Красных В. В. К78 «Свой» среди «чужих»: миф или реальность?



Pdf көрінісі
бет11/212
Дата21.09.2023
өлшемі4.03 Mb.
#478196
1   ...   7   8   9   10   11   12   13   14   ...   212
Красных кітабы

 is a friend of mine»,
которой тот представлял своего приятеля, с которым по-
знакомился просто-таки накануне. Понятно, что для
 друг
— это совер-
шенно другое, друзей вообще не может быть много. А для американца, похоже,
весь мир — друзья? Особенно если учесть, что в английском языке есть эквива-
ленты наших слов приятель (fellow) и знакомый (acquaintance). Наверное, дело
не столько в «национальном американском» или «национальном английском»
Представление — это любой психотипический образ
любое идиозначение, любая
любой
любая
смысл — совокупность усреднен-
ных идиообразов (идиокогитем и идиоэмоционем); значения же есть не что иное, как указание
на те или иные классы этих совокупностей [Сорокин
По сути это позиция релятивистов. Среди наиболее известных релятивистских теорий
следует назвать концепцию конфигурации культур Р. Бенедикт, концепцию Л. Леви-Брюля
(речь идет о противопоставленности первобытного мышления и логического европейского), идеи
Боаса и, конечно, гипотезу лингвистической относительности


КАРТИНА МИРА vs. ЯЗЫКОВАЯ КАРТИНА МИРА 19
характере, сколько в лингво-когнитивных феноменах: в том, что стоит за каж-
дым из этих слов для англичанина, американца или русского. Или: там, где мы
 рад
или обрадоваться, англичанин ничтоже сумняшеся
 happy
(счастлив), и, похоже, действительно, пребывает happy по этому поводу. Так,
фразу
 что Вы
англичанка, хорошо говорящая по-русски и по-
нимающая разницу между
 радостью
и счастьем, тут же перевела как
 happy you came».
С другой стороны, различия в языковых картинах мира далеко не всегда
свидетельствуют о кардинальных различиях на определенных участках карти-
ны мира, (языкового) сознания — см., например, результаты экспериментов по
изучению цветового поля профессора Е. Н. Соколова. Кроме того, еще в 1969 г.
Б. Берлин и П. Кэй опубликовали результаты исследований
17
, в которых основ-
ное внимание было обращено не на границы межу цветами, а на центр, т. е. на
то, что они назвали фокусными цветами. А теперь я предоставлю слово этно-
психологу Т. Г. Стефаненко, которая подробно описала как само исследование,
так и его результаты.
«На первом этапе авторы просили испытуемых — представителей 20 языко-
вых групп, проживающих в США и знающих, кроме родного языка, английс-
кий, выделить базовые термины для обозначения цветов на их языке. Когда на-
боры цветообозначений были получены, испытуемые должны были из 329 об-
разцов, окрашенных в разные цвета, выбрать: а) те, которые соответствуют каж-
дой из выделенных цветовых категорий; б) среди них наиболее типичные, соот-
ветствующие каждой категории в наибольшей степени.
Как и следовало ожидать (продолжает Т. Г. Стефаненко), границы обозначе-
ния цветовых категорий в разных языках не совпали. Но выбранные испытуе-
мыми «лучшие» для базовых цветов образцы (фокусные цвета) оказались одни-
ми и теми же: для черного, белого и красного цветов — в 20 языках, для зелено-
го — в 19, для желтого — в 18, для синего — в 16, для коричневого и фиолетово-
го —
для серого — в 14, для оранжевого и розового — в
Таким образом, американские исследователи предложили систему цветовых
универсалий. Кроме фокусных цветов универсальной они считают последова-
тельность возникновения цветовых категорий в языках мира. Исследовав 78 язы-
ков, Берлин и Кэй пришли к выводу, что
основных цветов стали кодировать-
ся в истории любого языка в фиксированном порядке, а стадии появления тер-
минов представляют собой ступени лингвистической эволюции языков:
1. сначала появились названия для белого и черного цветов, и они имеются во
всех языках (возможны варианты: «светлый теплый» и «темный холодный»);
2. если язык содержит три термина, то в нем имеется термин для красного
цвета;
 Berlin В., Kay P.
Basic Color Terms: Their Universality and Evolution. Berkeley: Univ. of California
Press,


20 ГЛАВА I. ЯЗЫКОВОЕ СОЗНАНИЕ
3. если язык содержит четыре термина, то в нем имеются термины либо для
желтого, либо для зеленого цвета;
4. если язык содержит пять терминов, то в нем имеются термины и для желтого
и для зеленого цветов;
5. если язык содержит шесть терминов, то в нем имеется термин для синего
цвета;
6. если язык имеет семь терминов, то в нем имеется термин для коричневого
цвета;
7. если язык имеет восемь и больше терминов, то в нем имеются термины для
фиолетового, розового, оранжевого, серого цветов» [Стефаненко 2000:
Интересно, что в «Илиаде» и «Одиссее» исследователи выявили трехчлен-
ную классификацию цветов, в которой основными были черный, белый, крас-
ный. Такую же систему В. Тернер обнаружил и в языке африканского племени
ндембу [Там же].
Элеоноре Хайдер (подчас более известной под фамилией Рош) удалось до-
казать на материале 23 языков, что фокусные цвета более «кодируемы» (их тер-
мины короче и вспоминаются легче). Кроме того, исследуя цветовую картину у
племени дани (Новая Гвинея), Хайдер (Рош) установила, что фокусные цвета
лучше запоминаются, даже если в родном языке нет термина, обозначающего
данный цвет. А. Вежбицкая попыталась дать этому объяснение, найдя «естествен-
ные прототипы из окружающей среды», типа: черный — ночь, белый — день,
синий — небо, зеленый — флора, красный — огонь [Вежбицкая 1996].
Аналогичную картину можно наблюдать и в сфере грамматических катего-
рий, где также может наблюдаться определенная асимметрия формы и значения:
значение присутствует в сознании, но не имеет однозначной грамматической
формы для своего выражения. Например, категория определенности /неопреде-
ленности в русском языке, как известно, не имеет грамматического выражения.
Но разве мы не можем передать это грамматическое значение? Конечно, можем.
Во-первых, это различные местоимения и наречия с частицами -то, -либо, -ни-
будь, кое-.
Во-вторых, это особые лексические средства, например, некий (чело-
век), нечто. В-третьих, это порядок слов (В комнату вошел человек. — Человек
вошел в комнату.).
Или категория рода имен существительных в английском или
шведском. Думаю, что определенным доказательством того, что в английском
языке категория рода существует и присуща не только одушевленным предме-
там, служит местоимение she (она), замещающее слова, определяющие «плавс-
редства»: ship, yacht, boat. Безусловно, это связано с историей флота и — кон-
кретно — с внешним видом судов (отсюда и убеждение, что «женщина на кораб-
ле — к беде»), но факт остается фактом: категория рода семантически англий-
скому языку не чужда. Ну, а в шведском имеет место разграничение слов средне-
го и общего рода (en bok — книга
 ett bord
— стол), но выражается оно арти-
клем, а не «формой» имени существительного (как в русском или, например,
испанском:



СОЗНАНИЕ - МЫШЛЕНИЕ - ИНТЕЛЛЕКТ 21
С другой стороны, языковая картина мира может оказывать весьма серьез-
ное влияние на способ членения действительности и, следовательно, на картину
мира. Например, многие, кто изучал языки со сложной системой времен, знают,
как трудно подчас бывает овладеть не только и не столько формами времен,
сколько «способом» членения временной оси. То же справедливо и по отноше-
нию к иностранцам, пытающимся овладеть видами русского глагола.


Достарыңызбен бөлісу:
1   ...   7   8   9   10   11   12   13   14   ...   212




©dereksiz.org 2024
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет