Николай Николаевич Непомнящий Гарем до и после Хюррем


Правление женщин. Плюсы и минусы



бет5/20
Дата24.04.2016
өлшемі9.29 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   20

Правление женщин. Плюсы и минусы

Со смертью Сулеймана кончилось действие «силы, беспощадной как судьба», которая поставила османскую семью на службу империи. Селим II сразу привез в сераль вместе со своим имуществом сто пятьдесят женщин разного пошиба. Медленно, но неуклонно османские султаны стали платить высокую цену за потомство от рабынь. Женщины, освободившись от жесткого контроля, сначала незаметно, затем все более открыто и неистово стали добиваться привилегий, богатства и, наконец, власти.

Принято считать, что начала эту борьбу Хюррем, создавшая прецедент женского теневого правления. Обустройство Роксоланы в хорошо охраняемом серале оказалось небезопасным. Но в многолюдных коридорах и помещениях сераля женщинам было нетрудно секретничать с заседателями дивана. Женщины проживали и спали вблизи своих черных охранников, которые располагались напротив белых стражников у входа в сераль. Сокровищница находилась рядом с внутренней Тронной комнатой.

Хюррем-султан, она же Роксолана


Более значимым, чем это удобное соседство, был тот фатальный факт, что устное слово турецкого султана обладало деспотической силой, а повелитель не был застрахован от влияния женщин. Сам Сулейман не был свободен от влияния одной женщины, хотя и не позволял ей руководить собой. Селим, поддававшийся настроениям, тем не менее придавал большое значение исполнению Соколлу обязанностей визиря, поскольку тот игнорировал интриги гарема. Однако, когда запои Селима участились, власть в гареме приобрела его первая кадын Hypбану, она же венецианка Сесилия. Будучи матерью Мурада, она вытребовала для себя титул валиде, то есть матери султана, после смерти Селима. Таким образом, впервые мать султана стала содержать свой собственный двор в серале. Hypбану не намеревалась расставаться со своей властью в пользу первой кадын своего сына. Ее внутренняя Тронная комната должна была оставаться таковой. (О Нурбану мы еще расскажем дальше.)

Затем, после убийства престарелого Соколлу, был устранен последний барьер наследованию женщинами власти. Последовавший за этим век был назван турками Кадынлар султанати («правление фавориток»). Мурад приблизил к себе прекрасную венецианку, женщину из дворянской семьи Баффо, известную в гареме под именем Сафия (Сафийе), Светлая. Светловолосая или рыжеволосая пленница турецкого капитана (а может быть, секретный агент, внедренный в гарем дальновидными венецианцами?), Сафия отстаивала интересы Венеции в престолонаследии в пользу своего сына, как это раньше делала Роксолана-Хюррем.

Поскольку Мурад увлекался женщинами, Hypбану, его мать, подыскивала ему любовниц, способных отвлечь султана от опасной Сафии. Мурад с готовностью отдавался развлечениям, ведь и его отец замыкался в гареме, а государственными делами управлял диван… Это, к слову сказать, благоприятно отразилось на делах. Престиж Османской империи в Европе возрос после того, как Венеция нашла на международной арене общий язык с Францией. Однако с поставками в гарем многочисленных женщин с рынков рабынь усилилась власть смотрительниц за женщинами, и Сафия, возможно, руководимая венецианцами, определенно влияла на действия турецких армии и флота. Торговка бриллиантами, еврейка по имени Чиарецца, служила посредницей для ее связи с венецианским дипломатическим комплексом, магнифика комунита.

С возвышением Сафии были умерщвлены девятнадцать сыновей Мурада от других женщин! Беспрецедентный по кровавому ужасу рекорд! Сделавшись матерью наследника султана, она приобрела колоссальные возможности влиять и на операции турецкого флота.


Мурад III


Когда заступил на трон ее сын Мурад III, Сафия встретила растущее сопротивление. Венецианская мать султана в гареме была, возможно, замкнутой и недоступной, но вне его ее считали смертоносной фурией. Из-за решетки смотрового окна она следила за дебатами в диване, не имея возможности находиться там собственной персоной.

В период максимального обострения борьбы между ней и визиратом Сафия стала поставлять своему сыну женщин, чтобы он меньше отвлекался на государственные дела. Однако восстание на северной границе империи позволило военачальникам вырвать Мурада из сераля и поставить его во главе армии, совершавшей поход в Венгрию, как это часто было при Сулеймане, начиная с его первого похода в тридцатилетнем возрасте.

Когда в отсутствие султана поставки женщин в гарем не прекратились, Сафия была устранена единственно возможным способом. Ее задушил в постели слуга-евнух другой женщины. Это было одно из многих в череде убийств в гареме.

Все беды обычно начинались внутри перенаселенного сераля, выходя наружу. Как только сын султана начинал претендовать на власть, он становился объектом интриг женщин, едва достигших половой зрелости. Последствия заключения в гареме сразу же сказывались на заступившем на трон наследнике, который держался гарема и попадал под влияние валиде и их окружения.

Такое положение дел способствовало, в свою очередь, усилению власти аги янычар (который, подобно главе преторианской гвардии, формировал охрану дворца). Отдельные женщины редко могли быть уверенными в своем превосходстве без поддержки смотрителей за женщинами гарема и самого аги. К этому треугольнику неожиданно добавлялся четвертый фактор в лице выпускников дворцовой школы, расположенной на противоположной стороне третьего дворика сераля.

Поэтому, вопреки сплетням, выходившим из дверей гарема (одни из них были известны как «Двери шалей», а другие как «Двери похорон женщин»), вопреки и без того фантастическим историям, приукрашенным в закоулках района Галата иноземцами, искавшими наиболее сочные сюжеты из жизни «Гран Серальо», вмешательство кадын в государственные дела империи могло быть исключительно эпизодическим.

Как правило, это случалось, когда женщина старшего возраста цеплялась за власть над молодыми обитательницами гарема.

Жизнеспособность османского режима подрывало воспитание в гаремной среде. Внук Мехмеда III был, несомненно, слабоумным. Другой внук, Осман, был убит янычарами.

Затем первая кадын гарема по имени Кесем попыталась приобрести такую же власть, какой обладала Сафия. Однако ее сын Мурад IV отверг влияние гарема и увлекся военным делом. От пьянства и болезней молодой султан был очень робок. Говорят, Мурад умер в припадке страха перед затмением солнца.

Возможно, слабоумием страдали и Мурад, и его брат Ибрагим. В любом случае их неспособность противостоять интригам матери приводила к конфронтации между различными силами в серале, не уступающей по трагичности шекспировскому «Гамлету»…

Молодой Мурад, умиравший в своих спальных покоях, искал удовлетворения в том, чтобы ненавистный ему Ибрагим умер раньше его. Оба брата были последними потомками мужского пола правящей османской семьи. Мурад назначил одного из фаворитов, главу оруженосцев, своим наследником. Он велел казнить Ибрагима, который был заключен в одно из помещений рядом с покоями султана. (Это была предтеча знаменитой «клетки», в которой часто содержались братья наследника султана и их дети в целях изоляции от окружающего мира.) Если бы повеление Мурада о казни было исполнено, то это оборвало бы династию Османов, уничтожило бы айин (обычай) и сделало бы неопределенной судьбу империи.

В условиях кризиса правления ближайшее окружение Мурада испугалось выполнить его повеление, тем более что его исполнителям грозила карами Кюсам. Они сообщили умирающему султану, что Ибрагим якобы задушен.

Говорят, после смерти Мурада Ибрагим был так напуган, что забаррикадировался в своей камере, когда к нему прислали людей, чтобы выпустить его на волю. Даже когда Ибрагима опоясали мечом Османа, назвав султаном, животный страх его не покинул. Он боялся матери, дворцовых заговоров, и эта боязнь провоцировала безумные поступки. Еще больше, чем Иван Грозный, умерший два поколения назад, Ибрагим был подвержен фантастическим видениям, терроризируя окружающих. Его короткое восьмилетнее правление было отмечено пагубным превосходством гарема над государственной властью.

Ибрагим I


Ибрагим казнил своего способного визиря Кара-Мустафу, преемник которого, естественно, позволял султану предаваться любым фантазиям и извращениям. Так же поступала в своих корыстных интересах Кюсам. Слабоумный молодой человек, проведший в ожидании палача с тетивой от лука несколько лет в заключении, взял реванш в духе печально известного римского императора Калигулы. Он «отыгрался» на обитателях гарема.

У него были странные причуды — душиться сверх меры, наряжаться в меха, особенно в соболиные шубы; из казны империи деньги так и текли на серую амбру и наряды. Он украшал комнату зеркалами, требовал доставлять к нему девушек, не искушенных в гаремных хитростях, награждал каждого из своих приближенных, кто выдумывал новый способ стимулирования половой энергии. Говорят, однажды заставил всех женщин в своей комнате раздеться догола и скакать вокруг него на руках и коленях, как табун кобыл, в то время как сам он изображал из себя жеребца.

От страсти к духа́м Ибрагим перешел к обожанию бриллиантов. Его страсть к раритетам опустошила сокровищницу. Женщины, вынужденные уступать его сексуальным вожделениям, вознаграждали себя тем, что для них приобретались на рынке драгоценности и роскошные наряды. Ибрагим дал указание торговцам держать свои лавки открытыми днем и ночью.

В блеске изумрудов в бороде Ибрагима усматривали дьявольский знак. В течение ряда лет из Дверей похорон постоянно вывозились трупы.

Однажды ныряльщик, прыгнувший в глубь небольшого пруда в парке у сераля, вынырнул оттуда с криком ужаса. На дне он увидел ряды стоящих мертвых женщин. Закутанные в саваны, они покачивались от течения. (Обитательниц гарема удаляли тайком. Их зашивали в мешки, к ногам привязывали камни. Потом ночью выбрасывали в водоем из шлюпок. Камни притягивали жертвы ко дну, и тела торчали вертикально).

Гарем, обслуживавший безумные фантазии Ибрагима, фактически управлял империей. Сопротивление оппозиции росло. Наконец представители всех родов войск потребовали от матери султана Кюсам низложить Ибрагима и поместить его в «клетку», а на трон возвести сына султана Мехмета.

Когда Ибрагим воспротивился этому, во дворец ворвались сипахи и по указанию муфтия убили его. Османский султан Ибрагим был задушен по приказу верховного шариатского судьи.

Престарелая Кесем, однако, не уступила своей власти новой матери султана Тюрхан-султан. Она все еще располагала козырной картой — поддержкой аги янычар. Ей казалось возможным, что в случае захвата янычарами власти молодой Мехмед будет отстранен, а на трон взойдет его младший брат.

Между тем формировались новые силы, выступавшие против Мехмета и послушного ему дивана. Наряду с борьбой враждебных партий при дворе возникло общественное движение за установление законности и порядка, а также — за прекращение произвола самой султанской власти.

Кесем пустила в ход козыри и проиграла. Ее сообщниками в заговоре были глава оруженосцев, большинство черных евнухов и янычары со своим агой.

Борьба за контроль над сералем началась с того, что Кюсам уговорила главу садовников открыть ночью ворота внутренних двориков вооруженным янычарам. Предполагалось, что они захватят спящего визиря и увезут его с собой в качестве заложника. Захват сераля казался неизбежным, но визирь перехитрил янычар. Он сказал, что намерен созвать заседателей дивана и удовлетворить требования янычар. Уйдя от них, он скрылся в третьем дворике, закрыв ворота на запор.

Пока дворик оборонялся лишь подростками и слугами, были приняты меры к розыску Кесем. Она спряталась в своей комнате. Старуху вытащили из сундука для хранения одежды. С нее сорвали драгоценные украшения и роскошное платье. Затем задушили, а тело выбросили за ворота.

Турхан-султан оказалась достаточно мудрой, чтобы предпочесть безопасность власти. Она уступила общественным требованиям. Визирем стал один из блестящих представителей семьи Купрулу. Таким образом, через сто лет после того, как Хюррем-султан плела интриги против сестер Сулеймана и первого претендента на престол, его сына от Махидевран — Мустафы, — закончилось правление женщин при султанах.

Наш рассказ о нравах гарема, а точнее, об их упадке во многом опирается на рассказы иностранцев, проживавших в то время в Турции, а те, в свою очередь, черпали сведения от разносчиков бесчисленных сплетен о внутренней жизни сераля. Конечно, большей частью эти события достоверны, но, естественно, они должны быть проверены в архивах и по другим источникам истории Турции. Свидетельства иностранцев так долго пересказывались, что многие легенды становились фактами, а факты, наоборот, — байками. Знакомясь с эпохой Сулеймана, мы будем то отдаляться по необходимости, то снова возвращаться к ней. Однако сразу стоит отречься от многих западных баек, к примеру, о том, что главный визирь Ибрагим был евнухом; что женщины из султанской семьи выдавались замуж только за евнухов, чтобы не могли иметь детей; что Михримах и обитательницы гарема требовали захвата Мальты только потому, что галеры рыцарей перехватили торговые суда с грузами одежды и драгоценностей для этих женщин; что Селим приказал захватить Кипр лишь потому, что с этого острова привозили его любимые вина…




Каталог: book -> other
other -> Валентин Митрофанович Сидоров Ванга. Россия. 2010, 2012, 2019, 2039, 2009
other -> Джуан Стивен Странности нашего тела. Занимательная анатомия
other -> Артур Эдвард Уэйт Каббала Анализ содержания
other -> Книга веков история мира в синхронистической таблице челябинск, 2005 г. Большаков В. Л
other -> Леонид Жуховицкий Последняя женщина сеньора Хуана
other -> Книга знания: Ключи Еноха Учение, Данное На Семи Уровнях Должно Быть Прочитано и Визуализировано


Достарыңызбен бөлісу:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   20




©dereksiz.org 2020
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет