История права Куляш Керимова



жүктеу 145 Kb.
Дата25.02.2016
өлшемі145 Kb.
История права
Куляш Керимова,

старший преподаватель

Каз ГЮУ

Возвращение уголовных дел для дополнительного расследования по УПК РСФСР 1922, 1923 годов

История - не только судья, она позволяет избрать правильное направление современной деятельности, принять наиболее верное решение. Ученые всех времен независимо от политических убеждений неоднократно указывали на значение исторического опыта в организации и развитии всех государственных и общественных институтов .1

Окончание гражданской войны в конце 1920 года не изменило существа классовой политики советской власти. Так, в начале 1921 года РКП(б) и Советское государство были вынуждены отказаться от политики "военного коммунизма" и перейти к новой экономической политике.2

Вместе с тем, в 20-е годы правительство РСФСР столкнулось с задачей систематизации права. Эта задача была очень важна и требовала незамедлительного решения. К 20-м годам накопился определенный нормативный материал. Чтобы сделать эти нормы доступными, следовало их систематизировать, ликвидировать пробелы, противоречия. Эта работа была проведена в 1922-1924 годах.

Систематизация права в эти годы имела необыкновенно большое значение для РСФСР, да и впрочем, для дальнейшего развития права на Советском пространстве. Кодексы, принятые за этот период времени, были взяты за основу при разработке кодексов союзных республик.

1922 год знаменуется завершением судебной реформы, которая подготовила условия для успешного осуществления последующих преобразований в области судоустройства. Характерной особенностью судебной системы периода гражданской войны было ее организационное разделение на народные суды и революционные трибуналы. В 1922 году принят декрет об объединении деятельности революционных трибуналов и создании особых камер народного суда при чрезвычайных комиссиях для рассмотрения передаваемых им дел.

Результаты судебной реформы нашли воплощение в Положении о судоустройстве РСФСР, принятом ІV сессией ВЦИК ІX созыва 31 октября 1922 г.3 На долгие 70 лет закрепляются составы суда, рассматривающие в России все дела без исключения : постоянный народный судья и два народных заседателя или постоянный народный судья. Судебная система республики становится трехзвенной по УПК РСФСР 1923 года: народные суды; губернские суды; Верховный Суд РСФСР. В 1924 году, с образованием Союза ССР, она будет дополнена четвертым звеном: Верховным Судом СССР. Революционные трибуналы свою деятельность прекратили, однако судебная система включала в себя военные и военно-транспортные трибуналы, за деятельностью которых надзирали соответствующие коллегии Верховного Суда РСФСР (впоследствии трибуналы стали судебными органами Союза ССР). Верховный Суд провозглашен высшим судебным органом республики. Он являлся кассационной инстанцией по отношению к губернским судам и первой инстанцией по делам особой важности. Верховный Суд наделялся функцией надзора за всеми судами, имел право изменять и отменять решения и приговоры, вступившие в силу. Ему предоставлялось право толкования законов в связи с возникновением вопросов в судебной практике.

Положение о судоустройстве РСФСР 1922 года и дальнейшее разделение функций между органами государственного управления привели к существенному изменению правового положения Наркомюста. От него полностью отошла функция судебного надзора, контроль за местами лишения свободы. Народный комиссариат юстиции, стал центральным органом судебного управления, организационного руководства судами. Кроме того, за Наркомюстом сохранилось право надзора за соблюдением законности через прокуратуру.

25 мая 1922 года принят Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР, которой заменен УПК РСФСР от 15 февраля 1923 года.4 Как и прежде закон устанавливал, что суд не ограничен какими-либо формальными доказательствами, от него зависит допустить или отвергнуть те или иные доказательства.

УПК РСФСР 1922 года впервые соединил французский тип предварительного расследования и судебные стадии, построенные по германскому образцу. Следователь рассматривался как носитель судебной функции органов юстиции. 5 УПК РСФСР 1922 года к следователям относил народных следователей, следователей, состоящих при советах народных судей и революционных трибуналах, военных следователей и следователей по важнейшим делам при Народном комиссариате юстиции. Организационно он был независим от прокуратуры, так как состоял в ведомстве губернского, а затем областного суда. Этот суд назначал следователя на должность, отстранял от производства, рассматривал жалобы на его действия (ст.126-127 УПК 1922 года).

УПК РСФСР 1923 года включал в систему аппаратов предварительного следствия народных следователей, старших следователей, состоящих при губернских судах, следователей по важнейшим делам при народном комиссариате юстиции и Верховном суде РСФСР, а также следователей военных трибуналов. По УПК РСФСР 1922 и 1923 г.г. достаточно определенно понималась независимость следователя. Основными задачами данных кодексов было укрепление законности и поднятие авторитета судебных органов. По кодексам следователи состояли при судах и учреждениях юстиции, что, как и по Уставу уголовного судопроизводства 1864 года, распространяло на деятельность следователей элементы судебного контроля над расследуемым уголовным делом.

УПК РСФСР 1922 года процессуальный статус следователя регламентировал общими положениями. Так, в главе 9 УПК "Общие условия производства предварительного следствия" предусматривалось, что следователь направляет предварительное следствие, руководствуясь обстоятельствами дела, в сторону наиболее полного и всестороннего его расследования. Прекращение и приостановление предварительного следствия, возобновление приостановленного уголовного дела входило в компетенцию суда, при котором состоял следователь.

По УПК РСФСР 1922 года, возбуждения уголовного преследования стала обязанностью революционных трибуналов и народных судей с шестью заседателями по делам особой сложности государственного или общественного интереса.6 По всем остальным делам предварительное следствие и отдельные следственные действия производились: по определению суда или по предложению прокурора. В итоге, прокурорский надзор по УПК 1922 года как и прежде, по Уставу уголовного судопроизводства 1864 года, не имел существенных отличий. По УПК РСФСР 1922 года прокурорский надзор был подчинен судебной власти, в результате чего основные вопросы расследования уголовного дела получали окончательное подтверждение только в суде и через суд. К примеру, суд утверждал обвинительное заключение следователя, а также предавал обвиняемого суду. Это являлось дополнительной гарантией защиты прав граждан от необоснованного привлечения к уголовной ответственности. Однако функция юстиции по-прежнему была недостаточно отделена от функции уголовного преследования - прокурор, как и раньше, мог давать следователю обязательные указания о направлении и дополнении следствия (ст.118 УПК 1922 г.). Таким образом, производился надзор за предварительным следствием со стороны прокурора, который вправе был знакомиться с актами предварительного следствия. Следователь, вместе с тем мог лишь обжаловать в суд некоторые важнейшие указания прокурора (ст.151 УПК).

В главе 17 УПК 1922 года "Окончание предварительного следствия" указывалось, что в случае, когда предварительное следствие подлежало прекращению, следователь составлял постановление с указанием деяния, послужившего предметом исследования, и направлял дело в суд, уведомив об этом прокурора.

Суд рассматривал дело в распорядительном заседании и выносил определение о прекращении дела, если соглашался с постановлением следователя. Если суд не находил возможным прекратить дело, то возвращал его следователю для производства предварительного следствия с указанием того, чем и в каком направлении должно быть дополнено следствие или направлял дело в порядке предания суду (ст.207 УПК). Если следователь признавал предварительное следствие законченным, он объявлял об этом обвиняемому, и, в случае его просьбы, предъявлял ему все производство по делу, а также обязан был выяснить у обвиняемого, чем он желает дополнить следствие. В случае указания обвиняемым обстоятельств, имевших значение для дела и ранее не расследованных, следователь был обязан дополнить предварительное следствие. Только после дополнения следствия следователь приступал к составлению обвинительного заключения.

УПК предусматривал направление следователем обвинительного заключения с делом прокурору. Остальные органы расследования направляли его по делам о преступлениях, по которым уголовным кодексом предусмотрено лишение свободы на срок не свыше года, следователю, а по всем остальным делам - непосредственно в народный суд. Более того, получив дело непосредственно от органа, производившего расследование, народный судья при признании расследования достаточным, утверждал обвинительное заключение и назначал дело к слушанию; направлял его для доследования с указанием обстоятельств, подлежащих доследованию; прекращал дело при наличии оснований. По получении дела от следователя или прокурора народный судья назначал дело к слушанию и вручал подследственному копию обвинительного заключения.

Вместе с тем, правом возвращения дел для производства дополнительного расследования по УПК 1922 года обладали также и прокуроры, в случае "неполноты следствия" (ст. 231 УПК), с указанием тех обстоятельств, которые необходимо дополнительно расследовать. Кроме того, для следователя были обязательными указания, сделанные прокурором.

Институт доследования в данный период применялся также и со стадии предания суду, когда суд, признав, что предъявленное обвинение недостаточно обоснованно, выносил определение о прекращении дела либо о направлении дела к доследованию (ст.241-242 УПК). Такой порядок предусматривал собой плавный переход прокурорского надзора за следствием в судебный контроль. В судебном заседании, суд, признав, что дело недостаточно выяснено и что могут быть собраны новые доказательства, вправе был, по собственной инициативе или по ходатайству сторон, отложить дело слушанием и потребовать новые доказательства или направить следователю, органам дознания для дополнительного расследования. По окончании дополнительного расследования, дело в установленном порядке направлялось вновь в суд (ст.306 УПК).

Представляет интерес глава 23 УПК "Об изменении обвинения и привлечении к суду новых лиц", имеющая прямое отношение к вопросам дополнительного расследования.

Так, ст. 316 УПК определяла случай обнаружения во время судебного заседания совершения подсудимым, кроме преступного деяния, составляющего предмет рассматриваемого дела, еще и другого преступления, не связанного с первоначальным, результатом которого являлось выделение дела по новому обвинению для расследования и рассмотрения дела в общем порядке "с самого начала". Здесь указывалось и такое основание для приостановления слушания дела, если новое обвинение находилось в тесной связи с первоначальным и отдельное рассмотрение последнего не представлялось возможным, то суд направлял все дело для расследования, предания суду и рассмотрения в общем порядке с самого начала.

В тех случаях, если судом обнаружены во время судебного заседания новые обстоятельства, требовавшие изменения первоначальной формулировки обвинения, и данное изменение влекло за собой тяжкое наказание, суд в случае ходатайства о том, какой-либо из сторон приостанавливал слушание дела и направлял дело для расследования, предания суду и рассмотрения в общем порядке. В тех же случаях, когда изменение первоначального обвинения не влекло за собой более тяжкого наказания, суд продолжал слушание дела и выносил обвинение по новой формулировке обвинения.

Кроме того, согласно ст.319 УПК, суд, усмотрев во время судебного заседания наличие указаний на совершение преступления кем-либо из лиц, не привлеченных к делу в качестве подсудимых, заслушивал заключение прокурора и выносил мотивированное определение о привлечении данного лица к ответственности, после направлял дело для расследования, предания суду и рассмотрения отдельно от данного дела в общем порядке, о чем объявлял привлеченному к ответственности лицу.

В тех случаях, когда вновь предъявленное обвинение находилось в тесной связи с обвинением, предъявленным подсудимым по данному делу, и отдельное рассмотрение этих обвинений не представлялось возможным, суд приостанавливал слушанием дело и направлял все дело как о наличных подсудимых, так и о вновь привлеченном лице для расследования, предания суду и рассмотрения в общем порядке (ст.320 УПК).

В дальнейшем произошло ограничение самостоятельности органов предварительного следствия. Тенденция к этому проявилась уже в 1923 г., когда прокурору были переданы дополнительные полномочия по передаче дел от одного следователя к другому, рассмотрению всех жалоб на действия следователя (ст.ст.118,124,127,212 УПК 1923г.).

В отличие от УПК РСФСР 1922 года, орган расследования имел право приостанавливать и прекращать уголовные дела самостоятельно без согласия суда, при котором он состоял (ст.112 УПК РСФСР в редакции 1929 года).

Таким образом, порядок возвращения уголовных дел для дополнительного расследования предусматривался также УПК РСФСР 1923 года. При решении вопроса об окончании предварительного следствия суд мог также как и по УПК РСФСР 1922 года, направить дело следователю для дополнения. В результате чего, следователь после дополнения следствия, а в случае отсутствия необходимости в таком дополнении непосредственно после допроса обвиняемого составлял обвинительное заключение.

Получив от следователя дело с обвинительным заключением, прокурор мог признать следствие неполным и возвратить ему дело, указания которого являлись обязательными для следователя.

Рассмотрение вопроса о возвращении уголовного дела для производства дополнительного расследования входило в круг рассматриваемых судом вопросов. Так, если предъявленное обвинение было недостаточно обоснованно, суд в стадии предания суду выносил определение о направлении дела на доследование. В судебном заседании при недостаточном выяснении дела, суд был вправе как по собственной инициативе, так и по ходатайству сторон направить дело к следователю или органам дознания для дополнительного расследования. В данном случае, по окончании дополнительного расследования, до слушания дела по существу, оно должно было быть направлено для предания обвиняемого суду. Такой порядок усиливал судебный контроль и являлся требованием качества предварительного расследования уголовного дела.

Суд также мог направить дело на доследование по УПК РСФСР 1923 года, как и по УПК РСФСР 1922 года в порядке изменения прежнего обвинения и при привлечении к суду новых лиц.

Таким образом, по УПК РСФСР как 1922 года, так и по УПК РСФСР 1923 года институт возвращения уголовных дел для дополнительного расследования предполагал в своих положениях определенную процедуру, стадии и основания для доследования. Укажем, что в отличие от УПК Каз СССР 1959 года, а также УПК РК 1997 года, УПК РСФСР 1922 и 1923 г.г. более подробно регламентировали основания дополнительного расследования уголовного дела.

Советское уголовное судопроизводство восприняло многие положения дореволюционного законодательства.7 Установление истины при производстве по уголовному делу являлось также первостепенным в раскрытии преступлений. Сокращение судебного следствия в случае признания вины подсудимым допускалось по УПК РСФСР 1923 года.

Глава 26 УПК предусматривала в качестве особого производства в народном суде рассмотрение дел в дежурных камерах народного суда. В дежурные камеры направлялись все те дела о задержанных обвиняемых, которые, по мнению органов, производивших задержание, не требуют особого расследования или по которым обвиняемые признали себя виновными. Одновременно с делом в дежурную камеру доставлялись обвиняемый и вещественные доказательства по делу, а также по возможности свидетели. Назначение защитника при рассмотрении дела в дежурных камерах было необязательно. При этом, народный суд, признав немедленное рассмотрение дела в дежурной камере невозможным, выносил определение о направлении дела для дополнительного расследования и для рассмотрения дела в общем порядке.

УПК РСФСР 1923 года в состав судов первой инстанции включил губернские суды. Так, согласно ст. 385 УПК, состоящий при губернском суде следователь был вправе, если признавал производство предварительного следствия излишним в силу ясности дела или сознания обвиняемого, придать актам дознания силу актов предварительного следствия и не производить такового или ограничиться производством отдельных следственных действий, как предъявление обвинения, допрос обвиняемого и составление обвинительного заключения. В случае несогласия прокурора с постановлением следователя, он был вправе предписать следователю производство полностью предварительного следствия или отдельных следственных действий. Однако ни в одном из анализируемых УПК РСФСР не было ни слова о каких-нибудь "сделках о признании вины" между обвинением и защитой или ином снисхождении подсудимому.8

При рассмотрении дела в губернских судах по первой инстанции также допускалось доследование в случае, если губернский суд устанавливал неполноту имеющегося в деле материала, которая не могла быть восполнена в судебном заседании; а в остальных случаях обращение дела к доследованию не допускалось. При обращении дела к доследованию губернским судом выносилось мотивированное определение (ст.398 УПК).

Глава 29 УПК РСФСР регламентировала производство в губернском суде в качестве суда кассационной инстанции. При этом губернский суд был обязан рассмотреть все производство по делу в ревизионном порядке, и, в случае обнаружения нарушений закона, влекущих за собой отмену приговора, направлял дело для нового рассмотрения. Основаниями к отмене приговора в кассационном порядке являлись: недостаточность и неправильность проведенного следствия, существенное нарушение форм судопроизводства, нарушение или неправильное применение закона, явная несправедливость приговора.

Так, по ст.414 УПК недостаточным и неправильно проведенным следствием признавалось следствие, которое было произведено таким образом, что остались невыясненными ни на предварительном следствии, ни на судебном следствии обстоятельства, выяснение которых должно было повлиять на приговор.

Таким образом, анализируемые УПК РСФСР предусматривали исчерпывающий перечень оснований для производства дополнительного расследования уголовных дел.

Проведенное исследование убеждает в следующем:

1) Кодификация уголовно-процессуальных норм в 20-е годы привела к существенной реорганизации судебной системы, которая оказала определенное влияние на основы действующей судебной системы Казахстана.

2) УПК РСФСР 1922 года, а затем и УПК 1923 года определенно регламентировали институт дополнительного расследования уголовного дела как один из гарантов обеспечения прав личности в уголовном судопроизводстве.

3) Возвращение уголовного дела для дополнительного расследования допускалось по УПК РСФСР 1922, 1923 г.г. как со стороны прокурора до предания обвиняемого суду, так и из судебных стадий: суд первой инстанции мог направить дело для производства дополнительного расследования в ходе предания суду, а также по ходатайству сторон в ходе рассмотрения дела.

4) По УПК РСФСР 1922,1923 г.г. данный институт логично вписывался во взаимоотношения следователя, прокурора и суда, так как следователи состояли при судах или учреждениях юстиции и, следовательно, создавали через расследование необходимые условия для ритмичной работы суда.

5) В 1922 так и в 1923 году основания для возвращения уголовного дела для дополнительного расследования были достаточно конкретными и исключали другое их понимание либо расширительное толкование.

6) Главным образом, основания для направления дела для дополнительного расследования, в большей части были связаны с необходимостью изменения первоначального обвинения; при этом, не было общих формулировок, которые присутствуют сегодня в действующем уголовно-процессуальном законодательстве применительно к основаниям возвращения уголовного дела для дополнительного расследования.

7) Основания для возвращения дела для дополнительного расследования того периода, можно условно классифицировать на следующие группы:

1) со стороны прокурора: неполнота следствия (ст.231 УПК 1922 года, ст.227 УПК 1923 года); а также право прокурора давать указания следователю о дополнении следствия;

2) со стороны суда:

- недостаточность предъявленного обвинения (ст.241, 242 УПК 1922 года, ст.238,239 УПК 1923 года);

- совершения подсудимым, кроме преступного деяния, составляющего предмет рассматриваемого дела, еще и другого преступления, не связанного с первоначальным (ст.316 УПК 1922 года, ст.312 УПК 1923 года);

- обнаружение совершения преступления кем-либо из лиц, не привлеченных к делу в качестве подсудимых (ст.319 УПК 1922 года, ст.315 УПК 1923 года);

- вновь предъявленное обвинение находилось в тесной связи с обвинением, предъявленным подсудимым по данному делу, и отдельное рассмотрение этих обвинений не представлялось возможным (ст.320 УПК 1922 года, ст.316 УПК 1923 года);

3) по инициативе суда или по ходатайству сторон: при недостаточном выяснении дела (ст.306 УПК 1922 года, ст.302 УПК 1923 года);

4) по ходатайству сторон: при изменении первоначальной формулировки обвинения, когда данное изменение предполагает тяжкое наказание (ст.317 УПК 1922 года, ст.313 УПК 1923 года).



В целом, представляется, что законодателю Казахстана целесообразно воспринять полезные положения УПК РСФСР 1922, 1923 г.г. относительно оснований для возвращения уголовного дела для дополнительного расследования.
Список использованных источников:

-------------------------------------------
1. Полянский Н.Н. Очерк развития советской науки уголовного процесса. М., 1960, с.12-20; Вышинский А.Я. Курс уголовного процесса. М., 1927; Чельцов-Бебутов М.А. Советский уголовный процесс. М., 1928, вып.1; Строгович М.С. Учебник уголовного процесса. М., 1931. Алексеев Н.С., Даев В.Г., Кокорев Л.Д. Очерк развития науки советского уголовного процесса. Воронеж, 1980, с.2.

2. Пашин С. Краткий очерк судебных реформ и революций в России./ Отечественные записки, 2003, N2.

3. История законодательства СССР и РСФСР по уголовному процессу и организации суда и прокуратуры. 1917-1954гг. /Под ред. Голунского С.А. М., Госюриздат, 1955, с.175-182.

4. Там же. с.188-294.

5. Смирнов А.В. Типология уголовного судопроизводства. Очерк развития российского уголовного процесса. с.6.

6. История законодательства СССР и РСФСР по уголовному процессу и организации суда и прокуратуры. 1917-1954гг. /Под ред. Голунского С.А. - М., Госюриздат, 1955, с. 197-198.

7. Алексеев Н.С. Даев В.Г., Кокорев Л.Д. Очерк развития наук советского уголовного процесса. Воронеж, 1980 года.

8. Петрухин И. Сделки о признании вины чужды российскому менталитету / Российская юстиция 2001. N5.


©dereksiz.org 2016
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет