Правонарушений


§ 2. Виды правонарушений по советскому праву



бет2/9
Дата18.07.2016
өлшемі0.53 Mb.
түріМонография
1   2   3   4   5   6   7   8   9

§ 2. Виды правонарушений по советскому праву


В последние годы, в связи с расширяющимся и углубляющим­ся процессом исследования различных проблем правоведения в
вымогательства, степени их общественной опасности и характеру противоправности * Разграничить правонарушения означает устано­вить вид правоотношения, возникшего в результате противоправного деяния, считает Б.А.Куринов .

Как видно, касающиеся данной проблемы суждения отличаются друг от друга тем, что в одних случаях за основу ее решения принимаются преимущественно материальные критерии, а в других-собственно правовые.

Представляется более приемлемой позиция тех ученых, которые классифицируют правонарушения в зависимости от характера общественных отношений, регулируемых нарушенной нормой права , Она, в отличив от других, позволяет полнее выявить видовые раз­личия правонарушений, отражающие отраслевую специфику норм со­ветского социалистического права, и различать административные, дисциплинарные, гражданско-правовые, уголовные и другие право­нарушения.

Однако такой подход в юридической литературе разделяется далеко не всеми нашими учеными. Утверждается, например, чти классификация правонарушений в зависимости от нарушенной нормы права не имеет научного и практического смысла, так как нарушение нормы любой отрасли права может в предусмотренных законом случаях быть уголовно наказуемым деянием, и поэтому лишь деление по признаку социальной значимости с необходимой точностью оттеняет качественное различие преступлений и проступков . Данная точка зрения основана, как видно, на проти­вопоставлении социальных и юридических свойств правонарушений. В действительности же эти свойства находятся в тесном единстве, поскольку юридические свойства являются формой выражения соци­альных. Выбор тех или иных форм борьбы с противоправными действиями (бездействиями) происходит с учетом как способа посягательства, так и характера, а также важности регулируемых правом общественных отношений. И как раз это в конечном счете отражается в санкциях конкретных правовых норм, выступающих в связи с этим итоговой оценкой соответствующего неправомерного поведения .

Нет оснований для противопоставления юридических и социаль­ных свойств деяния и потому, что общественная опасность нару­шений правовых запретов, различия в характере их последствий
так или иначе производны от предмета и метода правового регулирования .

Разумеется, что в принципе возможно разграничение правонарушений по разным основаниям. Многое зависит от поставленной целя и задачи исследования данного социального явления . Но при этом, естественно, не может быть такого положения, ког­да одна классификация исключала бы другую. В противном случае группировка видов правонарушений покоилась бы не на объектив­ных их различиях, являющихся, как известно, непременным усло­вием ее правильности.

Сказанное в полной мере относится и к классификации правонарушений по признаку общественной опасности. Группиров­ка нарушений норм права по этому признаку позволяет достаточ­но объективно отмежевать лишь преступные действия (бездействия) от проступков; она не дает четкого ответа на вопрос, как с помощью данного критерия разграничить разные виды проступков. Между тем по данному поводу в юридической литературе то­же высказываются разные точки зрения. Согласно одной из них по степени опасности выделяются не только преступления, но и остальные виды правонарушений и, в частности, административ­ные проступки . По мнению других ученых, указанный критерий не подходит для этой цели, так как общественно опасны одни уголовно наказуемые деяния, и поэтому проступки необходимо классифицировать по объему посягательства .

Действительно, отдельные проступки могут отличаться боль­шей иди меньшей степенью опасности (вредности), но все же ус­тановить на основе этого их видовые свойства представляется сложной и вряд ли практически осуществимой задачей. При таком подходе в рамках по существу одной и той же классификации до­пускается возможность проступков в зависимости от характера общественных отношений, когда как по отношению к преступлениям это исключается. Между тем преступные деяния нуждаются в та -ком разграничении не меньше, чем иные правонарушения. Это тем более очевидно, если учесть, что уголовным правом, как подчеркивают Б.С.Никифоров и В.Н.Кудрявцев, охраняются не все, а только часть из упорядочиваемых правом общественных отношений. То обстоятельство, что в силу определенных признаков то или иное деяние в одних случаях может быть квалифицировано


как преступление, а в других - как проступок, не колеблет данного вывода.

Представляется, что, встав на рассматриваемую точку зре­ния, трудно объяснить наличие некоторые явлений, не во все согласующихся с указанным положением. В частности становится невозможным найти место нередко встречающейся межотраслевой совокупности правонарушений. Ведь известно, что зачастую последствия одного и того же деяния одновременно сказываются нескольких регулируемых нормами права общественных отношениях . Так, вовлечение родителем несовершеннолетнего в преступную деятельность нарушает предписания не только ст. 210 УК РСФСР, но и ст.Ь9 Кодекса о браке и семье РСФСР. Вследствие этого образуются существенно отличающиеся одно от другого правонарушения, так как объектом такого посягательства явились отношения, составляющие предмет регулирования разных отраслей социалистического права. Сказать, что в этом случае имеет место лишь одно правонарушение, и в частности уголовное, было бы{ видимо, ошибочно. Значит, не всегда столь безоговорочно можно утверждать, что нарушение нормы любой отрасли права с уче­том его характера следует расценивать либо как преступление, либо как проступок.

Все это убедительно свидетельствует об оправданности классификации правонарушений в зависимости от характера общественных отношений, регулируемых нарушенной нормой права.

Наибольшую опасность из всех видов правонарушений представляют, по общему правилу, уголовно наказуемые деяния. Обус­ловлено это не только характером причиняемого вреда, но т те»8 что такие деяния посягают на общественные отношения, роль т значение которых весьма велики. Это общественный строй СССР, его политическая и экономическая системы, социалистическая собственность, личность, политические, трудовые имуществен­ные и другие права и свободы граждан (ст.7 УК РСФСР).

Административные проступки чаще всего наносят вред отношениям сферы государственного управления, хотя имеют также место при нарушении прав и свобод граждан, посягательстве на социалистическую собственность (ст.10 Кодекса РСФСР об административных правонарушениях). Ответственность за эти правонарушения наступает по нормам административного права. Исключение

составляют лишь те случаи, которые специально указаны в законе (ст.9 Основ законодательства об административных пра­вонарушениях Союза ССР и союзных республик).

Что касается гражданских правонарушений, то они создают серьезные препятствия нормальному функционированию несуществен­ных и связанных с ними неимущественных отношений (ст. 1 ГК РСФСР! Особенность последних предполагает специфику гражданско-право­вых санкций, отличающихся в большинстве своем правовосстанови­тельным характером.

Разновидностью правонарушений являются дисциплинарные проступки. Среди них следует прежде всего отметить прогулы, опоздания на работу, появление на работе в нетрезвом состоя­нии и т.д. Подобно другим, хотя и менее опасным, чем преступ­ления, проступкам, они тоже причиняют значительный вред социалистическому правопорядку, и в частности внутреннему трудовому распорядку, установленному на каждом предприятии, в орга­низации и учреждении, дезорганизуя их производственную и иную деятельность. Дисциплинарные правонарушения влекут применение таких санкций, как замечание, выговор, строгий выговор, пере -вод на нижеоплачиваемую работу и др. (ст.135 КЗОТ РСФСР), В отличие от других правонарушений, субъектами дисциплинарных проступков могут быть только лица, состоящие в трудовых отно­шениях.

Отдельную группу правонарушений составляют нарушения норм процессуального права. Наиболее часто эти правонарушения выражаются в противоправных актах судебно-следственных органов, что негативно сказывается на всем правоприменительном процессе, снижает эффективность применения норм материального права, ведет к грубым нарушениям социалистической законнос­ти. В связи с этим трудно согласиться с теми учеными, которые отрицают данный вид правонарушений. Процессуальное законодательство имеет свой предмет правового регулирования. Его нор­мы образуют самостоятельные отрасли советского права, распола­гающие, как справедливо подчеркивается С.С.Алексеевым, собстенными санкциями. Поэтому посягательства на регулируемые ими общественные отношения объективно отличаются от иных пра­вонарушений, обособляются от них.

В юридической литературе к отдельным видам правонарушений


относят иногда издание государственными органами и обществен­ными организациями незаконных актов и решений . Прав, по-видимому, А.В.Мицкевич, считающий, что для этого нет достаточных оснований, так как по своим правовым свойствам такие деяния примыкают к гражданским, дисциплинарным или каким-либо другим правонарушениям.

Наряду с указанным делением, правонарушения можно классифицировать по содержательному признаку. По данным основанию вы­деляются простые и сложные противоправные деяния, имея в виду, что нередко правонарушения совершаются не только одним действием (бездействием), но целым рядом их, причиняя порой вред разным объектам.

Проблеме простого и сложного правонарушения в большей или меньшей мере уделяется внимание в различных отраслях социалистического права . Однако наиболее полно она изучена уголовно-правовой наукой . Объясняется это прежде всего тем, что уголовное законодательство длительное время оставалось единственной отраслью нашего права, располагающей достаточно глубоко разработанной системой конкретных составов правонарушений. Поэтому здесь чаще, чем в других отраслях права, возни­кала необходимость отграничения множественности правонарушений от единичного (отдельного) правонарушения, что, в свою очередь, предполагает разработку понятия сложного правонарушения.

Что касается общей теории права, то данный вопрос пока не нашел в ней должного отражения. Правда, в зарубежных социалистических странах общетеоретический аспект этой проблемы иногда рассматривается в плане соотношения "правонарушение - деяние .

Коль скоро проблема простого и сложного правонарушения так или иначе обусловливается различием в количестве образую­щих их объективно противоправных деяний, то логично предполо­жить, что в тех случаях, когда нарушение нормы права имеет место в результате одного действия (бездействия), налицо прос­тое правонарушение, а во всех остальных - сложное.

Ввиду отмеченного обстоятельства объективная сторона простого правонарушения, как правило, не отличается особой сложностью. Поэтому как в теории, так и на практике не возникает серьезных затруднений в его понимании. В качестве примера такого рода деяний можно, в частности, привести дачу взятки, совершение прогула без уважительных причин и т.д.

Конечно, сказанное не следует понимать упрощенно. В ходе,

пожалуй, любого неправомерного поведения, в том числе простого по своему характеру, виновным лицом совершается ряд операций внешнего порядка. Однако чаще всего эти операции являют­ся способами совершения одного деяния. Бели даже некоторые из


них рассматривать в качестве отдельных действий, то для простого правонарушения значение имеет только такое из них, с ко­торым данная норма связывает наступление определенных право­вых последствий. Остальные в таком случае или вовсе не имеют
юридического значения, или могут давать повод говорить о наличии совокупности правонарушений.

Основой сложных правонарушений, как правило, является множественность противоправных актов поведения либо их последствия, зачастую подпадающие под признаки разных норм пра­ва, но в силу тех или иных обстоятельств рассматриваемые еди­ным правонарушением . В науке уголовного права, например, сюда относят составные преступления, преступления с двумя

действиями, длящиеся продолжаемые преступления, квалифицируемые наличием тяжких последствий .

Вместе с тем в юридической литературе правильно подмече­но, что количественные показатели сами по себе не дают доста­ток точно полного представления о понятии сложного правонарушения .

В принципе несколько действий (бездействий) могут иметь место и при обычном правонарушении. Кроне того, множественность дей­ствий составляет основу также других, пересекающихся с ним юридических категорий, в частности уже упоминавшейся совокуп­ности правонарушений.

В отличие от них, сложное правонарушение характеризуется


специфичностью правовой оценки содеянного. Во многом такая
специфика выражается в том, что с определенными деяниями, хо­тя и нарушающими различные нормы права, законодатель связывает наступления иных последствий, наряду с установленными за
каждое из лих в отдельности. Так, понятием злостного хулиганства охватываются не только грубое нарушение общественного по­
рядка, но и оказание сопротивления представителю власти или
общественности, выполняющему обязанности по его охране (ст.206
УК РСФСР). Неоднократное хищение социалистической собственнос­ти квалифицируется в ряде случаев единым, продолжаемым правонарушением.

При ином подходе юридическая оценка нарушений правовых норм не всегда отражала бы действительную общественную опасность содеянного, поскольку были бы неизбежны неоправданные повторения квалификации по отношению одного и того же деяния.





Достарыңызбен бөлісу:
1   2   3   4   5   6   7   8   9


©dereksiz.org 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет