Современная арктика: проблемы освоения и социально-экономического развития updated arcktik: region problems of reclaiming and socio- economic devolopment л. В. Ларченко



Дата28.06.2016
өлшемі137.5 Kb.


УДК 553.04
СОВРЕМЕННАЯ АРКТИКА: ПРОБЛЕМЫ ОСВОЕНИЯ И СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ
UPDATED ARCKTIK: REGION PROBLEMS OF RECLAIMING AND SOCIO- ECONOMIC DEVOLOPMENT
Л.В.Ларченко, доктор экономических наук, профессор кафедры прикладной экономики, Российский государственный педагогический университет им. А.И. Герцена

E-mail: lubalar@mail.ru
Larchenko L.V., Doctor of Science, Economics, Professor of the applies economics department, Russian State Pedagogical University n.a. Herzen

E-mail: lubalar@mail.ru
Аннотация

В статье рассматривается природно-ресурсный потенциал российской и зарубежной Арктики. Анализируются проблемы, связанные с освоением российской части Арктики, главные из которых – сокращение численности населения и плохая транспортная освоенность арктических регионов. Особое внимание уделено проблеме развития коренных малочисленных народов Севера. В статье показано, что успешное освоение Арктики, создание благоприятных условий для проживания населения и хозяйственной деятельности требует активного вмешательства государства.


Abstract

The article deals with natural-resources potential of Russian and foreign Arctic. Problems are analyzed, associated with reclaiming of the Russian Arctic. The main problems are rundown of population and poor transport development of Arctic regions. Particular focus is paid to the development of the North Indigenous Minorities. The article shows that the successful development of the Arctic, creating favorable environment for the population and economic activity requires the active intervention of the state.


Ключевые слова: Арктика, природно-ресурсный потенциал, коренные малочисленные народы Севера, стратегия развития, региональная политика

Key words: the Arctic Region, natural-resources potential, North Indigenous Minorities, development strategy, regional policy
В последнее время во всем мире резко повысился интерес к Арктике. Такое повышенное внимание связано, с одной стороны, с ресурсным потенциалом и транспортным значением Севера и Арктики, а с другой - с отсутствием признанной и нормативно оформленной демаркацией международных северных морских пространств и арктического шельфа. Понятно, что ресурсов в Арктике за последнее время не прибавилось, главным фактором здесь выступает истощение ресурсной базы континентальной части Планеты, и в первую очередь углеводородной.

Начиная разговор об Арктике необходимо отметить, что в научной литературе и в деловых кругах до сих пор нет однозначного понимания границ не только Арктики, но и Севера. Можно даже констатировать тот факт, что последние годы как в России, так и зарубежных странах усиливается вольность в обращении с понятием Север, Крайний Север, Арктика и т.д. Точнее говоря, этому не придается значение. В настоящее время не существует научнообоснованных разработок по определению границ мировой и российской Арктики даже на суше. Поэтому существует опасность серьезно ошибиться, называя цифры, характеризующие как площади арктических зон, так и запасы природного сырья на их территориях. Одни рассчитывают это с учетом континентальной Арктики, другие только морские пространства, третьи отождествляют понятие Север и Арктика. При этом часть территорий – спорные.

Действительно, то, что касается северных границ Арктики, как уже упоминалось выше, нет общепринятых и нормативно оформленных границ. Что касается южной границы, то существует два подхода к ее определению. Согласно первому подходу южная граница Арктики совпадает с южной границей зоны тундры.  Площадь в данном случае составляет около 27 млн. км2, из которой около 6 млн. кв. км. приходится на материковую часть Европы, Азии и Северной Америки, около 4 млн. кв. км. - на острова и при­мерно 17 млн. км2 на водную поверхность, бо­лее 40 % которой приходится на шельфовую зону, обладающую значительными минерально-сырье­выми ресурсами, пригодными для эксплуатации уже в настоящее время. Иногда Арктику ограничивают с юга Северным полярным кругом (66° 33′ с. ш.), в этом случае её площадь равна 21 млн. км2.

Исторически сложилось так, что Арктика разделена на пять секто­ров между Россией, США, Канадой, Данией (Гренландией) и Норвегией, что юридически было оформлено международным соглашением еще в 20 - 30-х годах двадцатого столетия.

Одним из первых документов, определяющих статус земель и островов в советской Арктике, было постановление Президиума ЦИК СССР от 15 апреля 1926 года. Это было секторальное деление Арктики. Водная граница прошла тогда от Кольского полуострова через Северный полюс до Берингова пролива.

Принадлежность России этих территорий официально не оспаривается ни одной из арктических стран. Однако все документы касались исключительно островов в Северном Ледовитом океане. Это объясняется тем, что до не давнего времени не было особого интереса к водным пространствам Арктики как в силу достаточности континентальных ресурсов, так и в силу научно-технического уровня развития, не позволяющего осваивать ресурсы и транспортные магистрали Арктики. Следовательно, границы полярных владений не вносили ограничений в свободу международного судоходства за пределами территориальных вод СССР.

Однако эта норма не нашла своего прямого текстуального подтверждения в Конвенции ООН по морскому праву, принятой в 1982 году. Российская Федерация ратифицировала ее лишь в 1997 году, став 109 ратифицировавшим ее государством. К этому времени конвенция была подписана 159 государствами, 108 из них ее уже ратифицировали[1]. Надо отметить, что США конвенцию не ратифицировали до сих пор, хотя оживленные дебаты в стране по этому вопросу идут давно.

Противоречивость правовой базы по отношению к разграничению Арктики заключается в том, что, с одной стороны, Конвенция 1982 года формально не отменяет секторального принципа определения статуса территорий в Арктике, но с другой – она предусматривает 200-мильный отсчет континентального шельфа. В результате, между государствами, претендующими на ресурсы Арктики, стоит непростая задача определения внешних границ континентального шельфа в Северном ледовитом океане и размежевания морских пространств государств в районах их соприкосновения. То, что в настоящее время происходит в верхах всего мира, можно сравнить с клондайкской «золотой лихорадкой», когда каждая из противоборствующих сторон стремится застолбить свои участки.

Между тем нефтяные концерны не торопятся в Арктику. Здесь можно выделить ряд причин, одна из которых – трудные и дорогостоящие условия добычи природных ресурсов. По оценкам экспертов, даже до 2050 года не удастся разработать технологию, позволяющую производить рентабельную добычу нефти и газа в крайне неблагоприятных условиях Арктики. Кроме того выделяют такие причины, как развертывание добычи сланцевого газа в США, что породило мощные структурные сдвиги на мировом газовом рынке, ощутимо ударив по торговле СПГ, формирование альтернативных источников энергии и т.д. [3, c.18].

Арктика играет особую, одной ей присущую роль в глобальных природных процессах, опреде­ляющих функционирование всей биосферы Земли, кроме того, в этом уникальном по геополитическо­му положению и военно-стратегическому значению в регионе сталкиваются интересы крупнейших стран и блоков современного мира. Все это предо­пределяет необходимость самого тесного между­народного сотрудничества и обязательного госу­дарственного регулирования при осуществлении хозяйственной и иной дея­тельности, которая должна проводиться с обяза­тельным учетом особой уязвимости местной при­родной среды и проживающих здесь коренных этносов. В результате уже давно появился особый интерес ми­ровой общественности к арктическому региону, только социально-экономические проблемы кото­рого в настоящее время изучают, по данным Ме­ждународной арктической ассоциации социаль­ных наук, свыше 500 различных организаций. Россия, США, Канада, Скандинавские страны, Дания и Исландия образовали Арктический совет, деятельность которого призвана способствовать устойчивому развитию Арктики и защите ее природной среды.

Органы государственной власти стран, имеющих политические и экономические интересы в Арктике, играют существенную регулирующую роль, успешно осуществляя здесь различные со­циальные программы, формируя систему льготных федеральных рентных и лицензионных платежей, налогов, способствуя созданию социально-быто­вой инфраструктуры при освоении отдельных ме­сторождений. Во всех этих странах существуют специальные правительственные органы по Аркти­ке (в Канаде имеется даже специальное министер­ство).

Арктика чрезвычайно богата разнообразны­ми минерально-сырьевыми, биологическими и другими видами природных ресурсов. По расчётам учёных в арктической зоне залегает более четверти мировых запасов углеводородов. Предположительно, в российском секторе Арктики залегает наибольшие запасы нефти и газа. А наблюдающееся таяние льдов вследствие потепления делает реальными планы по их освоению. Из 6,2 км2 российского шельфа предположительно запасами нефти и газа обладают 6 млн. км2, т.е. почти вся его территория [2]. По некоторым оценкам в Арктической зоне России сосредоточена подавляющая доля общероссийских запасов золота - 40%, нефти – 40%, газа - 80%, хрома и марганца – 90% и т.д. Общая стоимость минерального сырья арктических недр превышает 30 трлн. долл.

В зарубежной Арктике наиболее значительную роль играют нефтегазоносные бассейны Северного склона Аляски и Арктического шельфа (где расположен один из наиболее активно эксплуатируемых районов Прадхо-Бей с тысячеки­лометровым трансапяскинским трубопроводом до расположенного на юге Аляски порта Валдиз), ме­сторождения Канадского Арктического архипелага. Велики потенциальные запасы углеводородного сы­рья на северо-востоке Гренландии, а также на кон­тинентальном шельфе вдоль северного побережья Норвегии. Нефтегазовые месторождения выявлены и на Шпицбергене.

В российской Арктике, прежде всего, следует отметить газовые и газоконденсатные месторож­дения полуостровов Ямал и примы­кающей к нему шельфовой зоны Карского моря. Значительные перспективы имеет шельфовая зона Тимано-Печерской нефтегазовой провинции в Баренцевом море, где уже открыто несколько месторождений. Запасы месторож­дения Приразломное, располо­женного в 60 км к северо-западу от поселка Варандей Ненецкого автономного округа, признаны подготовленными к промышленному освоению. Штокмановское газоконденсатное месторождение, расположенное в центральной части шельфа российского сектора Баренцева моря в 600 км от Мурманска, одно из крупнейших месторождений в мире. Для реализации проекта по разработке месторождения создано совместное предприятие Shtokman Development AG, куда вошли Газпром (51%), Total  (25%), Statoil  (24%).

О значении арктических месторождений уг­леводородного сырья для экономики России и социально-экономического развития самих арк­тических регионов можно судить на примере Ямало-Ненецкого автономного округа, занимаю­щего территорию в 750 тыс. кв. км (т.е. больше любого европейского государства) при численно­сти населения более 500 тыс. человек. На территории округа и на прилегающем к нему шельфе Карского моря ежегодно до­бывается свыше 90 % общероссийского газа и около 10% нефти. В результате по объему про­мышленного производства округ превосходит Мурманскую и Архангельскую области вместе взятые, а средняя заработная плата здесь одна из самых высоких в России. Ямало-Ненецкий ав­тономный округ входит в число очень немногих субъектов Российской Федерации, не нуждаю­щихся в помощи федеральных властей из целе­вого фонда финансовой поддержки регионов.

Практически на всей территории Арктики об­наружены месторождения каменного угля. Во многих арктических регионах Северной Америки и Европы уже несколько десятилетий разрабатываются месторождения цветных, бла­городных и редких металлов, в частности, золота и урана. В России арктические регионы занимают заметное или ведущее место в добыче меди, ни­келя, золота, ртути, вольфрама, кобальта, плати­ны и многих других редких металлов. В этом от­ношении особенно выделяется Кольский и Тай­мырский полуострова. В частности, расположен­ный на Таймыре Норильский горный комбинат в настоящее время обеспечивает почти 100 % об­щероссийской добычи металлов платиновой группы, 90 % никеля и 70 % меди и кобальта.

С добычей и первичной переработкой мине­рально-сырьевых ресурсов связана подавляю­щая часть промышленности современной Аркти­ки, особенно ее североамериканской части. Вместе с тем, в зарубежной Арктике уже давно пришли к пониманию, что исключительно сырьевое развитие арктических территорий крайне неустойчиво. Истощение сырьевой базы, зыбкая рыночная конъюнктура приводили к упадку и закрытию десятков и сотен ресурсных центров. Главный выход из ситуации в этих странах видели в комплексном развитии ресурсной территории за счет расширения экономической базы главным образом посредством реструктуризации и диверсификации экономики региона.

На канадском Севере были попытки спасения приходящих в упадок некоторых лабрадорских центров железорудной промышленности, горнопромышленных и лесопромышленных центров в провинциях Альберта и Британская Колумбия, а так же поиск новых источников существования для населения. На Аляске уже давно созданы и создаются предприятия глубокой переработки нефти (нефтегазохимия). Здесь проблему диверсификации и реструктуризации экономики чаще называют проблемой производства товаров «заменителей импорта», причем под замещением ввоза имеются в виду не только товары, но и услуги. Многоотраслевое хозяйство создано в северных районах Норвегии и Швеции.

Рациональное использование ресурсов Аркти­ки и обеспечение потребностей проживающего здесь населения неразрывно связаны с дальней­шим развитием транспортной инфраструктуры, для которой в настоящее время характерна значитель­ная зависимость от сезонных и погодных условий, моральное устаревание отдельных видов транс­портных средств, их далеко не полное соответствие местным требованиям.

В результате рыночных преобразований произошло резкое сокращение хозяйственной деятельности в российской Арктике. Резкое снижение хозяйственной деятельности и, как следствие, снижение грузопотоков вызвало кризис всей арктической транспортной системы, который коснулся 5 пароходств и 10 портов морского флота, а так же 8 пароходств и 6 портов речного флота[6].

Ключевая роль в обеспечении надежного круглогодичного судоходства по Северному морскому пути принадлежит ледокольному флоту. В настоящее время ледокольный флот обеспечивает экспорт апатита, цветных металлов, перевозку нефти, осуществляет выполнение программы Северного завоза и т. д. Однако, необходимо констатировать, что только за последние 5 лет численность российского ледокольного флота сократилась в 5 раз, а состав морского транспортного флота, обслуживающего арктическую зону, более чем в 3 раза [5, c.176].

Наряду с водным транспортом необходимо дальнейшее развитие железнодорожного и автомо­бильного транспорта. Вместе с тем, состояние транспортной инфраструктуры – одно из самых проблемных мест Арктики. Так, на 1000 км2 территории НАО приходится лишь 0,32 км автодорог общего пользования с твердым покрытием, что в 114 раз меньше аналогичного показателя в целом по стране. Несмотря на то, что округ находится в европейской части России, не столь удален от основных экономических центров страны, здесь отсутствуют дороги, связывающие его с другими регионами страны. Единственный вид связи - авиационный транспорт. В основном автодороги представлены «зимниками». В настоящее время главным приоритетом для округа должно стать завершение дороги Нарьян-Мар – Усинск, которая обеспечит подключение НАО наземным транспортом к общероссийской транспортной системе. С развитием транспортного обеспечения свя­зано и активное использование огромных туристско-рекреационных ресурсов Арктики, вовлечение которых (особенно в пределах российской Аркти­ки) находится на самом начальном этапе.

Стихийный на протяжении многих десятилетий процесс хозяйственного освоения Арктики с явным преобладанием интересов максимально возможной прибыли хозяйствующих субъектов в ущерб эколо­гически эффективному комплексному ресурсосбе­регающему развитию этого региона (что особенно характерно для российского сектора) создал ситуа­цию, при которой необходимо принятие неотложных кардинальных решений по внедрению качественно новых форм природопользования.

После состоявшейся в 1992 г. в Рио-де-Жанейро Конференции ООН по охране окру­жающей среды и развитию все больше сторонни­ков среди исследователей Арктики получает кон­цепцию устойчивого развития, суть которой заключается в сбалансированном с природной средой экономическом развитии.

Следует стремиться к созданию в Арктике та­кой системы природопользования, которая бы сделала практически невозможным возникновение серьезных кризисных ситуаций, свела бы к мини­муму конфликты между человеком и окружающей средой. На это должна быть направлена стратеги­ческая концепция формирования в пределах арк­тического региона среды с так называемыми за­данными свойствами, а все тактические задачи должны решаться исходя из этой стратегии.

В настоящее время специалисты, в целом, разработали систему измерения эколого-экономических процессов и учета результатов хозяйственной деятельности, отражающейся на состоянии окружающей среды и изменении ресурсного потенциала. В большинстве стран используется методология системы национальных счетов (СНС). Суть данного подхода – скорректировать основные экономические показатели благосостояния общества (ВРП на душу населения и индикаторы, близкие к нему) с учетом изменений окружающей природной среды.

К обязательным мероприятиям институционального характера нужно отнести создание экспертных советов по устойчивому развитию и введение в их состав представителей основных социальных групп. Особо важным является участие представителей коренного населения. Игнорирование их интересов противоречит не только Декларации Рио, но и нравственным принципам.

Разумеется, что система рационального при­родопользования в Арктике может быть создана лишь при условии согласованного решения как общих для региона, так и локальных проблем, свя­занных с взаимоотношениями человека и приро­ды, в связи с чем понятна важность задачи эколого-экономического районирования арктической зоны, выявления таксономических уровней реально существующих в ее пределах эколого-экономических регионов, которые наиболее эффективно мог­ли бы быть использованы для создания действен­ной системы управления природопользованием в этом важнейшем для нормального функциониро­вания биосферы Земли регионе.

Первостепенное значение для Арктики име­ет формирование его экологического биосферно­го каркаса, т.е. научно обоснованной системы территорий с особым режимом природопользова­ния от имеющих чисто научное значение запо­ведных территорий до рассчитанных на ежегод­ное посещение десятками и сотнями тысяч тури­стов национальных парков. В пределах зарубеж­ной Арктики уже имеется несколько десятков за­поведников и национальных парков. Постепенно улучшается ситуация и в России. Из наиболее существенных мероприятий такого рода следует назвать создание в 1993 г. Большого Таймырского заповедника - крупнейшего в мире по размерам территории.

Серьезной для Арктики стала проблема согласования интересов различных субъектов не только на мировом уровне, но и внутри отдельно взятого государства. Сложный клубок противоречий прослеживается, прежде всего, во взаимодействии государственных и территориальных органов управления, ресурсрдобывающих компаний, коренного населения. Разрешение проблемы осложняется суровыми условиями Арктики. Государство преследует общенациональные интересы, в т. ч. и интересы северных территорий, территориальные органы – проблемы социально-экономического и экологического развития данного региона, компании думают главным образом о прибыли, коренные малочисленные народы Севера (КМНС) отстаивают свои права. В таких условиях каждый из участников «северной игры» идет на нестандартные решения, подчас далекие от принятых стереотипов. Разработка и правовое закрепление механизма согласования интересов различных экономических субъектов может стать важным институтом при государственном регулировании долгосрочных социально-экономических процессов в Арктике (см. подробнее 4].

Территория Арктики относится к числу наиме­нее заселенных на планете при том, что в боль­шинстве регионов Арктики в настоящее время преобладают представители некоренных нацио­нальностей. В пределах российской Арктики в на­стоящее время проживает около 2 миллионов че­ловек, в то время как на всей Аляске живет лишь немногим более 600 тысяч (в том числе в ее арк­тических районах не более 30 тысяч), на Канад­ском Севере (занимающем треть территории Ка­нады) - менее 60 тысяч, в Гренландии - 55 тысяч, на Шпицбергене - чуть более 3 тысяч человек.

В российской Арктике за пределами Поляр­ного круга расположены такие крупные города, как Мурманск (309 тыс. жителей), Норильск (104 тысяч человек). До недавнего времени мы, сравнивая численность населения наших арктических городов с зарубежными, не без гордости отмечали превосходство российских городов по этому показателю. Однако за годы реформ население на российском Севере уменьшилось на 30%, а зарубежном оно почти на столько же выросло.

Система циркумполярного расселения скла­дывается из сети поселений, представленных по­стоянными городскими и сельскими населенными пунктами, вахтовыми и экспедиционными посел­ками, а также кочевыми стойбищами, связанными с традиционным образом жизни коренного насе­ления. При этом в российской Арктике освоение территории осуществлялось, прежде всего, путем строительства постоянных поселений, а в амери­канском и канадском секторах - вахтовыми и экс­педиционными поселками. Однако и тот, и другой путь освоения арктических территорий имеет и положительные, и отрицательные стороны, по­этому оптимальной может быть признана лишь такая система расселения, в которой соотноше­ние между различными типами поселений будет научно обосновано применительно к конкретным природным и социально-экономическим услови­ям отдельных регионов Арктики. В любом случае, сеть арктических населенных пунктов характери­зуется крайней неустойчивостью, выражающейся в непрерывном процессе ликвидации одних и возникновении других поселений, и это при том, что затраты на обустройство и обеспечение жиз­недеятельности человека, например, в россий­ской Арктике, как правило, в несколько раз пре­вышают аналогичные показатели в центральных районах России. В северных условиях, связанных с проведением в стране серьезных социально-экономических реформ, неизбежные при этом просчеты вызвали падение уровня жизни жителей многих арктических регионов и, как следствие, от­ток населения, большую часть которого представ­ляют наиболее экономически активные и высоко­квалифицированные группы. Остаются те, кому некуда ехать, в т.ч. пенсионеры, что, в конечном счете, приводит к сокращению и качественному ухудшению трудовых ресурсов региона. Склады­вающаяся ситуация представляет собой одну из самых серьезных социально-экономических про­блем современной российской Арктики.

Одной из важнейших для настоящего вре­мени социальных проблем Арктики является про­блема КМНС, общая численность ко­торых в циркумполярной области не превышает сейчас 200 тысяч человек, из которых примерно половина приходится на Россию.

Многовековой период адаптации к экстре­мальным природным условиям определил специ­фику образа жизни и сферы приложения труда около тридцати коренных народов Арктики, боль­шая часть которых насчитывает менее 5 тысяч че­ловек при ареале расселения в десятки и сотни тысяч квадратных километров. Наиболее крупным коренным народом в зарубежной Арктике являют­ся эскимосы, проживающие на огромной террито­рии Аляски, Канадского Севера и Гренландии, причем в последней эскимосы составляют подав­ляющее большинство населения. Кроме эскимосов к числу коренных народов зарубежной Арктики от­носятся также индейцы Северной Америки и саамы Скандинавии. В российской Арктике такими наро­дами являются ненцы, чукчи, ханты, долганы, селькупы, саамы, эскимосы, эвены, иганасаны и др.

Несмотря на то, что в большей части адми­нистративно-территориальных единиц как российской, так и зарубежной Арктики коренные на­роды составляют меньшинство, повсеместно рас­тет уровень их самосознания, выражающийся в требовании расширения национально-террито­риальной автономии с соответствующими права­ми на землю, использование ресурсов, сохране­ние культурной самобытности. Уже с 1979 г Грен­ландия является самоуправляющейся территори­ей Дании, причем особый статус этой территории выражается, например, в том, что в отличие от своей метрополии Дании, Гренландия отказалась от вступления в состав Европейского союза. В 1993 г. между правительством Канады и эс­кимосами подписано соглашение о создании с 1999 г в местах их компактного проживания авто­номного района Нунавут. В США аборигены Аля­ски получают весьма существенную компенсацию за эксплуатацию природных ресурсов. В России крупнейшая в мире газодобывающая компания "Газпром" выделила только администрации Яма­ло-Ненецкого автономного округа 5 % своих акций на нужды проживающего здесь коренного населения.

Проблема коренных народов постоянно при­влекает пристальное внимание ООН и отдельных государств, но продолжает оставаться чрезвы­чайно сложной и деликатной, поскольку есть опасность, что аборигены всего планетарного Се­вера могут превратиться в государственных иж­дивенцев и своего рода рантье, получающих не­малые деньги от предприятий, эксплуатирующих природные ресурсы в районах их проживания.

Проблема регулирования процессов развития КМНС в местах широкомасштабного освоения природных ресурсов крайне сложна, ее разрешение требует участия многих специалистов и практиков. Но решать ее нужно, причем незамедлительно, поскольку речь идет как о судьбе целых этносов, имеющих многовековую историю, так и об экономическом развитии страны.

Поскольку в долгосрочной перспективе вероятно нарастание геоэкономических противоречий в Арктике, связанное с их ресурсным потенциалом и транспортным значением, сохранение и укрепление позиций России в этом регионе является важнейшей задачей, как российской геополитики, так и ее национальной социально-экономической политики.

В этих условиях очевидно, что устойчивое развитие Арктики связано с усилением государственного регулирования, с совершенствованием его методов и подходов, отражающих специфику объекта и учитывающих особенности современного этапа развития экономики России. Вызывает оптимизм утвержденные 18 сентября 2008 года президентом РФ «Основы государственной политики РФ в Арктике на период до 2020 года и дальнейшую перспективу», в которых предполагается осуществление следующих мероприятий:



  • модернизация объектов социальной инфраструктуры Арктики,

  • обеспечение рационального природопользования и развития экологически безопасных видов туризма в местах компактного проживания и традиционного хозяйствования коренных малочисленных народов,

  • международно-правовое оформление внешней границы Арктической зоны Российской Федерации и реализация на этой основе конкурентных преимуществ России по добыче и транспортировке энергетических ресурсов;

  • превращение Арктической зоны Российской Федерации в ведущую стратегическую ресурсную базу Российской Федерации.

Анализ документа показывает, что происходит перестройка системы целей в экономической и социальной политике государства, поскольку нельзя отдавать приоритет краткосрочным целям ценой потерь будущих преимуществ. Таким образом, можно предположить, что в российской Арктике будут созданы благоприят­ные условия для оптимального сочетания ее ин­тересов с интересами всей страны при одновре­менном переходе к устойчивому развитию и обеспечению достойной жизни жителей региона.
Список литературы

  1. Васильев В.В., Жуков М.А., Истомин А.В., Селин В.С. Оценка условий и перспектив использования природных ресурсов неразграниченных морских пространств в Арктической зоне. Апатиты: Изд-во ИЭП КНЦ РАН, 2007. 147 с.

  2. Зернова Л. Дорога в белое безмолвие [Электронный ресурс] // Новая газета. - 2006. – 2 февраля. – http://www.novayagazeta.spb.ru/?y=2005&n=50&id=2)

  3. Криворотов А.К. Северный шельф перед лицом глобальной нестабильности. Север и Арктика в новой парадигме мирового развития. Лузинские чтения -2010. Материалы V Международной научно-практической конференции. Апатиты: Изд-во КНЦ РАН. 2010.С. 17-18.

  4. Ларченко Л.В. Стратегические интересы субъектов региональной экономики регионов Севера: анализ и согласование интересов// Известия РГПУ им. А.И. Герцена. 2008. №10(64).С. 107-113.

  5. Север и Арктика в пространственном развитии России: научно-аналитический доклад. Апатиты: Изд-во КНЦ РАН, 2010.213 с.

  6. Селин В.С., Истомин А.В. Экономика Северного пути: исторические тенденции, современное состояние, перспективы. – Апатиты: Изд-во КНЦ РАН, 2003. 301 с.



References

  1. Vasilyev V.V., Zhukov M.A., Istomin A.V., Selin V.S. Appraisal of conditions and prospects for the use of natural resources of the unlocated  maritime areas in the Arctic zone. Apatity: Publishing house IEP KNZ RAN, 2007. 147 p.

  2. Zernova L. The Road to the white silence [Electronic resource]// New newspaper-2006. February, 2-http://www.novayagazeta.spb.ru/?y=2005&n=50&id=2

  3. Krivostokov A.K. Northern shelf in the face of global instability. North and the Arctic in the new paradigm of global development. Luzin reading- 2010. Data of the fifth International Scientific and Practical Conference. Apatity. Publishing house IEP KNZ RAN, 2010. 17-18 p.

  4. Larchenko L.V. Strategic interests of the subjects of the regional economy of the northern regions: the analysis and accommodation of interests// Izvestia, Russian State Pedagogical University n.a. Herzen

  5. North and the Arctic in the spatial development of Russia: scientific and analytical report. Apatity: Publishing House KNZ RAN, 2010. 213 p.

  6. Selin V.S., Istomin A.V. The economy of the Northern ways: historical trends, current state and perspectives. - Apatity: Publishing house KNZ RAN, 2003






Достарыңызбен бөлісу:




©dereksiz.org 2020
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет