Фрагмент статьи



Дата05.07.2016
өлшемі36.28 Kb.

Фрагмент статьи

Сайгитов У. Т.

Понятие терроризма как формы организованной насильственной преступности // Право в Вооруженных Силах. – 2004. - № 10.

Терроризм как явление преступности отличается достаточно специфическими методами и способами преступной деятельности, что позволяет о некоторых из них говорить как о террористических. Если при бандитизме избирательность способов преступного поведения продиктована практикой непосредственного контакта с объектом преступления, причем в момент совершения преступления бандиты проявляют себя с позиции сильной стороны, то террористы, как правило, проявляют себя с позиции стороны слабой, не желающей себя обнаруживать, пытающейся войти в публичное противоборство с теми или иными силами, дистанцируясь при этом от них либо входя в открытое противостояние под прикрытием важных для последних интересов. Однако способы терроризма не дают основания для очерченного представления терроризма, и в частности, в рамках разграничения со смежной формой организованной преступной деятельности - бандитизмом. Во-первых потому, что способы террористической и бандитской деятельности весьма разнообразны. Во-вторых, ни один из способов не имеет "строгой привязки" к рассматриваемым разновидностям организованной преступности. Террористы нередко используют чисто бандитские способы, практикуя нападения и т.п., а бандиты широко используют способы террористические. "Заимствование", как правило, бывает продиктовано ситуацией. Так, нередки случаи, когда бандиты, оказавшись в безвыходной ситуации (в окружении работников правоохранительных органов, в местах лишения свободы и т.п.), прибегают к такому террористическому способу, как захват заложников. Наконец, "заимствования" часто применяются в связи с операциональными преимуществами тех или иных способов, и особенно террористических. Речь идет о способах, связанных с использованием технических и иных возможностей дистанционного исполнения (например, компьютерные преступления, приведение в действие взрывного устройства с использованием часовых механизмов, дистанционного управления и т.д.).

Действительно, преступные устремления бандитствующих группировок имеют самый широкий спектр и далеко не исчерпываются целью, обозначенной в конструкции ст. 209 УК РФ ("Бандитизм") "нападение на граждан и организации", тем более что "нападение" вообще трудно назвать целью преступной деятельности. Бандитизм в современных условиях российской действительности не только разбой, но и заказные убийства, квалифицированное вымогательство и хулиганство, а также "проталкивание" своих кандидатов на высокие должности путем насилия, угрозы его применения или шантажа и др.

С другой стороны, сегодня многие преступления определяют как терроризм, и особенно с подачи СМИ, приписывая терроризму то, что ему не присуще. Так, по мнению многих зарубежных ученых, в мотивационном комплексе террористических акций фиксируются и такие, как корысть, месть, экономическая конкуренция, иррациональная мотивация психически больных. Вместе с тем террористические акции - это еще не терроризм, а следовательно, многоплановость целей террористических акций не должна отражаться на понимании целей терроризма. Отождествление данных понятий ведет к поверхностным выводам, согласно которым "цели не могут быть террористическими или нетеррористическими, бандитскими или небандитскими, насильственными или ненасильственными, они лишь отражают характер действий, направленных на их осуществление, способы и средства их достижения".

На самом деле цели терроризма вполне отчетливо видны, если рассматривать зарождение и развитие этого феномена в России.

С началом реформ бандитизм, который на тот момент был единственной формой насильственной организованной преступности, обнаружил тенденцию к существенному модифицированию, обретая в том числе оттенки организованной преступной деятельности, преследующей политические цели. В действительности же в сфере насильственной организованной преступности происходило зарождение терроризма, его "отпочковывание" от бандитизма.

Исходя из вышесказанного, следует отличать терроризм от террористических акций, а следовательно, различать цели терроризма и цели террористических акций. Террористические акции могут осуществляться не только террористами, но терроризм в стратегическом плане преследует исключительно политические цели и является формой социально-политической организованной преступности. Терроризм подразумевает, прежде всего, деятельность радикалистских, экстремистских организаций (не случайно, к примеру, в США и Великобритании борьба с терроризмом - это прежде всего борьба с деятельностью организаций, занесенных в специальные списки), стремящихся с помощью насилия изменить существующий государственный строй, религиозные, национальные и иного рода устои страны.

Исходя из того, что бандитизм вместе с терроризмом исчерпывают насильственную сферу организованной преступной деятельности, логично усматривать качество бандитизма во всех формах насильственной организованной преступной деятельности, не укладывающихся в приведенное выше понимание терроризма. Таким образом, если терроризм преследует исключительно политические цели, то бандитизм все иные. Это справедливо и для тех случаев, когда "бандиты" непосредственно или опосредованно внедряются во власть. Их интересы не политические, а именно иные, если, конечно же, не имеет место "перетекание" одной формы организованной преступности в другую, т.е. бандитизма в терроризм.


Материал подготовлен с использованием системы «КонсультантПлюс. Комментарий законодательства»




Достарыңызбен бөлісу:




©dereksiz.org 2020
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет