните осуществление программы народного образования по войне и ее последствиям, а также по нуждам мира.

  • Предавайте огласке философию, стратегии и достижения отказа от насильственных действий в борьбе с несправедливостью и угнетением как альтернативу войне, а также концепции и практический опыт урегулирования конфликтов как способ устранения разногласий.

  • Добивайтесь проведения новых исследований в области гражданской обороны, а также принятия программы по их реализации.

  • Готовьте себя и своих детей к тому, чтобы выступать в качестве искусного собеседника и политической силы, провидца и стратега, философа и политика, а также действовать таким образом, чтобы трансформировать отношения и бороться за мир в наших собственных общинах.

  • Используйте добросовестную практику трансформации конфликта в урегулировании конфликтов на местном уровне.

  • Поддерживайте и пропагандируйте инициативы правительства по финансированию «предотвращения конфликтов», ставящие их над военными расходами и военной деятельностью. Оспаривайте логику и мораль милитаризма в связи с вышеупомянутыми конструктивными подходами. Поддерживайте политику, опирающуюся на понятие «коллективной безопасности» и достаточности.

  • Поощряйте новые формы истории, пишите о прошлом и настоящем с точки зрения тех, кто, судя по всему, не обладает ни малейшей властью, с тем, чтобы мы осознали, что все мы часть истории и ее становления.

  • Поддерживайте дискуссии не темы самоопределения, включая половую идентичность, национальную принадлежность, религию, выдвигая идею «нравственной идентичности» (4) и универсальных ценностей; стремитесь к созданию общества, опирающегося на ценности, выходящие за рамки отдельно взятых религий, идеологий и культур.

  • Выдвигайте новые модели мужественности и женственности и новый раскрепощающий подход к гендеру.

  • Требуйте вовлечения женщин в политику и миростроительство на каждом уровне и увеличивайте его.

  • Включайте детей в дискуссии среди широких слоев населения и в активную работу.

  • Оказывайте поддержку кампании за реформу международных экономических институтов и правовых норм, а также за экономическое перераспределение, устанавливая связь между экономической справедливостью, более скромным образом жизни и уничтожением милитаризма как вершителя судеб.

  • Формируйте союзы между Севером и Югом, где только возможно; устанавливайте связи с нарождающимся движением неприсоединения, учитесь у него и поддерживайте его.

  • Поощряйте представление об экономических правах как о правах человека.

  • Устанавливайте связи с теми, кто печется об этике в бизнесе.

  • Поддерживайте движение в защиту окружающей среды и работайте с ним, указывая на катастрофические экологические последствия войны и увязывая уважение к земле с уважением друг к другу и с концепцией сосуществования.

  • Поддерживайте движение за права человека и работайте с ним, обличая войну как организованную массовую форму попрания прав человека.

  • Создавайте сети солидарности – местные и глобальные – между участниками движения за мир и теми, кто концентрирует усилия на экономической справедливости, правах человека и защите окружающей среды.

  • Поддерживайте активистов во всех этих сферах и вовлекайте в активные совместные действия.

  • Поддерживайте движения за политическую реформу - включая партийную демократию, отход от антагонистической биполярной модели по направлению к плюрализму, честности и открытому обсуждению. Настойчиво требуйте отчета от политиков, за то, что было сделано от нашего имени, во всеуслышание поддерживая полезные мероприятия и возражая против мероприятий неудовлетворительных.

  • Участвуйте непосредственно в партийной политике, тем самым работая на перемены изнутри системы.

  • Обличайте существующую коррупцию и махинации в Организации Объединенных Наций и поддерживайте глобальное движение за ее реформирование и усиление.

  • Устанавливайте связи со средствами массовой информации (которые могут оказаться полезными и даже оказывать поддержку, несмотря на то, что ими манипулируют владельцы и правительства) и призывайте их к ответу. Используйте переписку для того, чтобы способствовать разговору о ценностях, убеждениях и о будущем, с точки зрения как местной, так и международной.

  • Действуйте как альтернативный источник общедоступной информации через массовые митинги, информационные бюллетени и веб-сайты.

  • Связывайтесь с местными организациями и властями, увязывая международные и местные проявления насилия и несправедливости, и добивайтесь проведения в жизнь на местах политического курса, поддерживающего глобальную справедливость и демилитаризацию. Помогайте повысить роль и значение разных форм местного участия.

  • Поощряйте теоретический вклад по всем вышеперечисленным пунктам.

  • Используйте все средства для того, чтобы пробудить у людей ощущение могущества, ответственности и причастности, как противоядие от отчуждения. Помогите им увидеть, что если все мы вместе возьмемся за дело, все может измениться. И все несомненно изменится.

Как я и говорила, список длинный и мог бы быть еще длиннее. Ни один из нас не может работать по всем направлениям, но все мы можем делать что-то. Некоторые проявят свой героизм, нашедший выражение в том времени, которое они отдают, тогда как другие проявят свой героизм в выборе способа своих действий. Вклад остальных будет носить более скромный характер. Мы добьемся успеха, если сможем формировать, поддерживать и объединять усилия, постепенно увеличивая нашу численность и уверенность в своих силах. На самом деле, значение имеет только то, что на войну начинают смотреть как на нечто неприемлемое, что политическое мышление начинает претерпевать изменения и что система милитаризма начинает разваливаться, ее вытесняют и ее место занимают новые порядки, договора и структуры, фокусирующиеся на достижении истинного мира мирными методами. (5)

ПРИЧИНЫ ДЛЯ НАДЕЖДЫ

Хотя предстоящая задача может показаться пугающей, есть основы и для воодушевления. Мы можем черпать мужество в доброй воле и доброте людей, которых мы знаем и обнадеживать себя тем, что основа для человеческой порядочности и сострадания все-таки существует. Вдохновение может прийти от движений в прошлом, добившихся успеха в изменении политического курса, структур и норм, однако многое еще предстоит сделать. Мы можем признать, что кое-что из того, что нужно сделать, на самом деле уже происходит – нам не нужно начинать с нуля.

Реакция на войну с террором показала, что людей действительно тревожит происходящее за пределами их собственной семейной жизни и непосредственных интересов; что они реально ощущают единение с людьми, живущими в далеких странах и готовы действовать в их защиту. Среди многих из тех, кто, казалось бы, более других должны были поддержать Войну с террором, наблюдалась совершенно иная реакция, примером которой является группа «Семьи 11 сентября за мирное завтра». В самом сердце страны, являющей классический образец милитаризма, чьи лидеры в настоящее время активно настроены на «доминирование по всему спектру», где национальная лояльность – почти религия, не просто сохраняется сильная традиция сопротивления, но это движение растет.

Речь президента Буша, посвященная защите войны в Ираке, была встречена в ООН гробовой тишиной – признаком того, что большинство стран мира сыты по горло нынешней политикой предоставления особых прав на отступление от общих норм и правил. И генеральный секретарь ООН ясно выразил протест против односторонних военных действий государств и коалиций и в защиту необходимости предоставить ООН законные полномочия. В Великобритании правительство Тони Блэра сейчас расплачивается за то, что ввязалось в войну без поддержки британского электората, убеждающегося сейчас в политической изоляции своей страны.

Наряду с обновленным движением сопротивления милитаризму набирает силу движение против тирании выгоды, сопровождаемое новым уровнем осознания ответственности и влияния потребителя, что свидетельствует не только об обнадеживающей степени информированности и осведомленности общественности, но также о силе идей, когда они овладевают массами.

В Латинской Америке, на континенте, обезображенном бесчинствами эксплуатации под защитой военной силы, спустя 30 лет после убийства президента Альенде в Чили, новое движение стало приносить результаты, сочетая принципы демократии с принципами социальной справедливости и ответственности. Инициативы радикально нового правительства в Бразилии и подход к делу нынешнего руководства Аргентины дают реальную почву для надежд на то, что существует реальный «третий путь», не имеющий ничего общего с неоконсерватизмом, а, напротив, нацеленный на уважение к людям и их нуждам. (6) По всему континенту, даже в странах с наиболее репрессивными режимами, среди населения и на рабочих местах растет сопротивление губительному воздействию неолиберальных программ приватизации на социальную поддержку.

В то время как глобализация капитализма, не стесненного никакими ограничениями безнаказанно обостряет кризис нищеты и неравноправия, угрожая будущему нашей планеты и ее экологии, происходит другой вид глобализации. По всему миру люди, которых принято считать обычными людьми, работают на местах, на национальном и международном уровнях ради трансформации своей собственной коллективной реальности. Они выражают собственное самосознание не через лояльность, отвергающую иные варианты, но через совместные ценности, обретая чувство товарищества и смысла происходящего не через войну, но через сопротивление ей и работая ради иного будущего. Они сосредотачивают усилия не на личном интересе, а на справедливости, изыскивая новые формы для старых идей и сочетая эгалитарные ценности с ценностями свободы.

И где бы ни случился конфликт, на любой стадии и при любом уровне насилия – там будут обычные люди, работающие над решением этой проблемы, ради того, чтобы положить конец несправедливости и насилию, защитить права человека, укрепить понимание и изгнать прошлое: от Гуджарата до Бредфорда, от Грузии до Филиппин, от Бирмы до Колумбии и от Боснии до Руанды. «Гражданское общество» уже на марше.

Политике идентичности бросает вызов политика идентификации. Свидетельством тому является не только реакция на последние войны, но, по крайней мере, в Европе, отклик на недавнюю паранойю по поводу «беженцев» и иммиграции в более общем смысле слова. Существует контр движение тех, кто читает, что до тех пор, пока война и нищета носят эндемический характер, миграция будет правомерной человеческой реакцией. Участники этого движения признают и отстаивают человеческое достоинство своих собратьев и, более того, нужду европейцев в жизнях, квалификации и тяжелом труде, которые привносят новые резиденты.

Этот отход от прочно укоренившейся культуры дифференциации сочетается с ростом новых подходов к гендеру, что бросает вызов старым стереотипам фемининности и маскулинности. Женщины во всем мире начинают обретать свой голос и силу. Мужчины находят новые пути понимания и выражения собственной принадлежности к роду человеческому.

По-видимому, мы все еще не осознали в полной мере всю глубину экологического кризиса, порожденного нашим безответственным чрезмерным потреблением. Однако в то же самое время взгляды и теории экологов бесповоротно изменили наше самопонимание и пробудили в нас осознание факта взаимозависимости внутри более широкой системы. Представляется маловероятным, что сложившаяся ситуация не сможет пробудить в нас большего уважения к жизни в целом, и не заставит нас помнить о существовании друг друга как ближних своих.

Хотя война в Ираке продолжалась несмотря на массовые протесты, масштаб мобилизации международного протестного движения явил собой новый уровень общественного сознания и беспокойства касательно направления международных дел. Тот факт, что дискуссия продолжалась и после того, как война (теоретически) завершилась, доказывает, что оппозиция отнюдь не была поверхностной или недолговечной. Это, в свою очередь, породило надежду на то, что люди, организовавшиеся по всему миру, смогли противопоставить что-то явному превосходству американского военно-промышленного комплекса или же так называемой одной-единственной супер-державы. В настоящее время начинает набирать силу концепция «второй сверхдержавы» – глобального альянса людей, готовых выйти на улицы и потребовать перемен, более не желающих оставаться пассивными, пока одержимые жаждой власти губят их мир. (7)

Нынешние политические волнения создали ситуацию, предоставляющую шанс и реальную возможность роста силы и убежденности широкого движения за мир на базе массовой политической активности, выходящей за пределы старых идеологических рамок и столкновений. Пока разные фракции борются за господство на общенациональном уровне, местные группы продолжают работу, несмотря на былые убеждения.

Во время войны в Ираке лицам, обладающие правом голоса, удалось убедить несколько муниципалитетов в Великобритании и США проводить политику и принять резолюции за мир и против войны. В послевоенный период город Ковентри, объявивший себя городом мира и примирения, служит иллюстрацией к тому, что это движение продолжается.

Несмотря на то, что зачастую приводится аргумент, что местная политика должна ограничиваться делами местными, здоровым признаком является установление связей между местными и глобальными нуждами и обязательствами. Местный городок – идеальная арена для массовой политической активности в малом масштабе, будь то по вопросам экономическим или проблемам охраны окружающей среды или вопросами борьбы за мир. Начать действовать таким образом означает начать претворять в жизнь мечту об обществе, отвергающем применение насилия и подразумевающим активное совместное участие.

Сама степень общественного отчуждения от политики создает понимание того, что нам необходимо определить другие подходы к решению вопросов. На той самой неделе, когда я писала этот текст, министр внутренних дел Великобритании давал интервью (8) на радио о необходимости участия, а канцлер казначейства выступал перед съездом лейбористской партии о воссоздании духа общинности в глобализованном мире. Они говорят об этом так как знают, что эти темы найдут отклик у их слушателей. И какой бы ни была степень цинизма у политиков, само по себе это уже хороший знак.

Новой чертой общественного сопротивления милитаризму в Великобритании, которое не только порождало массовые демонстрации, но останавливало жизнь в городах и поселках (как и произошло на самом деле в некоторых частях США), стало заметное участие молодежи – особенно школьников. Это поколение, отвернувшееся от партийной политики, но совершенно очевидно озабоченное состоянием мира, в котором они живут, и желающее сделать что-то, чтобы изменить этот мир.

Я верю, что нынешняя сила и энергия движения за мир соизмерима с горем и гневом, страхом и беспомощностью, которые чувствовали люди по мере того, как громче звучала риторика мировой войны, ширились военные действия и по-прежнему возрастали уровни терроризма. Те негативные эмоции трансформировались в топливо для протеста. В долгосрочной перспективе, однако, если мы намереваемся сохранить свое здоровье и обратить протест в позитивную программу действий, нам понадобится иной вид энергии, которая исходит из нашей способности представить себе иной результат, лучшее будущее. И именно наша вера в такую возможность может сделать ее достижимой.

Для того, чтобы осуществить такой фундаментальный сдвиг в отношении общества к войне и миру, необходима «психологическая мобилизация» (9) – именно та самая, которую политикам волей-неволей придется принять во внимание. Глобализация информационного взаимодействия поистине бесценна для активистов и делает возможным решение глобальных проблем через всемирные сети. Дебаты во всемирном масштабе по этим вопросам в полном разгаре в интернете. В избытке резко критические газетные статьи. Даже Би-би-си, до настоящего времени рассматривалась как институт истэблишмента, включилась в дискуссию. И мы должны гарантировать, чтобы эта дискуссия докопалась до сути дела.

История – это не просто цепь событий, случающихся с людьми, история – это то, что люди сами делают и создают. Положение дел меняется потому, что люди начинают видеть, что ситуация перестает быть «нормальной», становится неправильной, и начинают действовать, чтобы изменить ее. По такой причине было уничтожено рабство, хотя сейчас его нужно уничтожать сызнова. Пытки, когда-то вещь вполне обычная в любом обществе, признается как преступление против человечества, хотя и практикуются до сих пор. Признание войны противоречит всем человеческим и демократическим принципам. Оно подрывает ту этику, которая сохраняет единство общества, и ту ценность, которую мы вкладываем в понятия человеческой жизни и достоинства. Такое отношение к войне разрушает жизни бесчисленного количества людей, уничтожает все то хорошее, что уже было сделано, отравляет воздух и опустошает землю. Оно угрожает самому будущему нашей планеты и ее обитателей. Оно ненормально, лучше сказать, что это позор, глубокий и возмутительный.

Джонатан Гловер настаивает на том, что «скромные гуманные поступки укрепляют элементарную будничную порядочность, из которой вырастают поступки героические». (10) Они создают моральную почву. Нам нужно установить связь между личными добротой и порядочностью и миром коллективных действий. Если нам не удастся этого сделать, мы откроем путь тирании. Серьезно относиться к собственной человеческой природе означает принимать участие в возрождении человеческого общества и изгнать войну в учебники по истории. Активное участие в небольшом масштабе поможет создать почву не только для героических актов сопротивления и самопожертвования, но и для движения, героического по размаху и влиянию.

В программе радио Би-би-си, посвященной празднованию сороковой годовщины самой знаменитой речи Мартина Лютера Кинга, (11) Элис Уокер сказала: «Когда я слышу речь “Я был на вершине горы”, я более чем когда-либо жажду обрести время и место, где я снова была бы права». Сейчас время действительно правильное – для того, чтобы мечтать, протестовать и добиваться радикальных перемен. А место для этого повсюду. Кем бы мы ни были, где бы мы ни жили, все зависит только от нас самих. У нас есть все, для того, чтобы победить, а если мы проиграем, цена проигрыша немыслима.

Все запели

Все вдруг запели;
И я исполнен был такой отрады,
Что птицы пленные находят на свободе,
Махая крыльями летя по-над садами,
Над темной зелени широкими полями; вдаль – вдаль –
прочь от меня.

И голоса вдруг громче зазвучали;


И красота пришла, как солнце на закате:
И потрясен я был до слез, до глубины души; и ужас
Отлетел ... O, все мы были птицы;
И песнь была без слов; и лилась
без конца.

Зигфрид Сассун, апрель 1919





Достарыңызбен бөлісу:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10




©dereksiz.org 2020
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет