Региональная общественная организация «независимый экспертно-правовой совет»



жүктеу 148.34 Kb.
Дата16.06.2016
өлшемі148.34 Kb.


РЕГИОНАЛЬНАЯ ОБЩЕСТВЕННАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ

«НЕЗАВИСИМЫЙ ЭКСПЕРТНО-ПРАВОВОЙ СОВЕТ»

115093, Москва, e-mail: sovet@neps.ru

Ул. Павла Андреева, 4

Заключение специалиста

Мне, эксперту Независимого экспертно-правового совета Костанову Юрию Артемьевичу, имеющему ученую степень кандидата юридических наук и ученое звание доцента, классный чин государственного советника юстиции 2 класса, стаж работы по юридической специальности 49 лет 10 месяцев, в том числе в органах прокуратуры – 24 года 8 месяцев и в органах юстиции – 5 лет 8 месяцев, предложено ответить на следующие вопросы:



1. Соответствует ли содержание постановлений о привлечении Косенко М.А., Акимкина В. Г. и Белоусова Я. Г. в качестве обвиняемых по ч. 1 ст. 212 УК РФ, требованиям уголовно-процессуального закона и правилам составления подобного рода процессуальных документов?

2. Нарушает ли мотивировочная часть постановлений конституционные нормы Российской Федерации, а также международно-правовые обязательства России?
Поводом для рассмотрения указанных вопросов является обращение Исполнительного директора Общероссийского общественного движения «За права человека» с просьбой «в рамках программы совместного изучения гарантий соблюдения прав человек в органах следствия, надзора и суда… …провести правовую экспертизу законности постановления о привлечении указанных лиц в качестве обвиняемых по ч. 2 ст. 212 УК РФ (участие в массовых беспорядках)».
Для оценки и дачи заключения на исследование представлены копии (на электронном носителе) постановлений о возбуждении уголовного дела и о привлечении Косенко М. А., Акимкина В. Г. и Белоусова Я. Г. в качестве обвиняемых по ч. 2 ст. 212 и ч. 1 ст. 318 УК РФ.
В настоящем заключении не даётся оценка обоснованности постановлений с точки зрения достоверности и достаточности имеющихся в деле доказательств, поскольку для этого требуется их непосредственное исследование.
1. Как следует из текста постановлений, каждому из упомянутых лиц предъявлено обвинение в участии в массовых беспорядках и насилии в отношении сотрудников полиции, находившихся при исполнении обязанностей представителя власти.

Все три постановления состоят из описания массовых мероприятий с последующим указанием на действия каждого из обвиняемых. Постановления однотипны, отличаются лишь в частностях, касающихся конкретных действий, инкриминированных каждому из обвиняемых.

Массовые (публичные) мероприятия, в которых приняли участие обвиняемые, и совершенные неустановленными участниками этих мероприятий действия, приведшие к массовым беспорядкам, описаны в постановлениях следующим образом:

«…не позднее 06.05.2013 из средств массовой информации получил сведения о том, что планируется проведение заранее согласованных в установленном законом порядке публичных мероприятий – шествия от Калужской площади по ул. Большая Якиманка, Большая Полянка до Болотной площади в городе Москве, с последующим проведением на Болотной площади митинга. Целью проведения данной акции являлось выражение протеста против имевшихся, по мнению организаторов указанного мероприятия, злоупотреблений и фальсификаций в ходе выборов в Государственную Думу Российской Федерации и Президента Российской Федерации, а также высказывания требований честных выборов, соблюдения прав человека, законодательства Российской Федерации и её международных обязательств.

Для участия в массовом публичном мероприятии Косенко М. А. (в двух других постановлениях - соответственно Акимкин В. Г. и Белоусов Я. Г.) около 16 часов 05.05.2012 года прибыл к месту проведения митинга – в район Болотной площади города Москвы.

В период времени с 16 до 20 часов 06.05.2012, на участке местности вдоль улицы Серафимовича между Большим Каменным мостом и Малым Каменным мостом, Болотной набережной и Болотной площадью, расположенной между домом № 2 по улице Серафимовича и домом № 14 по Болотной улице в городе Москве, во время проведения согласованных в установленном порядке шествия и митинга, неустановленные участники митинга, грубо нарушая общественный порядок и правила проведения массовых мероприятий, игнорируя законные требования представителей власти – сотрудников полиции, осуществляющих охрану общественного порядка и обеспечение общественной безопасности, о прекращении противоправных действий стали призывать присутствующих граждан к движению за пределы согласованного места проведения митинга, неподчинению законным требованиям сотрудников полиции и к применению к последним насилия, что привело к возникновению массовых беспорядков.



После этого часть участников митинга, поддавшись прозвучавшим противоправным призывам, в ходе возникших массовых беспорядков, игнорируя законные требования сотрудников полиции, применяя физическую силу, стали пытаться прорвать оцепление из сотрудников полиции и военнослужащих внутренних войск МВД России, выполнявших свои должностные обязанности по пресечению противоправных действий и воспрепятствованию проходу участников массового мероприятия за пределы согласованной для проведения митинга территории. При этом большое количество людей, вовлечённых в массовые беспорядки посредством активных действий агрессивно настроенных лиц с явно выраженным умыслом на разжигание ненависти против представителей власти, стали посягать на общественную безопасность путём применения насилия и оказания активного сопротивления представителям власти – сотрудникам полиции».
Согласно постановлению о привлечении в качестве обвиняемого Косенко М. А. инкриминированные ему действия заключались в том, что он «…находясь на участке местности, расположенной между домом № 2 по улице Серафимовича и домом № 14 по Болотной улице в городе Москве, действуя умышленно с целью участия в возникших массовых беспорядках, осознавая противоправный характер своих действий и желая этого, грубо нарушая общественный порядок и правила проведения массовых мероприятий, осознавая, что одетые в форменное обмундирование сотрудники полиции являются представителями власти и исполняют свои должностные обязанности по охране общественного порядка и общественной безопасности, игнорируя их законные требования о прекращении противоправных действий, применил в отношении стоящего в оцеплении бойца полиции ОМОН ЦСН ГУ МВД России по г. Москве рядового полиции Казьмина А. В. физическое насилие. В процессе совершения неустановленными участниками массовых беспорядков противоправных действий в отношении Казьмина А. В., с которого они сорвали защитную каску «Джета», отняли резиновую палку и нанесли несколько ударов руками и ногами по голове и телу, а также повалили на землю, продолжая наносить удары руками и ногами по голове и телу, находившийся рядом Косенко М. А. нанёс один удар рукой и один удар ногой по телу Казьмина А. В.»
В постановлениях о привлечении в качестве обвиняемых Акимкина В. Г. и Белоусова Я. Г., вместо указания о нанесении удара сотруднику полиции как в постановлении о привлечении Косенко М. А., указано, что они применили физическое насилие, прицельно бросив неустановленный следствием твёрдый предмет: Акимкин – «в отношении стоящих в оцеплении сотрудников полиции», а Белоусов – «в отношении стоящего в оцеплении бойца 2 взвода 3 роты 2 отдельного батальона ОМОН ЦСН ГУ МВД России по г. Москве рядового полиции Филиппова В. Н.».
Кроме того Белоусову вменено в вину то, что он «…Продолжая участвовать в возникших массовых беспорядках, Белоусов Я. Г., перемещаясь по Болотной набережной и находясь на участке местности, расположенной между домом №2 по улице Серафимовича и домом № 14 по Болотной улице, действуя умышленно, осознавая противоправный характер своих действий, грубо нарушая общественный порядок и правила проведения массовых мероприятий, игнорируя законные требования находившихся при исполнении должностных обязанностей сотрудников полиции о превращении противоправных действий, встал в цепь совместно с неустановленными участниками митинга, скандируя различные лозунги, не позволяя таким образом сотрудникам полиции производить задержания участников массовых беспорядков».
Указанные действия квалифицированы следствием по ч. 2 ст. 212 УК РФ, предусматривающей уголовную ответственность за участие в массовых беспорядках.
Нанесение Косенко М. А. одного удара рукой и одного удара ногой по телу сотрудника полиции Казьмина, прицельное бросание Акимкиным В. Г. в стоявших в оцеплении сотрудников полиции, а Белоусовым Я. Г. в сотрудника полиции Филиппова неустановленного следствием твёрдого предмета квалифицированы следствием по ч. 1 ст. 318 УК РФ как насилие, применённое в отношении представителей власти, находившихся при исполнении должностных обязанностей.
2. По общеупотребительному смыслу словосочетание «массовые беспорядки» означает нарушение порядка либо волнения в обществе, выражающие протест против властей, совершаемый большим количеством людей.

Так, в академическом толковом словаре русского языка слова «беспорядок» и «массовый» определяются следующим образом:

Беспорядок, -дка, м 1.Отсутствие, нарушение порядка. Противник отступает в беспорядке. В комнате б. 2 мн. Волнения в обществе, выражающие протест против властей. В городе беспорядки.

(С. И. Ожегов и Н. Ю. Шведова. Толковый словарь русского языка. 4-е издание. Изд. Институтом русского языка РАН, М., 2001, с. 45)


Массовый, -ая, -ое, -ов. 1. См. масса. 2. Совершаемый большим количеством людей, свойственный массе людей. М. героизм. Массовое движение «зелёных». Массовые сцены в кино. 3.Производимый в большом количестве, распространяемый на множество, многих. Массовое производство. 4. Предназначенный для широких масс. Товары массового спроса. 5. Полн. ф. Принадлежащий к широким кругам населения. М. читатель.

(С. И. Ожегов и Н. Ю. Шведова. Толковый словарь русского языка. 4-е издание. Изд. Институтом русского языка РАН, М., 2001, с. 344).


В уголовном законодательстве базовые, общеупотребительные значения слов и выражений русского языка, как правило, сохраняются – с соответствующими в необходимых случаях дополнениями, без которых, если они упомянуты в законе, деяния не признаются преступными. Состав преступления – т. е. совокупность признаков, необходимых и достаточных для отграничения преступного от непреступного, - является единственным основанием уголовной ответственности (ст. 8 УК РФ). Отсутствие хотя бы одного из признаков, образующих состав, означает отсутствие состава преступления.

В соответствии с действующим уголовным законодательством преступными признаются не любые массовые беспорядки, а лишь характеризующиеся определёнными, указанными в диспозиции соответствующей статьи особенной части Уголовного кодекса признаками. Статьёй 212 УК РФ установлена уголовная ответственность за организацию массовых беспорядков «сопровождавшихся насилием, погромами, уничтожением имущества, применением огнестрельного оружия, взрывчатых веществ или взрывных устройств, а также вооружённого сопротивления представителю власти», за участие в таких массовых беспорядках (т. е. также «сопровождавшихся насилием, погромами, уничтожением имущества, применением огнестрельного оружия, взрывчатых веществ или взрывных устройств, а также вооружённого сопротивления представителю власти»), и за призывы к таким же массовым беспорядкам.

Статья 212 помещена в главу 24 Уголовного кодекса РФ, включающую статьи о преступлениях, посягающих на общественную безопасность. Из этого следует, что объектом уголовно наказуемых массовых беспорядков является общественная безопасность. Наличие в деянии других объектов (общественный порядок, авторитет и служебная деятельность представителей власти и т. п.), если эти деяния не посягают одновременно на общественную безопасность, не позволяет квалифицировать такие деяния по ст. 212 УК РФ.

Такой же позиции придерживается и Верховный Суд Российской Федерации, который в кассационном определении по конкретному уголовному делу указал, что «под массовыми беспорядками законодатель понимает преступление, нарушающее общественную безопасность и способное причинить тяжкие последствия в сфере экономики, политики, экологии, военной сфере, парализовать деятельность органов государственной власти и управления.

……Применение огнестрельного оружия, причинение телесных повреждений и смерти потерпевшему, а также повреждение чужого имущества сами по себе, без приведенных выше признаков, не могут служить основанием квалификации по статье «массовые беспорядки» и должны квалифицироваться по соответствующим статьям материального закона».

- (Кассационное определение от 22 декабря 2005 года по делу № 80-о05-35сп).

Не влечёт уголовной ответственности по статье 212 УК РФ организация массовых беспорядков, участие в них и призывы к ним, если речь не идёт о беспорядках, посягающих на общественную безопасность, «сопровождавшихся насилием, погромами, уничтожением имущества, применением огнестрельного оружия, взрывчатых веществ или взрывных устройств, а также вооружённого сопротивления представителю власти».
В постановлениях о привлечении в качестве обвиняемых Косенко М. А., Акимкина В. Г. и Белоусова Я. Г. массовые беспорядки упоминаются как последствия действий неустановленных участников публичных мероприятий (неустановленные участники митинга, грубо нарушая общественный порядок и правила проведения массовых мероприятий, игнорируя законные требования представителей власти – сотрудников полиции, осуществляющих охрану общественного порядка и обеспечение общественной безопасности, о прекращении противоправных действий стали призывать присутствующих граждан к движению за пределы согласованного места проведения митинга, неподчинению законным требованиям сотрудников полиции и к применению к последним насилия, что привело к возникновению массовых беспорядков). Кроме того в постановлениях указано, что обвиняемые действовали с целью участия в массовых беспорядках ( «…находясь на участке местности, расположенной между домом № 2 по улице Серафимовича и домом № 14 по Болотной улице в городе Москве, действуя умышленно с целью участия в возникших массовых беспорядках,).

В то же время в постановлениях не приведено описания конкретных действий участников массовых беспорядков, которые могли быть квалифицированы как массовые беспорядки – погромы, уничтожение имущества, применение огнестрельного оружия, взрывчатых веществ или взрывных устройств, вооружённое сопротивление сотрудникам полиции. Не указано кого участники митинга громили, чьё имущество и каким способом (путём поджога, слома и т. п.) уничтожали, как и какое огнестрельное оружие применяли, как и какие взрывчатые вещества и взрывные устройства применяли. Применение насилия упоминается трижды: – нанесение Косенко М. А. одного удара рукой и одного удара ногой по телу сотрудника полиции Казьмина, прицельное бросание Акимкиным В. Г. в стоявших в оцеплении сотрудников полиции, а Белоусовым Я. Г. в сотрудника полиции Филиппова неустановленного следствием твёрдого предмета. Указанное в постановлениях «сопротивление представителям власти» не является составообразующим признаком массовых беспорядков – в диспозиции статьи 212 УК РФ речь идёт не о любом сопротивлении представителю власти, а об одном из видов сопротивления: о вооружённом сопротивлении представителю власти.

По видимому, трёх отдельных столкновений с полицией недостаточно для признания этих действий массовыми беспорядками.

Не указано в постановлениях, и что инкриминированные обвиняемым действия посягают на общественную безопасность. Ссылка на то, что сотрудники полиции находились при исполнении должностных обязанностей по охране общественного прядка и общественной безопасности, не меняют ситуации: преступление, предусмотренное ст. 212 УК РФ характеризуется прямым умыслом, что требует указания в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого о направленности умысла виновного именно на общественную безопасность, а не на деятельность сотрудников полиции по охране в том числе и общественной безопасности – т. е. виновный должен был не просто осознавать или сознательно допускать возможность причинения вреда общественной безопасности, но предвидеть и желать этого.


Таким образом, постановления о привлечении в качестве обвиняемых Косенко М. А., Акимкина В. Г. и Белоусова Я. Г. по ст. 212 УК РФ, предусматривающей уголовную ответственность за массовые беспорядки, не соответствуют требованиям п. 4 ч. 2 ст. 171 УПК РФ, поскольку в них вообще не содержится описание чьих-либо действий, подлежащих квалификации по ст. 212 УК РФ как массовые беспорядки.
3. В соответствии с п. 4 ч. 2 ст. 171 УПК РФ в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого должны быть указаны способ совершения, форма вины и мотивы преступления, характер и размеры причинённого вреда.

Ввиду необходимости обеспечить право обвиняемого, предусмотренное п. 1 ч. 4 ст. 47 УПК РФ, а также ст. 6 Европейской конвенции по защите прав человека и основных свобод, знать, в чём он обвиняется (причём под знанием обвинения понимается не просто ознакомление с текстом соответствующего постановления, но возможность понимать существо обвинения) постановление о привлечении в качестве обвиняемого не должно содержать термины и выражения, допускающие различное их истолкование. Кроме того, поскольку речь в законе идёт об указании способа совершения именно преступления, а не любых совершённых обвиняемым действий, в постановлении не должно содержаться описания действий, находящихся за пределами состава вменённого преступления.

При этом описание способа совершения, форма вины и мотивы преступления должно корреспондировать соответствующим нормам Уголовного кодекса РФ, смысл использованных следователем слов и выражений не должен расходиться с общепринятым.

Постановления о привлечении в качестве обвиняемых Косенко М. А., Акимкина В. Г. и Белоусова Я. Г. этим требованиям не соответствуют.

В постановлении о привлечении в качестве обвиняемого должно содержаться описание деяния, инкриминированного данному лицу. Как указано выше в постановлениях о привлечении в качестве обвиняемых Косенко М. А., Акимкина В. Г. и Белоусова Я. Г. не приведено описания действий, содержащих признаки состава преступления «массовые беспорядки».

Описание деяний, совершённых другими лицами, если эти деяния не охватывались умыслом обвиняемого, не допускается. Законом не предусмотрено также включение в постановление о привлечении в качестве обвиняемого описания обстоятельств, не охватываемых умыслом либо неосторожностью виновного. Следовательно обширное описание публичного мероприятия в постановлениях о привлечении в качестве обвиняемых Косенко М. А., Акимкина В. Г. и Белоусова Я. Г. и ссылки на действия, совершённые другими лицами (тем более неустановленными), ссылки на учинённые кем-то массовые беспорядки без раскрытия этого понятия закону противоречит.

Изложение формулы обвинения в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого должно отвечать требованию определённости и непротиворечивости. Без этого право обвиняемого знать в чём он обвиняется – ключевое право из комплекса прав, составляющих конституционное право на защиту (п. 1 ч. 4 ст. 47 УПК РФ), а также упоминание о понятном для обвиняемого языке в статье 6 Европейской конвенции, превращаются в фикцию. Речь идёт не о простом ознакомлении обвиняемого с текстом постановления о привлечении в качестве обвиняемого. Обвиняемый вправе не просто знать (т. е. не просто ознакомиться с текстом) но вправе понимать, в чём он обвиняется. Без этого защищаться от обвинения он не может. Обвиняемый – равноправный субъект процесса, а не бессловесный объект многотрудной деятельности следователя и суда. Постановления о привлечении в качестве обвиняемых Косенко М. А., Акимкина В. Г. и Белоусова Я. Г. этому требованию не отвечают. В постановлениях указано, что Акимкин В. Г. применил насилие в отношении сотрудников полиции, прицельно бросив в них неустановленный твёрдый предмет. Между тем прицельный характер броска подразумевает точное указание цели – прицельно бросают предмет в конкретного человека, а не в толпу «на авось». Такой фактически неприцельный бросок может характеризоваться только косвенным умыслом, в связи с чем не может быть вменён по ст. 212 УК РФ, требующей установления прямого умысла в действиях виновного. Указание на то, что брошенный Акимкиным В. Г. (равно как и Белоусовым Я. Г.) предмет был твёрдым явно противоречит тому обстоятельству, что этот предмет остался неустановленным: если предмет неустановленный (т. е. неизвестный), то откуда стало известно, что этот предмет был твёрдым? Это могло бы быть, если бы попадание упомянутого предмета причинило тому телесные повреждения, которые судебным медиком были охарактеризованы как причинённые тупым твёрдым предметом (причём после этого сам предмет был сразу же (в ходе схватки утрачен). Однако ни Акимкину В. Г., ни Белоусову Я. Г. не вменено причинение телесных повреждений сотруднику полиции.

Таким образом, постановления о привлечении в качестве обвиняемых Косенко М. А., Акимкина В. Г. и Белоусова Я. Г. по ст. 212 УК РФ, противоречат конституционным положениям, являющимся частью российской правовой системы общепризнанным принципам и нормам международного права, и нормам уголовно-процессуального законодательства о праве обвиняемого на защиту (ч. 4 ст. 15 Конституции Российской Федерации, ст. 6 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, п. 1 ч. 4 ст. 47 УПК РФ).


4. Упоминание в постановлениях о том, что фактическая численность участников публичных мероприятий оказалась больше заявленной противоречит уголовно-процессуальным нормам, поскольку это обстоятельство никак не может быть инкриминировано Косенко М. А., Акимкину В. Г. и Белоусову Я. Г., поскольку они не были организаторами публичных мероприятий. Упоминание о превышении численности участников на самом деле не должно быть ни в какой форме вменено в вину даже и организаторам публичных мероприятий, поскольку это обстоятельство не зависит от их воли – люди, узнавшие о публичном мероприятии из средств массовой информации, вправе принять в этих мероприятиях участие. Это их конституционное право не может быть ограничено иначе чем по основаниям, перечисленным в . 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации – т. е. по соображениям защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. Между тем, как это указано в постановлении о возбуждении уголовного дела и в постановлениях о привлечении в качестве обвиняемых Косенко М. А., Акимкина В. Г. и Белоусова Я. Г., цели участников публичных мероприятий были законны и общественно полезны, они намеревались «Выразить протест против злоупотреблений и фальсификаций в ходе выборов в Государственную Думу Российской Федерации и Президента РФ, высказать требование честных выборов, соблюдения прав человека, законодательства РФ и её международных обязательств». По этим же причинам наличие ограничений числа участников публичных мероприятий в законодательных актах о проведении митингов, шествий, собраний и т. п. публичных мероприятий противоречит Конституции Российской Федерации – её статье 31. Предусмотренное этой статьёй право граждан на участие в митингах, демонстрациях и шествиях не может быть ограничено усмотрением организаторов этих публичных мероприятий, из чего следует, что организаторы не вправе запретить кому-либо участвовать в таких мероприятиях и, следовательно, организаторы не могут нести ответственность за превышение заявленного числа участников.

Ю. А. Костанов






©dereksiz.org 2016
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет