Ганс Баур Личный пилот Гитлера. Воспоминания обергруппенфюрера сс. 1939-1945



бет16/61
Дата15.06.2016
өлшемі1.52 Mb.
#137892
1   ...   12   13   14   15   16   17   18   19   ...   61

Женщины и Гитлер

Во время прогулки за нами следовали Зауккель и несколько других партийных лидеров. Внезапно Гитлер обернулся к Зауккелю и сказал: «Смотри, чтобы ты обязательно пригласил нескольких женщин за наш столик этим вечером. Весь день я слышу только хриплые мужские голоса. Я хочу снова услышать приятные женские голоса». Чуть позднее, примерно в пять вечера, мы сидели за столиком на террасе отеля в смешанной компании. Зауккель привел пятнадцать девушек, в возрасте от восемнадцати до двадцати трех лет. Между тем разговор вертелся вокруг посещения Гитлером Веймара. Из отеля выходило немало любопытных, которые прогуливались мимо террасы. Многие люди выходили из автомобилей или же проезжали мимо на небольшой скорости. Я запомнил одну такую машину. За ее рулем была женщина. Гитлер толкнул меня локтем и сказал: «Смотри, Баур, изящная, словно сошедшая с картинки женщина, прекрасная женщина!» Я ничего не знал о личной жизни Гитлера в то время, точно так же ничего не знал и о его взаимоотношениях с женским полом. Несмотря на это, я не смог удержаться от замечания: «Мне искренне вас жаль». – «Почему?» – спросил он. «Потому что вы общаетесь с женщинами только на расстоянии». На это Гитлер ответил: «Ты совершенно прав. Я не могу себе позволить поддерживать с ними близкие отношения. Из-за женщин могут возникнуть различные сплетни, а я как человек, находящийся в центре общественного внимания, должен их избегать. Если ты заведешь интрижку, до этого никому нет дела, но если я позволю себе подобные вольности, то скоро не смогу появиться на публике. Женщины не умеют хранить молчание».

Теперь Гитлер был окружен группой привлекательных юных девушек, которые поначалу стеснялись, но вскоре начали оживленно щебетать. Я пытался поддерживать разговор с одной из них, сидевшей рядом со мной, но это было бесполезно, поскольку она смотрела только на Гитлера. То же самое пришлось испытать и всем остальным мужчинам из нашей компании. Все юные красавицы смотрели только на Гитлера. Постепенно они окружили его плотным кольцом. Когда Гитлер заметил, что мы все сидим за столом без соседок, он стал более сдержанным. Наконец, их щебетание стало раздражать его, и он объявил: «Юные дамы! Мы хотим попить кофе. Я приглашаю вас присоединиться к нам в артистическом кафе». Излишне говорить, что это предложение встретили с большим энтузиазмом. Там Гитлера снова окружили женщины. Он позвал Брукнера и через него попросил доктора Ханфштангеля сыграть на пианино. Затем, извинившись, Гитлер отстранился от женщин. Ханфштангель был прекрасным пианистом. Гитлер любил слушать музыку и хотел посидеть один, наслаждаясь мелодией. Ханфштангель сел за пианино и сыграл два отрывка, после чего покинул наше общество.

Как в этом, так и во многих других случаях мне пришлось общаться с женщинами, окружавшими Гитлера. Они могли быть возбужденными, фанатичными или истеричными. В тот вечер весь разговор с моей соседкой вращался вокруг только одной темы – Гитлер. Она уверяла меня, что была любовницей Гитлера, и была встревожена тем, что в свои двадцать два года не может найти себе мужа, поскольку всех мужчин сравнивает с Гитлером и ни один из них не выдерживает с ним сравнения. Я не смог удержаться от того, чтобы не передать ей слова Гитлера о том, что он не может позволить себе любовных приключений с женщинами, поскольку они не способны хранить об этом молчание. Она уставилась на меня обескураженно: «Это правда? Он на самом деле это говорил? Передайте ему, что никто ничего не узнает. Я скорее вырву свой язык с корнем!» Я начал смеяться, но она была настроена совершенно серьезно. Гитлер также, когда я ему рассказал об этой истории на следующий день, не смог удержаться от смеха.

Я упоминаю об этом незначительном эпизоде по той простой причине, что все ситуации, связанные с женщинами, которые имели место во время наших полетов, были похожи на эту. Гитлер тщательно избегал любых контактов, которые могли бы повредить его репутации или запятнать его ореол.

Булыжники из мостовой – для Гитлера

Из Веймара мы отправились через Берлин и Эберсвальде снова на запад – Аахен, Кологне, Франкфурт, Висбаден, Штутгарт, Нойштадт и Фрайбург-на-Бресгау. Везде в аэропортах собирались тысячи людей. Улицы, ведущие к месту проведения митингов, были заполнены людскими толпами, и автомобили по ним могли двигаться только со скоростью улитки. Гитлер стоя приветствовал ликующие толпы. Внезапно из толпы полетели булыжники из мостовой, которые швыряли несколько коммунистов, спрятавшихся за стоявшими впереди женщинами и детьми. Один из камней полетел прямо в автомобиль Гитлера, но, поскольку машина двинулась в том же самом направлении, он получил только небольшую царапину на голове. Гитлер выпрыгнул из автомобиля, размахивая кнутом из кожи гиппопотама, но не смог никого догнать, так как коммунисты уже успели скрыться. Если бы камень прилетел с противоположной стороны, он наверняка пробил бы Гитлеру череп.



Посадка рядом с мачтой для крепления цеппелинов

В тот вечер Гитлер должен был выступать в Радольфцеле. В Фридрихсхафене, где нам предстояло совершить посадку, радиостанция не работала из-за отсутствия обслуживающего персонала. Мне пришлось прокладывать курс по компасу. Когда сгустилась тьма, по моим расчетам, мы должны были находиться над озером Констанц. Я летел так низко, что мог видеть гребни волн. Мы кружили в течение десяти минут, но я не мог найти аэродром. Посылаемые нами световые сигналы оставались без ответа с земли. Над аэродромом висело два зеленых сигнальных огня, и я пошел на посадку между ними. Я снизился, включил свои собственные опознавательные огни на двух крыльях и, заходя на посадку, прошел всего в нескольких метрах над верхушками деревьев. Как раз перед посадкой сигнальные огни исчезли. Имевшийся у нас прожектор освещал очень ограниченное пространство. Я знал, что посреди летного поля должна находиться мачта, к которой привязывались цеппелины, и мне очень не хотелось в нее врезаться! Аэродром прогрузился в кромешную тьму. Не просматривались даже его границы. И в случае необходимости невозможно было снова набрать высоту. Я коснулся земли всего в нескольких метрах от мачты.

После посещения Фюрта, Нюрнберга и Мюнхена вторая летная избирательная кампания завершилась в Данте-Стадиум. Это был перелет, который вызвал большой общественный интерес с точки зрения политики, но еще больше с точки зрения новых возможностей авиации.



Достарыңызбен бөлісу:
1   ...   12   13   14   15   16   17   18   19   ...   61




©dereksiz.org 2024
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет