Государственное издательство политической литературы



бет9/43
Дата29.06.2016
өлшемі3.73 Mb.
#164812
түріРеферат
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   43

Радость иметь потомство и обязанность по отношению к нему делают любовную связь двух людей более продолжительной. Два человека, желающие вступить в брак, должны, следовательно, выяснить себе, насколько их обоюдные свойства подходят для такого союза. И ответ должен был бы последовать совершенно свободно. Но это может произойти при устранении всякого постороннего интереса, не имеющего ничего общего с настоящей целью союза, с удовлетворением естественной потребности и продолжением собственного существа в продолжении расы, а также при известной осмотрительности, сдерживающей слепую страсть. Но так как этих условий в современном обществе в большинстве случаев не существует, то из этого следует, что современный брак еще очень далек от осуществления своей истинной цели и поэтому неосновательно считать его идеальным учреждением.

Какое количество браков заключается по совершенно иным причинам, чем указанные выше, невозможно сказать. Участвующие заинтересованы в том, чтобы перед светом их

брак казался иным, чем он есть в действительности. Здесь существует такое ханжество, какого не знал ни один прежний общественный период. И государство, как политический представитель этого общества, не имеет никакого интереса заниматься исследованиями, результаты которых могут бросить самый печальный свет на общество. Главные правила, которые само государство ставит своим чиновникам и слугам при заключении брака, не выдерживают масштаба, который должен был бы быть основой брака.
2. УМЕНЬШЕНИЕ ДЕТОРОЖДЕНИЙ
Брак должен быть союзом, в который вступают два человека по взаимной любви, чтобы осуществить свое естественное назначение. Но этот мотив в настоящее время в чистом виде встречается в крайне редких случаях. Большинство женщин смотрит на брак как на обеспечивающее их учреждение, в которое они должны вступать во что бы то ни стало. Большинство мужчин рассматривают брак с чисто деловой точки зрения и взвешивают и рассчитывают его выгоды и недостатки с материальной стороны. И даже в браках, где низкие и эгоистические мотивы не играли решающей роли, грубая действительность проявляется в таких разрушающих формах, что лишь в редких случаях исполняются надежды, которые окрыляли супругов при вступлении в брак.

Это естественно. Чтобы брак давал обоим супругам удовлетворяющую их совместную жизнь, для этого требуется наряду с взаимной любовью и уважением обеспечение материального существования и известное количество жизненных средств и удобств, которые они считают необходимыми для себя и для своих детей. Тяжелая забота, жестокая борьба за существование являются первым гвоздем в гроб супружеского довольства и супружеского счастья. Но забота тем тяжелее, чем плодовитее оказывается супружеская чета, то есть чем больше она выполняет свое назначение. Крестьянин, например, радуется каждому теленку, принесенному ему его коровой, он с удовольствием считает поросят, рожденных ему свиньей, и с удовлетворением сообщает об этом событии своим соседям, но он смотрит угрюмо, если его жена к числу его детей, которых он считает возможным вырастить без особенных забот, - а это число не может быть велико, - дарит ему новое прибавление, и еще мрачнее смотрит он, если новорожденный имеет несчастье быть девочкой.



Нужно, следовательно, сказать, что экономические условия господствуют как над заключением браков, так и над рождениями. Классическим примером для этого является Франция. Там в сельском хозяйстве господствует система мелких земельных участков (парцеллы). Земля же, раздробленная свыше известной границы, не может прокормить семью. Отсюда знаменитая пресловутая двухдетная система (Zweikindersystem), развившаяся во Франции в настоящий социальный институт. К ужасу государственных правителей, эта система не только не увеличивает народонаселение во многих провинциях, но даже вызывает заметное его уменьшение. То, что в деревне вызвано было товарным производством и денежным хозяйством, в городе в значительно более широких размерах произвела крупная промышленность. Тут наиболее сократилось число родившихся в браке.

Число деторождений во Франции постоянно падает, несмотря на увеличение браков; но это не только во Франции, но и в большинстве культурных государств. В этом выражается развитие как следствие наших социальных условий, и над этим следовало бы задуматься господствующим классам. Во Франции в 1881 году родилось 937057 детей, но в 1906 году их родилось только 806 847, а в 1907 году - 773 969. Число родившихся в 1907 году сократилось, таким образом, по сравнению в 1881 годом на 163 088 человек. Характерно, однако, что число родившихся вне брака, которое составляло во Франции в 1881 году 70 079 человек, а за время с 1881 по 1890 год достигло высшей цифры - 75 754 человека, составляло в 1906 году 70 866 человек. Таким образом, уменьшение родившихся падает исключительно на детей, родившихся в браке. Это уменьшение деторождении является характерною чертою, которая замечается в продолжение целого столетия. На каждые 10 тысяч жителей во Франции число рождений составляло в годы:


с 1801

по 1810 г.

332

с 1841

по 1850 г.

273

с 1891

по 1900 г.

221

с 1811

по 1820 г.

316

с 1851

по 1860 г.

262

1905




206

с 1821

по 1830 г.

308

с 1861

по 1870 г.

261

1906




206

с 1831

по 1840 г.

290

с 1881

по 1890 г.

239

1907




197

Это составляет уменьшение деторождении в 1907 году по сравнению в 1801 годом (333) 136 на каждые 10 тысяч жителей. Можно себе представить, что такой результат вызывает сильные головные боли у французских государственных деятелей и социальных политиков. Но Франция стоит в этом отношении не одиноко. Уже давно Германия, особенно Саксония, показывает подобные же явления, и уменьшение числа родившихся осуществляется еще быстрее. Так, на каждые 10 тысяч жителей Германии число родившихся составляло:




в 1875 г.

423

в 1890 г.

370

в 1905 г.

340

в 1880 г.

391

в 1895 г.

373

в 1906 г.

341

в 1885 г.

385

в 1900 г.

368

в 1907 г.

332

Большинство остальных европейских государств дает нам подобную же картину.

Так на каждую тысячу жителей приходится рождений:





1871-1880 гг

1881-1890 гг.

1891-1900 гг.

1901-1905 гг

1907 г.

Англия и Уэльс

35,4

32,5

29,9

28,1

26,3

Шотландия

34,9

32,3

30,2

28,9

27,0

Ирландия

26,5

23,4

23,0

23,2

23,2

Италия

36,9

37,8

34,9

32,6

31,5

Швеция

30,5

29,1

27,2

26,1

25,5

Австрия

39,0

37,9

37,1

35,8

35

(в 1906 г.)



Венгрия

44,3

44,0

40,6

37,2

36,0

Бельгия

32,3

30,2

29,0

27,7

25,7

(в 1906 г.)



Швейцария

30,8

28,1

28,1

28,1

26,8

Голландия

36,2

34,2

32,5

31,5

30,0

Уменьшение деторождении, следовательно, - явление общее, и, хотя Франция и Ирландия дают наиболее низкие величины, самый процесс уменьшения числа деторождении быстрее всего идет в Англии, Германии (Саксонии) и Шотландии. То же самое явление мы наблюдаем в Соединенных Штатах и Австралии. Еще ярче выступает эта тенденция, если мы вместо общих цифр рождаемости будем рассматривать рождаемость детей в браке, то есть отношение рожденных в браке к среднему количеству замужних женщин, способных к деторождению (в возрасте 15-49 лет):




Десятилетия

Число рожденных живыми брачных детей на 1 тыс. замужних женщин в возрасте 15 - 49 лет (в среднем за год)

Англия

и Уэльс


Шотландия

Ирландия

Дания

Норвегия

Швеция

Финляндия

Австрия

Венгрия

Швейцария

1876-1885

250

271

250

244

262

240

259

246

234

239

1886-1895

229

255

245

235

259

231

246

250

225

230

1896-1905

203

235

264

217

246

219

244

242

216

225







Германия

Пруссия

Бавария

Саксония

Вюртенберг

Баден

Голландия

Бельгия

Франция

Италия

1876-1885

268

273

276

267

288

266

293

264

167

248

1886-1895

258

265

263

250

259

248

286

236

150

249

1896-1905

243

250

259

216

262

251

272

213

132

232

Приведенные факты показывают, что рождение человека, «образа божия», как выражаются религиозные люди, в среднем ценится ниже, чем рождение домашнего животного, но это только показывает то печальное состояние, в котором мы находимся. В некоторых отношениях наши воззрения мало отличаются от воззрений варварских народов. У последних часто убивали новорожденных, особенно этой судьбе подвергались девочки, а у некоторых племен этот обычай держится еще до сих пор. Мы более не убиваем девочек, для этого мы слишком цивилизованны, но часто обращаемся с ними как с париями.

Мужчина оттесняет женщину везде в борьбе за существование, и если она все-таки вступает в борьбу, то нередко бывает с ненавистью преследуема более сильным полом как неприятная ему конкурентка. Особенно ожесточенно преследуют женскую конкуренцию и особенно сильно борются против нее мужчины высших слоев. То, что и рабочие требуют устранения женского труда, надо рассматривать как исключение. Когда, например, в 1876 году на французском рабочем конгрессе было сделано подобное предложение, то огромное большинство высказалось против него. И с тех пор во всех странах в среде классово сознательных рабочих сильно прогрессировало воззрение на работницу как на равноправное существо. Об этом свидетельствуют решения международных рабочих конгрессов. Классово сознательный рабочий знает, что современное экономическое развитие принуждает женщину быть конкуренткой мужчины, но он знает также, что запретить женский труд было бы так же бессмысленно, как запретить применение машин, и поэтому он стремится объяснить женщине ее положение в обществе и воспитать ее как союзника в совместной освободительной борьбе пролетариата против капитализма.
3. ДЕНЕЖНЫЙ БРАК И БИРЖА БРАКОВ
Современное общество несомненно выше всякого предыдущего, но воззрение на отношение обоих полов во многом осталось прежним. Профессор Л. фон Штейн опубликовал в 1876 году сочинение «Женщина в области политической экономии», мало соответствующее своему заглавию, в котором он в поэтических красках рисует картину брака. Но и в этой картине видно подчиненное положение женщины по отношению ко «льву» - мужчине. Штейн пишет: «Мужчине желательно такое существо, которое его не только любит, но которое его и понимает. Ему желательно такое существо, в котором не только бьется сердце любви к нему, но рука которого разглаживает складки на его лбу, в явлении которого отражается мир, покой, порядок, тихое господство над самим собой и еще тысяча вещей, к которым он возвращается ежедневно; ему желательно такое существо, которое распространяло бы вокруг всего этого благоухание женственности, являющейся оживляющим теплом в домашней жизни».

В этой кажущейся хвалебной песне женщине скрываются ее унижение и эгоизм мужчины. Господин профессор рисует женщину в виде благоуханного существа, но оно у него снабжено необходимым практическим знанием счетоводства и умеет сохранять в равновесии приход и расход хозяйства и затем витает вокруг господина дома, этого льва-повелителя, в зефире чудной весны, чтобы читать в его глазах каждое желание и мягкой рукой сглаживать складки на его лбу, который он, «господин дома», морщит, может быть, задумываясь над своими глупостями. Короче, господин профессор рисует женщину и брак, которые едва ли существуют один раз на сто случаев и которые едва -ли вообще могут существовать. Но он не видит и не знает многих тысяч несчастных браков и большинства женщин, не имеющих возможности вообще выйти замуж, как и тех миллионов, которые с утра до вечера должны вместе с мужьями, подобно вьючным животным, изнурять себя, чтобы добыть кусок хлеба. Горькая и суровая действительность скорее смахнет здесь поэтическую краску, чем рука стряхнет цветочную пыль с крыльев мотылька. Стоило бы только взглянуть на этих бесчисленных мучениц •- и поэтически разрисованная картина профессора была бы разрушена, а его набросок испорчен. Те женщины, которых он видит, составляют лишь ничтожное меньшинство, и чтобы они стояли на высоте своего времени - в этом можно сомневаться.

Часто говорится: «Лучшим мерилом для культурности народа является положение, занимаемое женщиной». Это так, но мы покажем, что наша прославляемая культура отнюдь не высока. В своем сочинении «Die Horigkeit der Frau» («Зависимость женщины») - заглавие характеризует воззрение автора на положение женщины - Джон Стюарт Милль говорит: «Жизнь мужчин сделалась более домашней. Прогрессирующая цивилизация налагает больше оков на мужчину в его отношениях к женщине». Относительно это верно, если между мужем и женой существуют искренние супружеские отношения, но сомнительно, можно ли это сказать даже о значительном меньшинстве. Разумный муж поймет, что в его собственных интересах, чтобы жена вышла из узкого круга хозяйственной деятельности в общественную жизнь и ознакомилась бы с течениями времени. «Оковы», которые он этим налагает на себя, не тяготят. С другой стороны, возникает вопрос, не внесла ли современная жизнь такие факторы в супружеские отношения, которые еще больше, чем раньше, разрушают брак?

Брак в большой степени сделался предметом материальной спекуляции. Мужчина, желающий жениться, стремится вместе с женой получить и состояние. Это являлось уже в прежние времена главнейшей причиной того, что дочери, исключенные из наследования, когда отцовский род был решающим, снова получили права наследства. Но никогда брак не был так цинично, так открыто предметом спекуляции и простой денежной сделки, как теперь. В настоящее время спекуляция браком часто ведется с таким бесстыдством, что постоянно повторяемая фраза о «святости» брака оказывается настоящей насмешкой. Это явление имеет, как и все, свою основательную причину. Никогда в прежние времена значительному большинству людей не было так тяжело подняться до известного благосостояния, как теперь, но и никогда законное стремление к достойному человека существованию и наслаждению жизнью не было таким всеобщим. Кто не достигает задуманной цели, ощущает это тем тяжелее, потому что все считают себя имеющими одинаковое право на радости жизни. Формально не существует ни сословных, ни классовых различий. Каждый хочет достигнуть того, что он по своему жизненному положению считает целью, достойной его стремлений. Но много званых и мало избранных. Чтобы в буржуазном обществе один мог жить в довольстве, двадцать других должны бедствовать. И чтобы один мог предаваться всем наслаждениям, сотни и тысячи должны жить в нужде. Но каждый хочет быть в числе избранных, и он хватается за всякое средство, которое, как ему кажется, приведет его к цели, если только он не слишком сильно себя скомпрометирует. Одним из самых удобных и ближе всего лежащих средств достижения преимущественного социального положения является денежный брак. Жажда наивозможно большего количества денег, с одной стороны, и сильное желание титулов и чинов-с другой, находят, таким образом, в более высоких слоях общества обоюдное удовлетворение. Здесь смотрят на брак большей частью как на торговую сделку, он является договорным союзом, который с внешней стороны уважается обеими сторонами, в остальном же каждая сторона поступает слишком часто по своим наклонностям95.



В каждом сравнительно большом городе есть особые места и дни, когда высшие классы встречаются главным образом для того, чтобы поощрять заключение браков. Эти сборища поэтому получили подходящее название «брачных бирж». Ибо как на бирже, так и здесь главную роль играют спекуляция и торгашество, и здесь не обходится без обмана и шарлатанства. Офицеры, завязшие в долгах, но еще могущие похвастаться старым дворянским титулом, прокутившиеся великосветские развратники, которые у супружеской пристани хотят восстановить свое расстроенное здоровье и потому нуждаются в сиделке, фабриканты, купцы, банкиры, стоящие иной раз перед банкротством и тюрьмой и желающие быть спасенными, наконец, все, стремящиеся получить или увеличить капитал и богатство, наряду с чиновниками, надеющимися на повышение, но нуждающимися в данный момент в деньгах, - все они являются клиентами брачных бирж и ведут брачный торг. При этом нередко безразлично, какова будущая жена: молода или стара, красива или безобразна, стройна или горбата, образованна или необразованна, благочестива или легкомысленна, христианка или еврейка. Ведь знаменитый государственный муж сказал: «Следует очень рекомендовать брак между христианским жеребцом и еврейской кобылой»96. Этот характерный образ, заимствованный из конюшни, находит себе, как показывает опыт, живое одобрение в высших классах нашего общества. Деньги сглаживают все недостатки и уравновешивают все пороки. Немецкое уложение о наказаниях (§§ 180 и 181) карает сводничество каторгой или тюрьмой, но если родители, опекуны или родственники сводят на всю жизнь «своих детей, опекаемых или родственников с нелюбимым мужчиной или с нелюбимой женщиной только ради денег, ранга или другой выгоды, тогда не может вмешаться ни один прокурор, а между тем и здесь совершается преступление. Существуют многочисленные прекрасно организованные брачные бюро, а также сводни всевозможного рода, ищущие себе добычи в лице кандидатов и кандидаток, стремящихся к «святому таинству брака». Подобные дела особенно выгодны, когда «работа» совершается для членов высших сословий. В 1878 году в Вене велся уголовный процесс против одной сводни по обвинению в отравлении, окончившийся ее осуждением на 15 лет каторги. Процессом было, между прочим, установлено, что бывший французский посланник в Вене, граф Банневиль, за приобретение себе жены заплатил этой женщине 22 тысячи гульденов. Точно так же и другие члены высшей аристократии были в этом процессе сильнейшим образом скомпрометированы. Некоторые государственные органы в течение многих лет предоставляли этой женщине свободу в ее темной и преступной деятельности. Их мотивы после сообщенного не вызывают сомнений. В германской столице рассказывают подобные же истории, они повседневное явление везде, где имеются ищущие брака. За последнее десятилетие предметом брачного барышничества для нуждающегося в деньгах европейского дворянства особенно стали являться дочери и наследницы богатой североамериканской буржуазии, нуждающейся в рангах и званиях, которые нельзя получить на их американской родине. О таких фактах характерные сведения дают сообщения, появившиеся осенью 1889 года в немецкой печати. Так, например, один титулованный промышленный рыцарь в Калифорнии рекомендовал себя как брачного агента в германских и австрийских газетах. Предложения, полученные им, достаточно показали, какое представление о «святости» брака и его «этической» стороне господствует в соответствующих кругах. Два прусских гвардейских офицера, принадлежащих к старейшему прусскому дворянству, выразили готовность пойти на брачные предложения, так как у них обоих вместе, как они. откровенно сознавались, было более 60 тысяч марок долгу. В своем письме к своднику они говорили буквально следующее:

«Само собой разумеется, что денег вперед мы не уплатим. По своему счету Вы получите после свадебного путешествия. Рекомендуйте нам только дам, против семей которых не может быть поднят вопрос о приличии. Точно так же очень желательно познакомиться с дамами возможно приятной наружности. Если потребуется, то мы передадим (для дискреционных целей) наши фотографии Вашему агенту, который объяснит нам подробности, покажет фотографии и т. д. С полнейшим доверием мы рассматриваем все это как дело чести (!) и естественно требуем того же от Вас. Мы ожидаем скорого ответа через Вашего здешнего агента, если Вы такового имеете.

Барон фон М. Артур фон В.

Берлин, Фридрихштрассе, 107, 15 декабря 1889 года».


Один молодой немецкий дворянин, Ганс фон X., писал из Лондона, что он пяти футов десяти дюймов роста, принадлежит к древнему дворянскому роду и находится на дипломатической службе. Он сознавался, что его состояние вследствие несчастливых пари на скачках сильно пострадало и он поэтому вынужден высматривать богатую невесту, чтобы иметь возможность покрывать дефицит. Он готов тотчас предпринять путешествие в Североамериканские Соединенные Штаты.

Упомянутый рыцарь утверждал, что кроме многих графов, баронов и т. д. предлагали себя в качестве кандидатов для вступления в брак три принца и шестнадцать герцогов. Но богатых американок жаждут не только титулованные господа, но и буржуа. Так, например, лейпцигский архитектор Макс В. требовал себе невесту, которая кроме денег должна обладать еще красотою и образованием. Из Келя-на-Рейне молодой фабрикант Роберт Д. писал, что он удовольствуется невестой всего лишь с 400 тысячами марок приданого, и вперед обещал сделать ее счастливой. Но к чему ходить так далеко, когда хорошие примеры можно найти так близко. Достаточно бросить взгляд на многочисленные брачные объявления больших буржуазных газет, чтобы найти такие брачные предложения, которые могли быть сделаны только совершенно опустившимися людьми. Уличная проститутка, по горькой нужде, занимающаяся своим ремеслом, сравнительно с подобными бракоискателями - прямо образец приличия и добродетели. Социал-демократический издатель, принявший в свою газету подобное объявление, был бы исключен из своей партии. Буржуазная же пресса нисколько не гнушается этими объявлениями: они приносят деньги, и она, подобно императору Веспасиану, полагает, что деньги non olet (не пахнут). Это, конечно, не мешает той же прессе возмущаться разрушительными для брака тенденциями социал-демократии. Более лицемерной эпохи, чем наша, никогда не бывало!

В настоящее время объявления большинства наших газет сделались бюро для браков. Всякий, как мужчина, так и. женщина, раз под рукой нет подходящей партии, доверяет свою сердечную потребность благочестиво-консервативным или нравственно-либеральным газетам, которые за деньги и без красивых слов заботятся о том, чтобы друг друга нашли одинаково настроенные души. Выборками одного дня из ряда больших газет можно заполнить целые страницы. При этом иногда обнаруживается интересный факт, что стараются даже духовное лицо путем объявления заполучить в супруги и, наоборот, духовное лицо ловит на удочку супругу. Иногда бракоискатели при условии хорошего приданого обещают смотреть сквозь пальцы на то, что их будущая супруга уже раньше поскользнулась. Одним словом, нельзя лучше прибить к позорному столбу нравственное падение известного круга нашего общества, как при посредстве подобного рода брачных сделок.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ


РАЗЛОЖЕНИЕ СЕМЬИ
1. РОСТ РАСТОРЖЕНИЙ БРАКОВ
Государство и церковь при подобном «святом браке» также играют далеко не красивую роль. Как бы ни был убежден государственный чиновник или священник, которому приходится совершать брак, что стоящая перед ним пара сведена самыми грязными мотивами, как бы ни ясно было, что жених с невестой не подходят друг к другу ни по возрасту, ни по физическим и духовным свойствам - пусть, например, невесте двадцать лет, жениху же - семьдесят или, наоборот, пусть невеста молода, красива, жизнерадостна, жених же стар, развращен, угрюм, - все равно представитель государства или церкви не противится этому браку. Супружеский союз «освящается», и освящается с тем большей торжественностью, чем выше вознаграждение за «священное таинство».

Когда же через некоторое время оказывается, что подобный брак, как это предвидел каждый, в том числе и сама несчастная жертва, которой в большинстве случаев является женщина, сделался невыносимым, и одна из сторон решается на разрыв, тогда этому ставят величайшие трудности и государство и церковь, которые прежде не спрашивали, что связывало союз: любовь и нравственные стремления или голый эгоизм? Ныне нравственное отвращение не считается достаточным поводом для развода, ныне требуются осязательные доказательства, унижающие и позорящие одну из сторон в общественном мнении. Иначе развод не разрешается. Положение всего католического населения в этом отношении ухудшается еще тем, что католическая церковь вообще не допускает развода; за исключением случаев особого разрешения папы, чего добиться очень трудно, она соглашается в крайнем случае лишь на «отделение от стола и постели». И новое германское гражданское уложение значительно затруднило развод. Так, оно устраняет развод по взаимному согласию, как это допускалось прусским гражданским правом, между тем на основании этого определения прусского права происходило значительное число разводов, и притом часто таких, при которых играли роль более важные причины, но о них умалчивалось в интересах виновной стороны. Так, например, в Берлине из 5623 случаев развода, наблюдавшихся с 1886 по 1892 год, 1400, то есть 25 процентов, падают на «взаимное согласие». Во многих случаях развод допускается тогда, когда заявление о нем сделали в течение шести месяцев от момента, когда жалующемуся супругу стало известно основание развода (§ 1565-1568 германского гражданского уложения). По прусскому праву этот срок равнялся году. Взять хотя бы случай, когда молодая супруга вскоре после брака узнает, что она вышла замуж за человека, неспособного быть мужем. В данном случае настаивать на том, чтобы она в течение шести месяцев решилась потребовать развода, для чего вообще требуется известная нравственная сила, - значит желать слишком многого. В обоснование необходимости затруднения развода говорят: «Только возможно более затрудняя разводы, удастся противостоять прогрессирующему разложению семьи и вновь ее укрепить».

Это обоснование страдает внутренним противоречием. Неудавшийся брак не становится лучше от того, что супругов, несмотря на внутреннее отчуждение и взаимное отвращение, заставляют оставаться вместе. Подобное положение вещей, подкрепляемое законом, совершенно безнравственно. Оно ведет к тому, что в очень многих случаях приходится создавать причину развода, которую судья обязан принимать во внимание; от этого не выигрывают ни государство, ни общество. Уступкой католической церкви является и введение «отделения от стола и постели», что было чуждо прежнему гражданскому праву. Не считается также основанием для развода бездетность брака по вине одного из супругов. Уступкой церкви следует признать и то, что в гражданское уложение внесено законоположение (§ 1588), по которому «церковные обязательства по отношению к браку предписаниями этого отдела (о браке) не нарушаются»; оно имеет, правда, скорее декоративное значение, но оно характеризует дух, господствующий в Германии в начале XX столетия. Нас удовлетворяет признание, что развод затруднен с целью воспрепятствовать прогрессирующему разложению семьи.

Таким образом, люди, вопреки своей воле, всю жизнь остаются прикованными друг к другу. Один становится рабом другого и принужден подчиняться самым интимным объятиям, что составляет «супружескую обязанность», что ему может быть невыносимее ругани и дурного обхождения. Мантегацца совершенно прав, когда говорит, что «нет большего мучения, как заставлять себя терпеть ласки нелюбимого человека»97. Не хуже ли проституции подобный брак? Проститутка до известной степени свободна отказаться от своего позорного ремесла, она имеет право, если не живет в публичном доме, не соглашаться продать объятия тому, кто ей почему-нибудь не нравится. Проданная же жена должна отдаваться мужу, хотя бы имела тысячу оснований его ненавидеть и презирать.

Если брак с самого начала обеими сторонами сознательно заключен как союз из-за денег и положения, тогда дело складывается благоприятнее. Происходит приспособление, и создается modus vivendi. Не хотят скандала, избегать которого приходится в особенности из-за детей, хотя они и страдают больше всего при холодной, лишенной любви жизни родителей, если даже она не переходит в открытую вражду, распри и ссоры. Еще чаще приспособляются во избежание материальных убытков. Камнем преткновения в браке является обыкновенно поведение мужа, что показывают бракоразводные процессы. В силу своего господствующего положения он умеет вознаграждать себя в другом месте, если брак не удался и он не находит в нем удовлетворения. Жена значительно реже может сойти с пути, во-первых, потому что по физиологическим причинам для нее это опаснее, во-вторых, потому что всякое нарушение супружеской верности засчитывается ей как преступление. Только женщина «падает», будь она женой, вдовой или девушкой, - мужчина в подобном случае поступает лишь «некорректно». Таким образом, один и тот же поступок судится совершенно различно в зависимости от того, совершает ли его мужчина или женщина, и сами женщины обыкновенно осуждают «падшую» сестру наиболее жестоко и бессердечно98.

Обыкновенно женщина лишь в случаях самой тяжелой неверности и оскорблений со стороны мужа решается требовать развода, так как она большей частью находится материально в зависимом положении и принуждена смотреть на брак как на богадельню; кроме того, в общественном отношении разведенная жена находится далеко не в завидном положении. С ней обращаются как с существом среднего пола. И если все же большинство требований развода исходит от женщин, то это доказательство того, какие нравственные мучения они испытывают. Во Франции еще до вступления в силу нового закона о разводе (1884 год), огромное большинство требований об «отделении от стола и постели» исходило от женщин. Требование развода они могли выставлять лишь в том случае, если муж против воли жены вводит в дом женщину, с которой он находится в интимных отношениях.

Так, требования об «отделении от стола и постели» были выставлены:


Годы

Мужчин

Женщин

1856-1861

1729

184

1861-1866

2135

260

1866-1871

2591

330

1901-1905

2368

591

Эти цифры показывают, что число женских требований не только было значительно больше, но что оно постоянно возрастало.

И в других странах, насколько можно судить по имеющимся данным, требования развода большею частью исходят от женщины.

Следующая таблица делает возможным это сравнение99







Требования о разводе в процентах

Годы

Мужчин

Женщин

Обоих супругов

Разводы

Австрия

1893-1897

4,4

5,0

90,6

Румыния

1891-1895

30,6

68,9

0,5

Швейцария

1895-1899

26,4

45,4

8,2

Франция

1895-1899

40,0

59,1

-

Баден

1895-1899

36,0

59,1

4,9

Англия и Уэльс

1895-1899

60,4

39,6

-

Шотландия

1898-1899

43,3

56,7

-

«Отделения от стола и постели»

Австрия

1897-1899

4,9

16,6

78,5

Франция

1895-1899

15,9

84,1

-

Англия и Уэльс

1895-1899

3,0

97,0

-

Шотландия

1898-1899

-

100,0

-

В Соединенных Штатах, где мы теперь имеем статистику, которая простирается более чем на 40 лет, требования о разводах подразделяются следующим образом:







1867-1886 гг.

%

1887-1906 гг.

%

1906 г.

%

От мужчин

112540

34,2

316149

33,4

23455

32,5

От женщин

216176

65,8

629476

66,6

48607

67,5

Всего

328716

100

945625

100

72062

100

Мы видим, таким образом, что женщины предъявляют требования о разводе больше чем на две трети из общего количества всех требований100, подобную картину дает нам Италия. Там было удовлетворено требований о разводе в 1887 году 1221 и в 1904 году - 2103. Ходатайства о разводе в соответствующие годы подавали: женщины - 593 /и 1142, мужчины - 214 и 454, и те и другие вместе - 414 и 507.

Статистика эта также выясняет нам, что число требований о разводе со стороны женщин не только велико, но что оно быстро возрастает. Во Франции с 1884 года дела о разводе регулируются новыми законами. И с тех пор число разводов значительно возрастало из года в год. Расторгнуто браков: в 1884 году-1657, в 1885 году - 4123, в 1890-6557, в 1895 году-7700, в 1900 году - 7820, в 1905 году-10 019, в 1906 году-10573, в 1907 году - 10 938.

В Швейцарии также замечается рост числа разводов. С 1886 до 1890 года разводов в среднем было 882 в год, с 1891 по 1895 год-898, в 1897 году-1011, в 1898 году- 1018, в 1899 году-1091, в 1905 году-1206, в 1906 году- 1343.

В Австрии в 1899 году было разводов 856 и «отделений от стола и постели» 133, в 1900 году - 1310 и 163, в 1905 году - 1885 и 262. Таким образом, в одно десятилетие число разводов и «отделений» более чем удвоилось. В Вене имели место с 1870 по 1871 год 148 разводов. Число их увеличивалось из года в год, достигнув с 1878 по 1879 год цифры 319. Но надо учитывать, что в Вене, преимущественно католическом городе, разводы трудно осуществимы; тем не менее уже в середине восьмидесятых годов один венский судья мог сделать вывод: «Жалобы вследствие разбитого брака так же часты, как жалобы вследствие разбитых оконных стекол».

В Соединенных Штатах в 1867 году было 9937 разводов, в 1886 году-25 535, в 1895 году-40 387, в 1902 году-61 480, в 1906 году -72 062. Если бы число разводов по отношению к количеству населения в 1905 году осталось тем же, что в 1870 году, то абсолютное число разводов в 1905 году было бы только 24 тысячи, а не 67 791, как это имело место в действительности. В общем там количество разводов в период времени от 1867 до 1886 года равнялось 328 716, 1887 года-945625. Вообще в Соединенных Штатах как абсолютно, так и относительно наблюдается наибольшее количество разводов. На каждые сто тысяч браков там приходилось разводов: в 1870 году-81, в 1880 году -107, в 1890 году-148, в 1900 году - 200.

Причину того, что разводы наблюдаются там чаще, чем в других странах нужно искать в том, что, во-первых, разводы - в особенности в отдельных штатах '- совершаются легче, чем во многих других странах, и, во-вторых, что женщины занимают здесь более независимое положение, чем в любой другой стране, и не позволяют себя тиранить своим мужьям.

В Германии число вошедших в силу приговоров по бракоразводным делам с 1891 по 1900 год было следующее:




1891 г.

6678

1896 г.

8601

1892 »

6513

1897 »

9005

1893 »

6694

1898 »

9143

1894 »

7502

1899 »

9563

1895 »

8326

1900 »

7928

Мы видим, что с 1899 по 1900 год число разводов понизилось на 1635, и притом потому, что с 1 января 1900 года вступило в силу новое гражданское уложение с его затрудняющими развод постановлениями. Но жизнь оказалась сильнее закона. Число разводов, которое падало с 1900 до 1902 года, после этого стало расти еще быстрее из года в год. Этот рост происходил на основании частого применения § 1568 германского гражданского уложения (расстройство брачных отношений). Насколько увеличилось число разводов после 1900 года, показывают следующие цифры:




1901 г.

7964

1905 г.

11147

1902 »

9069

1906 »

12180

1903 »

9933

1907 »

12489

1904 »

10868






В Саксонии цифра разводов, несмотря на некоторые колебания, также проявляет тенденцию подниматься вверх.




В пятилетие

Разводов

На

100 тыс браков



В пятилетие

Разводов

На

100 тыс браков



с 1836 по 1840 г.

356

121

с 1891 по 1895 »

921

138

» 1846 » 1850 »

395

121

» 1896 » 1900 »

1130

151

» 1871 » 1875 »

581

122

» 1901 » 1905 »

1385

168

Из ста тысяч заключенных браков было расторгнуто в Пруссии в среднем за год: 1881-1885 годы - 67, 62; 1886-1890 годы - 80, 55; 1891-1895 годы - 86, 77; 1896 год - 101,97; 1905 год-106; 1908 год - 121 брак.



Это значительное возрастание числа разводов - явление международное. В среднем на каждые сто тысяч заключенных браков приходится ежегодно в среднем расторгнутых браков путем развода или «отделения»:





1876-1880 гг.

1881-1885 гг.

1886-1890 гг.

До конца столетия

Австрия

_

19,4

19,7

31

Венгрия

31,6

30,4

30,5

58

Румыния

37,3

52,3

73,1

98

Италия

11,8

11,3

10,6

15

Франция

33,9

75,9

80,9

129

Англия и Уэльс

6,5

7,4

7

10,6

Шотландия

12,3

13

16,7

26

Ирландия

0,6

0,4

1,1

1

Бельгия

25,5

31,9

43

72

Голландия

-

-

-

78

Норвегия

13,9

12,1

19,3

33

Швеция

28,5

28,6

31,6

45

Финляндия

16,1

7,8

10,0

29

Швейцария

220

200

188

199,9

Было бы неправильно из большого различия в числах между разными странами заключать о различии их «нравственного состояния». Никто не станет утверждать, что шведское население имеет в четыре раза более причин для развода, чем английское. Прежде всего нужно иметь в виду законодательство, которое в одной стране больше, в другой меньше облегчает развод101. Затем уже следует учитывать нравственное состояние, то есть тот средний размер оснований, который муж или жена считают достаточным для требования развода. Во всяком случае цифры доказывают, что в общем разводы растут быстрее, чем народонаселение, и они растут в то время, как количество заключения браков часто падает. Но об этом ниже. В значительной степени на факт разводов влияет разница в возрасте супругов: будет ли муж значительно старше жены или жена - мужа. На это указывает таблица, составленная на основании швейцарской официальной статистики:




Число разводов в год на каждые 100 тыс. браков с одной и той же разницей в возрасте

1881-1890 гг.

1891-1900 гг.

Муж старше на 26 и больше лет

271

328

Муж старше на 11 - 25 лет

189

198

Муж старше на 1-10 лет

193

181

Муж и жена одного возраста

195

190

Муж моложе на 1 - 10 лет

226

226

Муж моложе на 11-25 лет

365

431

Муж моложе на 26 и больше лет

759

870

По вопросу о том, как распределяются разводы между различными слоями населения, мы располагаем данными для Саксонии за 1905-1906 годы и для Пруссии - за 1895-1905 годы.

Число разводов в год на 100 тыс. женатых мужчин





Число разводов в год

Саксония

Пруссия

Сельское и лесное хозяйство

59

34

Промышленность

220

158

Торговля, транспорт

297

229

Свободные профессии и чиновники

346

165

Разводы, таким образом, чаще всего встречаются в Саксонии в мире чиновников и людей свободных профессий, в Пруссии - в мире торговли и транспорта. Следующее место занимают: в Саксонии - торговля и транспорт, в Пруссии - чиновники и свободные профессии. Промышленность с ее цифрами: 220 для Саксонии и 158 для Пруссии - занимает третье место. На последнем месте стоит сельское хозяйство! Все растущее число разводов среди городского населения по сравнению с сельским говорит о том, что в общем вместе с растущей индустриализацией общества и падением устойчивости общественной жизни брачные отношения становятся все более шаткими, а факторы, разрушающие брак, все увеличиваются.

С другой стороны, увеличение разводов доказывает, что все большее число женщин решается сбросить невыносимо давящее ярмо.
2. БУРЖУАЗНЫЙ И ПРОЛЕТАРСКИЙ БРАК
Семейные несчастья растут, брак извращается и разрушается в той же степени, в какой обостряется борьба за существование, и брак становится денежной сделкой. Усиливающаяся трудность содержать семью заставляет многих мужчин вообще отказываться от брака, и, таким образом, разговоры о том, что женщина в своей деятельности должна ограничиваться домашними делами и выполнять свое призвание домашней хозяйки и матери, все более становятся бессмысленной фразой. С другой стороны, те же условия благоприятствуют внебрачному половому общению и увеличивают число проституток; растет и число страдающих противоестественным удовлетворением половой потребности.

В имущем классе жена нередко низводится, совершенно как в древней Греции, просто до роли аппарата, родящего законных детей, экономки или сиделки обессиленного развратом мужа. Муж для своего удовольствия и для своих любовных потребностей содержит гетер, которые у нас называются куртизанками и метрессами и которые живут в лучших городских кварталах. Другие, которым средства не позволяют содержать метресс, вращаются, как и до брака, в кругу фрин; к ним у них лежит сердце ближе, чем к законным супругам; с ними они веселятся, и часть наших жен настолько испорчена, что находит это в порядке вещей102.

Итак, в высших и средних классах общества главным источником зла в браке являются женитьба из-за денег и замужество из-за титула. Брак еще более ухудшается вследствие образа жизни этих классов. Это касается также и женщины, которая нередко предается праздности или развращающим ее занятиям. Ее духовная пища часто состоит исключительно в чтении двусмысленных романов, в посещении легкомысленных пьес, в наслаждении щекочущей чувственность музыкой, в опьяняющих раздражениях нервов, в разговорах о всевозможных скандальных делах. Праздность и скука толкают ее к любовным похождениям, которых еще чаще ищет мужчина. Она бросается от одного удовольствия к другому, от одного званого обеда к другому, а летом спешит на воды и купанья, чтобы отдохнуть от зимней сутолоки и отыскать новые развлечения. При таком образе жизни chronique scandaleuse, конечно, очень богата: соблазняют и позволяют себя соблазнять.

В низших классах брак из-за денег почти неизвестен. Рабочий женится обыкновенно по склонности, но в причинах, мешающих семейному счастью, недостатка нет. Большое число детей создает заботы и слишком часто ведет к тяжелой нужде. Болезнь и смерть - частые гости рабочих семей. Безработица доводит нищету до крайних пределов. Многие обстоятельства уменьшают заработок рабочего, а временно и совсем лишают его. Промышленные и торговые кризисы делают его безработным, введение новых машин и методов производства выбрасывает его, как лишнего, на улицу; войны, неблагоприятные таможенные и торговые договоры, введение новых косвенных налогов, преследования со стороны предпринимателей за проявление своих убеждений и т. д.- все это разрушает его существование или сильно вредит ему. То одно, то другое обрушивается на него, то более короткое, то более долгое время остается он без работы, то есть голодает. Неуверенность - вот ярлык его существования. Такие удары судьбы порождают раздражительность и горечь, и это настроение проявляется прежде всего в домашней жизни, когда ежедневно и ежечасно требования самого необходимого не могут быть удовлетворены. Начинаются споры и ругань. Следствием этого является разрушение брака и семьи.

Возьмем другой случай: муж и жена идут на работу. Дети остаются одни или на попечении старших братьев и сестер, которые сами нуждаются в присмотре и воспитании. Торопливо в обеденный час проглатывается скудная пища, если вообще родители имеют время вернуться домой, что в тысяче случаев, вследствие отдаленности мастерских и краткости перерыва, невозможно; вечером усталые возвращаются они оба домой. Вместо приветливой, уютной домашней обстановки их встречает тесное, нездоровое жилище, где мало света и воздуха, где часто нет самых необходимых удобств. Возрастающий недостаток квартир с вытекающими отсюда бедствиями составляет одну из самых темных сторон нашего общественного порядка, он ведет к многообразному злу, к порокам и преступлениям. Недостаток квартир в городах и промышленных округах усиливается с каждым годом, несмотря на все попытки устранить его чувствуют все более широкие слои населения: мелкие ремесленники, чиновники, учителя, мелкие торговцы и т. д. У жены рабочего, вернувшейся вечером домой усталой и истомленной, снова руки полны работой: она должна работать до полного изнеможения, чтобы выполнить хотя бы самые необходимые дела по хозяйству. Детей поспешно укладывают в постель, и жена садится шить и штопать до поздней ночи. Ей недостает столь необходимой беседы, ободрения. Муж часто невежествен, жена знает еще меньше, и то немногое, что они могут сообщить друг другу, уже сказано. Муж идет в трактир, ища там развлечений, которых ему недостает дома, он пьет, и, как бы мало это ни стоило, он расходует при своем положении слишком много. Иногда он втягивается в игру, которая берет много жертв и из высших классов, и проигрывает еще больше, чем пропивает. Жена между тем сидит дома, и в ней кипит злоба; она должна работать, как вьючное животное, для нее нет ни отдыха, ни передышки; муж все же пользуется, как может, свободой, которую ему, как мужчине, дал случай. Таким образом появляется раздор. Но если жена, не столь обязанностям, возвратившись вечером усталой домой. ищет заслуженного отдыха, тогда все хозяйство окончательно приходит в упадок и нищета возрастает вдвое. И тем не менее мы живем «в лучшем из миров»!

Таким образом, и брак пролетария все более и более рушится. Даже благоприятные для работы периоды оказывают свое разлагающее влияние, потому что они принуждают рабочего к воскресной и сверхурочной работе, отнимают у него время, которое оставалось для семьи. В бесчисленных случаях ему нужны целые часы, чтобы добраться до места работы; он не может воспользоваться обеденным перерывом для возвращения домой; он встает ранним утром, когда дети еще в глубоком сне, и возвращается поздно вечером, когда они опять-таки спят. Тысячи рабочих, особенно строительные рабочие больших городов, вследствие отдаленности целую неделю не бывают дома и только в конце ее возвращаются в семью. Может ли при таких условиях процветать семейная жизнь?! Между тем все более и более применяется женский труд, особенно в текстильной промышленности, которая для тысяч своих паровых ткацких станков и прядильных машин пользуется дешевыми женскими и детскими руками. Здесь получается обратная картина. Жена и ребенок идут на фабрику, а оставшийся без работы муж нередко остается дома и исполняет домашние работы. «В округе Хемница в аппретурных предприятиях встречается много женщин, могущих работать зимой только потому, что мужья их - ремесленники, каменщики, плотники и т. д. - зимой или совсем не имеют работы, или имеют незначительную работу. Часто во время отсутствия жены муж занимается домашним хозяйством»103. В Северной Америке, которая при своем быстром капиталистическом развитии все бедствия европейских промышленных государств порождает в большем размере, для общественного состояния, вызванного этими условиями, имеется очень характерное название. Промышленные районы, в которых работают главным образом женщины, в то время как мужчины сидят дома, называют she towns, буквально - «она-город», женские города104.

В настоящее время общепризнано, что женщины должны быть допущены ко всем промышленным работам. Буржуазное общество в погоне за прибылью и выгодой давно поняло, какой превосходный сравнительно с мужчиной объект эксплуатации представляет покорная и Непритязательная работница105. Таким образом, число отраслей, в которых находят себе применение женщины как работницы, с каждым годом растет. Распространение и улучшение машин, упрощение процесса работы все большим разделением труда, растущая конкуренция как между капиталистами, так и между странами, соперничающими на мировом рынке промышленности, - все это благоприятствует расширению применения женского труда. Это явление обще всем промышленным странам. Но, по мере того как число работниц увеличивается, они становятся конкурентами рабочих-мужчин. Это доказывают многочисленные указания в отчетах фабричных инспекторов и статистические данные о занятиях работниц.

Хуже всего положение женщин в тех отраслях промышленности, где преимущественно работают именно они, как например в промышленности по изготовлению готового платья и белья, особенно когда работа для предпринимателя производится на дому. Исследования положения работниц по фабрикации белья и готового платья, произведенные в 1886 году по постановлению Союзного совета, показали также, что жалкая заработная плата принуждает этих работниц к побочному заработку - продаже своего тела.

Наше христианское государство, в котором христианства обыкновенно нет именно там, где оно было бы наиболее уместно, и есть там, где оно излишне или вредно, - это христианское государство торгуется, как христианский буржуа, и это не удивляет того, кто знает, что христианское государство - лишь приказчик нашего христианского буржуа. Государство с трудом решается на законы, ограничивающие до допустимых размеров рабочий день женщин и запрещающие труд детей, и вместе с этим оно не дает многим из своих служащих ни достаточного воскресного отдыха, ни нормального рабочего дня и тем вредит их семейной жизни. Почтовые, железнодорожные, тюремные и другие служащие должны нести свою службу свыше допустимого времени, но оплата ее очень низкая.

Так как квартирная плата по сравнению с доходом рабочего, мелкого чиновника и вообще мелкого люда слишком высока, то они принуждены ограничивать себя до крайних пределов. В квартиру принимаются ночлежники - мужчины и девушки, иногда и те и другие вместе106. Старые и молодые живут в одном тесном помещении, стиснутые без всякого разделения полов, являясь часто свидетелями интимных вещей. Как это влияет на чувство стыдливости и на нравственность, об этом свидетельствуют ужасающие факты. Вызывающее столько рассуждений усиление огрубения и одичания молодежи объясняется преимущественно подобными условиями, существующими как в городе, так и в деревне. И какое влияние на детей должна иметь работа в промышленности? Самое худшее, какое только можно себе вообразить, как в физическом, так и в моральном отношении.

Все возрастающее участие в промышленном труде даже замужних женщин имеет роковые последствия, особенно во время беременности, родов и первого времени жизни детей, - когда они должны питаться материнским молоком. Во время беременности происходит масса заболеваний, действующих разрушительно как на плод, так и на организм матери и приводящих к выкидышам и преждевременным родам. Но как только ребенок появился на свет, мать должна как можно скорее возвратиться на фабрику, чтобы ее место не оказалось занятым другою. Неизбежным следствием для бедных крошек является плохой уход, неподходящая пища, иногда совершенное отсутствие ее; для успокоения их пичкают опиатами. Дальнейшими последствиями являются массовая смертность или чахлость и уродство, одним словом - вырождение расы. Очень часто дети вырастают, не зная ни отцовской, ни материнской ласки и любви и не имея чувства истинной любви к родителям. Так родится, живет и умирает пролетариат. А государство и общество удивляются увеличению грубости, безнравственности и преступности.

Когда в начале шестидесятых годов прошлого столетия в английских хлопчатобумажных округах вследствие североамериканской войны против рабства многие тысячи работниц остались без работы, врачи сделали неожиданное открытие, что, несмотря на большую нужду населения, детская смертность уменьшилась. Это объяснялось тем, что дети теперь питались материнским молоком и пользовались лучшим, чем когда бы то ни было, уходом. Подобный же факт установлен врачами на время кризиса семидесятых годов в Северной Америке, особенно в Нью-Йорке и Массачусетсе. Безработица давала женщинам время для ухода за детьми. Подобные наблюдения были сделаны во время всеобщей стачки в Швеции (август и сентябрь 1909 года). Цифры смертности в Стокгольме, как и в других больших шведских городах, в течение уже весьма долгого времени не были так низки, как за несколько недель этой гигантской стачки. Один из выдающихся стокгольмских медицинских авторитетов говорил, что необычайно благоприятное состояние народного здоровья и уменьшение смертности несомненно стоит в непосредственной зависимости от этой стачки. Особенно важно то обстоятельство, что огромные толпы, из которых состояла «армия бездельников», сложившаяся во время стачки, имели возможность почти непрерывно находиться под открытым небом, на чистом воздухе, что, конечно, хорошо отражается на телесном здоровье. Как бы исчерпывающе ни выполнялись санитарные предписания для рабочих помещений, воздух в них все же такой, что действует более или менее вредно на здоровье рабочих. Нельзя недооценивать также значение запрещения употребления алкоголя во время стачки.

В домашней промышленности, которую экономисты-романтики представляют так идиллически, положение вещей отнюдь не лучше. Здесь жена вместе с мужем с раннего утра до поздней ночи прикована к работе, точно так же и дети должны трудиться с самых малых лет. Сжатые в крошечном помещении, живут муж, жена, семья, иногда подмастерья, среди отбросов производства, в удушливом, вонючем воздухе. Спальни вполне соответствуют мастерским. Обыкновенно это темные дыры без вентиляции, вредные для здоровья даже в том случае, если бы в них спало вдвое меньше лиц, чем спит в действительности.

Все более тяжелая борьба за существование принуждает часто женщин и мужчин к поступкам, от которых они при других обстоятельствах с ужасом отвернулись бы. Так, в 1877 году в Мюнхене было установлено, что между зарегистрированными полицией проститутками было не менее 203 жен рабочих и ремесленников. А как много замужних женщин продает себя из-за нужды, избегая полицейского контроля, который глубоко оскорбляет чувство стыдливости и человеческое достоинство!




Достарыңызбен бөлісу:
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   43




©dereksiz.org 2024
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет