Георгий мучник летучая голландка



Дата08.07.2016
өлшемі139 Kb.




Игорь ШПРИЦ

Георгий МУЧНИК


ЛЕТУЧАЯ ГОЛЛАНДКА

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:


ЛОРА ДЕККЕР, 14 лет

ПСИХОЛОГ, 42 года

ОТЕЦ, 38 лет

МАТЬ, 40 лет

ПИТЕР, 50 лет

ПАТРИЦИЯ, 45 лет

СУДЬЯ, 60 лет

ЛОРАН, дельфин, 4 года

РОББИ, 15 ЛЕТ

САРА, 16 лет

ДАНИЭЛЬ, 17 лет

Сцена первая


Комната Лоры в одном углу завалена мешками с парусами. В другом – яхтенная амуниция, куртки, непромоканцы. На столе бумажные карты и ноутбук. Рация с микрофоном. Компаса. Один парус разложен на полу и углом прикреплен к верхней части окна, скрывая ажурную решетку на окне. Л О Р А сидит на парусе и штопает потертость. В руке у нее большая парусная игла. Она в шортах, тельняшке и босиком. На ней надет спасательный жилет-воротник с обвязкой и с карабином на страховочной веревке.
Л О Р А. Меня зовут Лора Деккер. Лора. Или Лаура. Кому как нравится. Лаура – с латинского «увенчанная лавровым венком». Победительница. Деккер – вообще-то палубная. Декк – палуба. Палубная победительница. Мне четырнадцать. Это очень много. Некоторые животные живут меньше. Собаки редко доживают до четырнадцати. Кот в четырнадцать – это старый человек.

(Обводит рукой комнату). А это моя каюта. Проходите. Не стесняйтесь. Только снимите ботинки, на яхте не ходят в ботинках. Старинный обычай. Можно босиком. Там за дверью гальюн. Здесь я храню паруса. Надо просмотреть на них все швы. Где-то подштопать. Парусные иглы очень большие. Ими трудно шить. Вместо наперстка у яхтсменов есть такая приспособа – гардаман. Кожаная нашлепка на всю ладонь. (демонстрирует гардаман). Игла упирается вот в эту хрень. И протыкаешь парус со всей силой. Откуда дырки на парусах? Трутся о такелаж, о краспицы… Такелаж бывает стоячий и бывает бегучий. Стоячий – это ванты, которые держат мачту. А бегучий – это всякие веревки, с помощью которых управляют парусами. Про краспицы рассказать? Это такие деревяшки, ветки, которые отходят вбок от мачты. Не заморачивайтесь. Потом поймете.

Моя яхта, хоть и старше меня, но еще вполне годна для любого путешествия. Килевая яхта лучше всех других способов передвижения. Лучше самолета. Парохода. Машины. Ей не нужен бензин. Ей не нужны дороги. Она непотопляема. Потому что она как пузырек. Как Ванька-встанька. Набежит большая волна, перевернет яхту – а ей ничего. У нее тяжелый киль. Он всегда под водой.

Самое страшное в океане – это когда ночью на полном ходу врезаешься в спящего кита. Большой кит – это тонн сорок, не меньше. Как даст хвостом спросонья… проломит борт… и мой пузырек потонет. Но я не потону! Потому что у меня есть спасательный плот! С запасом воды, продовольствия и рацией. Ко мне пришлют вертолет и меня спасут. В любой части света. Мне очень важно чувствовать себя в безопасности. Я должна при выходе на палубу пристегиваться. Все время быть пристегнутой. (пристегивается к ножке стола.) Только не подумайте, что я чокнутая. Я пристегиваюсь, чтобы не потерять автоматизм. Пристегиваюсь и отстегиваюсь. Обвязка на мне, даже когда я сплю – вдруг ночью, на полном ходу… я наскочу на спящего кита… и он ударит хвостом… я не сказала главного. В этом году я иду в кругосветку. Одна. Совсем одна.
Сцена вторая
Входит Психолог. Лора не смотрит в его сторону.
П С И Х О Л О Г. Здравствуйте, Лаура.

Л О Р А. Снимите, пожалуйста, обувь.

П С И Х О Л О Г. Это обязательно?

Л О Р А. Да.

П С И Х О Л О Г. А почему?

Л О Р А. На яхте не ходят в уличной обуви. Или босиком, или в специальной, яхтенной. С белой подошвой. Чтобы палубу не пачкать.

П С И Х О Л О Г. Ага.
Психолог снимает обувь и присаживается рядом с Лорой.
Л О Р А. Здравствуйте.

П С И Х О Л О Г. Здравствуйте, Лаура.

Л О Р А. Можно вас попросить о двух одолжениях?

П С И Х О Л О Г. Если они выполнимы.

Л О Р А. Первое – называйте меня на «ты». И второе – зовите меня Лора. Мне так привычнее.

П С И Х О Л О Г. Разумеется. (оглядывает комнату). Хорошая комната.

Л О Р А. Каюта.

П С И Х О Л О Г. Хорошая каюта. А что ты делаешь?

Л О Р А. Штопаю штормовой грот.

П С И Х О Л О Г. Ждешь шторм?

Л О Р А. Когда-нибудь подойдет. Простите, вы не представились.

П С И Х О Л О Г. Прости. Франк. Я немного растерялся…

Л О Р А. Ходили когда-нибудь на яхте?

П С И Х О Л О Г. Плавал.

Л О Р А. Хм… плавает дерьмо. А на яхте – ходят.

П С И Х О Л О Г. Значит, ходил. А потом… как правильно по-морскому сказать… «тошнить»?

Л О Р А. Блевать.

П С И Х О Л О Г. Да. Потом… блевал. Укачался.

Л О Р А. Бывает.

П С И Х О Л О Г. А тебя… тебя укачивает?

Л О Р А. Нет.

П С И Х О Л О Г. Никогда?

Л О Р А. Никогда.

П С И Х О Л О Г. Счастливая.

Л О Р А. Я родилась на яхте. И все девять месяцев в животе у мамы тоже была на яхте. И потом несколько лет ничего, кроме яхты, не видела. Качка для меня естественное состояние.

П С И Х О Л О Г. А сейчас… здесь и сейчас – для тебя неестественно?

Л О Р А. Совершенно верно. Это же не яхта.

П С И Х О Л О Г. А я полагал, ты думаешь, это яхта.

Л О Р А. Я не сумасшедшая.

П С И Х О Л О Г. Разумеется. Какое сегодня число?

Л О Р А (пауза). Я смотрю, у вас не очень трудная работенка.

П С И Х О Л О Г. Как сказать. Какой сегодня год?

Л О Р А. Две тысячи десятый год от рождества Христова, седьмое июня. (смотрит на часы). Семь часов двадцать три минуты пополудни. По гринвичскому меридиану.

П С И Х О Л О Г. Спасибо. А сколько тебе лет?

Л О Р А. Четырнадцать.

П С И Х О Л О Г. Такой… несколько нескромный вопрос… ты девушка?

Л О Р А. В каком смысле?

П С И Х О Л О Г. В сексуальном.

Л О Р А (нарочито вычурно). Девственница я. (нормальным голосом) Плакать или радоваться?

П С И Х О Л О Г. Ни то, ни другое. Просто факт.

Л О Р А. Откровение за откровение.

П С И Х О Л О Г. Я не девственник.

Л О Р А. Слава богу.

П С И Х О Л О Г. Ты в самом деле родилась на яхте?

ЛОРА. На яхте во время кругосветки. Родители любили друг друга. Я родилась очень красиво. Помню себя с полутора лет – сижу в своем кресле в кокпите… а вокруг большие волны… яхта на ровном киле, ветер попутный, на форштаге два белых стакселя … развернуты как крылья бабочки… волна походит под корму, вот сейчас зальет нас… но нет… корма всходит на волну, немного теплых брызг попадает мне в лицо… и я смеюсь… Мама с папой смеются, глядя на меня… в воздухе носятся чайки… впереди земля.

ПСИХОЛОГ. Как ты восприняла расставание родителей?

Сцена третья
Проявляется Отец. Комната практически не меняется, только Психолог чуть погружается во тьму, следя за происходящим со стороны…
Л О Р А. А почему мама не приехала? У меня ведь день рождения.

О Т Е Ц. Она ждет ребенка.

Л О Р А. Я тоже жду ее. Я тоже ее ребенок.

О Т Е Ц. Ты уже совсем большая. С тобой ничего не случится. А тот еще даже не родился. Нужно, чтобы с ним все было хорошо.

Л О Р А. А этот Питер … ну который сейчас с мамой… можно спросить?

О Т Е Ц. Да.

Л О Р А. Чем он лучше тебя?

О Т Е Ц. Это надо спросить у мамы.

Л О Р А. Понятно. (пауза) А если у взрослых была любовь, как она исчезает – сразу или постепенно? У одного или у двух одновременно?

О Т Е Ц. По разному.

Л О Р А. Ну вот у вас как?

О Т Е Ц. Я еще не понял.

Л О Р А. А Магдалена почему не приехала?

О Т Е Ц. У нее учеба. И она далеко, в пансионате.

Л О Р А. Да. Все так. Вот еще про любовь. Если ты встретишь девушку, которой тоже будет тринадцать. И она будет лучше меня. Ты уйдешь от меня к ней?

О Т Е Ц. Никогда. Ты моя дочь. И лучше тебя дочери нет.

Л О Р А. Мама, наверное, тоже сначала говорила, что лучше тебя никого нет.

О Т Е Ц. Не говори ерунды! Это совсем разные вещи. Я всегда буду с тобой. Обещаю. Чтобы ни случилось. И я всегда во всем буду тебя поддерживать.

Л О Р А. Во всем, во всем?

О Т Е Ц. Что ты задумала?


Сцена четвертая
Отец уходит в тень. Проявляется Психолог.

Лора и Психолог.
П С И Х О Л О Г. И тогда тебе пришла в голову мысль отправиться в одиночку в кругосветное путешествие?

Л О Р А. Нет. Раньше. Я еще в шесть лет хотела, но знала, что не получится.

П С И Х О Л О Г. Знала или понимала?

Л О Р А. Для меня это одно и тоже. Сил не было якорь поднять.

П С И Х О Л О Г. А сейчас силы есть.

Л О Р А. Я качаюсь.

П С И Х О Л О Г. Ты стала взрослой.

Л О Р А. Частично. А частично еще нет. Но это скоро пройдет.

П С И Х О Л О Г. Как скоро?

Л О Р А. Как только отдам швартовы.

П С И Х О Л О Г (изображая старого морского волка). Всем стоять по местам! Отдать швартовы!

Л О Р А. Если одна - не постоишь. Бегаешь как обезьяна с кормы на бак.

П С И Х О Л О Г. Так может… набрать команду… и вперед?

Л О Р А. Нет. С командой я ходила. С меня хватит. Только одна.

П С И Х О Л О Г. Интересно. А что не так?

Л О Р А. Через месяц собачатся по каждому поводу. На яхте же не спрячешься. Мало места.

П С И Х О Л О Г. А если с родственниками?

Л О Р А. Это еще хуже.


Сцена пятая
Мама и Питер против Отца и Лоры.
М А М А . Что-что?! Я не расслышала?! А ну, повтори!!

О Т Е Ц. Ты все прекрасно поняла! Лора хочет пойти вокруг света. И стать самым молодым яхтсменом, обогнувшим земной шар!

П И Т Е Р. Ребята, ребята! Дик! Синтия! Остыньте! Давайте снизим градус этого разговора. Лора?!

Л О Р А . Это так. Я иду вокруг света.

М А М А. Девочка моя… я понимаю… у тебя сумасшедший отец. Но я-то у тебя нормальная. И моя половина в тебе должна быть нормальной! Ты это серьезно?! Или просто позлить нас?!

П И Т Е Р. Тссс… Лора, тут все желают тебе добра. Давайте по очереди. Не перебивая друг друга. А то мы реально друг друга перебьем. Каждому по минуте на свое мнение. А дальше устроим цивилизованную дискуссию. И проголосуем.

Л О Р А. За что?

П И Т Е Р. Идти тебе. Или подождать. Вся жизнь впереди. Синтия!

М А М А (Питеру). Я буду последней. (смотрит на Отца) А то не выдержу и сделаю с этим типом нечто противозаконное!

О Т Е Ц. Синтия!

Л О Р А. Так. Все молчим и слушаем меня.

М А М А. Почему ты нам приказываешь?!

П И Т Е Р. Синтия! Выслушай свою собственную дочь!

О Т Е Ц. Хоть раз!

Л О Р А. Молчим. И слушаем меня. Мне четырнадцать лет. Я – взрослый человек. Сто лет назад я бы работала на фабрике. Если я совершу преступление, буду отвечать по законы – сяду в тюрьму!

М А М А. Господи, что такое ты несешь!

П И Т Е Р. Синтия!!

Л О Р А (Матери). Ты сама говорила, что уже в двенадцать одна доила стадо коров! Ты была достаточно взрослой для этого! А мне уже четырнадцать! В таком возрасте собаки дохнут от старости!!

М А М А. Ну ты же не собака!

Л О Р А. Я человек. Я девушка. Я сильная девушка. Я выходила в открытое море с шести лет.

П И Т Е Р. За тобой следили!

О Т Е Ц. И сейчас проследят!

Л О Р А. Там, в океане, для меня нет тайн. Там, в океане, я счастлива. В океане мне хорошо. Поймите. Когда я вышла в одиночку в первый раз, у меня внутри точно открылся иной человек… гораздо более мудрый. Спокойный. Рассудительный. Он был я – и одновременно не я. Точно внутри меня появился кусочек Бога. И взял меня под свою защиту…

М А М А. Она ненормальная.

Л О Р А. Вся в тебя! Там, в океане, время меняет свою скорость. Час может быть равен суткам. А сутки могут укладываться в несколько минут. Солнце, ветер, волны, яхта и я. И никого вокруг. Пустота. До самого горизонта… Когда я вернулась в гавань, кусочек Бога исчез. Точно его вынули из меня. Здесь, на суше все сразу подчиняет своему ритму. Ты идешь, вокруг тебя идут. Едут. Летят. Работает телевизор. Все едят. Или хотят есть. Все задано. Все структурировано.

М А М А (крестится). Господи, вразуми ее.

Л О Р А. Ты же неверующая.

П И Т Е Р. Все мы меняемся.

О Т Е Ц. Лора, мы слушаем.

Л О Р А. И я поняла – там, в море - мне нужно подумать. Решить, что для меня главное. Расставить… эти… ну как их?

П И Т Е Р. Приоритеты.

Л О Р А. Да. И вот для меня приоритетом номер один стала одиночная кругосветка.

М А М А. Мне уже дурно…
Сцена шестая
Лора и Психолог.
П С И Х О Л О Г. Она тебя любит! И не может представить себе как ты, такая крохотная, такая слабенькая…

Л О Р А. Крохотная? Пятьдесят семь кило!

П С И Х О Л О Г. Понимаешь, любая мать переживает роды два раза. Первый раз – когда рожает физически. И второй – когда ребенок становится взрослым и покидает мать.

Л О Р А. Но я стала взрослой! А она сама покинула меня шесть лет назад! Когда бросила папу и меня! И ушла к Питеру! У которого и яхта больше! И дом больше! Взяла Магду и ушла!

П С И Х О Л О Г. А что ей было делать? Любовь.

Л О Р А. А каково мне? У нее любовь! А у меня что? Ничего! Кроме папы и Баффи.

П С И Х О Л О Г. Баффи – это…?

Л О Р А. Наш пес. Он умер.

П С И Х О Л О Г. Сочувствую.

Л О Р А. Баффи хотел пойти со мной в кругосветку.

П С И Х О Л О Г. Ты уверена?

Л О Р А. На все сто!

П С И Х О Л О Г. Мир праху его. Вернемся к живым. Мама ушла, но чисто физически. А вторые роды, психологические, еще не состоялись. Она не может безболезненно родить тебя второй раз.

Л О Р А. И что же мне делать?

П С И Х О Л О Г (назидательно). Вот…
Сцена седьмая
Мама, Питер, Отец и Лора .
М А М А . … закончишь школу, станешь совершеннолетней – и тогда на все четыре стороны! В одиночку! Вдвоем! Втроем! Никаких возражений!!

Л О Р А. А кто-то в шестнадцать с фермы сбежал…

О Т Е Ц. Мне соврала, дескать, уже восемнадцать.

Л О Р А (ехидно Отцу). Чтобы тебе за развращение малолетки срок не припаяли.

М А М А. Ну, вот что! Хватит тут суд надо мной изображать! Да, сбежала! Вы просто не врубаетесь, что такое продирать глаза в четыре утра на утреннюю дойку! И валиться в койку без задних ног в двенадцать ночи! Каждый божий день!! Потому что у коров нет дней, свободных от молока! Двести коров! И у каждой по четыре титьки! Восемьсот титек по три раза в день! И так пятьдесят лет без продыха! А потом кинуть кости в могилку! Которая тут же! На заднем дворе!

Л О Р А. Зато там чистый воздух и все продукты без ГМО.

П И Т Е Р (Матери). У моего двоюродного брата есть ферма…

М А М А. Иди к дьяволу! И вы все тоже идите! Я поломала свою первую жизнь, чтобы получить жизнь лучше! Интересней! Красивее! Чтобы общаться с интересными людьми (Лоре) А ты? Ты и так-то ни с кем не общаешься. Ни друзей! Ни подруг! Ни твоего… как там его?!

Л О Р А. Робби.

П И Т Е Р. Кстати, а Робби знает о твоих планах?

Л О Р А. Пока нет.

М А М А. Вряд ли он обрадуется, когда все узнает. Что ему делать два года без тебя?!

О Т Е Ц. Полтора.

М А М А. Да какая разница! Доченька, милая, я хоть и простая девка с фермы, но жизнь знаю получше моих мужей! И первого! И второго!

П И Т Е Р (Отцу). Дик, может нам выйти?

М А М А. Стоять! Лора, ты еще маленькая, но уже достаточно взрослая! Чтобы знать всю правду! Мужики, как только остаются одни, неспособны к верности!

Л О Р А. Все?

П И Т Е Р. Синтия, уймись…

О Т Е Ц. Действительно. Ну, при чем здесь одиночная кругосветка?

М А М А. При всем! Тут к бабке не ходи.


Сцена восьмая
Лора и Робби сидят на полу. Робби обнимает Лору.
Р О Б Б И. … сколько это все займет?

Л О Р А. Без остановок – месяцев девять.

Р О Б Б И. А с остановками?

Л О Р А. Года полтора. Может, два… если что-нибудь полетит.

Р О Б Б И. Куда полетит?

Л О Р А. Ну, сломается. Перо руля. Мачта. Или трещины в корпусе.

Р О Б Б И. Ага…

Л О Р А. Что-то не так?

Р О Б Б И. Да все так. Только… ты идешь вокруг света. А что делать мне?

Л О Р А. Ничего. Ждать. Прилетать ко мне. На стоянку.

Р О Б Б И. А потом ты плывешь дальше.

Л О Р А. Иду дальше.

РОББИ. Нет.

ЛОРА. Что нет?

РОББИ. Я не хочу, чтобы ты шла в кругосветку.

ЛОРА. А тебя никто и не спрашивает.

РОББИ. Значит тебе все равно, что я думаю по этому поводу?

ЛОРА. Нет, мне важно знать твое мнение.

РОББИ. Тебе наплевать. Мы летом собирались в Чехию к моему брату, забыла?

ЛОРА. Чехия не исчезнет с лица земли. Еще сто раз туда съездим.

РОББИ. Океан тоже не высохнет. Ты просто зациклена на себе и никого кроме себя не слышишь.

ЛОРА. Это не так!

РОББИ. Так. И меня это достало. Плыви куда хочешь. На все четыре стороны.
Уходит.
Сцена десятая
Лора и Психолог.

Л О Р А. Я идиотка. Я просто идиотка. Которая не может жить как все. Идиотская идиотка!!

П С И Х О Л О Г. Успокойся. Идиотами в средние века называли людей, не знавших латынь.

Л О Р А. Я не знаю латыни!! Я идиотка! Которой не место среди нормальных людей! Которые не хотят идти вокруг света!! (пауза)

П С И Х О Л О Г. А что остановилась? Кричи дальше.

Л О Р А. Я не знаю, что я еще должна кричать…


Сцена одиннадцатая
Мама, Питер, Отец и Лора.
М А М А. … допустим! Я говорю – допустим! И что дальше?!

Л О Р А. Каждые десять минут ты будешь получать мою точку на карте! Ты меня месяцами здесь не видишь! И не беспокоишься! А тут ты все время будешь знать, где я! Что я! И как я!

М А М А. Что толку знать?! Если лодка потонет, что нам делать?!

П И Т Е Р. Спокойно, спокойно. Еще ничего не тонет.

О Т Е Ц. Судно сопровождения.

П И Т Е Р. Яхта. Хорошая яхта сопровождения. Я наберу экипаж, который полностью оплатит свое кругосветное путешествие в эскадре со знаменитой девочкой-рекордсменкой.

О Т Е Ц. Хорошая идея. На каждом этапе можно менять команду.

Л О Р А. Вне прямой видимости.

П И Т Е Р. Само собой.

М А М А. Я против.

П И Т Е Р. Синтия… подумай. Я - шкипер. Пара надежных помощников. И десяток пассажиров, из которых через неделю плавания получатся нормальные матросы. На Лориной посудине размещаем видеокамеры. Круглосуточный репортаж в Интернете. Золотое дно для рекламодателей. Да они драться будут за Лорину мордашку на своей банке кошачьих консервов!

Л О Р А. Нет. Только не это!

П И Т Е Р. Двадцать минут в час!

О Т Е Ц (тихо, Лоре). Соглашайся… в конце концов, можно залепить объективы скотчем.

М А М А (устало, Питеру). Хочешь сделать из моей дочери плавучий рекламный щит?

П И Т Е Р. Пойми. Это уникальный шанс. Ни у кого из нас такого шанса не было и никогда не будет.

О Т Е Ц (Матери). Подумай. Она сможет после школы поступить в любой университет.
Мать устало молчит.

Сцена двенадцатая


Лора и Психолог.
Л О Р А. Она не любит проигрывать. Я не помню случая, чтобы она проиграла. Я у нее всегда была неправа. Она меня никогда не любила. Она и сейчас меня не любит!

П С И Х О Л О Г. Ну, это ты зря. Она тебя любит.

Л О Р А. А почему тогда она взяла себе Магдалену?! Почему не меня?! Потому что я младшая?!

П С И Х О Л О Г. Нет. Потому что ты сильнее. Это очень трудный выбор. Двое дочерей. Надо выбрать одну из них. А любишь обеих.

Л О Р А. Вам легко говорить! Вы не выбирали!

П С И Х О Л О Г. Выбирал. Когда разводился.

Л О Р А. Ну и кого же вы выбрали?! Небось, тоже старшую?!

П С И Х О Л О Г. Было очень больно. Я люблю их. Я очень люблю их. Поэтому и оставил обеих. У матери.

Л О Р А (пауза). Извините.

П С И Х О Л О Г. Ничего. Они меня тоже любят. Надеюсь. Вернемся к судебной процедуре.

Л О Р А. Их было две.

П С И Х О Л О Г. Начнем с первой.

Сцена тринадцатая
Судья-женщина, Отец и Лора.
О Т Е Ц. … союз яхтсменов дает разрешение. Моя дочь имеет диплом шкипера без ограничения района плавания.

С У Д Ь Я. Достаточно. Я изучила все материалы дела, включая детальный план путешествия. Я не уверена, что это путешествие не повредит психике вашей дочери и не затормозит развитие ее социальных навыков. Вполне вероятно, что после его окончания ваша дочь окажется неспособной продолжать учебу.

О Т Е Ц. Ваша честь, у нее большой опыт самостоятельной учебы на борту нашей семейной яхты.

С У Д Ь Я. Она там была не одна. И был ежедневный контроль со стороны взрослых. Плюс мне не совсем ясна ситуация с ее безопасностью. Каковы функции второй яхты?

О Т Е Ц. Она будет встречать Лору в каждом порту, устранять поломки, заправлять яхту горючим и продовольствием, потом уходить из порта после Лоры и обгонять ее по пути.

С У Д Ь Я. И какова будет максимальная дистанция между двумя яхтами?

О Т Е Ц. Миль пятьдесят.

С У Д Ь Я. Сколько это часов хода?

О Т Е Ц. В зависимости от ветра. Минимум часов пять.

С У Д Ь Я. А максимум?

О Т Е Ц. Десять.

С У Д Ь Я. Вы отдаете себе отчет, что такое десять часов в штормовом океане?

О Т Е Ц. Естественно. Я опытный яхтсмен. И Лора опытная яхтсменка.

С У Д Ь Я. Это расплывчатый ответ. Я не вижу в этом варианте гарантий безопасности. Любой человеческий опыт бессилен перед стихией. Плюс у меня на руках письмо вашей бывшей супруги, в котором она выражает сомнение в целесообразности данного проекта. Суммируя все вышесказанное, королевский суд в моем лице постановляет – запретить…

Л О Р А. Но почему?!

С У Д Ь Я. Попрошу тишины. Запретить четырнадцатилетней Лоре Деккер одиночное кругосветное путешествие на парусной яхте любых измерений.

Л О Р А (вскакивая с места). Кто вы такая вообще?! У меня есть родители!

О Т Е Ц. Лора!

С У Д Ь Я. Я требую уважения к суду. (Отцу) А вы утверждали, что она уже взрослая!

О Т Е Ц. Ваша честь!

С У Д Ь Я. Помолчите. Или я прикажу всех вывести. Путешествие запрещено до достижения вышеозначенной Лорой Деккер совершеннолетия.

О Т Е Ц. Ваша честь…

С У Д Ь Я (бьет судейским молотком по столу). Дело закончено. Прошу покинуть зал суда.

Сцена четырнадцатая

Л О Р А (в зал). Из зала суда я побежала в гавань. На свою яхту «Гуппи». Мне было все равно. Я стала такая равнодушная, такая спокойная. Я сама себя не узнавала. Это была не я. Это был кто-то другой внутри меня. Этот другой отдал швартовы, под движком вышел из гавани, быстро поставил паруса и лег на курс. Потом включил автопилот и посмотрел, куда ведет этот курс.

Я наблюдаю за самой собой с изумлением. Я нравлюсь сама себе такой умелой… такой взрослой…

Я иду полным ходом под парусами, впереди шестьсот миль. До острова Святого Мартина. Это дней шесть. Или пять. Как повезет с ветром. Прогноз хороший. Штормов не ожидается. Есть? Есть не хочется. Хочется пить. Я готовлю себе крепкий чай с лимоном. У меня есть любимая кружка-термос. Она не обжигает пальцы. Я удобно сажусь с подветра, спиной к рубке.

П С И Х О Л О Г. И ты поплыла к острову Святого Мартина?

Л О Р А. Пошла.

П С И Х О Л О Г. Извини.


Сцена пятнадцатая
Входная дверь дома Лоры. Отец и Патриция стоят по разные стороны двери.
П А Т Р И Ц И Я. … я пристав Совета по защите прав детей. Вы утверждаете, что не знаете - где в данный момент находится ваша дочь?

О Т Е Ц. Если бы я знал, где она находится, я бы не обращался в полицию.

П А Т Р И Ц И Я. Почему вы так поздно обратились туда? Прошло уже шесть дней.

О Т Е Ц. Я думал, она вернется.

П А Т Р И Ц И Я. Вы связываете угон яхты с исчезновением дочери?

О Т Е Ц. Я уверен. У нее были ключи.

П А Т Р И Ц И Я. Такие вещи надо беречь от детей.

О Т Е Ц. Лора родилась на этой яхте. Это ее второй дом.

П А Т Р И Ц И Я. Не могу назвать вас заботливым отцом.

О Т Е Ц. Послушайте, какого черта вы вмешиваетесь? Я обратился в полицию, потому что хочу найти свою дочь. Причем здесь ваша организация?

П А Т Р И Ц И Я. Наша организация призвана защищать права ребенка. А у вас явное нарушение… И вы даже отказываетесь признавать это.

О Т Е Ц. Покиньте мой дом. Немедленно!

Сцена шестнадцатая

Лора и Психолог.
Л О Р А. Швартовые у моей «Гуппи» принял полицейский и журналисты. Меня ждали. С нетерпением.

Сцена семнадцатая


Полицейское управление. Кабинет Патриции. В кабинете Патриция и Лора.
П А Т Р И Ц И Я. Как ты оказалась на острове?

Л О Р А. Прилетела по воздуху.

П А Т Р И Ц И Я. Послушай. Мы здесь все для твоего же блага. Перестань грубить. У меня другие сведения.

Л О Р А. Вот и прочитайте в вашей бумажке.

П А Т Р И Ц И Я. Ты сознаешь, что совершила опасный поступок, который мог стоить тебе жизни?

Л О Р А. Я убила кого-то или ограбила?

П А Т Р И Ц И Я. Мы хотим тебе помочь

Л О Р А. Мне не нужна ваша помощь – я взрослый человек.

П А Т Р И Ц И Я. Нет. Ты еще ребенок. По законам нашей страны граждане считаются совершеннолетними с восемнадцати лет.
В кабинет врывается Отец.
О Т Е Ц. Почему вы не сообщили мне?! Лора, пойдем домой!

Л О Р А. Папа!

П А Т Р И Ц И Я. Вам не сообщили, потому что теперь по закону Нидерландов вы временно лишаетесь родительских прав за преступное обращение с ребенком. Вплоть до решения суда опекуном Лоры является совет по защите прав ребенка. Ваша дочь будет помещена в наш социальный интернат. Ей там будет хорошо.

О Т Е Ц. Лора!

Л О Р А. Папа!
Сцена восемнадцатая
Затемнение. Лора в палате. Лежит на своей койке. Ей снится сон. Она плывет на своей яхте. Рядом с ней плывет дельфин ЛОРАН.
Л О Р А Н. Привет.

Л О Р А. Здравствуй, Лоран.

Л О Р А. Как дела?

Л О Р А Н. Давно не видел.

Л О Р А. Все хорошо. А у тебя?

Л О Р А Н. Все хорошо. Много рыбы.

Л О Р А. У меня тоже много рыбы.

Л О Р А. Мне запретили идти вокруг света.

Л О Р А Н. Что такое?

Л О Р А. Идти вокруг земного шара.

Л О Р А Н. Что такое?

Л О Р А. Земной шар круглый.

Л О Р А Н. Не понимаю.

Л О Р А. Если плыть долго-долго, то вернешься в тоже самое место.

Л О Р А Н. Если плыть долго, съест касатка.

Л О Р А. Ну, примерно так. И мне запретили.

Л О Р А Н. Чтобы не съела касатка.

Л О Р А. Если мне вдруг удастся, составишь компанию?

Л О Р А Н. Плыть долго-долго? Вместе с тобой?

Л О Р А. Ведь ты мой единственный друг. Только ты меня понимаешь…

Л О Р А Н. Я рад плыть с тобой. Долго-долго. Я знаю. Где нет касаток. Долго-долго. Поплыли.

Конец первого действия


ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

Сцена первая


На сцене одна Лора. Она сидит на полу и штопает парус.
Л О Р А. Говорят, рыбкам в аквариуме совсем не скучно. И все потому, что у рыбки оперативка рассчитана на тридцать секунд. После чего старые впечатления стираются, и рыбка видит перед собой окружающий пейзаж как бы заново… Что сильно помогает не сойти с рыбьего ума… (изображая рыбку в аквариуме)
Входят Психолог и Патриция.
Л О Р А (завывая). А вот и две страшные-страшные рыбины… рыба-пила… и рыба-меч… Валим в заросли!

П С И Х О Л О Г (Патриции, с оптимизмом). Социализация проходит весьма успешно.

П А Т Р И Ц И Я. Ну-ну…

П С И Х О Л О Г. Блестящие отметки по географии.

П А Т Р И Ц И Я. А что с литературой?

Л О Р А. Я не понимаю Достоевского.

П С И Х О Л О Г. Вот видите! Я его тоже не понимаю! Она достигла моего уровня!

П А Т Р И Ц И Я. (поддевая ногой парус). Что здесь делает эта мешковина?

Л О Р А (защищая свою собственность). Осторожнее. Это генакер.

П С И Х О Л О Г. Ну… она готовится к весенней регате. (Лоре) Насколько я тебя понял, это так? Ты же сама говорила – весенняя регата на приз королевы.

Л О Р А. Нет. Это для слабых ветров в зоне пассатов. Вблизи экватора. Они там дуют постоянно и в одном направлении. Можно нести генакер неделями, не меняя курса. И не притрагиваясь к рулю… а вокруг солнце, летучие рыбы и дельфины… иногда киты…

П А Т Р И Ц И Я (Лоре). Лора, пройдет всего год и твоя мечта осуществится. И я буду первой, кто пожелает тебе удачи. Я буду всем своим сердцем молиться за тебя.

Л О Р А. Вот только, пожалуйста, не надо за меня молиться и желать удачи. У меня  папа и мама есть.

П А Т Р И Ц И Я. Сейчас ты озлоблена, но пройдет время - и ты поймешь, что я была права.

Л О Р А. А я не хочу терять никакого времени. Не хочу ждать. Я хочу сделать то, что я хочу сейчас. А через год я буду хотеть, чего-то абсолютно другого.

П А Т Р И Ц И Я. Лора, ты должна понять, что ты ребенок. Тебе только пятнадцать.

Л О Р А. А чем пятнадцать отличается от шестнадцати? У меня что, отрастет нечто, что сделает меня неуязвимой? Появится еще один мозг, которому уже можно будет доверять? Вы меня видите? Вы со мной разговариваете или с цифрой пятнадцать? Идите вы все к черту! Не нужны мне ваши разрешения! Вы что думаете, я не могу отсюда выйти?! Да я и с не такими замками справлялась! Не из таких штормов живой выходила! Хотите удержать меня здесь?! В своей тюрьме?! Не выйдет! Государственные идиоты! (выбегает из комнаты)
Сцена вторая
Патриция и Психолог.
П А Т Р И Ц И Я. Ну вот… кажется, я уже слишком стара, чтобы работать с такими…

П С И Х О Л О Г. Она зациклена на своей мечте.

П А Т Р И Ц И Я. Как будто у меня нет своей мечты… Все эти малолетки, считают себя пупом вселенной! Центром мироздания! Особой, требующей к себе внимания! Вкруг которой должны плясать полицейские, учителя, родители, соседи! Психиатры! Логопеды! Священники! Депутаты! Королева! Архангелы! И сам Господь!! Не много ли для одной девицы?!

П С И Х О Л О Г. Ну что уж вы так разнервничались…

П А Т Р И Ц И Я. Фрэнк… помогите мне… она все-таки довела меня… мне плохо… кажется, я больна…

П С И Х О Л О Г (уводя Патрицию). Ну-ну-ну… вы не одиноки. Весь мир болен.

Сцена третья
Каморка Даниэля. В ней темно. Эта та же комната, что и у Лоры, но все окна занавешены, так что более всего каморка выглядит чуланом. В своем чулане Даниэль слушает радио.

Вбегает Лора. Она не видит Даниэля.
Л О Р А (сама себе). Идиоты.

Д А Н И Э Л Ь. Сара?

Л О Р А. Эй. Кто тут?

Д А Н И Э Л Ь. Даниэль.

Л О Р А. А я Лора.

Д А Н И Э Л Ь. Приятно.

Л О Р А. Я тебя не вижу.

Д А Н И Э Л Ь. Слепая?

Л О Р А. Нет. Здесь темно.
Даниэль включает настольную лампу.
Л О Р А. Да будет свет. Что ты здесь делаешь?

Д А Н И Э Л Ь. Думаю.

Л О Р А. Что-нибудь придумал?

Д А Н И Э Л Ь. Нет.

Л О Р А. И то хорошо. А почему ты здесь?

Д А Н И Э Л Ь. Мне здесь хорошо. Что это у тебя?

Л О Р А. Где?

Д А Н И Э Л Ь. В руке. Будь осторожна – руку проткнешь

Л О Р А. Я умею обращаться с этой штукой. Это специальная игла – паруса штопать.

Д А Н И Э Л Ь. Плаваешь?

Л О Р А. Хожу.

Д А Н И Э Л Ь. Не страшно?

Л О Р А. Иногда.

Д А Н И Э Л Ь. А мне страшно.


Сцена четвертая


Входит Сара, в руках у нее поднос с обедом. Такой тюремный пластиковый поднос с выдавленными в нем углублениями для первого, второго и десерта.
С А Р А.Обед. О, у тебя гости?

Д А Н И Э Л Ь. Забежала. Спряталась в норке. (ест) Крысам принесла? (Сара кивает)

Л О Р А (беспокойно оглядываясь). Они тут?

С А Р А. Не бойся. Ручные. Ждут свой хавчик. А ты та самая сумасшедшая, что вокруг света собралась?

Л О Р А. Я – не сумасшедшая.

САРА. Ага. Все мы так говорим, но нужно смотреть в лицо фактам. Он, например, агорафоб.

ЛОРА. Что это?

Д А Н И Э Л Ь. Боязнь открытых пространств.

ЛОРА. Ему даже разрешили жить в этом чулане, чтобы он нервы персоналу не трепал.

ДАНИЭЛЬ. А у нее проблемы с наркотой.

САРА. У меня с наркотой все хорошо - мы любим друг друга. А тебя впирает от моря.

Л О Р А. Можно и так сказать.

С А Р А. А мне везде хорошо.

Д А Н И Э Л Ь. После пары косячков.

С А Р А. Заткнись.

Л О Р А. Море ждет. А я здесь.

Д А Н И Э Л Ь. И мы здесь.

С А Р А. Сдались мы ей. (смеется) … На самом деле у меня тоже есть мечта.

Л О Р А. Какая?

С А Р А. Не скажу.

Д А Н И Э Л Ь. Поймать главный кайф.

С А Р А. Не дерзи. Я хочу раскрыть свои объятия для вселенной. Так, чтобы мне все стало понятным. Чтобы я стала богом. Или он стал мной. И чтобы мы оба слились во вселенском оргазме…


Сара делает из шарфа петлю, накидывает шарф на шею.

Чуть-чуть затягивает шарф. Закатывает глаза.
Л О Р А. Что ты делаешь?

Д А Н И Э Л Ь. Собачий кайф. Придавливает сонную артерию. Как ошейник у собаки. И кайфует.

Л О Р А. Разве собаки кайфуют от ошейников?

Д А Н И Э Л Ь. Не знаю.

С А Р А. Ааа… (ослабляет петлю). Хочешь попробовать?

Л О Р А. Нет.

С А Р А. Ну и дура. Парень есть?

Л О Р А. Был.

Д А Н И Э Л Ь. Я никогда не видел океан.

Л О Р А. Хочешь, покажу.

С А Р А. Хочешь чтоб он окончательно свихнулся?

Л О Р А. Я придумала программу – «шесть шагов». Приводит в любую точку земного шара.

Д А Н И Э Л Ь. Какой первый шаг?

Л О Р А. Отсюда.

Д А Н И Э Л Ь. А последний?

Л О Р А. Весь мир.

С А Р А. Ты же помнишь, что с тобой было когда ты в прошлый раз пытался выйти отсюда.

Д А Н И Э Л Ь. Я согласен.

С А Р А. (Лоре) По-моему, тебе пора… Нам с ним нужно кое-чем заняться, понимаешь? Хотя… можешь остаться и посмотреть. (Целует Даниэля)
Лора выходит из чулана. Загадывает желание.
Л О Р А. Если он выйдет – выпустят и меня!

Сцена пятая


Лора занимается парусом. Входит Сара.
С А Р А. А с чего ты взяла, что тебя выпустят, если Даниэль выйдет в мир?

Л О Р А. Загадала.

С А Р А. Ведьма, что ли?

Л О Р А. Почти что.

С А Р А. А что майстрачишь?

Л О Р А. Парус штопаю.

С А Р А. Зачем?

Л О Р А. Ты в этой жизни, кроме собачьего кайфа, умеешь хоть что-нибудь?

С А Р А. Вену легко нахожу. С первого раза. Я ее чувствую. Из меня хорошая медсестра бы вышла.

Л О Р А. А почему не вышла?

С А Р А. А смысл? Это что?
Лора вяжет беседочный узел.
Л О Р А. Узел. Беседочный.

С А Р А. Чтобы удавиться?

Л О Р А. Он не затягивается. А вот двойной беседочный. Сюда садишься, а эту петлю подмышками пропускаешь. И тебя подымет вертолет. Беседочный можно одной рукой завязывать… (показывает) Вот так.

С А Р А. Зачем?

Л О Р А. Ты упала в воду. Тебе бросили конец. Одной рукой держишься за конец, а второй вяжешь вокруг себя узел. И ты спасена.

С А Р А. Слушай, а узел, чтобы чела повесить, можешь?

Л О Р А. Могу. (вяжет узел). Так. Так. И так. Вот.

С А Р А (берет в руки узел). Красивый. (одевает на шею, высовывает язык) Как я смотрюсь?

Л О Р А. Живенько.

С А Р А. Вот ты обойдешь вокруг шарика. И все. Что дальше?

Л О Р А. Я не думала.

С А Р А. А я думала. Дальше ничего. Ничегошеньки. Вот цикады. Семнадцать лет живут под землей. Вылезают наружу. Видят весь этот мир. И через две недели дохнут. Потому что семнадцать лет ползали в дерьме и мечтали полетать. Полетали. Ничего хорошего.

Л О Р А. А поденки вообще живут один день. У них даже рта нет.

С А Р А. У меня пока есть. Жрать хочу.

Л О Р А. Там галеты.
Сара с петлей на шее подходит к столу, достает галеты из пачки, ест.

Сцена шестая


Входит Отец. Лора не отрывается от работы.
О Т Е Ц. Лора.

Л О Р А. Привет.

С А Р А (бесцеремонно разглядывая Отца). Это кто?

Л О Р А. Мой отец.

О Т Е Ц (Лоре, кивая на Сару). Соседка?

С А Р А. Чокнутая.

Л О Р А. Сара. Уйди, а?

С А Р А (уходя, Отцу). Сейчас уйду и скажу, что ты ко мне грязно приставал. И мне ничего за это не будет. А тебя занесут в список. Подумаешь, отец… у меня их четверо было… сплошное дерьмо…

О Т Е Ц. Неприятная девушка.

Л О Р А. Просто несчастная. Что случилось?

О Т Е Ц. Пока все хорошо. Я подал апелляцию в королевский суд.

Л О Р А. Ты не очень торопился с этим.

О Т Е Ц. Меня сейчас больше беспокоит другое.

Л О Р А. И когда?

О Т Е Ц. У них много дел. Большая очередь.

Л О Р А. Давай сбежим. Прямо сейчас!

ОТЕЦ. Это бесполезно нас найдут, а тебя посадят в место с еще более строгим режимом.

ЛОРА. Ты мой Отец. Меня не могут у тебя отнять. Ты не должен идти у них на поводу. Я не могу ждать.

О Т Е Ц. Я понимаю. Я в твоем возрасте тоже не мог ждать.

Л О Р А. Ты – мой отец!

О Т Е Ц. Слушай, перестань смотреть на меня как на врага. Я твой отец. Я хочу, чтобы ты была счастлива.

Л О Р А. И для этого ты научил меня всему. Вырастил для полета. А теперь вместе со всеми держишь за ноги и не отпускаешь в небо.

О Т Е Ц. Спасибо. Вот она, благодарность. Послушай. Мы с тобой никогда не ходили в лоб большому шторму. Шли по касательной, согласно хорошей морской практике.

Л О Р А. А теперь я иду в лоб?

О Т Е Ц. Похоже на то. Поверь, я много об этом думал. Тебе лучше немного обождать. Пока я хочу, чтобы мне просто разрешили забрать тебя домой.

Л О Р А. Я не вернусь домой, пока мне не разрешат выйти в море. На моих условиях!!

О Т Е Ц. Лора, послушай…

Сцена седьмая


Вбегает Даниэль, на руках он несет бездыханное тело Сары.

На шее у Сары петля висельника.

Даниэль бегает кругами по комнате.
Д А Н И Э Л Ь. Она умерла!! Она умерла!!

О Т Е Ц (пытаясь остановить Даниэля). Стоять! Стоять! На пол!

Д А Н И Э Л Ь (громким шепотом). Она умерла! Она умерла!!

Л О Р А. Кому сказано – стоять!!


Отец силком заставляет Даниэля положить тело Сары на парус.

И начинает делать Саре искусственное дыхание.
Д А Н И Э Л Ь. Она умерла… она умерла…

О Т Е Ц (Лоре). Массаж сердца!!


Отец и Лора грамотно оказывают Саре первую помощь.
Д А Н И Э Л Ь. Она умерла… она умерла…

Л О Р А. Заткнись!

Д А Н И Э Л Ь. Она умерла…

Л О Р А (Даниэлю). Заткнись, сволочь!

С А Р А (оживает, с трудом прокашливается). Кхе… кхе… не сметь трогать… моего парня…

О Т Е Ц. Слава Богу…

Д А Н И Э Л Ь. Она не умерла?

С А Р А. Я видела Бога… (продолжает кашлять)

О Т Е Ц (рассматривая петлю) У нее могут быть повреждены позвонки. Нужно позвать врача.

Л О Р А. Хочешь, чтобы меня посадили?

О Т Е Ц (пауза, глядя на петлю). Это ты вязала?

Л О Р А. Твоя школа. Сенсация! Сумасшедший папочка и его сумасшедшая дочечка повесили юную обитательницу интерната! Уходи. И чем быстрее, тем лучше.

О Т Е Ц. Лора!

Л О Р А. Мы справимся. Уходи, уходи же!

С А Р А. Вали. А то я скажу, что вы оба меня вешали. И мне за это ничего не будет. Я видела Бога…

О Т Е Ц. Ну и как он выглядит?

С А Р А. Негр как негр.

О Т Е Ц (выходя из комнаты). Дура.

С А Р А. Не дурнее тебя.

Сцена восьмая


Лора, Сара и Даниэль.
С А Р А. Ненавижу отцов.

Л О Р А. А если рожать захочешь?

С А Р А. Забеременею – и убью.

Л О Р А. Кого?

С А Р А. Отца.

Д А Н И Э Л Ь. Эй.

С А Р А. Расслабься… какой из тебя… отец?

Д А Н И Э Л Ь. Хороший.

Л О Р А. Можно от донора.

С А Р А. Не хочу… не хочу! Не хочу!!


У Сары начинается истерика, она бегает и кричит лишь одно.
С А Р А. Не хочу!! Не хочу!! Не хочу!! Не хочу!!
Даниэль ловит Сару, крепко держит ее, не зная, что с ней делать.

Лора подходит к Саре и отвешивает ей пару звучных пощечин.

Истерика прекращается, но Даниэль все еще держит Сару.
Д А Н И Э Л Ь (Лоре). Не бей ее. Не бей ее!

С А Р А. Отпусти. Отпусти, кому говорят!! (вырывается из объятий Даниэля, Лоре).

Д А Н И Э Л Ь (Лоре). Не бей ее!

С А Р А (Даниэлю). Цыц. (нежно целует Даниэля). Как ты любишь меня?

Д А Н И Э Л Ь. Очень. Очень.

Л О Р А. Я устала от вас. От обоих.


Даниэль точно просыпается ото сна. Обводит взглядом комнату Лоры.
Д А Н И Э Л Ь. Эй. Почему я здесь?

С А Р А. Приехали…

Д А Н И Э Л Ь (мечется по комнате). Почему я здесь? Почему?! Сара! Сара!!

С А Р А. Я здесь.

Д А Н И Э Л Ь. Почему я здесь?

Л О Р А. Что с ним?

С А Р А. Приступ. (Даниэлю) Ко мне!
Даниэль, стоя на коленях, обнимает Сару, пряча голову меж ее колен.
С А Р А. Песик в конуре.

Л О Р А. Успокойся, ты – настоящий герой. Ты уже сделал три шага из шести.

Д А Н И Э Л Ь. Правда?

ЛОРА. Ну да. Из этого чулана в коридор. Из коридора на первый этаж. С первого этажа в чужую комнату.

ДАНИЭЛЬ. Да… Я сделал это! Обними меня, пожалуйста, тоже… (Саре) Не сердись…
Лора подходит к Саре и Даниэлю, обнимает их.

Все трое застывают, точно скульптурная композиция – две девушки и юноша у их ног.
Л О Р А. Два ангела и Геракл.

С А Р А. И козел.

Д А Н И Э Л Ь. Эй.

С А Р А. Ну сатир. С копытами.

Д А Н И Э Л Ь. Ээээй…

С А Р А. Не блеять! Стоим как одно целое. (Лоре) Ты – большой мир. Он – маленький мир. Я – мировой кайф. Мы втроем как один человек. Вот если бы нам срастить мозги – мы бы были самые умные, самые счастливые.

Л О Р А. Трое составляют кворум.

С А Р А. Во-во. Может, ты нас отвезешь на маленький остров, где всегда тепло и солнце. Этот придурок там излечится. А, может и не надо его лечить. Будет жить на выселках чисто для секса. Детей нарожаем.

Л О Р А. От него?

Д А Н И Э Л Ь. Эй.

С А Р А. Ты зря. Я проверяла. У него умные родаки. Он один там такой бракованный.

Д А Н И Э Л Ь. Перестань.

С А Р А. Ожил.

Л О Р А. Люди все словно кусочки пазла. Вроде готовы сложиться в картинку. Подходят друг другу. А потом трах-бах-тарарах… и снова все вдребезги. Не складывается.

С А Р А. Родители?

Л О Р А. И еще моя сестра. И я. Никак уже не складывается.

Сцена девятая
Те же и Робби.

Робби радостен и весьма оживлен.
Р О Б Б И. Всем привет!

С А Р А. Это еще кто?

Л О Р А. Мой бывший.

Д А Н И Э Л Ь (вставая с колен, Робби). Здравствуй, брат.


Робби пытается обнять и поцеловать Лору. Та не дается.
Р О Б Б И (обиженно). Ну, зайчик…

С А Р А. Зоофил?

Л О Р А. Есть немного.

Д А Н И Э Л Ь (вопросительно Саре). Котик?

С А Р А (ласково). А в моську?

Р О Б Б И. Кто это?

Л О Р А. Местные. (представляет всех) Робби. Сара. И Даниэль.

Д А Н И Э Л Ь (предупреждая). Я парень Сары.

С А Р А. Он невменяем. Еще в детском саду четверым уши отрезал.

Д А Н И Э Л Ь. Двоим.

Р О Б Б И. Круто. (Лоре) Я к тебе пришел.

Л О Р А. Можешь при них. Они мне как родные.

Д А Н И Э Л Ь. Я брат ей.

Р О Б Б И (Лоре). У вас тут есть тиви? Меня сегодня в программе покажут. Вчера я два интервью давал! По радио! В прямом эфире! Меня вся школа слышала! Продюсер говорит, что с моей харизмой я могу вести телевизионную программу!

С А Р А. Подгузники тестировать?

Р О Б Б И. Иди ты! Телепрограмма для молодых и озабоченных парней! Которых не любят, и которые очень хотят…

С А Р А. Перепихнуться.

Р О Б Б И. Любви хотят! И я там буду рассказывать, как правильно выстраивать отношения! Как знакомиться! Как понравиться девушке! Что делать и чего не делать!

Л О Р А. А почему ты?!

Р О Б Б И. Потому что ты – моя девушка!

Л О Р А. Интересно…

Р О Б Б И. А я твой парень! И таких парней нет больше на свете! Я уникум! Ты уходишь в кругосветку – а я на берегу жду тебя! Храню тебе верность! Отвечаю на вопросы пацанов! Беседую с тобой в прямом эфире! Ну, как оно?!

Л О Р А. Мне нравится. Но ты же меня бросил…

Р О Б Б И. Да ну… и ты поверила? Я же пошутил. Я… я был… невменяем! Вот как он! Я не отвечал за свои слова! Ты уходишь точно в армию – а я жди? И не факт, что ты меня не бросишь!

С А Р А. Возьмет – и утонет. Бульк!

Д А Н И Э Л Ь (смеется). Бульк.

Р О Б Б И. Вот! Твои друзья понимают!

Л О Р А. А я не поняла.

Р О Б Б И. Точно! Ты не поняла.

Л О Р А. Теперь поняла.

Д А Н И Э Л Ь. Лора умная.

С А Р А (Робби). Ты кто?

Р О Б Б И. Что значит – кто? Парень.

С А Р А. Ты зародыш кого?

Р О Б Б И. Зародыш?

Л О Р А. Ну не хочешь же ты сказать, что ты уже взрослый?!

С А Р А. Я зародыш смерти. (указывает на Даниэля) Он зародыш математика.

Д А Н И Э Л Ь. Алгебраическая топология. Гомотопические группы.

С А Р А. Она – зародыш политика. А ты кто?

Л О Р А. У его отца колбасная лавка. Шестьсот лет фамильному делу.

С А Р А (Лоре). Не упусти. Твои дети будут на всю жизнь обеспечены. Колбасой.

Д А Н И Э Л Ь. Колбаса очень топологична.

Р О Б Б И. Вы что, издеваетесь, уроды? Я с десяти лет встаю в четыре утра! Чтобы приготовить фарш! С закрытыми глазами могу забить в свиную кишку двести кило начинки! На шесть тысяч евро! Три тысячи чистой прибыли! И вы, недоразвитые ублюдки, будете мне указывать, как жить?!

Л О Р А. Робби. Успокойся. (обнимает Робби, успокаивает его). Я твоя девушка. Робби. Тссс…

Р О Б Б И (всхлипывает, Лора утирает ему слезы). А чего они выпендриваются?

С А Р А. У него колбасная мания величия.

Р О Б Б И. Должен же кто-то в этом мире откармливать телят… и делать из них фарш… жрать, небось, каждый день хотите… а я для вас каждое утро… в четыре… вы все спите… а я все мешаю… и мешаю… руки отваливаются… и буду так мешать еще пятьдесят лет…

Д А Н И Э Л Ь. Бедненький.


Сара и Даниэль обнимают Лору и Робби.

Теперь все застывают вчетвером.
С А Р А. Все-таки нас троих было маловато. Робби не хватало. Вот теперь всего хватает – и большого мира, и маленького. И кайфа, и еды. Вселенская гармония.

Л О Р А (освобождаясь от объятий). Слушай, Робби… А если меня не отпустят… У меня нехорошие предчувствия.

РОББИ. Не отпустят? Ты газеты читаешь?

ЛОРА. Нет. Здесь не дают.

РОББИ. Ты не представляешь, что творится. О тебе говорят по всем каналам. В разных странах люди организовывают твои фан-клубы. Кто-то создал страничку на фейсбук от твоего имени. У тебя там больше ста тысяч друзей! Так. У меня вечерний эфир! Всем до свидания! Всем спасибо! Все свободны! (уходя, Лоре) Лорочка, зайка. Возвращайся домой. А то эти уроды вынесут все твои мозги!

С А Р А (вслед Робби). Вот только припрись без колбасы! Я тебе твою колбаску оторву к бениной мамочке! (Лоре) Как только ты на него запала?

Л О Р А. Он сам подошел. Сказал, что я ему нравлюсь… и что он хочет быть моим парнем.

Д А Н И Э Л Ь. И ты сказала «да»?

Л О Р А. Да. Других то не было.

С А Р А. Какие же мы, девки, несчастные сучки. Подойдет какой-нибудь мерзкий слизень – а мы и рады…

Д А Н И Э Л Ь. Я слизень?

С А Р А (обнимая Даниэля). Ты мой любимый дурачок. Пошли, отметим любовью первый выход из чулана.

Д А Н И Э Л Ь (встревожено, Лоре). Ты ведь веришь в меня? Если я выйду отсюда - ты выйдешь в море! Я помню.

Л О Р А. Спасибо, Даниэль…


Сцена десятая


Лора ложится на парус и укутывается в его ткань.

Засыпает. Появляется Лоран.
Л О Р А Н. Эй.

Л О Р А. Я сплю.

Л О Р А Н. Мне это не мешает.

Л О Р А. Зачем ты здесь?

Л О Р А Н. Когда мы поплывем рядом с тобой туда, где много рыбы?

Л О Р А. Мне не дают разрешения.

Л О Р А Н. А кто может запретить тебе плыть куда хочешь?

Л О Р А. Другие люди.

Л О Р А Н. У нас нет таких дельфинов, которые запрещают другим дельфинам.

Л О Р А. А у нас есть.

Л О Р А Н. Если не разрешают, ты не плывешь?

Л О Р А. Да.

Л О Р А Н. А кто самый главный дельфин в вашей стае?

Л О Р А. Королева.



В своей комнате САРА готовит для себя гремучую смесь из разных таблеток. Она глотает таблетки, запивает их водой и откидывается на подушки.
САРА. Поплыли.
По коридору с черепашьей скоростью двигается Даниэль. Он часто останавливается держится за стены. Наконец Даниэль подходит к дверям.
ДАНИЭЛЬ. Поплыли.
Даниэль, немного поколебавшись, делает шаг на улицу.
Л О Р А Н. Кого он боится?

Л О Р А. На улицах большие машины.

Л О Р А Н. Как касатки?

Л О Р А. Да.

Л О Р А Н. Страшно. А кто ваша королева?

Л О Р А. Её Величество королева Беатрис.

Л О Р А Н. Я знаю ее.

Л О Р А. Откуда?

Л О Р А Н. Знакомый дельфин из соседней стаи разговаривает с ней. Он может попросить королеву не запрещать тебе.

Л О Р А. Да ну… королевы не разговаривают с дельфинами.

Л О Р А Н. Дельфины всегда говорят правду. Я попрошу знакомого, он сегодня поговорит с королевой. Они друзья. (исчезает)

Л О Р А (продолжая спать). Поторопись. Завтра королевский суд.

Сцена одиннадцатая
В спальню Лоры медленно входит Сара.
С А Р А. Просыпайся!

Л О Р А (резко садится). Ты чего?

С А Р А. Даниэль попал под машину.

Л О Р А. Что!

С А Р А. Он вышел. Один. Мне ничего не сказал. Дошел до центральной площади, а там не выдержал…

Л О Р А. И что? Что?!!

С А Р А. Не ори. Он жив. Ног не чувствует.

Л О Р А. Позвоночник?

С А Р А. Его оперируют. Я боюсь.

Л О Р А. И что врачи?!

С А Р А. Будет жить. Но может не встать. Если перелом серьезный. Это все ты.

Л О Р А. Перестань.

С А Р А. Ты вселила в него надежду. Если бы не ты со своей охренительной мечтой, он бы сейчас спокойно сидел в своем чулане!

Л О Р А. Прости.

С А Р А. Он сделал это ради тебя. Ты поняла?

Л О Р А (смотрит на часы). Сегодня королевский суд. Клянусь тебе, я пойду, даже если запретят.

С А Р А. (обнимает Лору). Я к Дэни. Он ждет. Я думала, пока шла. Я его не брошу. Я буду катать его на коляске, он же не сможет больше бояться. Он будет весь в моей власти. Я рожу от него. Это хорошо. Плохо, если он не встанет. Ладно, я пошла.

Л О Р А. Тебя выпустят?

С А Р А. Это последнее, что меня заботит. Пусть только попробуют не выпустить. Всех порву. (уходит).

Сцена двенадцатая


Лора начинает собираться. Складывает один парус, запихивает его в парусный мешок – кису. Затем готовит к постановке генакер цветов голландского флага – синий, белый и красный. Надевает яхтенный комбинезон, яркие яхтенные сапоги. Поверх комбинезона спасательный жилет со страховкой. По очереди появляющиеся Психолог, Патриция, Анна и Сара помогают ей собраться и одеться. Внезапно все подымают головы к экрану телевизора – включается прямой репортаж из зала Королевского суда.
Г О Л О С Р Е П О Р Т Е Р А. … ведем прямой репортаж из зала Королевского суда. Где слушается интригующее дело – о допущении всем известной летучей голландки Лоры Деккер к кругосветному плаванию. Королевский судья Марта Ван дер Ваарт.

С У Д Ь Я. Суд приступает к заключительному опросу заинтересованных лиц, подавших апелляцию, и родителей малолетней Лоры Деккер.

П А Т Р И Ц И Я. Не разрешит…

С У Д Ь Я. Питер ван Перси. Вопрос номер один. Способна ли Лора Деккер в ее нынешнем физическом и душевном состоянии проплыть самостоятельно вокруг земного шара?

П И Т Е Р. Способна, Ваша честь. Я хочу добавить…

С А Р А (Лоре). У него зашевелились пальцы.

С У Д Ь Я. Сядьте. Я все ваши доводы слышала. Синтия ван Перси. Безопасно ли это плавание для жизни и психики вашей дочери, Лоры Деккер?

М А Т Ь. Да, Ваша честь.

С У Д Ь Я. И последний вопрос.

П С И Х О Л О Г. Держим кулаки…

С У Д Ь Я. Фрэнк Деккер. Нужно ли это плавание вашей дочери, Лоре Деккер?

О Т Е Ц. Да, Ваша честь.

С У Д Ь Я. Учитывая все вышесказанное, а также параграфы 31, 45-бис, 137 и 95 Королевского уклада «О правах и обязанностях поданных Ее Величества», а также учитывая монаршую волю, высказанную сегодня утром в послании Её Величества, королевы Нидерландов Беатрис Королевскому суду, Королевский суд постановляет: гмм… (откашливается)…

С А Р А. Ну же!!

С У Д Ь Я. Королевский суд постановляет: «Кругосветное одиночное плавание… девицы Лоры Деккер… на парусной яхте «Гуппи»… Разрешить!»
Все окружающие обнимают и поздравляют Лору, которая стоит неподвижно, не веря своим ушам.

Сцена тринадцатая.
В палате у постели Даниэля: Патриция, Сара и Психолог.
ДАНИЭЛЬ. Сара.

САРА. Пришла попрощаться.

ДАНИЭЛЬ. Тебя выпускают?

САРА. Ты скоро ко мне присоединишься.

ПСИХОЛОГ. Даниэль идет на поправку.

САРА. Подыщу какую-нибудь непыльную работенку, чсниму собственный угол.

ПАТРИЦИЯ. А ваши родители не возражают против того, чтобы вы жили отдельно

САРА. Да они просто прыгали от счастья, когда узнали. Наконец-то я не буду им мешать

ПАТРИЦИЯ. Вы несправедливы к вашей матери

САРА. Я знаю что говорю. Просто раньше она боялась, что я передознусь чем-нибудь

ПАТРИЦИЯ. А теперь?

САРА. А теперь я убедила ее в том, что это не в моих интересах.

ПСИХОЛОГ. Рад за вас, Сара. Вы справились со страшной зависимостью, и больше вас здесь видеть я не желаю.

САРА. Вы не оставите нас с Денни наедине?

ПАТРИЦИЯ. Вообще-то это не полагается…

ПСИХОЛОГ. Пойдемте, Патриция.


Психолог и Патриция отходят. Сара на заднем плане целуется с Даниэлем
ПАТРИЦИЯ. Господи, как же быстро они стали взрослеть. Кто же теперь будет сметать с прилавков жвачку и играть в «Дэнди»?

ПСИХОЛОГ. «Дэнди» уже не выпускают. Теперь – «X-BOX». Кстати, у меня есть. Там, между прочим, не только мочилки, есть и интеллектуальные игры. Хотите попробовать?

ПАТРИЦИЯ. Что?

ПСИХОЛОГ. X-BOX

ПАТРИЦИЯ. Вы в своем уме?

ПСИХОЛОГ. Разумеется, нет. Я ведь психиатр. То бишь чокнутый. Пойдемте. Мы должны восстановить баланс инфантильности в этом стареющем мире.

ПАТРИЦИЯ. Снимаете меня?

ПСИХОЛОГ. Ну... типа того...



ПАТРИЦИЯ. Круто.

ЗАНАВЕС



Каталог: modern 2


Достарыңызбен бөлісу:




©dereksiz.org 2020
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет