Гретхен Рубин Счастлива дома


Родительство Ноябрь. Обращай внимание



бет4/11
Дата07.07.2016
өлшемі3.01 Mb.
#184121
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11

Родительство



Ноябрь. Обращай внимание



Невозможно получить великий приз жизни, не рискуя. А главные ее призы – те, что касаются нашего дома.

Теодор Рузвельт.

Автобиография

• не преувеличивать проблемы

• проявлять интерес к другим членам семьи

• устраивать приключения по средам

• теплые встречи и прощания

Когда людей спрашивают, чего они хотят для своих детей, то чаще всего они говорят: – Счастья!

Конечно, счастливые дети намного удачливее. Они легче устанавливают дружеские отношения, показывают лучшие результаты на экзаменах, а став взрослыми, получают больше удовлетворения от работы и семейной жизни. У них реже возникают эмоциональные проблемы.


...

Ученые из Кембриджского университета установили, что взрослые, которые были счастливы в детстве, чаще разводятся.

Есть поговорка: «Ты счастлив настолько, насколько счастлив самый несчастливый из твоих детей» . Счастье моих детей играет важнейшую роль в моем счастье. Я безумно хочу, чтобы Элиза и Элинор были счастливы, но… сделать их счастливыми не могу при всем желании. Они должны построить свое счастье сами. Однако члены семьи существенно влияют на счастье друг друга. И мне хотелось оказать на своих девочек самое позитивное влияние.

11 летняя Элиза веселая, энергичная и очень творческая девочка. Она сама научилась читать в три года (к нашему с Джейми изумлению!) и с тех пор непрерывно читает. Она любит музыку и кино. Думаю, ей нравится иметь 5 летнюю сестру – это же повод больше играть! Она часами фотографирует и снимает видео – сама по себе. Особенно ее интересует все, что связано с рекламой. Она часто придумывает целые рекламные кампании для выдуманных товаров. Элиза удивительно уравновешенна. Мне пришлось учиться внимательно наблюдать за ней, потому что она могла терпеть разные неудобства и проблемы гораздо дольше, чем следовало.

5 летняя Элинор по любому поводу смеется и по любому же поводу может расплакаться. Жизнерадостная и любопытная, она первой заговаривала с незнакомыми детьми и с легкостью вступала в разговоры взрослых. Она вот вот должна была начать читать – очень важный шаг, который, я была уверена, доставит ей огромное удовольствие. Она постоянно просит кого нибудь почитать ей. Возможно, из за этого она очень четко формулирует свои мысли – особенно свое неудовольствие. Словарь у нее велик, хотя порой она использует слова неправильно. Она любит рисовать и никогда не забывает рисовать маленькие кружочки, изображающие локти и колени человечков, – фирменная деталь. Она может бесконечно играть сама по себе, часами щебетать и носиться по всему дому. Она изо всех сил старается разделить интересы старшей сестры. Несмотря на значительную разницу в возрасте, они часто играют вместе.

Порой я не могла поверить, что эти девочки – мои дочери. Неужели я действительно мать? Это было трудно осознать. Я расчесывала густые волосы Элизы, смотрела в голубые глаза Элинор и думала: «Боже, это мои дочери!»

Думая о том, как создать любовную атмосферу в доме, я вспоминала свое детство. Мои родители никогда не поддразнивали друг друга – даже в шутку они никогда не говорили ничего унизительного и неприятного. Я злилась, что мне делают замечания за мой подростковый сарказм, который казался мне проявлением остроумия. Теперь то я понимаю, что тем самым родители культивировали в доме атмосферу счастья.

Поддразнивание гораздо более негативно, чем кажется. В своей удивительной книге «Самопознание» Дэвид Даннинг указывает на то, что те, кто поддразнивает, никогда не представляют себе, как воспринимаются их слова. Хотя человеку кажется, что его замечание несет в себе дух тепла и игривости, тому, к кому обращены эти слова, далеко не весело.

Да, конечно, некоторым удается с помощью добродушного поддразнивания сблизить людей, высказать похвалу и даже разрешить сложную ситуацию (Джейми в этом деле большой мастер!). Но чаще всего люди обижаются на поддразнивание и считают его недопустимым. Не думайте, что ваше поддразнивание – просто шутка. Все зависит от того, как воспринимают его те, на кого оно обращено. Это собеседник должен считать ваши слова смешными и дружескими, а не вы сами.

Как то раз я услышала, как любящая мать говорит дочери:

– Ну, грязнуля моя, ты собираешься расчесать это воронье гнездо на голове или нет?

Матери наверняка казалось, что она удачно пошутила и дочь тут же станет расчесывать волосы. Но если мои родители сказали бы мне нечто подобное, я страшно обиделась бы. Я хотела, чтобы в моем доме царила атмосфера любви, и поддразниванию в ней не было места. К счастью, поскольку я в принципе не люблю подобную манеру разговора, то и усилий над собой мне делать не пришлось.

Чтобы стать спокойной, любящей матерью, которая, как я понимала, была необходима Элизе и Элинор, чтобы они выросли спокойными и любящими людьми, я приняла четыре решения. Два первых («Не преувеличивать проблемы» и «Проявлять интерес к другим членам семьи») напоминали мне о спокойствии и сосредоточенности. Мне страшно нравилось утреннее время, которое мы с Элинор проводили вдвоем. Поэтому я решила устроить для Элизы «Приключения по средам», чтобы она получала свою долю моего внимания. Я знала, что наши поступки по отношению друг к другу определяют наши чувства, и мое последнее решение в этой сфере касалось не только меня одной, но и всех членов нашей семьи: «Теплые приветствия и прощания».

Работая над «Проектом Счастье», я продолжала сталкиваться с одним парадоксом за другим. Я возлагала парадоксальные надежды на своих дочерей. Я хотела принять саму себя, но в то же время ожидала от себя большего. Я хотела, чтобы Элиза и Элинор мечтали о великом будущем для себя, но в то же время принимали себя такими, каковы они есть, и получали удовлетворение от малого.

Не преувеличивать проблемы

Нам кажется, что мы действуем под влиянием собственных чувств – на самом же деле наши чувства зачастую определяются нашими действиями. Я приняла решение «действовать так, как я хочу себя чувствовать». Со временем я поняла, что стратегия «притворяйся, пока не почувствуешь по настоящему» очень эффективна. Если я хотела ослабить ощущение тревоги, я вела себя беззаботно. Если мне нужно было ощутить прилив сил, я начинала шагать быстрее.

В рамках этих решений я воспользовалась советом моей читательницы. Она принимала участие в экспедиции в Антарктику. Руководитель экспедиции всегда советовал им «не преувеличивать проблему». Проблемы моего дома уж точно не заслуживали того, чтобы их преувеличивать – мы же не среди ледяных торосов!

Спокойствие и невозмутимость явно пошли мне на пользу. Свою флегматичную чувствительность я связывала с британскими корнями. В 1940 году Уинстона Черчилля спросили, что он думает о возможности немецкого вторжения. Он ответил:

– Мои консультанты считают, что лучший способ борьбы против немецкого вторжения на Британские острова – это утопить как можно больше немцев по пути к островам и лупить их по головам, когда они будут выползать на наш берег.

Возможность проверить мою решимость представилась очень быстро. Я все еще не любила водить машину, но водила ее. Как то раз мы с Элизой куда то ехали, и, повернув не туда, я заблудилась в Бронксе. На улице было много машин, еще больше пешеходов, а дорожные знаки ставили меня в тупик. Кроме того, рядом проходила наземная линия метро. Как же выбраться отсюда? Я ощутила приступ паники: куда ехать?..

– Мы заблудились? – спросила Элиза.

Ее скучающий тон меня немного подбодрил.

– Да, чуть чуть, – ответила я совершенно спокойно.

Я не стала преувеличивать проблему, и это помогло мне взять себя в руки.

– А можно я включу другую радиостанцию?

– Нет! – отрезала я. – Лучше вообще выключи радио! Мне нужно подумать!

– А хочешь, я буду читать названия улиц, чтобы тебе было легче?

– Отличная идея, – обрадовалась я. – Ты их видишь?

«Подождите ка, – подумала я с облегчением. – Я ведь могу позвонить Джейми». Я не представляла, чем он может мне помочь, но мне страшно хотелось услышать его голос.

– Дорогая, мне так жаль, – сказал он, когда я объяснила, что случилось. – Вспомни, что ты – очень хороший водитель. Не нервничай! Ты говоришь вполне спокойно, значит, ты в порядке?

– Да. У меня все ОК.

– Ты знаешь, где находишься?

– Не совсем…

– Жаль, но я не знаю, чем тебе помочь… Спроси у кого нибудь, как добраться до моста Трайборо – тебе именно туда и нужно.

– Точно, мне же нужно к мосту! – обрадовалась я. – Ну, пожелай нам ни пуха!

Мы с Элизой ехали домой. Я не стала преувеличивать проблему, и это помогло мне не потерять голову. Я старалась разговаривать с Элизой так, словно ничего не случилось. Я глубоко дышала. Я остановилась у тротуара и спросила, как доехать до моста Трайборо. Через несколько кварталов я снова спросила дорогу – на этот раз на заправке. Когда я успокоилась, проблема перестала меня пугать, и мы благополучно добрались до дома.


...

Я заметила, что спокойная реакция на домашние мелочи делает их менее раздражающими.

В конце концов, мое раздражение целиком зависит от моего настроя. Когда в кухню вбежала Элиза и затараторила: «Я не хотела, это случайно, я не видела, что там лак для ногтей, я пыталась все отчистить, но этот красный лак не отчищается от ковра, он просто стоял и был открыт…» – я не вскочила и не закричала: «А почему это открытый лак стоял на твоей полке?! Тебе уже 11 лет! Неужели ты не понимаешь, что с лаком нужно обращаться осторожно? И вообще, зачем тебе красный лак?!!»

Я спокойно отправилась к Элизе, посоветовала ей поискать советы по чистке ковра в Интернете, изучила пятно, а потом несколько минут терла ковер жидкостью для снятия лака.

– Продолжай, – сказала я, отдавая дочке салфетку. – Вроде все не так страшно.

Элиза явно испытала облегчение, а я избавила себя от бессмысленной нервотрепки. К чему кричать из за какого то лака для ногтей?

Один из самых эффективных способов борьбы со склонностью преувеличивать проблемы – шутка. Я снова и снова замечала, что чем спокойнее реагирую, тем спокойнее остаюсь. Но порой это было трудновато: в моменты раздражения чувство юмора мне изменяло.

Как то в воскресенье девочки прекрасно вели себя весь день, но к вечеру начали ссориться. Каждая изо всех сил старалась вывести сестру из себя.

– Ой, какая у меня новая подушка!.. – елейным голоском произнесла Элинор. – Жаль, что тебе подушки не досталось.

– А мне жаль, что тебе приходится ложиться так рано и ты не можешь играть со мной весь вечер, – с задумчивой улыбкой ответила Элиза.

И понеслось…

Настроение у меня было прекрасным, поэтому я не стала кричать на девочек и требовать, чтобы они немедленно прекратили. Я вспомнила о принятых решениях и объявила:

– С этого момента у нас новое правило: Никаких умышленных провокаций!

Девочки перестали кричать и уставились на меня. Элинор была явно заинтригована.

– А что это такое? Я не знаю, что это такое!

– Это когда ты говоришь что то специально, чтобы разозлить другого.

– Я этого не делаю! – возмутилась Элиза. – Я просто сказала…

– И у нас будет специальное сокращение для такого поведения, – перебила я ее. – УП. Больше никаких УП!

Увлекшись обсуждением УП, девочки забыли о своей ссоре. Они стали искать примеры УП и придумывать, что сделать, когда кого то поймают на УП. Выражение «это УП» стало очень популярным в нашем доме – и очень эффективным. (Хотя Элинор иногда обвиняла Элизу в УП так, что ее слова вполне можно было принять за УП!) Не уверена, что шутка эффективнее проявлений гнева, но что она не менее эффективна – это точно. Отказ от преувеличения проблем – гораздо более приятная реакция, чем крик. И это поняла не только я, но и мои домашние.

Психологи Адриан Гостик и Скотт Кристофер утверждают, что юмор всегда помогает людям работать лучше. Юмор привлекает внимание, снимает напряжение и создает ощущение взаимосвязи. Прочитав их книгу я подумала, что мне воспользоваться их советом не удастся. Даже когда я пытаюсь шутить, получается как то не смешно. Но это неважно. Нужно не шутить, а учиться видеть смешную сторону повседневных ситуаций – особенно трудных.

Жизнь такова, какова она есть.




...

У меня была масса возможностей не преувеличивать проблемы, но, несмотря на всю мою решимость, мне не всегда это удавалось.

Джейми пообещал сходить на родительское собрание. Я трижды напоминала ему об этом. Но настал день Х, и:

– Никак не смогу – у меня совещание на работе…

В среду вечером Элиза вдруг вспомнила, что для лабораторки по физике ей срочно нужно приобрести целую кучу каких то необычных вещей… Из за компьютерного глюка у меня пропала работа, которую я делала два дня…

Анализируя эти проблемы, я понимаю, что эти мелочи замечаешь, лишь когда жизнь твоя течет ровно и гладко. Так что хорошо бы, если б все наши проблемы были именно такими. Но не преувеличивать их очень трудно. Я сумела справиться с заявлением Джейми и даже успела купить Элизе все необходимое, но вот сдержать себя в руках и не придавать особого значения компьютерному глюку мне не удалось!

Умение проявлять интерес к другим членам семьи

Когда я увлеклась Толстым – я долго сопротивлялась необходимости читать его книги, но потом это занятие увлекло меня нешуточно, – меня поразило описание одного из героев «Воскресения», Набатова:


* * *



...

«…он был трудолюбив, сметлив, ловок в работах и естественно воздержан и без усилия учтив, внимателен не только к чувствам, но и к мнениям других. Старуха мать его, безграмотная крестьянская вдова, полная суеверий, была жива, и Набатов помогал ей и, когда был на свободе, навещал ее. Во время своих побывок дома он входил в подробности ее жизни, помогал ей в работах и не прерывал сношений с бывшими товарищами».

Мое внимание привлекла такая деталь: Набатов «входил в подробности жизни» своей матери.

Люди, гармонично сосуществующие с другими: членами семьи, друзьями или коллегами, – всегда интересуются их жизнью. Возможно, Набатова и не интересовало то, что было интересно и важно для его матери. Мне не слишком интересно, как добавлять спецэффекты в видеозаписи, а для Элизы это важнее всего. Джейми не интересуется св. Терезой из Лизьё, а мне неважно, где готовят лучшие гамбургеры в Нью Йорке. Но мы порой не просто не проявляем интереса, а еще и негативно оцениваем увлечения других людей. Я хотела выбросить кучу полусъеденных пластиковых колпачков от ручек, которые Джейми имеет обыкновение покусывать в процессе работы. Джейми часто говорит, что я чрезмерно увлекаюсь фотографированием и рассылкой фото.

«Умение проявлять интерес к другим членам семьи» оказалось особенно важным по отношению к Элизе и Элинор. Дети хотят, чтобы к ним относились серьезно. Помню один момент из своего детства. Я училась в третьем классе. Мама повезла меня в библиотеку, и по дороге я с энтузиазмом рассказывала о какой то книге. Мама сказала:

– Не возвращай ее. Я хочу ее прочитать.

Я была в восторге. Мама захотела прочитать книгу, которую я ей рекомендовала!

Я хотела искренне разделять интересы других членов семьи, но при этом мне нужно было оставаться самой собой. Мне нет дела до футбола. Не покажутся ли неискренними мои расспросы Джейми об игре его любимой команды? Разве счастье – это не возможность быть самой собой? Если я не испытываю интереса, оптимизма или энтузиазма, нужно ли мне притворяться?

С одной стороны, фальшивый интерес к тому, что для меня скучно, не сделает меня счастливой. С другой – проявление интереса к жизни других – прекрасный способ проявить уважение и любовь. Я скорректировала свое правило – теперь оно звучало так: «Умение проявлять интерес к жизни других людей (в пределах разумного)». И тут я поняла, что вполне могу демонстрировать абсолютно искреннюю заинтересованность. Я несколько минут смотрела мультик про Губку Боба, а потом начинала задавать вопросы о сюжете. Я могла обсуждать с Элизой достоинства новых туфель, которые мы ей купили.




...

Я заметила, что волшебный принцип «веди себя так, как хочешь чувствовать» не утратил своей магии.

Я не очень люблю музыку, но Элиза и Элинор любят поп. Когда я стала находить время послушать песни вместе с ними и интересоваться именами исполнителей, музыка стала доставлять мне больше удовольствия.

Я снова задумалась о словах св. Терезы: «Недостаточно просто любить; мы должны доказывать свою любовь». В моей жизни способом доказательства любви должна стать готовность посвящать свое время и внимание тем, кого я люблю. Но откладывала ли я книгу, когда дочка в десятый раз приставала ко мне: «Посмотри, посмотри, ну посмотри же!»? Бросала ли я свои занятия, переносила ли дела или как то еще поступалась своими интересами? Побеждала ли я собственное стремление пилить, ругать, жаловаться, критиковать? Не всегда. Мне все еще приходилось бороться с привычкой вести счет:

– Я сходила для тебя в аптеку, теперь ты должен разобраться с моим принтером. Я прочитала тебе лишнюю страницу, поэтому ты должна лечь спать без нытья и хныканья.

Мне хотелось проявлять любовь инстинктивно, не делая над собой усилия.

Но справедливо и обратное. Чрезмерная жертвенность мешает счастью. Уважая интересы других, нельзя забывать о собственных. Во всем необходимо равновесие.

Приключения по средам

Основная причина конфликтов сестер и братьев – конкуренция за внимание и время родителей. Элиза и Элинор прекрасно ладят (это особенно удивительно, учитывая их разницу в возрасте), но все же соперничают в том, кому достанется больший кусок «пирога». Каждое лето девочки по очереди проводят по неделе с моими родителями в Канзасе, а во время учебного года моя свекровь раз в неделю забирает из школы одну из девочек. Мы сделали так для того, чтобы каждая из девочек могла насладиться вниманием взрослых, не деля его с сестрой.

Я тоже решила построить свое расписание так, чтобы иметь возможность побыть наедине с каждой из девочек и заняться с ней тем, что она любит. И эти занятия ничто не должно было прерывать – ни приставания сестры, ни телефон, ни домашние дела.

Поскольку Элиза теперь ходила в школу сама и уходила довольно рано, у нас с Элинор появилось утреннее время. Мы завтракали, одевались, а потом неспешно отправлялись в садик. И еще у нас был вечерний ритуал, когда я читала Элинор сказки и укачивала ее.

А что же Элиза? Каждый вечер я на 10–15 минут ложилась с ней в постель поговорить перед сном. Это было очень важно, но мне хотелось выкроить для нее побольше времени. Элиза тоже должна была чувствовать, что все мое внимание безраздельно принадлежит только ей. И тут одна подруга рассказала мне, что по средам она забирает своего ребенка из школы и отправляется с ним «путешествовать» по Нью Йорку – каждый раз в новое место: недавно, например, они побывали на фабрике, где пекут сладкие крендельки. Домой они возвращаются в полшестого, и у них остается время сделать уроки и приготовить ужин. Я сразу же решила повторить этот опыт и придумала, куда пойти с Элизой.


...

Но важнее всего было не то, чем мы решили заняться, а готовность посвятить свое время ребенку.

Мне было трудно каждую среду выкраивать время для Элизы. Мне все время хотелось работать. Мне нужно было время на то, чтобы думать, читать, писать – хотя бы отвечать на письма. Меня всегда тянуло к компьютеру. Но я знала, что в будущем я буду жалеть о том, что провела с Элизой времени меньше, чем могла бы. А работа – что ж, работа не волк, в лес не убежит.

Я вспомнила свою третью замечательную истину: «Дни длинны, но годы коротки». Интересы моей дочери давно изменились. И я приняла твердое решение каждую среду проводить только с Элизой. Она становилась подростком, и мне нужно было каждую неделю проводить с ней несколько часов, не отвлекаясь на другие дела. Если мы решили каждую среду проводить вместе, этот пункт должен значиться в моем ежедневнике и быть столь же важным, как встреча с редактором. Слава богу, у меня гибкий график работы, но если я не воспользуюсь им для того, чтобы провести время с дочерью, то никакой пользы из него для себя не извлеку.

Я рассказала Элизе о своей идее, и она загорелась.

– Я могу выбрать любое место? – спросила она.

– Конечно. Но если тебе кажется, что я могу и не знать, как туда добраться, распечатай маршрут или спроси у папы. Мы будем уезжать прямо из школы.

– И мы можем поехать куда то не только на Манхэттене?

– Ну разумеется, но только мы должны быть дома к шести.

– И мы можем пойти… в кино?

– Да, только вернуться нужно к шести.

– И в магазин тоже?

– Я не обещаю каждый раз тебе что то покупать. Но если ты захочешь пойти в магазин, чтобы что то посмотреть, почему нет?

– Здорово!

Я взяла ежедневник и написала «15.15 – Элиза – приключение» на каждую среду на несколько месяцев вперед.

Первой выбирала Элиза. Она повела меня в музей мадам Тюссо на Таймс сквер. Потом я повела ее в Азиатское общество. Потом Элиза вытащила меня в кунсткамеру (я сфотографировала ее среди удивительных экспонатов). Поскольку Элиза всегда интересовалась видео и рекламой, я предложила сходить в музей телевидения и радио. Я думала, что там показывают лучшую старую рекламу, но ошиблась, и мы посмотрели старые телешоу. Элиза предложила сходить в небольшой музей, где дети могли сами сделать поздравительные открытки. По моему предложению мы пошли в музей Метрополитен в зал Тиффани. Я показала ей свои любимые витражи – «Осенний пейзаж» и «Фонтан в саду».

Как то раз Элиза выбрала большой универмаг «Блумингдейлс».

– Обожаю эти ароматы! – воскликнула она, когда мы вошли на первый этаж.

Мы два часа рассматривали украшения, выставленные на втором этаже. Элизе это страшно понравилось. Хотя сама я никогда ничего подобного не предложила бы, но получила удовольствия не меньше, чем она. Видеть сокровища дорогого магазина глазами ребенка было невероятно интересно.

Хотя я сказала, что мы не собираемся ничего покупать, но в тот день я не устояла перед соблазном и купила ей кулон.

– Я хочу, чтобы ты запомнила этот день, – сказала я. – Этот кулон будет напоминать тебе о наших приключениях по средам. Сохрани его на всю жизнь. Договорились?

– Ага, – закивала Элиза. – Я сохраню его навсегда!

– Хорошо. Ты выбрала именно тот, который тебе понравился?

– Да! Смотри, это маргаритка!

Элиза выбрала кулон с классической маргариткой: белые лепестки вокруг желтой сердцевинки. Этот цветок стал ее личным символом.

– Замечательно, – сказала я. – Надевая его, вспоминай наши прогулки.


Мы несколько месяцев гуляли по средам. И я начала терзаться чувством вины – почему же мы все время оказываемся в музеях. Я назвала эти прогулки «приключениями», но до сих пор мы не сделали ничего «приключенческого». Может, съездить в зоопарк в Бронксе, покататься на пароме на Стейтен Айленд или попробовать необычные вкусности в Бруклине? А потом я поняла: наша жизнь настолько заполнена всякими событиями, что нам приятно просто провести время вдвоем, никуда не спеша. И пусть даже мы не уезжаем далеко от дома. Как то раз, в сильный дождь, мы решили вернуться домой, сварить горячий шоколад и заняться замком Лего, который недавно начали строить. Иногда и в доме можно найти приключения.
Теплые встречи и прощания

Незадолго до начала нового «Проекта Счастье» я рассказала подруге о своем решении посвятить каждый месяц новой теме.

– Хочешь идею для «Родительства»? – сказала она. – Каждый вечер вы можете собираться все вместе и записывать, что хорошего случилось с каждым из вас. Это стимулирует чувство благодарности.

– Замечательно! – воскликнула я, стараясь, чтобы в моем голосе звучал энтузиазм.

Подобную идею я встречала во многих книгах, но мне не хотелось проверять ее на практике. Почему? Я поняла, что мой проект включал в себя действия, которые я могла выполнить сама, без чьей либо помощи. А правильно ли это? Не упускаю ли я возможность сплотить свою семью?

Но что я упускаю? Сосредоточиться на том, что должны делать другие, очень легко. Но, как гласила моя шестая замечательная истина, я не могу изменить никого, кроме себя. Я чувствовала, что, предложив домашним записывать счастливые воспоминания, я тут же начну пилить их за то, что они этого не делают. Хорошенький путь к счастью…

Нет, требуется нечто противоположное. И я решила сделать исключение из своих правил. Предложу ка я домашним «Теплые прощания и встречи».

Когда девочки были маленькими, они встречали нас с Джейми с восторгом, а когда мы уходили, горько плакали. Сегодня же наше появление и уход не заставляли их даже головы повернуть. Это, конечно, хорошо, но… печально. Да и мы с Джейми давно перестали тепло здороваться и прощаться.

Мое октябрьское решение целовать Джейми по утрам и вечерам полностью изменило мое отношение к мужу. Надо идти дальше – ведь теплого приветствия и прощания заслуживает каждый член семьи!

Угощая домашних блинчиками, я задала им вопрос:

– Если б вы могли принять решение для каждого члена семьи, каким бы оно было?

Джейми ни на минуту не задумался:

– Джейми делает то, что захочет, а остальные члены семьи убирают квартиру и готовят еду.

– Отличная мысль, – сухо сказала я. – Кто следующий?

– Нам нужно разнообразить завтраки. Пусть будут яйца и блинчики, а не только мюсли и арахисовое масло, – предложила Элиза.

– Это возможно, – с удивлением сказала я. – Я не знала, что ты хочешь чего то другого.

Потом я повернулась к Элинор:

– А у тебя какие предложения, Эно?

– Пусть меня каждый раз обнимают и целуют при встрече. И еще я хочу в любое время ходить в магазин игрушек и покупать то, что мне понравится.

– Что ж, я тоже хочу кое что предложить, – сказала я. – Это похоже на предложение Элинор. Я хочу, чтобы мы приняли одно правило. Каждый раз, когда кто то из нас приходит домой или уходит, мы все должны обращать на это внимание. Давайте устраивать теплые приветствия и прощания.

– Зачем? – удивилась Элиза.

– Так мы сможем проявить внимание и любовь друг к другу. Я знаю, что у меня самой это не получается. Трудно оторваться от своего занятия, но это очень важно.

Элинор была недовольна:

– Значит, если я играю в своей комнате и кто то пришел, мне нужно все бросить? Но я же забуду, что делала!

– Постарайся не забыть, – посоветовал ей Джейми. – Давайте попробуем.

Мне было приятно, что он меня поддержал. Я не знала, как он отреагирует на мое предложение.

– Значит, ты согласен?

– Конечно, – улыбнулся он. – Это хорошее правило.

– А если мы не будем этого делать? – возразила Элинор. – Если я забуду?

– Тут есть над чем подумать, – кивнула я.

Несмотря на сопротивление Элинор, я думала, что ей это понравится. Она всегда очень ярко демонстрировала свои чувства. Когда она была поменьше, то часто брала нас за руки и целовала, повторяя: «Я тебя люблю! Ты – лучшая мамочка / папочка / сестра в мире». Элинор нравилось устанавливать правила. Я была уверена, что она будет следовать нашему правилу с энтузиазмом.

– А ты что думаешь, Элиза? – спросила я. – Тебе это нравится?

– Нравится, – кивнула Элиза.

Она всегда была более сдержанной, но всегда с удовольствием принимала участие в семейных планах.

Все согласились с тем, что теплые встречи и прощания – это хорошо. Но будем ли мы помнить об этом? А что делать с «забываками» – пилить? Я не хотела, чтобы правило, призванное вселять в нас чувство любви, превратилось в источник конфликтов.

К моему удивлению, чаще всего решение исполнялось с энтузиазмом. Чем больше проходило времени, тем естественней становилась эта привычка. По несколько раз в день мы ощущали полное единство друг с другом. Элиза кричала:

– Я ухожу!

Я бросала все свои дела, кричала ей в ответ:

– Подожди, подожди!

И мы с Элинор бежали к двери обнять и поцеловать ее. Иногда у нас получался настоящий «сэндвич» – мы с Джейми вместе обнимали наших девочек.

Когда я рассказала об этом подруге, она сказала:

– Это очень важно. Я заметила это, когда мой сын пошел в школу. Когда учительница обнимала его или пожимала ему руку, он шел в класс с хорошим настроением. Но если она не обращала на него внимания, он хмурился, и оценки в тот день были не самыми высокими. Да и во взрослой жизни я тоже это часто замечала. Если меня не приветствовали в группе, мне тяжело было в ней освоиться.

И все же следовать принятому решению не всегда было легко, особенно мне. Каждое утро, подкрепившись чашкой чая и диетическим напитком, я с шести до семи работаю в своем кабинете, а потом поднимаю девочек. И часто без десяти семь, когда я пыталась закончить работу к семи, я слышала голос Джейми:

– Гретхен, я ухожу!

– Подожди! – кричала я. – Секундочку!

Мне хотелось, чтобы он зашел ко мне и попрощался. Мне хотелось, чтобы он вышел на 15 минут позже. Но нет! Я напоминала себе два собственных решения: «Теплые прощания» и «Поцелуй утром, поцелуй вечером». И каждое утро мне приходилось делать над собой нечеловеческие усилия, чтобы оторваться от клавиатуры. Но я была счастлива, что сделала это усилие. Мне повезло – у меня был любящий и любимый муж, я могла начинать свой день с объятия и поцелуя. И это было очень важно, гораздо важнее возможности еще несколько минут понажимать на клавиши и поставить галочку в списке дел.




...

«Каждому этапу жизни свойствен свой вид любви», – писал Толстой. А я бы добавила, что каждому этапу жизни свойствен свой вид счастья.

Я хотела ценить этот жизненный этап, когда мои дочери были еще маленькими и жили со мной. Я не хотела, чтобы это время проскользнуло незамеченное и незапомненное. Когда Элиза была маленькой, мы с ней ездили на автобусе в садик. Я думала, что так будет всегда. Но теперь эти счастливые минуты остались в прошлом. Мы с Элинор ходим в школу, держась за руки, но скоро и она будет ходить в школу сама.

Как то вечером мы с друзьями возвращались с заседания книжного клуба.

– Мне так грустно, – сказала я. – Детство проходит так быстро. Я понимаю, что это клише, но это правда.

– Понимаю, – ответила подруга. – Когда я злюсь на беспорядок в квартире, на разбросанные игрушки, то каждый раз напоминаю себе, что все это пройдет и я буду жалеть об этом.

– Да, – кивнула я. – Мы должны ценить эту возможность.

Входя в дом, я снова подумала о том, как сделать его местом уютным, теплым и нежным. Наша жизнь протекает в суете, все проходит так быстро, дни пролетают незаметно – тем важнее запастись терпением, фотографировать и играть с детьми в прятки.

Думая об этом, я вспомнила, что в Евангелии от Марка говорится: «Ибо кто имеет, тому дано будет, а кто не имеет, у того отнимется и то, что имеет» . Думаю, смысл слов Иисуса можно передать так: «Тот, кто стремится понять божественную истину, узнает еще больше; а тот, кто даже не пытается, не сможет запомнить даже то малое, что уже узнал».

Но как бы там ни было, я отнесла слова Иисуса к концепции счастья. В них содержалась одна из жестоких тайн взрослой жизни: ты получаешь больше того, что имеешь. Когда ты настроен дружелюбно, люди хотят быть тебе друзьями. Чувствуешь себя красивым – люди тянутся к тебе. Ощущаешь любовь – и окружающие относятся к тебе с любовью. Эта истина жестока, потому что чаще всего мы хотим, чтобы люди дали нам недостающее. Когда кажется, что у тебя нет друзей, тебе хочется, чтобы люди были настроены дружелюбно. Когда сам себе кажешься гадким утенком, хочется, чтобы кто то назвал тебя лебедем. Чувство нелюбви заставляет тянуться к любви и привязанности. Но «кто имеет, тому дано будет, а кто не имеет, у того отнимется и то, что имеет».

И это снова приводит нас к шестой замечательной истине: Единственный, кого я могу изменить, – это я сама. Если я хочу, чтобы в моем доме царили любовь, тепло и нежность, именно это я должна нести с собой, выходя из дверей лифта.





Достарыңызбен бөлісу:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11




©dereksiz.org 2024
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет