Литература XVII-XVIII веков олимп • act • москва • 1998 Общая редакция и составление доктора филологических наук Вл. И. Новикова


Готхолъд Эфраим Лессинг (Gotthold Ephraim Lessing) 1729-1781



бет37/84
Дата25.06.2016
өлшемі4.28 Mb.
#157616
1   ...   33   34   35   36   37   38   39   40   ...   84

Готхолъд Эфраим Лессинг (Gotthold Ephraim Lessing) 1729-1781

Минна фон Барнхельм, или Солдатское счастье (Minna von Barnhelm oder das Soldatenglück) - Комедия (1772)


Майор в отставке фон Телльхейм живет в берлинской гостинице со своим верным слугой Юстом, не имея средств к существованию. Хо­зяин гостиницы переселяет его из приличной комнаты в убогую ком­натенку. Последние два месяца Телльхейм не оплачивал счетов, а комната нужна «приезжей особе», молодой и красивой даме со слу­жанкой. Юст, обожающий своего майора, с возмущением замечает хозяину гостиницы, что во время войны «трактирщики» лебезили перед офицерами и солдатами, а в мирное время уже задирают носы. Фон Телльхейм — прусский офицер, участник междоусобной Се­милетней войны Пруссии против Саксонии. Телльхейм воевал не по призванию, а по необходимости. Он страдает от раздробленности страны, не терпит произвола по отношению к проигравшей Саксо­нии. Получив во время войны приказ взыскать с жителей Тюрингии (части Саксонии) высокую контрибуцию, Телльхейм уменьшил сумму контрибуции и часть денег для ее уплаты дал тюрингцам взай­мы из собственных средств. По окончании войны военное руководст­во обвиняет Телльхейма во взяточничестве и увольняет в отставку с угрозой суда, потери чести и состояния.

[381]

К Телльхейму обращается вдова его бывшего офицера и друга, по­гибшего на войне. Она исполняет последнюю волю мужа — вернуть долг майору и приносит деньги, оставшиеся от продажи вещей. Телльхейм не берет денег и обещает вдове помочь, когда сможет. У щедрого майора всегда было много должников, но он, привыкший давать, а не брать, не хочет о них помнить.

Телльхейм предлагает слуге, которому задолжал жалованье, соста­вить счет и расстаться с нищим хозяином. Он рекомендует Юста одному состоятельному знакомому, а сам привыкнет обходиться без слуги. Хитроумный Юст составляет такой счет, по которому он же и оказывается в неоплатном долгу перед майором, не раз выручавшим его на протяжении всей войны. Слуга уверен, что без него, с одной раненой рукой, майор и одеться не сможет. Юст готов просить ми­лостыню и воровать для своего барина, но это как раз нисколько не радует майора. Оба ворчливо препираются, но остаются неразлучны­ми.

Телльхейм велит Юсту заложить за деньги единственную сохра­нившуюся у него драгоценность — перстень с вензелем любимой де­вушки, Минны фон Барнхельм. Молодые люди обручились во время войны и обменялись кольцами. Юст относит перстень хозяину гости­ницы, чтобы расплатиться с ним.

Телльхейма разыскивает его бывший вахмистр Вернер, близкий друг, дважды спасший ему жизнь. Вернер знает о бедственном поло­жении майора и привозит ему деньги. Зная щепетильность Телльхей­ма, он предлагает их ему под тем предлогом, что у него они сохранятся лучше, чем у самого Вернера, картежника. Узнав, что деньги появились от продажи родового имения, Телльхейм не прини­мает помощи от друга и хочет удержать его от похода в Персию на войну с турками, куда тот добровольно собирается, — солдатом сле­дует быть только ради блага своей родины.

Приезжая особа со служанкой, которая занимает бывшую комна­ту Телльхейма, оказывается его невестой, Минной фон Барнхельм, приехавшей в поисках любимого человека. Ее беспокоит, что после заключения мира Телльхейм написал ей всего лишь один раз. Минна разговаривает со своей служанкой Франциской только о Телльхейме, обладающем, по ее мнению, всеми возможными добродетелями. Обе девушки родом из Тюрингии, они знают, как благодарны ее жители за благородство, проявленное Телльхеймом в деле с контрибуцией.

Хозяин гостиницы, желая дорого пристроить перстень майора, по­казывает его Минне, и девушка узнает свой перстень и вензель, ведь точно такой же перстень носит она — с вензелем Телльхейма. Радос­ти Минны нет предела, ее избранник где-то рядом. Минна с щедрос-

[382]

тью выкупает перстень у хозяина и готовится к встрече с Телльхеймом.

Неожиданно для себя увидев Минну, Телльхейм бросается к ней, но сразу же останавливается и переходит на официальный тон. Этого Минна не может понять, шаловливая и веселая девушка пытается об­ратить все в шутку. Но практичная Франциска смекает, что дела майора плохи, счастливым он отнюдь не выглядит.

Телльхейм уклоняется от объятий Минны и с горечью говорит, что он недостоин ее любви, поэтому и «сам любить не смеет*. Разум и необходимость приказали ему забыть Минну фон Барнхельм, так как он уже не тот Телльхейм, которого она знала; не тот процветаю­щий, сильный духом и телом офицер, которому она отдала свое серд­це. Отдаст ли она его теперь другому Телльхейму, уволенному в отставку, лишенному чести, калеке и нищему? Минна отдает — она берет его руку и кладет ее себе на грудь, все еще не принимая слова Телльхейма всерьез. Но Телльхейм, в отчаянии от ее не заслуженной им доброты, вырывается и уходит.

Минна читает письмо Телльхейма, в котором он отказывается от нее, объясняя свою ситуацию. Минне не нравится его непомерная гордость — не желать быть обузой любимой девушке, богатой и бла­городной. Она решает сыграть шутку с этим «слепцом», разыграть роль обедневшей и несчастной Минны. Девушка уверена, что только в этом случае Телльхейм станет «сражаться за нее со всем миром». Кроме того, она затевает комическую комбинацию с перстнями, за­менив на своей руке перстень Телльхейма своим.

В это время Минна узнает, что приезжает ее дядя, граф фон Бухваль, который лично не знает майора, но жаждет познакомиться с избранником своей единственной наследницы. Минна сообщает об этом Телльхейму и предупреждает, что дядя слышал о нем много хо­рошего, дядя едет как опекун и как отец, чтобы «вручить» Минну майору. Вдобавок граф везет ту сумму денег, которую Телльхейм одолжил тюрингцам. Телльхейм чувствует положительную перемену в своем деле, военный казначей только что передал ему, что король снимает обвинение с Телльхейма. Но майор не принимает это извес­тие как полное восстановление своей чести, поэтому считает, что все еще недостоин Минны. Минна заслуживает ничем «не запятнанного мужа».

Теперь Минна вынуждена выступить в иной роли. Она снимает с пальца перстень и возвращает его Телльхейму, освобождая от вернос­ти ей, и уходит в слезах. Телльхейм не замечает, что Минна возвра­щает ему перстень не с его вензелем, а со своим, залогом любви и верности, выкупленным ею у хозяина гостиницы. Телльхейм порыва-

[383]

ется идти за Минной, но его удерживает Франциска, посвящая в «тайну» своей госпожи. Минна якобы сбежала от дяди, лишившись его наследства за то, что она не соглашалась выйти замуж по его же­ланию. Все покинули Минну, осуждают ее. Франциска советует Телльхейму сделать то же самое, тем более что он принял свой перс­тень из руки Минны.

И тут-то Телльхеймом овладевает жажда решительных действий. Он берет взаймы у довольного Вернера большую сумму для выкупа заложенного у хозяина перстня Минны, чтобы затем сразу же же­ниться на ней. Телльхейм чувствует, как несчастье любимой девушки окрыляет его, ведь он способен сделать ее счастливой. Телльхейм бро­сается к Минне, а она проявляет напускную холодность и не прини­мает обратно «его» кольцо.

В это время появляется фельдъегерь с письмом от прусского коро­ля, который полностью оправдывает Телльхейма и любезно приглаша­ет вернуться его на военную службу. Удовлетворенный Телльхейм призывает Минну разделить с ним его радость и строит перед ней план свадьбы и счастливой совместной жизни, в которой нет места службе у короля. Но он наталкивается на искусно разыгранное со­противление девушки: несчастная Барнхельм не станет женой счас­тливого Телльхейма, только «равенство — твердая основа любви».

Телльхейм снова в отчаянии и замешательстве, понимая, что Минна повторяет его же прежние доводы против их брака. Минна видит, что слишком далеко заходит со своей шуткой, и ей приходит­ся разъяснить «легковерному рыцарю» смысл всей интриги.

Прибывающий весьма кстати в этот момент граф фон Бухваль, опекун Минны, рад видеть молодую пару вместе. Граф выражает свое глубокое уважение Телльхейму и желание иметь его своим другом и сыном.



А. В. Дъяконова

Эмилия Галотти (Emilia Galotti) - Трагедия (1772)


Принц Гонзага, правитель итальянской провинции Гвастеллы, рас­сматривает портрет графини Орсина, женщины, которую он любил еще совсем недавно. Ему всегда было с ней легко, радостно и весело. Теперь он чувствует себя иначе. Принц смотрит на портрет и надеет­ся снова найти в нем то, чего уже не замечает в оригинале. Принцу

[384]

кажется, что художник Конти, выполнивший его давний заказ, слиш­ком польстил графине.

Конти размышляет о законах искусства, он доволен своим произ­ведением, но раздосадован, что принц судит о нем уже не «глазами любви». Художник показывает принцу другой портрет, говоря, что нет оригинала, более достойного восхищения, чем этот. Принц видит на холсте Эмилию Галотти, ту, о которой беспрестанно думает пос­ледние недели. Он с деланной небрежностью замечает художнику, что немного знает эту девушку, однажды он встретил ее с матерью в одном обществе и беседовал с ней. С отцом Эмилии, старым воином, честным и принципиальным человеком, принц в плохих отношениях. Конти оставляет принцу портрет Эмилии, и принц изливает перед холстом свои чувства.

Камергер Маринелли сообщает о приезде в город графини Орсина. У принца лежит только что полученное письмо графини, которое ему не хочется читать. Маринелли выражает сочувствие женщине, «вздумавшей» серьезно полюбить принца. Близится бракосочетание принца с принцессой Массанской, но не это тревожит графиню, ко­торая согласна и на роль фаворитки. Проницательная Орсина боится, что у принца появилась новая возлюбленная. Графиня ищет утешения в книгах, и Маринелли допускает, что они ее «совсем доконают». Принц рассудительно замечает, что если графиня сходит с ума от любви, то рано или поздно это случилось бы с ней и без любви.

Маринелли сообщает принцу о предстоящем в этот день венчании графа Аппиани, до сих пор планы графа хранились в строжайшей тайне. Знатный граф женится на девушке без состояния и положе­ния. Для Маринелли такая женитьба — «злая шутка» в судьбе графа, но принц завидует тому, кто способен целиком отдаться «обаянию невинности и красоты». Когда же принц узнает, что избранница графа — Эмилия Галотти, он приходит в отчаяние и признается ка­мергеру, что любит Эмилию, «молится на нее». Принц ищет сочувст­вия и помощи у Маринелли. Тот цинично успокаивает принца, ему будет проще добиться любви Эмилии, когда та станет графиней Ап­пиани, то есть «товаром», приобретаемым из вторых рук. Но затем Маринелли вспоминает, что Аппиани не намерен искать счастья при дворе, он хочет удалиться с женой в свои пьемонтские владения в Альпах. Маринелли согласен помочь принцу при условии предоставле­ния ему полной свободы действий, на что принц сразу же соглашает­ся. Маринелли предлагает принцу в этот же день спешно отправить графа посланником к герцогу Массанскому, отцу невесты принца, тем самым свадьбу графа придется отменить.

[385]

В доме Галотти родители Эмилии ждут дочь из церкви. Ее отец Одоардо беспокоится, что из-за него, кого принц ненавидит за несго­ворчивость, у графа окончательно испортятся отношения с принцем. Клаудия спокойна, ведь на вечере у канцлера принц проявил благо­склонность к их дочери и был, видимо, очарован ее веселостью и ост­роумием. Одоардо встревожен, он называет принца «сластолюбцем» и укоряет жену в тщеславии. Одоардо уезжает, не дождавшись доче­ри, в свое родовое поместье, где вскоре должно состояться скромное венчание.

Из церкви прибегает взволнованная Эмилия и в смятении расска­зывает матери, что в храме к ней подошел принц и стал объясняться в любви, а она с трудом убежала от него. Мать советует Эмилии за­быть обо всем и скрыть это от графа.

Приезжает граф Аппиани, и Эмилия замечает, шутливо и нежно, что в день свадьбы он выглядит еще серьезнее, чем обычно. Граф при­знается, что сердится на друзей, которые настоятельно требуют от него сообщить принцу о женитьбе прежде, чем, она совершится. Граф собирается ехать к принцу. Эмилия наряжается к свадьбе и весело болтает о своих снах, в которых она трижды видела жемчуг, а жемчуг означает слезы. Граф задумчиво повторяет слова невесты о слезах.

В доме появляется Маринелли и от имени принца передает графу поручение без промедления ехать к герцогу Массанскому. Граф заяв­ляет, что вынужден отказаться от такой чести — он женится. Мари­нелли с иронией говорит о простом происхождении невесты, о сговорчивости ее родителей. Граф, в гневе от гнусных намеков Мари­нелли, называет его обезьяной и предлагает драться на дуэли, но Ма­ринелли с угрозами уходит.

По указанию Маринелли принц прибывает на свою виллу, мимо которой проходит дорога в поместье Галотти. Маринелли излагает ему содержание разговора с графом в своей интерпретации. В этот момент слышатся выстрелы и крики. Это двое преступников, наня­тых Маринелли, напали на карету графа на пути к венчанию, чтобы похитить невесту. Защищая Эмилию, граф убил одного из них, но сам смертельно ранен. Слуги принца ведут девушку на виллу, а Ма­ринелли дет принцу наставления, как вести себя с Эмилией: не забы­вать о своем искусстве нравиться женщинам, обольщать и убеждать их.

Эмилия испугана и обеспокоена, она не знает, в каком состоянии остались ее мать и граф. Принц уводит дрожащую девушку, утешая ее и заверяя в чистоте своих помыслов. Вскоре появляется мать Эми­лии, только что пережившая смерть графа, успевшего произнести имя своего истинного убийцы — Маринелли. Клаудию принимает

[386]

сам Маринелли, и она обрушивает проклятия на голову убийцы и «сводника».

За спиной Эмилии и Клаудии принц узнает от Маринелли о смер­ти графа и делает вид, что это не входило в его планы. Но у камерге­ра уже все просчитано заранее, он уверен в себе. Внезапно докладывают о приходе графини Орсина, и принц поспешно скрыва­ется. Маринелли дает понять графине, что принц не хочет ее видеть. Узнав, что у принца находятся мать и дочь Галотти, графиня, уже ос­ведомленная об убийстве графа Аппиани, догадывается, что оно про­изошло по сговору между принцем и Маринелли. Влюбленная женщина подсылала «шпионов» к принцу, и они выследили его дли­тельную беседу с Эмилией в церкви.

Одоардо разыскивает дочь, услышав о страшном происшествии. Графиня жалеет старика и рассказывает ему о встрече принца с Эми­лией в храме незадолго до кровавых событий. Она предполагает, что Эмилия могла сговориться с принцем об убийстве графа. Орсина с горечью говорит старику, что теперь его дочь ожидает прекрасная и привольная жизнь в роли фаворитки принца. Одоардо приходит в бе­шенство и ищет оружие в карманах своего камзола. Орсина дает ему принесенный ею кинжал — отомстить принцу.

Выходит Клаудия и увещевает мужа, что дочь «держит принца на расстоянии». Одоардо отправляет измученную жену домой в карете графини и идет в покои принца. Он упрекает себя, что поверил по­мешавшейся от ревности графине, и хочет забрать дочь с собой. Одоардо говорит принцу, что Эмилии остается лишь уйти в монастырь. Принц растерян, такой поворот событий нарушит его планы в отно­шении девушки. Но Маринелли приходит на помощь принцу и пус­кает в ход явную клевету. Он говорит, что, по слухам, на графа напали не разбойники, а человек, пользующийся благосклонностью Эмилии, чтобы устранить соперника. Маринелли грозится вызвать стражу и обвинить Эмилию в сговоре с целью убийства графа. Он требует допроса девушки и судебного процесса. Одоардо чувствует, что теряет рассудок, и не знает, кому верить.

К отцу выбегает Эмилия, и после первых же слов дочери старик убеждается в ее невиновности. Они остаются вдвоем, и Эмилия воз­мущается совершенным насилием и произволом. Но она признается отцу, что больше, чем насилия, боится соблазна. Насилию можно дать отпор, а соблазн страшнее, девушка боится слабости своей души перед соблазном богатства, знатности и обольщающих речей принца. Велико горе Эмилии от потери жениха, Одоардо понимает это, он и сам любил графа как сына.



[387]

Эмилия принимает решение и просит отца дать ей кинжал. По­лучив его, Эмилия хочет заколоть себя, но отец вырывает кинжал — он не для слабой женской руки. Вынимая еще уцелевшую свадебную розу из своих волос и обрывая ее лепестки, Эмилия умоляет отца убить ее, чтобы спасти от позора. Одоардо закалывает дочь. Эмилия умирает на руках отца со словами: «Сорвали розу, прежде чем буря унесла ее лепестки...»



А. В. Дьяконова

Натан Мудрый (Nathan der Weise) - Драматическая поэма (1779)


Во время крестовых походов в конце XII в. крестоносцы терпят пора­жение в своем третьем походе и вынуждены заключить перемирие с арабским султаном Саладином, правящим Иерусалимом. В город до­ставили двадцать пленных рыцарей, и все, за исключением одного, казнены по приказу Саладина. Оставшийся в живых молодой ры­царь-храмовник свободно гуляет по городу в белом плаще. Во время пожара, случившегося в доме богатого еврея Натана, юноша с рис­ком для собственной жизни спасает его дочь Рэху.

Натан возвращается из делового путешествия и привозит из Вави­лона на двадцати верблюдах богатый груз. Единоверцы чтят его, «словно князя», и прозвали «Натаном-мудрецом», не «Натаном-бога­чом», как замечают многие. Натана встречает подруга его дочери, христианка Дайя, которая давно живет в доме. Она рассказывает хо­зяину о случившемся, и он сразу же хочет видеть благородного юношу-спасителя, чтобы щедро вознаградить его. Дайя объясняет, что храмовник не желает общаться с ним и на сделанное ею приглаше­ние посетить их дом отвечает горькими насмешками.

Скромная Рэха считает, что бог «сотворил чудо» и послал ей во спасение «настоящего ангела» с белыми крыльями. Натан поучает дочь, что набожно мечтать гораздо легче, нежели поступать по совес­ти и долгу, преданность богу следует выражать делами. Их общая за­дача — найти храмовника и помочь христианину, одинокому, без друзей и денег в чужом городе. Натан считает чудом, что дочь оста­лась жива благодаря человеку, который сам спасся «немалым чудом». Никогда прежде Саладин не проявлял пощады к пленным рыцарям. Ходят слухи, что в этом храмовнике султан находит большое сходство с любимым братом, умершим двадцать лет тому назад.

[388]

За время отсутствия Натана его друг и партнер по шахматам дер­виш Аль-Гафи становится казначеем султана. Это очень удивляет На­тана, знающего своего друга как «дервиша сердцем». Аль-Гафи сообщает Натану, что казна Саладина оскудела, перемирие из-за крестоносцев подходит к концу, и султану нужно много денег для войны. Если Натан «откроет свой сундук» для Саладина, то этим он поможет выполнить служебный долг Аль-Гафи. Натан готов дать деньги Аль-Гафи как своему другу, но отнюдь не как казначею султа­на. Аль-Гафи признает, что Натан добр так же, как и умен, он хочет уступить Натану свою должность казначея, чтобы снова стать свобод­ным дервишем.

К гуляющему вблизи султанского дворца храмовнику подходит по­слушник из монастыря, посланный патриархом, который хочет выве­дать причину милости Саладина. Храмовник не знает ничего, кроме слухов, и послушник передает ему мнение патриарха: всевышний, должно быть, сохранил храмовника для «великих дел». Храмовник с иронией замечает, что спасение из огня еврейки, безусловно, одно из таких дел. Однако у патриарха имеется важное поручение для него — передать в лагерь противника султана — крестоносцам воен­ные расчеты Саладина. Юноша отказывается, ведь он обязан жизнью Саладину, а его долг храмовника ордена — сражаться, а не служить «в лазутчиках». Послушник одобряет решение храмовника не стано­виться «неблагодарным негодяем».

Саладин играет в шахматы с сестрой Зиттой. Оба понимают, что война, которой они не хотят, неизбежна. Зитта возмущается христи­анами, которые превозносят свою христианскую гордость вместо того, чтобы почитать и следовать общим человеческим добродетелям. Саладин защищает христиан, он полагает, что все зло — в ордене храмовников,, то есть в организации, а не в вере. В интересах рыцар­ства они превратили себя в «тупых монахов» и в слепом расчете на удачу срывают перемирие.

Приходит Аль-Гафи, и Саладин напоминает ему о деньгах. Он предлагает казначею обратиться к другу Натану, о котором слышал, что тот мудр и богат. Но Аль-Гафи лукавит и уверяет, что Натан ни­кого и ни разу деньгами не ссудил, а подает, как и сам Саладин, только нищим, будь то еврей, христианин или мусульманин. В де­нежных делах Натан ведет себя как «обыкновенный жид». Позже Аль-Гафи объясняет Натану свою ложь сочувствием другу, нежелани­ем видеть его казначеем у султана, который «снимет с него послед­нюю рубашку».

Даия уговаривает Натана самому обратиться к храмовнику, кото­рый первым «не пойдет к еврею». Натан так и поступает и наталки-



[389]

вается на презрительное нежелание говорить «с жидом», даже с бога­тым. Но настойчивость и искреннее желание Натана выразить благо­дарность за дочь действуют на храмовника, и он вступает в разговор. Слова Натана о том, что еврей и христианин должны прежде всего проявить себя как люди и только потом — как представители своей веры, находят отклик в его сердце. Храмовник хочет стать другом Натана и познакомиться с Рэхой. Натан приглашает его в свой дом и узнает имя юноши — оно немецкого происхождения. Натан вспоми­нает, что в здешних краях побывали многие представители этого рода и кости многих из них гниют здесь в земле. Храмовник подтверждает это, и они расстаются. Натан думает о необыкновенном сходстве юноши с его давним умершим другом, это наводит его на некоторые подозрения.

Натана вызывают к Саладину, а храмовник, не зная об этом, при­ходит в дом к нему. Рэха хочет броситься к ногам своего спасителя, но храмовник удерживает ее и любуется прекрасной девушкой. Почти сразу же он, в смущении, убегает за Натаном. Рэха признается Дайе, что по неизвестной ей причине «находит свое спокойствие» в «беспокойстве» рыцаря, которое бросилось ей в глаза. Сердце девуш­ки «стало биться ровно».

К удивлению Натана, ожидавшего от султана вопроса о деньгах, тот нетерпеливо требует от мудрого еврея прямого и откровенного ответа на совсем иной вопрос — какая вера лучше. Один из них — еврей, другой — мусульманин, храмовник — христианин. Саладин утверждает, что лишь одна вера может быть истинной. В ответ Натан рассказывает сказку о трех кольцах. Один отец, у которого по наслед­ству было кольцо, обладавшее чудесной силой, имел трех сыновей, которых одинаково любил. Он заказал еще два кольца, совершенно подобных первому, и перед смертью подарил каждому сыну по коль­цу. Потом никто из них не смог доказать, что именно его кольцо — чудесное и делает обладателя им главой рода. Так же кaк невозможно было узнать, у кого настоящее кольцо, так же нельзя отдавать пред­почтение одной вере перед другой.

Саладин признает правоту Натана, восхищается его мудростью и просит стать другом. Он не говорит о своих денежных затруднениях. Натан сам предлагает ему свою помощь.

Храмовник подстерегает Натана, возвращающегося от Саладина в хорошем настроении, и просит у него руки Рэхи. Во время пожара он не рассмотрел девушку, а теперь влюбился с первого взгляда. Юноша не сомневается в согласии отца Рэхи. Но Натану нужно ра­зобраться в родословной храмовника, он не дает ему ответа, чем, сам того не желая, обижает юношу.



[390]

От Дайи храмовник узнает, что Рэха — приемная дочь Натана, она христианка. Храмовник разыскивает патриарха и, не называя имен, спрашивает, имеет ли право еврей воспитывать христианку в еврейской вере. Патриарх сурово осуждает «жида» — он должен быть сожжен. Патриарх не верит, что вопрос храмовника носит от­влеченный характер, и велит послушнику найти реального «преступ­ника».

Храмовник доверчиво приходит к Саладину и рассказывает обо всем. Он уже сожалеет о своем поступке и боится за Натана. Саладин успокаивает горячего характером юношу и приглашает жить у него во дворце — как христианин или кaк мусульманин, все равно. Храмовник с радостью принимает приглашение.

Натан узнает от послушника, что именно тот восемнадцать лет назад передал ему девочку-младенца, оставшуюся без родителей. Ее отец был другом Натана, не раз спасал его от меча Незадолго до этого в тех местах, где жил Натан, христиане перебили всех евреев, при этом Натан лишился жены и сыновей. Послушник дает Натану молитвенник, в котором рукой владельца — отца девочки записана родословная ребенка и всех родных.

Теперь Натану известно и происхождение храмовника, который раскаивается перед ним в своем невольном доносе патриарху. Натан, под покровительством Саладина, не боится патриарха. Храмовник снова просит у Натана руки Рэхи, но никак не может получить ответ.

Во дворце султана Рэха, узнав, что она приемная дочь Натана, на коленях умоляет Саладина не разлучать ее с отцом. У Саладина нет этого и в мыслях, он шутливо предлагает ей себя как «третьего отца». В это время приходят Натан и храмовник.

Натан объявляет, что храмовник — брат Рэхи; их отец, друг На­тана, не был немцем, но был женат на немке и некоторое время жил в Германии. Отец Рэхи и храмовника не был европейцем и всем язы­кам предпочитал персидский. Тут Саладин догадывается, что речь идет о его любимом брате. Это подтверждает запись на молитвенни­ке, сделанная его рукой. Саладин и Зитта с восторгом принимают в объятия своих племянников, а растроганный Натан надеется, что храмовник, как брат его приемной дочери, не. откажется стать его сыном.

А. В. Дьяконова



Достарыңызбен бөлісу:
1   ...   33   34   35   36   37   38   39   40   ...   84




©dereksiz.org 2024
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет