Влияние компаний сырьевого сектора на Конкурентоспособность российской экономики


Формирование кластеров в сырьевом секторе



бет12/16
Дата18.07.2016
өлшемі1.29 Mb.
түріДиссертация
1   ...   8   9   10   11   12   13   14   15   16

3.2. Формирование кластеров в сырьевом секторе

Известно, что основные запасы углеводородов, разрабатываемые сегодня в России, были разведаны в период с 1960 по 1987 гг. советскими геофизиками. На сегодняшний день большинство российских нефтяных месторождений имеют высокую степень выработки запасов и тенденцию к уменьшению объемов добываемой нефти. Приоритетными задачами на ближайшие годы является наращивание объемов поисково-разведочного бурения, геофизических работ, повышения нефтегазоотдачи пластов.

После распада СССР нефтяные компании, получившие доступ к энергетическим ресурсам нашей страны, старались выкачать как можно больше «черного золота», особо не заботясь о восполнении ресурсной базы. Только в начале 2000-х гг. они начали применять прогрессивные методы добычи, что позволило отрасли несколько лет подряд показывать приличные темпы роста. Некоторые компании широко использовали так называемый гидроразрыв пласта, что позволило резко увеличить добычу, однако впоследствии дебет скважин значительно сократился. Со временем снижение производственных показателей превратилось в стагнацию, а затем наступил спад. К 2007 году темпы роста добычи нефти у разных компаний сократились в 3-5 раз114.

Удержать Россию в списке крупных мировых нефтяных держав могут только разведка и освоение новых углеводородных провинций. В данной ситуации возрастает значение рынка сервисных услуг. Именно сервисные компании как раз и должны следить, чтобы нефти в стране не становилось меньше. В сложившихся условиях спрос на услуги сервисных компаний уже в ближайшие годы обещает превысить существующие мощности специализированных предприятий.

Причем потребность в нефтесервисных услугах ощутима как в молодых, так и зрелых регионах нефтедобычи. Существует мнение, что фокус внимания нефтегазовых компаний смещается в Восточную Сибирь, которая более перспективна. Несомненно, это так, однако Западная Сибирь еще долгие годы будет оставаться главным нефтегазодобывающим регионом нашей страны. Несмотря на то, что есть серьёзные основания предполагать наличие в Восточной Сибири значительных запасов углеводородов, сравнимых с западносибирскими месторождениями, пока из-за недоразведанности этого региона, неразвитости инфраструктуры основная деятельность нефтяных компаний в ближайшей перспективе будет сосредоточена в традиционных регионах нефтегазодобычи, включая  Западную Сибирь.

Нефтедобывающая промышленность России, являющаяся одним из главных источников экспортных доходов, выступает для других отраслей экономики крупнейшим заказчиком товаров и услуг. Вокруг «нефтянки» сформировалась структура, обеспечивающая занятость и прибыль большему количеству обслуживающих компаний. При экономической «непотопляемости» нефтяной отрасли фирмы-смежники получают естественный выигрыш от участия в ее успехе.

Собственно нефтяным бизнесом считаются добыча, переработка и продажа нефти. Однако и обслуживающий рынок оборудования и услуг для нефтегазовой отрасли весьма значим по размерам. К основным услугам в нефтедобыче относятся:


  • сейсмические исследования;

  • геофизические работы;

  • бурение и сопутствующие работы;

  • капитальное строительство инфраструктуры (дороги и прочие объекты);

  • ремонт (текущий и капитальный) скважин;

  • повышение нефтеотдачи пластов (в том числе гидравлический разрыв пласта);

  • услуги технологического и общего транспорта;

  • производство, обслуживание и ремонт нефтепромыслового оборудования;

  • производство химических реагентов и растворов.

Объем российского нефтесервисного рынка в 2006г. по оценке международного агентства Douglas-Westwood составил 11,4 млрд. долл. Для страны, которая претендует на позиции лидера в добыче углеводородов, этого явно недостаточно. Например, в США, которые при наличии серьезных энергетических запасов предпочитают импортировать более 60% нефти, инвестиции в освоение новых объектов составляют более 40 млрд. долл115.

Нефтегазовая промышленность с каждым годом становится все более сложной в технологическом отношении, превращаясь в наукоемкую и капиталоемкую отрасль. Для извлечения нефти необходимы современные технологии. "Из российских разведанных запасов нефти почти 60% относятся к так называемым трудноизвлекаемым. В эту категорию входят не только низкопроницаемые пласты с плохими коллекторскими свойствами, нефти высокой вязкости, глубокозалегаюшие ресурсы со сложными горно-геологическими условиями, но и остаточные запасы со структурой, ухудшенной в результате техногенных процессов. На разрабатываемых месторождениях уже свыше 40% запасов относятся к "сверхдорогим", то есть затраты на их добычу значительно превышают среднеотраслевую себестоимость. Таким образом, в настоящее время российская нефтяная промышленность переходит к поздней стадии развития своей сырьевой базы"116.

К сожалению, в годы реформ в России процессам технологического обновления и использования достижений научно-технического прогресса не уделялось должного внимания. Важность же инновационного развития признается всеми промышленно-развитыми странами, обладающими значительными запасами углеводородов. Подчеркнем, что конкурентоспособность нефтегазовой промышленности на мировом рынке все в большей степени определяется эффективностью применяемых в ней технологий, методов разведки, разработки и эксплуатации месторождений, уровнем технического обслуживания. Именно развитие нефтесервиса в России может стать механизмом превращения сырьевого развития экономики в технологическое. Определенные институциональные предпосылки для этого существуют: если сама российская нефтяная промышленность – классический пример олигархического и политизированного развития, то применительно к нефтегазовому сервису «абсолютно все эксперты отмечают высококонкурентную ситуацию»117. Иными словами, в отличие от нефтегазового рынка, сервисный сектор еще не поделен.

Здесь интересно обратиться к зарубежному опыту. Наиболее успешным примером является Норвегия, которой, начав «с нуля», благодаря государственно-частному партнерству удалось выйти в лидеры нефтесервиса менее чем за четверть века.

Во второй половине 1960-х гг. сначала международные, а вскоре и норвежские нефтяные компании заинтересовались Норвежским континентальным шельфом (НКШ). На тот момент в Норвегии были достаточно развиты судостроение, рыболовство, металлургия; высокий уровень образования позволял готовить хороших специалистов. Вместе с тем, опыта нефтесервисной деятельности и соответствующих технологий в стране не было.

Оценив новую ситуацию, некоторые норвежские компании решили сменить сферу деятельности ради участия в добыче "черного золота". Так, несколько судостроительных компаний переквалифицировались с проектирования судов на выпуск буровых платформ. Aker (сегодня Aker Kvaerner) стала первой норвежской судостроительной компанией, которая занялась платформами. В 1967 г. она выпустила для американской нефтяной ТНК Phillips передвижную буровую установку «Океанский викинг». С помощью этой платформы в 1969 г. было открыто первое крупное месторождение на НКШ — нефтяной гигант «Экофиск» 118.

Первоначально норвежские судостроители, такие, как Waage Drilling, Gotaas-Larsen, Hagb Waage, The Ugland group и другие, стремились сотрудничать в выпуске оборудования для морской добычи нефти с тогдашними законодателями моды в этой сфере – американскими и голландскими верфями. Но уже через несколько лет, благодаря передовым разработкам норвежских инженеров, они на равных конкурировали с бывшими партнерами, а позже и вовсе вытеснили с рынка иностранных конкурентов. Норвежские компании, специализирующиеся на проектировании и производстве буровых платформ, сами стали получать заказы от таких международных гигантов, как Mobil и Shell.

Следует отметить, что норвежские компании смогли добиться успеха во многом благодаря государственной поддержке. Норвегия проводила политику протекционизма в нефтяном секторе. Ставилась задача развития нефтегазового машиностроения и сервисных услуг, чтобы компенсировать неизбежное исчерпание природных богатств и гарантировать долгосрочный и стабильный экономический рост.

В декабре 1972 г. появился указ о шельфовой геологоразведке и добыче, в котором содержалось требование включать норвежские компании в тендеры на поставку нефтегазового оборудования и технологий, если их продукция соответствовала запросам заказчика. Также при распределении лицензий государство отдавало предпочтение тем нефтегазовым компаниям, которые максимально использовали продукцию и услуги отечественных предприятий. В результате доля норвежского участия при обустройстве и разработке месторождений иногда достигала 90%. В то же время сохранялась конкуренция между национальными и зарубежными поставщиками: главным критерием являлось качество предлагаемых услуг.

Развитию нефтесервисной отрасли способствовала политика государства в области научных исследований и образования. В ведущих университетах страны проводилось обучение специалистов для нефтегазовой отрасли, для чего за государственный счет приглашались иностранные профессора. Также с 1979 г. по 1994 г. нефтегазовые компании в обязательном порядке должны были заключать технологические соглашения с норвежскими научно-исследовательскими институтами, финансировать разработки и повышать квалификацию ученых. Это послужило мощным импульсом развитию норвежского машиностроения и технологий, а в итоге позволило снижать издержки нефте- и газодобычи на НКШ на 4—5% ежегодно.

В 1994 г., со вступлением Норвегии в европейское экономическое пространство протекционистские меры были отменены. Но к этому времени норвежские поставщики нефтегазового оборудования и технологий уже окрепли, и сейчас – уже без всякой протекции – получают порядка 65% заказов на НКШ. Достигнутый высокий технологический уровень сегодня позволяет норвежским компаниям успешно выступать на международных рынках. В 1997 г. на зарубежные заказы приходилось не более 25% оборота норвежских машиностроительных и сервисных компаний, в 2003 г. эта цифра выросла до 40%.

Велико и общеэкономическое значение сектора. Так, если в 1995 г. норвежские компании экспортировали нефтегазовое оборудование и технологии на сумму около 2 млрд. долл., то к 2003 г. этот показатель был более 4,5 млрд. долл. В норвежском нефтегазовом машиностроении и сервисе работают 44 тыс. человек, а с учетом мультипликативного эффекта — около 250 тысяч. Для сравнения: население страны составляет всего 4,6 млн. человек119.

  Можно считать, что стратегическая цель трансформации неожиданно открытого нефтяного богатства в технологическое превосходство была в Норвегии успешно решена. Отметим, что такой результат не был заранее предопределен. Так, британская модель освоения запасов того же, что и в Норвегии, североморского шельфа делала ставку в нефтесервисе на ведущие международные корпорации с их передовыми технологиями. В итоге наблюдаются два противоположных результата. Если в Норвегии в настоящее время сложилась высокотехнологичная нефтегазовая промышленность, вполне конкурентоспособная на внешнем рынке, то в Великобритании таковой не возникло120. Не случайно опыт Норвегии копируется другими государствами. В настоящее время по этому сценарию действует китайский нефтегазовый сервисный рынок121.

Обобщим основные черты норвежского подхода. По нашему мнению, существовали три основные причины, приведшие нефтесервисную отрасль этой страны к успеху:



  1. Поддержание внутри отрасли высокой конкуренции;

  2. Формирование крупных компаний, конкурентоспособных в международном сравнении и ведущих операции как внутри страны, таки за ее пределами;

  3. Государственная поддержка в форме протекционизма на ранних этапах развития отрасли и создании инфраструктуры бизнеса (ведется на постоянной основе вплоть до настоящего времени).

Как же выглядят в свете норвежского опыта дела в России?

Состав основных игроков, действующих на рынке нефтесервисных услуг, выглядит следующим образом (см. рис.3.3.):



  1. Сервисные подразделения крупных российских нефтяных корпораций (так называемых вертикально интегрированных нефтяных компаний, ВИНК). Хотя эти подразделения, как правило, обслуживают только собственную ВИНК, именно ими производится свыше половины потребляемых в отрасли услуг.

  2. Транснациональные сервисные компании, в частности, активно действующие в России два мировых лидера отрасли – американские корпорации Schlumberger и Halliburton. Они выполняют самые дорогие и высокотехнологичные услуги: сейсморазведку и интерпретацию ее результатов, бурение скважин со сложной геометрией, гидроразрыв нефтесодержащего пласта и ряд других.

  3. Мелкие российские компании. На рынке действует, по разным оценкам, от 200 до 300 независимых российских компаний, использующих устаревшую технику и примитивные технологии. Они предлагают услуги, низкое качество которых отчасти компенсируется низкой (вплоть до демпинга) ценой. В последние годы в связи с возросшими требованиями к качеству крупные российские нефтяные компании постепенно сокращают свои закупки у них, привлекая лишь для простых работ.

  4. Независимые компании, вышедшие из ВИНК. В последние годы ряд крупных отечественных нефтяных компаний начал выделение сервисных подразделений в самостоятельные фирмы. Речь идет о Буровой компании «Евразия», вышедшей в 2004г. из состава "Лукойла" (тогда она называлась «ЛУКОЙЛ-Бурение»). По итогам 2006г. «Евразия» является лидером, занимая 8% сервисного и 15-18% бурового рынков нашей страны. Группа «Интегра» возникла вокруг выделенных из ТНК сервисных активов. Также независимой стала «Сибирская сервисная компания» (ССК), в прошлом — главный поставщик сервисных услуг ЮКОСу. ССК занимает третье место на нефтесервисном рынке России, после «Евразии» и «Интегры», с долей около 3%122.



Рис.3.3. Сегментация рынка сервисных услуг в 2004 году

Источник: презентация "Развитие российского рынка поставщиков услуг и оборудования для нефтегазового комплекса" (2005 г.)// "Интегра" www.integra.ru

Пока российский рынок нефтесервисных услуг очень фрагментирован. С одной стороны, это создает возможность для дальнейшей консолидации активов вокруг крупнейших игроков. С другой — означает, что пока компании, занимающиеся нефтесервисом, в большинстве своем не способны представлять решения под ключ. Впрочем, рост конкуренции будет вести к улучшению качества услуг, а значит — их удорожанию. Следовательно, мелкие игроки должны будут уйти или объединиться, а это хороший задел для повышения прозрачности отрасли. Так что перспективы рынка велики: если по итогам 2006г. его объем составил около 11,8 млрд. долл., к 2011 г. он может вырасти до 20 млрд. долл.123 Эксперты оценивают рост рынка примерно на 20–25% ежегодно.


На сегодня около половины всех работ по нефтесервису в России выполняется подразделениями ВИНК, а в таких компаниях как «Сургутнефтегаз», «Татнефть» и «Башнефть» доля независимых поставщиков нефтесервисных услуг в заказах не превышает 20-30%. Оставшуюся часть работ выполняют «дочки» нефтяных компаний (см. рис.3.4.). «Около половины работ по бурению обеспечивает наше собственное подразделение. Независимых подрядчиков мы выбираем на тендерной основе», – говорит представитель ТНК-BP. Многие компании и по сей день считают, что подрядные работы лучше поручать «своим». По словам менеджера «Роснефти», «у нас опытные работники, опытный менеджмент в этом отношении. Практически все скважины бурит наша специализированная структура – «РН-Бурение». Наши подразделения не уступают западным конкурентам124».

А еще совсем недавно, в 1990-е гг., на сервисные подразделения нефтяных компаний и вовсе приходилось более 90% работ. Между тем, сервисный бизнес и бизнес по добыче нефти имеют глубокие различия, их нецелесообразно объединять в рамках одной компании. Для сравнения: в западных нефтедобывающих компаниях лишь 20% работ (по стоимости) выполняется штатными сотрудниками нефтяных компаний125. Фактически персонал нефтяных ТНК занят только собственно добычей нефти, остальная же деятельность перепоручена сторонним организациям.




Рис. 3.4. Структура рынка нефтесервисных услуг в России в 2007г. и 2011г. (прогноз)

Источник: Пак М. Черные услуги//SmartMoney. -2007.-№38.


По существу, новым для нашей страны является даже само понятиенефтесервисный бизнес”. В советские времена он был частью нефтегазовых объединений, а после приватизации стал частью нефтяных компаний. Другими словами, нефтесервис до самого последнего времени не рассматривался как отдельная отрасль промышленности. В то же время специфика сервисного бизнеса и текущей добычи нефти столь велики, что требует отнести их к разным отраслям экономики.

Действительно, нефтесервисная деятельность (например, бурение) в рамках одной нефтяной компании — вещь крайне непостоянная и расточительная. Объемы (число необходимых буровых установок) и условия (нужно/не нужно сложное буровое оборудование) работ постоянно меняются. Но если нефтяная фирма принимает решение о «самообслуживании», ей приходится держать на балансе полный комплект буровых установок. Часть оборудования в этих условиях, естественно, периодически простаивает. А какие-то работы, напротив, остаются без технологического обеспечения. Ведь нельзя же предусмотреть в своем парке оборудование на все случаи жизни.

Поэтому независимые сервисные компании, работающие не на одну ВИНК, а на несколько компаний, оказываются более экономичными, и, следовательно, более конкурентоспособными. Разыскивая на рынке заказы для всех типов своего оборудования, они добиваются полной загрузки имеющихся мощностей, что значительно снижает издержки. Но этим преимуществом дело не ограничивается. Крупные независимые сервисные компании могут инвестировать значительные средства в разработку новых технологий, окупая эти инвестиции продажей сложных услуг многим клиентам. Напротив, нефтяникам дорогостоящие инвестиции в «НИОКР для себя», как правило, из-за сравнительно узкого фронта внедрения невыгодны. Между тем, в условиях исчерпания традиционных месторождений и все большей труднодоступности новых только самые современные технологии позволяют нефтяникам повышать отдачу месторождений и увеличивать запасы.

Общее представление о сравнительной эффективности специализированных нефтесервисных фирм и соответствующих подразделений нефтяных компаний можно составить по следующим цифрам: в 1990-ые годы 3600 сотрудников западной независимой буровой компании Parker Drilling проделывали тот же объем работ, что и 18500 человек, занятых в «ЛУКОЙЛ-Бурении» - сервисном подразделении ЛУКОЙЛа, далеко не худшем в российской нефтяной отрасли126.

Поэтому среди российских ВИНК возникла тенденция постепенного перевода сервиса на аутсорсинг. Причем первый опыт свидетельствует о возможности получения таким путем быстрой и существенной по размерам отдачи. На предприятиях, которые в 2000 году составляли ТНК (позднее, в ходе слияния с BP в состав компании вошел ряд новых активов), коллектив сервисных подразделений сократился с 50 до 27 тысяч человек. Доля работ, выполняемых собственными сервисными предприятиями, упала с 90% до 50%. Во многом именно из-за этого себестоимость извлечения из недр барреля нефти сократилась на 50%127.

Так, если в 2006 г., по оценкам экспертов, на долю независимых поставщиков сервисных услуг пришлось порядка 6,2 млрд. долл., то к 2011 г., по прогнозам, этот объем вырастет более чем вдвое, до 14 млрд. долл128. Причина тому - вывод сервисных активов за рамки ВИНК в ближайшие три-пять лет. В процессе «избавления от сервиса» единственным крупным исключением среди российских ВИНК пока остается "Сургутнефтегаз" – фирма, традиционно сильная именно в сфере нефтесервиса и покупавшая лучшие российские и иностранные технологии и оборудование даже в смутные 90-ые годы, когда другие фирмы занимались только текущей эксплуатацией скважин129. Также свои сервисные подразделения функционируют у «Газпрома» и «Роснефти».

Основной тормоз передачи нефтесервиса от подразделений ВИНК к независимым сервисным компаниям состоит, таким образом, не в отсутствии спроса на услуги последних. Процесс упирается в нехватку приемлемого по своим параметрам предложения. Нефтяники опасаются того, что рынок не сможет полноценно выполнить те работы, которые пока они выполняют сами.

Конечно, все сервисные работы вполне качественно могут произвести западные нефтесервисные компании. И они действительно очень активны на нашем рынке. Schlumberger сейчас успешно работает практически со всеми крупными нефтекомпаниями в России. Другая американская компания – Baker Hughes – недавно создала крупный сервисный центр в Ямало-Ненецком АО. Развивают свою деятельность в России такие американские лидеры в области нефтегазовых технологий, как Halliburton, Weatherford, BJ Services, Parker Drilling130.

Однако есть у западных компаний и ахиллесова пята – высокие цены. При проведении сложных работ эта слабость не является решающей. Как бы дороги не были услуги, они оправдывают себя, т.к. часто, скажем, спасение истощающегося нефтяного пласта возможно только с помощью ультрасовременных технологий. Но такие сложные работы составляют не более 10-15% российского рынка нефтесервиса. В большинстве же случаев западный нефтесервис не по карману российским компаниям. Нефтяные компании предпочитают использовать советские технологии и оборудование (на них в 2005г. приходилось около 90% рынка131), поскольку те в большинстве простых случаев дают наилучшее соотношение цена-качество.

Так, «ЛУКОЙЛ» в регионах со стандартными геологическими условиями, например, в Западной Сибири, отдает российским поставщикам 85% заказов132. И только там, где речь идет о проектах повышенной сложности, например, в Ненецком АО, фирма использует в основном зарубежные технологии и оборудование.

Чтобы оставаться конкурентоспособным на российском рынке, даже иностранцы (например, такой мировой лидер как Schlumberger) вынуждены частично переключаться с западного на местное оборудование и технологии. Но такое переключение всегда бывает ограниченным, временным и непоследовательным. Дело в том, что международные гиганты мало заинтересованы в выполнении копеечных работ и, одновременно, стремятся не снижать внутрифирменных стандартов качества.

В самом деле, традиционный нефтесервис «советского типа» иностранные фирмы обычно поставляют, опираясь на поглощенные ими российские предприятия. Так, в 2004 году Schlumberger достигла договоренности о покупке своего главного российского конкурента "Петроальянс", ежегодно выполняющего заказы примерно на 250 млн. долл133. Однако после прихода иностранного собственника обычно начинается модернизация и уход от «советских» технологий. Так происходит, в частности, и на «Петроальянсе».

Не могут быть полноценной альтернативой собственным сервисным подразделениям ВИНК и мелкие самостоятельные сервисные фирмы. Нефтесервисные технологии по сложности и дороговизне часто сопоставляют с космическими. Для примера скажем, что одна современная буровая установка может стоить 15-25 млн. долл. Поэтому необходимые инвестиции в полный комплекс нефтесервисного оборудования колеблются от нескольких сотен миллионов до миллиарда долларов год. Такие расходы могут позволить себе компании с большим оборотом – такие, как уже упомянутый Schlumberger – но не мелкие российские фирмы.

К тому же весь парк оборудования мелких фирм просто устарел. Специалисты оценивают технологическое отставание российского нефтегазового сервиса от мирового как минимум в 10-15 лет134. Дело в том, что в российский сервис на протяжении нескольких десятилетий не направлялись серьезные инвестиции (справедливости ради, отметим, что в самые последние годы некоторые российские компании освоили и западные сервисные разработки).

Наконец, мелкие фирмы именно из-за своих небольших размеров неустойчивы, а значит, и недостаточно надежны. С ними трудно выстроить отношения на длинную перспективу. Между тем, для нефтяных компаний важно именно построение долгосрочных партнерских отношений с заказчиком, что подразумевает взаимозависимость заказчика и подрядчика, когда обе фирмы годами развиваются параллельным курсом ради решения некой крупной задачи (например, освоения месторождения).

Мелкие компании способны выполнять лишь разовые, простейшие работы. «Еще 3-4 года назад, при выборе подрядчика речь шла о конкуренции между собственным сервисным подразделением-монстром и тремя-четырьмя мелкими фирмами, качество услуг которых оставляло желать лучшего135». А значит, реальной альтернативы собственным подразделениям ВИНК, какой бы очевидной не представлялась необходимость отказа от них, просто не было.

Итак, западные корпорации не в состоянии удовлетворить спрос на независимый нефтесервис из-за дороговизны свой продукции, мелкие отечественные фирмы – из-за своей слабости. А собственные сервисные подразделения ВИНК, хотя реально и выполняют подавляющую часть работ, но очень неэкономичны.
Именно в это время на рынке появилась компания, сумевшая за короткий срок стать заметным игроком, - «Интегра», деятельность которой мы рассмотрим более подробно. Компания была основана в конце 2004 г. А по итогам 2005 г. выручка «Интегры», начав «с нуля», покорила весомый рубеж в 200 млн. долл. И, что уж совсем необычно для фирмы, работающей первый год, "Интегра" сразу смогла получить чистую прибыль в 3,5 млн. долларов.

Сегодня Группа компаний «Интегра» является ведущей независимой диверсифицированной нефтесервисной компанией. По мнению аналитиков британской фирмы Douglas Westwood, проводившей исследования рынка, доля Интегры на российском рынке геофизических и сейсморазведочных услуг составляет 15,9%, на рынке нефтесервисного оборудования - 67,8% (2006 г.). Рост компании сопровождался и ростом количества специалистов: в настоящее время в компании работает более 20000 сотрудников.



Профиль деятельности компании – предоставление качественных, обеспечивающих повышенную эффективность для потребителя услуг в области бурения, капитального и текущего ремонта скважин,  интегрированного управления проектами, геофизических исследований и работ. "Интегра" присутствует во всех традиционных нефтяных регионах РФ и работает на все основные российские и международные нефтегазовые компании, а также на независимые компании по добыче нефти –то есть является общеотраслевым игроком, работающим не с узкой группой «дружественных» заказчиков, а с большинством нефтяных компаний. В настоящее время «Интегра» оказывает услуги таким крупным компаниям, как «Роснефть», «ЛУКОЙЛ», «ТНК-ВР», «Газпромнефть», «Русснефть», "Marathon Oil".

Кроме того, фирма начала, а в будущем планирует резко расширить экспортную экспансию (причем амбиции распространяются не только на СНГ, но и на дальнее зарубежье). Так, в 2006 году Интегра выполнила сейсморазведочные работы в Азербайджане и Мавритании. В компании идет активное продвижение сейсморазведочных услуг в южных регионах России и странах СНГ, в Индии и некоторых странах Африки и Южной Америки.

Именно тем, что фирме удалось предоставить остро востребованную, но отсутствовавшую до самого последнего момента на рынке услугу, и объясняется успех «Интегры».

Крайне интересна история создания фирмы. У ее истоков стоял американский предприниматель Джон Фитцгиббонс, который во второй половине 1990-х скупил несколько небольших нефтяных месторождений в Западной Сибири и объединил их в Khanty Mansiysk Oil Corporation (KMOС). В 2003 году после продажи KMOC компании Marathon Oil, он решил потратить вырученные деньги на создание в России независимой нефтесервисной компании. Его инвестиционным партнером стал шведский миллионер Жерар де Гир. Возглавляет компанию с момента ее основания российский менеджер Феликс Любашевский, который в свое время занимал высокий пост в ТНК-ВР.

Продекларированными целями компании является формирование крупной высокотехнологичной российской нефтесервисной и  машиностроительной группы, поставляющей услуги и оборудование нефтегазовому сектору российской экономики; осуществление инвестиций в развитие российских технологий, восстановление конкурентоспособности отечественной нефтегазо- машиностроительной и нефтесервисной отрасли136.

Этого удалось достичь за счет скупки разрозненных активов и их консолидации. Группа компаний «Интегра» приобрела около 16 стратегических активов - нефтесервисных компаний и предприятий по производству оборудования для нефтегазового сектора в России и СНГ. Основными приобретениями компании стали137:



  • Две буровые компании — «Альянс» в Республике Коми и «Север» в Западной Сибири (бывшее дочернее предприятие ТНК-BP, проданное в ходе реструктуризации).

  • ЗАО «Уралмаш - Буровое оборудование» (производит полный типоразмерный ряд буровых установок, проводит модернизацию, ремонт и сервисное обслуживание выпускаемого бурового оборудования).

  • ООО «ВНИИБТ – Буровой инструмент» (выполняет весь комплекс работ по созданию бурового инструмента - от фундаментальных исследований, научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ до изготовления и испытания бурового и нефтепромыслового инструмента). Наряду с «Уралмаш - Буровое оборудование», фирма занимает лидирующие позиции в нефтегазовом машиностроении России.

  • «Российская геофизическая компания», одна из крупнейших поставщиков соответствующих услуг с дочерними структурами в четырех регионах России

  • «Интегра» приобрела у группы «Морские и нефтегазовые проекты» производство буровых установок и бурового инструмента. Это несколько цехов на «Уралмаше» (Екатеринбург), два завода в Пермской области и проектная организация в Москве.

  • В январе 2006 г. «Интегра» приобрела контрольный пакет акций (50,6%) одного из крупнейших геологоразведочных предприятий – ОАО «Тюменнефтегеофизика»138. Сумма сделки составила 30 млн.долл. ТНГФ проводит сейсморазведочные работы во всех нефтегазовых провинциях России, а также в Казахстане; осуществляет комплекс научно-исследовательских и опытно- конструкторских работ. Среди клиентов компании, в частности, «Сургутнефтегаз», ТНК-BP и ЛУКОЙЛ. Выручка по российской системе бухучета за 2005 г.- 38 млн. долл. (предварительная оценка). EBITDA – 5, 7 млн. долл. ТНГФ смело можно назвать одним из лидеров отрасли, с этим приобретением «Интегра» получила возможность существенно дополнить продуктовый ряд услугами по проведению полевых геофизических исследований, в первую очередь сейсморазведки139.

  • Еще одним приобретением стала покупка у подконтрольного «ЛУКОЙЛу» ОАО «РИТЭК» 51% акций ЗАО «Первая национальная буровая компания» (ПНБК). О значимости фирмы говорит стоимость покупки – не менее 50 млн. долл140.

Итак, была проведена скупка разрозненных активов и их консолидация. В результате реорганизации плохо используемые активы улучшили свою работу. В середине 2006 г. генеральный директор Ф. Любашевский отмечал: “Интегра” — компания, собранная из небольших проблемных активов в начале 2005 г., — выросла почти в два раза только за счет новых контрактов, вновь сформированных бригад»141. Например, в компании «Север» к моменту ее покупки «Интегрой» из 17 буровых установок 16 простаивали. После включения в «Интегру» было заменено руководство, ряд установок был отремонтирован, а мощная маркетинговая служба новых хозяев обеспечила приток заказов. В результате этих мер уже 2005 г. на «Севере» работали 6 установок142.

Бизнес Интегры в настоящее время разделен на два крупных блока: нефтесервисные услуги и производство нефтегазового оборудования.



Нефтесервисный блок, в свою очередь, подразделяется на бурение, капитальный и текущий ремонт скважин, услуги по интегрированному управлению проектами и геофизические услуги.  Эти работы выполняют следующие компании Группы "Интегра"143:

  • "Интегра-Бурение" (была сформирована в 2006 году путем слияния нескольких компаний по бурению и ремонту скважин – Первой национальной буровой компании (ПНБК), БК "Аргиллит", БК "Север" и "Интегра КРС;

  • БК "Альянс";

  • "Группа ПБН" - буровая компания;

  • "Смит Евразия" – группа компаний, оказывающая услуги по интегрированному управлению проектами (IPM) и прочие высокотехнологичные услуги (вошла в состав "Интегры" в 2006г.);

  • "Тюменнефтегеофизика" (ТНГФ) -  компания, оказывающая услуги в области полевой геофизики – сейсморазведочные работы, топографические, картографические и другие проекты;

  • "Нижневартовскнефтегеофизика" (ННГФ) – компания оказывает услуги в области промысловой геофизики.

  • "ВНИИБТ- Буровой инструмент" (ВНИИБТ-БИ) – компания производит буровой инструмент, занимается научными исследованиями и разработкой в этой области. В 2006 году ВНИИБТ - БИ  была выведена из машиностроительного блока "Интегры" и присоединена к структуре нефтесервисного блока с тем, чтобы обеспечить более тесное взаимодействие между инженерами и сотрудниками, занимающимися технологическим обслуживанием.

В настоящее время Интегра имеет в своем арсенале свыше 44 действующих буровых установок грузоподъемностью от 75 до 500 тонн. Заметим, что именно бурение выступает одной из главных статей доходов сервисных компаний. Ежегодно подобные заказы в России оцениваются в сумму 5-6 млрд. долл. Парк ремонтных установок Интегры - на сегодняшний день это 43 установки - является новейшим и лучшим в своем классе в России. Причем, обратим внимание, большинство бурового и ремонтного оборудования произведено в России.

Обратим внимание на то, что в РФ налицо массовое старение оборудования и порождаемый этой тенденцией рост спроса. До 70% парка бурового оборудования в России устарело, а растущий спрос на буровые станки, связанный с увеличением  объемов бурения, пока остается в значительной степени неудовлетворенным. Такая ситуация формирует высокую потребность добывающих компаний в комплексном сервисе устаревающего станочного парка, включая  капитальный  ремонт и модернизации, обеспечение запасными частями и техническое обслуживание. Исполнительный вице-президент по машиностроению Группы «Интегра», президент «Уралмаш-ВНИИБТ» В. Ткачев заявил: «Сервис нефтегазового оборудования является для нас очень привлекательным бизнесом, поскольку изношенность бурового парка в России сформировала так называемый отложенный спрос со стороны Заказчика.  Более чем 60-летний опыт ЗАО «Уралмаш-буровое оборудование» обеспечивает нам ряд конкурентных преимуществ перед другими участниками рынка нефтегазового машиностроения».



Машиностроительный бизнес Группы осуществляет проектирование, дизайн, производство, поставки, сервис и лизинг тяжелых буровых установок, а также производство цементирующего оборудования, используемого для подготовки и закачивания бурового раствора в стволы скважин и включает в себя четыре производственные площадки: "Концерн "Стромнефтемаш" в Костроме, завод "Уралмаш - Буровое оборудование" (УрБо) в Екатеринбурге, "Тюменский филиал УрБо" (ранее известный как " Тюменский судостроительный завод") и "Оренбургтехсервис" в Бузулуке. До недавнего времени, по выражению Г. Музловой144, «пребывая в положении разной степени плачевности», каждое из этих предприятий вело самостоятельную маркетинговую и производственную политику. Менеджмент "Интегры" принял решение объединить их вокруг наиболее успешного в силу масштабов и монополизма УрБо. Такая политика позволит повысить шансы "подтянутых" к УрБо предприятий за счет "упаковки" производимых ими комплектующих в поставку буровых, одновременно избавив УрБо от необходимости обращаться за комплектующими к внешним производителям145. В частности, об этом говорит подписанный в мае 2007 года контракт между ГК "Интегра" и ООО "Газкомплектимпекс" (входящим в ОАО "Газпром") на поставку 11 буровых установок, в девяти из которых в комплекте будет присутствовать цементировочный комплекс производства "Стромнефтемаша". В качестве еще одного преимущества такого подхода можно назвать возможность комплексных НИОКР. Обратим также внимание на то, что Интегра является ведущим российским разработчиком, производителем и поставщиком тяжелых буровых установок и цементировочного оборудования146.

Итак, консолидация профильных активов, инвестиции в модернизацию производственных мощностей и технологий, расширение номенклатуры качественных товаров и услуг и органический рост позволили "Интегре" на данный момент стать одной из крупнейших нефтесервисных компаний в России

В итоге в сфере нефтесервисных услуг появился крупный игрок, во многих отношениях имеющий конкурентные преимущества по сравнению со всеми основными уже действующими на рынке типами компаний. В отличие от малых фирм, он способен на покупку дорогостоящего оборудования. Так, в результате приобретения «ПНБК» «Интегра» стала собственником двух новых установок для глубокого бурения, стоимость каждой из которых доходит до 15 млн. долл147. И этот пример не исключение. Не случайно в число предлагаемых «Интегрой» услуг входят, наряду с прочими, и сложные работы, традиционно считавшиеся вотчиной «иностранцев», а малым фирмам абсолютно недоступные:


  • Бурение вертикальных эксплуатационных и разведочных скважин глубиной до 4000 м., в том числе и автономных;

  • Ликвидация сложных аварий в нефтяных и газовых скважинах глубиной до 3000 м;

  • Бурение боковых и горизонтальных стволов;

  • Гидроразрыв нефтесодержащего пласта;

  • Сейсморазведочные работы (2D и 3D), вертикальное сейсмическое профилирование и другие работы148.

«Интегра» имеет определенные преимущества перед ведущими зарубежными нефтесервисными ТНК. В первую очередь, это существенно более низкий уровень издержек. Причина проста: «Интегра» полностью укоренена в России, а производимое в нашей стране оборудование и исследовательские работы обходятся здесь значительно дешевле, чем на Западе. Недаром российские предприятия, способные проводить сложные и качественные работы, часто теснят иностранцев. "Доля западных компаний варьируется в зависимости от готовности российских предприятий оказать подобные услуги,– отмечают в "Сибнефти".– Например, пять лет назад такие работы, как горизонтальное бурение, гидроразрывы пласта и оптимизация скважин, выполнялись преимущественно с участием западных сервисов. В настоящее время подобные технологии российские компании освоили достаточно хорошо, что позволяет "Сибнефти" снижать затраты, приглашая отечественные сервисные предприятия, при сохранении качества выполняемых работ149".

Фактически заметную конкуренцию «Интегре» в рамках избранной ею ниши могут составить лишь другие крупные независимые сервисные компании. Таковых на сегодняшний день две: «Евразия» и «Сибирская сервисная компания» (ССК), хотя позже, по мере дальнейшего выделения нефтесервисных подразделений из ВИНК, их может стать и больше. Однако, даже превратившись в независимые, эти фирмы пока сохранили тесную привязку к своим прежним хозяевам. Так, главным клиентом «Евразии» – около 70% портфеля заказов – является ЛУКОЙЛ. Напротив, «Интегра» позиционирует себя именно как общеотраслевой игрок, более того, как объединитель если и не всей отрасли, то весомой ее части. «У Любашевского стратегического клиента нет, зато у него есть деньги», - подчеркивает журнал «Форбс»150.

Интегра работает во всех крупнейших нефтеносных регионах России – Тимано-Печоре, Волго-Уральском районе, Восточной и Западной Сибири, а также – в странах ближнего и дальнего зарубежья. «В нашем портфеле заказов ни один из заказчиков, включая “Лукойл”, “Роснефть” и ТНК-ВР, не занимает долю больше 25%. Это наша стратегия — быть максимально независимыми и равноудаленными от клиентов. Но при этом строить взаимоотношения по принципу взаимной выгодности и взаимного уважения", - отмечает Любашевский151.

Напротив, «внутрикорпоративные» компании, по мнению экспертов, не обладают необходимым опытом для расширения географии своей деятельности. В большинстве случаев ноу-хау, которые они предлагают, относятся к конкретным регионам, где эти компании работают, но за пределами освоенных территорий такие технологии не опробованы. Ситуацию усугубляет тот факт, что нефтяные компании в последние годы ведут разработку «экзотических» для себя месторождений – в Восточной Сибири, на шельфе Каспийского моря. Серьезным опытом работы в подобных условиях не обладает, пожалуй, никто из отечественных буровиков – корпоративных подрядчиков.

У независимых сервисных компаний свои проблемы. В отличие от нефтехолдингов, которые могут себе позволить увеличивать вложения в разведочное и эксплуатационное бурение за счет сверхдоходов от экспорта сырья, они не обладают столь мощными финансовыми ресурсами.

В сложившейся ситуации Интегра стала использовать фондовый рынок для привлечения финансовых средств. С 27 февраля 2007 года глобальные депозитарные расписки (GDR) Группы «Интегра» торгуются на Лондонской фондовой бирже (LSE: INTE). Это принесло компании более 670 млн. долл. Таким образом, компания сможет увеличить инвестиции в рост бизнеса, что позволит компании расширить свои возможности. Отметим, что такой способ финансирования широко используется в мировой практике, и наиболее инновационные и конкурентоспособные компании в РФ также начинают привлекать средства на фондовом рынке. Это уже упомянутая нами «Евразия», которая в ноябре 2007г. провела IPO на Лондонской бирже, West Siberian Resources и другие. Такая политика означает стремление руководителей именно расширять бизнес, а не просто увеличивать свои личные доходы, что часто наблюдается в нашей стране. А расширение бизнеса вызывает рост производства, рост занятости и в целом экономический рост, что будет способствовать повышению конкурентоспособности экономики.

Обратим внимание на то, что ее учредители, будучи иностранцами, не были, однако, связаны с какой-либо крупной иностранной нефтесервисной фирмой. Соответственно, сама «Интегра» развивается не как российское дочернее общество инофирмы, а как совершенно самостоятельный оператор. Ее активы состоят из купленных российских предприятий. И используются на этих предприятиях в основном российские/советские технологии (что, впрочем, вовсе не исключает, а скорее даже предполагает их дополнение технологиями западными – благо на модернизацию деньги есть)152.

Заметим, что на начальном этапе построения бизнеса Интегры была сделана ставка прежде всего на неорганический рост – осуществление сделок в области слияний и поглощений (M&A), и они сыграли ведущую роль в развитии компании. Если говорить о характере и специфике этих активов, то поначалу приобретались базовые сервисные предприятия, оказывающих услуги по бурению и капитальному ремонту скважин, а также в области геофизики – как скважинной, так и сейсмики. Это было необходимо, чтобы нарастить, так сказать, «костяк и мускулы». Благодаря выбору и грамотному удалось получить синергетический эффект, объединив и координируя деятельность новых и существующих предприятий. У каждого из них -своя специализация, которая позволяет им успешно действовать в рамках бизнеса всей группы, не конкурируя друг с другом, а используя сильные стороны друг друга и нивелируя слабые153.

Сейчас же Интегра находится на следующем этапе развития и заинтересована в приобретении активов, благодаря которым будет возможно оказывать заказчикам услуги high-tech сегмента. Именно таким активом стала, например, компания «Смит Евразия», после слияния с которой в портфель заказов добавились, в частности, проекты по IPM – интегрированному управлению проектами. Если говорить о неких предварительных итогах развития Интегры за три года, то очень показателен тот факт, что если раньше можно было услышать об угрозе  "шлюмберизации", то сейчас специалисты говорят о положительном примере  "интегризации" нефтесервисной отрасли России154

Легко заметить, что, несмотря на иностранное происхождение денег учредителей, «Интегра» функционально выполняет задачу становления конкурентоспособного российского нефтесервисного предприятия. Позволим себе привести высказывание экс-министра энергетики России Ю. Шафранника: «Если в экономике будут использоваться наши природные и финансовые ресурсы, но западные специалисты, оборудование и технологии, то эффект для реального оживления экономики будет нулевой. Другой вариант: российские природные ресурсы, технологии, оборудование, специалисты, но западный капитал – от такого сочетания, несомненно, произойдет оживление в экономике в целом»155. Российский рынок требовал активного использования советских сервисных технологий, на что очень трудно шли инофирмы. Требовал рынок и модернизации, усложнения и повышения качества услуг, чего не могли обеспечить малые российские предприятия. Столь же необходимым было и появление крупного, диверсифицированного сервисного предприятия, способного комплексно, «под ключ» удовлетворить потребности ВИНК, превратившись в их равного партнера. «Интегра» сделала весомую заявку на решение этих задач и, как следствие, обеспечила себе сверхуспешное развитие.

Другими словами, иностранные деньги были тем катализатором, который позволил начать осуществление давно назревшей программы реструктуризации и модернизации нефтесервисной отрасли. Кстати, отсутствие свободных финансовых ресурсов – значимый источник слабости многих крупных независимых сервисных компаний. Потратившись на выкуп нефтесервисного предприятия у ВИНК, их новые хозяева часто не имеют средств на дальнейшую активную экспансию.

Следует ли считать опыт «Интегры» уникальным или, несмотря на огромное своеобразие этой фирмы (чего стоит, скажем, тот же иностранный, но укорененный в России капитал основателей компании), ее следует рассматривать скорее как «первую ласточку» преобразования нефтесервисной отрасли? Мы склоняемся скорее ко второму варианту ответа на этот вопрос.


Подведем промежуточные итоги и выделим основные черты, которыми, на наш взгляд, обладают конкурентоспособные российские нефтесервисные компании:

  1. Значительные финансовые ресурсы. Для этого на первом этапе привлекаются инвесторы, как российские, так и зарубежные. Далее, по мере развития компании и увеличения ее инвестиционной привлекательности, компании используют возможность привлечения средств на фондовом рынке, выпуская ценные бумаги.

  2. Скупка и консолидация активов, что позволяет увеличить производительность за счет синергетического эффекта.

  3. Российские нефтесервисные компании имеют богатый опыт работы в наших непростых условиях, знакомы (в отличие от иностранцев) с местной спецификой.

  4. Использование российских технологий и оборудования, привлечение российских специалистов. За счет этого достигается снижение затрат по сравнению с западными компаниями.

  5. Эффективная организационная структура, легко управляемая и контролируемая.

  6. Грамотный менеджмент, использование мирового опыта управления.

  7. Прозрачность, доступность информации о компании.

Важно иметь в виду, что несмотря на появление отдельных вполне конкурентоспособных отечественных нефтесервисных компаний, в целом данная отрасль в нашей стране еще находится на начальной стадии развития. Причем серьезную конкуренцию российским нефтесервисным компаниям уже составляют зарубежные, в первую очередь американские транснациональные фирмы, а в будущем – еще и китайские компании. Причем сегодня "китайский фактор" остается недооцененным. Так, если всего 1-2 года назад китайские мобильные буровые установки по техническим параметрам не соответствовали российским "природным" условиям (они исправно работали лишь при температуре не ниже -18 гр. С), то к настоящему моменту, китайские производители, заинтересованные в поставках продукции на емкий российский рынок, полностью устранили данный недостаток. Кроме того, важным конкурентным преимуществом китайских установок продолжает оставаться их относительно низкая стоимость, что делает станки еще более востребованными российским нефтесервисом по сравнению с установками, произведенными в РФ.

Из других серьезных проблем, осложняющих деятельность отечественных нефтесервисных фирм, отметим нехватку кадров, особенно специалистов среднего и базового уровней. Причем это объективная трудность, в большей или меньшей степени затрагивающая всю промышленность, и в особенности машиностроение и нефтесервис.

Для дальнейшего развития отечественного нефтесервиса необходимо государственное участие. Именно государство должно помочь российским нефтесервисным компаниям в процессе их становления, создать более благоприятные институциональные условия для их деятельности. Причем реализовываться оно может через несколько вариантов.

Во-первых, протекционизм. Как мы уже упоминали, по этому пути пошли власти Норвегии. В стране достаточно долго применялось обязательное квотирование закупок продукции и услуг от национальных поставщиков при реализации нефтегазовых проектов. В результате более 70% всех работ на шельфе северных морей ведут местные компании. Правительство защитило национальный сервисный рынок, дав ему возможность и время для развития. Но подобные меры подразумевают участие государства в бизнесе в довольно жесткой форме и могут способствовать оттоку инвестиций.

Иным вариантом участия  государства может стать создание Национальной сервисной компании (НСК) или нескольких таких компаний. Эта идея стала активно обсуждаться в отрасли в 2005-2006гг. Так, "с целью дальнейшего развития отечественного нефтегазового сервиса и достижения нового более высокого его уровня и в качестве конкретной меры по реализации предложения Президента Российской Федерации В. В. Путина, высказанного на XIV съезде Российского союза промышленников и предпринимателей 16 ноября 2004 года, участники сервисного рынка и ряд общественных организаций (Торгово-промышленная палата Российской Федерации, Общероссийская общественная организация «Российское общество инженеров нефти и газа» РОСИНГ и Союз нефтегазопромышленников России) предлагают создать Российскую национальную нефтегазовую сервисную компанию путем внесения в его уставный капитал находящихся в федеральной собственности пакетов акций и долей активов государственных геофизических, геологических, машиностроительных, буровых, сервисных предприятий, нефтегазовых научно-исследовательских институтов, а также пакетов акций и долей активов аналогичных частных структур156". Тем не менее, за прошедшие годы такая компания так и не была создана.

Создание компании представляется необходимым ради защиты только формирующегося в России рынка сервисных услуг от экспансии западных транснациональных сервисных корпораций. Действительно, в мировой практике успешные транснациональные компании создавались путем консолидации, слияния и укрупнения более мелких сервисных компаний. Поэтому в рамках Российской национальной сервисной компании могут быть объединены фирмы, выполняющие геологоразведочные, геофизические, научно-исследовательские работы, оказывающие услуги по повышению нефтегазоотдачи пластов, капитальный ремонт и обслуживание скважин, ремонтно-изоляционные работы, бурение скважин, проектирование и изготовление нефтегазового оборудования, а также сбор и обработку данных для создания банка геолого-геофизической информации.

Такое соединение оборудования, технологий, финансовых и кадровых ресурсов, научно-исследовательских разработок в единой национальной компании, как полагают сторонники проекта, позволит "предоставлять комплексные сервисные услуги, что, несомненно, обеспечит конкурентоспособность, поможет привлечь значительные инвестиции в данный сектор экономики, позволит повысить ликвидность и финансовую маневренность объединенной компании157".

Авторы проекта исходят из необходимости государственной поддержки создания такой компании в рамках ныне модного государственно-частного партнерства. Это позволит "обеспечить более эффективное использование выделяемых бюджетных средств, управление и регулирование условиями недропользования, формирование и выполнение государственного заказа на проведении геологоразведочных работ и освоение новых нефтегазоносных регионов, включая шельфовые зоны. Формирование и хранение баз данных, содержащих важнейшую с точки зрения безопасности страны геолого-геофизическую информацию по месторождениям, будет осуществляться под государственным контролем158".

Не забыта в проекте и политическая составляющая: учитывая тенденции "усилении роли государства в нефтегазовом секторе экономики и повышении его экономической безопасности, реализация предлагаемого варианта развития сервисных услуг в нефтегазовой промышленности России представляется вполне реалистичной".

Как говорит президент компании «Союзнефтегазсервис159» Игорь Мельников, в рамках НСК «партнерство [нефтесервисных] компаний, дополняющих друг друга в сферах специализации, поддержка со стороны национальных добывающих компаний и обязательная поддержка на законодательном уровне позволит обеспечить приоритет российскому производителю [и даст ему возможность] конкурировать с крупнейшими интернациональными корпорациями160».

Трудно не заметить, что, если не считать господдержки, нарисованный портрет гипотетической будущей НСК поразительно напоминает уже существующую «Интегру». Видимо, в России успешная экспортно-ориентированная отрасль, подобная той, которая всего за несколько десятилетий практически на пустом месте была создана в нефтесервисе Норвегии или Канады, будет так или иначе опираться на бизнес-модель, очень схожую с развиваемой ныне «Интегрой». Должен произойти процесс консолидации отрасли на новой, рыночной основе. Должны сложиться крупные, независимые как от наших ВИНК, так и от ведущих мировых нефтесервисных ТНК компании, ориентированные на соединение отечественных и иностранных технологий и ведущие агрессивную экспансию как на российском рынке, так и за рубежом.

При этом стартовый капитал, необходимый для создания крупной нефтесервисной корпорации может быть обеспечен иностранными инвесторами, как в случае «Интегры». Но может иметь своим источником и частно- государственные средства и капиталы российских фирм из других отраслей. Характерно, что многие сторонники создания Национальной сервисной компании не исключают возможность привлечения и в нее капитала иностранных партнеров. Позволим себе привести высказывание экс-министра энергетики России Ю. Шафранника: «Если в экономике будут использоваться наши природные и финансовые ресурсы, но западные специалисты, оборудование и технологии, то эффект для реального оживления экономики будет нулевой. Другой вариант: российские природные ресурсы, технологии, оборудование, специалисты, но западный капитал – от такого сочетания, несомненно, произойдет оживление в экономике в целом»161.

По существу речь идет о совершенно новой функции прямых иностранных инвестиций в экономику страны и о симметричной роли государственного капитала. Оказывается, при некоторых условиях они могут быть главным или дополнительным инструментом становления крупных рыночно-ориентированных отечественных компаний, конкурентоспособных по мировым меркам.

Более гибок и результативен третий вариант - участие государства в развитии нефтесервисной отрасли в роли рыночного игрока, финансового партнера, предоставляющего компаниям инвестиционные и текущие кредиты на льготных условиях, оказывающего поддержку лизингу оборудования, устанавливающего «режим благоприятствования» для ввоза современного оборудования и технологий. Однако государство пока не совершает действий в этом направлении. Наоборот, в конце 2007 года президент подписал указ об исключении шести нефтесервисных компаний из списка стратегических предприятий (на Урале это «Пермнефтегеофизика» и «Нижневартовскнефтегеофизика»). Их контрольные пакеты, принадлежащие государству, перейдут в руки частных российских и западных компаний. Наиболее вероятные претенденты на покупку первого — «Лукойл-Пермь», второго — «Интегра» и Schlumberger. 

Вероятно, пока состояние отечественных сервисных компаний не позволяет создать из них интегрированный национальный холдинг. И такая позиция вполне оправдана. Нужно подождать, пока, например, крупная нефтесервисная фирма не скупит мелкие разрозненные компании и не объединит их в единую крупную группу. Тогда государству будет легче вести переговоры о покупке не с сотней мелких операторов, а с одним большим холдингом.

Также важно отметить, что успех крупных начинаний в нефтегазовом секторе России должен быть обеспечен единством законодательного поля, структурированием и динамичным развитием рынка сервисных услуг и национальных независимых сервисных компаний. Правительство РФ должно четко и понятно сформировать решения по развитию научных, производственных и технологических ресурсов инженерно-геологического сектора сервисного рынка, способного стать точкой притока накопленного капитала и знаний.
В заключении подчеркнем, что Россия может и должна зарабатывать не только и не столько на нефтедобыче, как сырьевая держава, но и на конкурентоспособных технологиях и оборудовании. Наличие уникальных технологий, разработанных еще в советские времена, квалифицированных кадров и накопленного научно-технического потенциала является конкурентным преимуществом отечественной нефтесервисной отрасли. И, если оно будет реализовано на практике, это, в свою очередь, позволит повысить конкурентоспособность страны в целом. Важно использовать все доступные инструменты, чтобы не упустить этот шанс.
***

Подробное изучение опыта конкретных успешных фирм позволило выявить следующие основные конкурентные преимущества российских компаний сырьевого сектора и их роль в обеспечении национальной конкурентоспособности (см. Приложение 2).

Носителями конкурентных преимуществ, уже в настоящее время обеспечивающих сильные позиции страны на мировом рынке, являются крупнейшие вертикально интегрированные нефтегазовые корпорации страны. Однако, несмотря на высокую конкурентоспособность ВИНК, она в значительной степени является следствием благоприятных стартовых условий их деятельности (приватизация начала 1990-х г.г.) и других экзогенных факторов (высокие мировые цены, элементы монополизма, господдержка и т.п.).

Для поддержания и роста конкурентоспособности данным компаниям необходимо превратится в высокотехнологичные предприятия. Конкретнее, необходимо модернизировать технологию добычи нефти и повысить качество производства нефтепродуктов. Российским ВИНК крайне важно увеличить инвестиции, то есть более полно реинвестировать прибыль в модернизацию добывающего и перерабатывающего оборудования (износ которого достигает 60-70%), начать строительство новых НПЗ, увеличить объемы геологоразведочных работ. Только тогда ВИНК смогут повысить эффективность своей деятельности, что усилит их собственную конкурентоспособность и позитивно скажется на конкурентоспособности всей страны, поскольку включатся взаимосвязи между компаниями сырьевого и других секторов экономики.

Отчасти именно это и происходит на практике. Полноценному развитию событий по позитивному сценарию, однако, существенно мешает низкая мотивированность ВИНК. При сохранении современных условий их деятельности высокие доходы можно получать и за счет простого присвоения природной ренты.

Определенное исключение из этого правила представляют собой так называемые новые ВИНК – интегрированные компании, формирующиеся в настоящее время из первоначально разрозненных, но взаимодополняющих активов в ходе слияния добывающих и перерабатывающих компаний. Формирование новых ВИНК дает мощный синергетический эффект, повышающий конкурентоспособность прежде независимых предприятий. Сильна в данном случае и мотивация: второстепенные и низкоприбыльные активы, вовлеченные в современную волну интеграции, могут стать конкурентоспособными лишь при существенном повышении эффективности работы.

Что касается малых и средних независимых нефтяных компаний, то их деятельность крайне важна для экономики РФ, хотя в настоящее время данный факт не осознается в полной мере. Если крупный бизнес - основа добывающего потенциала страны, то независимые нефтяные компании (ННК) - резерв роста добычи углеводородного сырья. Последнее обстоятельство приобретает особое значение в условиях сокращения добычи, вызванного высокой степенью выработанности крупных месторождений, и роста потребности в нефти.

Воздействие ННК на конкурентоспособность экономики РФ проявляется за счет использования данными компаниями инновационных технологий, индивидуального подхода к разработке месторождений. К тому же позитивное воздействие ННК на экономику может быть усилено при сотрудничестве ВИНК и ННК (например, при передаче последним для эксплуатации выработанных полей), что к тому же за счет синергетического эффекта позволит повысить конкурентоспособность обоих сторон.

Своеобразным интегратором отрасли и всей остальной экономики выступают Нефтесервисные компании (НСК). Так, приобретение крупнейшими российскими нефтесервисными компаниями отдельных машиностроительных и обслуживающих предприятий с последующей их консолидацией и реструктуризацией позволило многим из ранее простаивающих компаний вернуться к работе, а также значительно повысило эффективность деятельности всей группы.

В настоящее время НСК наиболее полно работают на экономику и конкурентоспособность страны. Они используют отечественное оборудование, технологии, привлекают отечественных специалистов, к тому же активно привлекая для этих целей иностранный капитал.

НСК формируют кластеры в сырьевом секторе, создавая экономические взаимосвязи между различными видами компаний сырьевого сектора. В свою очередь, нефтесервисные компании получают естественный выигрыш от участия в успехе нефтяной отрасли. Таким образом, реализуется комплексное позитивное воздействие компаний сырьевого сектора на конкурентоспособность национальной экономики.


Каталог: chair -> macro -> pps -> Documents -> %D0%9A%D0%BD%D0%B8%D0%B3%D0%B8%20%D0%B8%20%D0%BF%D1%83%D0%B1%D0%BB%D0%B8%D0%BA%D0%B0%D1%86%D0%B8%D0%B8 -> %D0%9A%D0%B0%D0%B4%D1%8B%D1%88%D0%B5%D0%B2%D0%B0
chair -> А. Т. Горбунов, Д. П. Забродин
chair -> А. Э. Эседова Интенсивная терапия тяжелых форм гестозов, преэклампсии, эклампсии. Атипичные формы гестозов: hellp-синдром, ожгб методические рекомендации
%D0%9A%D0%B0%D0%B4%D1%8B%D1%88%D0%B5%D0%B2%D0%B0 -> Влияние компаний сырьевого сектора на Конкурентоспособность российской экономики 08. 00. 01 Экономическая теория
Documents -> Протас владимир Федорович


Достарыңызбен бөлісу:
1   ...   8   9   10   11   12   13   14   15   16


©dereksiz.org 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет