Тезисы доклада «Дагестан: социальная политика и уровень жизни сельского населения»



Дата24.07.2016
өлшемі120.85 Kb.
түріТезисы
Региональная конференция 16 мая 2003 г., г. Кисловодск

«Социальная политика реалии XXI века: региональный аспект»

ТЕЗИСЫ ДОКЛАДА

«Дагестан: социальная политика и уровень жизни сельского населения»
Мудуев Шахмардан Ситтикович,

к.г.н., начальник управления

Производственного комплекса Министерства экономики Республики Дагестан

Дибирова Бава Килабировна

специалист Министерства по делам молодежи и туризма Республики Дагестан

г. Махачкала


В последнее время у российских исследователей возрос интерес к тем характеристикам общества, в которых находит отражение состояние не столько "здоровья", сколько "болезни" социальных систем. Так, наряду с исследованиями по выявлению уровня жизни и доходов населения, начали активно осваиваться количественные методы расчетов уровня бедности людей. В такой тенденции просматривается стра­тегическая линия совершенствования методологии российской обществоведческой науки на современном этапе, определяемая переходом от целевых к проблемным исследованиям, от выявления и установления норм благосостояния людей к показа­телям их неблагополучия.

Феномен бедности в самое последнее время начал привлекать к себе внимание и дагестанских обществоведов. И это не случайно: Дагестан - это один из тех резо­нов России, где исследования по выявлению уровня бедности в разрезе как отдель­ных социальных, так и территориальных групп населения представляют исключи­тельную научную и практическую значимость. Причем уже при первом приближении к этой проблеме на примере Страны гор довольно ярко высвечиваются диспропор­ции в уровне бедности жителей гор и равнинной зоны этой республики.

Традиционно бедность рассчитывается с учетом уровня доходов: бедным счита­ется любой индивид, средний годовой, месячный или суточный доход которого ниже определенного порога [1]. Бедность означает также лишение человека возможно­стей и условий приличного существования не только с точки зрения уровня жизни, но и таких аспектов, как творческая деятельность, свобода и достоинство. С учетом этого в 1997 г. специалистами ПРООН был предложен новый показатель уровня жизни населения - индекс человеческой бедности (ИЧБ), при расчете которого учи­тываются три основополагающих фактора, определяющих возможность для каждого индивида иметь достойную жизнь: продолжительность жизни (этот фактор оценивается долей населения, предстоящая продолжительность жизни которого составляет менее 40 лет); доступ к знаниям оценивается показателем доли неграмотных в численности взрослого населения; материальные условия существования оцениваются с помощью следующих трех показателей: доля населения, не имеющего доступа к медицинскому обслуживанию: доля населения, не имеющего доступа к питьевой воде: доля детей моложе пяти лет, страдающих от недоедания.

Следует отметить, что расчеты уровня бедности населения уже осуществлялись во многих странах и регионах развивающегося мира. Однако в аспекте регионального развития России и тем более в разрезе внутрирегиональной структуры Дагестана такие исследования пока еще не проводились.

Данную статью мы представляем как первое приближение к количественным исследованиям уровня бедности дагестанцев. Основной акцент в ней делается на анализ территориальной дифференциации уровня жизни сельского населения рес­публики в разрезе основных ее природно-климатических зон - равнинной и горной.

Сельское население Дагестана, в отличие от аналогичных социально-террито­риальных групп в большинстве других регионов страны, является особенно пестрым объектом изучения. При этом речь идет не столько о его этнокультурной мозаике, сколько о выраженных географических порогах развития, определяющихся барьер­ной ролью горного рельефа. В таких исследованиях необходима следующая ого­ворка: к вопросу об уровне жизни горцев и жителей равнины нельзя подходить одно­значно. В горной местности бедность, как правило, имеет застойную, хроническую форму. Если в равнинной зоне источником бедности (без учета исторического про­шлого) являются, прежде всего, личные качества индивидов, техногенные и стихий­ные бедствия, военные конфликты и т.п., то в горной - ко всем ограничителям соци­ально-экономического развития, характерным для равнин, добавляются тяжелый ручной труд, пересеченность рельефа, а также недоступность и мозаичное разме­щение ресурсов. В горах выше затраты труда на производство единицы готовой продукции и себестоимость строительства и эксплуатации коммуникаций, значи­тельно менее развита производственная и транспортная инфраструктура, медлен­нее процесс накопления капитала [2].

Тенденция увеличения дисбаланса в уровне жизни населения гор и равнин яв­ляется исторически объективной. Она стала утверждаться в эпоху капитализма, ко­гда в горах практически повсеместно сократился торговый обмен, а горное хозяйство в значительной мере потеряло товарный характер. Поэтому необходимы не только глубокие научные изыскания способов преодоления существующего отставания в развитии хозяйства горных регионов, но и практические меры территориально-организационного характера, в том числе связанные с кардинальными изменениями существующих региональных схем развития и размещения производительных сил в таких регионах [4].

Освоение горных районов в преимущественно равнинных странах осуществля­ется главным образом "равнинными" способами без учета мелкоконтурности, терри­ториальной расчлененности и другой специфики горных этнохозяйственных систем. Из-за своей естественной недоступности такие системы, как правило, оказываются изолированными и по отношению ко многим отраслевым программам поддержи­вающего развития. В этой связи можно вспомнить Транспортную и Продовольственную программы, которые в 80-х годах активно реализовывались в сельской местности Средней полосы России и практически обошли стороной горную зону Даге­стана.

О наличии экономических перекосов в политике социально-экономического раз­вития горных окраин страны можно судить, в частности, по показателю среднемесячной заработной платы населения Дагестана (1239 руб. на конец 2001 г.), уровень которого самый низкий среди всех субъектов Российской Федерации [З]. Даже по Меркам относительно небогатой России наша республика является нищей. Средне­месячная заработная плата дагестанских работников в сравнении со среднестатистическим показателям по России в целом ниже в три раза, по Северо-Кавказскому Району - в два раза и по самым богатым субъектам Российской Федерации - в одиннадцать раз. Обращает на себя внимание тот факт, что 10 наиболее бедных регионов России – это ее национальные автономии и причем только две из них (Чувашия и Мордовия) расположены в центральной части страны, остальные – на окраинах страны.

В динамике показателей уровня жизни населения Республики Дагестан во второй половине 90-х гг. (1996-2000 гг.) прослеживалась некоторая тенденция к улучшению ситуации: проявил себя процесс социально-экономической реабилитации общества после тяжелейшего финансового кризиса в 1998 г.



Таблица 1

Динамика основных показателей, характеризующих уровень жизни

населения Дагестана (вторая половина 1990-х гг.)

Показатели

Ед. измер.

1996

1998

2000

Среднемесячная начисленная заработная плата на одного работника (в 1996 г. - в тыс. руб.)

руб.

304

387

872

Среднемесячная начисленная заработная плата в ценах соответствующего года

долл. США

59

40

31

Денежный доход в среднем на душу в месяц (в 1996 г. - в тыс. руб.)

руб.

257

353

911

Реально располагаемые денежные доходы к пре­дыдущему году

%

92

83

134

Средний размер назначенных пенсий

(в 1996 г. - в тыс. руб.)



руб.

104

86

126

Прожиточный минимум в среднем на душу в месяц (в 1996 г. - в тыс. руб.)

руб.

264

341

667

Отношение численности населения с доходами ниже прожиточного минимума к общей численности населения

%

65

61

44

Составлено по данным Госкомстата РД.

Из приведенных в табл.1 данных видно, что если в 1996 г. количество людей с денежными доходами ниже прожиточного минимума в общей численности населения составило 1321 тыс. чел. (65%) и в 1998 г. - 1269 тыс. чел. (61%), то в 2000 г. - 936 тыс. чел. (44%). Эту тенденцию следует связывать с благоприятным ходом социально-экономического развития республики. Между тем, явное падение уровня заработной платы в долларовом эквиваленте (с$59 до $31, т.е. почти в 2 раза) можно рассматривать как показатель общего снижения уровня государственной поддержки населения Дагестана.

Для Дагестана характерна довольно внушительная асимметрия в соотношении групп населения по уровню их доходов. Подобный дисбаланс имеет и территориальную проекцию, поскольку подавляющая часть бедного населения проживает именно в его сельской горной зоне. Правда, в последние годы, согласно статистическим сведениям, наметилось улучшение ситуации: если в 1992 г. соотношение доходов 10% наиболее богатых и 10% наиболее бедных слоев составляло 11,8 раз, в 1996 г. - 7,2 раза, то в 2000 г. - уже 6,4 раза (табл.2). Однако и существующая кратность разрыва имеет угрожающую величину.
Таблица 2

Распределение общего объема денежных доходов населения Дагестана



Показатели

1992

1996

1998

2000

Денежные доходы, %

100

100

100

100

В тон числе по 20%-м группам населения,

в % к итогу:



первая (с наименьшими доходами)

вторая (с малыми доходами)

третья (со средними доходами)

четвертая (с большими доходами)

пятая (с наибольшими доходами)

6,2


10,2

14,8


21,9

46,9


8,1


13,0

17,3


23,2

38,4


6,6


11,5

16,2


23,0

42,7


9,8


13,8

17,8


23,1

36,3


Коэффициент концентрации доходов (индекс Джини)

0,380

0,302

0,361

0,273

Соотношение 10% наиболее и наименее обеспеченного населения, количество раз

11,8

7,2

10,8

6,4

По данным Госкомстата РД.
Для оценки социально-экономического потенциала сельских территорий и эф­фективности хозяйственной деятельности республики населения к.э.н. Агаевой Г.Г. предложена оригинальная методика расчета интегрального показателя уровня жиз­ни [5]. Среди множества частных индексов в качестве наиболее весомых ею были приняты три: 1) среднедушевой уровень розничного товарооборота, 2) вводу жилья за счет собственных средств населения и 3) количеству личных автомобилей на ду­шу населения. Районам с низкими значениями индекса уровня жизни (0-0,15), как правило, присущ высокий уровень безработицы и слабая налоговая база. Среди районов с относительно высоким уровнем жизни населения выделяются Карабудахкентский, Дербентский и Магарамкентский районы, географической особенностью которых является их расположение одновременно в предгорной и южной части рав­нинной зоны (рис.1).

В Предгорной зоне выделяются два района с относительно высокими показате­лями уровня жизни (Казбековский и Кайтагский), два района - Табасаранский и Сулейман-Стальский - со средним и четыре - Новолакский, Буйнакский, Сергокалинский и Хивский - с низким.

В Горной зоне выделяются Хунзахский, Унцукульский, Левашинский и Акушинский районы с повышенными показателями интегрального индекса. Это территории, где выражено относительное благополучие жизни селян. Примечательно их распо­ложение - в центральной горной части республики. На карте четко видно, что основ­ной зоной нищеты выступают высокогорья Дагестане. Среднегорная полоса в ос­новном представлена районами со средними показателями уровня жизни селян (Рис.1). Это 6 районов - Ботлихский, Дахадаевский, Лакский, Кулинский, Агульский и Курахский, характеризующихся средними значениями показателя. Из высокогорной полосы можно отметить лишь Чародинский и Докузпаринский районы со средними показателями уровня жизни. 10-ти районам Горной зоны - Гумбетовский, Гунибский, Гергебильский, Ахвахский, Цумадинский, Шамильский, Цунтинский, Тляратинский, Рутульский, Ахтынский - присущи низкие показатели.

Сравнивая уровень жизни в зональном разрезе, можно сделать вывод, что в от­носительно благоприятном положении находятся районы южной части равнинной зоны Дагестана (Приморская низменность). Транспортная барьерность рельефа и мелкоконтурность сельскохозяйственных угодий горной зоны Дагестана отрицатель­но сказываются на их экономическом развитии. В результате районы этой зоны за­метно отстают от равнинных по качеству и уровню жизни людей.

В предгорной зоне на одного жителя в среднем приходится примерно 0,3 пашни (Хивский район - 0,24 га), тогда как в горной зоне и того меньше - около 0,23 га. Примером тому могут служить горные Курахский и Рутульский районы, где на одного жителя приходится соответственно только 0,23 га и 0,24 га пашни. В целом на рав­нине пашня занимает почти ¾ ее территории, в предгорьях - около 1/6 и в горах - 1/10. Особенностью пахотных земель в горной и предгорной зонах является распо­ложение их на склонах, имеющих значительную крутизну. Пашня в горах располо­жена в основном отдельными участками (от 0,1 га) на террасированных склонах, крутизна большей части которых превышает 15 градусов. Это обстоятельство в свою очередь негативно сказывается на развитии сельского хозяйства, являющегося ос­новным видом деятельности сельских жителей. Отрицательное влияние на уровень жизни сельского населения оказывает и отдаленность районов от райцентров, а также качество большинства горных дорог.

В сельской местности Дагестана растет число безработных. Всего на долю сель­ского населения приходится 84% безработных от общего числа безработных по рес­публике. Особенно неблагополучна ситуация в горных районах. Если на равнине уровень зарегистрированной безработицы составляет в среднем 4-6% (Дербентский район - 1,0%, Магарамкентский район - 4,0%, Карабудахкентский район - 2,8%), а в предгорье - 18-21% (самым высоким показателем уровня безработицы здесь харак­теризуется Хивский район - 20,8%), то в горной зоне - 22-26% (Гумбетовский район -23,1%, Рутульский район-24,1%, Гунибский район - 26,0%).

Обобщая сказанное, отметим, что выявление интегрального показателя уровня жизни сельского населения в разрезе административно-территориальных единиц Республики Дагестан в данном исследовании основывается на поисковом методоло­гическом подходе, связанном с применением нестандартных приемов расчета дан­ного показателя. При этом в качестве главных принимаются количественные показа­тели, указывающие, прежде всего на повышенную самооценку людьми собственного уровня жизни, что может выражаться в добротном по качеству частном домостроении, приобретении автомобилей и др. параметрах, фиксируемых органами государ­ственной статистики. Такие показатели говорят о том, что сельские жители с относи­тельно высоким уровнем экономической самооценки характеризуется и повышенной предпринимательской активностью, что не может не отражаться в более высоких по­казателях уровня жизни людей.

На базе поискового метода можно определить и уровень бедности людей. Но для этого необходим выбор статистических показателей уже иного рода, а именно - раскрывающие заниженную степень экономической самооценки населения.

Для расчета уровня бедности по нормативным, то есть общепринятым методикам возникает необходимость в кардинальном совершенствовании деятельности республиканской службы государственной статистики. В первую очередь, требуется прорыв в плане расчетов, позволяющих определить валовой региональный продукт в масштабе отдельных административно-территориальных единиц Дагестана. Совершенно недопустима ситуация, когда под предлогом каких бы то ни было политических соображений, то есть в духе давно ушедшей эпохи тоталитаризма, открыто блокируются подобные исследовательские инициативы. В данном случае, очевидно, что без адекватных статистических сведений о реальной экономике административно-территориальных образований республики невозможно рассчитать и интегральный показатель уровня бедности проживающего в них населения с применением нормативных методологиче­ских приемов.
Литература

1. Зубченко Л.А. О показателях бедности // Вопросы статистики, - 2000. - №3. - С.24-26. 2. Каганский В.Л. Социально-экономические функции высотных зон (на примере Северного Кавказа) // Проблемы горного хозяйства и расселения. - М., 1988. - С.26-36. 3. Магомаев М.М. Пути повышения уровня жизни населения в условиях перехода к рыночным отношениям // Региональные аспекты социальной политики. Вып.1. - Махачкала, 1999. - С.10-13. 4. Мудуев Ш.С., Эльдаров Э.М. Северный Кавказ и Дагестан: социально-географические проблемы горных регионов. - Махачкала, 2002. - 132 с. 5. Рущенко В.К. Агаева ГГ., Мудуев Ш.С., Эльдаров Э.М. Земля в агроресурсном потенциале Дагестана. - Махачкала, 2000. -164 с.










Достарыңызбен бөлісу:




©dereksiz.org 2020
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет