, 1999. 496 с. В «Неизвестной истории человечества»



бет12/39
Дата29.06.2016
өлшемі3.5 Mb.
#165600
түріКнига
1   ...   8   9   10   11   12   13   14   15   ...   39

Большая часть наиболее значимых работ по Шргайанде была опубликована в Anthropological Journal of Canada, кото­рый Ли сам основал и редактировал. Ли умер в 1982, году, и в

течение некоторого времени журнал редактировал его сын, Роберт И. Ли.

Разумеется, для официальных ученых было невозмож­но абсолютно не упоминать Шегайанду. Но когда они были вы­нуждены это делать, то старались преуменьшить значение, замолчать и представить в искаженном свете данные, свиде­тельствующие в пользу аномально древнего возраста находок.

Роберт Ли, сын Томаса И. Ли, писал: «Шегайанда невер­но преподается студентам, скорее как пример постледниково­го селя, чем Висконсинского ледникового тиля».

Тем не менее еще первые донесения с места раскопок дали сильные аргументы против гипотезы селевого потока. Ли-старший писал: многие геологи «утверждали, что отложе­ния можно было бы категорично определить как ледниковый тиль, если бы не находящиеся в них артефакты. Так говорили почти все посещавшие стоянку геологи». И Сэнфорд написал:

«В 1954 году Шегайанду посетила группа из 40—50 геологов в рамках ежегодной экспедиции, проводимой Геологическим обществом бассейна Мичигана. Геологи подтвердили, что от­ложения представляют собой ледниковый тиль. Возможно, это заявление явилось лучшим подтверждением характера отложений. Когда они приехали в Шегайанду, место раскопок еще не было закрыто, и они могли сами наблюдать тиль. Отло­жения были представлены геологам как талевые, и никто из них не воспротивился такому объяснению. Нет никаких со­мнений в том, что если бы у них было какое-либо сомнение по поводу природы отложений, оно, несомненно, было бы выска­зано там же».

Если один из подходов к открытию заключается в отри­цании того, что содержащие орудия отложения являются лед­никовым тилем, то другой сводится к предъявлению чрезмер­но высоких требований к доказательствам присутствия человека в месте раскопок во времена формирования отложе­ний. Антрополог Мичиганского университета Джеймс Б. Гриффин (James В. Griffin) заявил: «В Северной Америке есть много мест, которым приписывается значительный воз­раст, где якобы обитали ранние индейцы. Об этих никогда не

существовавших стоянках были написаны целые книги». Гриффин отнес Шегайанду к числу этих мнимых стоянок.

Гриффин заявлял, что истинная стоянка должна харак­теризоваться «ясно выраженным геологическим контекстом... при этом должна быть полностью исключена интрузия, или вторичное отложение». Он также настаивал на том, что стоян­ка может быть признана истинной, если ее изучение прово­дится сразу несколькими геологами. Причем каждый должен специализироваться на определенной присутствующей там формации. Кроме того, важным условием признания за мес­том раскопок статуса стоянки древнего человека должно быть наличие между ними определенного консенсуса. Более того, «на месте раскопок должны быть обнаружены различные орудия и следы их обработки ... хорошо сохранившиеся остан­ки животных ... макроботанический материал... скелетные ос­танки человека». Как одно из необходимых условий Гриффин называл проведение исследований с помощью радиоуглерод­ного и других методов определения возраста.

В соответствии с этим стандартом настоящей стоянкой не могло бы считаться ни одно крупнейшее антропологическое открытие. Например, большинство находок по Australopithe-cus, Homo habuis и Homo erecfus не имели ясного геологичес­кого фона, но были сделаны на поверхности или в пещерных отложениях, то есть в местах, которым, как известно, доволь­но сложно дать точную геологическую характеристику. Боль­шая часть яванских находок по Homo erectus также была сде­лана на поверхности почвы. Причем научное описание их обстоятельств было довольно скудным.

Любопытно, что, по большому счету, Шегайанда соот­ветствует значительной части требований, предъявляемых Гриффином. Геологический фон находок намного четче, чем это было при обнаружении других образцов, принимаемых научной общественностью. Ряд геологов, специализирующих­ся на североамериканский ледниковых отложениях, пришли к единодушному выводу, что найденным орудиям более 30 ты­сяч лет. Одним из подтверждений этого вывода является от­сутствие интрузии или какого-либо вторичного отложения.

Были найдены самые разнообразные орудия, проведены ра­диоуглеродный анализ и тесты на пыльцу. Были обнаружены макроботанические материалы (торф).

Проблема Шегайанды заслуживает гораздо большего внимания, чем было до сих пор. Вспоминая то время, когда стало очевидным, что в ледниковом типе встречаются кремне­вые орудия, Т. И. Ли писал: «В тот момент человек более бла­горазумный, чем я, предпочел бы раствориться в ночи, сидеть тихо и ничего никому не рассказывать... Действительно, один знаменитый антрополог, приехав однажды в Шегайанду, вос­кликнул с недоверием: «И вы там, внизу, что-нибудь находи­те?» В ответ он услышал: «Черт подери! Спускайтесь сюда са­ми и смотрите!» Но этот же самый антрополог настоятельно посоветовал мне забыть обо всем том, что было в ледниковых отложениях, и сосредоточиться лучше на верхних, более мо­лодых материалах».

Луисвилл и Тимлин: продолжение вендетты

В 1958 году поблизости от Луисвилла (Lewisville), штат Техас, были обнаружены каменные орудия и обожжен­ные кости жи вотных с находящимися рядом следами кострищ. В результате последующих работ с использованием радиоуглеродного метода был определен возраст древесного угля из этих кострищ, который составил тридцать восемь ты­сяч лет. Позже на этом же месте обнаружили наконечник ме­тательного орудия, по своей форме напоминающий лист кле­вера. Герберт Александер (Herbert Alexander), к тому времени только что окончивший университет по курсу архео­логии, вспоминал о последовательности открытий и реакции на них. «Сначала слышались мнения, что кострища были ос­тавлены людьми, подтверждением чему служили соответст­вующие останки животных, — утверждал Александер. — Но после того как был объявлен полученный в результате тестов возраст стоянки, мнение некоторых специалистов измени­

лось. А после обнаружения наконечника атаки на образцы на­чали предприниматься всерьез. Те, кто сначала принимали очаги и (или) сопутствующую фауну в качестве свидетельств, стали жаловаться на свою память».

Находка наконечника метательного орудия в форме ли­ста клевера, возраст которого оценивался в 38 тысяч лет, бы­ла явно нежелательна, так как ортодоксальные антропологи датировали эти наконечники 12 тысячами лет. Именно тогда, по их мнению, на территорию Северной Америки ступила но­га первого человека. Некоторые критики утверждали, что могло иметь место мошенничество, и наконечник вполне мог быть подложным. Другие заявляли, что наверняка должна была иметь место ошибка с радиоуглеродным методом.

Упомянув о ряде подобных случаев замалчивания или огульного высмеивания открытий, Александер вспомнил об услышанной однажды фразе: «Прежде чем делать какие-ли­бо спорные заявления по древним людям, сначала надо зару­читься поддержкой адвоката». Может, это и неплохая идея, когда имеешь дело с такой наукой, как археология, где мнения определяют статус фактов, а факты растворяются в сети ви­тиеватых интерпретаций. Адвокаты и суды могут оказаться полезными археологам для менее болезненного достижения консенсуса между учеными в интересах установления науч­ной истины. Но Александер отметил, что судебная система подразумевает наличие присяжных. А первое, что они спро­сят, будет: «А сами вы решили что-либо по этому поводу?» Очень немногие археологи не имеют мнения по поводу време­ни появления первого человека на территории Северной Аме­рики.

Утверждению, что наконечники копий в форме листа клевера представляют собой самые ранние орудия в Новом Свете, был брошен вызов в результате раскопок в Тимлине (Timlin), расположенном в Кэтскильских горах штата Нью-Йорк. В середине 1970-х годов там были найдены орудия, име­ющие значительное сходство с верхне-ашольскими орудиями Европы. В Старом Свете ашольские орудия ассоциируются с Homo erectus. Но эта ассоциация не может считаться точной,

так как в местах обнаружения орудий скелетные останки обычно отсутствуют. На основании данных ледниковой геоло­гии, возраст кэтскильских образцов составляет около 40 ты­сяч лет.



Уэйатлако, Мексика




Рис. 5.8. Найденные в Уэйатлако (Мек­сика) каменные орудия. Группа геологов из Геологической инспекции США опре­делила, что возраст находок составляет около 250 тысяч лет.
В 1960-х годах Хуан Армента Камачо (Juan Armenta Camacho) и Синтия Ирвин-Уильямс (Cynthia Irwin-Williams) раскопали в Уэйатлако, поблизости от Валь-секильо (Valsequillo), в 75 милях от Мехико, искусно выпол­ненные каменные орудия (рис. 5.8), соперничающие по своему исполнению с лучшими образцами кроманьонской культуры в Европе. Более грубые орудия были найдены в Эль-Орно (El Homo). Как в Уэйатлако, так и в Эль-Орно стратиграфиче­ское положение находок не вызывало сомнений. Однако эти артефакты имеют одно свойство, которое не может не вызы­вать дискуссию. Дело в том, что группа геологов, которые про­водили научные изыс­кания в интересах Геологической ин­спекции США, опре­делили, что возраст находок составляет 250 тысяч лет. В эту группу ученых, рабо­тавших по гранту На­ционального фонда на­уки, входили: Гарольд Мэлд (Harold Malde) и Вирджиния Стин-Ма-кинтайр (Virginia Steen-McIntyre), представлявшие Гео­логическую инспек­

цию США, а также покойный Роальд Фрайкселл (Roald Fryxell) из Вашингтонского государственного университета.

По утверждению этих геологов, примененные независи­мо друг от друга четыре метода определения возраста дали необычно большой возраст образцам, которые были найдены в Вальсекильо. Речь идет о следующих методах: 1) урановый метод определения возраста; 2) определение возраста на ос­нове анализа следов ядерного распада; 3) тефра-гидратацион-ный метод; 4) изучение геологической эрозии.

Как и следовало ожидать, возраст в 250 тысяч лет, дан­ный командой геологов образцам из Уэйатлако, не мог не вы­звать бурную полемику. Если бы он был принят, это означало бы революцию не только в антропологии Нового Света, но при­вело бы к изменению всей сложившейся картины происхож­дения человека. С точки зрения официальной науки, челове­ческие существа, способные делать сложные орудия, подобные тем, которые были найдены в Уэйатлако, просто не могли появиться раньше чем 100 тысяч лет назад, и то это мог­ло произойти лишь в Африке.

Пытаясь опубликовать выводы своей команды, Вирджи­ния Стин-Макинтайр встретила на своем пути различные препятствия и испытала самое разнообразное общественное давление. В своем письме коллеге от 10 июля 1976 года она пи­сала: «Из-за Уэйатлако некоторые утверждают, что Хал, Ро­альд и я — оппортунисты и искатели дешевой рекламы. И ме­ня сильно задевают эти обвинения».

Публикация доклада Стин-Макинтайр и ее коллег по Уэйатлако необъяснимо задержалась на годы. Впервые он был представлен на антропологической конференции в 1975 году. Четырьмя годами позже Вирджиния Стин-Макинтайр писала Г. Дж. Фуллбрайту (Н. J. Fullbright) из Лос-Аламос-ской научной лаборатории, одному из редакторов книги, кото­рая должна была вскоре увидеть свет: «Наша статья по Уэй­атлако — это как гром среди ясного неба. Она отодвинет на десятки тысяч лет время появления первого человека на тер­ритории Америки. Хотя многие археологи этого не желали бы признавать. Хуже того, многие считают, что найденные гтг situ

двугранные орудия являются признаками присутствия Homo sapiens. Согласно ныне действующей теории, в те далекие времена человеком разумным, т. е. Homo sapiens, и не пахло, тем более в Новом Свете».

Вирджиния Стин-Макинтайр продолжала свои объяс­нения Г.Дж-Фуллбрайту: «Вокруг Уэйатлако археологи под­няли большой шум. Они даже отказались эту проблему рас­сматривать. Из вторых рук я узнала, что среди некоторых моих коллег я считаюсь: 1) некомпетентной; 2) гоняющейся за дешевой газетной славой; 3) оппортунисткой; 4) нечестной и 5) глупой. Естественно, ни одно из этих мнений не улучшает мою профессиональную репутацию! Моей единственной на­деждой на восстановление доброго имени является публика­ция статьи по Уэйатлако, чтобы читатель сам имел возмож­ность ознакомиться с материалом и сделать независимый вывод». Стин-Макинтайр, не получив никакого ответа на это и на другие письма, решила снять статью с публикации. Однако рукопись ей так и не вернули.

Годом позже (8 февраля 1980 года) Стин-Макинтайр на­писала письмо редактору Quaternary Research Стиву Порте­ру по поводу публикации ее статьи об Уэйатлако. Она отмеча­ла: «Рукопись, которую я хотела бы Вам предложить, содержит геологические свидетельства. Материал изложен четко и ясно. И если бы не необходимость переписывать боль­шую часть учебников по археологии в случае его официально­го признания, я не думаю, что возникли бы какие-либо про­блемы в поддержке открытий со стороны самих археологов. Однако ни один из антропологических журналов не рискнет касаться этой темы».

Стив Портер ответил (25 февраля 1980 года) Стин-Ма­кинтайр, что он рассмотрит вопрос о публикации этой поле­мичной статьи. В то же время он подчеркивал, что «отдает се­бе отчет в том, что от некоторых археологов будет довольно трудно добиться объективной рецензии на статью». Для пуб­ликаций научного характера обычной практикой является пе­редача рукописи нескольким ученым для анонимной рецен­зии. Нетрудно себе представить, каким образом не желающие

ничего менять консерваторы от науки могут манипулировать этим процессом, чтобы не допустить появления в научных

журналах неугодной им информации.

30 марта 1981 года Стин-Макинтайр писала первому по­мощнику редактора Quaternary Research Эстелле Леопольд:

«На мой взгляд, эта проблема выходит за рамки Уэйатлако. Она заключается в манипулировании научной мыслью через подавление «загадочных данных», то есть такой информации, которая бросает вызов преобладающему на данный момент образу мышления. А Уэйатлако — как раз случай из катего­рии «загадочных»! Не являясь антропологом, я полностью не осознавала ни значения наших аномально древних открытий 1973 года, ни того, насколько глубоко засела в нашем сознании теория эволюции человека. Результаты работы в Уэйатлако были отвергнуты большинством археологов потому, что они противоречат этой теории. Их аргументы всегда сводились к этой теории. Homo sapiens sapiens появился в Европе около 30 000—50 000 лет назад. Следовательно, обнаружение на тер­ритории Мексики сделанных рукой человека орудий, возраст которых составляет 250 000 лет, просто невозможно, так как Homo sapiens sapiens появился 30 000 лет назад в Европе... и т.д. Такой ход мыслей подходит для самодовольных археоло­гов, но отнюдь не для науки в целом!»

В конце концов Quaternary Research (1981) опубликовал статью под коллективным авторством Вирджинии Стин-Ма­кинтайр, Роальда Фрайкселла и Гарольда Мэлда. В ней ут­верждалось, что возраст стоянки в Уэйатлако составляет 250 000 лет. Конечно, всегда можно найти возражения по поводу возраста археологических находок, что и сделала Синтия Ир-вин-Уильямс в ответном письме Вирджинии Стин-Макин­тайр, Роальду Фрайкселлу и Гарольду Мэлду. Со своей сторо­ны, Мэлд и Стин-Макинтайр ответили подробно, пункт за пунктом, на каждый из поставленных ею вопросов. Однако Ирвин-Уильямс на этом не успокоилась. И она, и в целом аме­риканские археологи по-прежнему продолжали упорствовать в своем неприятии возраста Уэйатлако, определенного для этой стоянки Стин-Макинтайр и ее коллегами-

Последствия аномальных находок в Уэйатлако не заста­вили себя долго ждать. Они выразились в личных оскорблени­ях и профессиональных притеснениях в отношении Вирджи-нии Стин-Макинтайр, в частности в том, что она потеряла работу, а также лишилась финансирования и возможности продолжать заниматься разработкой этого вопроса. Это ска­залось также на ее репутации. Этот случай дает редкую воз­можность наблюдать процесс противодействия неудобной ин­формации в палеонтологии, полный конфликтов и болезненных столкновений.

И последнее, испытанное уже нами. Как-то мы решили получить разрешение поместить фотографии артефактов из Уэйатлако в одной из наших публикаций. И услышали, что нам будет отказано, если мы упомянем столь «фанатично за­щищаемый» некоторыми возраст находок в 250 000 лет.

Сондио Кэйв, Нью-Мексико

В 197 5 году Вирджиния Стин-Макинтайр узнала о су-ществова нии другой стоянки с невероятно древними для Северной Аме рики орудиями. Она называлась Сандиа Кэйв (Sandia Cave), штат Нью-Мексико, США. Имен­но там были найдены орудия совершенного типа (фолсомские наконечники). Находки располагались под слоем сталагмита, возраст которого составляет 250 000 лет. Одна из них показа­на на рис. 5.9.

В своем письме канадскому геологу Генри П. Шварцу (Henry P. Schwartz), определившему возраст сталагмита, Вирджиния Стин-Макинтайр писала (10 июля 1976 года): «Я сейчас точно не помню, говорила ли я с вами или с одним из ваших коллег на Пенроузской конференции, состоявшейся в Маммот Лэйкс (Калифорния) в 1975 году. Словом, человек, с которым я разговорилась, стоя в очереди за ленчем, упомянул о результатах уранового метода определения возраста слоя сталагмита, лежащего над артефактами в Сандиа Кэйв, кото-




Рис, 5.9. Фолсомское лезвие, засевшее в нижней плоскости травертиновых отложений из Сандиа Кэйв, штат Нью-Мексико. Считается, что возраст травертинового слоя составляет 250 000 лет.
рые вызвали у него на­стоящее потрясение. Они резко расходились с общепринятыми пред­ставлениями по поводу появления первого чело­века в Северной Амери­ке. Когда он упомянул возраст в четверть мил­лиона лет или около то­го, я чуть было не урони­ла свой поднос. Я была поражена не столько возрастом сталагмитово­го слоя, сколько тем, что он был практически идентичен результатам, которые получили мы по

вызвавшей бурную научную дискуссию стоянке древнего че­ловека в Центральной Мексике.... Не стоит говорить, что я бы хотела узнать о том, какой возраст даете лично вы, а также что вы думаете по этому поводу вообще!». По утверждению Стин-Макинтайр, ответа на это письмо она так и не получила.

Осведомившись у главного археолога Сандиа Кэйв о воз­расте стоянки, Вирджиния Стин-Макинтайр получила сле­дующий ответ (2 июля 1976 года): «Очень хочу надеяться, что вы не будете использовать полученные данные для доказа­тельства чего-либо до тех пор, пока у нас не появится возмож­ность все это оценить в полном объеме».

Вирджиния Стин-Макинтайр прислала нам часть отче­тов и фотографий артефактов из Сандиа Кэйв, а также сопро­водительную записку следующего содержания: «Геохимики уверены в возрасте находок, но археологи убедили их в том, что артефакты и чечевицеобразные залежи древесного угля под слоем травертина есть не что иное, как результат воздей­ствия грызунов. ... Ну а как насчет артефактов, твердо засев­ших в геологических отложениях?».

Неолитические инструменты из Калифорнии

В 1849 году было обнаружено золото в гравиях русел древних рек, когда-то стекавших со склонов Сьерра-Невады, в центральной части Калифорнии. Золото влек­ло орды отчаянных авантюристов в такие места, как Брэнди-сити, Ласт Чане, Лост Кэмп, Юбет и Покер Флэт. Вначале отдельные старатели искали драгоценный металл в гравиях, выходящих в русла рек. Но вскоре золотодобывающие компа­нии ввели в игру более значительные ресурсы. Одни стали прорубать шурфы на склонах гор, неуклонно следуя за от­ветвлениями золотоносных гравиев, тогда как другие предпо­чли добычу металла методом промывания золотосодержащих гравиев с горных склонов водой под высоким давлением. Ста­ратели находили сотни каменных орудий, а реже и человече­ские костные останки (глава 7). О наиболее значительных ар­тефактах научному сообществу сообщал Дж. Д. Уитни, в то время государственный геолог Калифорнии.

Возраст артефактов, найденных на поверхности или об­наруженных с помощью гидравлического метода, вызывал со­мнения. Но в то же время образцы, поднятые из шурфов и туннелей, были более определенного возраста. Дж. Д. Уитни полагал, что геологическая основа с золотосодержащими гра-виями относилась по крайней мере к эпохе плиоцена. Однако современные ученые считают, что некоторые отложения гра­вия могут относиться и к эоцену.

В Столовой горе (Table Mountain), расположенной в ок­руге Туолумн (Tuolumne), были сделаны многочисленные шурфы. И прежде чем достичь золотоносных гравиев, нужно было пробиться сквозь базальтовый материал вулканическо­го происхождения, именуемый латитом. В некоторых случаях шурфы, прорытые горизонтально, простирались на сотни фу­тов под латитовой «шапкой» (рис. 5.10). Возраст находок, обна­руженных в гравиях непосредственно над основанием скалы, может составлять от 33,2 до 55 миллионов лет. А образцы, найденные в других гравиях, могут иметь от 9 до 55 миллио­нов лет.



Рис. 5.10. Вид сбоку на Столовую гору, округ Туолумн, Калифорния. На рисунке видны шурфы, прорытые до третичных залежей гравия, находящихся под покрывалом лавы, которая отмечена черным цветом.

Уитни провел личный осмотр коллекции артефактов Столовой горы, принадлежащих д-ру Пересу Снеллу (Perrez Snell) из Соноры (Sonora), Калифорния. Она включала в себя наконечники копий и другие орудия. Однако информации о самих открытиях или о первоначальном стратиграфическом положении находок не так уж много. Тем не менее было одно счастливое исключение. «Это был, — писал Уитни, — своего рода каменный пест или же нечто, что, по всей вероятности, использовалось для затачивания предметов». Д-р Снелл сооб­щил Уитни, что он «собственноручно взял его из тележки, груженной пустой породой, выезжавшей из недр Столовой го­ры». Дж. Д. Уитни осмотрел также находившуюся в коллекции д-ра Снелла человеческую челюсть. Челюсть была получена Снеллом от горных рабочих, утверждавших, что они ее нашли в гравиях, находящихся под латитовой «шапкой» Столовой го­ры в округе Туолумн.

Гораздо лучше задокументировано открытие в туо-лумнской Столовой горе, сделанное Альбертом Дж. Уолтоном (Albert G. Walton), владельцем участка Валентайн (Valentine), отведенного под разработку недр. Уолтон нашел каменную ступку диаметром в 15 дюймов (37,5 см). Образец был найден в золотосодержащих гравиях на глубине 180 футов (55 мет­ров) от поверхности и тоже под латитовой «шапкой». Приме­чательно, что ступка была обнаружена в ледниковом наносе, в

шахтном проходе, идущем горизонтально от дна главного вер­тикального шурфа шахты Валентайн. Это обстоятельство ис­ключает возможность того, что ступка каким-то образом по­пала в нижние горизонты из верхних. Также из шахты Валентайн была извлечена часть ископаемой человеческой

челюсти.


Уильям Дж. Синклер (William J. Sinclair) предположил, что многие из ледниковых туннелей в других близлежащих к шурфу Валентайн шахтах каким-то образом сообщаются между собой. И вполне возможно, что ступка попала туда, где ее обнаружили рабочие, через эти туннели. Однако Синклер допускал вероятность того, что, побывав в этом месте в 1902 году, он не смог найти этот шахтный ствол. Своим ничем не подкрепленным предположением Синклер просто хотел обес­ценить сообщение Альберта Дж. Уолтона о сделанном им от­крытии. Действуя в таком духе, очень даже просто отыскать повод для непризнания любого когда-либо сделанного в обла­сти палеонтологии открытия.

Сообщение о другой, более ранней находке в туо-лумнской Столовой горе поступило в 1871 году от Джеймса Карвина (James Carvin): «Сим подтверждаю, что я, нижепод­писавшийся, раскопав в 1858 году несколько шурфов в горно­рудном владении, принадлежащем Stanislaus Company, рас­положенном в районе Столовой горы, округ Туолумн, напротив переправы 0'Бирн (O'Byrn) на реке Станислава, на­шел каменный топор... Данная находка была обнаружена на глубине от 60 до 75 футов (18,3—23 метра) от поверхности земли в лежащих под базальтовой платформой гравиях, и на расстоянии около 300 футов (90 метров) от входа в туннель. Еще примерно в том же месте и в то же время были обнаруже­ны несколько ступок».



Достарыңызбен бөлісу:
1   ...   8   9   10   11   12   13   14   15   ...   39




©dereksiz.org 2024
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет