Психология влияния



бет17/21
Дата25.07.2016
өлшемі2.07 Mb.
#221386
1   ...   13   14   15   16   17   18   19   20   21
Глава



ДЕФИЦИТ

Правило малого
Для того чтобы что-то полюбить, надо осознать, что это может быть утрачено.

Г. К. Честертон


Небольшой город Меса, штат Аризона, расположен недалеко от Феникса, где я живу. В Месе нет никаких особенно интересных достопримечательностей, однако этот го­род известен тем, что в нем живет много мормонов (по количеству проживающих в городе мормонов Меса занимает второе место в мире после Солт-Лейк-Сити). В цен­тре города находится огромный мормонский храм, территория вокруг которого тща­тельно ухожена. Я не раз издали восхищался архитектурой этого храма, но у меня никогда не возникала мысль зайти внутрь. Так было до того дня, когда я причитал в газете статью, в которой рассказывалось об особом внутреннем секторе мормонских храмов, куда имеют доступ только верные адепты церкви. Даже новообращенные не должны его видеть, однако из этого правила есть исключение. В течение нескольких дней сразу после того, как храм выстраивается заново, всем желающим разрешается совершить экскурсию по зданию, включая ту его секцию, вход в которую в остальное время запрещен.

В газетной статье сообщалось о том, что храм в Месе недавно был подновлен и что реконструкция была достаточно капитальной, чтобы храм можно было считать «но­вым» по церковным стандартам. Таким образом, только в течение ближайших не­скольких дней посетители, не являвшиеся мормонами, могли увидеть ту часть храма, доступ в которую для них всегда был запрещен. Я очень хорошо помню, как подей­ствовала на меня эта статья: я немедленно решил отправиться на экскурсию. Но ко­гда я позвонил своему другу, чтобы спросить, не хочет ли он составить мне компанию, я начал понимать нечто интересное и быстро изменил свое решение.

Отклонив предложение, мой друг поинтересовался, почему я вдруг так сильно за­хотел посетить мормонский храм. Я был вынужден признать, что до сих пор мне не приходила в голову мысль совершить экскурсию по храму, что у меня нет вопро­сов о религии мормонов, на которые мне требовался бы ответ, что я не интересуюсь церковной архитектурой и что я не ожидаю найти в этом храме нечто такое, чего я не мог бы увидеть в ряде других церквей, расположенных на данной территории.

В ходе нашей беседы мне стало ясно, что особая притягательная сила данного храма объясняется единственной причиной: если я в ближайшие дни не познакомлюсь с запретным сектором, то никогда в будущем не буду иметь такого шанса. Нечто, что само по себе не представляло для меня большого интереса, стало в моих глазах при­влекательным просто потому, что оно стремительно становилось менее доступным.


То, чего слишком мало, является наилучшим, а утрата — это самое ужасное
Полагаю, что не только я имею подобную слабость. Почти каждый подвержен влия­нию принципа дефицита в той или иной степени. Рассмотрим в качестве доказатель­ства опрос студентов университета Флориды, которые, как и большинство студентов последнего курса, оценивали качество пищи в кафетерии кампуса как неудовлетво­рительное. Через девять дней, согласно данным второго опроса, студенты изменили свое мнение. Случилось нечто, заставившее их полюбить блюда, входящие в меню кафетерия. Любопытно, что событие, заставившее студентов изменить свою точку зрения, не имело ничего общего с качеством приготовления пищи, которое не изме­нилось ни на йоту. Но вот доступность этой пищи изменилась. Незадолго до проведе­ния второго опроса студенты узнали, что из-за пожара они не смогут питаться в ка­фетерии в течение следующих двух недель (West, 1975).

Когда коллекционеры всякой всячины, от бейсбольных карт до предметов анти­квариата, определяют ценность какого-либо предмета, принцип дефицита оказывает на них особенно большое влияние. Как правило, если предмет является раритетом, он более ценен. Особенно показателен феномен драгоценного дефекта. Испорченные предметы — размазанная почтовая марка или с двух сторон одинаково отчеканенная монета — иногда считаются наиболее ценными из всех. Так, почтовая марка, на кото­рой изображение Джорджа Вашингтона имеет три глаза, не соответствует анатоми­ческим фактам и выглядит неэстетично, однако коллекционеры ее усиленно ищут. В этом есть ирония: дефектные вещи, которые в другом случае сошли бы за мусор, ока­зываются ценным имуществом, если они несут на себе печать соответствующего де­фицита.

Суть принципа дефицита такова — ценность чего-либо позитивного в наших глазах существенно увеличивается, если оно становится недоступным. С момента моего опи­санного выше столкновения с этим принципом я начал обращать внимание на его влияние на мое поведение. Например, я обычно прерываю интересную беседу с мои­ми гостями, чтобы ответить на телефонный звонок неизвестного звонящего. В дан­ной ситуации этот звонящий имеет одно очень важное качество, которого нет у моего «очного» собеседника, — потенциальную недоступность. Если я не отвечу на звонок, я могу потерять того, кто звонит (а также информацию, которую он несет), навсегда. Не имеет значения, что текущая беседа может быть чрезвычайно важной или инте­ресной — гораздо более интересной и важной, чем рядовой телефонный звонок. Ко­гда звонит телефон, разговор с человеком, который звонит, кажется мне более важ­ным, чем беседа с моими гостями.

Мысль о возможной потере оказывает на людей большее влияние, чем мысль о приобретении. Например, студенты испытывают более сильные чувства, представляя себе любовные неудачи или плохую успеваемость, а не успехи в учебе и личной жиз­ни (Ketelaar, 1995). Угроза потенциальной потери оказывают сильное влияние на принятие решений. Похоже, возможность потери чего-то является более сильной мотивацией, чем возможность приобретения чего-либо равного по ценности (Tversky & Kahneman, 1981, DeDreu & McCusker, 1997). Например, домовладельцы, которым сказали, сколько денег они могут потерять из-за недостаточной теплоизоляции, с боль­шей степенью вероятности займутся утеплением своих домов по сравнению с теми домовладельцами, которым сказали, сколько денег они могут сэкономить (Gonzales, Aronson, & Costanzo, 1988). Похожие результаты были получены исследователями, дававшими молодым женщинам брошюры, в которых говорилось о необходимости регулярного самообследования, позволяющего выявить рак груди на ранней стадии (Meyerwitz & Chaiken, 1987; Meyerwitz, Wilson & Chaiken, 1991). Женщины чаще от­кликались на призыв врачей, если в брошюрах сообщалось, что нечто (в данном слу­чае здоровье) может быть утрачено (например, «Вы можете потерять свою грудь, если не будете тратить всего пять минут каждый месяц на ее осмотр и прощупывание»), и реже следовали медицинским рекомендациям, из которых вытекало, что нечто (в дан­ном случае хорошее здоровье) может быть приобретено (например, «Ваша грудь все­гда будет здоровой, если вы станете тратить только пять минут каждый месяц на ее осмотр и прощупывание»).


Ограниченное количество
Конечно, «профессионалы уступчивости» пытаются извлекать выгоду из того факта, что принцип дефицита оказывает чрезвычайно сильное влияние на наши представ­ления о ценности вещей. Продавцы часто используют тактику «сообщения об огра­ниченном количестве» — покупателю говорят, что определенного товара мало и нельзя гарантировать, что этого товара хватит на всех желающих его приобрести. В период, когда я с целью изучения стратегий достижения уступчивости внедрялся в различ­ные организации, я видел, как тактика сообщения об ограниченном количестве не­однократно использовалась в различных ситуациях: «Подобных автомобилей с от­кидывающимся верхом и с таким мощным мотором во всем штате осталось не более пяти. Когда они будут проданы, больше вы их не увидите в продаже, потому что авто­мобильные заводы их уже не производят», «Это один из двух оставшихся непродан­ными угловых участков земли. Вам не стоит даже смотреть другой, так как он неудач­но расположен», «Вам следует серьезно подумать о покупке еще одного такого чемо­дана именно сегодня, потому что в поставках произошел сбой, и никто не знает, когда придет следующая партия товара».

Иногда информация об ограниченном количестве товара была верной, а иногда — фальшивой. Однако в каждом случае намерение продавцов заключалось в том, чтобы убедить покупателей в дефицитности интересующего их предмета и таким образом увеличить его ценность в их глазах. Признаюсь, я не мог не восхищаться продавцами, которые, используя описанную тактику, индивидуально подходили к каждому потен­циальному покупателю. Особенно сильное впечатление произвела на меня уловка, которая применялась продавцами, работавшими в одном магазине бытовой техники.


Если вы думали,

что фтор — это очень

хорошо, подождите

и сначала попробуйте

«КолгейтТотал».

Его уникальная формула

позволяет победить кариес,

гингивит, зубной камень и даже

неприятный запах изо рта. Весь день. Всю ночь.

12 часов от утренней до вечерней чистки зубов.



Аналогов нет!

Права формулы «Колгейт Тотал» защищены до 2008 года. Конкурентов нет и не будет!



Доказано, это действует!

Рис. 7.1. Ценность дефицита
Торговцы часто используют принцип дефицита в рекламе. В настоящем примере они акцен­тируют уникальную редкость новой формулы «Колгейт Тотал»
Суть этой уловки состояла в следующем. Предположим, продавцу показалось, что некая пара заинтересовалась определенным товаром. Существует масса признаков проявляемого к товару интереса — внимательное изучение прибора и инструкций к нему, обсуждение качеств этого прибора. Однако если покупатели не приняли ре­шения, они, как правило, не пытаются найти продавца, чтобы получить у него более подробную информацию. Обнаружив заинтересовавшуюся товаром пару, продавец может подойти и сказать: «Я вижу, вы интересуетесь этой моделью. Это неудивитель­но, ведь это прекрасный аппарат, да и цена подходящая. Но, к несчастью, я продал эту вещь другой паре не более двадцати минут тому назад. И, если я не ошибаюсь, таких моделей больше нет на нашем складе».

Покупатели, конечно, испытывают разочарование, которое отражается на их ли­цах. Из-за утраченной доступности вещь внезапно становится еще более привлека­тельной в их глазах. Обычно один из покупателей спрашивает, нет ли хоть малейше­го шанса на то, что одна такая модель случайно осталась непроданной. «Хорошо, — допускает такую возможность продавец, — я могу это проверить. Я правильно понял, что вам нужна именно эта модель и что вас устраивает ее цена?» Этот вопрос имеет решающее значение. Продавец задействует принцип дефицита и предлагает покупа­телям связать себя обязательством купить прибор именно тогда, когда этот прибор кажется наименее доступным — и, следовательно, наиболее желанным. Многие поку­патели в самом деле соглашаются купить заинтересовавшую их вещь в такой момент. Таким образом, когда продавец возвращается и сообщает, что найдена дополнитель­ная партия данных приборов, он уже держит наготове ручку и бланк контракта. Со­общение о том, что нужный товар имеется в достаточном количестве, может заставить некоторых покупателей посчитать его менее привлекательным (Schwarz, 1984). Но к этому времени дело заходит слишком далеко и большинство людей уже не могут из­менить своему слову. Решение о покупке, публично принятое и подкрепленное обяза­тельством в решающий момент, остается в силе. Покупатели подписывают контракт, и вещь оказывается проданной.


Лимит времени
С методикой сообщения об ограниченном количестве имеет много общего тактика установления предельного срока, суть которой заключается в следующем: «профессио­нал уступчивости» официально устанавливает определенный временной интервал, в течение которого человек (например, покупатель) может реализовать предостав­ляемую ему возможность. Совсем как в приведенном выше примере, касающемся по­сещения «двора таинств» мормонского храма, люди часто начинают делать то, что они никогда не собирались делать, только потому, что вскоре уже нельзя будет это сде­лать. Коммерсанты заставляют эту тенденцию работать на себя, устанавливая край­ние сроки продаж и сообщая об этом потенциальным покупателям. Эти сроки порож­дают интерес к тому, что ранее не вызывало никакого интереса. Данная тактика часто используется при рекламировании фильмов и спектаклей. Недавно я заметил, как один целеустремленный владелец театра ухитрился три раза применить принцип де­фицита, делая короткое сообщение, состоящее всего из пяти слов: «Срок эксклюзив­ного ангажемента скоро заканчивается!»

Одна из модификаций тактики установления предельного срока пользуется боль­шой популярностью у некоторых торговцев, оказывающих давление на потенциаль­ных покупателей. Девиз этих торговцев — «прямо сейчас». Клиентам часто говорят, что, если они не решат купить какую-либо вещь немедленно, они смогут приобрести эе только по более высокой цене или не смогут купить ее вообще. До сведения пред­полагаемого члена клуба здоровья или покупателя автомобиля доводят, что заключе­ние выгодной сделки нельзя откладывать; если же потенциальный клиент покинет юмещение, сделка сорвется. Одна крупная компания, занимающаяся изготовлением детских фотографических портретов, побуждает родителей сразу же заказывать и юкупать как можно больше копий, объявляя, что «из-за отсутствия условий для хра­нения снимков непроданные фотографии детей сжигаются в течение двадцати четы­рех часов». Агент, предлагающий журналы жильцам, может заявить, что в другие дни >н не сможет взять на складе какой-либо журнал и, следовательно, те, кто хочет его триобрести, должны сделать это не откладывая. Руководство фирмы, занимающейся горговлей пылесосами, — в эту фирму мне удалось проникнуть — рекомендует своим рентам заявлять: «Я должен обойти так много людей, что каждую квартиру я могу юсетить только один раз. Даже если позже вы решите, что вам нужно купить этот

пылесос, я не смогу вернуться и продать его вам». Это, конечно, чепуха; представите­ли компании с радостью пойдут навстречу любому покупателю, который попросит повторно прислать к нему агента. Менеджер компании по продажам объяснял прак­тикантам, что истинная цель заявления о невозможности вернуться не имеет ничего общего с облегчением работы агентов. Цель заключается в том, чтобы «не дать пред­полагаемым клиентам времени на обдумывание сделки, запугать их и заставить пове­рить, что они не смогут получить данную вещь позже». Такая тактика вызывает у людей желание купить предлагаемую им вещь немедленно.
Психологическое сопротивление
Факты свидетельствуют о том, что «профессионалы уступчивости» используют прин­цип дефицита, являющийся одним из орудий влияния, чрезвычайно часто и в самых разных ситуациях. Все орудия влияния имеют большую власть над людьми. Власть принципа дефицита обусловлена двумя основными моментами. Первый момент нам уже знаком. Действие принципа дефицита, как и действие других орудий влияния, основывается на извлечении выгоды из нашей склонности идти кратчайшим путем. Эта слабость, как и раньше, является результатом информированности. Мы знаем, что вещи, которыми трудно завладеть, как правило, лучше тех вещей, которыми завладеть легко (Lynn, 1989). Поэтому мы часто судим о качестве предмета по его доступности. Таким образом, одна из причин могущества принципа дефицита заключается в том, что, действуя в соответствии с ним, мы обычно действительно оказываемся правыми1. Вторую причину могущества принципа дефицита следует искать внутри самого это­го принципа. По мере того как нечто становится менее доступным, степень нашей свободы уменьшается; а мы ненавидим терять ту свободу, которая у нас есть. Стрем­ление сохранить имеющиеся прерогативы является центральным моментом в теории психологического реактивного сопротивления, разработанной психологом Джеком Бремом для объяснения реакции людей на уменьшение степени личного контроля (J. W. Brehm, 1966; S. S. Brehm & J. W. Brehm, 1981). Согласно этой теории, всякий раз, когда что-то ограничивает наш выбор или лишает нас возможности выбора, по­требность сохранить наши свободы заставляет нас желать их (а также товары и услу­ги, связанные с ними) значительно сильнее, чем прежде. Поэтому когда дефицит — или что-либо иное — затрудняет наш доступ к какому-либо предмету, мы стремимся противостоять вмешательству, желая овладеть этим предметом больше, чем прежде, и предпринимая соответствующие попытки. Каким бы очевидным это утверждение ни казалось в теории, это явление пустило корни глубоко во все слои общества. Тео­рия психологического реактивного сопротивления объясняет развитие множества различных форм человеческого поведения. Однако, прежде чем приступить к освещению этого вопроса, следует выяснить, в каком возрасте у людей впервые появляет­ся желание бороться против ограничения их свободы.

Детские психологи утверждают, что родители, как правило, впервые сталкиваются с трудностями при общении с детьми, когда тем исполняется два года — этот возраст известен как «ужасные два года». Большинство родителей отмечают, что в возрасте двух лет дети начинают вести себя противоречиво. Двухлетние малыши всячески со­противляются внешнему давлению, особенно оказываемому на них родителями. При­кажите им что-то сделать, они сделают все наоборот; дайте им одну игрушку, они по­требуют другую; возьмите их на руки, они станут вырываться и требовать, чтобы их поставили на пол; поставьте их на пол, они начнут хвататься за вас и просить, чтобы их снова взяли на руки.

Не желая преуменьшать преимущества или преувеличивать опасности, связанные с подобного рода рациональным методом, я должен заметить, что эти преимущества и опасности в большинстве своем те же самые, что мы рассматривали в предыдущих главах. Соответственно, я не буду концентриро­вать внимание читателей на данной теме в оставшейся части этой главы, скажу только, что необходи­мо научиться отличать «честный» дефицит, который возникает естественно, и дефицит, специально сфабрикованный «профессионалами уступчивости».
Интересное исследование было проведено в Вирджинии (S. S. Brehm & Weitraub, 1977). Двухлетних мальчиков в сопровождении их матерей отводили в комнату, в которой находились две одинаково привлекательные игрушки. Игрушки распола­гались таким образом, что одна из них стояла впереди прозрачного плексигласового барьера, а другая — позади него. В половине случаев высота загородки была всего один фут, так что практически ничто не мешало мальчикам взять игрушку, которая находилась за этой загородкой. В другой же половине случаев высота загородки была два фута, так что, для того чтобы завладеть «дальней» игрушкой, мальчикам прихо­дилось обходить барьер. Исследователи хотели узнать, какой из двух игрушек дети, уже достаточно хорошо умеющие ходить, отдадут предпочтение при данных обстоя­тельствах. Были получены следующие результаты. Когда барьер был слишком низ­ким, чтобы помешать детям добраться до игрушки, находившейся за ним, мальчики не показывали никакого особого предпочтения в отношении той или иной игрушки; в среднем, к игрушке, стоявшей впереди барьера, они подходили так же часто, как к той игрушке, которая находилась позади него. Однако когда загородка была достаточно высокой, чтобы затруднить доступ к стоящей за ней игрушке, мальчики в три раза чаще отдавали предпочтение труднодоступной игрушке, чем той игрушке, которая была под рукой. Таким образом, было установлено, что двухлетние дети реагируют на ограничение их свободы демонстративным неповиновением1.

Почему же психологическое реактивное сопротивление возникает у детей в воз­расте именно двух лет? Возможно, здесь имеет значение то, что в это время в психике ребенка происходят существенные изменения. В возрасте двух лет маленький чело­век начинает осознавать себя как индивида. Двухлетние дети рассматривают себя уже не просто как продолжение окружающей среды, а как нечто своеобразное, обособлен­ное (Levine, 1983; Lewis & Brooks-Gunn, 1979; Mahler, Pine & Bergman, 1975). Появ­ление у детей представления об автономии естественно ведет к возникновению у них представления о свободе. Независимое существо — это существо, имеющее свободу выбора; ребенок, осознавший, что он является таким существом, несомненно будет стремиться узнать, какова же степень его свободы. Следовательно, нам не следует ни удивляться, ни расстраиваться, когда мы видим, что наши двухлетние дети идут против нашей воли. Они просто начинают ощущать себя отдельными человеческими су­ществами и в их маленьких головках появляются важные вопросы относительно воли, прав и контроля над ситуацией — вопросы, на которые они стремятся найти ответы. В процессе борьбы за свою свободу и противостояния всякому ее ограничению про­исходит получение важной информации. Выясняя пределы своей свободы (и, по со­впадению, предел терпения своих родителей), дети узнают, когда их обычно контро­лируют, а когда они сами могут осуществлять контроль над ситуацией. Мудрые ро­дители предоставляют своим детям адекватную информацию (об этом мы поговорим несколько позже).


1 Следует отметить, что двухлетние девочки в данном исследовании реагировали на высокий барьер не так, как мальчики. По всей видимости, причина этого не в том, что девочки не возражают против попыток ограничить их свободу. Видимо, они прежде всего реагируют на ограничения, которые ис­ходят от других людей, а не на физические преграды (Brehm, 1983).
Обманутый
Питер Керр (Нью-Йорк Тайме)

Нью-Йорк. Дэниэл Гульбан не помнит, как исчезли его сбережения. Он помнит вкрадчивый голос позвонившего ему агента. Он помнит свои мечты о богатстве. Но 81-летний бывший работник коммунальной службы так и не понял, как мошенники убеди­ли его расстаться с 18 тысячами долларов. «Я просто хотел пожить на широкую ногу в по­следние отведенные мне дни или годы, — го­ворит Гульбан, житель Холдера, штат Флори­да. — Когда же я обнаружил чудовищный об­ман, я не мог какое-то время ни есть, ни спать. Я потерял 30 фунтов. Я до сих пор не могу по­верить, что мог сделать что-либо подобное». Гульбан стал жертвой организации, которую официальные юридические лица называют «конторой, занимающейся продажей незареги­стрированных ценных бумаг по телефону». Эта «контора» представляет собой битком набитую маленькую комнату, в которой дюжина мошен­ников звонят тысячам людей каждый день. Со­гласно данным, полученным комиссией, кото­рая была специально создана при Сенате с це-лью расследования, подобные компании ежегодно выманивают сотни миллионов дол­ларов у ничего не подозревающих клиентов. «Они используют адрес престижного офиса на Уолл-стрит и обманным путем заставляют лю­дей вкладывать деньги в различные фантас­тические проекты с чарующе звучащими на­званиями, — говорит Роберт Абраме, главный прокурор штата Нью-Йорк, который за послед­ние четыре года участвовал в рассмотрении более дюжины случаев, связанных с жульни­чеством "контор, занимающихся продажей не­зарегистрированных ценных бумаг по телефо­ну". — Иногда мошенникам удается убедить людей вложить в сомнительное дело сбереже­ния всей жизни».

Орестес Дж. Майхэли, помощник главного про­курора Нью-Йорка, возглавляющий комитет по

защите инвесторов и ценных бумаг, говорит, что в действиях мошенников можно выделить три основных момента. Сначала делается «ознакомительный звонок». Мошенник пред­ставляется агентом компании, имеющей эф­фектно звучащее название и соответствующий адрес. Он всего лишь предлагает потенциаль­ному клиенту ознакомиться с проспектами, в которых рассказывается о деятельности ком­пании.

Звоня второй раз, мошенник сначала описы­вает громадные прибыли, которые может при­нести предлагаемая им сделка, а затем гово­рит клиенту, что пока вклады временно не при­нимаются. Через некоторое время мошенник звонит в третий раз и сообщает, что у клиента появилась возможность чрезвычайно выгод­но вложить свои деньги. «Идея заключается в том, чтобы помахать мор­ковкой перед лицом покупателя, а потом быс­тро убрать ее, — говорит Майхэли. — Цель операции — вызвать у человека желание ку­пить "ценные" бумаги быстро, не раздумывая слишком долго. Иногда, звоня какому-либо че­ловеку в третий раз, мошенник притворяется, что он сильно запыхался, и сообщает клиенту, что он "только что пришел из торгового зала"». Данная тактика заставила Гульбана расстать­ся со сбережениями всей жизни. В1979 году Гульбану неоднократно звонил незнакомец, который, в конце концов, убедил его перевес­ти в Нью-Йорк 1756 долларов, чтобы приоб­рести серебро. После еще одной серии теле­фонных звонков агент уговорил Гульбана пе­ревести еще 6 тысяч долларов, чтобы купить нефть. Затем мошенники выманили у Гульба­на еще 9740 долларов, но прибыли незадач­ливый коммерсант так и не дождался. «Мое сердце упало, — вспоминает Гульбан. — Я не был жадным. Я только хотел увидеть лучшие дни». Гульбан так и не вернул себе утраченное.



Достарыңызбен бөлісу:
1   ...   13   14   15   16   17   18   19   20   21




©dereksiz.org 2024
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет