Российско-эстонские отношения в меняющейся системе международных отношений События 2014-2015 могут служить очередным ярким доказательством «турбулентности»



Дата24.06.2016
өлшемі93.07 Kb.
Валиахметова М.М.

г. Самара



Российско-эстонские отношения в меняющейся системе международных отношений

События 2014-2015 могут служить очередным ярким доказательством «турбулентности», о которой писал Дж. Розенау. Действительно, таких беспрецедентных изменений, кажется, не мог предсказать ни один аналитик: от изменений на политической карте мире до резкого падения цен на нефть, от активизации ИГИЛ на Ближнем Востоке до террористических атак в Париже в январе 2015, которые, вероятно, окажут влияние на политику ЕС. Однако «турбулентность» международных отношений подразумевает не только появление новых вызовов и угроз, но и обострение уже существующих проблем.

Прошло уже более 20 лет с момента распада СССР и обретения прибалтийскими республиками независимости, однако отношения между Россией и странами Прибалтики по-прежнему продолжаются оставаться «прохладными», а в условиях обострения противоречий между Россией и Западом по украинскому кризису российско-прибалтийские отношения становятся еще более напряженными (в Латвии накануне выборов в сейм в 2014 обвиняли Россию в вербовке солдат для несения службы на Украине [4], задержание литовского рыболовецкого судна, нарушившего - по заявлению российской стороны - границу РФ [3] и аналогичные обвинения России со стороны прибалтийских республик в нарушении их воздушного пространства [8], многочисленные резкие заявления прибалтийских политиков и множество других инцидентов, которые, возможно, остались бы незамеченными, если бы не их регулярность и намеренно создаваемая СМИ и политиками антироссийская риторика).

В чем причина современного обострения российско-прибалтийских отношений и как следует выстраивать отношения с Прибалтикой в современных условиях?

Несмотря на то, что страны Прибалтики очень часто рассматривают как единое целое, необходимо четко понимать, что Латвия, Литва и Эстония – это разные страны и отношения с Россией в каждом отдельном случае имеют свою специфику. Так, например, проблема прав русскоязычного населения особенно остро стоит для Эстонии (25 % населения - русские)[15], Латвии (26% - русские) [13], где также существует категория «неграждан». В Литве ситуация несколько иная, так как доля русскоязычного населения в целом ниже – 5,8 % [12], и после обретения независимости была принята формула «нулевого гражданства», то есть гражданство независимой Литвы получили все граждане, проживающие на территории Литовской ССР к моменту ее выхода из состава СССР. Другое существенное различие между прибалтийскими республиками заключается в особенностях политической элиты, а именно уровне антироссийской направленности: так, президент Литвы Даля Грибаускайте и президент Эстонии Тоомас Хендрик Ильвес известны своими агрессивными заявлениями и обвинениями в адрес России, в то время как президент Латвии (Андрис Берзиньш) известен более умеренным курсом, а мэр Риги Нил Ушаков не редко обвиняется в откровенно пророссийском курсе.

С учетом специфики каждой из прибалтийских республик можно предположить, что ответы на поставленные вопросы во многом будут зависеть от выбранной страны. Дабы избежать ненужного обобщения в данной работе будут рассмотрены российско-эстонские отношения.

1.В чем причина современного обострения российско-прибалтийских отношений?

Для того чтобы ответить на поставленный вопрос необходимо обратиться к специфике внешнеполитического курса независимой Эстонии. Во-первых, внешняя политика Эстонии во многом определяется особенностями геополитического положения страны: небольшая территория, энергетическая зависимость, уязвимость вследствие расположения между традиционно сильными игроками и угроза превращения в буферную зону или «разменную монету». Во-вторых, идеология является ключевой составляющей политики Эстонии. Под идеологией необходимо понимать желание «вернуться в Европу» и как можно четче провести границу между Эстонией как европейским и демократическим государством и Россией, правопреемницей СССР, сохранившей наряду с местом в ООН, ядерным потенциалом, стремление к объединению бывших союзных республик. Главные цели внешней политики Эстонии на момент обретения независимости (которые, однако, сохраняют актуальность и сегодня): 1) обеспечение национальной безопасности (угроза в первую очередь, по мнению Эстонии, исходила от России - так называемый фактор России - необходимость борьбы против неоимпериалистических устремлений России); 2) интеграция в мировое демократического сообщество («ялтинский комплекс», или необходимость устранить ошибочное мнение Запада о том, что Центральная и Восточная Европа – это сфера влияния России [6, C.198]), возможность сесть за «большой стол», где принимаются важные решения, и иметь право голоса в решении ключевых вопросов международных отношений (в силу «мюнхенской травмы», которая может быть выражена следующей формулой: «ни одного решения о нас без нас» [6,C.198]); 3) проведение антироссийского курса вследствие исторических обид.



Форсированное вступление в НАТО и ЕС – представлялось Эстонии единственно верной стратегией по достижению целей внешней политики с учетом ее специфики. Однако к чему привело на практике вступление Эстонии в НАТО и ЕС? Она стала проводником различных антироссийских акций, однако проведение таких акций позволительно только в случае, если это отражает качество российско-европейских и российско-американских отношений в данный момент. Например, во время вооруженного конфликта в Южной Осетии в 2008, Эстония позволила себе довольно резкую критику российских действий (сравнение с агрессией Гитлера по отношению к Чехословакии) и призвала мировое сообщество немедленно оказать помощь Грузии (страны Прибалтики, Польша и Украина подписали 3 совместных документа, прямо осуждавших действия России) [14, P.2-9]. Кроме того, в знак солидарности с Грузией президент Эстонии посетил Тбилиси, однако данные действия не получили поддержки со стороны ЕС [11, P.81]. Наоборот, малейшее ухудшение российско-европейских и российско-американских отношений находит отражение в первую очередь в российско-эстонских (в общем, в российско-прибалтийских отношениях) в виде усиления антироссийской риторики. Например, события 2014-2015 гг. на Украине и в частности присоединение Крыма к России создали дополнительные основания для усиления антироссийской риторики Эстонии: выпуск в Эстонии антироссийского фильма «Если завтра начнется война» [2], задержание эстонского шпиона в России [9], проведение учений НАТО в Эстонии по сценарию «нападения большой соседней страны». В современных политических условиях укрепление антироссийской направленности внешней политики Эстонии происходит с молчаливого одобрения Брюсселя и Вашингтона, так как отвечает интересам ЕС и НАТО. Например, на фоне опасений Эстонии по поводу возможной агрессии России против Нарвы (по аналогии с Крымом) в НАТО активно велись переговоры по поводу создания дополнительных вооруженных сил быстрого реагирования – «наконечник копья»). Схема мне представляется следующим образом: опасения Эстонии (и других стран Центральной Европы), нарастание антироссийских настроений → легитимация определенных действий НАТО (в данном случае создание «наконечника копья» [7]– возможны и другие варианты). Усиление антироссийской риторики в Эстонии в современных условиях можно расценивать как попытку политической элиты этой прибалтийской республики приобрести политические «бонусы» со стороны Брюсселя и Вашингтона, с одной стороны, и напомнить России и международному сообществу в очередной раз об исторической несправедливости XX века (выполняет скорее задачу внутренней политики по консолидации эстонского общества перед образом врага).

2. Пути развития российско-эстонских отношений в современных условиях

Под современными условиями необходимо понимать не только обострение отношений между Россией и ведущими западными странами по поводу украинского кризиса, введение двусторонних санкций и возвращение к риторике «холодной войны». Современный этап развития международных отношений – это переход от постбиполярной системы, когда Запад в лице ЕС и США были уверены в том, что именно они определяют правила игры (ЕС и НАТО – расширяя свои границы за счет стран бывшего социалистического лагеря, США за счет принятия на себя роли «глобального полицейского») к системе принципиально иной, в которой Россия не желает (и не может) становиться частью мирового порядка, диктуемого США и ЕС, но имеет свои национальные интересы, которые она будет отстаивать любыми способами, и в состоянии возглавлять собственные интеграционные процессы (Евразийский экономический союз с 01.01.2015).

Развитие российско-эстонских отношений в условиях глобальных трансформаций, безусловно, не занимает важного места во внешнеполитической линии России (ярким подтверждением может служить отсутствие отдельного упоминания стран Прибалтики уже в концепции внешней политики России 2013), но сохраняет определенную актуальность, обусловленную: 1) приграничным положением (что делает развитие двусторонних отношений взаимовыгодными – товарооборот – и иногда жизненно необходимыми (в случае совместного решения экологических проблем); 2) русскоязычным населением, проживающим на территории Эстонии: так, если Прибалтика как отдельный регион отсутствует в Концепции внешней политики, то защита прав соотечественников остается приоритетным направлением. Кроме того, в условиях нарастания антироссийской риторики в Эстонии необходимо более внимательно и адекватно реагировать на факты нарушения прав русскоязычного населения.

Стратегия развития российско-эстонских отношений на ближайшую перспективу с учетом современных геополитических условий должна включать следующие элементы: 1) сохранение действующих совместных российско-эстонских проектов (сотрудничество в рамках программы приграничного сотрудничества «Эстония-Латвия-Россия», а также еврорегиона «Псков-Ливония»); 2) поощрение культурных и образовательных проектов (так, при активном участии ЕС летом 2014 состоялась школа европейская школа в Нарве-Ивангороде, в конце февраля 2015 планируется проведение аналогичной школы в Вильнюсе [1]), которые должны способствовать развитию межкультурного диалога и повышать роль публичной дипломатии; 3) ратификацию обеими сторонами договора о границе (первая попытка подписания и ратификации состоялась в 2005, но была сорвана, так как эстонская сторона внесла в договор положения, которые не были обговорены ранее; вторая попытка состоялась в 2014, сейчас идет процесс ратификации), что будет иметь скорее символический характер, но, тем не менее, в условиях осложнения отношений России и ЕС будет рассматриваться как позитивный сдвиг.

Как Росси следует реагировать на многочисленные антироссийские заявления и акции эстонских политиков? К последним таким заявлениям можно отнести следующее: «Россия производит впечатление агрессивной страны, которая пытается пересмотреть мировой порядок, установленный после Второй мировой» (из интервью телеканалу Дождь, декабрь 2014) или отказ эстонского президента принять участие в праздновании 70-летия Победы в Москве в 2015 (что, однако, было предсказуемо на фоне кампаний по пересмотру истории Второй мировой войны и отношению эстонцев к СССР как к оккупанту). Российский МИД придерживается крайне взвешенной позиции, предпочитая не превращать подобные заявления в ключевой вопрос двусторонних отношений, но реагируя достаточно жестко и «без лишних слов»: так, в ответ на беспорядки, связанные с переносом памятника Воинам-Освободителям в Таллине в 2007, вошедшие в историю как Бронзовые ночи, Россия сокращает товарооборот (и эстонские порты несут значительные убытки), в ответ на обвинение России «террористическим» государством (Президент Литвы, ноябрь 2014) и высылку российского политолога К. Симонова из Латвии Россия вводит дополнительный осмотр грузового транспорта на российско-литовской и российско-латвийской границах [5]. Наконец, крупнейший музыкальный фестиваль «Новая Волна», который проводился в Юрмале с 2002 по 2014, в 2015 «переедет» в Сочи – это стало ответной реакций России на запрет латвийского МИДа на въезд в Латвию ряда российских исполнителей, поддерживающих внешнюю политику России в украинском кризисе и присоединение Крыма. По предварительным подсчетам, Юрмала потеряет 17 млн евро [10].



Подобная реакция России представляется наиболее адекватной в современных геополитических условиях: двусторонние отношения должны строиться на принципе взаимных уступок и взаимовыгодного сотрудничества – в противном случае, отношения не имеют смысла и постепенно «сворачиваются» при отсутствии позитивной динамики. Сохранение «рабочих» российско-эстонских отношений, безусловно, является значимым для российской внешней политики. Однако это не означает игнорирование собственных национальных интересов в угоду Эстонии или любой другой страны. Ключевой внешнеполитический принцип эстонской политической элиты – пересмотр истории и представление России в виде агрессора и постоянной угрозы. Ключевой внешнеполитический принцип России – следование национальным интересам и конструктивное развитие отношений. Будущее российско-эстонских отношений во многом зависит от того, сможет ли Таллин отказаться от идеологической составляющей и постоянного апеллирования к опыту прошлого (что в современных условиях негласной поддержки США и ЕС представляется еще более сложной задачей) и перейти к действительно конструктивным отношениям.

Список источников и литературы:

  1. Европейские школы // Режим доступа: http://www.eu-studyweeks.ru/ 27.01.2015

  2. Если завтра начнется война. В Эстонии сняли фильм о "вторжении РФ" // Режим доступа: http://ria.ru/radio_brief/20141020/1029202771.html 27.01.2015

  3. Литва получила ноту о задержании своего рыболовецкого судна в водах РФ // Режим доступа:  http://www.regnum.ru/news/polit/1850334.html#ixzz3Q1as9wnZ 27.01.2015

  4. Посольство РФ направило ноту Латвии из-за сюжета о вербовке наемников // Режим доступа: http://ria.ru/world/20140915/1024201469.html 27.01.2015

  5. Прибалтов попросили постоять // Режим доступа: http://www.gazeta.ru/auto/2014/11/26_a_6316481.shtml 27.01.2015

  6. Сербина А.С. Общая внешняя политика и политика безопасности ЕС – испытание востоком // Вестник Томского государственного университета. 2009. № 324. С. 196-199

  7. Экспрессивные планы НАТО // Режим доступа: http://www.kommersant.ru/doc/2561750 27.01.2015

  8. Эстония обвинила российский Ил-20 в нарушении ее границы // Режим доступа: http://lenta.ru/news/2014/12/10/plane 27.01.2015

  9. Эстонского шпиона достали из гаража Режим доступа: http://www.gazeta.ru/social/2014/09/05/6204789.shtml 27.01.2015

  10. Юрмала потеряет €17 млн из-за переезда «Новой волны» // Режим доступа: http://www.gazeta.ru/business/news/2015/01/12/n_6816269.shtml 27.01.2015

  11. Balfour Rosa, Raik Kristi The European External Action Service and National Diplomacies // EPC Issue Paper No.73. 2013. P.75-82

  12. Central Intelligence Agency. The World Factbook. Europe: Lithuania // Режим доступа: https://www.cia.gov/library/publications/the-world-factbook/geos/lh.html 27.01.2015

  13. Centrālā statistikas pārvaldes datu bāzes // Режим доступа: http://data.csb.gov.lv/pxweb/en/tautassk11/tautassk_11__tsk2011/TSG11-06.px/table/tableViewLayout1/?rxid=48103a9e-bba4-4bd5-a9e9-d3b47e19a95e 27.01.2015

  14. Niedźwiecki Artur Pragmatism or prometheism? The attitude of Estonia to the conflict in Georgia // Biuletyn Opinie, Nr 22. 2009. P.2-9

  15. Statistics Estonia. Population by ethnic nationality // Режим доступа: http://www.stat.ee/34278 27.01.2015 27.01.2015

Каталог: fr
fr -> Activstudio программасы арқылы іске қосылады. Бұл құрылғы компьютер, мультимедиялық проектор және ақпараттарды енгізуге арналған активті қаламнан тұрады. Активті қалам
fr -> Н. Я. Виленкин и др. М.: «Мнемозина», 2011 г. 2014г
fr -> Начальник Центрального радиоклуба осо украины
fr -> Начальник Центрального радиоклуба осо украины
fr -> Директор школы
fr -> Anna Gavalda Je voudrais que quelqu’un m’attende quelque part Анна Гавальда Мне бы хотелось, чтоб меня кто-нибудь где-нибудь ждал


Достарыңызбен бөлісу:




©dereksiz.org 2020
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет