Рассказать мусульманам о Евангелии


Глава четвертая. Некоторые выводы



бет5/9
Дата18.07.2016
өлшемі498.5 Kb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9

Глава четвертая.
Некоторые выводы


В начале этой книги я определил, что нашей целью явля­ется свидетельство о Благой вести мусульманам. При этом путеводителем нам будет Книга Господа. Неверное толко­вание мусульманами сути Евангелия побудило нас разъя­снить, что Благая весть — это не тот "инджил", который, как они утверждают, Иисус получил с небес. Инджил — это Благая весть о спасении, которую мы находим на про­тяжении всего Св. Писания: от книг Моисея до последней книги Нового Завета.

Время не позволяет мне рассмотреть все основные по­ложения Ветхого Завета. Так получилось, что мы больше внимания уделили благовестию Павла, чем Евангелию по Матфею или Книге пророка Исаии. Но я надеюсь, что те­перь у вас есть представление о том, как свидетельство­вать мусульманам о Христе. Я не рекомендую какой-то особый метод и не верю в легкий путь. Единственное, на что я полагаюсь, — это правильное использование Биб­лии. Под этим я подразумеваю следующее.

1. Свидетельствуя мусульманам с целью обратить их в христианскую веру, христиане должны быть абсолютно убеждены в истинности и непогрешимости Библии. Мы уже говорили, что мусульмане уверены, будто Библия искаже­на. Убедить их в обратном может только сила Св. Духа. Это­го нельзя достичь даже самым глубоким исследованием. Это происходит только через веру. Как говорится в одном из исповеданий: "...потому что Дух Святой свидетельствует в

наших сердцах, что они от Бога" (Бельгийское исповеда­ние, статья 5).

2. Христиане не должны идти к мусульманам, не имея достаточных знаний о Библии. Необходимо вполне адек­ватное представление о Библии, ее истории и, самое глав­ное, правильное толкование Св. Писания.

3. Под правильным толкованием я имею в виду исполь­зование Библии для проповеди Иисуса Мессии. Иными сло­вами, я говорю о христоцентрическом ее изложении. Вы должны быть очень осторожны, особенно представляя кни­ги Ветхого Завета, чтобы не получилось так, что книгу мо­жно понять вне личности и роли Иисуса Христа.

4. Христос — наш Спаситель, Искупитель, Освободи­тель и Избавитель от страшной власти зла и греха. Это на­ше свидетельство. И не надо стыдиться прямо говорить об этом. Но одновременно надо помнить, что в библейском смысле провозглашение Слова Божьего — исповедание Иисуса Христа нашим Спасителем и Господом — это ору­дие, избранное Богом для нашего спасения. В реформат­ском наследии это называется орудием Божьей милости. Я пытаюсь показать, что Бог избрал именно это средство для спасения людей. Обратите внимание на места в Писа­нии (Рим.10; 1Кор1,2; Евр.1-3), чтобы убедиться в реша­ющем значении провозглашенного Слова Божьего.

5. В миссионерской работе среди мусульман, как и в любой другой работе, вы не одиноки. Св. Дух благослов­ляет свидетельство верующего, основанное на Слове, и привносит серьезные изменения в сердце мусульманина. Вы должны полагаться на Св. Духа как на главного по­мощника в вашей миссии. Это даст вам мужество и терпе­ние, равно как и правильное понимание вашей собствен­ной роли в миссионерстве.

И наконец, мы должны понимать, что Бог всегда забо­тился, заботится и будет заботиться о мусульманах, как и обо всех остальных людях, гораздо больше, чем мы с ва­ми. Христианская миссия принадлежит Богу, а не нам. Для нас большая честь быть причастными к ней. Поэтому нашей основной задачей должна быть глубокая вера в Благую весть, инджил об Иисусе Христе — Мессии, а так­же желание с любовью и терпением донести ее до мусуль­ман современного мира.

ЧАСТЬ II
ХРИСТИАНСКАЯ МИССИЯ В ИСЛАМСКОМ МИРЕ

Глава пятая.
Библейский взгляд на ислам


Как выработать библейский взгляд на ислам? Несмотря на все усилия, мы не сможем приступить к миссионерской деятельности, не имея четкого библейского представления об исламе. Поэтому, как бы ни было трудно, нужно на­стойчиво искать божественный ответ в самой Библии.

Из пророчеств Нового Завета мы узнаем, что для ны­нешнего новозаветного века будет характерно множество лжеучений и ересей. Мы должны постоянно хранить в на­шей памяти определенные места из Библии: учение Госпо­да о последних днях, встречу Павла со старейшинами в Эфесе (Деян.20), его пророчества (2Фес. и в 1 и 2Тим), про­рочество Петра (2Пет.2) и предупреждение Иоанна Бого­слова об Антихристе. Все они не оставляли места для само­успокоенности Церкви, увещевали ее быть готовой к встре­че со лжеучениями, которыми будет изобиловать наш век.

Когда мы говорим об исламе, мы не можем дать ему исчерпывающего определения. Это не христианская ересь, поскольку еретические группы, хотя бы внешне, признают некоторые библейские истины в качестве выс­ших и окончательных. Кроме того, большинство ересей, появившихся в христианстве, предпочитают называть себя христианскими. Ислам же претендует на обладание последней книгой божественного откровения, которая отменяет все предыдущие. Как известно, эта религия стала именовать себя "ислам", что означает полное под­чинение воле Аллаха.

Есть что-то таинственное в зарождении ислама. Нель­зя не задать вопрос: что это за религия, откуда? Ведь Гос­подь единовластен во всей вселенной — откуда же про­изошел ислам?

Трудно найти какую-то совершенно определенную причину возникновения ислама, но есть неоспоримые фа­кты, которые послужили толчком к появлению этой теи­стической мировой религии. И с ними нельзя не считать­ся. Нельзя забывать и нельзя вновь повторять те ошибки, которые допускала ранняя Церковь. История Церкви в целом и история Восточной Церкви в частности особенно важны для ясного понимания предмета. Мы не сможем сформулировать четкие принципы христианской миссии среди мусульман сегодня, если не будем хорошо разби­раться в истории Церкви.

Вот некоторые факторы, которые способствовали воз­никновению ислама: 1. Неспособность ранней Церкви оз­накомить арабский мир с подлинным содержанием Св. Писания. 2. Неспособность ранней Церкви сохранить чи­стоту веры и постичь искупительную суть Библии. 3. Уникальные условия, способствовавшие деятельности Мухаммеда и раннему распространению ислама.



1. Неспособность ранней Церкви ознакомить арабский мир с подлинным содержанием Св. Писания

К концу VI века Церковь Востока (восточной части Рим­ской империи), по всей видимости, утратила свое влия­ние и свой миссионерский пыл. Арабы, проживавшие под сенью Церкви в Сирии и Палестине, фактически бы­ли незнакомы с истинным Писанием. Правда, некото­рые арабские племена в южной Сирии приняли христи­анство, но их влияние на арабский мир юга было ничто­жным. Церковь Йемена, поддерживавшая прочные свя­зи с эфиопской Церковью, не сумела распространить Благую весть среди арабских племен севера. И, что са­мое печальное, ранняя Церковь не сумела дать арабам Библию на их родном языке! Дж. В. Суитмен в своей книге "Библия в исламе" писал: "Шестьсот лет прошло со времени хождения Иисуса по земле, но никто так и не перевел Библию на арабский. Проповедники, которые там были, не боялись ни лишений, ни опасностей, как например, Иаков Барадей (Baradaeus), Иаков Всадник, который отправлялся в самые отдаленные места, пол­ный решимости провозглашать неисчерпаемые сокрови­ща Христа. Но не было драгоценного Слова на знакомом им языке. Очень немного было тех, кто умел бы записать или прочитать его.

Арабского языка как письменного еще не существова­ло. Только появлялись первые буквы, заимствованные из сирийского алфавита. И первой великой книгой стал Ко­ран, который принес Мухаммед. Насколько все было бы проще, если бы первой книгой, переведенной на новые письменные языки, стал Ветхий и Новый Завет! Харак­терное название, под которым иудеи и христиане были известны арабам, — "народы Книги", т. е. народы Биб­лии. И то, чем они были знамениты, было зарыто, как клад, вместо того, чтобы быть посеянным и давать всхо­ды". (Sweetman J.W. The Bible in Islam. L.: British and Foreign Bible Society, 1956.)

Нельзя сказать, что ранняя Церковь не проявляла ак­тивности в переводе Библии. Фактически вся она была до­ступна на нескольких языках как восточным, так и за­падным христианам. Латинский ("Вульгата"), сирий­ский, египетский, армянский переводы существовали до появления ислама. Но как-то никто не удосужился пере­вести Библию на арабский.

Вернемся к трезвому анализу д-ра Суитмена: "Вот в чем трагедия Церкви во времена возникновения ислама. Истина требовала, чтобы в ту эпоху, когда дух Мухамме­да сливался с нуждами людей, когда он ощупью шел к То­му, Кто мог дать спасение и объединить, он имел перед со­бой истинные иудейские и христианские Писания. Вме­сто этого ему не оставалось ничего, кроме как узнавать понаслышке от неосведомленных или малосведущих хри­стиан то, о чем говорят Писания".

Эти слова жизненно необходимы нам, отправляющим­ся миссионерствовать среди мусульман. Там, где потерпе­ла крах ранняя Церковь, должны победить мы: стремить­ся сегодня донести до мусульман Слово Божье во всей его полноте. Однако наша задача стала очень трудной. Как пишет Суитмен, "Для любого человека, знакомого с Кора­ном, совершенно очевидно, что Мухаммед знал, о чем го­ворится в Библии. По-видимому, он считал, что слышан­ное им от иудеев и христиан и есть содержание Библии. Но могла ли у него быть хоть малейшая гарантия этого, когда сами христиане, пренебрегая Библией, довольство­вались романтическими сказаниями о нашем Господе?"

Приведя удручающие примеры того, что даже руково­дители Церкви небрежно обращались с содержанием Би­блии, д-р Суитмен продолжает: "Что важно и, на наш взгляд, трагично, — так это появление перевода Ветхого и Нового Завета на арабский спустя целое столетие после пережитого Мухаммедом на горе Хира. Очевидно, пер­вым был перевод с латыни, выполненный в Испании Ио­анном Севильским в начале VIII столетия... Самым ран­ним переводом, который мне довелось держать в руках, является перевод, сделанный в XI веке христианином из Багдада,—поистине труд, исполненный веры и дарова­ния, но, увы, появившийся с таким опозданием!"

Поскольку арабский пророк не имел доступа к ориги­налу Ветхого и Нового Завета, он не смог донести до сво­его народа Благую весть Книги и сообщить им о Мессии. Поэтому, согласно Суитмену, "в сознании Мухаммеда появился сомнительный Христос, а не Христос канониче­ских Писаний". Последствия этой трагедии сохраняются по сей день, и мы не можем не считаться с этим.

Разрешите мне еще раз обратиться к блестящему труду Суитмена. "И вот, спустя определенный период времени, в течение которого Писание все еще оставалось неизвест­ным, мусульмане представили новую трактовку Ветхого и Нового Завета, попавшего к ним в руки от нерадивых христиан. Конечно, благодаря этому в Коране упоминает­ся Писание. Но в то же время, когда мусульмане начина­ют читать истинную Книгу, они обнаруживают расхожде­ния с той, к которой давно привыкли. "Это Евангелие рас­сказывает, как в действительности Иисус умер; следова­тельно, оно не может быть инджил, который завещал Му­хаммед. То было откровение, которое Бог дал Иисусу, книга, свидетельствующая о пророческом даре Иисуса; а эта состоит из нескольких книг его учеников по имени Матфей, Марк, Лука и Иоанн". А посему, заключают они, эти писания не являются оригиналом Евангелия, а лишь искаженным откровением иудеев и христиан".

Недостаточное миссионерское усердие христиан, про­живавших среди арабов, непонимание ими необходимо­сти дать им Библию на их родном языке помогает понять одну из причин, которая способствовала возникновению ислама. Теперь перейдем к другому важному фактору.



2. Неспособность ранней Церкви сохранить чистоту веры и постичь искупительную суть Библии

Когда мы говорим о ранней Церкви, мы не имеем в виду всю эпоху от Апостольской Церкви до VII столетия. Мы имеем в виду конкретно два столетия, предшествовав­шие возникновению ислама. Надо быть очень осмотри­тельным в критике ранней Церкви. Мы многим обязаны истинным героям, жившим и умершим до рождения Му­хаммеда. Мы, христиане XX века, никогда не дорастем до их потрясающего самопожертвования и достижений во многих областях веры и жизни. Основные положения христианского вероучения были сформулированы и ис­следованы именно в тот ранний период во время много­численных встреч руководителей Церкви. Однако, пос­ле обращения в христианство императора Константина, Церковь пополнилась людьми, не являвшимися истин­но обращенными. Многие руководители Церкви пренеб­регали изучением Священного Писания, и в результате на смену религии, основанной на Библии и имеющей своим основанием Христа, пришел суррогат. Более того, пытаясь сохранить ортодоксальное учение о Христе и Св. Троице, Церковь во многом полагалась на государст­во. Еретики сурово преследовались, но зачастую те, кого ортодоксы считали еретиками, исповедовали то, что се­годня исповедуют т.н. национальные церкви. Ортодок­сия была в основном взращена грекоязычной Церковью, которая получала официальную поддержку от визан­тийского императора.

В результате этой плачевной ситуации не только сосед­ние народы, например, арабы, подвергались забвению со стороны Церквей Сирии и Палестины, но и духовная жизнь самих христиан в этих странах заметно ослабла. Библия стала закрытой книгой, а на смену библейским историям и учениям пришли всевозможные сказки и ле­генды о жизни святых. Поэтому нет ничего удивительно­го в том, что основатель ислама не мог и не сумел прибли­зиться к познанию истинно христианской веры. Сами христиане запутались в своей вере. Они не жили по Биб­лии. Они не понимали главного отличия своей религии: того, что это — религия искупления. Нередко создавалось впечатление, что их религия состоит в основном из неко­торых метафизических знаний и что ее надо отправлять в соответствии с определенным высоким уровнем закона через собственные благие дела.

Еще раз вернемся к д-ру Суитмену, которого мы цити­ровали выше, и приведем отрывки из другой его книги "Ислам и христианское богословие". "Одним из результа­тов чрезмерного упора на гносеологию — в особенности александрийской школы, но в значительной степени и всех других восточных теологических школ — стало оп­ределенное забвение сотериологии (учения о спасении). Слишком часто мы сталкиваемся с подменой искупитель­ного самопожертвования Бога монашеской дисциплиной, девственностью и аскетической интеллектуальностью. Воплощение в основном преподносится как своего рода обещание человеку божественности.

Космологические размышления оказываются гораздо важнее искупительной благодати, которая приводит к примирению человека с Богом. Восток слишком мало ос­тавил от Августина и слишком увлекся метафизическими размышлениями. Он озадачил себя вопросом о способе во­площения и пренебрег учением о благодати. Потому что вера в доверие была подменена верой в согласие, и теперь, когда мусульманин сталкивается лицом к лицу с хри­стианином, он не спрашивает о Боге Спасителе. Его инте­ресуют проблемы триединства, способа воплощения, тру­дностей соединения божественного и человеческого". (Sweetman J.W. Islam and Christian Theology. L. & Redhill, 1945-1961, v. 1-2.)

Вы можете спросить, какое это имеет отношение к мис­сионерской деятельности сегодня? Почему так важно вы­яснять, что было и чего не было 1400 лет назад? Но мы не можем пренебрегать ошибками прошлого, поскольку они во многом способствовали возникновению ислама. В бого­словском отношении ислам не изменился. Это по-прежне­му антитринитарная и антиискупительная религия. Мы должны уверенно нести библейскую истину об искупле­нии в соответствии с традицией Апостольской Церкви. Мы должны проповедовать Мессию-Спасителя как един­ственную надежду человека.

Теперь перейдем к третьему вопросу

3. Уникальные условия, способствовавшие деятельности Мухаммеда и раннему распространению ислама в мире

В начале VII века Аравия созрела для коренных перемен. Язычество себя исчерпало. Междоусобицы на Аравий­ском полуострове истощили энергию и силы населения. Византия и Персия искали возможности расширить сфе­ры своего влияния у северных и северо-восточных границ Аравии. Со стороны Африки во внутренние дела западной Аравии пыталась вмешаться Эфиопия. В год рождения Мухаммеда мощная эфиопская армия с сотнями слонов была разбита арабами, и, как утверждают, это произошло в силу непосредственного вмешательства Бога. В молодо­сти Мухаммед побывал на севере и повстречался со мно­гими людьми, жившими в иудейских колониях Аравии. Должно быть, он узнал большую часть Ветхого Завета от иудеев Медины. Вполне вероятно, что в южной части Па­лестины он повстречал христиан. Они могли принадле­жать к какой-то еретической секте, которая бежала в пу­стыню от преследований византийских властей. Будучи очень чувствительным человеком, склонным к размыш­лению, Мухаммед глубоко задумывался над серьезными вопросами жизни. Возможно, его особенно привлекало учение арабских монотеистов, известных под названием ханифитов. Они не были ни иудеями, ни христианами, но открыто заявляли о бессмысленности разного рода идолов и провозглашали единственным верховным существом Аллаха, "Бога". Под влиянием всех этих сил, которые стали частью его жизни, Мухаммед дает начало унитар­ной монотеистической вере. Сегодня ее исповедуют 900 миллионов человек.

После смерти Мухаммеда войска его преемников, ха­лифов, завоевали земли от Индии до южной Франции. Империи персов и византийцев истощили себя в войне и открыли дорогу армиям ислама. Местное население Бли­жнего Востока, подвергавшееся угнетению со стороны этих империй, приветствовало приход арабов.

Новые завоеватели были не похожи на обычных завое­вателей. Они несли с собой новую агрессивную рели­гию — ислам. Их кредо было твердым и ясным: нет Бога, кроме Аллаха, и Мухаммед — пророк Аллаха.

Никогда мир не знал более антихристианской веры, никогда Церковь Иисуса Христа не испытывала такого вызова всему, что дорого ее сердцу!


Каталог: system -> files


Достарыңызбен бөлісу:
1   2   3   4   5   6   7   8   9


©dereksiz.org 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет