А был ли в СССР социализм?



бет7/7
Дата21.06.2016
өлшемі0.83 Mb.
#151056
1   2   3   4   5   6   7

5. Идеология или наука?

Междисциплинарная общеэкономическая теория - это серьёзная наука, а не одна из идеологий. Различие между наукой и идеологией хорошо просматривается уже на бытовом уровне. Есть хороший еврейский анекдот. Приходит к раввину старуха. Жалуется, что у неё сдохла курица, и просит совета. Раввин дал ей совет. Через несколько дней у старухи сдохла ещё одна курица, и она снова пошла за советом к раввину. Раввин опять дал ей совет. Но прошло несколько дней, и у старухи сдохла третья курица. Старуха получила от раввина очередной совет. Так продолжалось до тех пор, пока у бедной старухи не передохли все куры. И когда она в последний раз обратилась к раввину, тот сказал: «Как жаль, а у меня ещё столько идей было!»

И в самом деле, идеологий можно напридумывать сколько угодно. Их много: либеральная, тоталитарная, какие-то промежуточные. Серьёзная наука всегда одна. Все идеологи это хорошо понимают и часто стремятся замаскировать свою идеологию под серьёзную науку. Но между идеологией и наукой большая разница. Она в том, что целью науки является не выдумка, выгодная её автору, а отражение в человеческом сознании объективных явлений и процессов материального мира. На это утверждение часто возражают, что учёные тоже люди, что им свойственно ошибаться и что с этой точки зрения между идеологией и наукой нет принципиальной разницы. Возражение резонное, но не меняет сути дела. Тот факт, что дважды два четыре, уже давно ни у кого не вызывает сомнения. Современное естествознание располагает столь же точным знанием множества научных истин. Сложнее в гуманитарных науках. Они ещё не достигли такой же степени строгости и достоверности. Но дело постепенно идёт к этому. Междисциплинарная общеэкономическая теория вносит значительный вклад в этот объективный процесс сближения гуманитарных и естественных наук.

Естествознанию проще в проверке достоверности научных знаний - можно поставить эксперимент. В обществоведении эксперимент не поставишь. Здесь решающим критерием достоверности научного знания служит сравнение научной теории с общественной практикой, с жизнью. Для проверки истинности здесь требуется большой промежуток времени, как правило, выходящий за рамки жизни учёного, а иногда и многих поколений. Такая проверка обычно становится уделом потомков, если они, конечно, хотят этим заниматься. В статье 13 Конституции Российской Федерации записано, что в нашей стране признаётся идеологическое многообразие и что никакая идеология не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной. Это важное конституционное положение должно относиться именно к идеологии, но не к науке. По мере развития гуманитарных наук политики в возрастающей мере смогут опираться на их результаты. А пока в моде форумы, дебаты, круглые столы, мозговые штурмы. Говорят, что в спорах рождается истина. Всегда ли это так? Едва ли. Скорее всего, истина не рождается в спорах, а добывается трудами учёных. Об этом прекрасно сказал ещё 500 лет назад великий Леонардо да Винчи: «И поистине всегда там, где недостаёт разумных доводов, там их заменяет крик, чего не случается с вещами достоверными. Вот почему мы скажем: там, где кричат, там истинной науки нет. Истина имеет одно единственное решение, и когда оно оглашено, спор прекращается навсегда.» (Леонардо да Винчи. Избранные естественнонаучные произведения. М.: Изд. АН СССР, 1955, стр. 9).



6. Вопросы читателей

Из характера вопросов видно, что далеко не каждый читатель имеет уровень образования, необходимый для работы с такой книгой. В то же время, книга не отпугивает желающих разобраться в существе темы. Судя по отзывам, книга актуальна, вызывает интерес и стимулирует самообразование. Многих смущает, что автор такой книги - не экономист и не социолог. Некоторые даже напоминают мне известную басню Ивана Андреевича Крылова о сапожнике, который вознамерился печь пироги. Но есть и такие отзывы, в которых отмечается, что столь междисциплинарную книгу мог написать только разносторонне образованный исследователь. Я благодарен за такие отзывы.

Некоторых интересует, почему я не выступаю с книгой на презентациях, не появляюсь на научных конференциях, форумах, симпозиумах. На это можно было бы просто ответить, что не люблю мелькать на людях, но есть и более серьёзная причина. Дело в том, что мне слишком дорога сама возможность работы над столь важной проблемой, чтобы рисковать ею, разменивая на дешёвую популярность с плохо предсказуемыми последствиями. Нет у меня ни тщеславия, ни корысти. Не стремлюсь стать депутатом или чиновником, не собираюсь пролезать в сильные мира сего. Никому не навязываю своих взглядов. Мой девиз - замечательные слова Жана Жака Руссо: «Моё дело сказать правду, а не заставлять верить в неё!» Работаю над проблемой уже много лет и больше всего ценю возможность проверки правильности междисциплинарной общеэкономической теории путём её сопоставления с общественной практикой в течение как можно более продолжительного отрезка времени. Соблазны и атрибуты популярности, погоня за выгодным местечком или богатством - не для тех, кто берётся за такую работу. Суетливость неизбежно загоняет беспристрастную научную логику в прокрустово ложе служебной зависимости, общественного мнения или материальной выгоды. Спрашивают, почему я публикую свои статьи исключительно в интернете, а не в научных журналах. Во-первых, мои статьи есть и в журналах. Во-вторых, некоторые журналы, в частности «Вопросы экономики», считают себя слишком солидными, чтобы публиковать мои «несолидные» статьи. Наконец, дополнительные возможности web-статей совершенно очевидны. Мгновенная публикация, отсутствие рецензирования и бюрократических проволочек, неограниченный тираж, возможность оперативного диалога с читателями, возможность редактирования - всё это показывает несомненные преимущества интернета.

Много вопросов о моём методе изложения материала. Интересуются, почему так много ссылок на других авторов. Некоторые склонны усматривать в этом неоригинальность или даже плагиат. Что ответить на это? Конечно, сейчас в моде другой метод изложения. Во многих публикациях именитых и титулованных авторов всё подаётся от «своего» имени, хотя на поверку «свои» мысли оказываются чужими. Не мой стиль! Считаю научную добросовестность обязательной для серьёзного учёного.

Сетуют и на то, что в книге «мало полемики». По этой причине некоторым она кажется скучной. Они напоминают о блестящих полемических книгах и статьях классиков марксизма-ленинизма. На это можно ответить только то, что моя книга предназначена не для низвержения оппонентов и не для развлечения почтеннейшей публики. Как уже было сказано, я считаю ожесточённую полемику малопродуктивным занятием. И уж конечно не собираюсь подражать классикам, на то они и классики. За счёт отказа от пустословия, заимствования чужих результатов и ненужной полемики мне удалось до предела сократить объём книги. Она совсем не похожа на толстые фолианты, которых уже много накопилось за долгую историю экономических учений.

Не обойти молчанием и вопросы о том, почему книга издана очень скромно, даже бедно на фоне множества роскошных изданий, появившихся в середине 90-х. Причина проста. Моя книга издавалась с большими трудностями в разрушительные для российской науки годы. О некоторых подробностях её выхода в свет можно прочитать в рекомендованной литературе. Мне ничего не оставалось, кроме как рассчитывать на доброжелательность тех, для кого содержание важнее формы. Книга в продажу не поступала. Весь тираж был передан в дар научным библиотекам, исследовательским институтам, вузам, отдельным лицам. Список рассылки приведен в моей второй книге «Вторжение в незыблемое: путь химика в политическую экономию». С удовлетворением перечитываю множество благодарственных писем!

В заключение считаю своим долгом ответить на интересный вопрос некоторых читателей. Разумеется, не вижу никакой необходимости в обязательном изучении междисциплинарной общеэкономической теории. И не только потому, что она сложна и требует для глубокого понимания разносторонней подготовки. Мы ещё помним, как все поголовно были обязаны изучать марксизм и научный коммунизм. Ни к чему хорошему это не привело. Междисциплинарная общеэкономическая теория - это, скорее, метод оптимального научного мышления, метод принятия оптимальных политических решений. Она полезна в первую очередь тем, кто формулирует политику страны и принимает ключевые политические решения. Для большинства читателей эта теория не обязательна, но, полагаю, интересна. Она расширяет кругозор, и с её помощью становится понятным многое в нашей жизни. Она интересна учёным и политикам, общественным деятелям, преподавателям и студентам, всем, кому небезразлична судьба нашей страны в этом сложном и непрерывно изменяющемся мире

Рекомендуемая литература

1. В.Ш.Фельдблюм. «К общеэкономической теории через взаимодействие наук». - Ярославль, Типография Ярославского государственного технического университета, 1995.

2. Владислав Фельдблюм. «Вторжение в незыблемое: путь химика в политическую экономию». - Ярославль, Издательство «Ещё не поздно!» ООО НТЦ «Рубеж», 2007. Библиотека портала «Российское образование» http://www.edu.ru/db/portal/e-library/00000097/00000097.htm

3. «Приглашение к диалогу» (перечень web-статей Владислава Фельдблюма): http://professor-v.narod.ru и http://professor-v.narod.ru/continuation.html

4. Ю.А.Москвичёв, В.Ш.Фельдблюм. «Химия в нашей жизни» (глава 8 о нанохимии и нанотехнологиях). - Ярославль, Издательство Ярославского государственного технического университета, 2007.

13.12.2010



Приложение № 3

Последний публичный доклад А. С. Макаренко, сделанный им на совещании учителей Ярославской железной дороги

29 марта 1939г.
ИЗ ОПЫТА РАБОТЫ
«… Мы, педагоги, теоретически залетали очень высоко, а практически были очень низко. Думали, что дадим нашему ребенку хорошую квалификацию, а на самом деле давали такую, при помощи которой ребенок мог сделать плохую табуретку, готовили швею, которая могла сшить только трусики. Я сам переживал даже чувство некоторого пафоса, когда мне хорошо чинили ботинки, шили трусики и плохо делали табуретку. Потом я избавился от этого педагогического предрассудка. Вы помните, наверно, предрассудок, что трудовой процесс должен быть "увязан" с учебной программой. Сколько мы ломали голову над этим проклятым вопросом. Вот дети делают табуретку, а надо, чтобы это было связано с географией и с математикой (смех). Я очень плохо себя чувствовал, когда приезжала комиссия и не находила согласованности между табуреткой и русским языком (смех). Потом махнул рукой и прямо стал утверждать, что не должно быть связи.

Сейчас я это могу аргументировать, когда в коммуне развернулся прекрасный завод, сработанный нашими руками, завод, производящий "лейки". Очень богатый завод. "Лейка" имеет 300 деталей с точностью до 0,001 мм, точную оптику, где сложнейшие процессы, каких в старой России никогда не знали.

Когда я наблюдал работу такого завода, а такой завод это значит - точный план, нормы допуска, нормы качества, когда такой завод обслуживается десятками инженеров, конструкторским бюро и т. д. и т. д., - только тогда я увидел, что значит такое производство. И как жалок был лепет об увязке школьной программы с трудовыми процессами. Оказалось, что процесс обучения в школе и производство продукции крепко определяют личность потому, что они уничтожают ту грань, которая лежит между физическим и умственным трудом, и выходят высококвалифицированные люди.

В Харькове я встретил девочку, которая оканчивает институт. Но она имеет 6-й разряд полировщицы линз. Она учится в вузе, а между тем этот 6-й разряд у нее сохраняется в руках, она все помнит. И вот, когда выходили из коммуны люди с полным средним образованием и квалификацией 6-7-го разряда, то я видел, что им учеба принесла пользу.

Условия производства, производства серьезного - это и были те условия, которые облегчили педагогическую работу. Я теперь буду бороться за то, чтобы в нашей советской школе было производство. Тем более буду бороться, что труд детей на производстве открывает многие воспитательные пути.

И, наконец, еще одна сторона, совсем не презренная - это выгодность такого дела. Коммуна им. Дзержинского существовала восемь лет и только один год была на бюджете. Через год она отказалась от государственной дотации и перешла на самоокупаемость. А последние пять лет не только покрывала содержание завода, общежития, всего быта, пищи, одежды, школы целиком, но и давала государству 5 млн. рублей чистой прибыли в год. И это только потому, что была на хозрасчете.

Вы представляете, какой силы инструментовка была в руках педагогов. Мы решаем: едем 500 человек по Волге, на Кавказ. Для этого нужно 200 тыс. рублей. Постановили: в течение месяца работать полчаса лишних и в результате получаем 200 тыс. рублей.

Мы могли одевать мальчиков в суконные костюмы, девочек - в шелковые и шерстяные платья. Мы могли 40 тыс. рублей тратить на театр. А когда это делается в порядке трудовой дисциплины, в порядке завоевания богатства, когда весь коллектив за это борется, то что можно сравнить с этой новой педагогической силой?

Я уже не говорю о других, мелких достоинствах такой системы. Хотя бы зарплата. Зарплата не потому совершенна, что дает деньги ученику, она совершенна потому, что ставит его в условия собственного бюджета, она дает возможность воспитать будущего хозяина. Ведь у нас каждый коммунар-выпускник имел в сберкассе по 2 тыс. рублей.

Я убежден, что цель нашего воспитания заключается не только в том, чтобы воспитать человека-творца, человека-гражданина, способного с наибольшим эффектом участвовать в строительстве государства. Мы должны воспитать человека, который обязан быть счастливым. Деньги в Советской стране могут быть прекрасным воспитателем, прекрасным педагогом. Говорить о педагогических вопросах я могу, основываясь на своем опыте, а он был обставлен лучше, чем у вас.

Я настаиваю и буду настаивать на том, что такие условия должны быть созданы в школе. Сначала это кажется очень страшным, а на деле это не так страшно. Если бы мне сейчас дали школу, я бы на педагогическом собрании говорил, какие идеи я буду осуществлять, и в то же время думал: где бы достать необходимые средства.

В коммуне им. Дзержинского я стал искать человека, который умеет все купить, все продать, все умеет делать. И нашел такого человека. Он говорит: у вас 200 рабочих рук, чего же вы плачете?- А что мы будем делать,- спрашиваю. Он отвечает:- Знаете что, мы будем делать нитки.- А где средства? - А зачем средства? Мы заключим договор, купим кустарные деревянные станочки. Действительно, купили такие старые станочки и начали делать нитки, а через 6 лет мы имели лучший в Союзе оптический завод, который стоил несколько десятков миллионов рублей.

Вот мы и начали с ниток и табуреток. А как табуретки надо делать? Говорят, для того, чтобы сделать стул, один ученик должен сделать все части, тогда он будет хорошим мастером. Другие говорят: нет, один делает вот эту часть, второй - другую часть, третий полирует и т. д. И это верно. А вот когда "душевный педагог" видел такую работу, он бледнел, падал в обморок: как можно так издеваться над мальчиком: мальчик отрезает только эту штуку, просто ужас.

Да, мальчик имеет дело только с этой штукой, но он отрезает 200 шт.

за несколько минут, он работает на коллектив.

Разделение труда нам необходимо. Сейчас не так нужен мастер, который умеет сделать стул целиком, как нужен столяр, умеющий работать на циркулярном и фрезерном станках. Такой коллектив, такое производство были в моем опыте.



То, что я говорил вам, вовсе не значит, что я только хозяйственник. Нет, я всегда оставался педагогом, всегда меня интересовали вопросы воспитания, и я пришел к некоторым выводам, которые, может быть, противоречат ходячим теоретическим убеждениям. Я всегда был противником такого взгляда, что педагогика строится на изучении ребенка и на изучении отдельно взятых, абстрактно мыслимых воспитательных методов. Я считаю, что воспитание есть выражение политического кредо* педагога, а его знания являются подсобными. Сколько хотите накачивайте меня методическими средствами, а белогвардейца воспитать не сумею. И вы не сумеете. Это смог бы сделать тот, у кого нутро белогвардейское. Педагогическое мастерство может быть доведено до большой степени совершенства, почти до степени техники. В это я верю и всей своей жизнью искал доказательства этой веры. Я настаиваю на том, что вопросы воспитания, методику воспитания нельзя ограничивать вопросами преподавания, тем более нельзя, что воспитательный процесс совершается не только в классе, а буквально на каждом квадратном метре нашей земли. И надо, чтобы педагогика овладела средствами влияния, которое было бы настолько универсальным и могучим, что когда наш воспитанник встретит любые влияния вредные, даже самые мощные, они бы нивелировались и ликвидировались нашим влиянием. Значит, ни в коем случае нельзя представить, что эта воспитательная работа может быть только в классе. Воспитательная работа руководит всей жизнью ученика…»

Макаренко А.С. Педагогические сочинения: В 8-ми т. Т.4/ Сост.: М.Д.Виноградова, А.А.Фролов. – М.: Педагоги

Достарыңызбен бөлісу:
1   2   3   4   5   6   7




©dereksiz.org 2024
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет