Выступают физические и естественные ограничения



жүктеу 51.05 Kb.
Дата12.06.2016
өлшемі51.05 Kb.
Автократия — (греч. αυτός — сам, κράτος — власть), форма политического режима, при которой власть сосредоточена в руках одного человека. Он является сувереном и обладает всей полнотой исполнительной, законодательной и судебной власти. При этом другие органы власти носят либо декоративный, либо сугубо исполнительский характер, являются проводниками высшей воли, не более того. При А. либо затруднены, либо не работают механизмы передачи власти и ротации руководителей властных органов (последняя также зависит от воли правителя). Таким образом, единственными реальными ограничителями пределов А. выступают физические и естественные ограничения (масштабы сил подвластной страны, длительность жизни правителя и т.д.).

А. может вытекать из формы политического строя (монархия), конституционного устройства (нарушение баланса сил при перераспределении полномочий в пользу исполнительной власти при т.н. президентской республике) или быть нелегитимной (различные формы и варианты диктатур и деспотического правления). В последнем случае носитель А. может и официально не занимать высших постов в стране, но обладать реальной властью и авторитетом. Возникает «культ личности» диктатора, прославление символа, связываемого с его именем (Отец Нации, Большой Брат, Лучший Друг пионеров и т.д.).

Здесь авторитарные режимы в значительной степени сближаются с тоталитарными. Отличие между ними в том, что А., как правило, не стремиться к полному контролю над обществом. Для него достаточна полнота политической власти, а в социуме остаются анклавы, вполне свободные в своем самоопределении, на происходящее в которых режим смотрит сквозь пальцы, если оно не представляет угрозы для его политического господства. При тоталитарном режиме он контролирует абсолютно все сферы жизни общества. Если выражаться афористически, то при тоталитаризме «все, что не запрещено, то обязательно к исполнению».

Носитель А. обладает всеми видами власти: властью в форме силы, в форме принуждения, в форме побуждения, в форме убеждения, в форме манипуляции и в форме авторитета. Власть в форме силы предполагает непосредственное насилие в физической форме, а принуждения — угрозу этого насилия, которая не реализуется, но самим фактом возможности насилия заставляют подданных поступать в соответствии с волей власти. Форма побуждения предполагает распоряжение автократором ценностями и услугами, необходимыми для подданных, распоряжение в полном соответствии с собственными желаниями и произволом. Форма убеждения предполагает политическую пропаганду, официальную легитимацию А. через пропагандистские акции. С этим сближена форма манипуляции — воздействие автократора на общество путем манипулирования информацией, социальными стереотипами, модой, ценностными ориентирами и т.д. Форма авторитета связана обычно с харизматическими качествами носителя власти.

А., как и любая власть, символична. Наиболее очевидными символами являются знаки власти (инсигнии: корона, специальная одежда, трон и т.д.). Власть всегда выражается в архитектурных символах (дворцы, резиденции, мемориалы и т.д.). С символикой власти также связаны особые социальные и церемониальные сценарии и ритуалы (парады, коронации, присяги и т.д.).

Причины возникновения А. лежат в сфере человеческой психологии и исторических особенностей развития социума. Древнейшей формой власти считается традиция, а традиция предполагала подчинение главе рода. Самой ранней формой организации человеческого сообщества в организацию, способную решать социальные, военные и религиозные задачи, было вождество (термин введен в 1955 г. К. Обергом, а общая теория вождества разработана М. Саллинзом и Э. Сервисом). Власть любого вождя уже единолична, ограничена в основном традициями (но это редко имеет институциональное оформление). Из вождества, характерного для потестарных общностей, при образовании государства образуются ранние монархии (в историографии также применяется термин «раннефеодальные монархии»).



А. характерна для ранних средневековых империй (особенно кочевых), построенных на завоевании. Энергичному лидеру, сумевшему добиться военной поддержки сколь-либо значительных сил, не так уж трудно объединить под своей властью окрестные земли, города, кочевые группы (роды и племена). Если он не сталкивается с серьезной политической конкуренцией, его объединение может достичь огромных масштабов. История знает несколько примеров раннесредневековых и средневековых образований имперского типа, стабильность которых зависела исключительно от воли, могущества и удачливости их вождей (империя Александра Македонского, гуннская империя Атиллы, распавшаяся после смерти ее великого вождя в 453 г., империя Тимура-Тамерлана, упадок которой начался после смерти Тимура в 1405 г. и т.д.).

Империи средневековья и нового времени имели монархическую форму правления. Монархия — это всегда А. (в Российской империи ей соответствовал очень точный термин «самодержавие»). Монарх выступал сувереном в равной мере для метрополии, колоний и провинций империи. Его персона, равно как и связанные с А. институты, были гарантом целостности и единства империи. Недаром распад крупнейших европейских континентальных империй в 1917-1918 гг. (Германской, Австро-Венгерской и Российской) сопровождался крушением в них монархий и падением династий.

Однако А. монарха проявлялась не только в его правовом и политическом статусе в империи. Со времен Платона признаком носителей власти считалось обладание эксклюзивным знанием. В системе метрополия — колония представители имперской власти, как правило, обладают более высокоразвитыми знаниями и умениями, чем аборигены. Чем выше статус носителя власти, тем более высоким и уникальным считается его знание. Наконец, при А. вождь, монарх, диктатор, фюрер считается носителем высшей мудрости, высшего знания, причастным в высшим тайнам.

С последним обстоятельством связаны еще некоторые атрибутивные стороны А. Автократор имеет особые отношения с прошлым, с историей (от династических генеалогий монархических А. до сознательного переписывания истории диктаторами ХХ в.). Редкая А. не стоит на пролитой вождем / диктатором / фюрером крови. Этот акт насилия, кровопролития во многом способствует перерастанию власти в А. и часто служит для ее легитимации. Наконец, для психологического восприятия автократора типично приписывание ему сверхестественных и даже девиантных поведенческих черт. Как правило, эта мифология далека от реальности, но ее наличие характерно для историй А. разных эпох и народов.



При отмирании монархии и ее замене республиканскими формами правления всегда существует риск образования диктатуры, что и доказал ХХ век с его тоталитарными режимами, феноменами нацистского «фюрера» в фашистской Германии и большевистского «Вождя народов» в СССР. Психологические корни авторитарных режимов изучались после Второй мировой войны представителями т.н. франфуртской школы (Т. Адорно и др.). Под А. ее сторонники понимали наличие политического монополизма, существование в стране единственной или господствующей партии, отсутствие оппозиции, ограничение или же подавление политических свобод в обществе. А. соответствует особый тип личности: склонный к консерватизму, уважающий силу, имеющий тягу к выстраиванию социальной иерархии. Это личность с косным, стереотипным мышлением, стадным чувством, преисполненная враждебности и агрессивности, ксенофобии, тревожности и недоверия к окружающему миру. Это личность, преисполненная различных немотивированных фобий и фрустраций, остро нуждающаяся в компенсаторных механизмах (враге, который бы оправдал неудачи недостатки, и вожде, который бы помог и направил на путь истинный).

Литература: Clive Th. The rise of the authoritarian state in peripheral societies. New York; London, 1984; Authoritarian regimes in transition: Afghanistan, Argentina, Brazil, El Salvador, Ethiopia, Haiti, Iran, Nicaragua, Philippines, Portugal, Spain / Ed. by Binnendijk H. et al. Washington, 1987; Decalo S. Psychoses of power: Africa personal dictatorships. Boulder; London, 1989; Mansilla H. La herencia ibero-catolica y la persistencia del autoritarismo en America Latina // Sistema. Madrid, 1989. Nr. 89. P. 65-99; Авторитаризм и демократия в "третьем мире": (Сб. ст.). М., 1991; Henderson L. Authoritarianism and the rule of law // Indiana law journal. Bloomington, 1991. Vol. 66. No. 2. P. 379-456; Федоров В. А. Эволюция авторитарных режимов на Востоке. М., 1992; Адорно Т., Сэнфорд Р., Френкель-Брюпсвик Э., Левипсон Д. Исследование авторитарной личности. М., 2001; Totalitarian and authoritarian regimes in Europe : legacies and lessons from the twentieth century / Ed. by Jerzy W. Borejsza a. Klaus Ziemer. New York, 2006
Филюшкин А. И.


©dereksiz.org 2016
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет