Кредо 4(140) апрель 2007г



жүктеу 0.77 Mb.
бет3/7
Дата14.06.2016
өлшемі0.77 Mb.
1   2   3   4   5   6   7

ТАШКЕНТ

Ташкент принимал гостей!


Впервые в истории ташкентская апостольская администратура принимала членов Конференции епископов Казахстана и ординарев Средней Азии.
К О М М Ю Н И К Е
5-6 марта 2007 г. в Ташкенте в Узбекистане прошло Х пленарное заседание Конференции епископов Казахстана под председательством архиепископа Томаша Пэты, митрополита Астанинского, и при участии апостольского нунция в Казахстане, Узбекистане, Киргизстане и Таджикистане архиепископа Юзефа Веселовски и всех ординариев среднеазиатских стран. Встрече предшествовали пятидневные реколлекции, проведенные о. прелатом Кшыштофом Ниткевичем, заместителем секретаря ватиканской Конгрегации по делам восточных Церквей.

Члены конференции поделились своими соображениями на тему текущего положения Католической Церкви в отдельных государствах. Были оговорены планы совместных пастырских начинаний. Епископы ознакомились с ходом подготовки ко встрече молодежи в Озерном, намеченной на 11-15 августа 2007 г. О. Рэймунд О’Тул (SFM), ассистент генерального секретаря Федерации епископских конференций Азии (FABC), описал ее структуру и стоящие перед ней задачи, а также выразил ожидания федерации епископских конференций в отношении Конференции епископов Казахстана и ординариев Средней Азии.

Епископы направили свои поздравления Папе Бенедикту XVI в связи с его 80-летним юбилеем и приближающимися пасхальными торжествами.

Участники заседания и великопостных реколлекций в общей молитве препоручили милосердию Божьему всех жителей Средней Азии и в первую очередь тех из них, кто особенно нуждается в Божьей поддержке.



АСТАНА


Дар священства
В торжество св. Иосифа в кафедральном соборе г. Астаны состоялось рукоположение в сан священника бенедиктинца-миссионера о. Матияса Беер (OSB).

Это был особенный день не только для о. Матияса, но и для всей нашей архиепархии. Радость быть свидетелем принятия великого дара соединялась с благодарностью за то, что Господь избрал и поставил нового работника на ниву Свою. Мысленным взором хотелось бы охватить то огромное невозделанное поле, которое предстоит еще обработать, особенно здесь в бескрайних степях Казахстана.

Господь призвал о. Матияса нести людям Его любовь именно здесь, в этих часто очень удаленных и порой почти забытых уголках. О. Матияс является членом ордена бенедиктинцев-миссионеров, который был основан в XIX в. Генеральный дом ордена находится в Германии, в Баварии.

О. Матияс родился в 1955 г. в г. Таванаса. После окончания средней школы выучился сначала на лесничего, а потом - медбрата. Затем некоторое время работал по данным специальностям. В 1981 г. он вступил в орден. В 1983 г. принес первые монашеские обеты, а в 1986 г. – вечные. В монастыре о. Матияс работал как медбрат, был кантором, отвечал за прием гостей. С 1987 по 1988 гг. работал на миссиях в Танзании. Четыре года (2002-2006 гг.) он посвятил изучению богословия. И по окончании обучения был рукоположен в диаконы в Сан-Галлен. 1 октября 2006 г. вместе с о. Иосифом Марией он приехал на миссию в Казахстан. Село Озерное стало местом начала основания монастыря данного ордена в Казахстане. Монастырь посвящен Богородице - Матери богатого улова. Главной задачей монахов будет основание и развитие духовного центра национального святилища Казахстана, куда будут съежаться также паломники и из других стран.

В день рукоположения храм наполнился людьми. Каждый чувствовал, что наступает трогательный момент. Стать священником, следовать за Христом, нести Христа людям, примирять их с Богом, укреплять в страдании, утешать в болезни - разве это не прекрасный Божий дар? Эти мысли сменяли одна другую под молитву литании ко всем святым. Потом наступил момент помазания рук, облачения в одежды священника, и вот уже новорукоположенный священник уделял примицийное благословение. Казалось бы, что все прошло так быстро, но это только начало - начало священнического служения.

В завершении хотелось бы пожелать о. Матиясу, чтобы этот день всегда напоминал ему о великом даре, об избрании. Ведь жатва еще так велика…

Астана.

БЕНЕДИКТА ПАПЫ XVI, ВЕРХОВНОГО ПОНТИФИКА, АПОСТОЛЬСКОЕ ПОСИНОДАЛЬНОЕ УВЕЩЕВАНИЕ «SACRAMENTUM CARITATIS» ВСЕМ ЕПИСКОПАМ, СВЯЩЕННИКАМ, ПОСВЯЩЕННЫМ ЛЮДЯМ И ВСЕМ ВЕРНЫМ-МИРЯНАМ О ЕВХАРИСТИИ – ИСТОЧНИКЕ И ВЕРШИНЕ ЖИЗНИ И МИССИИ ЦЕРКВИ

ВВЕДЕНИЕ


1. Таинство любви1 , святейшая Евхаристия - дар предающего Себя Самого Иисуса Христа, явившего нам бесконечную любовь Божью к каждому человеку. В этом изумительном таинстве открывается нам «величайшая» любовь, побуждающая «положить душу свою за друзей своих» (Ин 15, 13). Ведь Иисус «до конца возлюбил их» (Ин 13, 1). Этими словами евангелист предваряет деяние нескончаемого смирения, совершенное Иисусом: прежде чем умереть ради нас на кресте, Он, препоясавшись полотенцем, омыл ноги Своим ученикам. Тем же образом в евхаристическом таинстве Иисус «до конца», т.е. вплоть до предания тела и крови, продолжает любить нас. Какое же удивление охватило сердца апостолов во время вечери при подобных деяниях и словах Господа! Какое же восхищение должна пробуждать в наших сердцах евхаристическая Тайна!
Пища Истины

2. В таинстве алтаря Господь выходит навстречу человеку, сотворенному по подобию Божьему (ср. Быт 1, 27), соделываясь его товарищем на пути. Ведь в данном таинстве Господь становится пищей для людей, алчущих истины и свободы. Так как лишь одна истина может сделать нас подлинно свободными (ср. Ин 8, 36), Христос становится для нас пищей Истины. Отчетливо проницая человеческую природу, св. Августин с очевидностью демонстрирует, как произвольно, а не по принуждению, человек стремится к тому, что его привлекает и пробуждает в нем вожделение. Вопрошая себя, что же в конечном итоге внутренне движет человеком, св. епископ восклицает: «Чего же сильнее жаждет душа, нежели истины?»2 Ведь каждый человек носит в себе неугасимую жажду окончательной и совершенной истины. Потому-то Господь Иисус, «путь, истина и жизнь» (Ин 14, 6), предлагает себя изнывающему человеческому сердцу, ощущающему себя жаждущим паломником, сердцу, стремящемуся к источнику жизни, сердцу, вымаливающему истины. Иисус Христос – Истина, ставшая Личностью и привлекающая мир к Себе. «Иисус – полюс человеческой свободы: без Него она собьется с пути, так как без познания истины свобода теряет свою природу, изолируется и становится пустым произволом. С Ним же свобода вновь обретает себя».3 В таинстве Евхаристии Иисус ярчайшим образом являет нам истину любви, которая есть сущность Бога. Такова евангельская истина, касающаяся всех людей и всего человека в целом. Поэтому Церковь, обретающая в Евхаристии свой жизненный центр, стремится «во время и не во время» (2 Тим 4, 2) возвещать всем, что Бог есть любовь.4 И поскольку Христос стал для нас пищей истины, Церковь обращается к человеку, приглашая его свободно принять дар Божий.


Развитие евхаристического обряда

3. Оглядываясь на двухтысячелетнюю историю Церкви Божьей, направляемой мудрым воздействием Духа Святого, мы с благодарностью восхищаемся упорядоченным во времени развитием обрядовых форм, в которых мы воспоминаем событие нашего спасения. От форм первых веков, поныне сияющих в обрядах древних восточных Церквей, и до распространения Римского обряда, от ясных указаний Тридентского собора вместе с Миссалом св. Пия V и до обновленной литургии II Ватиканского собора - на любом временном отрезке истории Церкви евхаристическое служение как источник и вершина ее жизни и миссии блистает в литургических обрядах всем своим многогранным богатством. XI Очередная генеральная ассамблея епископских синодов, проходившая в дни со 2 по 23 октября 2005 г. в граде Ватикане, выразила глубокое благодарение Богу за такую историю, признав в ней действие Духа Святого. Особенным образом отцы синода констатировали и подтвердили то благо, которое принесла для жизни Церкви предпринятая II Ватиканским вселенским собором литургическая реформа.5 Синод смог оценить ее восприятие после соборной сессии. Многое признано здравым. Трудности и даже некоторые указанные злоупотребления, как было отмечено, не могут затмить благодатности и действенности обновленной литургии, все еще скрывающей в себе в неполной мере раскрытые богатства. Речь, в частности, идет о том, что предусмотренные собором преобразования должно воспринимать в рамках того единства, которым отмечено историческое развитие этого обряда, не вводя искусственных разрывов.6


Синод епископов и Год Евхаристии

4. Кроме того, необходимо отметить связь вышеупомянутого синода епископов, посвященного Евхаристии, с тем, что в последние годы происходило в жизни Церкви. Во-первых, мы должны мысленно вернуться к Великому юбилею 2000 г., которым Наш досточтимый предшественник слуга Божий Иоанн Павел II ввел в третье христианское тысячелетие Церковь. Юбилейный год, без сомнения, был проникнут евхаристическим настроением. К тому же нельзя забывать, что синод епископов предшествовал и неким образом подготавливал Год Евхаристии, с великой дальновидностью провозглашенный для всей Церкви Иоанном Павлом II. Тот период времени, начало которому положил гвадалахарский Международный евхаристический конгресс в октябре 2004 г., нашел свое завершение при роспуске XI синодальной ассамблеи, когда к сонму святых были причислены пятеро блаженных, отличавшихся особенным евхаристическим благочестием: епископ Иосиф Билчевски, священники Каетан Катанозо, Сигизмунд Гораздовски и Альберт Гуртадо Кручага, а также монах-капуцин Феликс Никозийский. Исходя из предложенного Иоанном Павлом II учения апостольского послания «Mane nobiscum Domine»7 и его важнейших тезисов и опираясь на ценные рекомендации Конгрегации божественного культа и дисциплины таинств8 , епархии и различные церковные учреждения предприняли множество начинаний, чтобы пробудить и возрастить среди верных евхаристическую веру и тем самым способствовать углублению попечения о литургических служениях, а также содействовать распространению евхаристического поклонения и из него черпать определенную помощь, которая проистекала бы из Евхаристии и достигала бы нуждающихся. Наконец, необходимо отметить значение последнего окружного послания Нашего досточтимого предшественника «Ecclesia de Eucharistia»9 , в котором он оставил нам образцовый документ евхаристического учения и последнее свидетельство той основополагающей роли, которую это божественное таинство играло в его жизни.


Цель настоящего увещевания

5. Данное апостольское увещевание намеревается охватить мысли и предложения вышеупомянутой Очередной генеральной ассамблеи епископских синодов, начиная от «Lineamentа» и заканчивая «Propositiones per “Instrumentum laboris”», «Relationes ante et post disceptationem», выступлениями синодальных отцов, слушателей и братских делегатов, чтобы разъяснить важнейшие элементы и задачи, которые дали бы Церкви новый толчок и возбудили бы в ней евхаристическое горение. Хорошо сознавая обширность доктринального и дисциплинарного наследия, собранного в течение веков вокруг этого таинства,10 настоящим документом, следуя пожеланиям синодальных отцов,11 нам хотелось бы побудить христианский народ к глубокому восприятию связи между евхаристической Тайной, литургическим действием и новым духовным культом, проистекающей из Евхаристии как таинства любви. Имея в виду вышесказанное, мы желаем присовокупить настоящее увещевание к Нашему первому окружному посланию «Deus caritas est», в котором Мы неоднократно упоминаем таинство Евхаристии, чтобы выявить его необходимость для христианской любви к Богу и ближнему: «…воплотившийся Бог привлекает всех нас к Себе. А это значит, что агапе становится еще одним названием Евхаристии: в ней агапе Божья приходит к нам во плоти, чтобы продолжать действовать в нас и через нас».12


ЧАСТЬ ПЕРВАЯ ЕВХАРИСТИЯ – ТАЙНА, В КОТОРУЮ СЛЕДУЕТ ВЕРИТЬ
«Вот дело Божие, чтобы вы веровали в Того, Кого Он послал» (Ин 6, 29).
Евхаристическая вера Церкви

6. «Тайна веры!»: в данных словах, произносимых непосредственно после слов освящения, священник провозглашает превосходящее всякое человеческое понимание субстанциональное пресуществление хлеба и вина в тело и кровь Господа Иисуса и одновременно выражает свое изумление. Евхаристия, действительно, является «тайной веры» в превосходнейшей степени: «Евхаристия есть компендий и совокупность нашей веры».13 Вера Церкви по самой своей сущности – вера евхаристическая, питаемая по преимуществу евхаристической трапезой. Вера и таинства – два взаимодополняющих проявления церковной жизни. Пробужденная провозглашенным Словом Божьим, вера питается и возрастает в соответствии с благодатью воскресшего Господа, действующей в таинствах. «Вера выражается в обряде, а обряд усиливает и укрепляет веру».14 По этой причине таинство алтаря занимает центральное место в церковной жизни; «благодатью Евхаристии вновь и вновь рождается Церковь»15. Чем живее в народе Божьем евхаристическая вера, тем горячее его участие в церковной жизни путем сознательного разделения миссии, вверенной Христом Его ученикам. История Церкви - свидетельство тому. Любая значительная реформа связана каким-то образом с новым осмыслением веры в евхаристическое присутствие Господа, пребывающего посреди Своего народа.


Пресвятая Троица и Евхаристия
Хлеб, сшедший с небес

7. Первым предметом евхаристической веры является сама тайна Божья, троичная любовь. В беседе Иисуса с Никодимом мы находим знаменательные в этой связи слова: «Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий, верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную. Ибо не послал Бог Сына Своего в мир, чтобы судить мир, но чтобы мир спасен был чрез Него» (Ин 3, 16-17). Эти слова раскрывают конечное основание дара Божьего. В Евхаристии Иисус приносит в жертву не «что-нибудь», а Себя Самого; Он предлагает Свое тело и изливает Свою кровь. Он предает таким образом все Свое бытие, являя первоисточник подобной любви. Он есть вечный Сын, данный нам Отцом. В Евангелии мы вновь слышим слова Иисуса, когда, после насыщения огромного множества людей, Он говорит Своим собеседникам, следующим за Ним в Капернауме до синагоги: «Отец Мой дает вам истинный хлеб с небес. Ибо хлеб Божий есть тот, который сходит с небес и дает жизнь миру» (Ин 6, 32-33), а затем Себя Самого, т.е. собственную плоть и собственную кровь, делает хлебом: «Я хлеб живый, сшедший с небес; ядущий хлеб сей будет жить вовек; хлеб же, который Я дам, есть плоть Моя, которую Я отдам за жизнь мира» (Ин 6, 51). Таким образом, Иисус являет Себя хлебом жизни, подаваемым вечным Отцом людям в качестве дара.


Незаслуженный дар Пресвятой Троицы

8. В Евхаристии является замысел любви, направляющий всю историю спасения (ср. Еф 1, 10; 3, 8-11). В ней Бог-Троица, Который Сам в Себе есть любовь (ср. 1 Ин 4, 7-8), совершенно смешивается с нашей человеческой природой. В хлебе и вине, под видом которых сокрытый Христос предает нам Себя во время пасхальной вечери (ср. Лк 22, 14-20; 1 Кор 11, 23-26), присутствует вся божественная жизнь, которая достигает нас, и в форме таинств становится сопричастницей всех нас. Бог есть совершенное общение любви между Отцом, Сыном и Святым Духом. Уже при сотворении человек призывается неким образом быть сопричастным Божьего дыхания жизни (ср. Быт 2, 7). Но лишь в умершем и воскресшем Христе и в излиянии Духа Святого, подаваемого без меры (ср. Ин 3, 34), мы становимся причастны Богу в Его глубинной беспредельности.16 Потому Иисус Христос, «Который Духом вечным принес Себя непорочного Богу» (Евр 9, 14), разделяет с нами в евхаристическом даре саму божественную жизнь. Речь идет об абсолютно незаслуженном даре, соответствующем лишь Божьим обетованиям, исполненным превыше всякой меры. Церковь с верным послушанием этот дар принимает, литургически его совершает и ему поклоняется. «Тайна веры» - тайна троичной любви, к сопричастию которой мы призваны по благодати. Потому-то и мы вместе со святым должны восклицать: «Видя любовь, видишь Троицу».17


Евхаристия: Иисус – истинный Агнец закланный
Новый и вечный завет в крови Агнца

9. Миссия, ради которой Иисус нисшел к нам, достигает своего свершения в пасхальной Тайне. С креста, с которого Он всех привлекает к Себе (ср. Ин 12, 13), прежде чем «предать дух», Господь говорит: «Совершилось» (Ин 19, 30). В тайне Его послушания «даже до смерти, и смерти крест ной» (Флп 2, 8), берет свое начало новый и вечный завет. Свобода Бога и свобода человека в Его пригвожденной к кресту плоти встречаются в нерасторжимом, вовеки действительном союзе. И за грехи человеческие Сын Божий принес вечное умилостивление (ср. Евр 7, 27; 1 Ин 2, 2; 4, 10). Как Нами уже отмечалось, «в Его крестной смерти совершается то самое обращение Бога против Себя Самого, в котором Он предает Себя, чтобы поднять и сохранить человека: любовь в ее радикальнейшей форме».18 В пасхальной Тайне мы поистине освобождены от зла и смерти. В словах установления Евхаристии Иисус упоминает о «новом и вечном завете», рожденном Его излитой кровью (Мф 26, 28; Мк 14, 24; Лк 22, 20). Конечная цель Его миссии стала наиболее очевидной с началом его общественной жизни. Ведь Иоанн Креститель, увидев на берегах Иордана идущего к нему Иисуса, восклицает: «Вот Агнец Божий, Который берет на Себя грех мира» (Ин 1, 29). Знаменательно то, что те же слова произносятся при всяком служении св. Мессы, когда священник призывает приблизиться к алтарю: «Вот Агнец Божий, берущий на Себя грехи мира. Блаженны званные на вечерю Агнца». Иисус – истинный пасхальный агнец, добровольно приносящий Себя ради нас в жертву, вводя в действие новый и вечный завет. Евхаристия содержит в себе ту необычайную новизну, которая по-новому предлагается нам при каждом ее служении.19


Установление Евхаристии

10. Таким образом, мы подходим к размышлениям над установленной на Тайной вечере Евхаристией. Данная вечеря проходит под видом традиционной обрядовой трапезы, при которой совершается воспоминание события, стоявшего у истоков израильского народа, т.е. его освобождения из египетского рабства. Эта обрядовая трапеза, связанная с закланием агнцев (ср. Исх 12, 1-28. 43-51), будучи воспоминанием о прошлом, в то же время была и пророческим воспоминанием, т.е. предвозвещением грядущего освобождения. Ведь этот народ познал, что то освобождение не было окончательным, поскольку его история все еще была слишком отмечена рабством греха. Так посредством воспоминания о древнем освобождении рождались более высокие запросы и ожидания абсолютного, всеобъемлющего и окончательного спасения. В таком контексте Иисус вносит новизну Своего дара. В молитве хвалы «Берака» Он благодарит Отца не столько за событие минувшей истории, сколько за собственное «вознесение». Устанавливая таинство Евхаристии, Иисус предваряет и дополняет жертву Креста и победу воскресения. И в то же время Он открывает Себя как истинного агнца закланного, предначертанного еще при сотворении мира в замысле Отца, как мы читаем об этом в первом послании Петра (ср. 1 Петр 1, 18-20). Принося Свой дар при подобной взаимосвязи вещей, Иисус раскрывает спасительный смысл Своей смерти и воскресения, т.е. тайны, поистине послужившей толчком для обновления истории и всего мира в целом. Ведь в установлении Евхаристии раскрывается, каким образом эта сама по себе насильственная и абсурдная смерть в Иисусе преобразуется в акт любви и окончательного освобождения человечества.


Предзнаменование преобразуется в истину

11. Таким образом, Иисус вводит в древнюю жертвенную трапезу евреев нечто новое и основополагающе важное. Для нас, христиан, эта трапеза уже не некое повторение. Как справедливо и заслуженно отмечали Отцы, предзнаменование преобразуется в истину: то, что предвозвещало грядущее, теперь уступило место самой истине. Древний обряд свершен и окончательно превзойден даром любви воплощенного Сына Божьего. Пища истины, закланный ради нас Христос, «предзнаменованию кладет предел».20 Повелевая: «…сие творите в Мое воспоминание» (Лк 22, 19; 1 Кор 11, 25), Он требует от нас ответа на Свой дар и его сакраментального выражения. В данных словах Господь высказывает, так сказать, ожидание, что Церковь, родившаяся из Его жертвы, примет этот дар и разовьет под водительством Духа Святого литургическую форму Таинства. Ведь совершенное воспоминание этого дара состоит не в простом повторении, а именно в Евхаристии, т.е. во врожденной новизне христианского культа. Этими словами Иисус возложил на нас долг войти в Его «час»: «Евхаристия вовлекает нас в акт жертвоприношения Иисуса. Мы не только статически принимаем воплощенного Логоса, но оказываемся вовлечены в динамику Его жертвоприношения».21 «Он вовлекает нас в Себя Самого».22 Сущностное пресуществление хлеба и вина в Его тело и кровь вводит в творение принцип коренного видоизменения, что-то наподобие «расщепления ядра», если воспользоваться знакомым нам сегодня образом, совершающегося в глубочайшей сути естества, т.е. видоизменения, запускающего процесс преобразования действительности, конечной целью которой является преображение всего мира вплоть до того состояния, когда Бог станет все во всем (ср. 1 Кор 15, 28).


Святой Дух и Евхаристия
Иисус и Святой Дух

12. В Своем слове и в хлебе и вине Господь предоставил нам важнейшие элементы нового культа. Церковь, Его Невеста, призвана к ежедневному совершению евхаристического пира в Его воспоминание. Так она вписывает искупительную жертву своего Жениха в человеческую историю и позволяет ей сакраментально присутствовать во всех культурах. Эта «великая тайна» совершается в литургических формах, выработанных Церковью под водительством Святого Духа во времени и пространстве.23 В этой связи нам надлежит пробуждать в себе осознание той решающей роли, которую Святой Дух играет в выработке литургических форм и понимании божественных тайн. Утешитель, первый ниспосланный верующим дар24 , действовавший уже при сотворении (ср. Быт 1, 2), во всей полноте присутствует в жизни воплощенного Слова: ведь Иисус зачат Приснодевой Марией от Святого Духа (ср. Мф 1, 18; Лк 1, 35); на берегу Иордана, приступая к своей публичной миссии, Он видит Духа нисходящим на Него под видом голубя (ср. Мф 3, 16 и пар.); в том же Духе Он действует, говорит и радуется (ср. Лк 10, 21); в Нем же Он может принести Себя в жертву (ср. Евр 9, 14). В так называемых «прощальных беседах», переданных Иоанном, Он ясно связывает дарование Своей жизни в пасхальной тайне с дарованием Духа Своим (ср. Ин 16, 7). По Своем воскресении, нося в Своей плоти знамения Своего страдания, Он может излить Духа (ср. Ин 20, 22), разделив с учениками Свою миссию (ср. Ин 20, 21). Впоследствии Дух будет учить всех учеников и поможет им вспомнить все, что говорил Христос (ср. Ин 14, 26), так как Ему как Духу истины (ср. Ин 15, 26) надлежит привести учеников ко всякой истине (Ин 16, 13). Согласно повествованию Деяний, Дух в день Пятидесятницы сошел на соединенных в молитве с Марией апостолов (ср. Деян 2, 1-4) и побудил их к служению провозглашения Евангелия всем народам. Итак, силой Духа Сам Христос присутствует и действует в Своей Церкви, начиная с ее жизненного центра, т.е. Евхаристии.


Святой Дух и евхаристическое служение

13. В свете всего вышесказанного становится понятной решающая роль Святого Духа в евхаристическом служении и, в частности, в пресуществлении. Осознание этой роли ясно присутствует у отцов Церкви. Св. Кирилл Иерусалимский в своих «Тайноводственных поучениях» отмечает: «Бога благого мы молим, дабы Он ниспослал Святого Духа на предложенные дары и дабы соделал хлеб телом Христовым, а вино – кровью Христовой. Ибо все, на чем почиет Дух Святой, освящается и видоизменяется».25 И св. Иоанн Златоуст повелел священникам, совершающим жертву, призывать Духа Святого:26 как служитель Илия, – говорит он, – привлекает Духа Святого, «дабы нисшедшая на жертву благодать воспламенила посредством ее души всех».27 Для духовной жизни верных чрезвычайно необходимо яснейшее осмысление богатства анафоры: наряду с произнесенными на Тайной вечере словами Христа она содержит в своем эпиклезисе воззвание к Отцу о ниспослании дара Духа, чтобы хлеб и вино стали телом и кровью Иисуса Христа ради все более полного преобразования всего сообщества в тело Христово.28 Дух, призываемый служителем на возложенные на алтарь дары хлеба и вина, - это тот же Дух, Который собирает верующих «в одно тело», превращая их в жертву, благоугодную Отцу.29


1 ср. св. Фома Аквинский, «Summa Theologiae», III, 73, п. 3.

2 св. Августин, «In Iohannis Evangelium tractatus», 26, 5: PL, 35, 1609.

3 Бенедикт XVI, «Allocutio ad plenariam Sessionem Congregationis pro Doctrina fidei» (10 февраля 2006 г.): AAS 98 (2006), 255.

4 ср. Бенедикт XVI, «Allocutio ad Participes Consilii Ordinarii Secretariae Generalis Synodi Episcoporum» (1 июня 2006 г.): “L”Osservatore Romano”, 02/06/2006, с. 5.

5 ср. «Propositio», 2.

6 Здесь имеется в виду необходимость уяснения преемственности, в том числе и для верного прочтения развития литургии после II Ватиканского собора: ср. Бенедикт XVI, «Sermo ad Romanam Curiam» (22 декабря 2005 г.): AAS 98 (2006), 44-45.

7 ср AAS 97 (2005), 337-352.

8 ср. “Anno dell”Eucaristia: suggerimenti e proposte” (15 октября 2004 г.): “L”Osservatore Romano”,15/10/2004, приложение.

9 ср. AAS 95 (2003), 433-475. Необходимо также упомянуть наставление Конгрегации божественного культа и дисциплины таинств «Redemptionis Sacramentum» (25 марта 2004 г.): AAS 96 (2004), 549-601, издания которой явственно пожелал Иоанн Павел II.

10 Упомянем только важнейшие: Тридентский вселенский собор, «Doctrina et canones de ss. Missae sacrificio», DS, 1738-1759; Лев XIII, окружное послание «Mirae caritatis» (28 мая 1902 г.): AAS (1903), 115-136; Пий XII, окружное послание «Mediator Dei» (20 ноября 1947 г.): AAS 39 (1947), 521-595; Павел VI, окружное послание «Mysterium fidei» (3 сентября 1965 г.): AAS 57 (1965), 753-774; Иоанн Павел II, окружное послание «Ecclesia de Eucaristia» (17 апреля 2003 г.): AAS 95 (2003), 433-475; Конгрегация божественного культа и дисциплины таинств, наставление «Eucharisticum mysterium» (25 мая 1967 г.): AAS 59 (1967), 539-573; наставление «Liturgiam authenticam» (28 марта 2001 г.): AAS 93 (2001), 685-726.

11 ср. Propositio 1.

12 п. 14: AAS 98 (2006), 229 (цитируется по переводу «Кредо»).

13 «Катехизис Католической Церкви», 1327.

14 «Propositio», 16.

15 Бенедикт XVI, «Homilia in Cathedra Romana inauguranda» (7 мая 2005 г.): AAS 97 (2005), 752.

16 ср. «Propositio», 4.

17 «De Trinitate», VIII, 8, 12: CCL 50, 287

18 Окружное послание «Deus caritas est» (25 декабря 2005 г.), 12: AAS 98 (2006), 228.

19 ср. «Propositio», 3.

20 Литургия часов, гимн на торжество святейшего Тела и Крови Христовой.

21 Бенедикт XVI, окружное послание «Deus caritas est», (25 декабря 2005 г.), 13: AAS 98 (2006), 228.

22 Бенедикт XVI, «Homilia in planitie loci vulgo Marienfeld» (21 августа 2005 г.): AAS 97 (2005), 891-892.

23 ср. «Propositio», 3.

24 ср. «Римский миссал», «IV Евхаристическая молитва».

25 «Тайноводственные поучения», XXIII, 7: PG 33, 1114-1115.

26 ср. «Слово о священстве», VI, 4: PG 48, 681.

27 там же, III, 4: PG 48, 642.

28 ср. «Propositio», 22

29 ср. «Propositio», 42: «Евхаристическая встреча происходит в преобразующем и освящающем нас Духе Святом. Эта встреча пробуждает в учениках мужественную решимость возвещать другим то, что слышали и пережили сами, чтобы и тех привести к подобной встрече со Христом. Таким образом, ученик становится миссионером, который, будучи послан с евхаристического пира, несет плодотворную миссию без границ».
Продолжение следует.

Перевод с латинского оригинала

Армана Нурланова («Кредо»).

1   2   3   4   5   6   7


©dereksiz.org 2016
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет