О чем, почему, как и для кого написана эта книга



бет12/42
Дата25.06.2016
өлшемі2.6 Mb.
түріРеферат
1   ...   8   9   10   11   12   13   14   15   ...   42

ют, что данные о несоответствии получены преимущественно в усло-

виях реальной жизни, а данные о соответствии - в условиях лабора-

торного эксперимента. Иными словами, соответствие вербального по-

ведения невербальному ставится в зависимость от ситуации^ . В то же

время существуют данные о том, что один и тот же индивид в ситуа-

ции, требующей одного поведения, все-таки ведет себя так, как это-

го требует <иная организованная общность> [Lohman J., Reitzes D.,

1954], т. е. в одной ситуации индивид ведет себя в соответствии с ус-

тановкой, усвоенной в другой ситуации, не уступая актуальному <си-

туационному давлению>. И это скорее правило, чем исключение,

иначе в поведении человека не было бы определенной, хотя и не все-

гда устойчивой последовательности.


Искусственная изоляция социальной установки для, казалось бы,

наиболее глубокого ее изучения привела по существу к тому, что в

условиях лабораторного эксперимента, да и во многих полевых иссле-

дованиях, она изучалась только как общепринятое социально одобря-

емое мнение, в то время как поведение в реальной жизни - это слож-

ный комплекс, результат влияния огромного количества факторов:

предположений индивида о возможных последствиях данного поведе-

ния, оценки этих последствий, мнений индивида о том, почему он

чувствует, что должен поступать так или иначе, его мнений о том,

какое поведение считается должным в его обществе, уровня аффектив-

ной коннотации, мотивации действия в соответствии с нормативны-

ми убеждениями и т. д.


Таким образом, изучение установки в соответствии с канонами

позитивизма привело к тому, что в конце технологической <цепочки>

исследования получился весьма своеобразный продукт: абстрактная

позиция абстрактного индивида, декларирующего свое согласие с

господствующими ценностями.
112 Опыт С111Л: парадигма объясн^чия
Ограниченность и даже наивность такого результата в последнее вре-

мя стали настолько очевидными, что речь уже идет не о том, придержи-

ваться прежней логики исследования или нет, а о том, как ее изменить.

В частности, предлагается отказаться от деления установки на компонен-

ты [Eriich, 1975, р. 135], конкретизировать исследования^ (например,

определять отношение не к неграм вообще, а к негру, представителю

конкретной социальной группы) [Eriich, 1975, р. 134], признать, что

мнение не обязательно связано с установкой, наконец, изменить технику

измерения, дополнив шкальный анализ наблюдением и тому подобны-

ми объективными методами, так как индивид якобы не способен точно

выразить свою установку вербально [De Fleur, Westie, 1975, p. 40].
Вряд ли, однако, можно ожидать, что подобные усовершенствова-

ния смогут послужить началом <восстановления> человека - основно-

го объекта, для изучения которого и было введено понятие социальной

установки. Это возможно лишь в том случае, если анализировать

индивидуальное поведение в социальном контексте, т. е. как де-

терминированное социальными закономерностями более высокого по-

рядка, а саму установку анализировать как социальный продукт, име-

ющий определенные функции.


Поскольку позитивистская логика исследования в социальной

психологии обусловлена претензией позитивизма на получение праг-

матически эффективного знания и потому, собственно, и поддержи-

вается правящим классом, есть смысл обратиться к тому, какие зако-

ны и какие неочевидные для обычного практического разума данные

были получены.


Характеризуя итоги Иельских исследований, один из крупнейших

специалистов по проблемам эффективности массовой коммуникации

У. Шрамм сказал, что они поставили <старые правила риторики на

научные рельсы> [The Science of Human Communication. Schramm

(ed.), 1966, p. 266]. Ту же мысль более определенно выразил У. Мак-

гайр: <Подход теории научения (в исследованиях изменения установ-

ки. - П. Ш.) редко опрокидывает наши обыденные представления>,

этот подход, на наш взгляд, все больше и больше приобретает статус



<плодотворной ошибки> [McGuire W., 1968, р. 266-267]. В самом

деле, в подавляющем большинстве случаев были получены весьма

скудные (с точки зрения их новизны) данные. В основном это данные,

например, о том, что женщины и дети (вообще женщины, вообще

дети) легче поддаются убеждениям, но их мнения менее устойчивы,

люди пожилого возраста более консервативны; прежде чем изменить

установку, надо ее <расшатать>, т. е. заставить человека сомневать-

ся в ее адекватности; внешность и авторитет коммуникатора суще-

ственно влияют на эффективность коммуникации; коммуникатор не
Американский вклад в развитие социальной психологии ... 113
должен противопоставлять себя аудитории и т. д. [Hovland, 1957,

1959]. Таким образом, и практическая эффективность научных

исследований оказалась гораздо ниже ожидаемой.
Весь парадокс заключен здесь в том, что чем сильнее исследователь

стремится к максимальной <научности> (т. е. уровню объективности,

достигнутому точными науками: физикой, математикой и т.п.), тем

больше он <очищает> объект своего исследования - человека - от



<помехообразующих> переменных, приравнивая его к неоду-

шевленному механизму, и тем меньше, естественно, он может проник-

нуть в суть того, что недоступно для внешнего наблюдения, и тем

более тощими становятся выводы.


Этот подход стимулируется, помимо принципов позитивизма, идео-

логическим заказом. В частности, на исследования процесса изменения

социальной установки сильный отпечаток наложило представление о

человеке как пассивной пешке. Специфическая логика исследования, в

результате которой человек был сведен до уровня объекта, была допол-

нена устремлением что-то с ним делать, и в итоге человек приобрел об-

лик доступного для манипуляции объекта. Его собственная внутренняя

активность была сведена в получившейся модели до минимума.


Влияние специфической идеологии сказалось и в представлении о

самой установке. Обращают на себя внимание ее трактовки как струк-

туры, стремящейся к равновесию, к непротиворечивости, в то время

как по существу для установки как динамичного состояния нормаль-

ной является, напротив, постоянная тенденция к выходу из равнове-

сия, о чем свидетельствуют и конкретные исследования [Вегупе D.,

I960]. Очевидно, в таком подходе сказалось стремление к бесконфлик-

тности и стабильности как всеобщему идеалу.


6.2. Социальный стереотип
Значительное внимание на протяжении почти всей истории американ-

ской социальной психологии уделялось генерализации и категориза-

ции - процессам, лежащим в основе формирования социального сте-

реотипа. Термин <стереотип> был введен в социальную науку в США

более 50 лет назад У. Липпманом при построении им концепции об-

щественного мнения. Сама концепция - яркое проявление прагмати-

ческого интереса к обыденному сознанию, для которого поиски истины

заканчиваются после получения <инструментального> знания,т. е. зна-

ния, обеспечивающего эффективность поведения в повседневной жизни.
Несмотря на многие недостатки концепции Липпмана^ , ему уда-

лось выявить реально существующий феномен и указать на некоторые

закономерности функционирования стереотипа в процессе мышления

и поведения.


Опыт США: -парадч/ма объяснения
Явление стереотипизации, бесспорно, существует объективно.

Оно обусловлено принципом экономии, свойственным человеческо-

му мышлению, его способностью двигаться от единичных конкрет-

ных случаев к их обобщению и обратно к этому факту, понятому уже

в рамках общего правила. Этот процесс вызван необходимостью упо-

рядочить, классифицировать, категоризировать окружающую дей-

ствительность. По всей видимости, большинство стереотипов адек-

ватно отражают объективную реальность, а их эффективность обус-

ловлена достаточно высокой степенью однообразия повседневной

жизни.
Преимущество стереотипа - его функция классификатора дей-

ствительности зачастую превращается в существенный недостаток.

Это бывает, когда стереотип не соответствует больше объективной

действительности либо когда он классифицирует явления и объекты

по вторичным несущественным признакам.


В исследованиях, изучающих стереотип как элемент когнитивного

процесса, он рассматривается с точки зрения истинности его содержа-

ния; как результат формирования представлений и умозаключений

(процесса стереотипизации); как понятие, как образ.


Представления о мере истины, содержащейся в стереотипе, проде-

лали определенную эволюцию. Липпман считал, что <стереотип не

обязательно ложен>, а иногда может быть <абсолютно правилен>

[Lippman W., 1922, р. 123]. Это мнение, кстати говоря, было подтвер-

ждено в одном из первых исследований стереотипа человека (антро-

постереотипа), выполненных Райсом [Rice, 1926].


Несмотря на это, в дальнейшем гораздо более широкое распростра-

нение получили определения стереотипа как <совокупности мифичес-

ких признаков, приписываемых группам> [Clark, 1949], как <широ-

ко распространенной ложной информации, традиционной бессмысли-

цы> [Hayakawa, 1962], некоторые авторы даже предлагали новый

термин <социотип> для обозначения готового стандартного, но в отли-

чие от стереотипа, истинного знания [Bogardus, 1950].
Однако по мере того, как рос объем знаний о стереотипе, категори-

ческое утверждение о его исключительно ложном характере сменялось

более осторожной оценкой. В настоящее время все большее признание

находит выдвинутая в 1950 г. О. Клайнбергом гипотеза о <зерне исти-

ны> в стереотипе, согласно которой общий объем истинных знаний в

стереотипе превышает объем ложных [Klineberg, 1950]. Исследования

стереотипа пошли по пути выявления факторов, влияющих на объем

<зерна истины>. Была высказана и получила частичное подтверждение

гипотеза о том, что мнение человека о членах какой-либо социальной

группы, вероятнее всего, будет точно, если эта группа играет строго
Американский вклад в развитие социальной психологии ... 115
определенную роль, <поскольку то, что предписывается категории (лю-

дей.--П.Ш.), обычно выполняется ею и от нее ожидается> [Berry,

1970, р. 29], а также гипотезы о том, что признаком истинности стерео-

типа может служить совпадение мнений членов одной группы с мнени-

ями представителей другой группы о первой [Op.Cit., р. 30], о положи-

тельной корреляции униформности (единства мнений членов данной

группы) и истинности, информированности и истинности гетеростере-

отипа^. Количество исследований, в которых стереотип изучался в

этом плане, огромно, но, к сожалению, далеко не соответствует науч-

ной и практической ценности полученных результатов.


Данные целого ряда исследований не подтверждают вывода о яко-

бы неизбежной неполноценности как самого процесса, так и его конеч-

ного результата - стереотипизированного представления. Как бы

суммируя эти данные, М. Яхода делает следующий вывод: <... Нельзя

сказать ничего определенного о степени или типе искажения, преуве-

личения или упрощения, наблюдаемых в этих убеждениях (стереоти-

пах. -П.Ш.)... Стереотип нельзя также представить как чрезмерное

упрощение свойств внешнего мира. Многие стереотипы фактически

представляют собой детализацию этих свойств> [A dictionary of the

social sciences/ Ed. by J. Gould, et al, 1964, p. 695].


Означает ли это, что стереотип не обладает свойствами, достаточ-

но специфическими для того, чтобы выделить его как особый вид

знания? А если и обладает, то какими? Интересный вариант ответа на

эти вопросы дает У. Вайнэки. Специфику стереотипа как особого клас-

са понятий он пытается выявить, анализируя процесс формирования

представлений об объекте, в котором, по его мнению, необходимо

различать представления об интенсиональных и экстенсиональных

свойствах объекта. Интенсиональные свойства, согласно Вайнэки,

суть свойства объекта, выделяемые субъектом, как имеющие для него

специфическое, личное значение, которое может отличаться от значе-

ний, придаваемых объекту другими людьми. Экстенсиональные же

свойства имеют всеобщее значение, и относительно них <между все-

ми нормальными людьми существует единое мнение>. Стереотип, по

мнению Вайнэки, это такое понятие, которое может формироваться на

основе как интенсиональных, так и экстенсиональных свойств (в от-

личие от научных понятий, которые складываются лишь на основе

экстенсиональных свойств). Рациональное зерно концепции Вайнэки,

на наш взгляд, состоит в том, что вместо вопроса об истинности сте-

реотипа он ставит в центр внимания проблему абсолютизации тех или

иных конкретных свойств объекта, возведения их в ранг сущностных,

критерием чего является их социальная значимость, т. е. согласие об

их важности, достигнутое в рамках данной социальной общности.


1 16 Oiiuiii С111Л: парадигма объяснения
Иными словами, стереотип, согласно этой концепции, отличается от

других видов знания тем, что соотносится главным образом не с со-

ответствующим объектом, а со знаниями других людей о нем. Стерео-

тип - знание стандартное, в чем, видимо, его главная отличительная

особенность. При этом неважно, истинно данное знание или ложно,

поскольку главное в стереотипе - не сама истинность, а убежденность

в ней, причем отличительной особенностью убежденности, сопутству-

ющей стереотипу, является ее устойчивость, прочность. На наш

взгляд, оценка того или иного вида знания с точки зрения его фикси-

рованности, прочности весьма плодотворна, ибо влечет за собой поста-

новку весьма важной новой проблемы: каким образом знание <затвер-

девает>, превращается в догму и почему функционирует, даже когда

доказана его гносеологическая несостоятельность.
В настоящее время эта проблема только поставлена и ждет свое-

го решения. Вся сложность состоит здесь в том, чтобы определить

грань, за которой знание начинает превращаться в стереотип или,

точнее говоря, которая знаменует собой завершение процесса стерео-

типизации, начавшегося с момента фиксации знания в знаковой

форме. Как выяснилось, фиксированность стереотипа связана с по-

ляризацией знания: чем прочнее оценка, тем она категоричнее, чет-

че, и наоборот. Здесь вновь подтверждается закономерность, убеди-

тельно и неоднократно доказанная в исследованиях установки: сте-

пень фиксации установки связана с силой проявления эффекта

ассимиляции и контраста.
Итак, центральная проблема в исследовании стереотипа - это

объяснение его устойчивости и поляризованности. Р. Картер утверж-

дает, что <фиксированность и поляризация зависят от когнитивного

стиля индивида> [Carter, 1962]. Иными словами, появление стерео-

типа объясняется индивидуальными психологическими особенностя-

ми. Очевидно, что нельзя отрицать существование индивидуальных

различий между людьми, но также очевидно и то, что один и тот же

человек может демонстрировать в отношении различных объектов

различный когнитивный стиль или что два человека, отличающиеся

друг от друга когнитивным стилем в отношении одних объектов, в от-

ношении других демонстрируют одинаковый стиль. Вряд ли можно

согласиться с тем, что догматиком человек становится от рождения

или что человек, догматически рассуждающий в одном случае, во всех

остальных также окажется догматиком.


Основной аспект феномена стереотипа - социально-психологичес-

кий. Он был выделен еще Липпманом, который говорил, что <поми-

мо экономии усилий есть и другая причина того, почему мы так час-

то придерживаемся наших стереотипов, когда могли бы использовать


ч-м^й^
Американский вклад в развитие социальнои псилологии ... 1 17
более непредвзятые способы видения. Системы стереотипов могут

быть ядром наших личных традиций, защитой нашего положения в

обществе... Модель стереотипов не нейтральна. Это не просто способ

замены порядком великой, цветущей и шумной путаницы настояще-

го. Это не просто схематизация, это и то и другое и еще кое-что. Это

гарантия нашего самоуважения. Это проекция на мир нашего соб-

ственного чувства, наших собственных ценностей, нашей собственной

позиции и наших собственных прав. Поэтому стереотипы в высшей

степени заряжены теми чувствами, с которыми они связаны... Не

удивительно тогда, что любое посягательство на стереотип представ-

ляется посягательством на основы мироздания. Это посягательство на

основы нашего мироздания... Когда вы начинаете спорить о фабриках,

шахтах, политической власти, вы не спорите, вы боретесь, стереотип

вызывает в вас какое-то сильное чувство. Начав спор, вы не можете

остановиться> [Lippman, 1922, р. 96].
Объекты, представляющие ценность для группы, - вот что защи-

щают стереотипы. Объяснение специфики действия стереотипа не

врожденными свойствами психологии мышления и восприятия, а

функцией защиты социальных ценностей, функцией ориентира при

определении отношения личности к объекту или явлению, составляют

одну из сильных сторон в рассуждениях Липпмана. Этой же защит-

ной функцией объясняется и еще одна отличительная особенность

стереотипа - его эмоциональная насыщенность. Чем тверже оценка,

тем, как правило, большую эмоцию вызывает любая попытка под-

вергнуть ее сомнению, и, наоборот, чем интенсивнее эмоция, тем ка-

тегоричнее выражающее ее мнение.
Пожалуй, единственным специфическим признаком стереотипа,

относительно которого существует почти всеобщее единодушие, - это

интенсивность эмоционального фона, сопровождающего его реализа-

цию. На этот факт обращал внимание еще У. Липпман. Природа

эмоционального наполнения стереотипа пока что почти не изучена,

однако в настоящее время можно выделить две основные точки зрения.


В одном случае эмоциональная энергетика стереотипа рассматри-

вается как проявление личностных процессов и соответственно устой-

чивость стереотипа объясняется их константностью. В другом случае,

наоборот, эмоциональный заряд стереотипа объясняется фактом его

прочной фиксации в структуре личности и соответственно ставится в

зависимость от глубины и степени устойчивости самого стереотипа.

Согласно первой точке зрения, индивид держится за стереотип пото-

му, что он выражает и защищает его личные интересы, согласно вто-

рой - потому, что стереотип выражает и защищает интересы со-

циальной общности.


118 Опыт США: парадигма объяснения
Рассмотрим первую точку зрения, наиболее четко выраженную Г.

Олпортом [Allport, 1958]. Она интересна тем, что представляет харак-

терный вариант подхода к стереотипу как когнитивному элементу (т.

е. одному из компонентов) установки, причем установки специфичес-

кой - этнического предрассудка.
Конструкция Г. Олпорта такова. Предрассудок включает два обяза-

тельных компонента: отношение (установку) симпатии или антипатии,

причем не просто, как <конкретное отношение к конкретной группе>, а

как <выражение всего способа мышления о мире, в котором он живет>,

и <связанное с ним чрезмерно общее и потому ошибочное убеждение>

[Op.Cit., р. 19]. Отношение между компонентами предрассудка состоит

в том, что система убеждений обычно приспосабливается к системе ус-

тановок, представляет их в сознании субъекта, рационализирует.


В свою очередь, главную роль в системе убеждений выполняет

<категория>, <имеющийся набор (группа, связка) ассоциированных

идей, в целом обладающий свойством управлять повседневным при-

способлением> [Op.Cit., р. 170]. Что касается стереотипа, то он есть

<преувеличенное убеждение, связанное с категорией. Его функция

состоит в том, чтобы оправдывать (рационализировать наше поведе-

ние в связи с этой категорией>) [Op.Cit., р. 171]. Итак, категория ра-

ционализирует отношение, а стереотип категорию.


Исходя из своего представления о категории, Олпорт утверждает,

что У. Липпман именно ее имел в виду, говоря о стереотипе. Полеми-

зируя с Липпманом, он говорит: <Стереотип не тождествен категории.

Он, скорее, фиксированная идея, сопровождающая категорию.

Например, категория <негр> может содержаться в уме просто как ней-

тральное, утверждающее понятие, относящееся просто к расовой при-

надлежности. Стереотип появляется, когда и если первоначально ней-

тральная категория наполняется <образами> негра и суждениями о

нем как музыкальном, ленивом, суеверном и т.п.> [Op.Cit., р. 187].

Иными словами, Олпорт делит стереотип Липпмана на две части и

признает лишь за <образом-картинкой> право называться стереоти-

пом. На наш взгляд, подобное деление не имеет принципиального зна-

чения; категория, <наполненная> образом, и есть стереотип Липпма-

на, разделить их можно лишь теоретически. Однако Олпорт не случай-

но настаивает на различном толковании. Для Липпмана яркий эмо-

циональный образ - это обязательный признак любой категории, свя-

занной с ценностной структурой личности. Олпорт же ограничивает

сферу действия стереотипа тем аспектом, который связан с внутрен-

ними психологическими процессами, в первую очередь такими, как

вытеснение, проекция, рационализация и другими - защитными в

их классическом фрейдистском понимании. Вывод, к которому при-
Американский вклад в развитие социальной психологии ... 1 19
ходит Оллпорт, соответствует его логике: стереотип и стереотипизи-

рованное мышление суть печальные привилегии личности опреде-

ленного типа - невротической, <авторитарной> и т. п.
Разумеется, Олпорт далек от того, чтобы объяснять существование

стереотипов только психодинамикой личности. В своей книге <При-

рода предрассудка> он анализирует еще две основные причины: чело-

век может испытывать предубежденность к другому, угрожающему

его интересам; он может также внешне демонстрировать предрассудок

как выражение согласия с нормами группы, иными словами, лишь

формально быть предубежденным.
В целом в последнее время психоаналитический подход имеет го-

раздо меньше сторонников.


Необходимо отметить, что психодинамический подход к стереоти-

пу имеет гораздо меньше сторонников, нежели точка зрения, основан-

ная на признании решающей роли социальной общности в процессе

формирования, функционирования стереотипов и их усвоения лично-

стью, а попытки определить стереотип без применения понятий <со-

циальная группа>, <социальный символ> и т. д. редки.


Даже в том случае, когда признается роль психодинамики, это

признание сопровождается указанием на не меньшую, по крайней

мере, роль социальной группы. Так, например, по мнению Ла Виолетт

и Силверт: <Выбор, детализация и наполнение стереотипа в процес-

се его формирования и структурирования может объясняться не толь-




Достарыңызбен бөлісу:
1   ...   8   9   10   11   12   13   14   15   ...   42


©dereksiz.org 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет