Северо-кавказская академия государственной службы issn 2079-1690 государственное и муниципальное управление. Ученые записки скагс



жүктеу 2.84 Mb.
бет2/22
Дата02.07.2016
өлшемі2.84 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   22

АКТУАЛЬНО


УДК 323.3

Рудой В.В., ректор СКАГС,
Понеделков А.В., проректор
Старостин А.М., проректор

Проблема эффективности политического руководства
современными модернизационными процессами в России:
элитологический аспект


Анализируются особенности элитных интеракций в системе отношений «политическая элита – бизнес-элита – интеллектуальная элита»
и факторы элитной идентичности, выступающие в качестве механизмов дисфункций в политическом управлении модернизационными процессами
в современной России.


Ключевые слова: эффективность управления, элиты, модернизация, инновации, элитная интеракция, элитная идентичность, элитная социализация

Современный российский политический дискурс насыщен суждениями, оценками, декларациями о намерениях, нацеленными на новую модернизацию страны, создание инновационной («умной») экономики. Руководство страны, экспертное сообщество высказывают острую обеспокоенность темпами и, главное, неудовлетворительными результатами в освоении больших средств, уже выделенных ранее на цели модернизации, например, в рамках федеральных целевых программ (ФЦП).

Однако, несмотря на то, что применительно к инновационному развитию страны принят ряд крупных решений, быстро формируется соответствующая нормативно-правовая база, выделяются уже сотни миллиардов рублей на краткосрочную перспективу в этой сфере, здесь существует целый ряд нерешенных концептуальных и прикладных проблем, последствия которых ощущаются в виде механизмов торможения, низкой эффективности в управлении и реализации инновационной политики.

На эти проблемы уже обращали внимание серьезные эксперты. Сошлемся хотя бы на несколько крупных экспертных докладов, вышедших в этом году: два целевых выпуска общенационального делового журнала «Эксперт» [1]; доклад Института современного развития «Россия XXI века: образ желаемого Завтра». Следует отметить и ряд фундаментальных монографических изданий, посвященных проблемам инновационного развития [2.]

В данном проблемном поле освещаются прежде всего такие аспекты инновационного развития, как экономический (финансово-инве­стиционные, технологические механизмы экономики знаний и управления человеческим капиталом). Основной крен здесь взят в сторону институциональных проблем инновационного развития.

В то же время весьма слабо разрабатываются и освещаются поведенческие и социально-коммуникативные проблемы, связанные с взаимодействием элит и состоянием их ценностно-мотивационной сферы применительно к инновационным процессам. Между тем, стоит прислушаться к важной методологической установке, высказанной еще


М. Вебером применительно к становлению и развитию индустриального общества и культивированию технологических и экономических инноваций на этой платформе. Речь идет о «духе капитализма», «протестантской этике» и тому подобных ценностно-мотивационных факторах, которые данный классик противопоставлял методологическим позициям других классиков («невидимая рука рынка», «основные противоречия капитализма» и т.п.), которые в большей мере выстраивались во внешнем, объективистском плане.

Остановимся более детально на двух основных аспектах, от которых наиболее существенно зависит формирование «духа инноваций»: элитная интеракция и элитная идентичность (состояние ценностно-мотивационной сферы).

Если оставаться на уровне сугубо элитных интеракций, не погружаясь на субэлитный уровень, то в наибольшей мере успешный старт и эффективность инновационного развития зависит от взаимодействий в треугольнике: «политическая элита – бизнес-элита – интеллектуальная элита». Известны три наиболее распространенных модели межэлитных коммуникаций: патронажная, конкурентно-конфликтная
и партнерская. Отношения современных базовых российских элит строятся по патронажной модели, где доминирует политическая элита. Между тем для успеха инновационного развития оптимальной выступает партнерская модель. Но как справедливо отмечают эксперты: «Сегодня в России одной из проблем перехода к модернизации является недостаточная включенность двух важнейших групп элит – интеллектуалов-технократов (ответственных за знание о техническом прогрессе) и предпринимателей – в процессе формирования модернизационного плана» [3].

Следует подчеркнуть, что на деле патронажная модель в указанном элитном треугольнике работает как «двухэтажный патронаж»: политическая элита является доминантой над бизнес-элитой, а интеллектуальная элита, по существу, занимает субэлитные позиции и по отношению к политической элите, и к бизнес-элите. Достаточно посмотреть на схему управления проектом «Сколково», где указанная геометрия межэлитных взаимодействий наглядно просматривается.

Анализируя место, занимаемое интеллектуальной элитой в современном российском обществе, очевидным кажется почти полная утрата ее позиций в воздействии на национальное самосознание. Она лишилась господдержки, в десятки раз упали тиражи художественных и научных журналов, издаваемых книг, существенно сократилась система кинопроката, филармоническая деятельность, значительно упали посещения театров и выставок, более чем втрое сократилось число научных работников и отраслевых НИИ и КБ.

Резюмируя сказанное, подчеркнем, что существенно важными для дальнейшего развития российского современного элитогенеза, эффективного функционирования элит в российском обществе и сбалансированного развития демократических процессов оказываются проблемы интеллектуализации элит и развития взаимоотношений с фракцией интеллектуальной элиты. В настоящее время интеллектуальная элита перемещена в субэлитный слой. Прежде всего это характерно для элиты научно-технической интеллигенции. Гуманитарная элита и элита культуры раздроблены, сориентированы на взаимодействие с различными фракциями политической элиты и контрэлиты, не имеют полноценного доступа к информационным и социально-коммуникативным ресурсам. В системе современных элитных взаимодействий место интеллектуальных элит замещено информационной элитой и узким слоем гуманитарной интеллигенции, что позволяет в итоге элитному сообществу решать в основном тактические и ситуативные политико-управленческие проблемы, теряя перспективы общенационального развития и национально-ориенти­рованную базу интеллектуальной его поддержки.

Оптимальной системой межэлитных взаимодействий, способствующей развитию инновационного процесса в России, является партнерская модель. Управленческие отношения в рамках этой модели должны выстраиваться в русле партисипативных технологий, а властные отношения – опираться на технологии влияния и рефлексивного управления [4].

Не менее важной предпосылкой, создающей благоприятную среду для продвижения модернизационных и инновационных процессов выступает состояние ценностно-мотивационной сферы элит. В данном случае нужно вести речь о приоритетном развитии ее структуры в направлении доминирования высших постматериальных мотивационных уровней (духовность, потребность в самореализации), ориентации на постановку и решение перспективных и стратегических задач общенационального масштаба.

Выделяя ценностно-мотивационный аспект современного российского элитизма, следует сразу отметить действие двух основных факторов, влияющих на его проявления и эволюцию.

С одной стороны, это традиции российской власти, когда на протяжении нескольких столетий формировалось монопольное влияние авторитаризма и бюрократии. Заметим, бюрократии не европейской, сформированной на правовых и профессиональных началах и ценностях, а – евразийской – с ее традиционализмом, следованием образцам, доминированием чина и места в лестнице чинов и званий и «принципом кормления». Статусные позиции здесь абсолютно преобладают над личностными проявлениями. Личностное своеобразие – это привилегия только одного или немногих. А желающие «высовываться» и самореализоваться быстро перемещаются на элитную периферию, в ряды духовной аристократии, компенсирующей свою обделенность чинами некоторой фрондой.

С другой стороны, это ориентация на нормы политической жизни и образцы поведения западных элит. Быстрое усвоение методов
и технологий продвижения в элиту и формирования элитарных личностей, сориентированных на политическую культуру активного участия, стиль жизни, присущий обществу массового потребления и массовой культуры. Все это вместе взятое создает неповторимый облик российских политиков, которые ни на кого в мире не похожи.

Далее заметим, что анализ феномена российских политиков требует обращения как к ретроспективным подходам, так и к модернистским напластованиям на деятельность ее лидеров и их конституэнтов.

Процессы конституирования нового поколения политических руководителей в России лишний раз убеждают, что авторитет, легитимность и зависящая от них стабильность властного положения
в России требуют более конкретного учета состояния массовой и элитной политической культуры, а также такой ее компоненты, как политические ожидания и надежды.

Социологические исследования элит, проводимые нами на протяжении более 10 лет, равно как и аналогичные исследования других центров, четко выявляют приоритетные качества политических элит, на которые указывает общественное мнение и экспертные оценки. Выстроим этот ряд: «профессионализм–образованность–высокая нравственность».

Представители самой элиты выбирают ту же тетраду: «Профессионализм – образованность – высокая нравственность – патриотизм» [5, с. 42]. Однако, по мнению населения и экспертов, пока в нее абсолютно не вписываются. Современная элита характеризуется извне (населением и экспертами) такими качествами, как: «коррумпированность – недостаточный профессионализм – игнорирование запросов и интересов населения – ориентация на интересы состоятельного меньшинства» [5, с. 56].

Поскольку подлинная, основанная на социально-психологиче­ских, акмеологических предпосылках и показателях эффективности деятельности, элитность в российских политиках пока недостаточна, то для широкого круга конституэнтов и населения ее можно сымитировать, подать на уровне имиджа.

Именно имитационно-имиджевая форма существования и подачи элитности продолжает оставаться ведущей в современной российской политике. Имитируется почти все: образованность, ученость, гражданственная направленность действий, эффективность и результативность политических решений и т.п.

Однако в становлении подлинной политической элитности есть свои закономерности, которые не удается обойти никакими «имиджевыми технологиями» и имитациями.

К числу наиболее существенных мы относим факторы элитной социализации. Стержневой составляющей элитной социализации выступает элитное образование, которое, применительно к современной России, имеет особую значимость. Поскольку, как показала практика последних десятилетий, никакие внутренние перегруппировки и новые назначения выходцев из советской номенклатурной элиты оказались не способными сформировать ни образ, ни качество новой элиты. Претензии на руководство процессами демократизации и новой волны модернизации блокируются установками и схемами действий прежней политической культуры и отсутствием новой системы ценностей, предлагаемых время от времени новой элитой. Вряд ли в качестве таковых могут выступать чужие и чуждые образцы и проекции неудовлетворенных амбиций и комплексов, сформировавшихся в прежней социально-политической системе.

Поэтому постсоветские образцы политической элитности и носят столь мелкомасштабный и имитационный характер и никак не могут укорениться.

Оздоровление обстановки в элитной среде современной России возможно, на наш взгляд, путем краткосрочных и долгосрочных мер.
К их числу мы относим:

– постепенный отход от системы рекрутирования элит на основе кланово-командного подхода – к общегражданским и меритократическим ориентациям;

– расширение базы элитной рекрутации за счет субэлитных слоев («средний класс») и отбора в органы власти и управления руководителей и специалистов по акмеологическим и гражданско-меритократи­ческим показателям;

– развитие структур гражданского общества и культивирование здоровой политической конкуренции в элитной и субэлитной среде;

– проведение государственной информационной политики, ориентированной на гласность и прозрачность деятельности политической элиты;

– формирование системы элитной социализации и элитного образования, ориентированных на общенациональные интересы и гражданские ценности.

Основные надежды на прорыв в формировании элитных личностей и новой элиты следует связывать с элитным образованием. Система элитного образования должна быть сопряжена с развитием широкой образовательной базы страны как основного источника формирования национального человеческого капитала.

Обратим также внимание на некоторые тенденции и проблемные ситуации в российском современном элитогенезе. В любой элитной группе – политической, научной, артистической, спортивной, военной, предпринимательской – проявляется отмечаемая нами диспозиция статусной и меритократической составляющих. Там, где открыто больше возможностей цивилизованной состязательности, конкуренции, там отчетливо обнаруживается тенденция сдвига от статусных


к ценностно-меритократическим признакам в выдвижении личностей
в состав элитных групп. За этот счет качественно меняется и состав этих групп. Убедительна и другая тенденция: расширение субэлитной базы, открытости элитной группы способствует улучшению качественного состава элит за счет пополнения их состава пассионарными
и талантливыми представителями субэлитных слоев.

Возвращаясь теперь к проблеме перспектив российского инновационного развития и оценивая их с позиций современного состояния межэлитных коммуникаций и ценностно-мотивационной сферы элит, следует подчеркнуть не только недостаточность данных предпосылок, но и недостаточное внимание к их изучению и изменению.

Приведенные соображения pro и contra преобразований, связанных с ориентацией на инновации, позволяют предложить следующее резюме:

Основные тренды системного характера политического и социально-экономического развития российского общества свидетельствуют не о шагах в продвижении к информационному, инновационному обществу, а о попятном движении, ретрадиционализации. На этом пути возможно создание неких «заповедников» инноваций, но не системная трансформация, которая обусловит массовую востребованность инновационной деятельности.

Для последнего требуются шаги по реформированию политической и экономической системы, существенное обновление политической и бизнес-элиты и их взаимоотношений с интеллектуальной элитой, разрушение системы теневой экономики.

Литература



  1. Всемирная история модернизации // Эксперт. 2010. № 1; Преобразуя себя
    и общество. Модернизация России: от теории к практике // Эксперт. 2010. №36.

  2. Инновационное развитие: экономика, интеллектуальные ресурсы, управление знаниями. М., 2010; Фонотов А.Г. Россия: инновации и развитие. М., 2010; Наука России: от настоящего к будущему. М., 2009.

  3. Стать наукой, которая чего-то стоит // Эксперт. 2010. № 1. С. 48.

  4. Швец Л.Г., Самыгин С.И., Кошкин П.Р., Ратиев В.В. Управление персоналом. Ростов н/Д., 2006. С. 34-53; Швец Л.Г. Власть, доминирование, влияние: концепции и политическая практика России. Ростов н/Д., 2007.

  5. Российские элиты в зеркале социологии. Ростов н/Д, 2007.



1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   22


©dereksiz.org 2016
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет